Текст книги "Мне его подарили! Дом-портал 4 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

Глава 30

Антонина

Я никогда не отличалась особой сентиментальностью. Прошлое следует оставлять в прошлом. Например, Валеру. Нет, мне безусловно нравится то, как на нем сидит дорогой костюм, эта корзина с цветами, его вкрадчивая манера. Да и ресторан он выбрал вроде симпатичный. Французская кухня наполняет душу некоторым спокойствием, умилением от того, как можно извратить блюда.

Конено, сама бы я такое не стала готовить, слишком уж это… Но попробовать надо. Одно только куриное филе чего стоит. С виду – чуть запечённая куриная грудка, внутри – крем, сыр, зелень и тонкий слой нежнейшего мяса. Потрясающее наслаждение. Эклер, наполненный овощным муссом, вызвал у меня скорее удивление, чем восторг. То ли дело кружевные завитушки из тонкого сыра. И их так много! Целая тарелочка набралась.

Пожалуй, я даже несколько подобрела от всех этих угощений. Не так, чтоб совсем, но согласилась ещё раз поподробнее выслушать планы Валерика.

– Ну так и что там насчёт Сахары?

– Ты – потрясающая женщина, я не знал, где такую найти. И ведь искал! Ты не поверишь, всю свою жизнь искал.

Он опустил глаза на скатерть, передвинул по тарелке из угла в угол кусочек паштета, тот оставил за собой не слишком аппетитный след. И? Мне все это уже начало порядком надоедать.

– Какую – такую?

– Ты пойми, я ничего такого не имею ввиду. В каждой девушке есть что-то особенное, загадка. Да и времена храмов давно позади, сейчас уже никого ничем не удивишь. Мы же современные люди! – мне вот совсем не понравилось, как медленно подбирается к цели Валерик, – Мне одна женщина подсказала, как точно определить демоницу. Даже в какой час и в каком месте искать. Так я и оказался в театре. Всего-то нужно было взять цыганскую иглу, пудреницу с зеркалом и твой м-мм волосок.

– Зачем?

– Ну как, зачем? – вскинулся мужчина и тут же опустил глаза вниз, ещё раз передвинул паштет по тарелке. Да съест он его уже или нет?! – Мне нужно было наверняка определить демоницу. Чтобы не ошибиться. Для этого всего-то надо было пропустить сквозь игольное ушко твой волосок, да коснуться иглой серебряного зеркальца. Там сразу и отразилась хозяйка волоса во всей красе. Ты, Тонечка.

– То есть, это был тонкий расчет?

– Ну я же не знал, что мы… что ты…

Валерик густо покраснел, жутко смутился, вновь попытался передвинуть несчастный паштет. Я не выдержала этого издевательства над едой, отобрала у него вилку и засунула еду Валерику в рот.

– Спасибо. В общем, я не мечтал даже, что ты согласишься подарить мне целую ночь. Не врут легенды, демоницы – особенные. Ни с кем и никогда мне не было так потрясающе. Куда там к-хм ночным бабочкам.

– Спасибо за чудесное сравнение.

– Пожалуйста, – произнес Валерик задумчиво и тут же спохватился, даже руками всплеснул, – То есть я не это хотел сказать! Совсем не это! Прости, пожалуйста.

– Не прощу. Так и зачем тебе была нужна именно демоница? Для коллекции, я правильно понимаю?! – мой голос сам собой взлетел до преподавательских высот, когда на лекции он легко достигает вершины амфитеатра, той самой "галерки" и будит усталых студентов. У Валерия дрогнула шевелюра на голове, он вжался в кресло, а бодигарды моего любовника значительно напряглись и почему-то зыркнули в сторону входа. Причем сразу оба. Сбежать, что ли, собрались?

– Нет, что ты. Просто у меня алмазные копи. Небольшие. Ну как, небольшие? Вообще довольно приличные.

– Я здесь причем?! Я замуж не собираюсь. Мне твое приданное без надобности.

– Демоница, я предлагаю тебе сделку.

– И какую же, позволь спросить?

Валерик преобразился точно так же, как воробей, нахохлившийся на краю лужи.

– Тридцать процентов от всего, что ты найдешь, твои. Мы найдем. Совместными усилиями. И я все легализую. Каждый твой камушек. Или ты деньгами возьмёшь? Хотя вряд ли, деньги демонов обычно не слишком интересуют.

– Пятьдесят.

– Хорошо.

– А почему ты решил, что я могу найти какие-то камни на твоих копях? – спросила я гораздо более миролюбиво.

Нет, ну допустим, заключить договор я не готова, но поразмыслить-то стоит, тем более, когда есть над чем.

– Так написано в книге. Демоницы находят исключительно чистые и крупные камни. Главное – заключить договор, чтоб самому не остаться с пустыми карманами. Но ты же меня не обманешь, Тонечка?

– Как пойдет. То есть, конечно же, не обману, дорогой. А где, говоришь, та книга?

Я живо представила, как сколочу состояние. И не буду ни от кого зависеть! Ни от Диночки с ее ужасным характером, ни от Эстона. Сама буду распоряжаться своими деньгами! Как захочу. И денег у меня будет много. Сходить за алмазами звучит гораздо приятнее, чем сходить за ягодой или грибами. С каждой минутой я все больше проникаюсь симпатией к Валере. Нет, он, безусловно, мерзавец. Но мерзавец полезный, а это не так мало значит.

– Перед тобой. Это мой тебе скромный подарок.

Валерик положил на стол свёрток из толстой материи, я с нетерпением откинула ткань. Оклад черной кожи густо обсыпан камнями, они, словно живые, переливаются и дрожат. Или это мои руки дрожат? Пальцами я уже вцепилась в книгу, пододвинула ее к себе и с нетерпением отворила. Такую книгу можно только отворить! Она – словно дверь в окутанный тайнами мир магии. Текст написан отнюдь не на русском, но я его понимаю от первой закорючки, до последней гравюры. Четкие линии, прямые указания, все так ясно! Самый толковый учебник из всех, какие я видела. Информация проникает прямо в мозг и думать не надо, не нужно вчитываться!

Портал сквозь пространство открывается интуитивно. Достаточно очертить когтем контур, поддернуть как следует с краю, словно фольгу на йогурте и все! Ткань мироздания лопнула!

А вот и глава о поиске камушков. Разрешение хозяина копей обязательно, его ещё называют сделкой. Тогда, в случае чего, весь гнев джиннов пустыни опустится на плечи хозяина. А я, демоница, останусь как будто бы ни при чем. Ну это, если джинны в пустыне ещё остались. Здесь написано, что большинство их уже поизвели. А те, что остались, алмазами не слишком интересуются, предпочитая им изумруды и золото.

Я перелистнула ещё несколько страниц. Вот и схема дана. Черти на песке пентаграмму, капай кровь в середину. Опять же кровь нужна того человека, которому копи принадлежат. Это удачно, свою бы я не дала.

И что дальше? А дальше из песков начинает исходить розоватое свечение в тех местах, где есть камни. И чем свечение сильней, тем крупнее камень. Его можно достать при помощи лопаты, а можно выдернуть магией. Второй способ мне нравится гораздо больше. Упс! И все, камешек на ладошке лежит. Главное – не перестараться с усилием, а то можно и в лоб получить этим камнем.

– Я согласна. Идём копать. Только колышки возьми!

– Какие колышки? Нам нужны колышки?

– Если урожай большой, то я сразу все не выдерну. Мало ли, магии не хватит, или синяк на лбу будет уже большой?

– Так мы летим? Я звоню в аэропорт, согласовываю все?

– Где бы нам уединиться, не знаешь?

– Тонечка? – у Валерика на щеках проступили две чудесные ямочки.

– Я не в этом смысле. Мне совершенно некогда лететь в Сахару.

– Так ты отказываешься от сделки?

– Напротив, – я ехидно ухмыльнулась, – Здесь есть камеры?

– Мы можем пройти в другой зал, тут есть один такой. Нет, ты не думай! Я никогда там не был. Знакомый рассказывал, что в этом ресторане есть особая комната. Там и диванчик широкий, и камер нет ни одной. Так это точно не то, о чем я думаю?

– Точно.

Валерий неуклюже поднялся, шепнул что-то официанту, я услышала только ответ: "Свободна до вечера".

– Идём, Тонечка, нас проводят.

– И охрану возьми с собой, а ещё шампуры, лопатку и поварешку.

– Какую лопатку? – Валерий испуганно оглянулся на охранников.

– Какая тебе больше понравится, – я приподняла бровки.

В графине, что стоял на столе, отразилась порочная девица, на припухших губах которой заиграла лукавая улыбка. Сегодня отражения врут. Ну и пусть врут! Сладкая ложь порой так упоительна!

– Кухонная подойдёт? Или лучше саперная? У нас есть в машине на всякий случай.

– Я же сказала, какая тебе больше по вкусу, ту и бери.

– Я не понимаю, почему мы не летим в Африку, и что ты собираешься делать со мной в том камерном зале?!

– Много будешь знать – никогда не состаришься.

Охранник кашлянул, кажется, ему тоже совсем не понравилась идея уединения Валерика со мной.

– Я сейчас принесу саперную из вашей машины, – нервно кивнул другой охранник.

Вошедший в зал официант принес поднос с несколькими шампурами. По лбу Валерика потекли капли пота, он резким движением ослабил галстук.

– А может, ну его, те алмазные копи?

– Сделка, так сделка, – ответила я, – Заключим договор? Мне достается книга.

– Это подарок, забирай ее так. Договор для этого совершенно не нужен.

– Я не договорила. Книга – моя, половина найденных камней – тоже. Копать будешь ты. Джинны там есть?

– Я не знаю. А они что, бывают?

– Я не встречала.

– Вот и я не встречал.

За окном в землю вдруг ударила молния. Внезапно, без всяких предупреждений. Ни тучки на небе не было, ничего. Тут же раздался глухой раскат грома, и крупные капли дождя ахнули в землю.

– Так ты согласен на мои условия?

– Может, не надо?

– Поздно, я уже все решила. И ещё одно маленькое условие – ты никогда, никому не расскажешь ничего ни обо мне, ни о моей семье, ни о нашей квартире. Ясно?

– Хорошо, я согласен.

Валерий вдруг подобрался. Словно в ответ на его слова на стол опустился лист бумаги и простой карандаш. Точно такую, тонкую, слегка желтоватую бумагу я когда-то использовала в институте. Бумажный лист выглядит точь-в-точь, как те старые листы. Он даже блестит также. Я взяла лист в свои пальцы, неверяще погладила.

– И слова договора отпечатаны на печатной машинке. Буквы не просто нарисованы краской, а имеют оттиск на ней, неглубокую ямочку, ее при желании можно почувствовать. Да и карандаш не простой, химический. Сколько раз я пользовалась такими, а теперь даже не знаю, продают ли их всё ещё.

– Тонечка, подписывать договор кровью, да?

– Нет, карандашом. Только послюнявь кончик.

– Зачем? Ты хочешь меня отравить?

– Это бессмысленно и не выгодно.

Я взяла кончик карандаша в рот, тут же почувствовала запах сосновых опилок и лёгкий холодок от грифеля. Быстро вывела свою размашистую подпись в конце договора.

– Теперь я, да? Это такое ноу-хау вместо крови?

– Хау ноу!

Я с улыбкой передразнила Валерия. И угораздило же меня связаться с трусом! Зачем это было нужно мне самой? Может, и вправду судьба? Судьба, сверкнувшая мне алмазами! Нет, любой женской глупости легко можно найти судьбоносное оправдание.

Валерий робко сунул в рот карандаш, чуть его помусолил и быстро накарябал закорючку внизу листа. Бумага тут же пошла черными трещинами, осыпалась пеплом на стол. Ни дыма, ни огня, ничего. Просто сгорела. Пепел и тот исчез. Кажется, я все делаю правильно, точно так, как написано в книге. Кстати о книге! Свое сокровище я тотчас взяла в руки и поплотнее прижала к себе, пока оно никуда не исчезло!

– Все, мы можем ехать? – осторожно спросил Валерий. Надо же, на нем лица нет, а ещё бизнесмен.

– Идти! Я ненавижу летать.

– Тогда идём.

– Шампуры не забудь.

Нас проводили в крохотную каморку на втором этаже. Мансарда смотрит на мир единственным крохотным окном, и то застит дождь. Диван занимает большую часть этой комнаты. Перед ним кое-как поместился стол. Охранники вынужденно подпирают собой дверь. Шест для стриптиза в углу комнаты выглядит как полное издевательство. Ну кто на нем уместится в такой ужасающей тесноте?

Так, теперь самое главное, чтобы у меня всё получилось.

– У тебя есть фото твоих копей?

– Да, конечно. Секунду!

Я лишь мельком взглянула на экран телефона и принялась действовать по инструкции из книги. Очертить когтем края портала... Так, значит, нужно перекинуться в демоницу? Я правильно поняла? Это у нас на какой странице? Вот здесь, да.

Хоп! Получилось? Ну, судя по тому, как позеленел Валерий, видимо, да. Да и по звуку тоже похоже – сзади меня определенно рухнул охранник. Теперь чертим коготком портал, в голове держим фото. Так, вроде все правильно? Осталось тихонечко подцепить край материи мира. Где я когтем-то чертила? Кажется, здесь или не здесь? В одном месте воздух топорщится, пошел пузырями и рябью. Я с большой осторожностью ущипнула ткань мира в этом месте, она тотчас же смеялась в пальцах и в лицо мне ударил жаркий ветер. Будто бы кто-то открыл духовку с функцией аэрогриля. Ещё и песок скрипит на зубах. Жуть какая!

Я потянула ещё сильней. Может, стоит домой позвонить, сказать, что я задержусь? Да ну их всех! Динка и так отказалась мне помогать, до Дениса вечно не дозвониться. Рывок и ткань мира опала словно ненужное полотно, окончательно растеклась, исчезла.

– Ох! – вздохнул Валерий.

– Сэкономленные деньги на билеты переведёшь мне.

– Там не билеты. Я хотел заказать чартер. Это дороже.

– Тем лучше. Ребята, дружно за мной. Портал – штука не вечная, увы.

– А как мы оттуда выберемся обратно? – задал резонный вопрос охранник. Второй едва пришел в себя и говорить ещё точно был не в силах. Нервные ни какие-то. Что и за мужчины пошли? Жуть!

Я шагнула в портал. Ноги тут же погрязли в горячем песке. Даже туфли толком не помогли. Здесь не песок – раскалённая сковородка! Валерий быстро сообразил – бросил мне под ноги свой пиджак. Охранник перенес через портал кресло. Я запрыгнула в него, так уже лучше.

– Вам не горячо? – на всякий случай рискнула спросить я.

– Не очень, – ответил Валерий.

– Тогда черти схему из книги на песке.

– Я?!

– Ну не я же. Смотри, тут все просто. И поторопись, здесь очень жарко.

– Я заметил.

Со схемой пентаграммы мы разобрались через бесконечных десять минут. Я не представляю, как можно жить в пустыне, находиться здесь хоть сколько-нибудь долго. Кажется, что солнце задалось целью тебя испепелить.

Потом Валерий никак не соглашался окропить песок своей кровью. Пришлось пригрозить, что оставлю его прямо здесь. Одного. Только тогда он дал выдавить из себя несколько капель на землю. Я вышла в центр пентаграммы, заняла его место.

Внезапно пустыня зацвела яркими розовыми огоньками, будто кругом распустились цветы. Одни покрупнее, светятся ярко, другие гораздо меньше и блеклые. Только потянись за таким цветком, он вырывается из песка, падает к твоим ногам крупным камнем. А их здесь – тысячи. Мелкие, крупные, самые разные. Мы бы никогда не смогли выкопать их все лопатой. Бесценные камни градом сыплются к моим ногам. Они не сверкают пока, для этого нужна огранка.

– Собирай, Валера.

– Да-да, сейчас.

Он и два охранника торопятся сгрести наш улов на сброшенный на землю пиджак, шипят, обжигают пальцы, сыплют короткими ругательствами. Пожалуй, достаточно? Я встала из кресла, раскрыла портал обратно, теперь уже к порогу своей квартиры.

– Ребята, идёмте.

Прохлада Петербургской парадной облегла тело точно желанная мантия. Вдох наполнил лёгкие привычной смесью влаги с тонкой ноткой вечной любви гурмана – плесени. Что сыр, что вино, что город должны быть выдержаны в веках и непременно украшены плесенью – только тогда они удовлетворяют вкусу эстета.

– Да, конечно, сейчас, – буркнул Валера, посмотрел на меня и опрометью метнулся в портал. Следом за ним двое охранников.

– А зачем нам были нужны шампуры? – вытаращил на меня глаза парень, – Вы вообще кто?

– Я боялась, что придется копать. Хотела оставить колышки из шампуров. Хорошо, что удалось так достать, верно? Валера, я жду деньги на счёт завтра утром. Номер у тебя есть. А вот эти два камушка я заберу в качестве премии.

– Бери...

– Мне подарок нужно сделать одному очаровательному мужчине на свадьбу его дочери.

– Да, конечно.

Из соседней квартиры выглянула соседка, кивнула головой. Мы с ней виделись, когда я въезжала, и мне помогали перенести книги. Перекинулись парой слов.

Ой! Что сейчас будет! Я же не в той ипостаси! Крику не оберешься.

– Тонечка, вы сегодня чудесно выглядите. Серый цвет кожи очень вам идёт. Перетрудились? Или внук довел?

– И то и другое, – я покрепче прижала книгу к груди, благо дверь мой квартиры открылась – фея выглянула, чтобы встретить меня.

– Что же вы опять так неосторожно! Хороший тон настоящего петербуржца – приносить все награбленное ночью. А вы что творите? Какой пример подаете внуку? Комиссары нагрянут – опять врать придется! Ни стыда, ни совести у вас нет.

– Мне подарили.

– Ох! Стыда с вами я натерплюсь. Хоть бы ипостась сменили, чай, не карнавал. А вы, Валерий, идите! Вам тоже негоже стоять под дверьми у приличных людей. И клифт покрепче свой заверните.

– Это пиджак.

– Когда в пиджак заворачивают что-то бесценное, он тут же становится воровским клифтом, поверьте мне на слово, я знаю, что говорю! Приличные люди со своей законной собственностью так не поступают.

– Я...

Фея затянула меня в квартиру. Бережно вынула из моей ладони оба камня, пристально их рассмотрела.

– Ну что?

– Часа за три можно управиться. Крупные камушки. Серьги из таких хорошие выйдут. Так что, ограним?

– Мне они на подарок... Ограните?

– Как пожелаете, хозяйка. Только с этим больше не связывайтесь, не по судьбе он вам. Я сегодня нагадала на солнечном лучике. Столько пыльцы извела – жуткое дело.

– А другой, второй – по судьбе?

– Вурдалак? Виданное ли дело! По судьбе или нет – не скажу. Но вы друг друга стоите.

– Вот и хорошо. Камни его дочке в подарок.

– Тогда я сережки попрошу сделать. Золото ещё оставалось.

– Спасибо. Я завтра расплачусь.

– Это уж обязательно.

Фея ушла, только дверь в холле хлопнула. А я? Я все никак не могу найти себе места в собственной же квартире, только книгу все сильней и сильней прижимаю к груди. Надо же – вурдалак. Сердце глупо трепещет. Сложится или нет? Почему фея ничего толкового не сказала? Скорей бы она огранила те камни. Тогда у меня будет повод заглянуть к Эстону, к его жене. А там – как знать, может, и вурдалака увижу...

Нет в квартире того места, в котором бы я нашла покой. Сейчас бы пройтись хоть немного, где-нибудь по берегу моря и чтоб никто-никто не мешал. Мой взгляд упал на кухонное панно. Может, рискнуть – открыть портал прямо туда? Устроиться на берегу моря с книгой?

Глава 31

Альер

Каким-то чудом, не иначе, мне удалось договориться со своим сыном, по сути заключить сделку с демоном. И он ещё остался мне должен. Как мне это удалось? Не знаю. Может, потому только, что я признал его взрослым, дал свободу, земли, собственную казну? Не напрасно ли я так поступил? Не рано ли? Нет, пусть на своем опыте учится распоряжаться судьбами, любовью, делами, наживает друзей и, что гораздо чаще, врагов. Этот путь сын пройдет сам, такова доля юноши – учиться жить, обретать и терять.

Все, чем я могу помочь – дать совет да поддержку. Повести за руку его не удастся, да и мне не дадут этого сделать сами боги. Они ополчатся на меня за одну только попытку вести сына за руку дальше, пытаться удержать его от жестоких ошибок, прожить его жизнь. Если я осмелюсь нарушить этот завет – останусь без наследника, он сам на меня ополчится. А даже если и нет, то судьба его потускнеет.

Вот только как объяснить все это эльтем? Мне проще, я не знал Дениса с самого детства, я мужчина, мне не так страшно отпускать на свободу своего сына. Другое дело – Диинаэ, любовь моя, в ее глазах Денис ещё только ребенок, она помнит, как он впервые взял ложку в ручку, сделал первые шаги. Это я вижу юного воина, который крепко хоть и неумело, со всей своей яростью, поднял меч над головой. Такого напора, лишённого жалости и к врагам, и к себе, боятся взрослые суровые воины. Мы – мужчины, мы хорошо помним, какими безрассудными были недавно. У женщин такое больше стирается в памяти, как я заметил.

Я прошёлся по столовому залу в ожидании матери. Как с ней вести разговор и о чем, я просто не представляю. Очень хочется высказать все, подобрать тот самый, решительный тон, сослать к самому черту! Лишь бы только ее здесь больше не видеть, пару месяцев так уж точно. Повезло ещё, что эльтем сама ее не убила.

Я взял в руки тонкий кубок цветного стекла, в его гранях играет солнце, узор то светится чуть ярче, то вновь расплывается радугой.

– Мальчик мой, поставь кубок на место! Ты его разобьёшь!

Королева явилась во всем блеске своих шелков, платье оголяет спину и грудь до невозможных пределов. Похоже, мать моя в монастырь и не собирается. Ещё и мной командовать смеет! От ярости я сжал бокал немного сильнее. Тот взорвался в руке, брызнул на пол острыми осколками радуги. Мать ни на секунду не смутилась, наоборот, улыбнулась, изогнула вверх тонкую бровь.

– Ну вот, я же тебе говорила.

– Не смей указывать королю! Помни...

– До маразма мне ещё далеко. Я помню, ты – король, мой милый сынок. Не хочешь узнать, какой мама тебе приготовила подарок на завтра?

– Не имею ни малейшего желания.

– И напрасно. Узнать все равно придется.

– Я сошлю тебя...

– Цыц! Сошлет он! Прямо в этом платье сошлешь? Жрецам будет чем усладить свой взор. А сам ты примешь Гаяду? Дина с тебя шкуру спустит и правильно сделает.

– Ты пригласила...Зачем? Зачем нам в замке понадобилась мавка? Или кто она?

– Не мавка! Всего лишь инкуб. Очень милая девушка.

– Ей, должно быть, тысяча лет.

– Немногим меньше. Но дело совсем не в возрасте, когда речь идёт о стоящем браке, поверь. У нас сегодня вечером будет девичник по случаю помолвки моего внука и моего сына.

– Я не ослышался? Но я не делал предложения эльтем Диинаэ. Это попросту невозможно.

– Ты – король! – мама опустилась в кресло и, как будто, закинула ногу на ногу. Под пышным подолом ее платья этого недостойного движения током не видно, остаётся только догадываться.

– Да, я – король.

– А значит, должен отвечать за все свои слова. Ты назвал Дину невестой, а я немного подсуетилась, как видишь. Эльтем Диинаэ согласна сделать тебя своим мужем. Единственным, дорогой! Мы очень удачно избавились о Эстона. Милый дроу связан по рукам и ногам своей прелестной женой. Как только его угораздило так вляпаться? Дочь вурдалака! Такой мезальянс. И шторы у них совершенно прозрачные, если проявить немного сноровки. Вся столица знает о том, что брак тем Эстона и этой, как ее, Милли совершенно настоящий. Мама подсуетилась, мама нашла мага и соглядатаев. Шторы в доме молодоженов прозрачны, как лепестки роз. Так что этого мужа эльтем мы можем списать со счетов.

– Существует отец Дениса – Сергей.

– Именно поэтому меня навестит сегодня милейшая Гаядэ. Она очень хочет взять в мужья настоящего демона, пусть и не имеющего своей истинной ипостаси Даже готова за это помочь немного нашей казне. Всё-таки хлопоты предстоят не малые, да и расходы тоже. Две помолвки, потом королевская свадьба. Да, это будет справедливо, если подруга мне немного поможет в обмен на свое счастье.

– Сергей никогда не согласится на это.

– Ну, почему? Думаю, Сергею уже порядком надоело нянчить малышей, мести полы. Да и общество прелестного оборотня, Гюрзы, тоже наскучило. Мало кому нравится коротать дни и ночи в обществе змея. А тут! Красивая женщина, побег, свадьба при свечах в подземном храме.

– Побег?

– Даже такой дурак, как Сергей, никогда не согласится на свадьбу по приказу бывшей жены. А тут все получится добровольно, по обоюдному согласию. Гаядэ будет счастлива заполучить себе мужа. Кажется, в этом столетии она уже успела раза два овдоветь. Ну, может быть, демон продержится в ее руках дольше? Она обещала заботиться о нем со всей душой. Все же, имея такую свекровь, как Антонина, невольно задумаешься о том, что мужу стоит давать иногда отдохнуть.

– К-хм, – я закашлялся, чтобы скрыть смущение.

Нет, инкубы не злые создания, даже ласковые в некотором смысле этого слова. Просто чересчур. Сам я Гаядэ видел только один раз и то случайно. Мать всегда усылала меня, если ждала в гости эту подругу. И все же я запомнил ее, да и нельзя забыть инкуба, если ты встретил его хоть единожды. Ни с чем не сравнимая порочная красота, крутые обводы тела, взмах ресниц, от которого замирает сердце, мягкие движения, притягательные и соблазнительные. Такая женщина не просто завораживает, она пленяет единожды и навсегда, стоит хоть на миг задержаться, попасть в сети ее красоты, ее обаяния, взгляда.

– Главное, мы освободим твою невесту от лишних мужей. У нее же нет гарема?

– Гарема нет. Эльтем держит двух рабов, один – эльф, он работает по хозяйству. Второй – музыкант, но его куда-то услал тем Эстон.

– Вот и чудесно, – мама на секунду скривилась, но тут же натянула на свое лицо привычную полуулыбку.

– Мама, эльтем не простит, если ты изведешь ее эльфа.

– Да, я это понимаю. Опять сошлешь мать в монастырь, так? Можно подумать, я забочусь о чем-то другом, кроме твоего блага. Бессовестный, неблагодарный сын!

– Мама!

– Не мявкай! Ты – король. А с эльфом я что-нибудь придумаю, нам не нужны лишние слухи. У моей невестки не должно быть ни запасных мужей, ни гарема, ничего прошлого. До утра времени ещё много.

– Ты...

– Твоя жена должна быть чиста прямо как я. То есть хотя бы просто для виду. Но чтоб никто не мог найти ни единого пятнышка на платье ее репутации. Грязные слухи испортят наследнику будущее, а тебе правление. Нет, я должна как следует позаботиться о репутации Диинаэ.

– Я запрещаю убивать или похищать Лорэля. Он заботился обо мне, покуда я сам был рабом. Нас вместе проволоки через полстраны до рынка. Он – единственный, кто был добр ко мне, помогал советом и делом.

– Этого ты мне не рассказывал. Это меняет дело и мои планы тоже. Что ж, даже эльф заслуживает награды. Я придумаю, как поступить. Твоя мать умеет быть благодарной.