Текст книги "Пирожки для принца (СИ)"

Автор книги: Матильда Старр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Увидев принца, который весьма недвусмысленно держит в объятиях супругу, дядечка смутился и покраснел:

– Прошу прощения, ваше высочество, если я не вовремя, но дело не терпит отлагательств.

Дядечка остановил свой взгляд на Соне, и тут же его брови поползли вверх:

– Простите, ваше высочество, не признал, – это уже ей.

Ну да без обористых платьев и в чепчике принцессу в ней признать, конечно, сложно. Что же этот негодяй думал, что принц тут служанок тискает по углам?!

Вот уж действительно неловкая ситуация… Что думает о них вояка теперь, она даже представлять не хочет. Вряд ли он всерьез готов поверить, что царская жена соизволила собственноручно готовить еду. Скорее, спишет все на какие-нибудь ролевые игры. Интересно, они здесь практикуют ролевые игры?

Принц мигом переменился в лице, подтянулся и выпустил Соню из объятий.

– Простите, принцесса, вынужден вас покинуть.

– Что-то случилось? – лицо принца ей совсем не понравилось.

И вообще, когда главу государства отыскивает в подсобке военный генерал с диким лицом и вырывает из любовных объятий (тут уж не так важно – законной супруги или аппетитной служанки), можно не сомневаться: дело плохо.

– Не беспокойтесь, принцесса, я все решу, – не теряя самообладания, ответил принц, – еще раз благодарю за ужин.

И он вышел из кухни.

Соня задумалась. Легко сказать «не беспокойтесь», гораздо труднее действительно перестать беспокоиться… Она отпила из чашки.

В комнату пришла приставленная к принцессе-кулинарке девушка поинтересоваться, закончила ли она с готовкой и можно ли уже наводить на кухне порядок. Соня кивнула: что ни говори, а так готовить куда интереснее.

Но преимущества королевской жизни ее сейчас не слишком занимали. Почему-то ей показалось, что у принца, а заодно и у них у всех серьезные неприятности.

Соня вернулась в комнату, приняла душ, чтобы смыть с себя кулинарные запахи, которые въедаются в волосы, хоть ты пять косынок надень, набросила халатик, подхватила на руки Дымку и уселась ждать.

Ей было тревожно: от того придет или не придет принц сегодня в ее опочивальню, зависело чуть большее, чем их личная жизнь.

Глава 21

Когда дверь без стука открыли, Соня сразу же поняла, кто это. Точно не принц. Кларина. Это ее привычка – врываться как к себе домой. Но сейчас Соню это не особенно раздражало: у Кларины есть и другие привычки, менее неприятные. Например, она всегда знает, что происходит в королевстве. А Соне сейчас эта информация ой как не повредит.

Домоправительница не начала ворчать с порога или произносить какую-нибудь поучающую речь.

Сердце Сони съежилось от нехорошего предчувствия. Да что там предчувствия – уверенности: все плохо.

Кларина подошла к ней, села рядом на краешек кровати, вздохнула и погладила Дымку. Даже так? Похоже дело табак.

– Принц Люксен отбыл из замка.

– И когда вернется?

Кларина пожала плечами и бросила на Соню такой взгляд, как будто та уже стала вдовой.

– Ладно, не томите. Так еще хуже. Рассказывайте все как есть.

Кларина вздохнула:

– Все как есть не расскажу, сама не знаю. Но вкратце новости такие. Этим вечером пропала вторая грузовая карета лоссов. Они решили, что это заговор и издевательство, что мы их заманили обещаниями выгодной торговли, а сами грабим потихоньку. Король их с дипломатами на переговоры лететь не пожелал, говорит: «А вдруг и мою карету сопрут, раз у вас там летать небезопасно».

Разумно. Соня и сама бы так сделала. Кто станет летать там, где можно и не долететь…

– И вместо этого выслал войска к границе. Там их тьма-тьмущая. И руководство страны – злое и обиженное, – продолжала свой невеселый рассказ Кларина.

А Соня и тут понимала соседей: мало кому понравится, что из тебя идиота делают.

– Вот принц и отправился на переговоры… – закончила Кларина.

Да уж, новости были, мягко говоря, отвратительные. Мало того что муж вместо исполнения супружеского долга чуть ли не на войну пошел, так его летающий аппарат еще и похитить по пути могут.

Соня молчала. А что тут скажешь?

– Ладно. Не раскисай. Люксен справится. Должен справиться. Ты мне лучше расскажи, как твоя кулинарная магия. Получилась?

Если Кларина хотела разрядить обстановку, ей не удалось.

– А как она должна была заработать? Наготовить, я много чего наготовила, но никакой магии не заметила.

– А что ты загадывала?

Похоже, Кларина была очень удивлена ее результатом.

– В смысле, что загадывала? Ничего не загадывала. Чтобы салат получился, чтобы овощи протушились, не пересолить, не переперчить, не пережарить. Что еще загадывают, когда еду готовят?

– Ну ты даешь, – Кларина смотрела на нее, как на полную дурочку. – Чтобы магия второго типа раскрылась, надо сначала решить, для чего ты магичишь, какое желание загадываешь, а потом уже увлечься любимым делом, да и забыть, отвлечься. А как доведешь дело до конца, так и сбыться должно.

Очень ценная информация! А главное своевременная.

Соня подскочила к кровати и направилась к шкафу, где было сложено розовое платье горничной и розовый чепчик. Быстро скинула халат и стала облачаться в рабочую одежду.

– Ты куда среди ночи собралась?

– Готовить собралась. И вы пойдете со мной, даже не думайте сбежать. Мне там одной жутковато будет.

* * *

Желание у Сони было, и желание это было серьезным. И еду она выбрала под стать. Овощи, тушенные в горшочке с грибами да с травами, да со сметаной – вполне подойдут и в качестве блюда для ночного дожора тоже сгодятся.

Соня достала несколько горшочков и стала забрасывать в них ингредиенты.

– Загадала что? – спросила Кларина.

– Загадала, – подтвердила Соня, мелко шинкуя травку, отдаленно напоминающую укроп.

Эх, ей бы справочник по местной кухне. Да где ж его возьмешь, если тут готовка полностью лежит на плечах обслуживающего персонала. А те, кто пишет справочники, еду, небось, только на тарелках и видели. А о том, что ее предварительно нужно вымыть, порезать и запечь, даже не догадываются.

– А правда что ли, что принц твою стряпню прямо на кухне пробовал? – снова проявила любопытство Кларина.

– Сами же знаете, что правда, иначе бы не спрашивали…

Та хохотнула:

– А ты не дура, хоть и странная.

Соня вздохнула: комплимент, конечно, сомнительный, но от Кларины и такой сойдет. Она вообще на это дело не слишком щедра.

Когда овощи были подготовлены, рассованы по горшочкам и залиты соусом, Соня прикрыла глаза, да и подумала про себя: пусть сбудется! Только бы сбылось! И поставила горшочки в магическую печь.

Теперь осталось только подождать минут двадцать-двадцать пять и не передержать, чтобы не высушить и не разварить.

Но не сидеть же просто так, не смотреть на Кларину и не переживать дружно вместе о том, как там Люксен в руках у супостатов – партнеров по бизнесу.

– А что, – хитро посмотрела она на Кларину, – не угостить ли мне вас салатиком? Легким, низкокалорийным, такой даже ночью можно есть без вреда для фигуры.

Ответ ей был не так уж и важен, потому что на это блюдо она тоже хотела кое-что загадать.

Соня ловко шинковала овощи, а в душе было неспокойно: а ну как не сработает магия! Это «салатное» желание было, если честно, совершенно пустячным, а вот то, «овощное»…

Ну да ладно. Говорила же Кларина: увлечься любимым делом, так чтобы о желании и не беспокоиться. Вот она и увлечется. Соня вдохновенно начала добавлять приправы, смешивать масла, выдавливать сок из кислющего фрукта, по виду напоминавшего помидор, а по вкусу – лимон.

Затем украсила блюдо зелеными листочками и поставила на стол перед Клариной:

– Ну вот, готово!

И тут же разочарованно выдохнула и без сил опустилась на стул рядом. Ее платье так и осталось розовым. А если не сработал салат, то логично предположить, что и тушеные овощи не сработают…

Кларина, видимо, не заметила, как Соня переменилась в лице. Все ее внимание было приковано к диковинному блюду. Она пошевелила в нем вилкой, подцепила несколько листочков и, словно боясь отравиться, потянула их в рот, а секунду спустя недоверчивое выражение на ее лице сменилось настоящим изумлением. Она вытаращила глаза, будто ей на зуб попался целый стручок чилийского перца.

А вот это было очень странно, потому что ничего особо острого в салат Соня не накладывала.

– Что не так? Соли много? Мало?

– Платье!

– Что плать… – начала было Соня, но не договорила – поняла.

Она посмотрела на себя. Теперь ее уже никто не отличил бы от обычной горничной, потому что скромное платьице перестало быть отвратительно-розовым, а стало приятного глазу коричневого цвета.

А это значит… Сердце Сони зашлось от восторга. Это значит, что и овощи…

Она рванула к печи, уселась напротив – прямо на пол – с намерением ни на минуту не отводить взгляд, чтобы только, не приведи Оракул, не испортить блюдо.

– Вы на салат-то не очень налегайте, – бросила она через плечо Кларине, – оставьте место для овощей в горшочке. Без вашей дегустации, боюсь, никак… И приготовьтесь восхищаться.

Что бы там себе Соня ни придумывала, ее любимое дело – вовсе не чистить, строгать и смешивать, а принимать восхищение тех, кому ее стряпня нравится. Так что без дегустации и восторженных вопросов: «Как ты такую вкуснятину сотворила? Неужели сама?» магия может и не сработать.

Был тут, правда, еще один нюанс: все-таки то, что про магию второго типа рассказывало ей юное дарование, работать она должна была так: ты захотел, придумал – и вот оно есть. Промежуточных вариантов, вроде «приготовил пир на весь мир и накормил голодных», не предполагалось.

Надо будет этот момент завтра выяснить.

Соня достала горячие горшочки из печи, один подала Кларине, второй поставила перед собой. Все-таки вечер выдался нервный, и она проголодалась. Да и вообще в той своей прежней жизни ночные походы к холодильнику Соня очень уважала и практиковала, пожалуй, даже чаще, чем следовало. А принцессе такая роскошь не положена. И раз сегодня вышло ей послабление, то почему не воспользоваться. Но главное, ей совершенно необходимо было убедиться, что получилось действительно здорово и похвала Кларины будет искренней.

– Знаешь, девка, не будь ты принцессой, я бы взяла тебя старшим поваром, – оперативно опустошив горшочек, заявила Кларина.

Соня облегченно выдохнула. Если это не похвала, то какого черта вам еще надо! Волшебство должно сработать.

Однако радовалась она недолго:

– Давайте по чайку. Разговор есть.

После ночного перекуса горячий чаек на травках – самое то для пищеварения.

– Нельзя, чтобы про мою магию знали, так что придумывайте, что хотите, какие угодно сплетни запускайте, хоть скажите, что принцесса на кухне целую ночь пила с горя, что супруг на войну улетел. Жалуйтесь, что вас заставила всю ночь сидеть разговоры разговаривать пьяные. За репутацию мою не волнуйтесь, пусть что хотят, то и думают, лишь бы о магии не догадались…

Она все еще помнила, как быстро после случайного магического броска собачки в окно, в Лизавету впилось отравленное жало, и повторять ее судьбу совсем не хотела. Однако и рассказывать Кларине эту грустную историю она пока не собиралась. Уж что-что, а чужие секреты должны оставаться чужими секретами, это о своих можно трепаться направо и налево.

Горячий чай, сытный ужин, насыщенный день, да и времени уже далеко за полночь… Соня чуть добралась до постели, и никакие тревоги за мужа не помешали ей прижать к себе Дымку и тут же забыться сном.

* * *

Первое, что она увидела, раскрыв глаза, был нелепый головной убор Кларины. Женщина выглядела совершенно свежей, словно и не полуночничала с ней, а нормально выспалась и привела себя в порядок. Соня подскочила на кровати:

– Ну что, какие новости?

– Вернулся утром. Все хорошо. С царем лоссов договорились и кареты грузовые нашли. К счастью, выяснилось, что воровали их не наши князья с герцогами, а очень даже лосские. Правда, без пособника среди наших они бы тоже не обошлись. Однако его не называют, то ли боятся, то ли и вправду не знают, кто их благодетель.

Соня тяжело вздохнула. Было у нее подозрение о том, кто бы мог оказаться этим «благодетелем». И подозрение ей это не нравилось, потому что, во-первых, речь опять шла о принце, а во-вторых, она только-только выяснила, что Катька – не такая уж и гадина. И ей бы совсем не хотелось, чтобы они с супругом оказались государственными преступниками.

Да вот только все знают, что Ратмир спит и видит, как бы это с соседями повоевать.

– Знаешь что, Кларина, раздобудьте-ка вы мне розовое платье, а то как только я в обычное переоденусь, не все, конечно, но многие сразу поймут, что случилось.

– А это запросто, – улыбнулась домоправительница. – После того как ты в своем розовом безвылазно щеголяла, наши дамы решили, что теперь такая мода наступила. Через одну в этот цвет рядятся. Это ты с кухни не вылезаешь, света белого не видишь, а я вот вижу. Так что все белошвейки срочно закупают розовые ткани. Уж что-нибудь да подберу.

Пока Соню наряжали, она напевала и с удовольствием крутилась перед зеркалом. Скажи ей кто-нибудь несколько дней назад, что она сама добровольно напялит на себя розовое платье, да еще и будет этому радоваться, она бы не поверила. А вот как оно вышло.

Интересно, каких еще сюрпризов от жизни ей следует ожидать.

В комнату влетела Анечка и с порога заговорила:

– Ну ты даешь, подруга, тебя и не найти теперь. Наслышана о твоих подвигах. Спасенная собачка, разбуженная принцесса, и весь день, и вся ночь на кухне. Я уже начала подумывать, не заболела ли ты, но вот смотрю, жива, здорова, чему и рада.

Анечка говорила звонко и бойко, как всегда, но что-то Соне не казалось, что она рада. Что-то ее беспокоило и беспокоило крепко. Соня вздохнула, неужели это она от Люксена заразилась привычкой за всех вокруг додумывать, что они на самом деле имели в виду?

– Ну что стоишь красотой своей любуешься, – заявила Анечка безмятежно, и Соня уже усомнилась в правильности своих догадок. – Урок магии вот-вот начнется. Почтенный Авикон ждать не станет. Он опоздавших страсть как не любит. Превратит в жабу, будешь тогда знать.

Соня округлила глаза:

– А он что может?

Анечка засмеялась:

– К счастью, нет. А то мы бы все тут прыгали и квакали.

Соня хмыкнула и пошла следом за ней.

* * *

Принять шкодного подмастерье за почтенного Авикона могла только Соня. Слишком уж отличались они, и теперь она это видела очень хорошо. Авикон был самым что ни на есть настоящим старцем – с длинной бородой, халатом и даже с колпаком вроде тех, в которых сказочные художники рисуют звездочетов.

Соня даже заподозрила, учитывая близкие связи между двумя мирами, что свой наряд он где-то там и нашел, да и решил, что это такая мода для магов. А вот его подмастерье оставался таким же молодым и шкодным, смотрел с улыбкой на Соню и с откровенной неприязнью на Изабеллу. Остальные принцессы его, похоже, нимало не волновали.

Изабелла? Это еще что за чудеса?

Вот уж кому магии учиться вместе с остальными принцессами совершенно ни к чему. Она же здесь не две недели, не два месяца и даже не полгода. Она этой магии с рождения обучается. Что она забыла в классе для новичков?

Соня непонимающе взглянула на Авикона. А вот он, кажется, пристрастий своего подмастерья не разделял. На Изабеллу он смотрел восхищенно, словно она была редким артефактом невероятной силы, а на Соню бросал брезгливые взгляды, в которых отчетливо читалось: «Срочно позовите дезинсектора!».

Обидно, конечно. Соня ничего плохого ему не сделала.

Старик-маг окинул взглядом собравшихся, и не глядя ни на кого конкретно, объявил:

– К сожалению, я не могу начать наш урок. Среди нас есть… человек, который не может обучаться магии ни по праву рождения, ни по праву вхождения в благородную семью.

И хотя взгляд Авикона ни разу не остановился на Соне, она поняла, что речь идет как раз таки о ней.

– Этот брак, хоть и был заключен официально, однако не был подтвержден фактически.

Принцессы начали переглядываться, но переглядывались недолго. Удивленные взоры тут же устремились на Соню, впрочем, кое-кто поглядывал и на Изабеллу, хотя, спрашивается, с чего бы: она магичка от рождения.

– Я предлагаю этому человеку не испытывать наше терпение, а сейчас же покинуть класс.

Старый маг замолчал, гордо сложил руки на груди и принялся ждать. Соня, чувствуя на себе обжигающие взгляды, вышла в коридор.

Дура, идиотка, кретинка… Сама виновата! Не надо было недотрогу из себя строить! Да в первый же вечер нужно было прижать принца и вытребовать из него тот самый супружеский долг, хоть бы и силой.

И что теперь все они о ней думают? Правильно! Что принц так страдает по Изабелле, что к своей законной жене даже и не притронулся!

Соня ненадолго остановилась посреди коридора, а потом решительно направилась в сторону покоев мужа. Да, у него выдалась непростая ночь, да, он всю дорогу решал серьезные государственные проблемы, выбился из сил и нуждается в отдыхе. Все это понятно.

Но сейчас речь и правда идет о чести семьи, и отлагательства этот вопрос не терпит!

Глава 22

Ее воинственный настрой прошел сразу же, как только она вошла в комнату. Принц не работал с документами, не принимал иностранных гостей или собственных подданных, он просто спал. Окна просторной комнаты были занавешены темным и плотным. А вот занавешены кое-как. Соня подошла к бархатной шторе и поправила ее – чтобы дневной свет не пробивался, чтобы не мешал, чтобы не разбудил…

Кажется, именно за этой шторой прятался от нее в первый день тогда еще будущий муж. Кажется, сто лет прошло с тех пор, а ведь всего-то несколько дней.

Щеки Сони зарумянились от этого воспоминания. Она подошла к кровати. Вот он… Спит себе и думать не думает, что дражайшая супруга решила исполнить свою угрозу и лично явиться в опочивальню за супружеским долгом.

Сейчас, когда не нужно было прятаться и смущаться, она могла рассмотреть принца внимательнее. Смотреть на него было приятно. И в груди от этого как-то странно щемило. Пора было признать: ей нравится ее нечаянный муж. Нравился с самого начала. Невозмутимостью, рассудительностью, немногословностью… И даже отсутствием романтических поползновений.

А теперь еще и этой сонной беззащитностью. Соня залюбовалась.

Светлые волосы разметались по подушке, одеяло сбилось, обнажая крепкое плечо, брови нахмурены, словно он все еще решает важные государственные вопросы…

К черту их всех! Магов, принцесс и даже Изабеллу с ее надменно изогнутой бровью. А если надо, то и Оракула туда же! Это ее муж, и только ей решать, когда у них все сложится и образуется. А не какому-то там магу!

Люксен всю ночь тягался по темному небу, раскрывал заговоры, войну вон предотвращал. Он честно заработал свой сон. И пусть весь мир подождет.

Соня мягко, чтобы не разбудить, поправила одеяло, не удержалась – откинула со лба непослушную прядь и уже собиралась тихой мышью выскользнуть из спальни.

Да только сильная рука крепко ухватила ее за запястье и потянула на себя. Мгновение – и она оказалась посреди подушек и одеял, в крепких объятиях. Принц прижал ее к себе, как прижимают мягкую игрушку.

Неужели во сне? И что теперь делать?

Да нет, не во сне. Соня почувствовала, как ловкие пальцы расшнуровывают корсет, а шеи и плеч касаются горячие губы. Она забыла, как дышать. Будто разучилась – пропустила несколько вдохов, а тот, что удался после пары попыток, оказался прерывистым и каким-то ненастоящим…

Кожу обжигало дыханьем, а тело дрожало, словно в комнате вдруг стало холодно. Соня застыла. Казалось, нет такой силы, которая могла бы сдвинуть ее с места. Но такая сила нашлась, и довольно быстро.

Мягко, но уверенно принц развернул ее к себе лицом. Соня не знала, куда деваться от стыда. По всему выходило, что она ждала-ждала обещанного визита, не дождалась, да и сама явилась к нему в спальню. Кошмар!

Больше всего на свете ей не хотелось встречаться с ним взглядом. И она приняла самое мудрое решение в этой ситуации – зажмурилась. Правильно. Если не видишь проблемы, значит, ее и не существует.

Соня уже собиралась как следует отругать себя, но не успела.

– Все настолько плохо? – в голосе принца усталость и разочарование. И, пожалуй, досада.

Крепкие объятия разжались. Отпустил.

На Соню снизошло запоздалое понимание. Нет, ну правда, а что он должен думать об этом обо всём? Умыкнул девицу из другого мира, женился на ней почти насильно, во всяком случае, она особого желания замуж за него выходить не изъявляла. Даже намека не дала, что в общем-то не против… Да какое там – в первую брачную ночь отказала. Да и за время их вынужденного брака попыток сблизиться не предпринимала. А вместо этого то к Толику на рюмку настойки забежит, то с подозрительными принцами в подсобке запрется, то вообще уйдёт на кухню готовить. И это несмотря на цветы, котов в подарок и прогулки под романтической луной!

И сейчас вот зажмурилась… Что он должен думать? Правильно – потому что видеть его не хочет, так он ей противен. Пришла вот… терпеть.

Только понять – не значит исправить. Соня так и не смогла заставить себя посмотреть принцу в глаза.

Вместо этого она обвила его руками где-то в районе талии, уткнулась носом в плечо и туда же, в плечо пробормотала:

– Нет, всё хорошо. Лучше не бывает.

И вжалась в него так, будто решила так до конца жизни и проторчать где-то там, под мышкой. Еще бы и одеялом с головой накрыться – было бы идеально.

Но такой возможности принц ей не дал: приподнял голову за подбородок и, как ни старалась Соня увернуться, всё-таки поймал ее взгляд. И она ожидаемо утонула в зелёном омуте его глаз.

Что там он сам рассмотрел, пока вглядывался в ее лицо, она так и не поняла. Но, видно, это что-то его полностью устроило, потому что он улыбнулся, провел рукой по щеке и накрыл ее губы своими.

* * *

Соня проснулась далеко за полдень. Так далеко, что уже скоро должно было начать вечереть. Она села на кровати и осмотрелась. Принц продолжал спать. Имеет право, между прочим. У него была тяжелая ночь и, как бы это сказать, энергичное утро.

Они так жадно изучали сами себя и друг друга, словно решили наверстать всё упущенное за эти дни. Взлетали и падали, добирались до самых вершин – вместе и поодиночке. Нежность без начала и без конца. Так хорошо, как не бывает. И все-таки бывает.

Можно ли было предположить в этом безэмоциональном сухаре такой темперамент? Наверное можно. Пора уже признаться хотя бы самой себе, что с первого дня она догадывалась: лучшее занятие в мире – в том и в этом – плавиться в его руках и сплетаться в одно целое.

Соня взглянула на спящего принца и поняла, что уже готова повторить утреннюю программу, и даже добавить в нее несколько дополнительных элементов. Или даже не несколько…

Так, стоп. Это она спала сначала полночи, а потом полдня. А принцу сегодня сна почти не перепало. Так что лучшее решение – выбраться из кровати, одеться, да и пойти в свою комнату. Там, между прочим, Дымка тоскует – некормленая и неиграная.

Впрочем, была в реализации этого немудреного плана одна сложность. Как справиться с многочисленными завязками и застежками платья самостоятельно и без посторонней помощи? Звать горничных она не собиралась, будить принца тоже.

Тут бы очень помогло волшебство. Однако поблизости не находилось ничего такого, из чего можно было бы приготовить хоть тот же бутерброд…

– Бегство задумали, ваше высочество? – раздался насмешливый голос сзади.

Соня обернулась, принц уже проснулся и смотрел на нее он с довольной улыбкой. Надо же! Он умеет вот так улыбаться! Почти как человек!

– Вроде того, – ответила Соня. Она хотела сказать что-то еще, но не успела: сильные руки ухватили в охапку и снова уронили на подушки:

– Исполнение супружеского долга – первая и главная обязанность любой венценосной супруги… – поучительно заговорил принц.

Соне казалось, что за это утро она отдала супружеский долг за всех жителей их королевства, да еще и с процентами. Но говорить об этом мужу она не стала: пусть считает, что она все еще должна.

– Где это такое написано? – вместо этого недоверчиво спросила она.

– Пока нигде, – ответил принц. – Но если хотите, сегодня же будет подписан официальный указ…

– Спасибо, обойдемся, – засмеялась в ответ Соня. Что-то ей подсказывало, что как раз эту обязанность она будет выполнять без каких-то дополнительных указов.

* * *

В свою комнату Соня вернулась спустя хороший час. При этом ее одежда была в полном порядке. Всё-таки кое-кто слишком хорошо умеет обращаться с дамскими нарядами…

Первым, кого встретила в своей комнате теперь уже со всех сторон законная принцесса, была не Дымка, и не Кларина, и даже не любопытная Анечка. Нет, это был успевший изрядно потрепать ей нервы подмастерье мага. Он по-хозяйски восседал за ее столом и радостно улыбался.

Причин для такой искренней радости Соня никак обнаружить не смогла, как ни пыталась припомнить, а потому на всякий случай заволновалась. Как-то уж повелось, что с этим молодым человеком всегда были связаны какие-нибудь неприятности.

– Поздравляю! – с воодушевлением заявил маг, как только она оказалась на пороге.

Это ещё с чем он ее поздравляет? – забеспокоилась Соня. С подтверждением статуса супруги? Это было бы слишком нахально и бестактно! Или для этого молодого человека не существует ничего такого, что слишком нахально и бестактно?

Она на всякий случай уставилась на него непонимающим взглядом.

– Да ладно вам, ваше величество, – продолжал маг с улыбкой, – может быть, другие не заметили, а я-то уж точно заметил! Я внимателен к деталям. Ваше платье…

Он держался так же дерзко, как и раньше. Но теперь хотя бы обращался к ней на «вы» и с указанием титула.

– Что не так с моим платьем? – запаниковала Соня. Она точно проследила за тем, чтобы никакого беспорядка в одежде не было. И вот на тебе!

– Кружева, – мальчишка улыбался так, будто выиграл миллион по трамвайному билету, хотя здесь нет ни трамваев, ни трамвайных билетов. Интересно хотя бы миллионы есть? – У вас платье-то розовое. А вот кружева на оборках, посмотрите – белые! Так что давайте рассказывайте, как вам это удалось?

– Вот ты о чём! – выдохнула Соня с облегчением.

Если речь не идет о ее взаимоотношения с принцем, то с юным магом можно и поговорить. Тем более что перейти тонкую грань между волшебством при помощи горшочков и кастрюлек и волшебством без всяких дополнительных приспособлений без консультаций профессионала может и не получиться.

Соня подробно рассказала обо всем, что случилось минувшей ночью, не упуская даже свою магическую роль в разрешении международного конфликта. Почему-то она была уверена: дальше этого юноши ее история не уйдёт. Он может быть сколько угодно нахальным и несносным, но вот ножа в спину от него ждать не следует – не тот характер.

Подмастерье мага слушал эту историю с нескрываемым восторгом. Соня могла его понять – его цель, в общем-то, достигнута. Пусть и не совсем так, как ему виделось.

– Ну и что скажешь? – спросила она у него, когда закончила рассказ. – Это уже магия второго типа или всё-таки первого?

– Второго-второго, не сомневайтесь! – ответил мальчишка, – обычная магия привязана к заклинаниям, травам, артефактам и прочему. То есть если заклинание существует для того, чтобы отпугнуть лешего, вылечить с его помощью ангину не удастся… А вы можете делать один и тот же салат каждый день, но колдовать разные вещи… Так что – второго… но такая вот необычная.

Отпугнуть лешего? Она не ослышалась? Чего еще она не знает об этом мире? Впрочем, сейчас не время размениваться по мелочам. Надо сосредоточиться на главном:

– И что же мне делать? Бежать на кухню всякий раз, как понадобится что-нибудь намагичить?

Мальчишка задумался:

– Этого я так сразу не скажу. Нужно изучить источники, проконсультироваться с коллегами… В общем, дайте мне время. А еще рычаг и точку опоры… Ой, нет это не отсюда…

Соня рассмеялась. Похоже, мальчишка неплохо разбирался в истории ее мира… Интересно, откуда?

– Послушай, а Авикон не устроит тебе нагоняй за то, что ты тут со мной возишься?

– Этот может… Только мне его нагоняи не слишком-то страшны. В отличие от достопочтенного старца я всё-таки из королевской семьи. А это значит, что между нами лежит иерархическая пропасть, если вы понимаете, что я имею в виду.

Соня кивнула:

– Понимаю. И всё-таки ты с ним поосторожнее. Гадкий старикашка и наверняка мстительный.

Сказала – и пожалела об этом. Она вообще не любила говорить о ком-то плохо за спиной. К тому же, каким бы отвратительным этот старикан ни был в Сониной жизни он сыграл скорее положительную роль. Именно благодаря ему состоялось ее личное счастье, пора уже было это признать.

Она и признала:

– Хотя конечно идеальные пары они подбирают знатно. Лизавета с Нодаром Анечка с Власием, Катерина с Ратмиром. Да и мы с принцем… Какая бы у них там ни была методика, работает она отлично.

– С другими принцессами – может быть, – усмехнулся мальчишка, а вот себя с супругом вы их системе в заслугу не ставьте.

– Это еще почему? – такого Соня не ожидала.

– Да потому, – юный маг замялся, словно прикидывая, стоит ли Соне знать лишние подробности, – как только Изабелла приказала долго жить, на принца все начали наседать, чтоб быстрее супругу себе искал. Вернее не искал, а доверил это дело компетентным специалистам в области семьи и брака. Да только Люксен отказался. Говорит: я уже один раз позволил такой важный вопрос за себя кому-то решить и больше такой глупости не сделаю. Так что, говорит, давайте сюда все анкеты, сам себе буду жену выбирать.

Соня снова ахнула. Кажется, сюрпризы на сегодня не закончились.

– И что? – спросила она

– И ничего! Пересматривал, перечитывал и ни одна ему не нравилась, ни одна не подходила. Всё королевство замерло. Знали же: не будет у принца жены – не быть ему диктатором. А как вашу анкету увидел да прочитал – так сразу и заявил: мне другой невесты не нужно. Давайте эту. Авикон тогда крик поднял: где ты, говорит, таких принцесс видел? А принц уперся: или эта или никакой.

Ничего себе! Соня еще не знала, как к этому относиться. А уж облечь это отношение в слова и вовсе не могла.

А подмастерье мага, вдохновленный вниманием слушательницы, заливался соловьем:

– Знали бы вы, как Авикон ему выговаривал всякий раз, когда вы на зов не шли и в воронку падать отказывались! А уж когда вы появились да чудить начали – тут-то у мага и вовсе ум за разум зашел…

Мальчишка мстительно улыбался. Видимо, не слишком хорошо складывались его отношения с наставником…

– А как он радовался, когда Изабелла появилась! Сразу к принцу побежал. Говорит: волю отцовскую выполняй, а иначе королевство не удержишь. Но принц тоже не будь дурак – к Оракулу пошёл.

Эту часть истории Соня знала, поэтому кивнула:

– Да-да. Оракул сказал: сам выбирай…