Текст книги "Из пепла измен (СИ)"
Автор книги: Мария Владыкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)
Однако, то, что её не было дома, принесло мне облегчение. В своей голове я уже успела придумать, что ей стало плохо, и она не смогла выбраться из постели. Или ещё чего похуже. Мне такое даже несколько раз снилось.
Я позвонила ей, но она не взяла трубку. Не придумав ничего лучше, я вышла на площадку, и постучалась к соседу, с которым подозревала их в романтической связи. Странно, но и он не открывал. Может, они ушли куда-то вдвоём?
Неожиданный вариант пришел мне в голову, и я промотала телефонный справочник до нужного контакта, и, немного подумав, всё же нажала на вызов.
– Дина? – почти сразу ответил мне отец. Он как будто только и ждал, что я позвоню.
– Да, привет. Слушай, тут такое дело…Вы давно с мамой разговаривали?
– Хм. Позавчера вроде бы. А что? Что-то случилось?
– Да нет, просто её нет дома, а она не предупредила, что куда-то пойдет. Вот я и подумала, вдруг ты в курсе, где она.
– К сожалению, нет. Может, она с этим своим новым ухажером? – В голосе отца звучали ревнивые нотки. Но я не понимала, какая тут могла быть ревность через такое количество лет раздельного проживания.
– Может быть. Я к нему зашла, у него тоже дома никого нет.
– Ты знаешь где он живет?
– Э-э…– я как-то забыла, говорила отцу про то, что это наш новый сосед или нет. – Да он тут недалеко, так что…в общем, так получилось.
– Дина, моё предложение, кстати, всё ещё в силе. Как насчет того, чтобы увидеться на этих выходных? Мне бы хотелось, чтобы ты пришла ко мне в гости. А то ты знаешь, где живёт мамин ухажёр, но ни разу не была у собственного отца.
Я хотела вставить, что отлично жила без этой информации, потому что у меня в голове я уже давным-давно дочь одного родителя, но что-то меня остановило. Я вдруг подумала, что раз на выходных всё равно ничем не занята, вполне могла бы принять его предложение.
– А знаешь, давай. Пришли мне адрес в сообщении, я приду в субботу, где-нибудь ближе к обеду.
36 глава
Неделя пролетела незаметно. Я занималась проектированием ремонта в квартире Глеба, пару раз ездила туда, чтобы примерить некоторые образцы. Часто бывать там без хозяина квартиры, как оказалось, мне не очень-то хотелось. Тем более, что, приходя на территорию комплекса, меня всегда одолевали неприятные воспоминания.
Антон несколько раз пытался мне позвонить, но я не стала брать трубку. Подумала, что если было бы что-то экстренно важное, то он мог бы прислать сообщение. Я, как мне казалось, свою миссию выполнила: не бросила его совсем в трудный час, передала вещи.
Правда, я всё же не выдержала, и один раз пришла в больницу, просто чтобы уточнить у персонала, что с ним в итоге было, и как он себя чувствовал. Оказалось, что у него просто очень сильно упало давление на фоне сильной простуды, и его уже отпустили домой, даже не стали надолго задерживать в стационаре.
Хорошо, что я не догадалась зайти в нашу старую квартиру после уезда Глеба, хотя, признаться честно, пару раз меня посещала подобная мысль. Всё же соблазн забрать себе что-то из прошлой жизни был. В итоге я решила, что буду начинать с чистого листа, и ничего мне не надо от Антона, чтобы он не смог меня при случае упрекнуть, или потребовать что-то взамен.
Глеб из своей командировки пару раз присылал мне сообщения, в которых спрашивал, как дела. Этого было так мало, и я опять оказалась в непонятной ситуации, где не могла разобраться до конца, что за отношения нас связывали.
В общем, пока моя жизнь была поставлена на паузу. Единственное, что я сделала, это повторно отправила Антону заявление на развод. На этот раз заказным письмом, чтобы он либо прислал отказ, либо подписал. Не смог проигнорировать.
Когда я сказала маме, что собираюсь в гости к отцу, она очень удивилась. Потому что именно она была свидетелем того, как я сыпала на него проклятия первые годы после того, как он нас бросил. Как возвращала обратно подарки, которые он присылал, и рвала и выбрасывала письма от него, даже не прочитав.
– Чего ты вдруг решила поменять своё мнение?
– Подумала, что нужно дать ему хотя бы шанс. И что обижаясь на него все эти годы, я не делала лучше ни себе, ни ему. Мне давно следовало либо помириться с ним, либо простить и сказать, что я больше не буду с ним общаться. Обида только разрушала меня изнутри.
– Очень мудрая мысль. Но я тебя понимаю и понимала. Мне самой было обидно за тебя. Это были только наши с ним проблемы и отношения, а пострадала, как будто, больше всех именно ты. Мы были уже взрослые, и легче всё переносили…
Перед тем, как прийти к отцу, я зашла в магазин, и выбрала какой-то тортик, чтобы не приходить с пустыми руками. За столько лет, которые мы провели не общаясь, я даже не была в курсе, ест ли он до сих пор сладкое, но лучше я ничего не придумала.
Оказалось, что папа жил в достаточно неплохом доме, причем недалеко от нас. Я смогла добраться до него менее, чем за час. Стоя у его двери, я думала, не совершила ли ошибку, но не могла придумать причины, по которой мне стоило сейчас отказаться от всего и уйти, поэтому просто позвонила в дверь.
– Дина! Проходи, пожалуйста. – Последний раз я видела отца в офисе, и там он выглядел строго, в офисном костюме и очках.
Сейчас же он был почти таким, каким я помнила его из своих юности и детства. Правда, чуть постаревшим и немного полысевшим, но всё таким же уютным. Почему-то отец всегда ассоциировался у меня с домом.
Я помнила, как в детстве могла забраться к нему на колени, он крепко меня обнимал, и мы смотрели различные передачи по телевизору. И было так тепло и хорошо, я чувствовала себя максимально защищенной, что мне не хотелось выбираться из его объятий и мы могли сидеть так часами.
– Привет. Вот, держи, это тебе. К чаю. – Я как-то немного неуклюже протянула торт. Почему-то сейчас я чувствовала себя, словно и не было тех лет разлуки, и я снова была юной девчонкой.
– Не стоило. Спасибо большое. Я пока поставлю чайник, а ты, если хочешь, можешь осмотреться.
Квартира папы была однокомнатной. Я бы сказала, обычная, среднестатистическая квартира. Большая комната с диваном и телевизором, маленькая кухонка, зато раздельный санузел.
Я прошла в гостиную, и огляделась. Моё внимание привлёк ряд фотографий, которые стояли у отца на полке у телевизора.
Смахнув небольшой слой пыли, я взяла одну из рамок. Я помнила эту фотографию. На ней были изображены мы всей семьей в мой последний день рождения, когда папа ещё жил с нами.
Я перевела взгляд на остальные фото, все они были из прошлого, и ни одной современной.
Вот фотография со свадьбы мама с отцом, это моя вписка из роддома, фото с какого-то застолья, и так далее.
– Помнишь эти фото? – услышала я за своей спиной и развернулась.
– Конечно. У нас в альбоме дома остались такие же. Иногда, когда у меня приступы ностальгии, я даже пересматриваю их. Жалко, что сейчас совсем перестали печатать фотографии. Совсем по-другому воспринимается.
– Да, я люблю тоже иногда сесть и рассматривать кадры из прошлой жизни. – Улыбка отца была совсем грустной, но мне было больше неловко от его грусти, чем жаль его. Потому что всё это он сделал своими руками.
Сначала, когда он ушёл, я мечтала, чтобы он вернулся, и в нашей семье было всё как прежде, но через время поняла, что не желаю своей маме подобного. Пусть она поступает так, как считает нужным.
– А почему у тебя совсем нет фотографий из твоей текущей жизни? – всё же решила уточнить я.
– Потому что у меня, можно сказать, нет жизни, после того, как я ушел от вас.
37 глава
Я не стала особо комментировать то, что он сказал, просто многозначительно промолчала, и мы прошли в кухню, где нас уже ждал чай и стол, уставленный разными вкусностями.
– Ну, рассказывай, чем ты сейчас вообще живешь? Мне правда всё интересно. – Отец, в отличие от меня, не пил и не ел. Его кружка с чаем до сих пор стояла рядом с ним нетронутой.
– Я не знаю, что именно тебе рассказать. За эти года многое произошло. Давай ты будешь лучше спрашивать, а я расскажу, что тебе будет интересно.
– Я видел в твоём деле, что ты замужем, да?
Он будто знал, с чего начать, сразу резанув по больному. Но, как ни странно, похоже, за то время, что прошло с тех пор, как я ушла от Антона, боль успела немного поутихнуть.
– Да, но я сейчас развожусь. Так что не знаю, считается это или нет.
Лицо отца немного скривилось, причем я не могла понять его эмоцию. Он был разочарован?
– А дети есть? – теперь было понятно, он боялся, что моя история полностью повторяла его, и что отец семейства бросает своих детей.
– Нет. Детей нет. Но, можно сказать, что моя история всё равно немного повторяет вашу с мамой, потому что муж мне изменил. Я застала его прямо на горячем.
– Ну, тогда не очень-то и повторяет. Пока мы с твоей мамой не развелись, я был ей верен. Пришёл и честно сказал, что влюбился в другую.
Мы замолчали, и я воспользовалась возможностью, чтобы ухватить пару печенек со стола. Сегодня меня одолевал просто какой-то зверский аппетит.
– Пап, а как так получилось вообще? Мама не рассказывала мне особо. Да я и не спрашивала, если честно. Была так зла на тебя, никак не могла понять, как можно было маму, самую лучшую женщину на свете, променять на кого-то другого.
– Я могу рассказать, если тебе интересно, только обещай отнестись к этой истории просто, как к рассказу. Ты впервые у меня в гостях за такое количество лет, и мне бы не хотелось моментально потерять с тобой контакт из-за своих слов.
– Всё в порядке, я уже не маленький ребёнок, думаю, что вполне в силах отделить зерна от плевел и эмоционально на всё не реагировать.
– Мы с твоей мамой тогда жили уже долго вместе. Тебе было тринадцать, всё как-то стало казаться рутинным, обычным, безопасным. Мне виделось, что жизнь проходит мимо меня. Мне даже ещё не было сорока, а я уже сидел дома, занимался ребёнком и так далее. В общем, на работе у нас один инициативный парнишка предложил раз в неделю выходить куда-нибудь рабочим коллективом. Это бы нас и сплотило, и позволило как-то разнообразить офисные будни. В основном это были кафе, бары, иногда кино…
– А чего ты маму с собой не брал на эти посиделки? Какой-то жесткий принцип, что надо ходить одному?
– Да нет. Я, на самом деле, предлагал ей несколько раз, но мы обычно засиживались допоздна, а она не хотела тебя одну оставлять, говорила, что ещё ты недостаточно взрослая. Вот на одной из таких вечеринок я и встретил Веронику. Она была молода, свободна, красива и казалось мне дерзкой и независимой. Словно сочетала в себе всё, что я искал тогда от жизни.
– Кажется, у тебя просто был классический кризис среднего возраста.
– Потом я так же и подумал, но тогда у меня кружилась голова от всего происходящего. Я женат, с ребёнком, она свободна, почти на десять лет меня младше. Как запретный плод. Ну и всё было классически: сначала разговоры, намёки, просто какой-то словесный флирт был.
– И тебе не было стыдно перед мамой за это?
– По началу немного да. Особенно, когда я приходил поздно, проболтав с Вероникой полночи, а дома твоя мама не спала, ожидая меня. Но я себя очень хорошо внутри оправдывал. Что мне это надо, что я ничего плохого не делаю, что, в конце концов, я взрослый человек и могу позволить себе общаться с кем захочу.
– Мама ничего не подозревала?
– Если и подозревала, то мне не говорила. Мне казалось, что всё было как прежде. Всё закрутилось серьезнее, когда на одном из киносеансов я не сдержался, и поцеловал Веронику. Это уже были не просто слова. В этот же вечер я пришел домой, и признался, что влюблен в другую. Ну а дальше ты знаешь, что происходило дома.
– Ты тогда ушел жить к этой Веронике?
– У неё не было своего жилья, она жила с родителями. Первые несколько дней мы жили в гостинице, потом я снял квартиру. Сначала всё походило на медовый месяц, но, когда эмоции утихли и ушли на задний план, я понял, что, кажется, сделал неправильный выбор.
– Это через полгода, когда ты пришёл к маме и просил принять тебя обратно?
– Даже раньше. Буквально через месяц. Вероника нигде не работала, по дому тоже ничего не делала. Даже ты в своём возрасте была тогда более организованной, чем она. Оказалось, что я просто искал острых эмоций, а получив, мне захотелось обратно в свою рутину, где всё понятно и безопасно. Вот только было уже поздно.
– Меня всегда интересовал один вопрос. А почему ты и со мной перестал общаться? Я чувствовала себя так, будто ты бросил не маму, а меня в том числе.
– Это моя самая большая ошибка, которую я совершил в жизни. Думал, почему-то, что ты ещё маленькая, и ничего не понимаешь. Что никогда не поздно вернуться будет и восстановить общение. Но, как оказалось, срок годности у наших отношений всё же был.
– А у меня проблемы с детьми. У меня какая-то болезнь, из-за которой время на зачатие у меня ограничено. Не факт, что они у меня вообще когда-то будут. Я уже делала раз ЭКО, пока была замужем, но всё прошло плохо.
Я сама от себя не ожидала, что мне захочется поделиться этой откровенностью с отцом. Даже мама не знала о моём недуге.
Наверное, мне нужна была какая-то новая нить, которая свяжет нас с ним.
– Ты такая молодая. – Раскрыв глаза смотрел на меня отец. – Знаешь, у меня есть один знакомый очень хороший доктор, давай я попрошу его, чтобы он тебя посмотрел?
– Я уже была у нескольких врачей, не думаю, что он скажет что-то новое мне.
– Они все говорили одно и то же?
– Нет, но…
– Тогда точно запишу, даже не отнекивайся. Он очень многим моим друзьям и знакомым помог, в нём я уверен.
Мы проболтали с ним до позднего вечера, и я спохватилась, что мне пора домой, только когда на улице уже стало совсем темно.
Выходя из квартиры отца, я взглянула на телефон, и увидела сообщение от Глеба: «Привет, я в городе, вернулся. Увидимся?»
38 глава
При взгляде на сообщение Глеба внутри меня приятно защекотало, и я поняла, что ждала этого. Но я всё ещё была на него немного обижена за то, что он практически не писал мне, пока был в разъездах.
Поразмышляв минуту, я в конце концов написала ему адрес, где находилась, уточнив, что при желании он может забрать меня отсюда. Он тут же согласился, и я, спустившись и выйдя на улицу, присела в ожидании его на лавочку.
Глеб приехал буквально через десять минут, хотя даже если он уже сидел бы в машине, когда переписывался со мной, в лучшем случае ему было ехать до дома отца минут двадцать.
– Привет, ты быстро – поприветствовала я его, забираясь на переднее сидение автомобиля.
– Привет. Я из аэропорта сразу поехал в офис, и оттуда за тобой.
– Что, даже не заехал домой? – удивилась я, теперь было понятно, как он так быстро оказался рядом со мной.
– Хотел поскорее тебя увидеть. – Просто сказал Глеб, а моё сердце начало медленно плавиться.
– Слушай, мы так с тобой и не обсудили ту ночь, произошедшее между нами и статус наших отношений. Ты мне почти не писал, и я подумала, что, возможно, ничего серьезного для тебя это не значило.
– Дина, часто ли ты спишь с кем-то, кто тебе не симпатичен? Думаю, что нет, как и я. Так что для меня статус очевиден. Мы с тобой теперь вместе. Ты – моя женщина, а я твой мужчина. А насчёт того, что не звонил, то прости. Было очень много работы.
– И ты не против встречаться со мной, даже несмотря на мою непростую ситуацию?
– Ты про мужа или про детей? – саркастически поднял бровь Глеб.
– И про то, и про то. Я, пожалуй, не самая выгодная партия.
– Если бы мне было не всё равно, я бы тебе это сказал. Я предпочитаю именно так решать все вопросы: проговаривать. Кстати, а что ты здесь делала в этом районе?
– У меня здесь живёт отец, приезжала к нему в гости.
– Ого, я думал, у тебя только мама.
– Можно сказать, что так и было. Мы сейчас только стараемся налаживать с ним отношения. Ты, наверное, голодный с дороги. Поедим где-нибудь? Если хочешь, можем заехать за продуктами, и я что-нибудь приготовлю.
– Есть даже такая опция? Если честно, я даже не помню, когда в последний раз ел домашнюю кухню, так что не отказался бы. Поехали в магазин, и ко мне. Может, позвонишь маме, предупредишь, что останешься на ночь?
Я мгновенно засмущалась, вспоминая, о чём хотела поговорить с ним, когда он вернётся.
– Глеб, слушай, тут такое дело…я хотела попросить тебя ограничиться простыми взаимодействиями между нами с тобой. Когда мы…провели вместе ночь, то я немного выпила, была в расстроенных чувствах…
– Ты хочешь сказать, что не контролировала себя, и я воспользовался ситуацией? – Глеб напрягся, было видно, что ему был неприятен этот разговор.
– Нет, я не это имела в виду. Просто, пока я всё ещё замужем, думаю, будет лучше для меня и безопаснее не вступать с кем-то в близкий контакт.
– Так. Понятно. А сколько будет продолжаться этот этап? Что, если Антон не сразу даст развод, и придётся разводиться через суд? А там может и на три месяца затянуться! Да уже прошел месяц, а в этом вопросе вообще ничего не поменялось!
Он начинал заводиться, а я не знала, как объяснить ему правильно, что я хотела сказать. Просто я была уверена, что пока я не развелась, после каждой проведенной ночи с Глебом меня будет мучить чувство вины, что я из тех, кто не успел развестись, а уже скачет по чужим койкам.
У меня не было ответов на вопросы Глеба.
– Давай хотя бы дождемся того, чтобы бракоразводный процесс был запущен. Просто я ещё и знаю Антона. Если он откуда-то узнает про нас с тобой, и будет уверен, что мы вместе, он это просто так не оставит.
– Как он может что-то узнать? Если в отношениях нас двое, то ему кроме нас никто рассказать не может. Ты же не собираешься ему обо всём докладывать?
– Нет, но…
– Ладно. Я понял. Знаешь, я вообще-то что-то устал сегодня, пожалуй, отвезу тебя домой. Перенесем совместный ужин на другой день. А может, даже утро, чтобы нас точно ни в чём не заподозрили.
Внутреннее разочарование начало нарастать во мне.
– Как скажешь. – Безэмоционально ответила я, откинувшись на сидении. Глеб резко тронулся с места, и выехал со двора.
Весь путь мы проделали молча. Глеб будто нарочно громко включил музыку, чтобы у меня не было даже возможности заговорить, но я и не хотела.
Когда мы подъехали к моему дому, я сразу отстегнулась, и вылезла из машины, говоря уже просто в открытую дверь.
– Я правильно поняла, что тебя кроме секса со мной, собственно, так ничего и не интересует? И, что если я не буду с тобой спать, то тебе такие отношения не нужны?
Глеб закатил глаза.
– Господи, ты вообще меня слушала?
– По крайней мере, старалась, в отличие от тебя. – После своих слов я захлопнула дверцу и Глеб, даже не предприняв попытки продолжить разговор, просто тут же уехал из моего двора.
Кажется, я совсем не разбиралась в мужчинах, раз второй раз свернула не туда.
39 глава
После нашего разговора с Глебом, я ему сама первая не звонила, и он тоже молчал. Наша пауза затянулась уже на несколько дней.
Когда я следующим утром проснулась, всё уже не казалось таким острым, а его слова тоже были более разумными, чем мне виделось это вчера.
Но всё уже было сказано и сделано, и назад дороги не было. Оставалось только ждать, или пытаться договориться со своей гордостью и выйти на связь первой. Пока получалось не очень.
Мама уже начала задавать вопросы, почему я никуда не хожу и сижу дома, а я старалась делать что-то по работе пока просто на компьютере, который мне выдали.
Одно радовало: Перручи мне пока не звонил, а значит, Глеб не звонил и не приходил к нему, и не просил поменять ему дизайнера. Это было обнадеживающе.
Антон в эти дни тоже будто решил взять паузу и залечь на дно. Я так и не добралась ещё до вопроса, что он делал в репродуктивной клинике ещё до нашего знакомства. Потому что объективно рассудила, что мне никто просто так там эту информацию не даст, а денег, чтобы кого-то подкупить, у меня не было.
Уже привычно проводя свой день в комнате, с чашкой чая, меня отвлёк от планов и смет, которые я составляла по ремонту, звонок телефона.
– Дина, привет, это папа. – Начал разговор отец, и я, неожиданно для себя, улыбнулась.
– Привет. У меня есть твой номер, так что не обязательно каждый раз представляться.
– Слушай, я звоню по поводу того доктора, про которого говорил. Мы созвонились с ним в тот же день, и он обещал перезвонить, если у него освободится окошко. Он очень популярный врач, так что у него запись на месяцы вперед. И вот, он буквально пять минут назад позвонил мне, и сказал, что у него отменилась запись на сегодня через два часа примерно. Ты сможешь подъехать?
Я развернулась на табуретке, на которой сидела, и уставилась в стену, принимая решение.
– А, может, не стоит? Какой в этом смысл? Я же говорила, что уже была у нескольких врачей, и вот, в последней клинике наконец нашли мою проблему, и я даже примерно знаю, как её надо решать.
– Дина, пожалуйста, ради меня. Если я буду знать, что мог помочь, и в итоге ничего не сделал и не настоял, то как потом буду жить с этим. От тебя ничего не требуется, просто прийти на приём.
– Ладно, я буду, скинь мне адрес клиники и имя врача.
– Отлично, спасибо тебе. Всё пришлю. Как мама?
Я вышла с телефоном, прижатым к уху, в комнату, где мама сидела перед телевизором и что-то вязала, уставившись в экран, по которому опять крутили скандальные телепередачи.
Когда я вышла из комнаты, она удивлённо подняла на меня взгляд, и кивнула, словно спрашивая, что мне надо, и почему я стою в проходе, смотря на неё.
– У неё всё хорошо, дома, отдыхает. – Ответила я, заходя обратно в комнату.
– А как…ухажёр её? Они всё ещё вместе? Встречаются?
– Я не знаю, пап. Она куда-то выходила на этой неделе, мне не рассказывает. У неё же должна быть своя жизнь, я не лезу. Мне немного неудобно, что ты спрашиваешь меня о таком, я будто шпион. Если хочешь – просто возьми, и спроси у неё сам. Уверена, она расскажет, если захочет.
– Да, да, ты права. Всё тогда, сейчас скину тебе данные по больнице и доктору.
Сказав маме, что пошла по работе, я в назначенное время оказалась в той самой больнице, про которую написал мне отец.
Больница была бесплатная, но одна из самых лучших в городе. Я читала про неё, когда выбирала, куда ещё пойти на обследование, но Антон меня отговорил, записав в «Горизонт». Он тогда сказал, что уже не доверяет бесплатной медицине, и что давно лечится только в платных клиниках.
В коридоре, у кабинета нужного мне врача была целая очередь, и я даже замешкалась, могу ли просто пройти, если мне было назначено ко времени. Но меня спасла медсестра, выглянувшая из кабинета.
– Каверина тут? – оглядела она очередь, и я нерешительно подняла руку.
– Да, это я. Дина Каверина.
– Проходите, врач вас сейчас примет.
Толпа в коридоре разочарованно и возмущенно загудела. Кажется, они здесь и сидели в надежде на то, что неожиданно появится какое-то окно, и они смогут в порядке очереди тоже попасть на приём.
Врач оказался мужчиной преклонного возраста, но с крайне выразительным лицом. Он предложил мне для начала сесть, и поведать свою историю.
Я удивилась, потому что обычно все доктора гнали меня сразу же на гинекологическое кресло, даже не узнавая, что именно меня беспокоит, и в чём мой вопрос.
Я рассказала всю свою историю болезни и лечения, и выражение лица врача менялось на протяжении всего моего повествования.
– Значит так, Дина. Если диагноз вам поставили верный, то вопрос действительно серьезный. Я вас попрошу сейчас сходить сдать кровь, я в лабораторию вниз позвоню, попрошу сразу же чтобы результаты подготовили. Там мои девчонки, они подсуетятся. Как кровь сдадите, приходите обратно сюда, я вас посмотрю. Там будем делать выводы. Сразу скажу, я подобными случаями сам не занимаюсь, но знаю хорошего врача. Которого могу вам с чистой совестью порекомендовать. Однако, нам сначала всё же требуется подтвердить диагноз.
Я сделала всё, как он сказал, и через полчаса вновь была в его кабинете, теперь уже на кресле, где он меня осматривал.
– Ничего не понимаю. – Нахмурился врач. – Вы уверены в том, что мне рассказывали?
– Ну конечно, как я могу не быть уверенной?
В этот момент у него пропищало что-то на компьютере, и он поспешил подойти к нему.
– Так, результаты анализов пришли ваши. Интересно…Как я и думал.
– Простите, что-то не так? Вы увидели что-то другое?
– Даже не знаю, как вам и сказать, Дина. Что-то другое я однозначно увидел. Поздравляю, вы беременны.
40 глава
– Это какая-то шутка? – не мигая я смотрела на врача.
– Я врач, и я не привык шутить со своими пациентами на приёме. Я просто сделал выводы исходя из ваших анализов и осмотра. Срок ещё очень небольшой, но в том, что вы беременны, я уверен.
– Но как…Как это возможно вообще? – я не могла поверить в то, что слышала, и поэтому даже не испытывала по этому поводу никаких эмоций. Для меня это было настолько поразительным, словно чудо.
– Ну, вариантов здесь, на самом деле, множество. Во-первых, есть шанс, что диагноз вам поставили не верно. Во-вторых, вы говорили, что перенесли неудачную попытку ЭКО. Есть статистика, которая показывает, что после подобных процедур достаточно большой процент женщин становятся беременны, причем естественным путем. Ну и в-третьих, иногда что-то просто происходит, по независимым от нас причинам. Нужно же всем хоть чуть-чуть верить в чудо, правда? – Доктор улыбнулся, и снял перчатки, выбросив их в мусорное ведро.
– И что мне сейчас делать?
– То же, что и раньше. Срок, судя по тому, что я от вас услышал, пока слишком маленький, когда будет удобно, советую прикрепиться для ведения беременности в ближайшую к вам поликлинику. Там вас проверят на то, что беременность протекает как нужно, и дадут все дальнейшие рекомендации. Ну и, конечно, поменьше стресса, нервов, отказ от вредных привычек, если они у вас были. Витамины принимали какие-то?
– Да, я уже их на постоянной основе пью, как только появились проблемы.
– Ну и отлично.
Я смотрела на доктора, и, похоже, выглядела слишком напуганной, потому что он подошел ко мне, и очень доверительно посмотрел в глаза.
– Дина, всё будет хорошо. Вы же этого и хотели, а сейчас ваше желание исполнилось. Так что предлагаю вам сменить ваше выражение лица на радостное. Говорю вам абсолютно точно, что наш мозг улавливает сигналы мимики, и вслед за улыбкой придёт и хорошее настроение.
Меня не нужно было просить дважды, потому что улыбка сама начала расползаться у меня по лицу.
– Спасибо вам большое! – абсолютно искренне поблагодарила я доктора, а сама, словно к чуду, прикоснулась к своему животу. Неужели внутри меня уже зародилась новая жизнь?
– Я тут как раз абсолютно не при чём. – Рассмеялся доктор. – Поздравляю, желаю легкой беременности и родов. Передавайте привет своему отцу. Давненько мы с ним не виделись.
Из кабинета я выходила максимально окрыленная. Мир заиграл новыми красками. Было ощущение, словно я знаю секрет, который кроме меня больше неизвестен никому, и мне было это крайне приятно.
То и дело, я клала ладонь на живот, словно защищая ещё всего лишь клетку от внешнего мира.
Но, чем ближе я подходила к дому, тем больше у меня в голове возникало вопросов. Это же ребёнок Глеба? Последний раз я была «близка» с Антоном за пару дней до того, как застала его с другой.
Нужно ли мне было как-то сообщить ему новость о том, что я была беременной? Или мне стоило дождаться визита к врачу, прикрепиться к больнице и уже потом ему всё рассказать?
А ещё, теперь мне точно нужно было как-то ускорить бракоразводный процесс.
Со всей этой кашей в голове, и глупой улыбкой на лице я и зашла домой, где застала маму опять в компании Петра Романовича. Они сидели вдвоём на кухне, и мама выглядела немного бледной. Я моментально напряглась.
Они не слышали, как я зашла, потому что разговаривали, и когда я зашла в кухню, оба вздрогнули.
– Привет, простите, если напугала. А что тут происходит? Всё нормально? – я обращалась больше к маме, стараясь вглядеться в её лицо.
– Да, вот, Пётр Романович забежал на чаёк. Поставишь? – мама улыбалась, но, будто делала это через силу.
– Мама, как ты себя чувствуешь? – прямо спросила я.
– Всё отлично, а почему ты спрашиваешь? – я нахмурилась, но ничего не сказала, просто отрицательно покачала головой.
– Просто показалось, что ты какая-то бледная. Пётр Романович, а вам какой чай? Черный, зеленый?
– Ой, Дина, знаешь, я, пожалуй, пойду уже. Что-то я и без чая засиделся. Зоя Васильевна, на связи. – Как-то слишком быстро ушёл мамин ухажер. Может, они поругались, а я пришла не вовремя?
Я развернулась, всё ещё держа чайник в руках.
– Я не поняла, чай больше никто не будет? Тебе налить?
– Нет, спасибо. Я лучше водички. Как дела на работе? Выглядишь довольной.
– Угу. – Счастливо улыбнулась я. А потом, подумав секунду, поняла, что если сейчас не поделюсь с кем-то, то меня разорвёт. – Мам. Я была в больнице сейчас. Я беременна.
– Что? – по маминому лицу я видела, что она не понимала, как реагировать. Ведь я не рассказывала ей о своём недуге, и для неё я сейчас была беременной девушкой в процессе развода.
– Ты только не переживай, но у меня были кое-какие проблемы с этим. А сейчас, несмотря ни на что, я очень счастлива. Я так ждала этого малыша или малышку. – Я снова приложила руки к животу.
– Ты беременна? – раздалось у меня за спиной, и я резко повернулась.
– Антон, что ты тут делаешь? И как ты вообще попал в квартиру?
41 глава
Антон стоял в коридоре, который вёл к кухне, и выглядел потрясенным.
– Когда ты узнала? – его лицо стало жестче, но, когда он наткнулся взглядом на мою маму, которая встала рядом со мной, визуально смягчилось. Похоже, при ней он не хотел показывать свою истинную сущность.
– Тебя мои вопросы больше не касаются. Что ты здесь делаешь? Как зашел?
– Приехал передать документы, а дверь была открыта. Теперь, может, ты ответишь на вопросы?
Похоже, Пётр Романович, когда выходил, не до конца захлопнул дверь, и это привело сейчас к тому, что Антон узнал о моём положении одним из первых. Это было не очень хорошо, потому что абсолютно точно всё усложняло.
– Документы на развод? Ты подписал?
– Дина. Ты беременна? Это правда? – Антон подлетел ко мне, и взялся ладонями за мои плечи. Мама не успела даже никак среагировать, стоя рядом со мной.
– Антон, может, ты зайдешь в другое время? Нам сейчас не очень удобно. – Начала мама, но он на неё даже не обращал внимания, а я стояла, словно загипнотизированная его пилящим взглядом.
– Зоя Васильевна, не мешайте нам разговаривать, пожалуйста. Это наш вопрос, и мы его сами с Диной решим.
– Не смей грубить моей маме – тихо проговорила я. Единственное, что я никогда не могла терпеть, это когда задевали моих близких. – Это ты пришел в наш дом. Ты здесь не хозяин.
