Текст книги "Мой куратор – наследник престола (СИ)"

Автор книги: Мария Эмет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

10

Я принялась сверлить дверь злобным взглядом и почти прожгла в ней дырочку, как вдруг рядышком раздалось протяжное:

– Эх…

– Всё настолько плохо? – заволновалась я.

– А? Да нет, с тобой всё хорошо. Парочка ушибов, куча растяжений и ещё больше ссадин. Жить будешь. Наверное, – будничным тоном произнесла сестра. – Знаешь что… И не надейся!

До чего же быстро она меняет прогнозы! Первый мне больше нравился.

– Слушай, – начала вкрадчиво, – я извиняюсь, если обидела, и извиняюсь заранее, если ещё не успела, но помирать в ближайшие пятьдесят лет я не планирую. Давай ты как-нибудь соберешься с силами, позовешь кого поопытнее, и вы дружным лекарским коллективом поставите меня на ноги, а?

Девица озадаченно моргнула.

– Крепко приложило, да? – с сочувствием поинтересовалась она. – Я про Кая.

А-а-а-а! – хотелось протянуть мне понятливо. Но вместо этого я спросила:

– Кто это?

– Кайрат! – воскликнула она почти обвинительно, словно речь шла ни много ни мало о божестве.

– М…

– Про того красавчика, что принес тебя на руках! Если ты его забыла или, что ещё хуже, не запомнила, то у меня плохие новости. У тебя либо зрение ни к черту, либо вместо памяти решето!

Так вот как его зовут… Кайрат Майерхольд. А неплохо! Звучит.

– Пижон, – фыркнула я как можно более пренебрежительно. Глаза целительницы округлились, а сама она возмущенно зашипела:

– Почему???

Недолго думая, я пояснила свою позицию:

– Он не настолько сильно одарен, чтобы вести себя столь заносчиво.

Так уж устроен мир магов – чем сильнее твой дар, тем больше у тебя права на противный характер. Определить уровень силы можно, лишь взглянув на шевелюру мага. Чем больше в волосах цветных прядей и чем ярче их цвет, тем сильнее колдун.

Мне вот не очень повезло. У меня всего несколько белых локонов у висков и парочка на затылке. Но я не жалуюсь.

А вот принцу бы стоило – магических прядей у него даже меньше, чем у меня.

Примерно то же самое я сказала сидящей напротив девушке, которая, к моему удивлению, разразилась хохотом. Мои слова насмешили её настолько, что она покачнулась, свалилась с табуретки на пол, но не разозлилась, и продолжила гоготать уже из-под койки. Пришлось подобраться и нагнуться к ней.

– Ты чего?

Девица попыталась успокоиться. Хрюкая и всхлипывая, она поползла к шкафу за растиркой. А я всё не понимала, что произошло.

– Смешная ты, – отозвалась целительница.

– Да что не так-то?

– А то, что в королевской семье все мужчины – брюнеты. Особенность у них такая.

Да, похоже, приложило меня и правда знатно, ибо дотумкать до правильного умозаключения самостоятельно не вышло. Пришлось просить помощь зала, и зал охотно пояснил:

– Кай тоже брюнет, – подмигнула целительница, а после добавила с нескрываемым восхищением: – Он силен настолько, что магия полностью перекрыла его родной цвет волос!

Прелесть какая. За свою короткую жизнь с кем я только не ссорилась: с наставницей приюта, со старостой деревни, с заезжим чародеем, взявшим за изгнание нечисти пять золотых… Список длинный, однако самого могущественного мага королевства в нем еще нет. Какое досадное упущение!

Нужно наверстать.

– Короче говоря, и не надейся. Ты, конечно, симпатичная. Может быть он с тобой даже интрижку закрутит, но после всенепременно бросит и разобьет твой сердечко вдребезги!

В этот момент из шкафа выпал бутыль с какой-то зеленой жидкостью. Шлепнувшись на пол, он с грохотом разлетелся. Девица не растерялась, показала на него пальцем и заявила:

– Это знак!

Именно. Знак того, что не стоит нести чушь во время работы. После работы, конечно, тоже лучше не нести, но каждый развлекается как может.

– Его даже герцогиня Анаверд не смогла окучить, а она красавица, каких не сыскать! К тому же родовитая и очень сильный маг! Она, кстати, его напарница по Игре.

Благо, красавицы меня не интересовали. Их я решила оставить принцу, а вот про Игру все же спросила.

– О! Это спортивно-магическое соревнование. Очень престижное! – охотно пояснила целительница.

Увы, но большего узнать не вышло. Смена этой милой болтушки подошла к концу, а на замену пришел мрачный парень. Он нехотя обработал мои ссадины, влил в меня какую-то горькую гадость и ушел в неизвестном направлении. Спасибо хоть на ключ не закрыл.

Лежать очень скоро стало скучно. Когда все банки в шкафу, квадратики, которыми был выложен потолок, и даже застиранные пятна на одеяле были подсчитаны, находиться в палате стало вовсе невыносимо.

Я лежала на кровати, изображая памятник лежащей на кровати себе, и думала о будущем. Будущее, скажем честно, вырисовывалось совсем не радужным.

По программе я отстаю. Но мало того: меня не хотят учить азам! Вон какое представление Ноэрд устроил, чтобы «показать моё место».

С таким раскладом после первой же сессии мне торжественно пожмут руку, махнут белым платочком на прощание и плюнут в спину, чтобы я точно не вернулась.

И принц помогать отказывается. А ещё он не похож на человека, которого легко заставить сделать что-либо. Кхм… Пожалуй, так будет честнее: он похож на человека, который никогда не станет делать что-либо не по своей воле.

Впрочем, он прав. Я не боевой маг. И никогда им не стану.

А значит нужно искать выход! Он всегда есть. Вот, даже в палате их целых два: окно и дверь. Один для реалистов, другой для оптимистов.

Стоило подумать о двери, как та открылась и внутрь ввалились двое парней.

– Эта?

– Да вроде…

Переглянувшись, они двинулись к кровати.

Это что же? Меня убивать пришли, а я не накрашена? Какая досада!

11

Триумфально прошествовав три метра, они замерли напротив. Один нерешительно кашлянул, другой как-то странно покосился в мою сторону и натянуто улыбнулся.

Безмолвно договориться у юношей не вышло, потому они решили сыграть в камень-ножницы-бумагу прямо перед моей койкой. Выиграл тот, что слева. Тот, что справа, недовольно поджал губы, прочистил горло и протянул зычно:

– О, Фея Огня, помоги нам!

– Спирт в шкафу, – брякнула я.

– Зачем нам спирт? – удивились они.

– Вот именно, что не нужен. У вас без него глюки. Пора вставать на рельсы здорового образа жизни!

Парни снова непонятливо переглянулись. Я тем временем быстро осмотрела визитеров. Высокие, широкоплечие брюнеты с карими глазами. Братья? Похоже на то. Да и цвет магии у них один – ярко-зеленый.

– А я говорил тебе, что Фея Огня звучит по-идиотски! – фыркнул левый. – Вот Повелительница Пламени – совсем другое дело!

– Фея Огня – нежнее. Она же, все-таки, девочка!

– Вы очень наблюдательны, – съехидничала я.

Спорщики замолкли на секунду, а после решили прибегнуть к помощи самой здоровой головы в палате. Ко мне:

– Тебе как больше нравится: Фея Огня или Повелительница Пламени?

– Как тривиально. Присмотритесь к Вождю Светильников и идите с миром, юные падаваны.

Уходить с миром они почему-то не захотели. Вместо этого парни без приглашения приземлились на кровать, потеснив меня с двух сторон.

– Нам нужна твоя помощь, Вождь Светильников.

– Научи нас тому заклинанию, которым ты сожгла принца.

Во-первых, не сожгла, а подожгла. Это важное уточнение, ибо за первое меня могут казнить, а за второе… казнить, но более гуманно.

Во-вторых, научить не могу. Это моя личная особенность, дар, если хотите. Если нужно по-драматичнее – проклятие!

Дело в том, что практическая магия мне дается с крайней неохотой. Почему-то почти каждый раз, когда я призываю силу в реальный мир, она обращается огнем.

Упорством и практикой мне удалось совладать с некоторыми бытовыми заклинаниями, но, как видите, и они не всегда работают идеально. Пиджак Кая Мейерхольда подтвердит.

Но в этом есть и плюсы. Мне отлично дается предметная магия. Зелья и артефакты (особенно артефакты!) – мои лучшие друзья. Почти под каждое заклинание я придумала альтернативу в виде какого-нибудь механизма.

– О, друзья, – протянула я, подкладывая под спину подушки. – Это исключено. В своё братство огня я беру только лучших из лучших.

– Мы готовы на всё!

– Нам ну очень надо.

Ну раз надо…

– Водички принеси, – повелительно отозвалась я.

Очень скоро в моей руке появился стакан с живительной влагой, а в другую вложили подкупную шоколадку. Подкупная шоколадка оказалась с изюмом и была возвращена на родину. Даритель сконфузился и рассыпался в извинениях. Я наслаждалась ситуацией.

– Как вас зовут-то?

– Агес Ферден, старший, – представился левый.

– Арес Ферден, младший. Но от этого ничуть не хуже! – сказал правый.

– Магии я вас не научу, но устранить врага путем возгорания помогу. Условия два – не доводить дело до крайности и никому не говорить, что я в доле… Тьфу ты, в деле. А, и ещё: все материалы за ваш счет. Список получите завтра.

– Это три условия… – блеснул феноменальными математическими способностями Арес.

– Счетоводов попрошу выйти!

– Мы согласны! – воскликнул Агес, толкая брата локтем. – Спасибо тебе, Вождь Светильников, мы у тебя в долгу.

Ещё в каком. Уж поверьте, я своего не упущу.

Начинающие пиротехники ушли. Я тоже выползла из-под одеяла, натянула верхнюю одежду и направилась в столовую. Голод, знаете ли, не тетка. Да и Апчихвах отмену ужина не оценит.

На обеде мне повезло. Я успела занять большой стол и преспокойно наслаждалась едой, пока адепты жались на скамьях, толкаясь локтями, и бросали в мою сторону тяжелые взгляды. Видимо, они надеялись, что кусок наивкуснейшей запеканки встанет мне поперек горла, я тихонечко издохну и они быстренько займут мой стол.

Не свезло. Их надежды не оправдались, а я продолжила обедать.

В какой-то момент ко мне решительно двинулся парень. Я уж обрадовалась будущему соседу, как тот скомуниздил у меня стул и ушел. К стеночке. Так он и ел. У стены. С подносом на коленях.

И на что только аристократы не пойдут, чтобы не есть рядом с презренным бастардом за одним столом!

Увы, но в этот раз временного преимущества у меня не было. Пока я доковыляла до столовой, вся академия успела забуриться в обеденный зал и рассесться по местам.

Думаете, я отчаялась и пошла к стеночке?

Нет.

Я заметила Кая Мейерхольда, который одиноко сидел за своим столом и загадочно смотрел на небо.

Рассудив, что ему скучно, я направилась к нему устраивать если не концерт, то хотя бы небольшое представление. На глазах у ошарашенной публики я водрузила поднос и смело села напротив.

– Мы не договорили, – сказала вместо приветствия.

12

Ложка, не выдержав напряжения, решила самоустраниться с моего подноса, и в звонкой тишине упала на пол. Недолго думая, я позаимствовала прибор у принца и приступила к еде.

– И тебе приятного аппетита, – почти с восхищением произнес немного удивленный наставник.

Вся столовая таращилась на нас, потому я старалась вести себя как можно более непринужденно, словно ужинать с принцем – привычный пунктик в списке дел на день.

Кайрату было совершенно всё равно и на людей, окружающих его, и на меня, пытающуюся поймать его взгляд. Его интересовал лишь кусок отбивного мяса, который он беспощадно нарезал в своей тарелке.

– Вкусное, наверное, – протянула я. – Не поделишься кусочком?

Принц поднял на меня хитрые глаза и как-то нехорошо, многообещающе улыбнулся.

– А как же, – хмыкнул он, обмакивая кусок в соусе и протягивая его мне. На вилке. Ко рту. – Кусай.

Не знаю, что за игру затеял этот мутный товарищ, но поддаваться я не планировала. Мило улыбнувшись… Я стащила у него тарелку.

– Проголодалась? – столь же благосклонно поинтересовался блондин, словно потеря сочного куска мяса его совсем, ну ни капельки не расстроила.

– Да. После того как мне чуть не сломали руки, я почувствовала небывалую тягу к еде, – произнесла ехидно, набивая рот отбивной и смачно причмокивая, – и к знаниям. Раз ты столь любезно поделился со мной ужином, может быть и научишь меня чему-нибудь?

– Нет.

– Тогда я буду есть с тобой каждый божий день!

– Ты серьезно считаешь это угрозой?

– Разумеется. Я буду воровать твою еду, пинаться под столом и жутко чавкать!

Наши взгляды встретились. Шутить и ухмыляться перехотелось, а мир вокруг словно замер.

– Повторяю ещё раз. Для непонятливых, голодных и излишне самоуверенных. Я не буду тебя учить, Юрай. Не потому, что ты мне не нравишься. Просто это не имеет смысла. Ты провалишься. Я это знаю.

– Повторяю ещё раз. Для непонятливых, голодных и излишне самоуверенных. Ты будешь меня учить. Иначе…

А вот это уже лишнее. Угрожать принцу, который в потенциале должен стать моим учителем и союзником, глупо.

Глупо, но я это сделала. Если не словом, то взглядом. Кайрат понял, прочитал мои мысли. И они ему жутко не понравились.

Медленно поднявшись, он обошел стол и жестом фокусника вытащил из кармана платок.

– Ты испачкалась, милая, – склонившись ко мне, Кай мягко провел гладкой тканью по уголку моего рта. – Так-то лучше. До завтра. И спокойной тебе ночи.

Улыбка, что мне подарили на прощание, была столь сладкой, что мне срочно захотелось запить её чем-нибудь.

«И что это было?», – думала я, глядя вслед удаляющемуся куратору.

Ответ нашелся сам собой, стоило мне отмереть и оглядеться. Куча ревнивых девичьих взглядов, обращенных в мою сторону, не сулили ничего хорошего…

Тем, кто осмелится выйти на тропу войны со мной.

Что ж, если до этого я просто всем не нравилась, то сейчас женская половина академии втайне мечтает придушить меня в темном уголке.

Хитро. Просто. И со вкусом. Браво, Ваше Высочество. Но не на ту нарвался.

Не знаю, на что он рассчитывал, но я продолжила ужинать. Съела и мясо, и суп, и грушевый пирог вилочкой потыкала, выпила чай и, подхватив порцию Апчихваха, продефилировала к выходу.

К этому моменту жизнь в академии поутихла. Адепты разбрелись по комнатам, освещение в коридорах притушили. Я шла по опустевшему замку, планировала принять горячую ванну, а после обложиться конспектами старосты и зубрить их до посинения.

Но стоило оказаться в крыле общежития, как меня настигло дурное предчувствие. Которое, увы, оправдалось сполна.

13

Дверь была открыта. Настежь. То есть совсем и бесповоротно!

Я, конечно, девушка дружелюбная, а где-то в глубине души возможно и гостеприимная, но вид открытой комнаты на короткое мгновение выбил меня из реальности.

Пару секунд я, глупо хлопая ресницами, таращилась на проход, прикидывая, что из ценного у меня можно стащить. Размышления оказались грустными, ибо посему я бедна, аки церковная мышь, и воровать у меня нечего. Даже обидно как-то.

Шмыгнув носом, осторожно прошла внутрь и нахмурилась. Чего-то не хватает… А чего?

Точно! Не хватает приветственного чиха! Меня никто не обчихал, не обнюхал, не попытался укусить за пятку.

– О нет, – протянула я, ставя украденный из столовой суп на столик.

Надежда на лучший исход заставила меня проверить каждый угол. Я заглянула в уборную, зачем-то озадаченно всмотрелась в нутро сортира, сунула нос в шкаф, оглядела пустые вешалки и в очередной раз убедилась в своей решительной бедности, каким-то чудом влезла под кровать и не без божьего вмешательства вылезла, три раза ударившись головой об перекладины.

«К удаче», – в порыве безудержного оптимизма решила я, потирая ушибленную голову, в которую пришли два бесспорных умозаключения. Первое: под кроватью не убирали с момента постройки общежития. Второе: Апчихвах сбежал.

И даже прощальной записки не оставил, предатель!

Тяжело вздыхая, я поплелась на поиски пушистого друга, надеясь на то, что он не успел набедокурить. В этом плане он даже больший мастер, чем я.

Апчихвах – пес крайне примечательный. Мало того, что он отличается аллергией на всё вокруг, так ещё и порталы время от времени открывать умеет. А если его разозлить или раззадорить, он может чихнуть… с огоньком. И это не фигура речи! Апчихвах правда умеет чихать огнем! Подпаленные шторы, ковер и добрая часть моего гардероба – прямые этому свидетели.

Короче говоря, питомец под стать хозяйке. Но если я готова принимать его со всеми замечательными особенностями, далеко не факт, что у окружающих окажутся столь же крепкие нервишки.

Чмокая и присвистывая, я обошла коридоры общежития. Чиха не нашла, зато обнаружила лестницу.

Ветерок скользнул по лицу и ногам, заставив поежиться от холода и страха. Подхватив юбку, я, перепрыгивая через ступеньки, взлетела на открытую площадку. Видимо, руководство академии рассчитывало на благоразумие адептов, а потому не стало обносить крышу забором. Либо это было сделано для бедолаг, заваливших сессию…

Испугаться за судьбу питомца не успела: со стороны вдруг раздался знакомый лай. Обернувшись, увидела улыбающегося парня, на руках которого сидел Апчихвах.

– Чих! – радостно закричала я, бросаясь к нему.

Прижав песеля к груди, я обратила внимание на юношу. Он был высоким и неплохо сложенным. Среди коротких, черных волос, зачесанных назад по нынешней моде, блестели крупные белые пряди. Зеленые глаза смотрели весело и добродушно, без привычного мне высокомерия.

– Я знаю, как тебя зовут, – вдруг сказал он.

– У нас много общего. Я тоже знаю, как меня зовут, – усмехнулась я. – А что насчет тебя?

– Моё имя Астарт Райнхард, но можешь звать меня просто Астом.

– Спасибо тебе, Аст, – охотно воспользовалась предложением я. – Ты мне очень помог.

Тот скромно махнул рукой и вновь тепло улыбнулся. Так, что захотелось улыбнуться в ответ.

Райнхард в целом производил приятное впечатление «своего» парня. Того самого закадычного друга. Но ко всему он был довольно хорош собой. Не такой хищной и холодной красотой, как у Кая Майерхольда. Если принц похож на ледяную статую, над которой работали лучшие мастера, то Аст просто выиграл в генетической лотерее правильные черты лица и приятный голос.

Хм… А чего это я всех парней начала мерить по Кайрату? Заболела, что ли? Надо бы хлебнуть чего покрепче, дабы мозги на место встали.

– Следи за своим приятелем внимательнее. В другой раз ему может не повезти встретить кого-то… менее дружелюбного, – произнес Аст, почесывая Чиха за ушком. Тот откровенно млел, закатывал глаза и норовил лизнуть своего спасителя.

– Ума не приложу, как так вышло. Я помню, как закрывала дверь… – тут я запнулась, ибо в голове набатом прозвучали недавние слова Майерхольда.

«И спокойной тебе ночи».

Спокойной ночи, да? Так вот что он имел в виду.

– Что-то не так?

– Всё именно так, – мрачно протянула я. – Просто один… нехороший человек решил, что может щелкать меня по носу.

– Ты про Кая? – проявил чудеса смекалки мой новый знакомый. – Это вполне в его духе. Он… довольно мстительный. Советую держаться от него подальше.

Ну уж нет. Его Высочество только и добивается того, чтобы я держалась подальше. Не дождется!

Тычки в спину я ещё могу стерпеть, но за поползновения в сторону Апчихваха каждый получит сполна. И неважно, кто передо мной: дурочка-сестра, ненавистная мачеха или самодовольный принц.

В голове заплясали идеи разной степени законности, но попытка уцепиться хоть за одну ни к чему не привела.

Порешив, что утро вечера мудренее, я изъявила желание вернуться в комнату. Аст же изъявил желание поиграть в джентльмена и вызвался проводить меня.

Уже спустя пять минут мы впятером топтались у дверей: я, моё желание отдохнуть, Чих, Аст и его внезапное дружелюбие. К моей радости, Райнхард оказался из понятливых и не стал донимать меня поверхностными разговорами о погоде, природе и политической обстановке в стране.

– До встречи? – предложил он.

– А тебе не страшно?

– О чем ты?

– Я не твоего поля ягодка. Не боишься, что друзья засмеют?

– Тогда они мне не друзья, – заявил Аст. – Да и вряд ли кто-то осмелится диктовать мне свои условия. Как правило, это делаю я.

Обычно меня не интересуют титулы и родословные окружающих людей, но его слова были сказаны с такой непоколебимой уверенностью, что я просто не смогла не спросить:

– А кто ты?

– Я – наследный принц.

14

Этой фразой прониклись все. Я икнула, Чих чихнул, а магическая лампочка печально мигнула и выключилась. И только Аст продолжал улыбаться, словно сообщил о начале цветения вишни или о новой постановке большого театра.

Объясните мне, глупой, где-то в столице завод по производству наследников?

Или, быть может, принцы имеют свойство отпочковываться? Я прямо-таки вижу этот раздел в магической ботанике: «Размножение наследных принцев путем деления». Бр!

Я, конечно слышала, что в лечебницах для душевнобольных есть индивидумы, считающие себя королями, великими завоевателями или, на худой конец, популярными писателями. Но Рассенталь, вроде как, академия. Да и Аст не похож на сумасшедшего.

Хотя…

– Знаешь что?

– Что? – живо отозвался Райнхард.

– А не пойти ли нам спать?

На том и порешили. Аст, довольный собой, развернулся на каблуках и бодренько уцокал к себе. А я, прижав песеля к груди, забурилась в комнату.

Наконец этот ужасно длинный день подошел к концу… И наступила ужасно длинная ночь. Несмотря на усталость, уснуть у меня не получалось.

Я ворочалась на кровати, отвоевывала у Апчихваха косу, которая внезапно приглянулась ему в качестве занимательной игрушки, и думала.

В первую очередь о Кае. Не знаю почему, но этот обаятельный мерзавец крепко засел в голове и уходить явно не собирался. Я злилась на него за веселую ночку, но при этом отказывалась верить в его причастность.

Выпустить щенка из комнаты это… как-то мелочно для принца, не находите? Да, знакомы мы всего ничего и утверждать, что Майерхольд – воплощение доблести и благородства, глупо.

Однако мне почему-то не хочется думать о нём плохо.

И правда заболела, что ли? Надеюсь, это внезапное желание оправдать все грехи Его Высочества пройдет, как простуда.

Скрипнув зубами, я шикнула на развеселившегося вконец Чиха, запихнула голову под подушку и попыталась уснуть. Безуспешно.

Мысли, уподобившись тараканам, задорно бегали по голове из точки «Кто же все-таки выпустил Чиха?» до «Как выжить на боевом факультете и на кой-черт меня сюда вообще запихнули⁈».

Кстати, и правда: на кой-черт?

Может быть, я просто внешне очень похожа на человека, желающего служить стране щитом, мечом и кулаком? Чтобы ответить на этот вопрос, я даже к зеркалу подошла.

Подошла, и не обнаружила на своем лице ярого патриотизма. Только темные круги под глазами, которые под утро станут ещё ярче. Ну, зато теперь я похожа на настоящего студента…

– И все-таки, почему именно боевой? – продолжила ломать голову я, забираясь под одеяло.

Присмиревший Апчихвах удосужился открыть один глаз и заинтересованно приподнял одно ухо, мол, вещай, хозяйка, я готов слушать. Вещать было нечего, потому я просто повторила вопрос. Пес задумался, задумался… и захрапел.

М-да.

Часы радостно сообщили мне о том, что я – балбес, профукавший половину ночи. На сон осталось часа три, не больше. А после вновь начнется увлекательный квест «Стань боевым магом или умри».

Судьба, видно, решила добить меня окончательно, а потому сниспослала мне… лампочку. Она свалилась прямо на голову и скатилась по одеялу на пол. Пришлось спешно приделывать её обратно, к люстре.

– Чертовы артефакторы, кто ж так лепит? – ругалась я, балансируя на носочках и боясь выдрать люстру из потолка с корнями. – Их тут что, совсем ничему не учат?

Точно! В академии ведь наверняка есть артефакторский факультет! И, быть может, там найдется местечко для одной маленькой Евангелины Юрай?..

Я никогда не была сторонником откладывать дело на потом. Управительница приюта, тучная и вредная тетка Маттис, говорила: «Зачем позориться завтра, если можно опозориться прямо сейчас?». Это, пожалуй, единственная её фраза, с которой я согласна.

Так вот, ровно в семь часов утра я стояла напротив кабинета Мерда Норисса и была готова позориться… Кхм! То есть бороться за место под солнцем до конца.

Норисс, словно чувствуя неприятный разговор, не спешил являться пред мои светлые очи и темные круги под ними. В общем, ректор безбожно опаздывал!

От скуки я принялась мерить коридор шагами, а после обнаружила шахматную плитку под ногами и стала прыгать по белым квадратикам. За сим увлекательным занятием меня и застал ректор.

– Адептка Юрай, с вами все хорошо? – озабоченно произнес глава академии.

– Нет! – решительно заявила я. – У меня боооольшие проблемы.

Мы вместе прошли в его кабинет. Он сел за стол, а я прочистила горло и стала от души отыгрывать роль загибающегося адепта. Заламывала руки, шмыгала носом, чуть сальто назад не сделала, чтобы донести до ректора весь масштаб моих страданий. Под конец Норисс, кажется, проникся и зачем-то дал мне конфету. Шоколадную.

– Гм, спасибо, но я предпочитаю соленые орешки, – протянула я, возвращая угощение. Пожав плечами, ректор жестоко четвертовал шоколадку и запил её чаем, громко хлюпнув.

– Ничем не могу вам помочь, адептка Юрай. Соленых орешков нет. Кончились.

– А места на артефакторском факультете случаем не кончились?

Глава академии подавился и мрачно посмотрел на меня.

– На что вы намекаете?

Намекаю⁈ Да я тут прямым текстом кричу: «Переведите меня на артефакторский!!!». Повышать голос на ректора не стала, просто спросила и получила воодушевляющий ответ:

– Места есть, – ухмыльнулся он. – Но не для вас. Вы – адептка боевого факультета. Так решил король. А кто я такой, чтобы с ним спорить?

Ректор, может быть⁈

– Я не подхожу, вы же видите.

– Вижу. Вы не подходите. Но король иного мнения. И нам придется с ним мириться. Учитесь, Ева. Будьте усерднее. Не пропускайте индивидуальные занятия.

О да, вот их то я точно не прощу. Но лишь потому, что невозможно пропустить то, чего в помине нет!

– Кай отказывается меня учить, – решила наябедничать я, на что Норисс снова пожал плечами и лаконично намекнул о том, что у меня вот-вот начнутся занятия.

Пришлось прощаться. Я оставила ректора наедине с вазочкой конфет и поплелась на ОФВ.

Расстроилась ли я? Очень. Опущу ли я руки? Никогда. Если король хочет сделать из меня боевого мага – пожалуйста. Я им стану. Пока не знаю как, но стану.

Кто бы что ни говорил, а спорт – штука неплохая! Пока я уныло наворачивала круги по полигону под зычный крик преподавателя, голову посетила великолепная идея мести одному беловолосому магу.

И мне она так понравилась, что я решила не откладывать воплощение в долгий ящик. Держись, принц. Ты встретил самое опасное существо в этом мире.

Человека без стыда и совести.