Текст книги "Достаточно взгляда (СИ)"
Автор книги: Марина Кистяева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)
ГЛАВА 26
– Я тебя не покормила. – Софа попыталась встать, но тяжелая рука не позволила.
– Мой желудок должен волновать тебя меньше всего.
Софа зажмурилась от счастья. На самом деле, она тоже не хотела разъединять объятия, с готовностью бы уснула. Прямо так. Прямо здесь.
Но нельзя.
Во-первых, надо помыться.
Во-вторых, час ранний. Спать не вариант.
Валид приподнялся на локте и отвел с лица Софы прядь, которую она и не заметила.
Его прикосновения были осторожными, мягкими, и они так контрастировали с тем, как он вбивался в нее совсем недавно. Жестко, глубоко, неистово, до скрипа в пружинах матраса, что у нее внутри все перевернулось. Сжалось и замерло.
– Ты как?
За простым вопросом столько всего скрывалось!.. И забота, и тревога, и невысказанное «не жалеешь ли ты?».
А главное, не ответишь же толком, не расскажешь обо всем, что творилось сейчас внутри. Начиная от груди, где сердце билось так, как будто хотело выпрыгнуть и покатиться по полу, и заканчивая пылающим лоном. А там пылало. И еще как. Когда Валид вышел, Софа испуганно охнула. Пусто стало. И холодно, будто из нее вынули что-то жизненно важное, без чего теперь нельзя жить.
С ума сойти…
Ее все сильнее штормило, раскачивая на эмоциональных качелях. Вечер выдался богатым на события.
– Нормально, – пропищала она, заливаясь краской от смущения.
Щеки пылали так, что казалось, к ним можно было приложить ладонь и обжечься. Жар поднялся от шеи до самых корней волос. Глаза она то и дело прятала, отводила от смущения. Уставится то на его ключицу, то на родинку на плече, которую она как-то раньше не замечала.
Она смотрела куда угодно, только не в эти карие пронзительные глаза, которые смотрели слишком пристально, слишком глубоко. Ей надо чуточку времени. Совсем немного, на вдохнуть и выдохнуть.
К чему она оказалась не готовой, так это к вопросам интимного характера от Валида.
У них все было… Куни, секс. Минета, правда, еще не было. Но это уже с ее стороны инициатива должна быть.
Многие девчонки прямо категорически не желали этого делать. Фукали. Типа мерзко и прочее. Как эту штуковину вообще в рот брать? Целовать? У Софы не было своего мнения по этому поводу. Вообще никакого. Она даже не задумывалась, слишком далекой, нереальной казалась ей сама возможность оказаться с парнем в такой близости.
Ровно до сегодняшнего дня.
Потому что она четко поняла – она хотела… Да-да, хотела… Попробовать. Ей же понравились поцелуи ниже пояса, наверняка и Валиду нравятся.
Но ничего подобного сегодня она делать точно не будет. Ей бы переварить все, что случилось.
– Точно? – допытывался Валид.
– Точно.
Она дотронулась до его плеча.
– Я в ванную.
– Хорошо. А я заварю нам чай.
Валид пружинисто поднялся и потянулся, отчего хрустнули позвонки. Софа невольно им залюбовалась. Какие же у него плечи… Широкие, покатые, с перекатывающимися мышцами под смуглой кожей. Каждая мышца играла при движении, перетекала, жила своей жизнью. А ягодицы! Их-то она видела впервые. Накачанные, крепкие, упругие. Так бы и куснула.
От последней мысли ей совсем плохо стало. С ней точно все в порядке?
– Можно мне… твою футболку или халат?
Софа не знала, куда себя деть. Натянула одеяло до подбородка.
Валид надел боксеры и штаны. А вот торс прикрывать не спешил. Так и ходил перед ней голым, с темными сосками и дорожкой волос, уходящей за резинку. В горле Софы снова пересохло. Да что ж это такое…
– Футболку дам.
Софа думала, что он протянет ей ту, которую снял и которая пахла им. Она бы без всякой брезгливости ее надела, вжалась носом в ворот и вдыхала его запах. Держалась бы за него… Но нет… Валид прошел к шкафу и достал чистую. Серую, свернутую аккуратным квадратиком.
– Держи.
– Спасибо.
Софа протянула руку. Немного неуклюже вышло, потому что одеяло, будь оно неладно, сползло с плеча и оголило грудь. Соски встали торчком от прохладного воздуха и от взгляда Валида тоже. Он мгновенно упал туда, замер, обжег. Сама же Софа не среагировала должным образом, растерялась. Замерла на секунду с открытым ртом, не зная, что делать – прикрываться или делать вид, что так и надо. Она еще никак себя не могла собрать после произошедшего.
Невинность теряешь не каждый день.
И слова Валида…
«Обожаю тебя…»
Что он под ними подразумевал? И подразумевал ли в принципе?.. Может, сказал в пылу, на эмоциях, когда гормоны зашкаливали и кровь стучала в висках? Может, это ничего не значит? Просто фигура речи?
Она снова чувствовала себя глупой, мелкой и неразумной.
Валид футболку ей передать-то передал, но не отошел. Наоборот, навис над ней. Склонился…
Его темноволосая голова снова оказалась вблизи от нее. Губы вспыхнули от предчувствия, загорелись, онемели, стали невероятно чувствительными. Каждый миллиметр, каждая клеточка снова ждала его прикосновения.
Валид коснулся ее губ своими губами. Медленно, смакуя, будто пробуя что-то очень вкусное. Потом языком провел сначала по верхней, потом по нижней губе. Софа глухо застонала и потянулась к нему, и не думая сопротивляться. Ее руки сами легки ему на плечи.
– Ты такая сладкая, пиздец просто, – выдохнул он ей в рот, и голос его сел, превратился в хрип. – Извини…
Он не спешил выпрямляться. Наоборот, углубил поцелуй, входя языком в ее рот, дразня, играя, обещая. Софа таяла. Плавилась. Растекалась по кровати горячей лужицей, забыв, что собиралась в ванную, что ей надо мыться, что вообще существует что-то за пределами этой спальни и этого поцелуя.
Он не спешил выпрямляться.
– Сожрал бы тебя заново, но у тебя там, наверное, болит. Да?
– Да нормально там все! – Щеки Софы непрестанно пылали.
И не только щеки. Она вся пылала.
Причем не только от слов.
– Если я сейчас не смотаюсь от тебя, мы продолжим, – выдавил Валид. – А тебе нельзя.
Софа шумно сглотнула, не до конца вынырнув из марева удовольствия и не совсем понимая, что ей нельзя. Ей казалось, что можно все. Что она готова на все. Что если он сейчас снова ее поцелует, она не будет ни о чем спрашивать, ни о чем жалеть, просто растворится в нем, исчезнет, умрет от счастья.
И лишь когда Валид коснулся ее щеки, поняла!..
Его футболка села на нее идеально. Софа разгладила несуществующие складки на бедрах. Прямо захотелось футболку утащить к себе. Она в ней утонула, и та отлично могла сойти за домашнее платье.
Теперь становилось понятно, почему девочки любят щеголять в футболках парней.
Но в ванной пришлось все-таки заново раздеться. Была бы ее вещь, Софа подцепила бы зубами и прямо в ней залезла в ванну. Но оставить следы зубов на вещи Валида было кощунственно.
Между ног саднило. Софа поморщилась. Ничего, до свадьбы заживет…
Старинная присказка, которую использовали все кому не лень, по делу и без. Знакомые, подруги, в том числе и Софа, нет-нет да говорили такое друг другу. Почему же сейчас тело точно в жбан с кипятком окунули, и горячая вода, которая все еще лилась по ее ногам, тут ни при чем.
Софа уперлась головой в кафель. Она совсем поплыла… Она всерьез думает о свадьбе с Валидом? С парнем, с которым встречается всего ничего и с которым у нее был сегодня первый секс? Ей только восемнадцать! Какое замужество! Да и Валид… Он не говорил о будущем. Вроде как…
Нет-нет. Все, хватит. Хорош. Нельзя думать в эту сторону. Может быть, потом, ночью, помечтает… Когда ляжет спать, закроет глаза и представит себе платье, гостей, кольца…
Она вымылась, выключила воду, вытерлась его полотенцем.
Валида она нашла на кухне. Он успел заварить чай.
А еще насыпал в конфетницу конфет с горкой.
Софа не спешила садиться за стол. Она сжала руки, нервно прижимая их к животу.
– Валид, ты слышал меня?
Он как раз выключил чайник и обернулся.
– О чем конкретно?
Он потянулся за чашками, которые, как знала Софа, стояли на верхней полке.
Девушка не выдержала и устремилась к нему. Подошла и порывисто обняла со спины.
Где-то Софа слышала выражение, что секс меняет все в отношениях парня и девушки. Это на самом деле так. Взять ее. Она как будто разом смелее стала, откровеннее. Руки сами тянулись к нему, губы сами искали его кожу, слова сами срывались с языка, даже те, которые раньше она не решилась бы произнести вслух.
Сердце заранее было не на месте. Оно колотилось где-то в горле, мешая дышать, мешая думать, мешая подбирать правильные слова.
– Если ты пойдешь на встречу с Толиком и его дебильными друзьями, я... – Софа судорожно сглотнула. Ком подкатил к горлу, сдавил, не дал договорить. Но она выдавила: – Я перестану с тобой разговаривать. Валид, я серьезно.
Она выпалила условие и почти сразу же почувствовала, как напряглась его спина под ее щекой.
И, кажется, воздух в комнате изменился…
Валид медленно обернулся. Сначала головой.
Потом уже и корпусом.
И посмотрел на нее.
Его глаза точно закристаллизовались. И лицо… Лицо тоже перестало двигаться. Исчезли теплые морщинки в уголках глаз, исчезла мягкость, которая еще минуту назад там блуждала. Осталась только ровная непроницаемая маска. Точнее… Софа настолько была растеряна и взвинченна одновременно, что ей было сложно охарактеризовать то, что она видела. Но внутри нее все похолодело.
– Сядь.
Валид указал на стул.
Софа мотнула головой.
– Ты слышал меня? – Кажется, она повторялась.
– Сядь, Софа.
От его тона морозец покатился по позвоночнику. Софа не могла припомнить случая, чтобы он с ней разговаривал подобным тоном.
Слишком спокойным, слишком ровным.
И таким… Чужим. Да… Будто она только что перешла некую черту, которую никогда ни при каких условия нельзя было переходить.
Разумная мысль вспыхнула в воспаленном мозге Софы и исчезла.
У нее невольно поджались босые пальцы на ногах.
Софа с противным скрежещем звуком отодвинула стул и села на него.
– Скушай конфету, Софа. Ты их любишь.
– Да не хочу я конфет, Валид! Я…
Он чуть заметно вскинул руку на уровне своей груди раскрытой ладонью к Софе, призывая ее замолчать.
Она замолчала. Как-то разом.
Она повысила голос, а это, наверное, зря.
Софа метнула взгляд в сторону конфет. Да будь они неладны! Дрогнувшей рукой она взяла сразу две, развернула и по очереди запихала их в рот, почти не чувствуя вкуса.
Валид молча продолжал стоять неподалеку. Напряженные скулы четче обозначились. Ноздри носа дрогнули.
Что-то не то происходило! Совершенно не то!
Она лишь хотела поговорить о встрече, о Толике. Об его угрозе, будь он трижды неладен! А получилось… Что нахамила. Поставила условия и под конец вообще повысила голос.
Она это понимала. И в то же время как будто нет.
Удушливая волна паники накатила на Софу.
Валид намеренно сделал паузу. Софу подрывало продолжить! В голове столько всего горело! Столько слов, чтобы переубедить Валида, чтобы он послушался ее!
И он послушается. Обязательно. А как же иначе…
– Мы в отношениях, – продолжил Валид. Он не улыбался. Получается, он услышал ее? – Ты мне очень дорога. Как ни одна другая девушка. Поэтому я прошу послушать меня, Софа. И запомнить, что я скажу. Решения, касающиеся здоровья и спокойствия своих близких, принимаю я. Я несу ответственность. Это первое. Второе… Никогда не поднимай на меня голос. Хочешь что-то сказать – говори. Спокойно. Я всегда открыт к обсуждениям. И да…
Тут он сделал паузу, от которой тело Софу осыпало ледяными мурашками. Она подняла взгляд. Его лицо оставалось непроницаемым.
– Никогда мне не ставь условий.
Каждое его слово тяжелыми гроздьями осязало на плечах. Давило, пригибало к земле. Софа сидела, сжавшись, чувствуя себя еще более маленькой и глупой.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. А еще поймать абсолютно нечитаемый взгляд темных глаз.
ГЛАВА 27
– И что вы будете делать с квартирой?
Зоя, как обычно, зрила в корень.
– Жить я там буду и дальше, – буркнула Софа, нервно поглядывая на часы. Стрелки ползли невыносимо медленно.
Сегодня была та самая пресловутая пятница. Софа не то чтобы места себе не находила…
Места себе она не находила всю эту неделю, а сегодня нервозность и оглушающее чувство вины, дурости и еще всего остального достигли апогея.
Ее потряхивало. Мелкой, противной дрожью, которую невозможно было унять ни чаем, ни попытками взять себя в руки.
Валид… Они не виделись с ним все эти дни! Ни разу не говорили. Не посмотрели друг другу в глаза. Не обсудили то, из-за чего поругались. Не расстались же, правда?..
Стоило только об этом подумать, как слезы подкатывали к горлу.
Она держалась всю неделю. Улыбалась девчонкам, зубрила лекции. Отчаянно делала вид, что у нее все отлично. Все просто замечательно.
Внутри же все кипело, бурлило, разъедало изнутри, как кислота.
Девчонкам она не рассказывала по той причине, что боялась сорваться и погрузиться в собственные невеселые мысли. Она решила, что несколько дней воздержится. Ей не хотелось признаваться в собственной глупости, а также слышать их охи, ахи и советы, которые она все равно не сможет выполнить.
Она же уже успела немного узнать Валида! Его характер с восточной кровью и непоколебимыми принципами. Она знала, что он слов на ветер не бросает. Как и то, что ультиматумы для такого характера как красная тряпка для быка.
И еще. Она-то о чем думала! Брякнула условие… И какое?! Валид что, мальчик сопливый? «Я перестану с тобой разговаривать…» Собственные слова набатом звучали в ушах, били по затылку, не давая спать по ночам. Софа сотню раз пожалела о сказанном. Как у нее вообще язык повернулся такое сказать? На каком таком дурацком эмоциональном подъеме ее понесло?
Да уж, поистине секс меняет все… И голову женщинам ликвидирует напрочь. Точнее, мозги. Вышибает их напрочь, оставляя вместо них какую-то кашу из гормонов, страхов и желания немедленно что-то сделать, сказать, потребовать.
И ведь Софа все видела о Валиде… Замечала. И такое брякнуть…
Сколько всяких разговоров было про мужчин с кавказской кровью! Что у них во главе семьи – пусть в их случае будут отношения! – стоит мужчина. Что он принимает решения, и уж тем более не стоит истерить или пытаться прогнуть его. А она?.. Сопля недоделанная и туда же полезла.
Софа металась и сжирала себя живьем. Она прокручивала в голове тот разговор снова и снова и каждый раз находила новые и новые доказательства собственного идиотизма.
Вся неделя для нее выдалась невероятно трудной. Она каждый вечер нервно ждала Валида. Прислушивалась к звукам подъезда, вздрагивала от каждого шороха. И каждый вечер ее ждало разочарование.
И вчера у них почти был шанс. Точнее, у нее.
Вчера он приезжал…
Она как раз стояла у окна и смотрела во двор.
Снова…
Она ждала его. Смотрела на пустую улицу, на редких прохожих, на качели, которые раскачивал ветер.
И не поверила своим глазам, когда увидела въезжающую во двор знакомую машину.
Пульс зашпарил с бешеной силой. Ударил в голову. Кровь прилила к лицу, окатила шею, грудь.
Софа встрепенулась. Сорвалась умываться, причесываться. Он не должен видеть ее заплаканной! А она как раз вдоволь наревелась.
В ванной она первым делом схватила расческу и суматошно начала расчесывать волосы. Хотела же их помыть! А сейчас что?! Одни сосульки!
Она схватила резинку и быстро собрала волосы в хвост. Дальше в ход пошли прохладная вода, зубная паста и тональник.
Софа действовала максимально быстро. Она не собиралась заставлять его ждать. Дверь в ванную она оставила распахнутой, чтобы не дай бог не пропустить звонок или стук в дверь. Каждый звук в подъезде заставлял ее вздрагивать, сердце подпрыгивало и замирало.
Она выбежала в коридор и привалилась к стене. Дышала часто, поверхностно.
Где он?..
Ну где?..
За то время, что она провела в ванной, он должен был уже подняться. Софа провела взмокшими ладонями по бедрам.
Тишина… За дверью не раздавалось ни звука.
Софа на негнущихся ногах подошла к окну. Каждое движение давалось с трудом, будто ноги налились свинцом. Она выглянула во двор.
Машины Валида не было.
То место, где она стояла минуту назад, пустовало. Только асфальт, только тень от тополя…
Он уехал…
Она рухнула на кровать и проревела полночи.
Вывод напрашивался сам.
Валид приехал и не поднялся к ней! Он передумал…
Не приедет он и сегодня.
У нее внутри истерика не просто клокотала. Она билась о нее снова и снова, не находя выхода! Хотелось кричать, биться головой о стену. Хотелось бежать к нему, сейчас же, в ночь, по темноте, не разбирая дороги.
Много чего хотелось…
Девчонки заметили ее опухшие глаза. Не заметить их было крайне сложно. Они утащили ее в кафе и сначала вроде как начали с нейтральных тем. Но опять же касающихся ее.
Сначала квартира.
А потом…
– Мы поругались, – не выдержала Софа. Голос дрогнул, сломался. Она посмотрела на каждую из подруг и спрятала лицо в ладонях, сдерживая рыдания. Плечи затряслись.
– С кем…
– С Валидом?..
– Как?..
– Из-за чего?
– Нет, подожди-ка… Соф…
Она понимала, что кафе не лучшее место, чтобы выказывать свои эмоции. Посетители за соседними столиками оборачивались, кто-то с любопытством, кто-то с раздражением. Она и так крепилась множество дней.
– Нет, вы не понимаете. – Она всхлипнула, отчаянно пытаясь унять дрожь в руках. Пальцы тряслись так, что она не могла удержать салфетку.
Девчонки переглянулись.
– На.
Лена сунула ей в руки стакан с яблочным соком. Софа кое-как его удержала, потом поднесла к губам и начала жадно пить. Она пила, а горло не смачивалось. Сок лился куда-то в пустоту, не принося облегчения.
Три пары глаз выжидающе на нее смотрели.
Она начала рассказывать. Об ушлепке сыночке, который снова появился на горизонте, чтобы ему провалиться сквозь землю. Про то, как Валид отвез ее к себе. Про то, что между ними было все-все, смолчала.
А вот свой косяк расписала в подробностях. Слово за слово – и полилось. Про условие, про то, как он смотрел на нее тогда на кухне, про его ледяное спокойствие, от которого душа леденела.
Девчонки переглянулись. Снова.
– Не смертельно ты его оскорбила…
– Брякнула… С кем не бывает.
– Он появится! Обязательно…
– Вы не понимаете, – начала она снова.
Лена встала и обняла ее.
– Ты знаешь его адрес. Ты всегда можешь к нему прийти.
Эта мысль намертво засела в ее мозгу.
***
Софа не думала, что когда-то еще ей предстоит стоять у этой двери.
Она нажала на дверной звонок.
Тетя Наташа открыла через минуту со скрещенными на груди руками.
– Явилась...
– Тетя Наташа, я не хочу ругаться. Я...
– А тебя мать не учила здороваться? Учительница тоже мне называется! Заслуженный педагог... Тьфу! А собственную дочь элементарным правилам приличия не научила!
Софа сцепила пальцы, впиваясь ногтями в кожу.
Пусть говорит... Есть такой тип людей, пока они всю гадость не вывалят, не успокоятся. Надо молча выслушать, и только.
– Зачем явилась? Шмотки твои я тебе все собрала еще в прошлый раз. Или ты решила назад попроситься? Учти, такой халявы, как раньше, не будет. Будешь платить...
Большего бреда Софа не слышала. Как она сдержалась и не выпалила все, что думает о «доброте и гостеприимстве» тети Наташи, вопрос. Она сжала зубы, закусив щеку изнутри.
– Тетя Наташа, Толя дома?
У женщины на лице промелькнуло удивление.
– Зачем он тебе?
– Так он дома?
Софа стояла на своем.
– Нет, уехал.
– Понятно.
Софа развернулась, но тетя Наташа схватила ее за кисть.
– А ты что-то знаешь?
Софа замялась и оглянулась. Взгляд метнулся в сторону лестницы.
– Нет.
– Ты что-то в прошлый раз говорила про валюту. – Малахова прищурилась и ее глаза стали маленькими и подозрительными. – Я ведь у него спрашивала. Думала, я промолчу, молча поведусь на твою ложь?
– Я вам не врала.
Софа попыталась выдернуть ладонь, но, на удивление, тетя Наташа держала крепко.
– Что ты знаешь про моего сына?
Голос тети Наташи изменился. Стал ниже, вкрадчивее.
– Ничего... правда.
– Но ты же пришла сюда сегодня! – Глаза женщины блеснули тревогой.
– Я хотела с ним поговорить.
– О чем?
– Неважно.
Не будет же она говорить матери, что ее сын собирался похитить девушку? Что он угрожал, хватал, тащил в машину? Что он чудовище, которого надо бояться, а то и изолировать от общества?
– Софка!
– До свидания, тетя Наташа!
– Неблагодарная... вся в...
Софа не дослушала, побежала к лестнице. Летела вниз, держась за перила. Спустилась на пролет и сразу к квартире Валида. Застыла перед дверью, разглядывая знакомый номер. Может, за то время, что она разговаривала с тетей Наташей, он вернулся домой?
У нее были ключи. Он не забрал. Они лежали на дне рюкзака и напоминали, что у нее все еще есть доступ к его жизни. Но войти без приглашения... Нет-нет, тем более после ссоры.
Она боялась думать, что может войти, а там...
Дальше она обрывала себя и начинала ругать с большей силой. Мысли бежали по кругу, загоняли в тупик, выворачивали наизнанку.
Она такая еще глупая! Ей расти и расти до Валида. Но она вырастет. Обязательно. Лишь бы помириться с ним.
И найти его.
Она нажала на звонок. Палец задержался на кнопке дольше обычного. Вдруг Валид в душе, вдруг не слышит? Глухой звонок раздался за дверью. И дальше тишина. Никто не спешил к ней.
Ни шагов, ни звуков, ни шороха.
Софа уперлась головой в дверное полотно. Прохладный дерматин, пахнущий пылью и временем, прижался ко лбу.
Сто процентов она зря паникует. Он просто задержался на работе. Или с пацанами в клубе. А может, в баре…
Не знала она, где он!
Софа провела ладонью по носу. Ладно… Ладно… Все будет хорошо. Чуть позже снова к нему придет. Надо было вчера, как и порывалась.
Она вышла из подъезда и поежилась. Похолодало. Ветер поднялся. Рвал листья с деревьев, кружил их в невеселом танце. Погода менялась, «бабье лето» с теплыми деньками и вечерами заканчивалось. Побаловало и достаточно. Софа запахнула куртку, подняла воротник.
Сделала несколько шагов и… рухнула на лавочку, положив руки на колени. Пальцы мелко подрагивали, пришлось руки сжать в кулаки. А если Валида здесь подождать? Она посмотрела на небо. Тучи набежали… Дождь возможен. В подъезде ждать тоже не вариант. Значит, позже придет.
И дверь ключом откроет!
Она шла, никого не замечая вокруг. Мысли снова и снова крутились вокруг Валида и темных делишек Толика. «Сыночка-корзиночка» вел себя нагло, уверенно. Кто мог за ним стоять? Она терялась в догадках. Он не смахивал на того, кто мог вести какие-то важные дела. Душонка у Толика была трусливой, мелкой, как у крысы, которая громко пищит и бежит при первой опасности.
Софа не заметила, как свернула к дому. Ноги сами принесли, сами выбрали путь. А там…
Валид!..
Он стоял у своей машины. Рядом с ним примостились еще две машины с полностью тонированными стеклами… И парни в черных кожанках и джинсовках.
Но все оказалось вторичным.
Приехал... Он к ней приехал! На Софу такая слабость накатила, что ноги перестали ее держать. Она даже покачнулась. В груди разорвалось что-то огромное, светлое, долгожданное. Слезы хлынули из глаз.
