Текст книги "Любовь и тайны, меч и порох (СИ)"

Автор книги: Марина Крамер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

  Елизавета тихо приказала:

  – Можешь отдать мне деньги, далее я сама!

   Барон с неохотой выполнил указание. Дьяволица схватила кожаный мешочек и направилась к выходу. Хотя голос рассудка и говорил де Виттеру – лучше промолчи, но любопытство взяло вверх. Он спросил вслед:

  – А какую услугу я должен вам еще оказать?

  Девушка развернулась и подмигнула барону, её голос стал ласковым, а тональность игривой:

  – Я не такая плохая и черствая, как ты думаешь. А по сему...– театральная пауза, чтобы подольше поволновать барона, после чего Елизавета опять подмигнула и закончила фразу:

– Следующую ночь ты проведешь со мной! Твоя мечта исполнится!

  Ошарашенный барон удивленно открыл рот. А чертовка ехидно добавила:

  – Но учти, я из тебя все соки выжму! Такая вот я – дьяволица!

  Вельможа рухнул в обморок, от падения массивного тела поднялась пыль. А дьяволица добавила:

  – Ах, какие они все-таки нежные – эти мужики!

  Снова девушка исчезла из поля зрения Алексея Сотникова, зато возник Лжедмитрий. К самозванцу подъехал князь Трубецкой и тихо, не вполне разборчиво прошептал:

  – Голубь с весточкой от пана Кернозицкого. Вести пришли, батюшка наш ты царь Православный, величайший и мудрейший!

  Лжедмитрий кислым тоном спросил:

  – Что он может сообщить? Опять что ли Шуйскими бит?

  Боярин Трубецкой уверил самозваного царя:

  – На сей раз добрые вести, батюшка наш царь!

  – Читай! – Лжедмитрий начал терять терпение.

  Трубецкой быстро прочел:

  – Вор и анафема князь Скопин-Шуйский пойман и посажен в клетку. Ваш покорный слуга Кернозицкий.

  Лжедмитрий расхохотался и на радостях ткнул Трубецкого в плечо кулаком, да так сильно, что Трубецкой едва удержался от падения, схватившись за конскую уздечку. Самозванец-царь обрадовано прокричал:

  – Протрубить эту весть и объявить всему войску! В моем тереме устроим по этому поводу знатный пир!

  Находившийся рядом с самозванцем пан-воевода Лисовский одобрил решение:

  – Давно мы по поводу радостных событий не пировали! Будет, что рассказать внукам.

  Лжедмитрий строгим голосом предупредил:

  – Если напьешься и забуянишь, то я тебя... – но не закончил фразу, а принялся рассуждать сам с собой. – Теперь, когда самый удачливый полководец у нас в плену, в рядах повстанцев настанет смятение. У них нет достойной замены, значит – мятежу против законной власти в моем лице скоро конец. Следующим этапом следует отозвать войска с севера и получить подкрепление от короля Сигизмунда, чтобы все силы бросить на штурм Москвы.

  Пан Лисовский растеряно брякнул:

  – А как же наш план?

  Лжедмитрий сделал вид, что не понял:

  – Какой план ты имеешь в виду?

  Польский воевода бесхитростно ответил:

  – Тот, где женщина.

  Самозванец рассмеялся и сказал:

  – И это мы то же не упустим!

  Трубецкой раболепно подсказал Лжедмитрию:

  – Надо приказать, чтобы били из пушек в честь пленения самого опасного русского воеводы!

  Лисовский согласно кивнул:

  – Да, ваше величество, отметим праздник по полной программе!

  Лжедмитрий сухо приказал:

  – Стрелять, когда стемнеет! Заодно и Москву с узурпатором Василием на ноги поднимем!

  По всему войску затрубили в горны и стали лупить по барабанам. Разношерстная орда принялась праздновать не существующую победу. Но, как говорят в мире: всегда найдется место для подвига, даже если ему нет места, кроме как на войне!

  Алексей Сотников временно вышел из ментальной медитации. Ему захотелось есть: выздоравливающий организм требовал калорий. Теперь Алексей главный советник и телохранитель князя-воеводы. Придется быть в окружении Михаила Скопин-Шуйского. Даже в позднем средневековье на Руси встречалось немало богатырей и крупных людей. Охрана у князя – ребята под два метра роста, есть даже выше. Оруженосец Полкан, самый низкий из них, примерно метр девяносто. Сам Шуйский около двух метров пяти сантиметров. А вот его правый мечник Ваала еще крупнее воеводы и добрых два центнера веса без доспехов.

Узнав, что его начальником стал кажущийся на его фоне мальчишкой Алексей, Ваала робко запротестовал.

  – Он еще сопляк, князь. Как мне быть под его началом?

  Скопин-Шуйский сурово произнес:

  – Что, по росту дают чины? По доблести!

  Увидев вошедшего к нему Сотникова, князь-воевода пригласил его к столу и дружелюбно сказал:

  – А ты уже почти не хромаешь! Неужели можно так быстро заживлять раны?

  Алексей подтвердил:

  – Можно! Только не всем это дано! Нужно индивидуально подбирать методику под каждый организм.

  Скопин-Шуйский повторил по слогам:

  -Ин-ди-ви-ду-аль-но... Мудреное слово!

  Алексей терпеливо объяснил:

  – Каждому свою методику оздоровления, нет общего метода на всех! Хотя кое-какие средства, что помогают лечению и заживлению ран, могут быть и универсальными.

  – То есть для всех? – переспросил князь.

  – Да, для всех! – Алексей улыбнулся и быстро обглодал ножку куропатки. После чего стал есть наваристые щи со сметаной и куриными гребешками. Далее в ход пошли пироги с яблоками и медом, которые запивали парным молоком. На десерт пили не слишком крепкое, но зато очень приятное и сладкое на вкус вино и закусывали вялеными дынями и пряниками.

  Отобедав, Сотников, почувствовал, что не может встать из-за стола. Никогда он так не объедался! Из глаз искры сыплются, еда стоит у горла и в случае любого движения может вырваться наружу.

А Скопин-Шуйский предложил немного поразвлечься:

  – Ваал, самый крупный воин моего войска, хочет с тобой подраться на кулаках! Не посрами меня!

  Алексей с трудом произнес:

  – Только не сейчас! Я вполне готов с ним помериться силой в рукопашной схватке, но позже.

  Князь Михаил удивился:

  – Не струсил ли, дружок? Я ведь тебя уже видел в деле – дьяволенок.

Алексей промолчал, прикидывая, где здесь ближайший туалет.

– Ладно,– сжалился князь. – Пускай у тебя совсем пройдет хромота...

   ГЛАВА 8.

  Пан-воевода Кернозицкий все же решил дать сражение Скопину-Шуйскому. Сыграла боязнь, что с него сдерут шкуру за оказавшееся ложным сообщение о пленении большого воеводы. Кроме того, противник постоянно усиливался, получая подкрепление. У ляхов был шанс: пятнадцать тысяч неплохого по качеству войска.

  Сообщение о том, что Старая Русса отказалась признать власть царя Василия и объявила о верности Лжедмитрию, обрадовало, но и одновременно насторожило Кернозицкого. С чего это в городе поменяли свое мнение? Во всяком случае, для начала пан велел тщательно допросить своего лазутчика.

  Лазутчик сообщил пану:

  – Князя Шуйского гнали из врат под свист толпы. Народ кричал: "Дмитрий – наш царь!"

  Последнее время воевода стал с недоверием относиться к лазутчикам. Польский король и Лжедмитрий не простили бы ему очередной промашки.

  – Хотелось бы верить тебе, – сказал Кернозицкий, – но более всего люди правдивы на дыбе!

  Польского шпиона, принесшего радостную весть, жестоко пытали, но показаний лазутчик не изменил. Кернозицкий подвел логичный итог над телом замученного человека:

  – Отлично! Значит, все-таки лазутчик не соврал! Тебе конец, русский медведь Миша!

  Польская армия воеводы выступила под барабанный бой. В пестром войске преобладала многочисленная панская кавалерия, состоящая преимущественно из поляков, но были татарские и казачьи отряды. Немало немецких наемников, навешавших на себя столько железа, что еле двигались. Хотя с появлением мушкетов, обладающих высокой пробиваемостью, защита с помощью тяжелых доспехов выглядела анахронизмом. Испанские вояки помимо лат волокли на своих скакунах подобие пищалей. Это "оружие" производило неотразимый психологический эффект на инков и прочие индейские народы. А теперь конкистадоры пытались пищать на русской земле.

  В пехоте у пана Кернозицкого тоже в основном наемники. Часть солдат вооружена копьями и алебардами, другие ходят с мушкетами. Есть тут и небольшой шотландский отряд с волынками. В юбках-хитах шотландцы выглядят смешно. Но пан запретил насмехаться над союзниками. Их волынки в своем звучании кажутся надрывными: словно плачут от горя голодные коты. Возможно, в этом предупреждение: пришли на Русь, чтобы получить трофеи и деньги, а получите лишь свои законные шесть футов земли.

  Однако пан-воевода Кернозицкий верит в лучшее. Он предпочитает одеваться в синие тона с украшениями из сапфиров и иных камней тонов от голубого до фиолетового. Кернозицкий – довольно крупный пан с традиционными для поляков большими, пышными усами и заносчивым видом. В свой первый поход он попал еще при Стефане Батории. Тогда русская армия, истощенная многолетней войной и боярскими изменами, поддалась наемному войску ставленника турецкого султана. Был оставлен Полоцк, наемники вступили на русские земли, заняли несколько приграничный городов и осадили Псков. В осаде Пскова захватчикам пришлось иметь дело с воеводой Скопин-Шуйским-старшим. Русские дрались отчаянно. Отбивали все штурмы. Но в какой-то момент казалось, что осаждавшим удастся взять город, они "оседлали" господствующие башни кремля.

  Однако неожиданно прогремели взрывы, обвались стена, подгребая под себя сотни польских и немецких солдат. А за обрушенной стеной уже была возведена вторая, не менее сильная линия обороны.

  Кернозицкого тогда подбросило взрывной волной и сильно контузило. После чего у ляха стала непроизвольно дергаться нижняя губа, а в сырую погоду у него мучительно ныла спина.

  Псков оказался не по зубам наемной армии Речи Посполитой, а сама осада длилась около года. После чего Стефан Баторий согласился на мир.

Поляки получили в свой состав Курляндию, Ригу, Юрьев и некоторые другие земли, ранее входившие в Ливонский орден. Швеция сумела прихватить себе Ревель и Нарву с узкой полоской Балтийского побережья. Что же, любая крупная война заканчивается переделом мира.

  Затем, уже после смерти Ивана Грозного, в 1591 году поляки вместе с Россией провели небольшую, но победоносную войну со шведами. Себе Речь Посполитая захватила Ревель и Нарву, а русские вернули Ивангород, Коропье, Карелу, земли, которые Швеция завоевала у русских в ходе неудачной для России Ливонской войны.

Знал воевода Кернозицкий, почему сейчас шведы помогают русским в борьбе против Польши: они злы на ляхов и надеются снова вернуть бывшие шведские земли с помощью русских солдат. Правда, есть надежда: если шведский король не получит город Карелу и прочие земли, то он станет уже главным противником царя Василия и союзником Польши.

  Появление самозванца Дмитрия раскололо Россию. И в этом был шанс Речи Посполитой в стремлении стать великой империей.

   Кернозицкий прославился во время штурма шведского Ревеля. Его полк сумел первым ворваться в город, а заодно и пленить воеводу Карлесона. Тот штурм поляки выиграли во многом благодаря тому, что значительные силы шведы направили на помощь осажденной русскими Нарве. Полк Кернозицкого начал атаку ночью, без предварительного обстрела, не зажигая огней. Внезапность и скрытый маневр помогли хитроумному пану застать врасплох ослабленного противника.

  Поляки, стараясь не шуметь, выставили лестницы и двинулись на стены. Шведы подняли тревогу с большим опозданием, когда воины Речи Посполитой успели уже закрепиться. Сам пан-воевода Кернозицкий очень даже недурно владел саблей и лично вел ляхов в атаку. Тогда он впервые ощутил сладостный вкус победы в роли статусного командира.

  Впрочем, свой первый бой при штурме Полоцка Кернозицкий также часто вспоминал. Он был еще безбородым юношей и имел лишь пару десятков гайдуков под началом.

  Осада Полоцка могла затянуться надолго, но разномастной армии Стефана Батория помогла измена. Как часто измены тогда решали ход сражений! Подкупленные местные шляхтичи и дворяне в разгар штурма открыли ворота. И наемников свора ворвалась в город.

  Наемники вели себя очень жестоко: с женщин срывали одежды, насиловали прямо на улицах безо всякого стеснения. Младенцев швыряли в огонь или сажали животиками на копья. Юноша Кернозицкий поначалу был в шоке: как такое бесчинство вообще возможно? Он же добрый католик, знающий наизусть сотни псалмов, а потерявшие человеческий облик войны постарше подвели его к обнаженной красавице и фактически насильно заставили вести себя как пристало лишь кабану в период течки...

Но затем Кернозицкому пришелся по нутру вкус крови, вкус войны, когда есть возможность глумиться над поверженным противником.   Как война меняет характеры! Даже голубь становиться стервятником!

Жажда наживы и приключений, желание реализовать свои самые низменные сексуальные и садистские фантазии, почувствовать безграничную власть над жертвой двигали теперь наемников армии Кернозицкого.

  Для пана Михаил Скопин-Шуйским был загадкой. Многое повидавший в жизни Кернозицкий побаивался русского богатыря. Как он сумел освободиться из клетки во время пленения? Почему проявляет порой милосердие к своим врагам? Вот время зимней осады Новгорода местное боярство хотело переметнуться к ляхам.  Но заговорщиков выдали. Скопин-Шуйский не растерзал их, а просто заключил в темницу, чтобы скрыть от народного гнева.

  Но даже это милосердие внушало страх: сколько силы в этой глыбище, если он не боится оставлять в живых своих лютых врагов...

  Однако, тем более, следует покончить с армией Скопин-Шуйского и им самим как можно быстрее!

  Алексей Сотников также с нетерпением ожидал своей первой крупной битвы в эпохе смутного времени. Он уже оправился от ран и старался сосредоточиться на ратных делах. Все было бы хорошо, вот только общения с женским полом заядлому бабнику не хватало. Стоило увидеть хоть одну из симпатичных служанок или сопровождающих армию крестьянок, как сразу же в жилах начинала кипеть кровь. Но в средневековой консервативной Православной Руси «главному мечнику» большого воеводы сложно было найти себе пару на ночь. Боялись его простые барышни, не шли на контакт.

  После восстановления энергия била ключом, и Алексей старался отвлечься, показывая солдатам те или иные приемы рукопашного и сабельного боя.

  Почти сразу же попаданцу, кандидату исторических наук, пришла в голову мысль оснастить армию Скопин-Шуйского штыками. Вот кажется что такое штык? Обычный клинок, приделанный к кольцу, по принципу сходный с насадкой на косу.

  Сотников знал, что на Руси первые штыки появились только в начале восемнадцатого века, при правлении Петра Великого – царя-реформатора. До этого клинок вставляли с помощью пробковой затычки в ствол. После чего мушкетом можно было орудовать словно копьем, но зато такое оружие не могло стрелять. А сочетание клинка и свободного ствола могло существенно поднять боевой потенциал русской армии.

  Времени, впрочем, для внедрения подобной новации у Алексея пока не было. Хотя он мог бы предложить и другие, довольно простые виды вооружений, вполне доступные для средних веков, но способные сделать армию мощнее.

  Вот, в частности, банальную гранату. Её в русской армии стали применять тоже при Петре Алексеевиче. Тогда ее делали из пороха, частично глины и чугуна с не слишком серьезным разящим эффектом.

  Можно было в принципе изготовить взрывчатку, довольно простую и доступную даже в семнадцатом века. Ведь некоторые диверсионные группы это делают кустарным способом. А Сотников с его абсолютной памятью и опытом горячих точек знал способы приготовления смертоносных гостинцев.

  Но для этого требовалось время. Он же находился в действующей армии, готовился к предстоящему бою и обучал пока самых смышленых солдат простейшему набору сигналов.

  Сотников не сомневался в победе. В реальной истории ляхи были биты, так с чего бы их не разгромить и с его участием? Силы собрались у русских немаленькие. Шведские наемники и разноплеменного сброда тысяч десять. От Смоленского воеводы Михаила Шеина подошел отряд три тысячи, немало ополченцев.  Всего около двадцати тысяч бойцов. Правда, много мужиков с рогатинами и вилами. Но и их можно грамотно использовать в ближнем бою. Тем более, армия будет теперь эффективнее управляться с помощь сигнальных флажков. Сотников предложил воеводе заманить противника в отличную ловушку и окружить. Устроить им своего рода Сталинград и Канны семнадцатого века! Князь Скопин-Шуйский ничего не знал о Сталинграде и Каннах, но главного своего советника внимательно выслушал и лучших воинов расположил в засадном полку.

  Маскироваться решили тщательно. Алексей Сотников предложил даже выпустить из леса зайчишку. Это должно было ввести в заблуждение неприятеля, который не заподозрит засаду.

  Алексей знал из истории второй мировой войны, что лучше всего при маскировке подбирать цвета под раскраску крыльев бабочки. Тогда достигается максимальный эффект незримости. Конечно, и это пришлось объяснять солдатам. Как ни странно, но наиболее догадливыми оказались многочисленные приставшие к войску мальчишки. Они быстро смекнули, что значит копировать бабочек. Мелькая голыми, зелеными от травы пяточками пацаны собирали опавшие ветви и вырывали траву, маскируя сидящих в засаде бойцов.*

*Примечание:

  На Руси пацанов брали в походы уже с двенадцати-тринадцати лет: если можешь поднять мушкет, то почему бы не постоять в ратной сече. Правда, для молодняка выбирали места безопасные. В целом ребята были более здоровыми и крепкими по сравнению со сверстниками двадцать первого века. Мальчишки шлепали босиком по холодным после утреннего дождика лужам, поднимали тучи брызг и смеялись. При этом ни у одного из них из носа сопли не текли!

  Алексей Сотников хорошо чувствовал себя в качестве советника воеводы Скопин-Шуйского. По легенде он – русский человек, похищенный в младенчестве и побывавший в заморском плену. Это объясняло его странный говор, обилие знаний и непонятных словечек, а как же странную школу рукопашного боя и сражений на мечах.

  Сотников предложил разбить несколько сотен старых чугунков и приготовить подобие картечи. Пока она еще только начинает приходить в войска. Но если лупить в упор – ущерб нанесет солидный.

  Русские серьезно готовились к атаке неприятеля. Рыли волчьи ямы, ставили рогатины и осколки серпов от конницы.

  Время идет быстро, светлая майская ночь кончается, поутру появились первые конные разъезды панского войска. Только бы не спугнуть!

  Ляхи высматривали расположение войск противника. Обратили внимание на развернутые в сторону Старой Руссы жерла орудий. Над городом висели флаги с вензелем царя Дмитрия.

  Чтобы отсутствие Скопина-Шуйского в войске не вызвало у поляков вопросов, на место большого воеводы отрядили одного из внешне похожих на него ратников. Надели княжеские доспехи и немного подкрасили бороду. Алексей, давший такой совет, заслужил очередную похвалу прославленного полководца.

  Вот на холме появился сам пан-воевода Кернозицкий. Гетман Ходоркевич вместе с ним. Зловещий субъект цыганской наружности.

Вскоре разворачивается, перестраиваясь в боевой порядок, вся польская армия. Тысячи кавалеристов строятся квадратами.

  Русские стрельцы готовы их встретить шеренгами. Ловушка для войска ляхов готова. Осталось только её захлопнуть в нужный момент.

  Кернозицкий с довольной ухмылкой произнес:

  – Русы оказались глупее, чем я думал. Скопин-Шуйский явно просчитался.

  Гетман Ходоркевич спросил у вернувшегося лазутчика:

  – Не видел ли ты там засадного полка москалей?

  Шпион уверено ответил:

  – Все спокойно, господа-воеводы!

  Оба ляха переглянулись, перекрестились и скомандовали:

  – В атаку!

  Кавалеристы помчались в полный аллюр. Словно это были парадные разъезды. Копыта лошадей постукивали в унисон. Но вдруг ощетинившуюся конскую лавину встретили дружные мушкетные залпы. Затем в неприятеля полети тучи стрел... И пыль поднялась еще гуще.

  Передовой польский полк понес ощутимый урон и на минуту остановился, попятился назад, глотая поднятую пыль. Но задние полки напирали, заставляя передних бросаться в наступление.

  Их опять встречали залпами и стрелами, стали срабатывать первые ловушки, искусно вырытые волчьи ямы. Кони и всадники падали на дно, на острые колья. Грохот от выстрелов стоял неимоверный. Привычные к этому старшие воины старались быстрее перезарядить мушкеты. А молодые, хоть и раскраснелись от волнения, уверенно подражали более опытным воинам.

  Вот один из ярко разодетых польских вельмож получил свинца в живот и извергнул из горла кровь. Несколько десятков всадников сбились в кучу и изрядно подавили себе бока. В их сторону полетела одна из первых самодельных гранат.

  Скопин-Шуйский с улыбкой заметил:

  – А что, хорошо мои соколики держатся!

  В ответ находившийся при воеводе в засаде Алексей Сотников сказал:

  – Очевидно, быть ляхам битыми! Надо еще подождать, когда наши орудия по ним врежут.

  Ценой огромных потерь кавалерия Речи Посполитой смяла наконец передовую линию обороны русских. Лучшие всадники ринулись к неприятелю. Но по ним уже в упор лупили из пушек.

  Вот это удар! Десятки коней подбросило в воздухе, разрывая шкуры и выбивая вместе с доспехами ребра. Множество животных и их всадники содрогались в мучительной агонии.

Как и предполагал Сотников, Пан Кернозицкий ввел в действие свой последний крупный конный резерв. Сыграла психология полководца. Когда сходу не удается взять вверх, то обычно он бросает в атаку все резервы, старясь переломить ход боя.

Но пушкари успевали перезаряжать и лупили по неприятелю. Чтобы сделать стрельбу более частой, они стреляли по очереди.

  Алексей хотел применить еще одно усовершенствование времен Петра Великого – развесные мешочки с порохом. Но из-за нехватки времени удалось заготовить их совсем немного. И без них сражение шло по намеченному плану.

  Сам Скопин-Шуйский в довольном нетерпении потирал руки: конница Кернозицкого ушла в мясорубку вся.

  За кавалеристами уже бежали пехотинцы.

  Защитники не спешили. Они группировались, стараясь подпустить и ударить сразу из всех мушкетов, чтобы нанести врагу максимальный урон.

  В помощь стрельцам уже вытаскивали на передовые позиции тяжелые орудия.   Вот воевода махнул красным флажком. Раздался оглушительный грохот осадных пушек.

   Сразу целые шеренги пехотинцев полегли. Уцелевшие же бойцы, совсем ошалев, не знали, куда бежать.

  – Все воевода! – сказал Алексей. – Они выложили последнюю карту! Пора и нам взяться за дело!

  Скопин-Шуйский просигналил атаку. Засадный полк атаковал таким образом, чтобы не дать ляхам ни малейшего шанса уйти. Началась настоящая сеча...

Пешее прикрытие русские всадники смяли сходу. Далее следует подтянуть пушкарей и пехоту.

  Сотников сразу вырвался вперед. Легкий, на лучшем скакуне из тех, что мог дать ему воевода. В руках две разящие сабли. Для того, чтобы сниматься в различных киносценах, Сотников изучил несколько фехтовальных школ на мечах.

  Разумеется, восточная школа фехтования ляхам не знакомы. А скорости и силы Алексею не занимать.

  Вот каскадер из двадцать первого века срубает свою первую жертву. Голова татарина легко слетает с жирной шеи. Знатный бек пытался было парировать удар, но не смог уследить за сложной траекторией сабли Сотникова. А вот и вторая жертва, на сей раз напыщенный польский пан. Ух, отъелся, щеки как у хомяка!

  Нет, все-таки хорошо быть кинозвездой, иметь навыки, родиться с прекрасной генетикой, усиленной ментальной медитацией и методиками знахаря Родоверца. Крупные и вероятно искусные для своего времени бойцы падают рассеченные его клинком из очень твердой тульской стали.

  Алексей атакует свиту польского воеводы.

  Вон и сам Кернозицкий. Выхватил громоздкий пистолет, пытается стрелять. Это не страшно, пока механизм сработает, можно раз пять уйти с линии огня.

  Польский воевода стреляет. Но умудряется сразить своего охранника. Нет, неудачный день сегодня выдался у пана.

Рядом с Алексеем сражаются то же ловкие, лучшие всадники Скопин-Шуйского. А в бой уже вступила пехота, отчаянное русское мужичье.

  Поляки и наемная гвардия наконец-то поняли, что оказались в западне. Они пытаются защищаться, но сопротивление бесполезно.

  И все же Сотников чуть было не получил смертельное ранение. Вокруг польского воеводы сражаются лучшие бойцы. Клинок одного из них слегка полоснул Алексея по шее. В последний момент Сотников увидел удар и почти успел увернуться. Самый кончик сабли лишь чуть зацепил его. Рана не опасна, вот только кровь идет.

  Противник быстро терял силы. Но и у русских не без потерь. Ляхов оказалось даже чуть больше, чем предполагали. На подмогу подошел передовой отряд, посланный королем Сигизмундом из-под Смоленска. Ну что же: чем больше уничтожено врагов, тем ценнее победа!

  . ГЛАВА 9.

  Андрей приблизился к пану Кернозицкому, оставшемуся на время без охраны, и вступил с ним в поединок. Опытный пан воевода неплохо защищался, парируя трудно предсказуемые удары Сотникова. Неожиданным ударом Алексей рубанул панского скакуна по морде. Ему вдруг стало жалко бедное животное. Но Кернозицкий свалился с лошади. Алексей подскочил к пану и ударил его ногой по печени. Воевода потерял ориентацию, а удар эфесом сабли в подбородок окончательно его отключил.

  Трое панов попробовали прийти на выручку воеводе, словно цепные псы набросившись на Алексея. Один потерял полруки, другой голову, а третий слетел с лошади. Кернозицкого меж тем пленили войны, подоспевшие на помощь главному мечнику.

  Сражение уже догорало, словно пожар под сильным ливнем. Ляхи нашли себе смерть, и мало кто из них сумел вырваться из адской мясорубки смертельного боя. А из раскрытых ворот града Старая Русса все еще спешили вооруженные чем попало мужики и посадские. Мчались в брань даже кузнецы, размахивая топорами и молотами.

  Самый большой русский воин по прозвище Ваал орудовал дубинами с человеческий рост каждая, добивая остатки папской пехоты. Алексей поразился его физической силе – пять пудов держать в каждой ручище, да еще махать, словно это палочки дирижера. Мало кто в двадцать первом веке на такое способен. А ведь здесь нет никаких спортзалов, научных методик тренировок и с разного рода фармакологическими и анаболическими накачками никто не знаком. Вот бывают какие богатыри от Бога! Дубинками так лупят, что мечи подставлять бесполезно, можно защищаться лишь отскоками. Однако в бою у большинства солдат соображение отключается, и они рубятся по наитию, забывая, чему их учили.

  Да и обучение в средние века самое азбучное, изощренными приемами в драке владеют лишь считанные единицы.

  Сотников также чувствовал себя героем и даже радовался, что оказался в нужном для себя времени и месте. Чувство общей победы – это что-то! Аж мурашки по коже!

  Немногие уцелевшие воины ляхов стали падать на колени и просить пощады. Особенно яростное желание сдаться изъявили наемники. Они и в ходе боя не сильно усердствовали. Впрочем, это вполне естественно: за что им умирать? А вот этнические поляки оказались более гордыми и упорными. Видно, славянская кровь играет. И надо отдать должное Польше, он не была под монгольским игом и под германские полчища не легла. Ляхи достойные и умелые противники. Тем почетнее над ними победа!

  Но вот и последние островки горящего сражения затихли. На поле брани появились русские бабы, не желавшие отсиживаться в тылу. Они помогали раненым, собирали трофеи.

Алексей сразу же обратил внимание на одну из девушек. Без платка, в короткой юбке, отрывающей мускулистые, очень изящные, покрытые шоколадным загаром ноги.

Алексей присвистнул: молодец не боится показать себя. А то тут русские бабы юбки и сарафаны до пят носят, а эта... как современная дива!

Алексей изучал историю древней Руси. До христианской эпохи никто не считал зазорным показывать красивые женские ножки.

  Вот и статуэтка той же прелестной богини Лады подчеркивает, а не скрывает её женскую красоту, ее ноги.

Что-то в девушке на поле было от Лады. Хотя одета она очень скромно, никаких украшений. Впрочем, для таких прекрасных волос украшения не нужны, даже из бриллиантов.

  Сотников с чрезвычайным усилием заставил себя оторваться от лицезрения русской красавицы. Ну, вот почему он так сильно любит девушек? Когда, наконец, остепенится?

Лицезрение женской красоты не всегда хорошо. Вот в Чечне Алексей на мине подорвался, рассматривая эротические фотографии.

Но нет, не смог он уехать, когда здесь такая красавица. Как хочется, особенно после побед, пообщаться со слабым полом.

Алексей подъехал к очаровательной златокудрой красавице. Девушка улыбнулась всаднику, но молча продолжила свой путь, иногда останавливаясь, чтобы подобрать что ценное. Небольшой синячок под глазом только придавал ей очарования. Точеные ножки, слегка вымазанные в крови, оставляли на пыльном поле очень изящные босые следы. Сотников поехал рядом. Ну до чего красива! Естественная красота! Любая, даже самая дорогая, косметика и бижутерия способны только испортить совершенство красок и линий этого прекрасного женского тела.

  Желая завязать разговор, Алексей, спросил:

  – Тебе помочь?

  Девушка повернулась к говорившему. Алексей коротко подстригся, но зато его волосы обрели свой настоящий цвет и лоск. Ожоги лица почти исчезли, только кожа стала немного бледнее, чем раньше, но и это пройдет. В целом он великолепно сложен, атлет, кажущийся моложе своих лет. Сейчас, после попадания в средние века, он и вовсе стал похож на юношу. Кожа блестит от гремучей смеси пота и крови. Но от этого он выглядит даже более мощно, глубокий рельеф мускулатуры проступает еще отчетливее. Алексей подумал, что вместе с незнакомкой они вполне достойная пара, как Аполлон и Венера. Венеру же слегка смутил вопрос. Она широко улыбнулась. Зубы её под стать остальному, словно жемчуг из царской сокровищницы.

После небольшого раздумья девушка вежливо произнесла:

  – А я и сама соберу трофеи... Впрочем, тут на всех хватит!

  Однако в данном случае девушка оказалась не совсем права. Другие женщины и некоторые воины уже приступили к сбору. Нет, это не мародерство. Все законно: большая часть собранного будет отдана в казну, сами воины оставят себе только десятую долю. Да еще сам большой воевода может наградить особо отличившихся.

  Алексея трофеи не интересовали, но он спрыгнул с коня и старался держаться поближе к душке и как будто случайно слегка касаться её. Конечно, это глупое поведение – за дамами так не ухаживают, но слишком уж привлекательной казалась Сотникову эта барышня. Он боялся спугнуть ее. И не знал, как вести себя с ней. Нередко Алексей получал отказ в прошлой жизни от красивых барышень из-за своей чрезмерной поспешности, нетерпения, неверных действий.

  Про таких как Сотников говорили: его любовь, как стекло, легко бьется и больно ранит!