Текст книги "Пышка в разводе. (не) влюбиться в босса (СИ)"
Автор книги: Майя Нур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)
Глава 18. Андрей приехал не за прощением
Утром Вика специально вышла из дома на полчаса раньше. Не потому, что боялась опоздать. Она не хотела встретить человека, который заранее сообщил о своём приезде так, будто по-прежнему имел право распоряжаться её временем. Пока лифт медленно спускался на первый этаж, она мысленно перебирала варианты. Если сообщение действительно отправил Андрей, он мог ждать во дворе. Если нет, тем более не стоило оставаться одной возле подъезда.
Во дворе никого не оказалось.
Она уже почти решила, что бывший передумал, когда знакомый голос окликнул её со стороны парковки:
– Вика.
Она обернулась.
Андрей стоял возле своей машины, держа в руках бумажный пакет из дорогой кондитерской. Выглядел он почти так же, как два месяца назад. Всё тот же дорогой плащ, аккуратная стрижка, часы, которые она когда-то помогала ему выбирать. Только лицо стало заметно уставшим, а под глазами появились тёмные круги. Вика поймала себя на неприятной мысли, что ещё недавно бросилась бы искать причину этой усталости. Теперь ей было всё равно.
– Ты меня заблокировала.
– Да.
– Поэтому пришлось писать с другого номера.
– Это многое объясняет.
Он неловко улыбнулся и протянул пакет.
– Здесь пирожные. Ты любишь...
– Нет.
Андрей замер.
– Не любишь?
– Не возьму.
Он медленно опустил руку.
– Вика, нам нужно поговорить.
– Мы уже говорили.
– Нет.
Он покачал головой.
– Тогда говорила только ты.
Она посмотрела на часы.
– Через двадцать минут мне нужно быть на работе.
– Я подвезу.
– Не нужно.
– Хотя бы выслушай.
Вика несколько секунд молчала. Потом спокойно ответила:
– Хорошо. Пять минут.
Андрей заметно выдохнул.
– Я совершил чудовищную ошибку.
– Согласна.
– Я не собирался разрушать семью.
– Но разрушил.
– Всё получилось...
Он запнулся.
– Не так.
Вика невольно усмехнулась.
– Это какая-то болезнь.
– Что?
– Вы все говорите одинаково.
– Кто "все"?
– Люди, которых ловят на измене.
Она спокойно смотрела ему в глаза.
– "Это не то, что ты подумала". "Всё получилось не так". "Я не хотел". У вас один учебник на всех?
Андрей опустил взгляд.
– Лена уже съехала.
– Поздравляю.
– Мы расстались.
– Это тоже не моя проблема.
Он нервно провёл ладонью по лицу.
– Я понял, что люблю тебя.
– Нет.
Она покачала головой.
– Ты понял, что потерял человека, который решал половину твоих проблем.
Он хотел возразить. Не успел.
– Кто сейчас отвечает клиентам ночью? Кто проверяет презентации? Кто напоминает тебе о встречах? Кто замечает ошибки в договорах?
Андрей молчал. Это молчание оказалось красноречивее любого ответа.
– Вот видишь.
Вика сделала шаг назад.
– Ты скучаешь не по мне.
– Это неправда.
– Правда.
Она говорила удивительно спокойно. Без злости. Будто обсуждала чужую историю.
– Раньше я бы поверила. Начала искать свою вину. Подумала бы, что стала хуже, чем была. Сейчас понимаю одну вещь. – Она посмотрела на него долгим взглядом. – Если человек изменяет, пока другой строит с ним жизнь, проблема не в том, кому изменили.
Андрей тяжело выдохнул.
– Ты стала другой.
– Да.
– Из-за него?
Вика нахмурилась.
– Из-за кого?
– Из-за своего директора.
Вот теперь она действительно удивилась.
– При чём здесь он?
– Люди говорят...
Она невесело усмехнулась.
– Какие именно люди?
Андрей отвёл глаза.
– Москва маленькая.
– Нет.
Она покачала головой.
– Рынок недвижимости маленький.
Он ничего не ответил.
– Между нами ничего нет.
Это была правда.
– Тогда почему ты так его защищаешь?
– Я защищаю себя.
Она посмотрела на часы ещё раз.
– Пять минут закончились.
Андрей сделал последний шаг вперёд.
– Я готов всё исправить.
Вика улыбнулась. Не насмешливо. Печально.
– Нет, Андрей.
Она впервые за разговор произнесла его имя.
– Некоторые вещи не ломаются.
– А что с ними происходит?
– Они заканчиваются.
Она развернулась и пошла к остановке, не оглядываясь.
До офиса она добралась почти вовремя, но настроение всё равно оставалось тяжёлым. Не из-за разговора. Скорее из-за того, что прошлое снова попыталось открыть дверь, которую она уже начала закрывать.
Когда Вика вошла в приёмную, Герман разговаривал по телефону. Увидев её, он коротко кивнул и продолжил разговор. Она села за компьютер, открыла календарь и только теперь заметила, что руки слегка дрожат.
Через несколько минут дверь кабинета открылась.
– Виктория.
Она подняла голову.
– Зайдите.
Герман закрыл дверь и положил на стол папку.
– Что произошло?
Она замерла.
– Простите?
– Вы сегодня дважды перепутали время встреч.
Вика растерянно посмотрела в ежедневник. Он был прав. С ней такого ещё не случалось. Она тихо выдохнула.
– Утром приезжал бывший муж.
Герман молча ждал.
– Хотел вернуть всё назад.
Он кивнул.
– И?
– Опоздал.
Ответ вырвался сам собой. Герман несколько секунд смотрел на неё.
– Хорошо.
Она удивлённо подняла глаза.
– Что именно хорошо?
– Что вы это понимаете.
Он забрал папку со стола.
– Остальное пройдёт.
Вика почувствовала странное облегчение. Он снова не стал задавать лишних вопросов. Не начал утешать. Не предложил советов.
Просто поверил ей.
Глава 19. Граница
После разговора с Андреем Вика ожидала, что ей станет легче. В книгах именно так обычно и происходило. Героиня ставила точку, уходила в закат и символически закрывала дверь в прошлое. В жизни точка оказалась больше похожа на запятую. Андрей перестал стоять перед глазами, зато в голове начали всплывать десятки мелочей, о которых она раньше не задумывалась. Она вспоминала, как однажды подготовила для него презентацию за одну ночь, а утром он представил её клиенту словами: «Мы тут кое-что набросали». Тогда ей показалось, что это совершенно нормально. Сейчас она не могла понять, как вообще согласилась стать человеком, которого постоянно прятали за местоимением «мы».
Работы было столько, что мысли приходилось отодвигать в сторону. Герман почти сразу увёз руководителей отделов на встречу с инвесторами, оставив Вике весь входящий поток звонков и документов. К полудню она успела решить четыре срочных вопроса, найти потерявшийся договор, убедить очень раздражённого клиента не расторгать соглашение до личного разговора с директором и объяснить курьерской службе, что коробка с макетами никак не может считаться «успешно доставленной», если она находится в Воронеже вместо Москвы.
Когда Герман вернулся, он задержался у её стола.
– Устали?
– Немного.
– Это заметно.
– Я старалась скрыть.
– Получилось плохо.
Она улыбнулась.
– Начинаю думать, что от вас вообще ничего нельзя скрыть.
Он посмотрел на неё спокойно.
– Можно.
– Что именно?
– То, что человек сам не хочет показывать.
Эта фраза прозвучала неожиданно серьёзно.
Вика уже собиралась что-то ответить, когда возле стойки появился мужчина лет тридцати с ярко-красным галстуком и букетом цветов.
– Добрый день. Виктория?
– Да.
– Это вам.
Она удивлённо приняла букет.
– От кого?
Курьер сверился с телефоном.
– Здесь только записка.
Он передал небольшой белый конверт, получил подпись и ушёл. Вика несколько секунд смотрела на цветы. Белые пионы. Любимые. Герман уже собирался войти в кабинет, но остановился.
– Всё в порядке?
– Сейчас узнаю.
Она открыла конверт. Внутри лежала карточка.
"Ты всегда любила именно эти. Я помню. Андрей."
Вика медленно выдохнула. Герман ничего не спрашивал. Она поднялась.
– Простите... одну минуту.
Не дожидаясь ответа, она вышла в коридор, нашла телефон курьерской службы на накладной и позвонила.
– Добрый день. Подскажите, можно вернуть доставку отправителю?
Девушка на линии явно удивилась.
– Обычно цветы не возвращают.
– А сегодня будет исключение.
– Они уже вручены.
– Тогда передайте отправителю, что он может забрать их сам.
– Простите?
– Или выбросить.
Вика говорила очень спокойно.
– Мне они не нужны.
Она закончила разговор, вернулась в приёмную и поставила букет прямо на стойку ресепшена.
Через несколько минут мимо проходила Светлана.
– Ой, какая красота! Это тебе?
– Уже нет.
– Можно забрать домой?
– Конечно.
Светлана счастливо улыбнулась.
– Спасибо!
Она унесла букет так быстро, что через полминуты в приёмной не осталось даже запаха цветов. Герман наблюдал за происходящим молча.
Когда Светлана скрылась за углом, он спросил:
– Полегчало?
Вика неожиданно задумалась. Прислушалась к себе. И улыбнулась.
– Да.
– Значит, правильно сделали.
Вечером они задержались вдвоём. Герман просматривал договоры, Вика готовила материалы к завтрашнему совещанию. За окном постепенно темнело.
В какой-то момент она подняла голову.
– Можно спросить?
– Конечно.
– Сегодня утром вы сказали, что человек сам решает, что показывать.
– Да.
– А вы?
Он не сразу понял вопрос.
– Что я?
– Что вы не показываете?
Герман долго молчал. Настолько долго, что Вика уже решила извиниться за бестактность. Но он всё-таки ответил.
– Усталость.
Она удивлённо посмотрела на него.
– Почему?
Он закрыл папку.
– Потому что тогда все вокруг тоже начинают уставать.
Ответ прозвучал просто. Без пафоса. Но Вика вдруг отчётливо увидела человека, который уже много лет считает себя обязанным быть сильнее остальных.
– Это тяжело.
Герман слегка пожал плечами.
– Привыкаешь.
Она хотела сказать, что к такому нельзя привыкнуть. Не успела. Телефон Германа завибрировал. Он посмотрел на экран.
Лицо впервые за всё время знакомства заметно изменилось. Не испуг. Не злость. Что-то гораздо глубже. Он сразу ответил.
– Да.
Несколько секунд слушал молча. Потом коротко произнёс:
– Понял. Сейчас приеду.
Разговор закончился. Герман уже надевал пиджак.
– Виктория.
– Да?
– Завтра меня не будет до обеда.
– Что-то случилось?
Он на мгновение замер.
Потом спокойно сказал:
– Прошлое иногда тоже назначает встречи.
И впервые вышел из кабинета, не объяснив больше ничего.
Глава 20. Женщина с фотографии
Утро без Германа оказалось непривычно шумным. Обычно он появлялся раньше большинства сотрудников, и офис словно успевал выстроиться вокруг его спокойного ритма. Сегодня всё происходило наоборот. Руководители отделов по очереди заглядывали в приёмную с одинаковым вопросом, Светлана дважды уточнила расписание, а Игорь, войдя в офис, сразу направился к столу Вики.
– Его нет?
– До обеда.
– Понятно.
Он посмотрел на закрытую дверь кабинета и тихо вздохнул.
– Значит, сегодня все вопросы ко мне.
– Это плохо?
– Для меня? Очень.
Он улыбнулся, но улыбка вышла натянутой.
– Если вдруг будут искать Германа, говори, что он на встрече.
– Он и так на встрече.
– Вот и отлично. Значит, ни капли вранья.
Игорь ушёл, оставив после себя лёгкое ощущение тревоги. Вика ещё раз просмотрела календарь. Никаких личных встреч у Германа там не значилось. Только привычные переговоры и звонки, которые утром пришлось перенести.
Работа быстро захватила её целиком. К одиннадцати часам накопилось столько вопросов, что она почти перестала замечать время. Один из менеджеров потерял оригинал доверенности, юридический отдел срочно запрашивал подписи, а клиент из Санкт-Петербурга внезапно решил изменить условия сделки за сутки до подписания. Всё это было обычной офисной жизнью. Необычным оказалось другое.
Герман не отвечал на сообщения. Ни на рабочие. Ни на звонки. Вика написала ему только один раз, когда понадобилось согласовать перенос встречи. Ответ пришёл почти через сорок минут.
«Как сочтёте нужным.»
Всего три слова. Без привычной точности. Без уточнений. Она перечитала сообщение дважды. Герман никогда не писал так.
Он появился почти в три часа дня. Но что-то изменилось. Пиджак был расстёгнут, галстук отсутствовал вовсе, а рукава рубашки оказались закатаны неровно, словно он сделал это машинально. Вика не сразу поняла, что именно её смущает.
Потом догадалась. Он выглядел уставшим. По-настоящему. Не после длинного рабочего дня. После чего-то совсем другого.
– Добрый день, – тихо сказала она.
– Добрый.
Герман остановился возле её стола.
– Что важного?
Она коротко пересказала всё, что произошло за утро. Он внимательно выслушал. Задал два уточняющих вопроса. Кивнул.
Всё было как обычно. Кроме одного. Он ни разу не посмотрел ей в глаза.
Через час Игорь заглянул в кабинет директора. Дверь закрылась. Минут через десять он вышел обратно и задержался возле стола Вики.
– Как он?
Она удивилась вопросу.
– Работает.
– Это я и без тебя знаю.
Игорь задумчиво постучал пальцами по столешнице.
– Ладно.
Он уже сделал несколько шагов к лифту, но вдруг вернулся.
– Если вдруг сегодня он уйдёт раньше...
– Что?
– Не удивляйся.
– Игорь...
Она впервые назвала его по имени без отчества.
– Что произошло?
Он долго молчал. Потом всё-таки ответил.
– Сегодня годовщина.
– Чего?
Игорь посмотрел в сторону кабинета.
– Развода.
Вика не ожидала именно этого.
– Но...
– Да.
Он невесело усмехнулся.
– Забавно, правда? Некоторые люди празднуют годовщину свадьбы. У него каждый год наступает день, который он предпочёл бы вычеркнуть из календаря.
– Поэтому он ездил утром...
– На кладбище.
Вика замерла.
– Простите?
Игорь покачал головой.
– Не в буквальном смысле.
Он грустно улыбнулся.
– Так он сам это называет.
После короткой паузы добавил:
– К её могиле он не ездит. Она жива.
Эти слова прозвучали так неожиданно, что Вика окончательно перестала понимать происходящее.
– Тогда почему...
– Потому что иногда человек умирает для тебя раньше, чем перестаёт дышать.
Игорь понял, что сказал слишком много.
– Извини.
Он направился к выходу.
– Это не моя история, чтобы рассказывать её дальше.
Вечером офис опустел быстрее обычного. Герман действительно вышел из кабинета около семи.
– Виктория.
Она подняла голову.
– На сегодня всё.
– Хорошо.
Он уже собирался уйти. Потом неожиданно остановился.
– Спасибо.
– За что?
– За утро.
Она улыбнулась.
– Это моя работа.
– Нет.
Он впервые за весь день посмотрел ей прямо в глаза.
– Сегодня было не только это.
Вика хотела спросить, что именно он имеет в виду. Но передумала. Иногда человеку нужно самому решить, сколько прошлого он готов вынести в настоящее.
Герман ушёл. Через несколько минут она выключила компьютер, взяла сумку и тоже направилась к лифту. Возле выхода из бизнес-центра её окликнул незнакомый женский голос.
– Виктория?
Она обернулась. Перед ней стояла высокая светловолосая женщина лет тридцати пяти. Очень красивая. Очень уверенная. И почему-то сразу показавшаяся смутно знакомой. Женщина внимательно посмотрела на Вику.
Потом спросила:
– Вы ведь работаете с Германом Дориным?
Вика медленно кивнула.
– Да.
Незнакомка едва заметно улыбнулась.
– Тогда, думаю, нам есть о чём поговорить.
Глава 21. Бывшая жена
Вика несколько секунд молча смотрела на незнакомку. Теперь она поняла, откуда появилось ощущение узнавания. Не лицо. Осанка. Та самая спокойная уверенность человека, который привык входить в помещение так, словно никогда не сомневается, что ему рады. Именно такой женщину легко было представить рядом с Германом. Не потому, что они были похожи. Наоборот. Она выглядела лёгкой, открытой, почти воздушной. Герман казался человеком, который всю жизнь носит на плечах невидимый груз.
– Простите... мы знакомы?
Женщина улыбнулась.
– Нет.
Она протянула руку.
– Алиса.
Вика пожала её.
– Виктория.
– Знаю.
Ответ прозвучал без нажима, но внутри неприятно кольнуло.
– Герман рассказывал?
– Нет.
Алиса покачала головой.
– Игорь случайно упомянул, что у него появилась новая помощница.
Вика почувствовала, как внутри медленно поднимается настороженность.
– Чем могу помочь?
– Пять минут?
Она показала на небольшую кофейню через дорогу.
– Здесь слишком людно для такого разговора.
Вика колебалась. Ничего хорошего подобные встречи обычно не обещали. Но и отказаться без причины было странно.
– Хорошо.
Кофейня оказалась почти пустой. Вечерний час пик ещё не начался, поэтому они без труда нашли столик у окна. Алиса заказала чай. Вика ограничилась американо. Несколько секунд обе молчали.
Первой заговорила Алиса.
– Не переживайте.
Вика невольно усмехнулась.
– Поздновато для такого начала.
– Наверное.
Женщина опустила взгляд на чашку.
– Я не пришла бороться за бывшего мужа.
Вот этого Вика точно не ожидала.
– Тогда зачем?
Алиса долго подбирала слова.
– Я случайно увидела вас вместе неделю назад.
– Где?
– Возле офиса. Он подвозил вас домой.
Вика напряглась.
– И?
– Он смеялся.
Она произнесла это так тихо, будто речь шла о чём-то почти невероятном.
– И что?
Алиса грустно улыбнулась.
– Последний раз я видела это очень давно.
Вика не знала, что ответить. Женщина медленно провела пальцем по краю чашки.
– Не думайте, что я пришла просить вас держаться от него подальше. Наоборот.
Теперь Вика окончательно перестала понимать происходящее.
– Тогда объясните.
Алиса кивнула.
– Когда мы поженились, Герман уже был таким, каким вы его знаете. Работа, ответственность, вечные проекты. Только раньше он ещё умел останавливаться. Потом агентство начало быстро расти. Один объект. Второй. Третий. Постепенно работа стала занимать всё больше места. Сначала отменился отпуск. Потом выходные. Потом ужины дома. А однажды я поняла, что разговариваю не с мужем. С директором.
Она улыбнулась самой себе.
– Самое страшное, что он не виноват. Он действительно любил меня. Просто был уверен, что заботится о нашей семье именно так. Больше работает. Больше зарабатывает. Делает жизнь безопаснее.
– И вы ушли?
– Да.
Алиса не отвела взгляда.
– Потому что начала исчезать рядом с ним.
Эти слова неожиданно отозвались внутри Вики слишком знакомо. Она уже слышала похожую мысль. Только совсем недавно. От самой себя.
– Он говорил, что это его вина. – Алиса тихо вздохнула. – Герман всегда во всём винит себя.
– А вы?
Женщина задумалась.
– Мы оба ошиблись.
Она улыбнулась печально.
– Только по-разному.
Несколько секунд они сидели молча. Потом Алиса подняла взгляд.
– Можно дать вам совет?
Вика осторожно кивнула.
– Если однажды между вами что-нибудь случится...
Она специально произнесла эту фразу без уверенности. Не как утверждение. Как возможность.
–...не молчите.
– Почему?
– Потому что он никогда не спрашивает, чего ему не хватает.
Она сделала короткую паузу.
– Он начинает работать ещё больше.
Вика вспомнила пустой офис, вечерние отчёты, сообщения глубокой ночью, календарь без свободных дней. И поняла, что Алиса не преувеличивает.
– Вы всё ещё любите его?
Вопрос вырвался неожиданно даже для неё самой. Алиса несколько секунд смотрела в окно.
– Нет.
Ответ прозвучал спокойно. Без колебаний.
– Но я очень хочу, чтобы он снова стал счастливым.
Она встала.
– Именно поэтому подошла сегодня.
– Зачем?
Алиса впервые улыбнулась по-настоящему.
– Потому что, когда человек после трёх лет снова начинает смеяться...
Она посмотрела прямо на Вику.
–...не стоит делать вид, что этого никто не заметил.
Домой Вика возвращалась медленно. Разговор никак не выходил из головы. Ей казалось, что она узнала о Германе что-то очень важное. И одновременно почти ничего не узнала. Телефон завибрировал. Пришло сообщение от Маши.
"Я купила билеты в театр. В субботу идём. И не спорь."
Вика уже начала печатать согласие, когда сверху появилось новое уведомление. От Германа.
"Завтра выезжаем к клиенту в восемь. Доброй ночи."
Она несколько секунд смотрела на экран. Сообщение было абсолютно рабочим. Но почему-то именно последняя фраза заставила её улыбнуться.
Глава 22. Театр на двоих и один лишний человек
В субботу Вика впервые за долгое время проснулась без будильника и без ощущения, что уже куда-то опаздывает. За окном светило солнце, Фига лениво растянулась на подоконнике, а телефон молчал. Это оказалось настолько непривычно, что она несколько минут просто лежала, рассматривая трещинку на потолке. Раньше выходные существовали лишь как возможность доделать то, что не успели за рабочую неделю. Сначала для Андрея, потом для поиска новой работы, затем для агентства. Только сейчас она поняла, что уже несколько месяцев ни разу не спрашивала себя, чего хочет сама.
Маша приехала за ней ближе к полудню и сразу заявила, что категорически запрещает говорить о бывших мужьях, недвижимости и мужчинах в дорогих костюмах. Она была одета в ярко-жёлтый сарафан, солнечные очки занимали половину лица, а в руках болтался бумажный пакет с пирожками.
– Сегодня культурная программа, – объявила она. – Поэтому сначала едим, потом смеёмся, потом идём в театр.
– А театр где в этом списке?
– Между смеёмся и ещё смеёмся.
Они гуляли по бульварам, ели мороженое, обсуждали прохожих и придумывали им нелепые биографии. Маша утверждала, что мужчина с огромным кактусом наверняка только что развёлся и теперь пытается заменить эмоциональную привязанность растением. Вика возражала, что кактус слишком счастливо выглядит для символа развода. Спор закончился тем, что кактус получил имя Геннадий и профессию финансового аналитика.
Театр оказался небольшим, почти камерным. Спектакль был современной комедией о супругах, которые пытаются цивилизованно разделить имущество и постепенно выясняют, что совершенно не знают друг друга. Зал смеялся почти без остановки. Вика тоже смеялась, но несколько раз ловила себя на том, что отдельные реплики почему-то цепляют слишком сильно.
На сцене жена спокойно говорила:
– Знаешь, когда ты перестал спрашивать, как прошёл мой день?
Муж долго молчал. Потом ответил:
– Не помню.
– Вот именно.
Вика почувствовала, как улыбка постепенно исчезает. Рядом Маша тихо коснулась её локтя.
– Всё нормально?
– Да.
– Врёшь.
– Немного.
Маша ничего больше не сказала.
После спектакля они решили зайти в небольшое кафе рядом с театром. Внутри было людно, официанты едва успевали принимать заказы. Девушки заняли последний свободный столик у окна.
– Так, – Маша открыла меню. – Теперь можно говорить о мужчинах.
– Кто сказал?
– Я.
– Очень демократично.
– Спасибо.
Она внимательно посмотрела на Вику.
– Ну?
– Что "ну"?
– Он тебе нравится?
Вика вздохнула.
– Мы работаем вместе.
– Я не спрашивала, где вы работаете.
– Маш...
– Вик.
Она склонилась вперёд.
– Я знаю тебя пятнадцать лет.
Вика молчала.
– Ты перестала говорить о бывшем.
– Это хорошо.
– Очень.
Маша кивнула.
– Но начала говорить о начальнике.
– Потому что мы каждый день видимся.
– Угу.
– И всё.
– Конечно.
Маша сделала глоток лимонада.
– Только каждый раз, когда произносишь слово "Герман", у тебя становится совсем другое лицо.
Вика уже открыла рот, чтобы возразить. Не успела.
– Виктория?
Она медленно обернулась. Возле их столика стоял Герман. В джинсах. Тёмной футболке. Без пиджака. Без галстука. Совершенно другой. На секунду Вика даже не узнала его.
– Добрый день.
Он выглядел удивлённым не меньше её.
– Не ожидал встретить вас здесь.
Маша моментально перевела взгляд с Германа на Вику. Потом обратно. И улыбнулась так невинно, что Вика сразу поняла: сейчас начнётся.
– Здравствуйте.
Маша первой протянула руку.
– Я Маша.
– Герман.
Они пожали руки. Наступила короткая пауза. Которую Маша немедленно разрушила.
– Так вот какой у Вики начальник.
Вика едва не поперхнулась водой.
– Маша!
– Что?
– Ничего.
Она улыбнулась Герману.
– Простите.
Он неожиданно усмехнулся.
– За что именно?
– За неё.
– Не извиняйтесь.
Он посмотрел на Машу.
– Мне кажется, она говорит именно то, что думает.
– Всегда.
С гордостью подтвердила Маша.
– Это профессиональное.
– Дизайнер?
– Откуда знаете?
– Виктория рассказывала.
Теперь уже удивилась Маша.
– Она рассказывала обо мне?
Герман спокойно кивнул.
– Несколько раз.
Маша медленно повернулась к подруге. На лице появилось выражение человека, который только что получил материал для нескольких месяцев подколок.
– Как интересно.
Вика мысленно пообещала себе когда-нибудь очень подробно отомстить.
– Я не...
– Конечно-конечно.
Маша подняла ладони.
– Всё исключительно в рабочих целях.
Герман тихо рассмеялся. Совсем без той осторожности, которая была в офисе. Именно в этот момент к нему подошла официантка.
– Ваш столик готов.
– Спасибо.
Он снова посмотрел на Вику.
– Хороших выходных.
– И вам.
Он ушёл в дальнюю часть зала. Маша проводила его взглядом. Потом медленно повернулась обратно.
– Ну всё.
– Что "всё"?
– Теперь я понимаю.
– Что именно?
– Почему ты перестала смотреть в прошлое.
Вика молчала. Маша улыбнулась.
– Потому что впервые за очень долгое время рядом появился человек, возле которого ты выглядишь живой.
Вика хотела возразить. Правильные слова не нашлись.
Потому что где-то глубоко внутри она уже начала понимать: Маша, возможно, сказала правду.
