Текст книги "Достаточно взгляда (СИ)"

Автор книги: Марина Кистяева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

– Привет.

ГЛАВА 12

Неделя пронеслась быстро. Валид честно сказал, что эти дни сможет уделить Софе внимание по минимуму.

От греха подальше…

– Я приемы в выходные раскидал на оставшиеся дни.

Сначала Софа не поняла, о чем он.

– Приемы? Это как?

– У меня запись.

– По талонам?

– Ну-у, почти.

Она продолжила на него смотреть, делая вид, что понимает, о чем он.

В эту минуту еще труднее становилось удержать себя.

Кажется, ему пора на пробежку…

– У вас в городе в клинике нет платного приема?

Софа моргнула и покраснела.

– Все, поняла.

Валид хотел дать ей время на адаптацию, не давить своей массой и присутствием. Софа каждый вечер неизменно смущалась, когда он возвращался с работы.

Но встречала… Выходила.

И от этого факта Валида крыло все сильнее.

Он смотрел на Софу, и мысли в его дурной башке совсем нездоровые кружились. А он их гасил… гасил…

Потому что так пока надо.

Любое неосторожное движение может спугнуть Софу. Она и так почти зашуганной каждый вечер сидела.

Валид все эти дни приходил поздно. Каждый день Софа готовила ему ужин. И, как только он переступал порог, начинала суетиться.

Кормила его, что-то там пыталась лепетать про то, что продукты она теперь сама покупать будет.

Ага. Как же. Сейчас…

Еще она наотрез отказывалась перебираться в спальню, продолжала спать на диване, и это нервировало Валида. Конкретно так. Порой аж до зубного скрежета.

Она стеснялась? Или что?.. Или опасалась приставаний с его стороны? Типа в его кровати ему будет можно?

Последняя мысль категорически не нравилась Валиду.

Да, он лоханулся один раз, не сдержался, зажал ее в темноте. Башню сорвало конкретно. И он, дебил… Ведь слышал, что она встала и пошла в туалет. Нет, поперся в коридор зачем-то…

А затем и поперся, что его точно магнитом тянуло… Еще раз на нее в сорочке посмотреть хотел. А вдруг…

Этот «вдруг» и случился. Когда полусонная Софа в него врезалась, предохранители слетели к чертям собачьим. Сцапал ее, как свою…

Прижал к себе, вдохнул ее запах, и его понесло. Руки сами полезли, губы нашли шею, а она не оттолкнула. Замерла, как косуля в свете фар, и только дышала часто-часто.

А он дальше пошел… Вот нахера, спрашивается?!

Нет, он-то знал, зачем и почему дальше пошел.

Потому что его несло.

На диван ее опрокинул, в трусы залез. Красавчик, че!

Как Софа от него на следующий день не сбежала, Валид до сих пор удивлялся

Он остановился, да-а. Увидел в полумраке глазюки ее огромные, испуганные до чертиков. И отпустил. Сжал кулаки, ушел в свою спальню, где до утра давил в себе это дикое животное, которое проснулось и требовало продолжения.

Валид никогда не терял контроль с девчонками. Не было у него такого!

И, как итог, все эти дни обходил Софу стороной. Еще две ночи переждать. Завтра пятница. Отработает, и поедут к ее матери.

Он даже подумывал в ночь выехать. Да-а, от того самого греха да подальше…

Потому что… А потому!

Он эти дни не трогал Софу. Вообще. Старался даже не смотреть лишний раз в ее сторону. Не лапать взглядом ее высокую грудь и покатые бедра.

Хватало и того, что перед глазами постоянно ее трусики в цветочек стояли.

Кстати, как она белье стирала и как сушила? Он не видел. Нигде ничего не развешивала. Прятала, получалось? Это не дело. Или пока его не было, как-то умудрялась проворачивать спецоперацию?

Валид провел рукой по лицу.

Он теперь отжимания делал по ночам, перед сном. По три, а то и четыре подхода, до дрожи в мышцах, до полного изнеможения. Помогало. Но ненадолго…

Софа же безмятежно спала, свернувшись калачиком и укрываясь тем самым пледом, который он ей выдал в первый день. Чем-то тот ей приглянулся, и она его почти не выпускала вечерами.

Отчего-то эта картина умиляла Валида.

Мамин подарок… Вот чувствуют женщины стоящие вещи!

И дальше снова мысли неслись черт-те куда…

Валид, как вспоминал, какая она, черепушка тотчас начинала подтекать…

Он же трогал ее! Там... Она была такой узкой, такой... Такой, блядь, тесной, что пальцы едва судорогой не сводило от желания еще раз убедиться, проверить насколько...

Софа же девственница? Ему думалось, что да.

Не похожа она на тех, кто прыгает по херам парней.

Была бы такой, давно бы спала рядом и не переживала за то, что живет в его хате. Наоборот, начала бы обустраиваться, вещички раскладывать, завтраки готовить, глазки строить. А эта жмется, отводит взгляд, краснеет, если случайно столкнутся в коридоре. Будто он не человек, а огонь, о который обжечься можно.

И ему внезапно оказалось важным, чтобы целочкой Софа была.

Чтобы никто до него не лапал эту нежную кожу, не целовал эти губы, не входил в это узкое тепло. Важным до скрежета, до холодка под ложечкой, до тупой, ноющей боли где-то в груди.

Он хотел быть первым.

И, сука, единственным!..

И эта потребность была херовым звоночком.

Не в плане единственного. А во всем остальном.

Валид перевернулся на живот и зашипел в подушку, как разъяренный кошак, которому хвост прищемили дверью. Простыня под ним сбилась, тело горело, а между ног стоял каменный, пульсирующий кол, игнорировать который было невозможно. Хоть членом в матрас, сука, долбись! Снова стоял...

И мысли про девственность Софы этому стояку только масла в огонь подливали. Картинки рисовались одна другой краше. Вот она под ним, глаза закрыты, губы приоткрыты, первый раз, больно, страшно, и он должен быть нежным, должен сдерживать эту звериную мощь, чтобы не сломать... И входит он медленно, чувствуя, как она сжимается, как рвется что-то там, внутри, как становится его навсегда...

– Твою ж мать, – выдохнул Валид в подушку и со всей дури стукнул кулаком по кровати. Пружины жалобно взвизгнули.

Мысли про девственность Софы ему не особо нравились.

Батиным характером веяло...

Его отец был патологически ревнивым. Просто пиздец. Валид помнил эти бесконечные скандалы, мамины заплаканные глаза, разбитую посуду.

Помнил, как отец проверял мамину сумку, нюхал ее вещи, мог посреди ночи устроить допрос, если ей кто-то улыбнулся на улице. Такая ревность не имеет ничего общего с романтикой. Она сжирает изнутри. Сначала того, кто ревнует, потом того, кого любят. Всем плохо.

Много чего в его семье было…

В том числе и мужские слезы. Отец у него здравый мужик был, и все понимал.

А ничего поделать не мог.

И мать любил. До одури…

Она тоже его любила и даже вроде привыкла. Но это только на первый взгляд.

Много темного между ними было. Валид с Софой такого не хотел.

Когда-то давно Валид поклялся себе, что никогда не пойдет по пути родителей. Что не превратит свою женщину в собственность, не будет контролировать каждый шаг, не сойдет с ума от мысли, что она может принадлежать еще кому-то.

И вот его начинало крыть…

Валид резко сел. Хорош… В конце концов, что тренеры вкладывали в него? Контроль и еще раз контроль.

Он встал и натянул спортивные штаны. Теперь по дому в одних труселях он не разгуливал. Прошел на кухню и выпил стакан ледяной воды залпом, даже не почувствовав вкуса. А потом снова к себе, стараясь не смотреть в сторону зала.

Пусть спит его маленькая…

Где-то в соседней комнате тихо вздохнула Софа. Неужели тоже мается?

Вот какого, а?..

Валид закрыл глаза и начал считать овец. Ага, тех самых. С шерсткой такой, с рожками. Или что у них там на голове. Одна овца... Две... Пять…

Да черт!

ГЛАВА 13

Ближе к трем часам раздался стук в дверь. Валид только отпустил пациента, у него образовалось окно в тридцать минут. Он сел и вытянул ноги, потягивая чай, заботливо приготовленный Маргаритой Петровной.

Не женщина, а чудо. Ее ему порекомендовала матушка, за что он ей был вдвойне благодарен.

На стук Валид отреагировал вздохом. И кого принесло? Маргарита Петровна точно знала, что ни одного раньше пришедшего пациента к нему пускать не стоит. Он, конечно, молодой и здоровый лоб, но сегодня и у него силы и нервы начинали сдавать. Он то и дело поглядывал на часы.

Еще четыре клиента.

На самом деле, это чертовски хорошо. Валид до сих пор не верил, что у него настолько плотная запись и ему удалось уже неплохо раскачаться. Опять же не без рекомендаций. Батя, тренеры, друзья.

Стоматология – вещь очень полезная.

И прибыльная, чего уж.

– Я так понимаю, я особого приглашения и не дождусь? – Дверь кабинета распахнулась, и в дверном проеме показались знакомые широченные плечи в кожанке.

Валид неспешно поднялся.

– А нечего без приглашения.

– Дожили…

Валид обнял друга.

Тот окончательно ввалился в кабинет, который для них двоих как-то стал маловат. Все-таки стоит подумать над расширением.

– А чего у тебя секретарша такая стремная?

– Диман...

– Чего?

Меренгов развернул стул и плюхнулся, оседлав его.

– У тебя должна быть секретутка с во-от такими буферами и ногами от ушей. А эта?..

– Маргарита Петровна – отличный специалист. Это все, что мне требуется. И она не секретарша.

– Скучным ты становишься, Валид.

– Меренг, ты лучше скажи, у тебя пломба выпала?..

Друг хохотнул.

– Чего ты сразу?..

– А то начнешь мне сейчас тут лить, что мимо проезжал.

– Я на самом деле мимо проезжал! Но мне зуб шатнули...

– Скол?

– А хэзэ.

– Давай гляну по-быстрому и скажу, когда снова мимо меня поедешь.

– Терлой, не гони...

Димон покраснел. Диво дивное!

– Не гоню. В кресло давай.

– Звучит, словно к гинекологу попал, а не к другу по клубу.

Через десять минут Валид протянул Диману листок, где было записано время.

– Ну нихера ж у тебя все серьезно.

– Вот в это время жду тебя. А теперь вали давай. – Валид выразительно указал на дверь.

Меренгов снова хохотнул.

– Мы с пацанами сегодня в «У береговой» собираемся. Подкатишь?

Валид быстро в уме прикинул, что и как.

Надо с ребятами тоже встретиться. Давненько не заглядывал.

– Буду.

Меренг подмигнул.

– А секретаршу смени.

– Иди уже.

К бару Валид подъехал уже в девятом. Планировал раньше освободиться, но позвонил отец и просил принять его знакомого.

Бате не отказывают.

Валид три раза набирал свою квартиру, Софа трубку не брала. Стеснялась, думая, что звонят ему, или где-то гуляла?

Последняя мысль ему не то чтобы не нравилась. Скорее, настораживала.

Сыночка-корзиночка от него активно прятался, а при матери выводить его на разговор не с руки.

Малахова – баба склочная, устроит шумиху на весь подъезд. Грудью на амбразуру кинется, лишь бы с сыночки волосок не упал.

Валид с большим уважением относился к матерям. Для него матушка была лучшей женщиной. Мягкой, доброй.

При этом в ее характере сомневаться не приходилось. Она тоже не давала его в обиду когда-то очень давно. Когда он в сад ходил и в песочнице играл, наверное. Потом отец полностью взял воспитание в свои руки.

Матушка обрабатывала синяки и ссадины, тихо вздыхая. Рассказывала негромко, что такое хорошо и что такое плохо в отношении девушек. Валид до сих пор помнил эти разговоры.

Но когда он видел вот таких мамочек, как Малахова… Нет, понятное дело, растить сына в одиночестве та еще задача. И денег заработай, и за сыном уследи. Хлопотно и суетно. Только сколько вокруг обратных примеров? Взять того же Меренга. Его тоже мать одна поднимала. На двух работах пахала, стирала, готовила. Сыну люлей давала, если в школе двойки получал. Опять же в клуб привела, чтобы дурь выходила.

По итогу Меренг в двадцать четыре чемпион области, ведет свою секцию и уже сам содержит мать.

Колоссальная разница налицо.

«У береговой» уже все были в сборе. Пацаны соединили несколько столов и расселись. Заказали мяса, выпивки. Сегодня они отдыхали.

Он подошел, с каждым поздоровался, они обменялись привычными шутками.

Валид упал на свободное место и тотчас подтянул к себе тарелку. Жрать хотелось чертовски сильно. А тут запах свежепожаренного мяса. Слюна едва на стол не закапала.

Утолив первый голод, Валид откинулся на спинку деревянного стула. Вечерело, на город уже почти опустилась ночь. Хозяин зажег фонарики по периметру.

Красиво…

Софу надо сюда привезти. Девчонки подобное любят. Речка, парк…

– Эй, Терлой, мы тебя теряем. Ты куда в мыслях улетел? Сидишь сегодня тихий. Али что задумал?

Валид усмехнулся по-доброму.

Хорошо все-таки вот так собираться. Когда все свои. Когда тебя понимают с полуслова.

– Пацаны, а я влюбился.

– Ну нихера ж себе…

– Вот это заявочка…

– И что, прямо вот так серьезно?

– Ага. Со сватами в перспективе.

– И свадьбой?

– И свадьбой.

– У-у…

Парни загудели, ложками-вилками по столам застучали. Ну детский сад «Ромашка», честное слово. Особенно со стороны. Сидит большая компания крепких лбов, двенадцать человек. Один другого тестостероиднее. Кто бойцы, кто каратисты. Кто так, почти любители в спорте. И вроде тихо сидят, выпивают скромно. Не балагурят… Почти.

И тут гудеж. Как не напрячься.

– Терлой, ничего не знаем… Гулять будем неделю. И да-а!.. Парни, с медведем же?

Домой ехал Валид, едва не превышая скорость. То и дело тормозил себя, чтобы не нарушать скоростной режим. Пятница же, менты вышли на «охоту». Он не опасался с ними встрять, больше не хотелось разборок и задержек.

У дома первым делом просканировал парковку. Корыта сыночки не было. Валид вышел, поставил машину на сигнализацию и снова огляделся. Чуйка говорила, что «корзиночка» что-то мутит. И даже не в отношении него.

Но ладно, хрен с ним, пока прячется. Затаился, гад.

Валид поднимался по лестнице, уже предчувствуя, как Софа встретит его. Время, конечно, поздноватое, что-то они с пацанами засиделись. Но она же ждала его?..

Или уже уснула? Даже если второй вариант, тоже ничего плохого. Он без претензий. То, что она жила в его хате, уже была большая уступка с ее стороны. И готовила Софа офигенно.

Но чего Валид никак не ожидал увидеть, так это Софу со слезами на глазах.

Он вошел, как раз успел скинуть кроссы и поставить их на полку. Краем глаза увидел тонкий силуэт, от которого мгновенно потяжелело в паху. Ну ничего он не мог с собой поделать!

И уже голодным становился.

Но Валид даже мысли не мог допустить, чтобы завалить Софу. Нет. И еще раз нет. Он вскинул голову, готовый встретить приветливую улыбку и послать такую же.

А нифига…

Софа смотрела на него огроменными глазами. И в них поблескивали слезы!

Мать вашу…

Валид тотчас подобрался. Шагнул вперед.

– Что случилось, Софа?

Если «корзиночка»… Пиздец ему будет. Сегодня же. Валид не посмотрит, что мать дома.

В груди полыхнуло, да так, что отрекошетило по всему телу. Мышцы зазвенели, натянулись.

Валид по инерции сжал плечи Софы, вынуждая ту посмотреть на него.

Но ничего подобного!

Софа подалась назад, явно намереваясь вырваться из его рук, не допустить более близкого контакта!

Валид никогда не замечал за собой давления на девушек. Смысл в подобных действиях? Силу применяют только больные ублюдки и неуверенные в себе мудаки. Он себя не относил ни к одной из этих категорий.

Но отпустить Софу, разжать пальцы он оказался не готов.

– Ничего, – процедила Софа, а у самой глазюки еще больше влажными стали.

Еще секунду, и она расплачется.

Валид, как и большинство представителей сильной стороны человечества, реагировал на женские слезы неадекватно. Точнее, как. Если человек играл – а Валид в большинстве своем распознавал лицемерие, – ему было ровно. Он вставал и уходил. Потому что женский шантаж – это плохо. Это путь в никуда. Никому не нравится выступать идиотом и подкаблучником.

Софа не притворялась. Ее затаенная боль вибрировала в воздухе.

Сейчас она напоминала ему ту девчонку, что он снял с выступа на доме. Такая же ершистая и замкнутая на своей проблеме.

– Нихрена не ничего, – процедил Валид, стараясь контролировать силу своих рук.

Еще сожмет сильнее, больно ей сделает. На вид кожа Софы очень тонкая и нежная.

Такая, при виде которой во рту образовывалось слишком много слюны. Лизнуть бы оголенный участок на шее…

– А я говорю – ничего, – продолжала упираться Софа.

И сопротивляться.

– Софа. – Валид вложил в голос давление. – Просто скажи, что произошло. Это важно.

– Важно?!

Она вскинула подбородок кверху.

Бля-я… Валида точно грушей впечатало. Столько возмущения было в ее глаза. И… обиды?

– Важно.

– Ты… Ты не приехал вовремя! Ты хотя бы понимаешь, что я… Что я… Да пусти ты меня!

У Валида у самого глаза округлились.

Это что сейчас такое было?..

Софа дернулась, руками уперлась ему в грудь. А вот это она зря…

Им вообще противопоказано прикасаться друг к другу! Потому что он мгновенно вспыхивал, и башню начинало рвать капитально. Он не зря ей в прошлый раз так и сказал. Предупредил…

Но…

Сколько веревочке ни виться, конец один. Так приговаривала его бабушка.

Он ей сейчас сожрет к херам…

Какие предохранители? Не-е, не слышали! Они у него отключались, стоило Софе подойти к нему ближе, чем на метр. И тут не в голоде дело. Совсем не в нем!

Его никогда ни от кого так не крыло.

Софа… Она же нереальная! Мягкая, сочная.

Все…

Он сам не понял, как прижал ее к стене, начав целовать. Впился в нежные губы, громко застонав, не скрывая своих эмоций. А потому что нечего!.. Он тоже живой человек, и его лимит закончился.

Ее губы сводили его с ума. Как и она сама.

– Софа… Девочка моя…

Его, его она. Может, еще не осознает. Может, пока рано о чем-то таком говорить. Но ему хотелось шептать ей нежности. Особенно сейчас, особенно, когда она такая.

Она не сопротивлялась. В первый момент застыла, оглушенная его напором, а потом сильнее вцепилась в его футболку, зажала ткань между пальцами.

Он же тоже ее зажал. Бедра, талию. Жадно по ним ладонями проводил, впечатывая в себя. И похер, что у них существенная разница в росте, они же идеально друг друга дополняли!

Валид пошел дальше. Ему было мало ее губ! Он толкнулся языком между ними, и Софа поддалась. Приняла его в себя, впустила…

И так же ответила, яростно толкнувшись языком вперед. Их зубы клацнули. По телу электрический разряд прошел, член колом тотчас встал! Валиду сейчас мало надо было.

Он и не планировал разрывать поцелуй сразу. Насладиться же надо! Хотя бы немного! Софа выгнулась, заерзала, ногами переступила с места на место, в его волосы одну руку зацепила, назад потянув. То ли отрывая от себя, то ли от переизбытка эмоций.

Они оторвались друг от друга, тяжело дыша. У обоих воздух вырывался из легких хриплыми толчками.

Валид стоял, уперевшись одной рукой в стену. Сделать шаг назад он был не в состоянии, хоть стреляйте.

Софа мотнула головой и чуть опустила подбородок вниз:

– Иди ужинать. Еда на столе.

– Я перекусил с пацанами.

Щеки Софы тотчас покраснели.

И не от смущения.

– Ну знаешь ли…

***

Софа сидела на диване с абсолютно прямой спиной. И чего, спрашивается, она ждет? Точнее, кого.

Его и ждала…

Как дура!

И три последних часа тоже ждала, то и дело к окну подрывалась и прислушивалась к шагам за дверью.

Нормально, да?

Претензии Валиду ей предъявлять не к месту. Софа всегда отличалась здравомыслием и умением анализировать ситуацию.

Да, она живет в квартире Валида.

Почему?

Потому что он дал ей убежище. Временное…

То есть между ними по факту ничего нет. Валид точно их отношения поставил на паузу. А как иначе скажешь? Софа чего только не передумала за эти дни.

Нет, вот серьезно. Если мужчина – а Валида парнем язык не поворачивался назвать – заинтересован в девушке, он же что-то делает, правильно? Ну там на свидания, еще что-то.

Тут Софа себя тормозила. Он не должен с ней нянчится! Он и так ей много что дает, и сейчас она не про жилье. Или про жилье тоже?!

Ее кидало из крайности в крайность.

А еще!..

Не считая сегодняшнего дня, он всю неделю ее не трогал. Нормально, да?

Зато конфеты пополнялись регулярно. Софа даже испытала некое нездоровое удовлетворение от того, что она их подъедала каждый день.

Его присутствие в комнате она почувствовала кожей.

Он появился минут через пять. Кажется, в ванную ходил руки мыть. Софа по инерции позвоночник еще больше вытянула.

– Я звонил.

Всего два слова, и они снова послужили детонацией.

Софа резко повернулась в сторону Валида, стараясь не замечать его расстроенного лица, и взмахнула руками.

– А как ты себе это представляешь? Тебе звонят, – она ткнула пальцем в сторону телефона, – а я сниму трубку?

Он скрестил руки на груди.

На лице ни тени улыбки.

– Совершенно верно.

– Не совершенно!.. А если... А если бы тебе позвонила мама?

– И что?

У него все так просто?!

Софа продолжала закипать.

– И она бы не удивилась?

– Удивилась. Но ничего крамольного в этом не увидела бы.

– Ладно... Ладно... А если бы кто-то из твоих бывших девушек позвонил?

Софа не поняла, как этот вопрос сорвался с губ.

Ее не то чтобы интересовали его бывшие девушки...

Хотя нет, кого она обманывала!

Интересовали! И еще как! Она чего себе только не напридумывала сегодня вечером.

В том числе был вариант, где Валид встречал свою бывшую или, что намного хуже, заранее назначил с нее встречу. И они… И он…

Дальше Софа просто не могла думать.

И снова последовало:

– И что?

– То есть тебя это не волнует?

– Нет, конечно.

Он прошел вглубь комнаты и опустился перед Софой на корточки. Это становилось традицией.

– Давай так, Софа. Если ты находишься в квартире и звонит телефон, ты берешь трубку. Кто бы там ни был на другом конце провода. В девяносто девяти процентах буду я. Что касается моих девушек. Я совершенно свободен. И единственная девушка, которая меня интересует – и интересует охренеть, как сильно, – сейчас сидит передо мной.