Текст книги "Только МАТ или иномирянка со своим уставом (СИ)"
Автор книги: Майарана Мистеру
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
– По-о-о-БЕ-РЕ-ГИ-СЬ!!! – Взвыл ужас над моей головой, обозначая скорую посадку.
Мне удалось вовремя отвернуть голову от правого плеча, чтобы избежать неудачного столкновения со свинорылым карманным чудовищем. Совсем неаккуратно вцепившись когтями в моё плечо, он резко выдохнул, а я поняла, что летел он на очень приличной скорости, поскольку удар от столкновения не был, как обычно, мягким.
– Рядовой Ужас поручение выполнил! – отрапортовал мелкий пакостник, хитро сощурив глаза-бусинки. – Ожидаю дальнейших приказаний.
Расспрашивать о том, как прошёл разговор с ректором, я при свидетелях не стала, поэтому преспокойно пустила фамильяра в небо, разведывать обстановку с высоты птичьего полета, отметив, как обижено скривился при этом Мышь.
– Не жалко? – задал вопрос Тёмный, но узрев моё неподдельное удивление, выдал очевидное: – Не жалко. – Я только хмыкнула, не понимая, почему вообще должна жалеть летучую мышь, но Тёмный сказал то, чего я просто не могла знать, хотя должна была. – У фамильяров немного иное строение тела. У каждого есть недостатки, например, у обычных летучих мышей слепота, верно? – Я кивнула в ответ, по-прежнему не понимая, причем тут Ужас. Он-то прекрасно видит. – А твой фамильяр, расходует гораздо больше энергии на солнце, чем во тьме ночи. Ему такие полеты не то, что неприятны, они сильно энергозатратны.
И тут, я действительно, сжалилась … Хотя нет, над собой я сжалилась. Ведь, на самом деле, в последнее время, Ужас стал требовать больше крови, и запросы его росли пропорционально моим приказам и поручениям. Отсюда делаем выводы, либо я продолжаю поить этого не здорового фамильяра, либо прекращаю гонять его средь бела дня.
Скривилась от обеих перспектив, но все же, решила не мучить свиномордую жертву своего произвола. И только я набрала в грудь воздуха …
– Только предварительно подумай о нас! – Возмутился Зверь, неожиданно вставший на моём пути. Серые глаза злобно сверкнули из-под косой белобрысой челки, которая отличала его от всех ванпайров. – Пусть проваливает в академию и дожидается там! Всё время трещишь о том, как мы должны вести себя в команде, а поступаешь ровно наоборот!
Я скептически хмыкнула, отмечая нелюбовь Зверя вообще ко всему, что его окружает.
– Не начинай, Танзеро. – Неожиданно влез в разговор Кактус, хватая его за плечо. – Сейчас не самый подходящий момент, чтобы спорить с кем бы то ни было. – Он искоса глянул на меня своими кошачьими глазами и продолжил успокаивать задиру. – У нас есть общая цель, а Бедокур командир. Помнишь?
Зверь нахмурился, кивнул, сверкнув напоследок глазами на меня, словно обещая продолжить этот разговор, и отступил на несколько шагов. А я хмыкнула, запомнив имя своего товарища, готового меня расчленить одним только взглядом. Танзеро.
Как говорят у нас в России:
Что-то пошло не так …
И не то, что бы меня пристыдило подобное отношение, но было немного … не по себе, что ли. Я прекрасно поняла, что имел ввиду Зверь. Мои приказы и поучения они вынести могут и вполне сносно с этим справляются, не взирая на наличие зубовного скрежета, но вот присутствие Ужаса во многих воспитательных моментах их не просто злит, а выводит из себя. Но я, буду не я, если не скажу, что Ужас благотворно влияет на их воспитание. Во-первых, парни перестали сквернословить, что, несомненно, уже даёт огромный плюс перед лицом академии. Во-вторых, за счет Ужаса, меня стали уважать. УВАЖАТЬ! И это вовсе не потому, что я являюсь его хозяйкой, а от тех знаний, которыми пользуется мышь.
Я не стала звать Ужаса назад, разумно решив, что должна прислушаться к словам Зверя, тем более сейчас, когда мы в столь экстремальной для всех нас ситуации. Да и глаза сверху всегда нужны, и пусть придется пожертвовать еще сотней миллилитров своей крови.
Подходящее место мы искали долго. Всё же, территория академии была огромна, щедро усеяна лесами, что позволяло нам передвигаться практически незаметно. Практически, потому что я точно знала, что за нами следят всей академией, транслируя вид сверху на огромных экранах неизвестного происхождения, находящихся прямо в главном зале с вензелем триединства на полу. У кого вообще эта дурная идея возникла, интересно знать? Мне вот теперь вообще не по себе от осознания, что на протяжении этих двух дней я буду, есть, спать и бегать под чужими взглядами. Бр-р-р.
Нашли удобную опушку не без помощи крылатого помощника. И первое, что пришлось сделать, потребовать плащи своих товарищей, поскольку небо затягивало свинцовыми тучами. Под заинтригованными взглядами стянула два плаща и прошнуровала их, скрепляя, таким образом, вместе. Исподлобья глянула на Стрелу и заставила повторить процедуру ровно столько раз, сколько потребуется для создания полноценного укрытия от дождя.
– Ужас, на стрёме! Купол, Вояка, Тёмный за мной. Остальным задача приготовить лагерь для ночной стоянки.
На мне скрестились два недовольных взгляда. Лютого и ЧП, видимо они не хотели оставаться в лагере, но … Откровенно говоря, мне надоели эти странные ощущения. Я с собой взяла самых непритязательных. Тех, кому пофиг на моё поведение.
Оглядела место стоянки, прикинув, сколько понадобиться времени, для становления палатки. Час, максимум полтора. Удовлетворенно кивнула и направилась в лес, в сторону, где должно быть захватываемое нами здание.
Казалось бы, всё прекрасно, до основных действий ещё куча времени, но что-то свербело внутри, не давая покоя. Как зуд после укуса комара, до эпицентра которого не добраться, не разодрав кожу.
Первую часть пути преодолели бегом, после шагом, и уже через полчаса, когда начался дождь, мы уже крались меж деревьев, чтобы не выдать своего приближения. В воздухе отчетливо ощущался дым жженого дерева. Скорее всего, противник жег костер, что для нас являлось непозволительной роскошью, поскольку мы нападающие и должны скрывать своё присутствие от других. Вокруг здания царил хаос. Стоял шум и гам, услышав который мы с ребятами удивленно переглянулись. Подобрались чуть ближе, раздвинули кусты и узрели … беспредел, какой ещё поискать нужно.
Команда из пятнадцати человек не занимались подготовкой, они просто общались, усевшись вокруг костра. Увидев это, мы повторно переглянусь на этот раз озадаченно. Неужели настолько наплевать на исход игры? Даже часовых не выставили …
Прислушалась к тому, о чем велась веселая и беззаботная речь.
– Да брось, Онсо, основные передвижения начнутся завтра, так чего напрягаться?
– Нет, он в какой-то степени прав. Нам всем первый день дали на привыкание к обстановке. Не думаю, что кто-то полезет раньше завтра.
– Да! Поэтому просто отдохнём. Где ещё можно раздобыть лишний выходной?
Вся компания дружно заржала.
Я только тихо цокнула языком и покачала головой.
– Сами на себя беду накликали. – Улыбнулась я.
Вояка понятливо усмехнулся, осматривая периметр. Купол никак не отреагировал, а вот Тёмный. Сделав пару шагов, в плотную, приблизился ко мне, и едва различимым шепотом, в котором были слышны нотки авантюризма, спросил:
– Есть план?
План был, но как сказал бы один мой знакомый свинорылый мышь, был он сыроват и для курения, в принципе не пригоден, поэтому обойдется наш Тёмный.
В лагерь мы вернулись, когда погода совсем разбушевалась. На опушке нас ждала замаскированная ветками и листвой палатка. Так сходу и не скажешь, что здесь чей-то лагерь. Этим видом я была вполне довольна. Пробрались внутрь и тут же попали в заботливые руки своих товарищей, сунувших под замерзшие носы горячий отвар из цветка арабеллы. Всё же природоведение пошло на пользу, вон и чай завариваем из того, что под ногами растёт, а раньше бы даже не осмелились. Обхватив пальцами горячую кружку, я почувствовала рядом с собой ЧП. Честно говоря, даже не обратила внимания куда села, хотелось поскорее отделаться от ощущения влаги на коже, а попала в ещё более напрягающее положение.
В палатке было очень темно, невзирая на то, что ребята отодвинули ткань, чтобы внутрь попадал свежий воздух. Полумрак накрывал нас с головой, а огонь использовать можно только в малых количествах. Чтобы не было света и запаха. То есть можно прогревать палатку в случае необходимости, но нельзя её освещать, дабы не выдать своё местоположение. Именно поэтому, я не сразу поняла, с кем рядом оказалась.
Аромат отвара бил в нос, расслабляя рецепторы, а заодно и сознание. Плечо космоглазого коснулось моего, заставив вздрогнуть. Чувства словно утянули в намагниченный вакуум. Глухо, трепетно, влажно …
И в полумраке, под звуки косого ливня, в неистовстве бьющего по земле разъярёнными каплями, оглушая наше укрытие яростным ревом. Плечом к плечу, чувствуя его дыхание, сердцебиение, желание. Как статическим электричеством по коже … Шуршащими мурашками вдоль позвоночника. Тихо-тихо, боясь привлечь внимание других …
«Моя» – кончиком пальца по запястью, заставляя нутро сладко сжаться. Зажмурится, сдерживая порыв обнять.
И как внутренний стоп-кран мысль… Зеленые глаза перед внутренним взором и голос нежный, зыбкий и родной до боли «Мату маи …». Разряд в сердце равный тысячи киловатт, головокружение и полный боли и негодования вздох. Рывок в сторону, как следствие. Непризнание, несогласие, нежелание …
Я просто не могу сейчас сдаться. Не сейчас, когда мысленно смотрю на другого.
О, Господи, Василиса!
Рывком поднимаюсь на ноги, отбрасывая в сторону кружку с отваром и натыкаюсь на объятия Лютого, который в одно мгновение сжал так крепко, что вышибло дух. Дернул куда-то и резко усадил на свои колени, прижав спиной к своей груди.
Неожиданно.
Так неожиданно, что даже не сразу сообразила, что делать. А что, собственно, делать? Замерла, почувствовав, что ничего лишнего Лютый себе не позволяет. Прижал к груди и держит, словно, пытаясь поддержать и успокоить, не как мужчина женщину… а так, как умеет.
Молчу, ковыряясь в своих ощущениях, которые, кстати говоря, напоминали мертвенную тишину поля битвы, куда вот-вот шарахнет ядерной боеголовкой, а пока ярость, клокочущая, внутри, делает глубокие вдохи, сопровождая каждый выдох тривиальным «ус-с-с-са-а …» из лично любимого Женей фильма «плохие парни».
Вздрогнула, подумав о смеющихся зеленых глазах, которые виделись сейчас немного иначе … Да кому я вру?! Совсем не те глаза я видела. Чертов Евгеша! Да будь ты проклят со своими поцелуями! Со своими зелеными глазами и … и этой до боли знакомой и родной широкой улыбкой.
Из-за него почти забыла образ родного человека!
Аргх-х-х!
Дернулась в руках Лютого, давая понять, что мне не нравится такая поддержка. Я бы поняла, если бы меня по плечу хлопнули и шепнули «Не парься, Бедокур. Всё путём будет», но товарищ упорно делал вид, что не понимает моих манёвров.
– Да пусти же! – Рыкнула глухо, стукнув провокатора по руке, а освободившись, рванула прочь из палатки.
Под оглушающий рев тропического ливня. Под его холодные капли, смывающие с кожи зудящую тревогу, что, будто намертво пустила корни в грудную клетку. Закрыв глаза, вдохнула глубоко влажный воздух и … взяла наконец себя в руки.
Хватит ныть. Хватит смотреть на мир сквозь розовые очки. Ты ж почти мужик, Вася! Солдаты мямлями и нюнями не бывают, поэтому соберись в кучу тряпка, и вперёд! Доказывать всем, что ты гвоздь, а не сопля под носом. Пусть все эти Карсайто и Евангелионы катятся квадратным приветом в ад, собирая кочки по пути. У тебя есть цель. Есть? Вот и действуй! Выброси все эту романтическую чепуху, будь мужиком, Вася!
Ещё раз, глубоко вдохнув, я открыла глаза, подмечая, что дождь заканчивается, а значит пора. Развернулась и шагнула обратно в палатку, решительно настроившись на отличный результат этих игр. Я добьюсь своего.
Глава 16
«Войско баранов, возглавляемое львом,
всегда одержит победу над войском
львов, возглавляемых бараном».
Военная мудрость
– Не могу поверить, что ты решилась так подло ударить в спину! – Тихо шипел Зверь, выглядывая из-за дерева. – Они сейчас беззащитны, как дети. Неужели нельзя было дождаться хотя бы утра, чтобы дать им время … Да просто проснуться!
Я укоризненно посмотрела на него, не забыв покачать головой.
– Так может мы им еще, и одеяльце подоткнём, да по головке погладим? Пусть выспятся, да?
В ответ на меня посмотрели так, будто я являюсь представителем семейства насекомых, которых нужно срочно уничтожить. И кто бы мне сказал, отчего у него такой премерзкий нрав?
– Хватит! – неожиданно вмешался Вояка. – Они сами виноваты. Кто сказал, что мы должны оправдывать их ожидания?
Я кивнула, полностью согласная с его мнением. На войне, как на войне. Всегда нужно быть наготове, тем более, если на кону стоит нечто важное. В нашем случае – это двухнедельные каникулы и еженедельные полевые выходы, о которых договаривался с ректором мышь.
– Окружаем и берём в плен. Лишний враг за стеной нам ни к чему, а иначе от них не избавится.
На плечо вдруг легла большая рука, я повернулась и удивленно вскинула бровь, увидев Валуна.
– В прошлый раз, я заприметил в этом здании запирающуюся комнату. Можно согнать их туда. Там достаточно места, и в случае нападения со стороны остальных участников, никаких шансов выбраться.
– Хорошая идея, Валун. – Кивнула я.
Тот, в ответ, едва заметно улыбнулся краешками губ, что меня просто окрылило. Я абсолютно воспряла духом, ощутив поддержку, пусть и не всех, но товарищей. Наверное, именно этого мне не хватало. Дружеского тепла, отражающегося в неловком мужском молчании и этой скупой улыбке.
Вздохнула и принялась командовать парадом.
– Кот – охрана периметра в режиме стелс. Купол и Тёмный – прикрываете спины. Лютый, Кактус, Вояка, Зверь, Судья, Валун – со мной. Работаем быстро и тихо. Ни одна живая душа не должна понять, что здесь кто-то есть. Болтун, Взрыв, Скала, Стрела – вы в обход на зачистку. Всем всё ясно?
Парни кивнули, охотно подчинившись.
– Встречаемся в здании.
И мы слаженно рванули на охоту за головами, а точнее брать в кольцо спящих дегенератов, не понимающих, что отныне слабые в академии те, кто не стремится учится чему-то новому. Время в любой битве всегда играет особо важную роль. Даже Шекспир говорил, что лучше прийти на три часа раньше, чем на одну минуту позже. А ведь чувак вообще ничего не смыслил в военной тактике.
Тихий шаг по зарослям травы вдоль стены старого здания. Стоп – ладонью вверх, когда совсем рядом за углом что-то грохнулось. Рука Лютого наготове. Секунда, две, … но ничего не происходит. Зверь, как самый изворотливый, проходит мимо и заглядывает за угол, чтобы секундой позже продемонстрировать нам странную ухмылку, которая больше напоминала борьбу с отвращением и вкусом горечи во рту.
«Минус один» – показывает жестом, и мы с несвойственным нам любопытством двинулись дальше, чтобы увидеть как один из ванпайров вражеского отряда, в абсолютно невменяемом состоянии, ничком лежит у стены, куда минутой раньше, вывернул содержимое собственного желудка.
Я удивляюсь этому, потому что не понимаю, что происходит, но Судья тут, же поясняет мне:
– Традабита. Ядовитая трава, которую долго вымачивают в сладкой воде, высушивают, а затем поджигают и вдыхают дым.
– Нарики, короче – неожиданно приземляется на плечо Ужас, заставив вздрогнуть.
Сказать, что я поразилась до глубины души – это ничего не сказать. Будучи уверенной, что попала в другой мир, я даже, и представить себе не могла, что в этой магической древности имелись столь отвратные вещи, как наркотики, но, похоже, все миры идут по одной наклонной. Или всё дело в нас самих? Никогда не понимала тех, кто намеренно отравляет себя всякой дрянью. Будь то алкоголь, сигареты, таблетки, наркотики… Ради чего? Мимолетное чувство эйфории, которое можно получать не по одному разу в день на той же пробежке? Или это человеческая лень? Когда-то я слышала выражение, что лень – двигатель прогресса, и, возможно, частично так оно и есть, но в большинстве случаев, лень – это предвестник деградации конкретного индивидуума.
Осторожно поддев ногой сапог наркомана, я проверила ванпайра на реакцию. Её не было, зато ЭТО пускало слюни и глупо лыбилось, видимо, достигнув своего дзен. Скривилась, и не смотря на жалость к парням, приказала тащить эту полумёртвую тушу с собой. Приказ спокойно выполнил Вояка, за что я была ему безмерно благодарна.
Построившись в колонну, мы двинулись дальше вдоль стены, неумолимо приближаясь к входу здания, на крыльце которого, уютно сбившись в стайку, посапывало в обе дырочки девять человек. Полагаю, кто-то из них был так же невменяем, как и товарищ на руках Вояки, потому что из той кучи слышались невнятные бормотания.
Н-да. Отвратительный подход к делу, а главное, какое омерзительное отношение они проявляют к своему руководству. Я бы за такое вообще из стен академии выперла, но похоже наркотики здесь – это вполне себе законное явление, раз уж даже на столь ответственном мероприятии они были использованы.
Мы, как не один раз, уже отрабатывали подобную ситуацию, тихо окружили живое кольцо человеческих тел…
И Ужас, конечно, как всегда был в своём репертуаре. Он красиво спланировал с моего плеча на какого-то парня, сделал грудь колесом, и неожиданно для меня, как рявкнет жутким мужским басом:
– ОРУЖИЕ НА ПОЛ! ВСЕМ ЛЕЖАТЬ МОРДОЙ В ПОЛ!
Я чуть не… А впрочем, мы все, ошарашено смотрели на происходящее.
Вся живая куча мгновенно подскочила и попыталась броситься в рассыпную, не понимая, что вообще произошло, но мы преградили дорогу, кто ногами, кто руками, усаживая наркоманов на место. Однако мышь на этом не остановился. Крылатому, глумливому существу, с необъятным чувством «черного» юмора, показалось, что реакция на прошлый рык была непомерна, мала, в сравнении с приложенными усилиями, и он тихо добавил:
– Работает ГосНаркоКонтроль.
Услышав это, я сначала не обратила внимание на звучание слова. Секунда тишины, сопровождаемая вздёргиванием моих бровей, а потом… Что тут началось… Эти наркоманы подскочили, как в попу ужаленные. На их лицах читалось выражение откровенного ужаса. Лихорадочный взгляд искал щель в окружении, в которую можно было, просочится, и перспектива быть битыми нами их уже не останавливала. Кактус, молча, задвинул меня за свою спину, вогнав этим действием меня в ступор. Затем послышался первый удар и крик Ужаса:
– НАШИХ БЬЮТ!!!
Буйных наркоманов успокаивали несколько минут, пока я соображала, где остальные пять человек из отряда, ну и собственно пыталась понять, чем так страшен ГосНаркоКонтроль Этраполиса. А потом припомнила звучание слова на местном наречии «ИмпНарКон», что обозначало то же самое. Только в России на слово ГНК реагируют всё же поспокойнее. Любопытно, почему?
– Вы там закончили? – обратилась к парням, замечая, как отряд зачистки уже маячит в окне здания. – У нас не так много времени, ребята. Сгружайте пленных в комнату, нужно готовиться к нападению вражеской силы.
Пока буйных и невменяемых заводили в дом, я осматривала периметр, думая кого и куда выставить, для незаметной охраны.
Из-за дома раздался какой-то грохот, привлекая наше внимание. Краем глаза заметила, как все напряглись, ожидая нападения, но ничего больше не последовало. Кивнула Судье, чтобы отправлялся на разведку. Крайне важно знать, что происходит в округе, всё же у любого звука есть источник, будь он неладен.
Карсайто медленно прошел к краю дома, со скоростью достойной профессионала, годами отрабатывающего этот жест, глянул за угол и тут же вернулся на исходную позицию. Дал жестом понять, что там есть враг, я моментально скоординировала действия стоявших на улице и маячивших в окне. Часть двинулась в обход, часть должна была выйти с той стороны здания, где находился противник, а вот Ужас получил чёткую и, прямо скажем, почти невыполнимую в его случае задачу, заткнуться. Обижено засопел и вспорхнул под крышу здания.
Скажем прямо, захват здания проходил не так, как планировалось. В своей голове мне виделось, как мы красиво проникаем внутрь здание и ведём самое настоящее сражение. А то, что происходит сейчас, называется избиением пьяных младенцев … А впрочем, какая мне разница? Главное результат, а в таком отвратительном бое они сами виноваты.
Я тихо приблизилась к Карсайто, пробралась мимо него и также быстро выглянула. Трети секунды вполне хватило, чтобы запомнить картинку, а затем по памяти её проанализировать. Двое шли по направлению к нам, ещё двое о чем-то разговаривали. Мне пришлось дернуть Судью за рукав куртки и показать, чтобы был готов. Шаги раздавались уже совсем рядом, когда я пригнулась дикой кошкой, готовой выпрыгнуть в любой момент, но неожиданно в моё плечо прилетел нож, толкнув к стене, а из-за дома послышалась самая настоящая бойня.
На моё счастье очень быстро среагировал Судья. Двумя точными ударами, он вырубил подошедших и бросился в лес, откуда мне прилетел подарок. Боль была просто адской, но я нашла в себе силы выдернуть железку из плеча. Внимательно присмотрелась к тому месту, куда направлялся Карсайто, и с молчаливым криком метнула «подарочек» обратно, заприметив выделяющуюся цветом траву, которой на вид было около недели после среза, в смысле совершенно сухая на фоне сочной зелени. Вот что значит, пренебрегать военной тактикой и маскировкой.
Судья, молча, подошел к вычисленному мною врагу, поднял маскировочную сетку, а затем укоризненно посмотрел на меня. Я перебила парню позвоночник …
Нет, вот если бы мы в России были бы, то это да … За это можно и укорить, а тут-то? Ну, заживёт, не страшно. Я вон с проломленным черепом выжила, и ничего. Не дурочка вроде … Хотя в свете последних событий, кто его знает?
Выбросив все мысли из головы, я двинулась на звуки боя. Оказывается, ребята решили позабавиться с оставшимися двумя ванпайрами, и устроить спарринг на мечах. Это выглядело комично, если честно. Вражеский отряд со своими стандартными знаниями о боях, что предоставляла академия, был совершенно беззащитен перед военной тактикой другой цивилизации. Мои парни чувствовали себя более чем уверенно и играли с пленниками, как сытая кошка с мышами. Лениво и непринужденно. На это даже смотреть было не очень приятно, зная, что в любом сражении противник должен быть достоин боя.
– Закончили! – хмуро скомандовала я, и парни тут же уложили соперников на лопатки. – Отведите их к остальным и строится.
Не скажу, что оставшееся время в ожидании мы проводили с пользой. Внутри здания развели костер, имея, наконец, возможность отдохнуть у огня. Ужас был наказан за свою бессовестную выходку, поэтому обижено посапывал на подоконнике, следя за участком двора. Взрыв и Купол отправились патрулировать прилегающую к дому территорию, невольно вызывая на моём лице улыбку сочетанием своих позывных. Стрела и Валун разбирали провиант, пока остальные, впервые при мне вели непринужденную беседу. А из-за двери, где находились пленные, доносились невнятные ругательства, которые время от времени вызывали ухмылки на наших губах.
– На прошлой неделе сдавал работу по плетениям силы. – Усмехаясь, проговорил Кактус, чем привлек наше внимание. – Не хочу показаться идиотом, но я решил проверить реакцию учителя на столь своевольное исполнение задания. Указал в нём момент, когда наш Бедокур соткала для всех нас тучу энергошаров в этом здании.
Я возмущенно ткнула в его сторону указательным пальцем.
– Эй, ты должен был со мной посоветоваться!
Кактус развеселился окончательно, парадно демонстрируя свою зачетную улыбку, от которой вполне себе могли распуститься цветы.
– Не кипятись. Меня вызвали на ковер и заставили «доказывать», что это возможно. Учитывая мои способности, я сполна поплатился за свой поступок, битый час, воплощая свою «фантазию» в реальность.
– А меня вообще заставили… – неожиданно вставляет отчего-то очень обиженный на весь мир Валун, выдавая и свой глупый поступок. – …петь.
И мы не скрываясь, начинаем ржать, смело представляя эту гору мышц с тонюсеньким голосом, на учительском ковре.
– Вот вам смешно, а я действительно озадачен тем, что произошло. – Произнес Болтун без тени улыбки, ковыряя веткой угли костра. – Или вы полагаете, что это нормальное явление?
И все дружно посмотрели на меня, явно ожидая ответа. Даже космос мерцанием своих звёзд вопрошал, что же во мне такого, чего нет в других.
– А знаете, что? Давайте прямо сейчас поэкспериментируем и попробуем понять, что же такого делаю я, и могут ли это другие?
Усмехнулась, наблюдая озадаченность на знакомых лицах.
– А давай! – Восклицает Тёмный, в котором, похоже, проснулся здоровый дух авантюризма русского человека.
Я только дернула плечом, прогоняя тревогу, не желавшую оставлять меня в покое последние несколько часов.
– Отлично. Тогда приступим.
Ребята повытаскивали свои «пустые» ножички и свитки.
Не знаю почему, но мне вспомнилась именно эта песня. Она всегда пробирала меня до костей в исполнении Виктора Цоя, а уж когда я впервые услышала Гагарину… Боже, это был щенячий восторг, который никак не унимался. Я очень долго её репетировала и правильно ставила голос перед тем, как впервые исполнить со сцены, да ещё и с гитарой…
Песен, еще не написанных, сколько?
Скажи кукушка. Пропой.
В городе мне жить или на выселках?
Камнем лежать или гореть звездой? Звездой…
«Чёрт возьми, отсутствие гитары в руках – это преступление! Я бы сейчас такой кавер забабахала…» – думала я, разглядывая застывшие лица ребят. Взглянула в свой космос, начиная медленно в нём плавиться, но уже через секунды опустила веки, теряясь в разноцветии пробудившейся энергии.
Солнце мое взгляни на меня,
Моя ладонь превратилась в кулак.
И если есть порох, дай огня.
Вот так…
Медленно липнут к рукам нити энергии, стягиваясь в живую субстанцию. Ластятся к коже, желая внять как можно больше нежности, наслаждаясь звуком моего голоса. А когда я взяла высокую ноту, вздулись, словно морские ежи. Будто чувствуют эмоцию песни.
Кто пойдёт по следу одинокому?
Сильные да смелые головы сложили в поле, в бою…
Мало кто остался в светлой памяти,
В трезвом уме, да с твёрдой рукой в строю.
В строю…
Зашипели кошками, закрутились и выскользнули из рук, каждый к своей цели, выдернув из моих пальцев свои хвосты. На этом моё пение и закончилось, потому что раскрыв глаза, я увидела уже знакомую картину.
– Это всё? – Спросил обычно молчаливый Кот.
Улыбнулась, поняв, что песня понравилась всем без исключения, а затем коварно ответила.
– Не всё, но я спою её вам позже, когда придумаю, как воссоздать музыкальный инструмент, под который её можно достойно исполнить.
– До сих пор не могу поверить. – Выдохнул Болтун, любовно разглядывая свою мерцающую булаву.
– Давайте лучше разгадаем тайну века. Кто хочет научиться петь? – скалясь, обратилась я к боенергикам.
Через час все боенергики и я в том числе, разочарованно смотрели на огонь костра. Ничего не вышло. НИ-ЧЕ-ГО.
– Может дело в ней самой, а не в песнях? – задумчиво предположил Кот. – В конце концов, она сказала, что это помогает, ей сосредоточится.
Проговорил он это так, словно меня вообще тут не было.
– Почему тогда другие варианты не работают? – сверкнул на меня взглядом Кактус. – И вообще. Она от и до странная. Начиная с цвета волос и заканчивая характером.
Это я странная?! Да они бы в моём мире вообще офонарели от внешнего вида окружающих! У нас девочки двенадцатилетние с синими и зелеными волосами и пирсингом в носу ходят. А сами? С этими своими белыми волосами и косичками в них. А ещё кровь пьют. И это я странная?!
– Я из другого мира, забыл?! – возмутилась я, нервно подопнув деревяшку в костер, который медленно начинал угасать.
– А вот мне ты кое-кого напоминаешь. – Прищурился Скала.
– Кого? – удивилась я.
– Была у нас одна уважаемая и всеми почитаемая женщина в четвертом королевстве. – И он не сказал её имени, но при этом я заметила, как большинство, из присутствующих улыбнувшись, кивнули. – Она была своенравной женщиной, любившей вправлять мозги всем, кто неправильно жил.
– Это как, по-твоему? – перебила я заинтересовавшись.
– Как и ты. – Ухмыльнулся Кактус. – Терпеть не могла, когда игнорировали её приказы, распоряжения и вели неправильный образ жизни, порочащий честь и достоинство её королевства.
– Да-да. – Усмехнулся Судья, как-то странно глянув на меня. – Ты очень на неё похожа.
– Да ну вас! – отмахнулась я. – Это все сходства или что-то ещё есть?
Все дружно замолчали, однако один всё же ответил. Кот придвинулся чуть ближе и проговорил, глядя на огонь, который мерцал отражением в его серебристых глазах.
– Она была урожденным Ванпайром, однако именно она перед смертью создала обряд, способный обратить обычного человека. – Он поднимает голову и смотрит прямо мне в глаза. – А знаешь, что самое интересное?
– Что? – спрашиваю завороженная блеском огня в его глазах.
– Она была первым боенергиком в Этраполисе, способным масштабно отдавать энергию стражам первого круга…
– Инар! – Рыкнул на него Судья, на которого мы недоуменно уставились. – Думай что и где говоришь!
Кот улыбнулся, будто переводя все свои слова в шутку, но его взгляд будто говорил мне: Подумай об этом.
И меня действительно заинтриговало. Запало в душу настолько, что даже Женя, увидев меня в данную секунду, уверенно сказал: Всё. Этот танк не остановить.
Дядя всегда очень чутко чувствовал мои настроения, что бесспорно позитивно сказывалось на наших с ним отношениях и взаимопонимании, чего никогда не было с мамой. Моя мать женщина весьма скверного характера. Она ветреная, эгоцентричная, и не будь она моей матерью, а посторонней женщиной, я бы с уверенностью сказала, что она самовлюбленная дура, с не в меру завышенным чувством собственного достоинства. Ей было не всё равно, чем я занимаюсь, а ещё точнее, ей никогда не нравилось то, чем я занимаюсь, начиная от кружков в школе, заканчивая летними детскими лагерями с военным уклоном, то есть, абсолютно всё! Поэтому мы с Женей старались скрывать все наши увлечения, правда, не шибко получалось, когда приходилось возвращаться домой с синяками. Может, именно поэтому у меня нет к ней таких тёплых чувств, которые все любимые дочери испытывают к своим родителям? Нет, я, конечно, люблю маму, но… Не настолько, чтобы желать к ней вернуться.
Я ковырнула сапогом землю, не стараясь прислушиваться к разговору парней. Кажется, полностью погрузившись в пучину своих мыслей.
Неожиданно мелькнул образ из детства, придуманный мной во время рассказа сказки Женей. Принцесса с красными волосами, тянущая руку к черноволосому принцу. Зажмурилась, пытаясь удержать образ и вспомнить, о чём шла речь.
Попаданка, провалившаяся в другой мир. Принцесса незнакомой страны, что вела народ войной против врага и её суженный, что освободил её от оков… Чего?
