Текст книги "Из пепла измен (СИ)"

Автор книги: Мария Владыкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Ума не приложу, откуда мой адвокат взял эти кадры, но я была ему благодарна.

Как итог, я выходила из здания суда свободной женщиной, которую развели. У меня не было ни гроша за душой, зато была свобода, и чувство собственного достоинства.

Глеб обнимал меня за плечи, когда мы выходили. Всё заседание я чувствовала его поддержку, и для меня это было важно.

– Антон, давай попрощаемся по-хорошему. Мы больше друг другу ничего не должны, и мы теперь официально с тобой чужие люди.

Антон посмотрел на меня сверху вниз, и, ничего не сказав, развернулся и пошел в направлении своей машины.

– Не думай, что у тебя всё пройдет так же гладко. – Остановилась рядом с нами Кира, обращаясь к Глебу. – Мне есть что сказать, и у нас не было договора, так что готовься попрощаться со многим.

– Кира, зачем тебе это? Ведь ты отравляешь жизнь не только Глебу, но и себе. Не лучше ли было бы расстаться друзьями? – решила вступить в разговор я.

Лицо Киры исказилось.

– А ты вообще молчи, тебя не спросила.

А дальше, она сделала шаг, запнулась, или сделала вид, что запнулась, и «случайно» толкнула меня, отчего я потеряла равновесие, и начала падать в сторону проезжей части, прямо на асфальт.

58 глава

Я полетела вниз слишком быстро, так что Глеб, тут же бросившийся мне на помощь, не успел схватить меня, и я плюхнулась, ударившись неприятно копчиком, и расцарапав ладони, которые выставила по инерции для смягчения падения.

– Ай! – вырвалось у меня.

Мне повезло, что дорога в этот момент была пустая, потому что если бы кто-то ехал, то я наверняка попала бы под машину, и последствия могли быть намного хуже.

– Дина, ты как? – подлетел ко мне Глеб, беря на руки. Его лицо было бледным, кажется, он перепугался ни на шутку.

– Вроде бы нормально, копчиком только ударилась.

– Нам нужно в больницу, всё проверить.

Он, даже не дожидаясь ответа, побежал к своей машине, уложив меня на заднее сидение, и попросив не вставать. Кира так и осталась стоять на тротуаре с открытым ртом, про неё никто даже не вспомнил. Возможно, Глеб бы что-то ей и сказал, но он был чересчур взволнован моим падением, и не хотел тратить время на неё.

Я, лежа на сидении, пыталась прислушаться к себе, понять, болит ли у меня что-то не так, как должно, но кроме саднящей боли в ладонях, и немного ноющего копчика ничего не чувствовала. Я была почти уверена, что со мной всё в порядке.

Давненько я не падала на асфальт. Обычно, такое происходит в основном только в детстве, а во взрослом возрасте если и падаешь, то зимой, когда поскальзываешься на чём-то, но на земле мягкий снег, а на тебе, как правило, какая-нибудь теплая куртка, которая тоже смягчает падение.

–Мне кажется, я в порядке, давай лучше домой, не хочу в больницу, у меня они всегда связаны с неприятными воспоминаниями.

– Прости, Дина, но тут я сам решу. Я несу ответственность за тебя и ребёнка, так что хочу убедиться, что всё в порядке. Тем более, что ближайшая больница та, в которой у тебя мама. Заодно потом навестим её. Завтра же выписывают, да?

– Ага. – Грустно отозвалась я. Я так и не смогла убедить маму начать лечение. Хотя, казалось бы, всё было в моих руках: Глеб согласен был оплатить мамино лечение, в больнице только ждали отмашку, но нет. Она была упрямая, как никогда.

Как я ни уговаривала Глеба, мы всё же приехали в больницу, и он даже не позволил мне идти самой, а понёс меня на руках, боясь, что я себе что-то повредила.

Периодически он что-то бурчал себе под нос.

– Я её просто уничтожу за это. Собралась она что-то отбирать. Не на того напала. Лживая, подлая…Где только были мои глаза.

Кажется, всё это предназначалось Кире. Она не на шутку его разозлила.

Ожидаемо, у меня оказалось всё хорошо. Меня осмотрели, обработали ссадины, и отпустили. Было видно, как Глеб расслабился, когда сказали, что ничего страшного не произошло.

– Слава богу! – обнял он меня крепко в коридоре, и стоял так некоторое время, просто прижимая меня к себе. – Не знаю, как я буду переживать это дальше, особенно, когда ребёнок родится, и начнёт ползать, потом ходить и падать. Оказывается, я очень тревожный в этих вопросах.

– Всё нормально. – Подняла я на него глаза, улыбаясь. – Привыкнешь. Это только в первый раз страшно, а потом уже не так. Ну что, пойдем к маме? Я не говорила ей, что мы приедем, но, думаю, ничего страшного. Обрадую новостью, что с Антоном в моей жизни покончено.

Мама очень хорошо приняла Глеба. Она была рада, что у меня был мужчина, который обо мне позаботится. Она всегда мне говорила: женщина не должна оставаться одна со своими проблемами, ей всё равно нужен спутник и крепкое плечо.

В юности, когда я была ещё поглупее, я спрашивала её в ответ, как же тогда она справляется одна, на что просто получала грустный взгляд. Теперь я понимала, о чём она говорила. Мы все можем справиться в одиночку, вот только многих из нас это ломает.

Мы перевели маму, не без помощи Глеба, конечно, в отдельную палату, и теперь у неё там было практически как в отеле, но она всё равно очень хотела домой, и ждала завтрашнего дня, чтобы скорее вернуться.

Подойдя к палате, я увидела, что дверь приоткрыта, и поэтому не стучась зашла в неё. Но тут же отвернулась, столкнувшись с Глебом, который шел следом за мной.

– Что такое? – удивился он, смотря перед собой, и понимающе поджал губы.

Когда я зашла, я застала своих маму и отца целующимися! Конечно, мне было не десять лет, чтобы смущаться подобного. Но это же были мои родители, к тому же, давным-давно разведенные!

– Ой, Диночка, прости, мы не знали, что ты планируешь зайти. – Я повернулась, и наткнулась на отца, улыбающегося, и прячущего свой взгляд, словно нашкодивший школьник, и чуть покрасневшую маму.

– Сюрприз. – Ровным тоном проговорила я. – Нам зайти попозже?

– Нет-нет, оставайся, конечно. Мы с твоим папой хотели тебе рассказать, но всё как-то случай не подворачивался.

– Рассказать о чём? – растерялась я. Глеб всё это время стоял сзади меня, поддерживающе сжимая мои плечи.

Мама с отцом переглянулись, и отец прочистил горло.

– Дина, мы с твоей мамой снова вместе. Решили, что хватит себя мучать столько лет. Я извинился перед ней ещё раз за всё, что было. В общем, мы опять поженимся, и будем жить вместе. Как-то так.

Я удивлённо смотрела на родителей, которые держались за руку, и не веря своим глазам, открывала, и закрывала рот, не зная, что сказать.

– Ну, раз тут такой случай… – вдруг начал за моей спиной Глеб.

А он-то что задумал?

59 глава

– Что такое? – я повернулась к Глебу, смотря на него во все глаза, удивлённо наблюдая, как он запускает руку в карман, а после достаёт небольшую бархатную коробочку.

Он что, собрался…?

– Дина, я знаю, что мы с тобой не так давно вместе, и ситуация у нас правда не из простых, но тянуть дольше мне не хочется. На самом деле, я купил эту коробочку с её содержимым после первой же ночи, что мы провели вместе, потому что сразу понял, что ты – та самая, я не хочу тебя упустить, и должен сделать так, чтобы ты осталась со мной.

Со стороны кровати, на которой лежала мама, раздался умилительный возглас, кажется, родители были довольны происходящим.

– Довольно скоро мы с тобой оба впервые станем родителями, о чём оба мечтали, и, так получилось, что этот ребёнок выбрал нас, решил соединить наши судьбы вместе, чему я несказанно рад. И я считаю, что дети должны рождаться в семье. А я совсем не против, и даже очень хочу создать семью с тобой. Поэтому у меня есть один вопрос.

А дальше я наблюдала за происходящим словно в замедленной съемке: этот крупный, красивый мужчина, немного подтянул брюки на бёдрах, и начал садиться на одно колено. К слову, Антон, когда звал меня замуж, не делал этого.

– Дина. Согласна ли ты выйти за меня замуж, и стать со мной одной семьей?

В палате всё стихло, кажется, я слышала даже как колотится от переживания сердце Глеба, поэтому не стала его долго томить.

– Да! Конечно, да! – Бросилась я к нему на шею, параллельно поднимая его с пола, и целуя. Вот так, в больнице, но в присутствии моих родителей, мне сделали предложение второй раз. И несмотря ни на что, это было прекрасно. Так, как я и мечтать не могла.

Глеб поцеловал меня в ответ, долго обнимая, а потом немного отстранился, чтобы надеть кольцо мне на палец. Оно тоже было совершенным. Белое золото с крупным блестящим камнем смотрелось на моей руке дорого и изящно.

– Это только ты могла развестись, и получить предложение руки и сердца в один день! – заулыбалась мама, и я поддержала её смехом.

Родители начали поздравлять нас, обнимая, и желая всего хорошего.

– Слушайте, а давайте вместе сыграем свадьбу? – Вдруг предложил отец, и мы все трое на него удивлённо посмотрели.

– Женя, какую свадьбу? Ты что, хочешь снова жениться на мне? – оторопело произнесла мама, хватая его за руку. Видимо, до этого они подобное не обсуждали.

– Ну конечно! А ты как хотела? Я больше не упущу свой шанс на счастье и любовь, как сделал это однажды. Мы снова станем семьей, я хочу звать тебя своей женой, и понимать, что так просто ты от меня не избавишься, в случае чего. – Заулыбался отец. – Погоди, или ты против? – Он вмиг из радостного настроения перешёл в тревожное, нахмурив брови.

– Нет, я совсем не против. – Взяла его руку в свою мама, перехватив его взгляд. – Если ребята будут согласны, то я не возражаю против совместной свадьбы.

Глеб взял слово за нас двоих, и там мы и порешали, что поженимся все вместе, как только Глеб разведётся, а это должно было случиться довольно скоро. В лучшем случае это должно было занять месяц, в худшем – три месяца.

По итогу мы и не заметили, как провели месяц до суда по разводу Глеба.

Я делала ремонт, сдавала разные анализы, которые необходимо было сдавать беременным, к слову, всё у меня было достаточно хорошо.

Навещала маму и отца каждую неделю. Было очень странно видеть их снова вместе. Теперь каждый раз, как я собиралась зайти к ним в гости, я предварительно звонила, потому что один раз я уже застала их за поцелуем, не хватало мне только застать родителей за чем-то ещё более горячим.

Когда я приходила, мы очень много времени тратили на разговоры и воспоминания. Папе хотелось знать всё, что происходило с нами в тот период, когда он не жил здесь, но описать это было достаточно сложно. Понятно, что до конца этот пробел он так восполнить и не сможет.

Мама выглядела счастливее чем когда-либо за все годы, после того, как мы остались с ней вдвоём. Она снова улыбалась, шутила, а я удивлялась, что даже забыла, что она могла быть такой.

На вопросы её здоровья у нас было временное табу. Мама сама об этом попросила. Но мы договорились, что сразу после свадьбы она ляжет в больницу на обследование, чтобы понять, как обстоят дела. Пока же она просто наслаждалась жизнью, подготовкой к предстоящему торжеству, как и хотела.

Глеб несколько раз пытался договориться с Кирой по-хорошему, предлагая ей немаленькие отступные, чтобы просто развестись и жить дальше, но она упрямо отказывалась.

Я пару раз видела её издалека во дворе, наверное, она приходила к Антону, хотя зачем, мне было не ясно. Я даже подумала, что из них двоих получилась бы неплохая пара. У них были похожие цели и интересы, Кира приветствовала свободные отношения, а Антон по-другому, похоже, и не мог. Кира не хотела детей, а Антон был бесплоден. В общем – идеально.

Кира, возможно, тоже меня видела, но делала вид, что не замечает. А я была и не против.

Наконец, день икс настал. Глеб не взял меня на заседание суда, побоявшись, что меня там что-то снова может разволновать, поэтому я осталась волноваться дома. Об этом он, видимо, как-то не подумал.

Он не звонил и не писал уже какое-то время, хотя мне казалось, что у них всё должно было закончиться. Нервничая, я расхаживала с телефоном в руках туда-сюда возле входной двери.

И совсем не ожидала того, что дверь просто распахнётся, и Глеб появится сразу же в квартире.

– Ну что там, как? – бросилась я к нему. – Вас развели? Почему ты не позвонил или не написал смс?

– Хотел сообщить лично. – Улыбнулся Глеб. – Я абсолютно свободный человек. – Его улыбка стала ещё шире. – Правда, не обошлось без небольших потерь. Например, нам придётся съехать из этой квартиры. Кажется, ремонт можно было и не начинать. Ты сильно расстроишься?

– Ты шутишь? – Обняла я его за шею. – Я счастлива, что всё закончилась. А эта квартира… Знаешь, у дома как-то энергетика не очень. Я буду рада отсюда съехать куда-нибудь вместе с тобой.

Глеб подхватил меня на руки, и радостно закружил вокруг себя.

60 глава

Мы вдвоём с мамой стояли в комнате невесты, обе облаченные в достаточно простые белые наряды. Мама выбрала для своей свадьбы белый брючный костюм, а я платье, с красивым воротом, расшитым бусинами, похожими на белый жемчуг.

– Это надо же, два раза выходить замуж в жизни, и оба раза за одного и того же человека. – Улыбнулась мама своему отражению.

Я подошла к ней сзади, и приобняла.

– Если что, у тебя ещё есть шанс сбежать. – Подмигнула я ей через отражение.

– Нет уж, теперь он от меня не отделается. Пусть терпит. – В глазах мамы я видела безграничную любовь, и с каждым днём мне всё сложнее было принимать, что это когда-нибудь закончится. Чудес не бывает, если болезнь не лечить, она забирает человека.

Сегодня с утра ей опять было плохо. Она старается скрывать от меня это, но я не слепая и не глухая, всё вижу и всё понимаю. Единственное, что меня утешало, было то, что она согласилась лечь в больницу сразу после свадьбы.

– Ты сама-то как? Не волнуешься? – Мама отошла от зеркала, предоставляя мне доступ, а сама села на небольшой диван, который стоял здесь же.

– Ты знаешь, нет. Может, дело в гормонах, или ещё чем-то, но я спокойна, как удав. У меня внутреннее ощущение, что я сделала правильный выбор. И я, пожалуй, ещё ни в одном своём решении не была так уверена.

– Я рада, что у тебя есть Глеб. Когда меня не станет, я буду знать, что о тебе есть, кому позаботиться. Конечно, будет ещё и отец, но он тоже не вечен.

Мои глаза моментально увлажнились, и я повернулась к ней.

– Мам, не говори так, пожалуйста. Сегодня же праздник. Давай будем лучше улыбаться и веселиться!

И так и получилось. Из ЗАГСа мы выходили счастливые, узаконившие свои отношения.

Общим советом было принято решение отпраздновать наши свадьбы по-семейному тихо и уютно. Так уж получилось, что для каждого из нас это была не первая свадьба, и организовывать какие-то торжества не хотелось. Просто разделить радость дня с самыми близкими.

Мы даже не поехали в ресторан, а отправились в наш с Глебом новый дом, в который мы переехали совсем недавно, и даже ещё не успели завершить ремонт. Пока был сделан только первый этаж.

Квартиру в доме моего бывшего мужа отсудила у Глеба Кира. Не знаю, зачем она ей понадобилась, но мы, посовещавшись, решили, что деньги – дело наживное, а вот нервные клетки не восстанавливаются, так что просто отдали ей всё, что она просила, а у неё была губа не дура.

Не знаю, можно ли построить своё счастье, постоянно третируя других, и строя им козни. Мы посчитали, что та квартира выполнила свою основную функцию: свела нас с Глебом.

Уже поздно вечером, сидя на террасе, и проводя маму с отцом домой, мы качались с Глебом на подвесном диване, укрытые пледом, и обсуждали планы на будущее.

– Этот ребёнок родится, и сразу пойдём за вторым, чтобы долго не тянуть. Отстреляемся за пару лет, а дальше будем уже детей растить, быт налаживать.

– Эй, папаня! – Весело ткнула я в бок Глеба. – Ты даже не знаешь ещё, кто у нас будет: девочка или мальчик, а уже строишь планы на следующего. Давай сначала этого родим. Прочувствуешь бессонные ночи, и я потом тебя ещё раз спрошу. Посмотрим, как ты запоешь!

– Погоди, а ты что знаешь, кто у нас будет? – наклонился муж немного вперед, пытаясь заглянуть мне в лицо, а я отчаянно прятала улыбку.

– Хотела сегодня ночью тебе рассказать. На последнем УЗИ сказали пол.

– Ну! Не томи! – Я прищурилась, пытаясь предугадать реакцию Глеба. – Чего ты так смотришь? Мне всё равно, на самом деле, просто интересно. Вообще, главное – чтобы ребёнок здоровый был, всё остальное уже второстепенно.

– У нас будет девочка. – Улыбнулась я, и Глеб сильнее меня сжал в объятиях, покрывая моё лицо поцелуями.

– Надеюсь, она будет такой же красивой, как ты.

– Ты не расстроен? – Сама не знаю, что именно пыталась я разглядеть в его лице.

– А должен? У меня есть любимая жена, с которой у меня скоро родится дочка. Я буду баловать их, носить на руках, и называть своими принцессами. Почему я должен быть расстроен?

– Просто мне казалось, что все мужчины хотят сыновей.

– Все мужчины хотят счастья, а меня сегодня от него просто разрывает изнутри. А что ты чувствуешь? Ты счастлива, Дина?

– Ты знаешь, наверное, уже несколько месяцев, с тех пор, как я узнала, что беременна, и когда мы начали жить с тобой вместе, каждый мой день – счастливее предыдущего. И даже когда уже кажется, что лучше некуда, наступает завтра, и я понимаю, что снова счастлива. Я словно феникс, заново возродившийся из пепла боли, измен, чтобы начать новую жизнь. И я очень рада, что эта моя жизнь будет рядом с тобой.

Мы плотнее прижались с Глебом друг к другу, и замерли, проживая этот момент.

– Дин, слышишь? – ткнулся он носом мне в волосы.

– Угу. – Я чуть повернулась, чтобы видеть его.

– Я тебя люблю. – Так искренне сказал он, что у меня защемило сердце.

– И я тебя. Я тебя тоже очень сильно люблю.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Эпилог

Шесть месяцев спустя

Палату разразил первый плач моей дочери, и мы с Глебом плакали вместе с ней. Чудо рождения, пожалуй, не сравнится ни с чем, что я испытывала в своей жизни.

Меня захлестнула такая волна счастья, что я едва справлялась. Особенно, когда малышку положили мне на грудь.

Я смотрела на Глеба, который только и делал, что повторял «Спасибо», глядя на меня и малышку. Это были первые слёзы, которые я увидела у этого сильного телом и духом мужчины.

– Привет, Вера. Мы так тебя ждали! Твои папа с мамой так тебя любят! – прошептала я в сторону головы своей дочери. Имя мы придумали уже давно, и особо даже не сомневались.

Так как я рожала в частном роддоме, то уже на следующий день к нам разрешили посещения. Мой отец очень переживал, после того, как я написала ему, что уехала рожать. И пришёл сразу же с утра, как только это стало возможно.

Взяв Верочку на руки, он не мог отвести от неё взгляд.

– Она похожа на тебя, а ещё на свою бабушку. – Улыбнулся папа. Это была его первая улыбка, которую я увидела после того, как нас покинула мама.

– Да, мы тоже это заметили.

Мамы не стало примерно за месяц до рождения Веры. Это был очень тяжелый период для моей семьи, и, наверное, я смогла пережить его только благодаря поддержке мужа, и понимании, что я нужна своей ещё не родившейся дочери.

Болезнь оказалась более агрессивной, чем мы предполагали. Беззаботное время для мамы и отца продлилось всего несколько недель после свадьбы, всё остальное время она уже не вставала с постели, но всё ещё отказывалась лежать в больнице.

Я помнила наш с ней последний разговор весь, до единого слова.

– Мамочка, я так тебя люблю. – Я сидела у её кровати на полу, держа её за руку, и мы все понимали, что это были её последние дни. Тогда я прекращала плакать, пожалуй, только когда спала.

– Дина, доченька моя. Твои слёзы делают мне больно, а я хочу прожить последние дни в окружении счастья и улыбок. Ты можешь улыбнуться для меня?

Я попыталась улыбнуться, и мама улыбнулась мне в ответ. Я видела, что ей даже это давалось уже с трудом, а меня начинала распирать истерика.

– Тебе не надо грустить. Потому что я счастлива. Я ухожу счастливой женщиной, и это то, о чём можно было только мечтать. У меня есть семья: муж и дочь, которые меня любят, скоро родится внучка, все здоровы, не бедствуют…Поэтому, пожалуйста, улыбайтесь. Когда меня не станет, вспоминайте меня улыбкой, а не слезами.

И мы старались. Старались радоваться каким-то жизненным мелочам, и вспоминать о маме в счастливые моменты, а не только когда нам грустно. Труднее всего, наверное, было справиться с этим отцу. Все эмоции он держал в себе.

Он как-то резко постарел, осунулся, стал более молчаливым и закрытым.

Я подошла к папе, медленно, потому что мне ещё было тяжеловато передвигаться. И приобняла его за плечи.

– Я ещё раз убеждаюсь, что мы бессмертны, и будем всегда жить в наших детях и внуках. Жаль, что мамы нет с нами рядом, но, может, её душа смотрит на нас сейчас, и радуется вместе с нами.

Отец передал Веру Глебу, а сам крепко обнял меня, и расплакался.

– Я когда-то подвёл твою маму, но тебя, и свою внучку никогда не подведу. Ты всегда можешь на меня положиться.

– Я знаю, папа. Спасибо.

Год спустя

Мы сидели всей семьей на нашей террасе. Я, Глеб, Вера, мой папа, и родители Глеба.

Они не были на нашей свадьбе и при рождении Веры, потому что жили в другой стране, но решили вернуться, чтобы принимать активное участие в воспитании внучки.

Вера сегодня с самого утра капризничала, как будто чувствуя, что сегодня у нас праздник, и мне нужно «помочь». Слава богу, что у меня бал Глеб, который с радостью брал Веру на себя, освобождая мне время для каких-то дел.

Когда все подняли бокалы, муж первый взял слово.

– Спасибо большое всем, что пришли. У нас сегодня важный день: первый день рождения нашей дочки. Этот год был для нас…интересным. Было и сложно, и весело, но одним словом – счастливо. Пожалуй, это был мой самый счастливый год. И за него я благодарен, конечно, моей дочери, но, самое главное, её маме – Дине. Давайте первый тост мы поднимем именно за неё.

После того, как все выпили, моя свекровь тут же решила, видимо, пошутить.

– Так, когда за вторым? Раз у вас получаются такие замечательные дети, я считаю, надо делать! – все за столом засмеялись, а я подумала, что, наверное, сейчас идеальный момент, и встала.

– Вообще, я хотела объявить об этом чуть позже, но раз здесь у нас зашла речь… В общем, следующее день рождение Веры мы будем встречать уже вчетвером!

Вся наша компания затихла, а муж удивленно уставился на меня.

– Погоди, ты беременна?

– Да! У нас будет ребёнок!

Все вокруг разразились криками, поздравлениями, и даже Вера хлопала в ладоши, хоть до конца и не понимала, что происходит.

А я просто была счастлива, что окружена такими замечательными людьми. И у меня ни на секунду не было сомнений, что всё у нас у всех обязательно будет хорошо, пока мы улыбаемся, и пока мы вместе.

Конец