Текст книги "Пилот вертолета (СИ)"

Автор книги: Марина Рябченкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

У всех на полную мощность были включены наручи. Кроме этого у Тихого в руках горел фонарь.

Туннель прямой и длинный. И чем дальше, тем выше стояла вода.

– У нас проблема, – сказал Тихий.

Привалился к бетону, продемонстрировав нам со Стасом проломившуюся надвое трубу впереди. Та часть туннеля просела глубже в землю и полностью была затоплена водой.

Я подумала о возвращении назад, и даже не сомневалась в этом, но Тихий бросил решительное: «Посмотрю, что там».

Когда он нырнул под воду, я тревожно посмотрела на Стаса.

– Если будет далеко, не пойдем.

«Если» не случилось. Спустя минуту Тихий вынырнул обратно, сообщив:

– Десять метров.

Немного, если речь не идет о замкнутом темном пространстве, заполненном водой.

– Справишься? – спросил меня Стас.

– Придется.

Тихий снова нырнул. Я следом. За мной в черную воду нырнул Стас.

Ногами я перебирала вслепую, плотно зажмурив глаза. Ориентировалась на ощупь. Вода просочилась в уши... Когда я подумала, что все происходило слишком долго, распахнула глаза, в свете наруча разглядев одну только зеленую воду.

Запаниковала и развернулась, чтобы пойти назад, но позади идущий Стас развернул обратно. Сцепив пальцы у меня на плече, вынудил проделать последние два шага. Дренажная труба закончилась и я вынырнула из пруда близ крайних домов Сторожевой деревни. Выбраться помог Тихий.

Закашлялась, все-таки хлебнув мутной воды.

Следом из трубы выбрался Стас и осмотрелся.

Как и предполагалось, мы подобрались к крайним домам деревни, миновав вражеский патруль.

– Я вот думаю… Зачем я потащилась с вами? – дрожа всем телом, уютненько устроилась в грязи. – Могла ведь просто посидеть в лесочке.

– Быть частью группы, это тебе не в городе отсиживаться, – посмотрел на меня Стас. – Что, уже о жизни в городе думаешь?

– Ни в коем случае.

Понаблюдав за вражескими позициями, Тихий доложил негромко:

– Слева встали, – подразумевал тех солдат, что в стороне переговаривались между собой. – Как эти пройдут, пойду первым.

Выждав момент, Тихий выбрался из укрытия, пробрался меж невысоких кустов и приблизился к деревянным бочкам с ржавыми ободками, и притаился там. Следом пошел Стас. Перебежками от места к месту затаился сразу у ограды. Я пошла маршрутом Тихого. Когда подобралась к бочкам, мужчины там уже не было. Далеко за оградой тот уже подбирался к домам. Стаса нигде не было видно.

Солдаты слева продолжили обход. Притаившийся у старого дощатого дома Тихий, смотрел на меня с тревогой. Позицию менять было нельзя. Все что мне оставалось: обогнуть бочки и в зарослях травы лечь на землю, пока часовые опять не разойдутся.

Очень тихо и осторожно сделала это.

Часовые разошлись. А я перебралась к Тихому.

Солнце почти село. В сумерках серо-голубого неба засияли первые звезды. По периметру загорелись фонари.

Я спросила, где Стас и Тихий показал влево.

Разделились, значит.

Обогнув дом, мы с Тихим перебрались к соседнему дому, как вдруг на другом конце деревни раздались одиночные выстрелы. Большинство вражеских солдат в зоне видимости бросились в ту сторону.

– С одной позиции не больше двух выстрелов, – предупредил Тихий.

– Хорошо.

– Стас пошел за Командиром. Его надо будет прикрыть, так что разделимся. Подберись к зданию, что рядом с оружейной. По другую сторону засяду я.

Кивнула.

Тихий, выглянув из-за угла дома, приподнялся с колена и скрылся. А я, обдумав маршрут, двинулась вперед, не заметив заподозривавшего что-то по близости солдата...

– Кто у нас здесь? – ловко заломив мне руку со спины, солдат в сером камуфляже стянул мне волосы на затылке.

Хотел посмотреть на мое лицо в тот миг, когда я подняла в небо дуло пистолета и выстрелила.

Я правша, но в тот момент пистолет держала в левой руке.

Пуля не угодила в солдата, но заставила отшатнуться. Я высвободилась, через дорогу метнувшись к соседнему дому, а от него под свистом пуль перебралась к следующему.

Засев недалеко от оружейной, осторожно переместилась к дому, в котором держали Командира. Несмотря на перестрелку в деревне, этот дом все еще находился под охраной солдат. Стаса пока нигде не было видно.

Вслед за страшным грохотом мне в спину ударила взрывная волна. Над головой, словно тысячи пуль одновременно пронеслись осколки. Они разорвали зелень листвы вокруг и врезались в стены дома.

Когда все закончилось, ошеломленная случившимся, я приподнялась на локтях, что бы посмотреть…

На месте, где стояла оружейная, больше ничего не было, кроме полыхающего огнем рваного фундамента. Мне повезло. Я оказалась на достаточном расстоянии от места взрыва. Ударная волна уничтожила рядом стоящий дом, снесла несколько машин и только потом настигла этот дом.

С крыш все еще сыпались осколки.

Голова кружилась. Тошнило немного.

Контузия? Прислушалась к ощущениям и поняла, что нет. Я, в общем-то, в порядке…

Дрожащими пальцами вытянула из ноги мелкий кусок металла, не ощутив боли. Осмотрела мелкие царапины на руках. Не страшно.

Со всех сторон сразу выкрикивали приказы. К месту взрыва мчались бронеавтомобили.

Кое-как поднявшись на ноги, я заторопилась в частично уцелевший дом. Там, из кухни донеслись голоса и я пробралась в спальню, наскоро перевязала раненую ногу и спряталась под кровать.

С улицы доносился грохот оружия, я вздрагивала от каждого звука.

В последнее время, что-то стало совсем тяжело. Пока везет выживать, но как будет дальше? Стефан, Мирный и теперь Сторожевая. Что будет дальше? Задумалась, неожиданно провалившись в воспоминания о горячих тостах с сахарной пудрой в кафе в свете утреннего солнца.

«Я помню безмятежность последнего утра в раю. А теперь я здесь... – медленно-медленно открыла глаза, взглядом уткнувшись в продавленные пружины под матрасом. – Ищу способ выбраться из ада».

Я бодрствовала или спала?

Чувствовала так, будто провалилась в беспамятство ненадолго.

Не могу понять… Но вокруг вроде бы все тихо.

Выбралась из-под кровати, тайком заглянув в кухню – там уже никого не было. За пустой рамой окна на улицах деревни мчались солдаты и разъезжал транспорт. Но так, чтобы кто-то ходил по домам, присматривался к потенциальным укрытиям, такого не было.

Опустившись на пол и прислонившись спиной к стене, осмотрела ногу. Повязка была в крови, но рана не кровоточила больше. Стянув со стула зеленый дамский платок, им перевязала ногу.

Прихрамывая, подобралась к парадной двери.

С пистолетом в ладони, выглянула осторожно: в трех домах от меня, там, где стояли белые вертолеты что-то происходило. Матерные выкрики заглушил грохот автоматной очереди. Вдруг зарычал мощный двигатель, а в следующую секунду высокий бронеавтомобиль на колесах проломил дом; проехал его насквозь, развернулся и протаранил близстоящий.

Сперва взрывы, теперь это…

Еще немного, и Сторожевая окончательно ляжет в руинах.

Перебралась через дом к вертолетам, с недоумением понаблюдав за тем, как двум бронемашинам Лаборатории преградили путь бронетранспортеры с пулеметами. Бронетранспортеры не стреляли, но выглядело так, будто в любой момент готовы были это сделать.

Все стало понятно, когда в окне одной из бронемашин я увидела Тихого. Второй бронеавтомобиль вынесся с другой стороны улицы, на полном ходу промчавшись к границам деревни. Перед машиной разорвало снаряд и земля поднялась в воздух. Бронеавтомобиль развернуло...

У одной из палаток стоял пилот вертолета Лаборатории. В кармане его куртки были видны ключи. Он по делу переговаривался с кем-то. Пытался спорить.

Я осторожно переместилась к вертолетам. Подобралась со спины к пилоту, и незаметно вытянула из кармана его куртки ключи. Сжав их в кулаке, взобралась в кабину.

Левый рычаг. Правый рычаг. Педали. И, судя по всему, система управления пулеметом.

Когда запустила двигатель, к вертолету бросился пилот. Происходящим заинтересовались солдаты.

Не снимая ладони с левого рычага, пошла на вертикальный взлет. И к тому времени, когда к вертолету лабораторные подогнали технику, ненадолго зависнув в воздухе, пошла на разгон с набором высоты.

Сердце билось где-то в горле. Летела над лесом, оставляя Сторожевую позади.

Мысли удрать даже не было.

Приноровившись к незнакомой машине с понятным управлением, развернула вертолет и, повиснув над деревней, открыла огонь по готовящемуся к взлету второму вертолету.

Пулемет грохотал беспрерывно. Экипаж того вертолета выбрался через боковую дверь. Люди рассыпались по укрытиям, а бронебойные машины открыли по мне огонь.

У вертолета хорошая броня, а вот задний винт был слабым местом. С повреждением заднего винта возник дисбаланс, и на время я вынуждена была сосредоточиться на управлении. Враг возможностью обязательно бы воспользовался, но мне на помощь выступили две бронемашины. Распознав в вертолете в воздухе своего, Стас с Тихим ударили по вражеской бронетехнике.

В меня выпустили еще два снаряда, но безнадежно мимо.

На земле вспыхнул вертолет.

Совладав наконец с машиной, я унеслась к лесу.

Сердце по-прежнему рвалось из груди. На лбу выступила влага.

Одного снаряда точно бы хватило, чтобы на куски разорвать в воздухе близкую мишень, тем более что вертолет на время завис на одном месте, но этого намеренно не делали. Били по двигателю и в хвост, причем слабеньким для такой техники калибром. В конце концов, чтобы кого-то принудить к аварийной посадке достаточно сохранить нетронутым несущий винт.

Над лесом облетев деревню, на ходу опустила нос вертолета, и, откинув прозрачную крышку, приготовилась нажать на красную кнопку.

В меня целились бронетранспортеры, но пока не стреляли.

Сосредоточившись на цели, я нажала на кнопку и выпущенная мной ракета ударила по ряду серьезных вражеских машин, расчистив путь для двух бронеавтомобилей. Оба унеслись за границы деревни, по бездорожью скрывшись в зелени густого леса.

Набрав высоту, без оглядки оставила позади фонари Сторожевой деревни.

Глава 13

Во мраке ночи пролетев над сопками без фонарей, кое-как выбрала приличное место для посадки. Пошла на снижение, когда на экране приборной панели вдруг высветились координаты, а прорвавшийся голос из динамик заговорил о безопасности.

Проигнорировав все, что было сказано, на связь не вышла. Чем меньше Лаборатория будет знать обо мне, тем лучше для меня.

Посадила вертолет.

Двигатели не работали больше, электроника была отключена, и голос из радио больше не пытался обмануть меня глупой ложью.

Ни выстрелов, ни взрывов.

Тишина.

– Это за пределами добра и зла, – шептала я. – Черт возьми, это за пределами!

Спустя полминуты спрыгнула с вертолета на твердую землю, и, включив наруч на полную мощность, двинулась на восток.

Я бы с удовольствием развела бы сейчас костер, выпила кружку чая и поспала хотя бы час, но существующие обстоятельства диктовали свои условия. Мне нужно было уйти как можно дальше от вертолета, пока к нему не примчались лабораторные, отследив место посадки.

За плечом рюкзак. На плече винтовка.

В двух вершинах отсюда должен быть внедорожник, и я направилась к нему. Вглядываясь в темноту ночного леса, вздрагивала от хруста веток под ногами.

Впятером было бы не страшно ходить по темноте, вдвоем даже не так тревожно, но в одиночку… Меня колотило изнутри. Повсюду видела силуэты Темных.

Минуты. Часы…

Желтый рассвет постепенно прогнал тревогу, и страх отступил.

После ночной прогулки я уже не в силах была бороться с усталостью. Так что, наткнувшись на поросший травой чей-то давнишний лагерь, скинула с себя винтовку и рюкзак и развела огонь на месте старого костра. В найденной кружке вскипятила воду из фляги, заварила чай и, проглотив кое-что из еды, заснула.

Мне ничего не снилось. Одно только черное ничто. А часа три спустя, когда в небе уже прилично поднялось солнце, опять закинула рюкзак не плечи, уже бодро двинувшись в путь дальше.

Идти пришлось недолго. Каких-то два километра в гору и спустя час я вышла к дороге. Пошла вдоль нее по лесу, когда мне навстречу вышел волк.

– Здравствуй, Хан, – устало улыбнулась я зверью, впервые за все время, осмелившись потрепать его по голове. – Ты все это время оставался здесь? Молодец.

До внедорожника оставалось еще сотня метров, когда на меня посмотрело дуло винтовки. Тихий опустил оружие.

Там же были Командир, Стас.

Наконец к месту встречи добралась и я тоже.

– Цела? – шагнул мне навстречу Командир.

– Чего не скажешь о вас, – кивнула я, подразумевая опухлость на правой стороне лица мужчины. Нос явно вправлен.

– Вертушка в небе очень пригодилась, – сказал в стороне Тихий. – Ты молодец, конечно, но с ракетой затянула.

– Ты еще и жалуешься? – усмехнулась я.

Тихий в ответ ухмыльнулся.

– Быть частью группы, это не в городе отсиживаться… Знаешь, я кажется, только теперь всерьез понимаю, во что ввязываюсь, – подошла я к Стасу. – Сейчас в таком тонусе, что страшно ехать в город. А вдруг понравится?

Стас по-дружески притянул меня за плечо.

– Хватит с тебя приключений. Отдыхать тоже нужно.

Солнце. В потоках ветра шелестела листва.

– Я так понял, этот с нами едет? – спросил Командир про волка. Бесстрашно провел рукой по серой морде зверя, и тот с удивительной податливостью потянулся к мужчине опять.

Наблюдая за любопытной сценой, я протянула:

– Да.

Определив место волка в багажнике, Командир отдал приказ:

– Домой!

Домой?

Посмотрев на хвойный горизонт, попыталась представить место, которое Командир назвал домом. Здесь? На острове? Неужели я тоже назову однажды какой-нибудь уголок в мертвых землях домом?

Подумала об этом, и все чувства разом воспротивились.

У меня уже есть дом, он на материке за океаном. Даже если месяцы перейдут в годы, суть вещей это не изменит. Я поживу в городе какое-то время и воспользуюсь тем гостеприимством, которое он сможет предложить мне, но попытки выбраться из острова не оставлю и никогда не назову домом место, которое ни при каких обстоятельствах таковым для меня не станет.

Том 2. Глава 1

Два месяца назад на вертолете я прилетела на остров, едва не угодив в лапы могущественной организации, называющей себя «ЛР». Мне удалось избежать ловушки, но не удалось покинуть остров. Огороженный по периметру энергетическим полем, клочок богом забытой земли в океане меня не выпустил за свои границы, и мне пришлось посадить вертолет в одном из мертвых городов, столкнувшись с ужасами этих мест.

Темные.

Мертвые.

Твари обитающие в подземельях.

Бандиты.

«ЛР» была виновницей всех этих бед. Видимо поддерживаемая правительством, Лаборатория однажды заглянула по ту сторону этого мира и обнаружила не просто доказательства жизни после смерти, она обнаружила работу целой космической системы, существующей столько же тысяч лет, сколько существовало само человечество.

Они нашли свет и обнаружили ад.

Осознав, что к концу жизни угодят не в лучшее место мироздания, ни Лаборатория, ни те, кто стояли за ними на это оказались не согласны. Они продолжили эксперименты, по неосторожности схлестнув между собой два мира. В результате был изменен существующий многие тысячелетия порядок и мертвые пошли против живых, а всякая попытка Лаборатории на своих условиях вызволить из темноты хотя бы одну душу так и не увенчалась успехом. И так годы, пока таинственный человек за пределами острова не нашел меня, обманом убедив отправиться на остров. Ловушка захлопнулась. Теперь я здесь, среди нечисти, бандитов и солдат, в границах недружелюбного острова.

Лаборатории известна мощь скрытых во мне сил и она хочет их использовать в своих целях. Но, в то время, как Лаборатории было известно о моей силе, ей было неизвестно мое лицо. Лаборатория ищет меня. Что будет, если найдет?

Сторожевая позади. Теперь я была во Втором городе, снимала квартиру на приличной улице благодаря вырученным за трофеи деньгам. Не деньгам, а пластинам, точнее.

Оружие, боеприпасы и гранаты я обменяла Верховному командованию по прейскуранту, выручив за все хорошую сумму. Хотя, сторговалась бы на улице, получила бы всяко больше. Вот только, чтобы торговаться, нужно хоть немного цены знать.

106 серебряных пластин, 22 медных и 9 никелевых. Столько я выручила за трофеи.

Неплохое богатство по местным меркам. Хотя, солдаты на службе у Командования и их Проводники имели гораздо больше. А я на службе у Верховного командования не состояла. Обо мне, как о сильном Проводнике вообще никто не знал.

На пластины я обменяла не все оружие. Добытая в Сторожевой винтовка была все еще при мне – «Винторез» с патронами девятого калибра и с оптикой ночного видения. Еще я оставила при себе пистолет «Макарова» – тот самый, что отдал мне Олег в мертвом городе. Сохранила я его не то чтобы в силу боевых качеств оружия, – а таковые, несомненно были, – а оттого, скорее, что тот пистолет в принципе первое оружие, которое я взяла в руки…Еще со мной остались два автомата и «Магнум», боеприпасы, ножи, разгрузка. Даже если все это придется однажды продать, выручить смогу неплохие деньги. Особенно за редкий на острове крупнокалиберный «Магнум». За него, как-никак, дадут не меньше пятнадцати серебряных!

Вскипятив воду в чайнике, заваривала крепкий чай.

Пользоваться электрической плиткой вместо костерка в лагере – удовольствие. Впрочем, как и кресло, и кровать и прочие маленькие радости жизни, которые особенно начинаешь ценить после недель, проведенных в лесах.

Еще я стала ценить покой. Хотя бы в том виде, в котором он стал возможен для меня в чужом шумном городе. В границах острова, если в тебя никто не стрелял и за тобой никто не гнался, то был действительно покой.

Блок питания на входе в квартиру издал короткий низкий звук, и с кружкой чая в руках я прошла в прихожую. Каждый вечер Командование раздавало жителям энергию на сутки в равных количествах и на каждую квартиру, и без платы. Вот и сегодня энергия пришла как по часам. А значит, энергообразующая установка, для которой группа Командира с таким трудом доставила запчасти, уже второй месяц к ряду работала исправно.

Второму городу больше не угрожала тьма, зато в Первом теперь что-то происходило. Уже не первую неделю ходили слухи, что самый крупный город острова сокращал объемы подачи энергии населению и якобы уже вышел на резерв.

В задумчивости поднесла кружку к губам. Вернулась на кухню.

В квартире, что я арендовала у администрации жилого квартала одна комната, кухня, свои туалет с душевой, подсобное помещение, переоборудованное под оружейную и вот этот балкон за окном. Выходить на балкон было как-то страшно, но не из-за опасений, что из-под ног однажды убежит потрескавшийся бетон, а оттого, что другой кусок бетона однажды может рухнуть мне на голову. Так что смотреть на улицу я предпочитала издалека.

За окном надвигались сумерки. Стрелки часов вот-вот уже покажут семь. Так что, накинув поверх белой майки темную кожаную куртку, я вышла в коридор, заперев на четыре замка железную дверь.

К вечеру на улицах крупного города женщин с детьми уже не встретить. К этому времени по улицам в основном солдаты ходили, да подростки слонялись. К ночи, бывало, сомнительные лица вываливались из-за угла, с вытянутой рукой, с требованием на похмелиться.

Кого только не встретишь к закату дня.

Иногда ходишь по улицам, а рука сама к поясу тянется, а кобуры-то нет! По городу с огнестрелом ходить не положено. За такие вещи здесь на сутки с изъятием и штрафом забирали. А за тяжкие преступления без особых разбирательств за стены города выдворяли. А там выживай как хочешь. Согласно легендам, вот так и появились бандиты.

Я прошла две улицы. В городе начали загораться большие прямоугольные лампы. В окнах многоэтажек тоже начал вспыхивать свет.

Работали продуктовые и оружейные лавки, открывались бары и бордели, и не закрывались кафе. По разбитому асфальту разъезжали телеги, мотоциклы, джипы и военные грузовики.

Я перебежала дорогу.

На этой стороне улицы, вдоль обветшавшего дома располагались приверженцы новой веры. Люди разного пола и возрастов держали в руках бумажные самолетики и поклонялись пилоту вертолета. Жители не прогоняли их с улиц, а напротив, доверху заполняли никелевыми пластинами их чаши с подаянием.

На улицах верующие сидели подолгу, жгли костры на перекрестках, похлебки в котлах варили, и никто их не прогонял. Хотя много было таких, кто смотрел на этих людей косо и высказывался в их адрес грубо.

Но, ладно жители…

Их не трогали патрули.

– Да защитит тебя от Темных Пилот, – тихонько проговорил парень, ладонью очертив в воздухе круг.

Замедлив шаг, посмотрела на сидящего на коврике парня, с серым капюшоном на голове, скрывающим глаза. Сунув руку в карман куртки, положила в его чашу с подаянием одну медную пластину. Парень поблагодарил тихо, а я столкнулась взглядом со своим отражением в окне дома: зеленые глаз, прямые брови, тонкие губы. В целом, выглядела серьезной и недоверчивой. Отвела взгляд, и пошла дальше.

На другой улице люди поклонялись рисунку вертолета, прикрепленному к стене.

Это с людьми происходило от скуки или от отчаяния?

Или дело было в пластинах?

На той стороне улицы стоял бар «Гвоздь», одно из немногих мест в городе, условно принадлежащее солдатам, именно здесь назначил встречу Командир.

В наших планах было проникнуть в бункер старой Лаборатории и отключить силовое поле, что не пропускало за периметр острова ни самолеты, ни корабли. Дорога предстояла дальней и трудной далеко на Север! Много было сказано о том, но сегодня, наконец, предстояло окончательно утвердить план и распределить роли.

Перед баром я увидела Олега, тот вышел из джипа и улыбнулся мне.

Волосы черные. Глаза карие. В куртке и джинсах подошел к дверям бара.

– Ты пешком? – пропустил меня вперед.

– Да.

Внутри полумрак и дым, двенадцать столов и почти все были заняты.

Прошли меж столов шумных посетителей, к тому, где были Тихий, Стас, Валера и Командир. На столе еда, вода и графины с самогоном.

Обменялись короткими приветствиями.

Оттянув стул, села рядом с Валерой. Спросила:

– Давно ждете?

– Порядок.

– Теперь, когда все в сборе, время поговорить о деле, – негромко заговорил Командир.

Командир – старший в группе. Взгляд у него в меру строгий. Говорил с привычной хрипотцой в голосе.

– Из Первого города пришли плохие вести, – сказал он. – Слухи подтвердились, три дня назад установка главного города заглохла.

Таких новостей не ждал услышать никто, даже при самых скверных обстоятельствах.

– Чего же они столько тянули? – не понимал Валера.

– Их резервов надолго хватит? – подхватил Олег.

– Месяц? – предположил Тихий. Ему возразил Командир:

– Недели три, не больше, – понизив голос, вдруг меня спросил: – Разогнать Темных от Первого города сможешь?

– По всему периметру и всех разом? – растерялась я. – Конечно нет!

– Плохо. Командование намерено принудить Золотого именно к этому подвигу. Дурак говорил о Темных, как о своих марионетках, а теперь от демонстрации чудес отмазывается. – Изрек задумчиво: – А чудеса Первому городу теперь позарез нужны.

– Что будет, если он их не покажет? – на той стороне стола негромко поинтересовался Стас.

– Когда Верховному командованию стало известно, что Лаборатория ищет не мужчину, а женщину уже тогда возникли вопросы, – поддался немного вперед Командир. – А на фоне всего происходящего никчемность парня стала особенно заметной. Уже есть те, кто прямо называет его самозванцем и предлагает пойти на сделку с Лабораторией.

– К ним прислушиваются?

Командир кивнул. Стало неспокойно.

– Заряди их батареи до максимальных отметок, – вдруг предложил мне Тихий. Широкоплечий и с рассудительным прохладным взглядом, мужчина притянул внимание всех за столом.

– А если я их сожгу, как это случилось с системой энергопитания в лагере лабораторных?

– Но лампу ты не сожгла, – припомнил Стас, проделанный мной фокус с лампой накаливания в контейнере. – Она раскалилась, но не взорвалась. Значит, ты можешь это контролировать.

В задумчивости замолкла.

– У них семьсот батарей резерва и только девяносто им удалось зарядить за восемь лет, – с сомнением протянул Командир. – Одно дело система энергопитания лагеря. Но шесть сотен единиц резерва города…

– Даже если не смогу зарядить все батареи, какую-то часть осилю точно, – протянула я. – Так у города появится больше времени на решение проблемы с установкой, а Верховное командование получит свое чудо. Может сработать.

– Лаборатория всяко пасет где-то неподалеку от города. Если чудо состоится, оно и их сможет убедить в чем-то, – усмехнулся Валера.

– Но есть проблема, – сказала я. – Как организовать чудо в генераторной… резервной, или… как там оно называется? Это должно произойти при самозванце и на глазах у Командования.

– Об этом не беспокойся, – уверено изрек Командир. – Когда придет время, просто сделай то, что нужно.

– Ладно.

– А под разрядом столь мощной энергии она не материализуется? – высказал опасения Олег. На меня показал. – Скажем, очертания обретет?

– Очертания вряд ли появятся, а вот сияние вспыхнуть может, но я буду стоять так близко к самозванцу, что никто толком ничего не поймет.

– Будет выглядеть так, будто это его свет, – согласился Валера.

– Ну, похоже на план... – кивнул Командир. – Ладно, с этим разобрались. Есть еще новости, – выдержав неприятную паузу, сказал: – нам отозвали увольнение.

Новость, которая не понравилась всем.

– В прошлом месяце Первый город запчасти к установке ждал, но люди с грузом так и не вернулись. На помощь городу прикомандируют нас и еще шестую с семнадцатой. Конкретных задач нет. Всем велено быть наготове.

А это значило, что наши планы отностельно старой Лаборатории летели к черту.

– Первый город был ближе прочих к Сторожевой, но никто не пришел на помощь, – не сдержалась я. – Запчасти к нашей установке тоже без них как-то были добыты…

– Отставить тон, – негромко и строго велел Командир, и я нехотя поджала губы. – Приказы командования не обсуждаются. Велено делать – делаем… А что касается наших собственных планов – откладывать ничего не будем. – Сказал он, и не только я, но и мужчины за столом посмотрели на Командира с любопытством. – Сделаем вот что: группа на службе города останется в составе четырех человек. Стас, Нина, на Приходку пойдете и добудете пропуск в бункер. Без него в бункер и соваться нечего. Помимо пропуска пробуйте отыскать записи, схем-карты, технические и эксплуатационные журналы, дневники, что угодно, что поможет запустить машину управления и отключить силовой барьер по периметру острова. – От Стаса сосредоточенный взгляд Командира скользнул ко мне. – Отправляйтесь сразу, как разберемся с резервными батареями города.

– А после Приходки, как быть? – спросил Стас.

– Кто его знает, как там все затянется. Если на связь выйти не получится, направляйтесь к Лаборатории и делайте все, что нужно.

– Да как же мы без вас? – обеспокоилась я. – Вдвоем?

– К тому времени у вас будет пропуск в бункер, – спокойно разъяснял Командир. – Ты разгонишь всю нечисть на пути. Стас опытный солдат, от самого черта отстреляется, если потребуется.

– Не переживай, – с бодрыми интонациями вмешался Олег. – Придем мы. Да, парни? Придем же! Глядишь, еще в Приходке встретимся.

– Куда мы денемся, – со смешком поддержал Валера.

К столу как-то неслышно подошел хозяин заведения, поставив поднос на стол. То был вежливый мужчина за пятьдесят. На переносице у него были очки с заклеенной скотчем оправой.

– Новинка наша, – робко улыбнулся он. – «Пилот вертолета» называется. Вот!

– Спасибо, Аркаша, к тебе всегда приятно зайти, – потянулся за стопкой с синеватой жидкостью Олег.

Остальные за стопками тоже потянулись.

– Ну, вы это… отдыхайте, – прижав опустевший поднос к груди, с робкой улыбкой отступил хозяин. – Не торопитесь. Сидите сколько нужно… А я больше не мешаю. Ухожу.

Пожалуй, единственный человек в городе, кто действительно ломает стереотип «церемониться никто не будет».

За своей стопкой я потянулась последней. «Пилот вертолета», в конце концов, как здесь не осушить?

– За Приходку? – поднял стопку Валера.

Тост поддержали.

Я опрокинула стопку, ощутив жгучий вкус водки и ликера на языке и в глотке. Не скривилась. Как и все, стукнула стеклянным днищем по столу. Выдохнула.

Суровая жизнь – свои порядки, так что мартини и вино уже не вспоминаю даже.

В заведении сидели примерно до второго часа ночи. Пили. Ели. Прошлое, о котором не особенно-то и принято вспоминать, вспомнили…

Валера с Командиром еще до острова в воинских рядах состояли. Валера тогда старшим сержантом был, а Командир капитаном. На остров тогда целую армию направили якобы вспыхнувший беспорядок среди гражданского населения улаживать, а на третьи сутки черное небо заискрилось и Темные отовсюду повылазили. Половину жителей острова и солдат в ту же ночь скосили.

Стас полицейским был. Простой человек с обычной жизнью. На остров прибыл по долгу службы. А за день до апокалипсиса самолет в небо так и не поднялся. Рейс перенесли.

Олег – мажор. Года два с лишним назад на своей яхте он отправился с компанией друзей в море. Выпили. Сбились с курса. Дрейфовали сутки, а потом начался шторм. Угодив в силовое поле острова, яхта заглохла и затонула. Олег выжил.

Единственный, кто не поделился своей историей, был по природе своей не разговорчивый Тихий… Погибший более века назад в стенах местной церкви, Темным он занял живое тело бандита, владевшего умением сильного Проводника. Несмотря что Темный, Тихий не враг. Он отличный боец. Надежный друг. О том, кто он есть на самом деле, знали в группе только Командир и, по необычному стечению обстоятельств, я. Остальным эта тайна неизвестна.

Оставив хозяину бара щедрый расчет, из заведения уходили далеко не последними.

– Значит, скоро в путь, – тихонько проговорила я, когда со Стасом вниз по улице уже без остальных спускались. У обочины стояли изрешеченные пулевыми отверстиями машины. С оружием наперевес мимо нас прошел дежурный патруль. – Что обо всем этом думаешь? Только честно.

– Ты о перспективе отправиться в дорогу без группы?

– Дорога-то опасной будет.

– На острове везде опасно. Вдвоем или вшестером – успех операции от количества солдат не зависит. Не в этот раз… Даже если бы группа в полном составе отправилась на Приходку, на корабль пошли бы только двое или трое из нас. Остальные остались бы ждать снаружи.

Стас прав. Добраться до Приходки не самая трудная задача. Корабль – вот будет настоящее испытание. А на борту мертвого судна, как заметил Олег однажды, Проводник вроде меня надежнее армии будет.

Почему?

На корабле что-то обитало, но никто не понимал, что именно. Одни говорили о необычных Темных, а другие описывали невиданных чудовищ. Одни возвращались с корабля, едва успев спасти свои жизни, а другие спокойно себе ночевали на борту, так и не повстречав ни Темных, ни чудовищ.