Текст книги "Пышка в разводе. (не) влюбиться в босса (СИ)"
Автор книги: Майя Нур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)
Глава 23. Ультиматум
После случайной встречи в кафе Вика несколько дней ловила себя на странном ощущении. Будто две её жизни впервые пересеклись. До этого существовал офис, где Герман был директором Дориным, человеком с идеально ровным почерком, календарём, расписанным по минутам, и привычкой исправлять чужие ошибки раньше, чем их замечали остальные. И существовала обычная жизнь, где были Маша, Фига, театр, походы за продуктами и вечные споры о том, какие помидоры действительно пахнут помидорами. Теперь эти миры соприкоснулись, и назад разделить их уже не получалось.
Маша, разумеется, не упустила возможности.
Каждый вечер она присылала мемы про начальников, служебные романы и людей, которые "совершенно случайно" начинают интересоваться чужими друзьями. Вика сначала пыталась спорить, потом перестала. Чем активнее она отрицала очевидное для Маши, тем счастливее становилась подруга.
В понедельник всё вернулось к привычному ритму. Почти. Герман снова стал заметно сдержаннее.
Он разговаривал спокойно, вежливо, но исчезло то едва уловимое тепло, которое появилось после командировки. Он опять обращался к ней исключительно по имени, держал дистанцию и будто специально избегал любых разговоров, не связанных с работой.
Вика замечала это. И совершенно не понимала почему.
После обеда Игорь попросил Германа зайти в переговорную. Дверь закрылась. Разговор продолжался почти час. На этот раз голосов слышно не было вовсе.
Когда Игорь вышел, лицо у него было таким серьёзным, что даже самые любопытные сотрудники предпочли сделать вид, будто полностью поглощены работой.
Герман появился через несколько минут.
– Виктория.
– Да?
– На завтра подготовьте отчёт по всем крупным объектам.
– Хорошо.
Он уже собирался уйти. Потом остановился.
– И ещё.
– Да?
– С сегодняшнего дня после семи вечера домой.
Она удивлённо посмотрела на него.
– Но мы ещё не закончили проект...
– Закончим завтра.
– Герман...
Он впервые за долгое время перебил её.
– Это распоряжение.
Голос звучал спокойно. Но именно эта спокойная официальность больно кольнула.
– Хорошо.
Он молча вернулся в кабинет.
Через несколько часов Вика случайно оказалась возле переговорной. Дверь была приоткрыта. Внутри никого не было.
На столе лежал забытый ежедневник. Она уже хотела занести его Герману, когда услышала знакомые голоса из соседнего кабинета.
– Ты понимаешь, чем это закончится? – говорил Игорь.
– Понимаю.
– Нет, не понимаешь.
Короткая пауза.
– Ты уже второй месяц смотришь на неё совсем не так, как должен смотреть руководитель.
Вика замерла. Сердце неожиданно ударило где-то в горле.
– Это мои проблемы.
Голос Германа прозвучал непривычно жёстко.
– Пока твои.
Ответил Игорь.
– А потом станут проблемами бизнеса.
Несколько секунд было тихо. Потом Герман спокойно произнёс:
– Мы ничего не нарушаем.
– Пока.
Игорь тяжело вздохнул.
– Гер... я слишком давно тебя знаю. Ты уже начал менять расписание под неё. Отменяешь встречи, если она заболела. Даёшь ей проекты, которые раньше никому не доверял. Половина офиса уже всё поняла.
– Это не имеет отношения к работе.
– Именно поэтому имеет.
Наступило долгое молчание. Потом Игорь сказал совсем тихо:
– Если между вами что-то начнётся, агентство начнёт обсуждать не сделки.
Он сделал паузу.
– А директора, который продвигает свою женщину.
Вика почувствовала, как пальцы сами собой крепче сжали ежедневник.
– Она заслужила каждую задачу.
Спокойно ответил Герман.
– Я знаю. – Согласился Игорь. – Но люди этого не знают.
Опять тишина.
– Чего ты хочешь?
– Чтобы ты принял решение заранее.
– Какое?
Игорь ответил без колебаний.
– Или она перестаёт быть твоей помощницей.
Он выдержал тяжёлую паузу.
– Или ты забываешь, что она женщина.
У Вики пересохло во рту. Она медленно отступила назад. Так тихо, чтобы никто не услышал. Положила ежедневник на ближайшую тумбу и почти бегом дошла до своего стола.
Когда через несколько минут Герман вышел из кабинета, она уже работала с таким сосредоточенным видом, будто последние десять минут никуда не отходила.
Он остановился возле неё. Хотел что-то сказать. Передумал. И молча ушёл к себе. Вика ещё долго смотрела в монитор, не различая букв.
Она наконец поняла, почему после командировки он снова начал строить между ними стену.
И впервые испугалась не прошлого.
Будущего.
Глава 24. Дистанция
На следующее утро Вика проснулась раньше будильника и почти сразу вспомнила услышанный разговор. Память не смягчила его за ночь. Наоборот, отдельные фразы стали ещё отчётливее. «Или она перестаёт быть твоей помощницей». «Или ты забываешь, что она женщина». Она несколько раз мысленно повторяла слова Игоря, словно пыталась найти в них другой смысл. Не находила. Больше всего удивляло даже не содержание. Удивляло то, что Герман ничего не возразил. Он защищал её как сотрудника. Говорил, что она заслужила своё место. Но ни разу не сказал, что Игорь ошибается. Значит, тот видел происходящее правильно.
В офисе всё выглядело привычно. Сотрудники обсуждали новую рекламную кампанию, курьер привёз кипу документов, Светлана спорила с кем-то по телефону из-за сроков ремонта кондиционера. Только Герман изменился ещё сильнее. Он почти не выходил из кабинета, все поручения присылал через корпоративный мессенджер, а если требовалось что-то обсудить, просил зайти буквально на две минуты. Никаких вечерних переработок. Никаких совместных поездок. Даже кофе он теперь приносил себе сам, хотя раньше Вика давно включила его в утренний маршрут по офису.
Первые два дня она убеждала себя, что всё это совпадение. На третий перестала. Когда человек начинает тщательно избегать даже случайных разговоров, совпадений уже не остаётся.
После обеда Герман вызвал её к себе.
– Виктория, с понедельника часть встреч будет сопровождать Антон из отдела продаж.
Она не сразу поняла смысл сказанного.
– Вместо меня?
– Иногда.
– Почему?
Герман спокойно перелистывал документы.
– Так эффективнее.
Она молча ждала продолжения. Его не последовало.
– Раньше вы считали иначе.
Он поднял глаза.
– Обстоятельства меняются.
Всего четыре слова. Без объяснений. Без попытки сделать их менее болезненными. Вика кивнула.
– Хорошо.
Она вышла из кабинета с ровной спиной и только за своим столом заметила, что слишком сильно сжимает ручку. Пластик тихо хрустнул. Пришлось разжать пальцы.
К вечеру Игорь подошёл к её столу.
– Не обижайся на него.
Она медленно подняла голову.
– С чего вы решили, что я обиделась?
– Потому что я не слепой.
Она устало улыбнулась.
– Тогда скажите честно. Это ваше решение?
Игорь не стал притворяться, будто не понимает вопрос.
– Частично.
– Спасибо.
Он нахмурился.
– За что?
– За честный ответ.
Она снова посмотрела в монитор.
– Это проще, чем красивые объяснения.
Игорь несколько секунд стоял молча.
– Иногда правильные решения выглядят очень паршиво.
– Особенно для тех, за кого их принимают.
Он ничего не ответил. Потому что ответить было нечего.
Вечером Вика ушла ровно в семь, как и приказал Герман. Она специально не оглядывалась на дверь его кабинета. Уже выходя из бизнес-центра, неожиданно поймала себя на мысли, что впервые за два месяца ей совершенно не хочется возвращаться сюда завтра.
Глава 25. Заявление
Следующая неделя окончательно превратила их отношения в безупречно работающий механизм. Именно механизм. Не команду. Не людей. Герман больше ни разу не предложил поехать вместе на встречу. Совещания, которые раньше они готовили вдвоём, теперь всё чаще доставались Антону или руководителям отделов. Если требовалось что-то обсудить, Герман отправлял сообщение в корпоративном чате, хотя между их кабинетами было всего несколько шагов. Даже интонация изменилась. Вместо привычного «Виктория, зайдите» появилось сухое «Прошу подготовить» или «Необходимо согласовать». Вика вдруг поняла, что ужасно скучает по человеку, которого раньше считала самым холодным начальником в своей жизни.
Она не обижалась.
Пыталась.
Честно искала оправдания. Напоминала себе про разговор Игоря и Германа, про репутацию компании, про слухи, которые действительно могли возникнуть. Всё это было разумно. Всё это имело смысл. Только внутри продолжало расти ощущение, что её снова незаметно попросили стать меньше. Не потому, что она плохой сотрудник. Наоборот. Именно потому, что она оказалась слишком заметной.
В среду Герман уехал на встречу с иностранными инвесторами. Антон сопровождал его вместо неё.
Вика осталась в офисе.
Работы было много, но впервые за несколько месяцев она поймала себя на том, что постоянно смотрит на часы. Не ожидая возвращения Германа. Скорее проверяя, сколько ещё осталось до конца рабочего дня.
Ближе к вечеру Светлана поставила перед ней кружку чая.
– Ты какая-то тихая.
– Разве?
– Обычно ты споришь с курьерами, шутишь с менеджерами и воспитываешь принтер.
– Принтер исправился.
– Не ври.
Светлана улыбнулась.
– Он никогда не исправится.
Вика тоже улыбнулась. Получилось плохо.
Герман вернулся почти в семь. Снял пиджак. Положил на стол папку.
– Виктория.
Она вошла в кабинет.
– Да?
– Как прошёл день?
Вопрос прозвучал неожиданно. Настолько неожиданно, что она не сразу нашлась.
– Нормально.
Он кивнул.
– Хорошо.
На этом разговор должен был закончиться. Но Вика вдруг поняла, что больше не хочет делать вид, будто ничего не происходит.
– Можно вопрос?
Герман посмотрел на неё внимательно.
– Конечно.
– Я перестала справляться со своей работой?
Он нахмурился.
– Нет.
– Допускаю много ошибок?
– Нет.
– Подвела вас хоть в одной сделке?
– Нет.
Она глубоко вдохнула.
– Тогда почему вы ведёте себя так, будто жалеете, что приняли меня на работу?
В кабинете стало тихо. Герман медленно поднялся из-за стола. Подошёл к окну. Несколько секунд смотрел на вечерний город. Потом спокойно сказал:
– Потому что так будет лучше.
– Для кого?
Он не ответил.
– Для агентства?
Молчание.
– Для вас?
Опять.
– Или...
Она почувствовала, как голос становится тише.
– Для меня?
Герман медленно повернулся. В его лице не было холодности. Только усталость. Та самая, которую он когда-то признался скрывать.
– Виктория.
Он произнёс её имя очень спокойно.
– Иногда единственный правильный поступок выглядит жестоким.
Она долго смотрела на него. Потом так же спокойно спросила:
– А кто решил, что он правильный?
Ответа не последовало. И именно это стало ответом.
Вернувшись к своему столу, Вика открыла чистый документ. Пальцы некоторое время неподвижно лежали на клавиатуре. Потом начали печатать.
"Прошу уволить меня по собственному желанию..."
Каждое слово давалось неожиданно легко. Не потому, что ей хотелось уйти. Потому что оставаться так больше не получалось. Она распечатала заявление. Подписала. Несколько минут смотрела на лист. Потом встала.
Герман всё ещё работал. Когда Вика вошла, он поднял голову. Она молча положила заявление перед ним. Он посмотрел на первую строку. Потом медленно поднял взгляд. В кабинете не было слышно ничего, кроме негромкого гула кондиционера.
– Это окончательное решение?
– Нет.
Она впервые за весь разговор улыбнулась. Очень грустно.
– Это единственное решение, которое вы оставили мне.
Герман опустил взгляд на заявление. Не взял ручку. Не подписал. И не сказал ни слова.
Глава 26. Я видел твоего мужа
Герман не подписал заявление. Он даже не прикоснулся к нему.
Несколько долгих секунд он просто смотрел на лист бумаги, будто тот был написан на незнакомом языке. Потом аккуратно положил его в центр стола и поднял глаза на Вику.
– Нет.
Она не сразу поняла.
– Что?
– Я не принимаю его.
Вика почувствовала, как внутри поднимается усталое раздражение.
– Это не просьба.
– Я знаю.
– Тогда какая разница, подпишете вы сегодня или через две недели?
– Есть разница.
Она скрестила руки.
– Какая?
Герман сделал глубокий вдох.
– Я не хочу принимать решение, пока мы не поговорили.
– Мы сейчас разговариваем.
– Нет.
Он покачал головой.
– Сейчас говоришь только ты.
Вика тихо рассмеялась. Без радости.
– Правда?
Она посмотрела ему прямо в глаза.
– Тогда скажите хоть что-нибудь.
Он молчал. Этого она и ожидала.
– Вот видите.
Она развернулась и направилась к двери.
– Виктория.
Она остановилась. Но не обернулась.
– Завтра утром.
– Что завтра утром?
– Пожалуйста.
Она медленно закрыла глаза. Это слово прозвучало настолько неожиданно, что на мгновение выбило почву из-под ног. Герман никогда ни о чём её не просил. Только поручал. Или предлагал.
Она так и не повернулась.
– Хорошо.
Тихо ответила Вика.
– Завтра.
Ночь оказалась почти бессонной.
Фига несколько раз приходила устраиваться рядом, недовольно мяукала, когда хозяйка снова вставала к окну, а потом окончательно обиделась и ушла спать на кресло.
Вика пыталась читать. Не получилось. Включила фильм. Через десять минут поняла, что совершенно не следит за сюжетом. Около двух часов ночи телефон завибрировал.
Маша.
“Ты не спишь?”
“Нет.”
“Приехать?”
Вика долго смотрела на экран. Потом написала:
"Нет. Но спасибо."
Ответ пришёл почти сразу.
"Тогда завтра расскажешь всё. И не смей снова тащить всё одна."
Герман приехал в офис раньше обычного. Когда Вика вошла в приёмную, дверь его кабинета уже была открыта. Он поднялся ей навстречу.
– Зайдите.
Она вошла. Герман закрыл дверь. Не на ключ. Просто прикрыл. Несколько секунд они молчали. Потом он неожиданно сказал:
– Я видел твоего мужа.
Вика вздрогнула. Он впервые обратился к ней на «ты» сознательно. Не случайно. И не заметил этого.
– Когда?
– В тот день.
Она поняла. Разговор, который произошёл несколько недель назад. Герман видел именно его.
– Он подошёл неожиданно.
– Знаю.
Она удивлённо посмотрела на него.
– Что?
– Я видел.
Он опустил взгляд.
– И решил, что ты его простила.
Вика несколько секунд не могла произнести ни слова. Потом тихо спросила:
– Поэтому...
– Да.
Он не дал ей закончить.
– Поэтому я решил, что должен отойти.
Она смотрела на него почти с недоверием.
– Ты даже не спросил меня?
Герман устало усмехнулся.
– Нет.
– Почему?
Он поднял голову. И впервые за всё время знакомства Вика увидела в его глазах растерянность. Не усталость. Не холод. Не спокойствие. Именно растерянность.
– Потому что испугался услышать ответ.
В кабинете стало очень тихо. Она медленно опустилась в кресло напротив.
– Герман...
Он впервые не отвёл взгляд.
– После развода я дал себе обещание.
Голос звучал ровно. Но слишком тихо.
– Если женщина выберет не меня...
Он сделал короткую паузу.
– Второй раз удерживать её я не стану.
Вика долго молчала. Потом покачала головой.
– Ты придумал за меня целую историю.
– Да.
– И ни разу не спросил, настоящая ли она.
Он горько улыбнулся.
– Да.
Она вдруг поняла, что злость куда-то исчезла. Осталась только бесконечная усталость от двух взрослых людей, которые так хорошо умели понимать клиентов и так плохо понимали друг друга.
– Андрей пришёл просить прощения.
Герман внимательно слушал.
– Я отказала.
– Знаю.
Она удивилась.
– Откуда?
– Он снова приезжал.
Вика нахмурилась.
– Когда?
– Позавчера.
Она медленно выпрямилась.
– Куда?
– Сюда.
Несколько секунд она просто смотрела на него.
– Он хотел поговорить со мной.
Герман говорил спокойно.
– Сказал, что я разрушаю его семью.
Вика почувствовала, как внутри снова начинает закипать раздражение.
– И что ты ответил?
Герман посмотрел ей прямо в глаза.
– Что его семью разрушил он сам.
Она закрыла лицо ладонями. Нервный смешок всё-таки вырвался наружу.
– Господи...
– Что?
Она покачала головой.
– Мы два взрослых человека.
Он кивнул.
– Да.
– Несколько недель мучили друг друга.
– Да.
– И всё из-за того, что ни один не задал один простой вопрос.
Герман молчал. Потому что спорить было невозможно. Вика медленно убрала ладони от лица. И только сейчас заметила. Её заявление об увольнении всё ещё лежало на его столе.
Нетронутое.
Без подписи.
Глава 27. Не хочу, чтобы ты была удобной
Заявление лежало между ними, как вещественное доказательство того, что иногда двух недель молчания хватает, чтобы разрушить всё, что строилось месяцами. Белый лист казался совершенно неуместным в кабинете, где обычно обсуждали сделки, проекты и цифры. Вика вдруг подумала, что ещё вчера была уверена: если этот разговор вообще состоится, она будет злиться, спорить, вспоминать каждую холодную фразу последних недель. Вместо этого внутри осталось только огромное облегчение. Не потому, что проблема исчезла. Потому что она наконец получила настоящее имя.
Герман медленно взял заявление в руки. Не подписал. Просто перевернул. Потом положил обратно.
– Я должен извиниться.
Вика внимательно посмотрела на него.
– Да.
Он неожиданно кивнул. Без попытки оправдаться. Без привычного поиска рационального объяснения.
– Я испугался.
Она чуть улыбнулась.
– Это уже второй раз за утро, когда ты говоришь что-то, чего я от тебя не ожидала.
Герман опустил взгляд.
– После развода я решил, что если когда-нибудь снова окажусь в похожей ситуации, то уйду первым.
– Чтобы не было больно?
– Чтобы не сделать больно другому человеку.
Вика покачала головой.
– Очень странная логика.
– Согласен.
Он невесело усмехнулся.
– Но последние три года она казалась мне правильной.
Она несколько секунд молчала. Потом тихо сказала:
– Знаешь, что самое обидное?
Герман поднял голову.
– Что?
– Ты всё решил за меня.
Он не стал спорить. Потому что спорить было не с чем.
– Ты решил, что я вернулась к бывшему.
Она загнула один палец.
– Решил, что я обязательно выберу его.
Второй.
– Решил, что мне будет лучше без тебя.
Третий.
– Ты хоть раз спросил, чего хочу я?
Герман долго молчал. Потом очень тихо ответил:
– Нет.
– Почему?
Он посмотрел на неё так открыто, как никогда раньше.
– Потому что боялся услышать, что не нужен тебе.
Вика закрыла глаза. В груди неожиданно стало тесно. Столько недель. Столько ненужной боли. И всё из-за страха.
– Иди сюда.
Слова сорвались раньше, чем она успела их обдумать. Герман не двинулся.
– Что?
– Я сказала, иди сюда.
Он медленно обошёл стол. Остановился совсем рядом. Теперь между ними оставалось меньше шага.
Она впервые заметила, что вблизи он выглядит совсем иначе. Не директором. Просто очень уставшим мужчиной, который давно разучился доверять собственному счастью.
– Ты знаешь, чего я боюсь?
Он покачал головой.
– Снова исчезнуть рядом с мужчиной.
Она произнесла это спокойно.
– Не физически.
Положила ладонь себе на грудь.
– Вот здесь.
Герман слушал, не перебивая.
– Пять лет я была удобной. Подстраивалась. Соглашалась. Делала вид, что всё нормально. А потом оказалось, что меня можно заменить человеком, который просто меньше задаёт вопросов.
Она подняла взгляд.
– Я больше так не хочу.
Герман медленно накрыл её ладонь своей. Очень осторожно. Будто спрашивал разрешения.
– Я не хочу, чтобы ты была удобной.
Он говорил почти шёпотом.
– Ты вообще ни разу не была удобной.
У Вики неожиданно защипало глаза. Она рассмеялась сквозь подступающие слёзы.
– Это сейчас комплимент?
– Самый большой, который я умею делать.
Несколько секунд они просто стояли друг напротив друга.
За стеклом кабинета продолжал жить обычный офис. Кто-то проходил по коридору, звонили телефоны, шумел принтер. А здесь время словно остановилось. Герман очень медленно поднял руку. Коснулся пальцами её щеки. Замер. Оставляя ей возможность отступить. Вика не отступила. Наоборот. Сделала последние несколько сантиметров сама.
Поцелуй получился совсем не таким, каким его показывают в кино. Никто не терял голову. Никто не забывал дышать. В нём не было торопливости, будто оба слишком хорошо понимали цену поспешных решений. Это был поцелуй двух взрослых людей, которые слишком долго разговаривали с окружающими и слишком мало друг с другом.
Когда они немного отстранились, Вика тихо выдохнула.
– Кажется...
– Что?
– Мы очень сильно нарушили корпоративную этику.
Герман неожиданно рассмеялся. По-настоящему. Без сдержанности.
– Кажется, да.
Она тоже улыбнулась. Потом её взгляд упал на заявление.
– И что теперь?
Герман взял лист. Спокойно разорвал его пополам. Потом ещё раз. И выбросил в корзину.
– Теперь...
Он посмотрел ей прямо в глаза.
– Нам придётся придумать, как всё сделать правильно.
Вика уже собиралась ответить, когда в дверь кабинета негромко постучали. Они одновременно обернулись.
– Герман Константинович? Вы свободны?
Голос Светланы прозвучал совсем рядом. Герман и Вика переглянулись.
И впервые оба одновременно рассмеялись, понимая, что настоящие сложности начинаются только сейчас.
Глава 28. Не так
Стук повторился.
Герман отступил на шаг первым. Не резко, не испуганно. Просто возвращая кабинету привычные границы. Вика машинально поправила волосы и только теперь заметила, что сердце колотится так громко, будто его должны слышать в соседнем отделе.
– Войдите.
Светлана заглянула в кабинет с папкой в руках.
– Простите, что отвлекаю. Курьер привёз оригиналы договоров, их нужно подписать сегодня...
Она перевела взгляд с Германа на Вику. Потом обратно. Замолчала. Вика почувствовала, как предательски краснеет. Герман выглядел намного спокойнее.
– Оставьте на столе.
– Хорошо...
Светлана положила папку и направилась к двери. Уже взявшись за ручку, она неожиданно обернулась.
– Герман Константинович?
– Да?
– Галстук.
Он машинально посмотрел вниз. Галстука действительно не было. Он так и не надел его после вчерашнего дня.
– Спасибо.
– Не за что.
Светлана вышла. Дверь закрылась. Несколько секунд они молчали. Потом Вика тихо засмеялась.
– Она что-нибудь поняла?
– Светлана?
Герман задумался.
– Всё.
– Откуда ты знаешь?
– Она работает здесь восемь лет.
Он тоже улыбнулся.
– От неё невозможно ничего скрыть.
– Замечательно.
Вика закрыла лицо ладонью.
– Просто великолепно.
Через десять минут они уже сидели за столом переговоров, обсуждая договор так, будто последние полчаса ничего не произошло. По крайней мере пытались.
– Здесь нужно изменить формулировку.
Герман смотрел в документы.
– Согласна.
– Тогда...
Он поднял голову. Их взгляды встретились. Наступила пауза.
– Что?
Тихо спросила Вика.
– Ничего.
Он снова опустил глаза.
– Продолжаем.
Через две минуты ситуация повторилась. Потом ещё раз. Наконец Вика не выдержала.
– Мы сейчас очень смешно выглядим.
Герман впервые за всю встречу откинулся на спинку кресла.
– Да.
– Делать вид, будто ничего не изменилось, уже не получается.
– Не получается.
Она постучала карандашом по столу.
– Тогда давай не будем делать вид.
Он долго молчал.
– Именно об этом я хотел поговорить.
Герман закрыл папку.
– Вчера вечером я почти не спал.
Вика невольно улыбнулась.
– Я тоже.
– Потому что понял одну вещь.
Он говорил медленно, словно тщательно проверяя каждое слово.
– Мы поступили неправильно.
Улыбка исчезла.
– Почему?
– Потому что я остаюсь твоим руководителем.
Он поднял взгляд.
– А это делает наши отношения неравными.
Вика нахмурилась.
– Я взрослый человек.
– Именно поэтому хочу, чтобы всё было честно.
Он сложил руки на столе.
– Представь ситуацию через год.
Она молчала.
– Ты получаешь повышение. Или премию. Или интересный проект. Как ты докажешь окружающим, что заслужила их сама?
Вика не сразу ответила. Потому что ответ знала. Никак.
– Люди всё равно будут говорить.
– Да.
– И каждый твой успех начнут объяснять не работой.
Он кивнул.
– Именно.
В кабинете стало очень тихо.
– Что ты предлагаешь?
Герман глубоко вдохнул.
– Пока ничего не начинать.
Эти слова прозвучали тяжелее, чем ожидала Вика.
– То есть?
– Не делать вид, будто ничего не случилось.
Он покачал головой.
– Но и не превращать это в отношения, пока ты работаешь моей помощницей.
Она долго смотрела на него. Потом неожиданно спросила:
– А если я сама переведусь в другой отдел?
Герман задумался.
– Это будет выглядеть странно.
– Почему?
– Потому что все решат, что перевод организовал я.
– Уволиться?
Он сразу покачал головой.
– Нет.
– Почему?
– Потому что я слишком долго искал человека, которому могу доверить работу.
Она невесело усмехнулась.
– Очень романтичное признание.
– Другого пока нет.
Вика подошла к окну. Некоторое время молча смотрела на город. Потом тихо сказала:
– Знаешь...
Она повернулась.
– Мне кажется, впервые в жизни мужчина предлагает мне не спрятать проблему, а решить её.
Герман ничего не ответил. Потому что ждал продолжения.
– И именно поэтому...
Она улыбнулась. Совсем немного.
– Я согласна.
Он удивлённо поднял голову.
– Согласна?
– Да.
– Не обижаешься?
– Очень обижаюсь.
Она честно пожала плечами.
– Но понимаю.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Без прикосновений. Без поцелуев. Теперь это решение было общим.
И именно поэтому стало намного легче.
Вечером, когда Вика уже собиралась домой, к её столу подошёл Игорь. Он внимательно посмотрел сначала на неё. Потом на Германа, который разговаривал по телефону в кабинете. Потом снова на неё.
– Ну?
– Что "ну"?
– Вы поговорили.
– Поговорили.
– И?
Вика неожиданно улыбнулась. Очень спокойно.
– Всё будет хорошо.
Игорь недоверчиво прищурился.
– Это женская интуиция?
– Нет.
Она надела куртку.
– Это взрослые люди впервые начали разговаривать раньше, чем делать выводы.
Игорь посмотрел ей вслед. Потом перевёл взгляд на кабинет друга. И впервые за долгое время позволил себе расслабиться. Потому что именно этого он и добивался с самого начала.
Не разлучить их.
А сделать так, чтобы, если они однажды окажутся вместе, у них был шанс построить отношения, которые не придётся скрывать ни от других, ни от самих себя.
