Текст книги "Драконова Академия. Гексалогия (СИ)"

Глава 33

Я опустилась и подобрала одну несчастную чешуйку, потом – еще одну. Непонятно зачем. Я могу их тут до конца вечера собирать, здесь все было в этих чешуйках, вот только почему-то руки у меня задрожали, и губы тоже. Я резко поднялась, сжимая кулак, опомнилась только, когда ладонь полоснуло болью.

Кто это сделал и зачем?!

Понятно же, кто. Макс на обед пришел последним, мы с Хитаром к тому моменту уже минут пять играли в гляделки. Точнее, играл он, а я витала в облаках. Думала о том, как снова надену платье с историей.

За дверь я вылетела с такой скоростью, что мне могли позавидовать драконы в боевой форме. Наверное. Не знаю. Но по настроению я точно была как дракон в боевой форме, поэтому ворвалась в комнату брата, невзирая на правила приличия.

– Эй! А что, если бы я был голый?!

– Благодаря тебе голой теперь буду я! – Я сунула ему под нос ладонь с чешуйками. – Ты это сделал?!

– Что это вообще?! – он нахмурился.

– Ну да, конечно! Мое платье ты в глаза не видел и знать не знаешь, что произошло!

Темные глаза Макса сверкнули:

– Не поверишь, но да! Плевать я хотел на твое платье и в чем ты пойдешь. Да хоть вообще без платья иди!

– Что здесь происходит?! – похоже, орали мы так, что привлекли внимание Хитара, потому что архимаг шагнул в комнату. Я подавила желание сказать обо всем, что здесь происходит: с Максом я сама как-нибудь разберусь.

– Ничего.

– Ничего. А это что?

Равен дернул меня за руку с такой силой, что чуть ее не оторвал. На ладони алело пятнышко крови (кажется, я порезалась чешуйками) и перевел взгляд на Макса.

– Ленор считает, что я покромсал ее платье.

От архимага повеяло холодом.

– А это не так?

– Разумеется, нет!

– Ленор, – мне кивнули на выход, и сейчас я даже не стала сопротивляться. Мне было горько и обидно. Очень обидно за платье, которое было ни в чем не виновато: ни в том, что делала или не делала бывшая владелица этого тела, и уж тем более ни в обиде злого мальчишки, который решил таким образом мелочно мне отомстить.

Заглянув в мою комнату, архимаг помрачнел: остатки платья ему не понравились тоже. Впрочем, уже в следующее мгновение он кивнул на задвинутые в угол коробки.

– Пойдешь во втором наряде.

– Нет!

Я рявкнула это так, что у меня зазвенело в ушах, пришлось тут же добавлять:

– Имона создавала образ под это платье, и…

– Предложи другой вариант, Ленор, – в голос архимага вливался металл. – Мы не успели позаботиться о твоих нарядах заранее, а вот Люциан Драгон предусмотрительно прислал сразу два варианта, на твой выбор. Поэтому в каком платье ты пойдешь, не имеет значения. Одевайся.

– Мы точно не можем заказать что-то еще?

Взгляд Хитара врезался в меня, как буравчик.

– Чем тебе так не угодил второй наряд? – не дожидаясь ответа, он подошел, рванул верх коробки и вытащил золотое платье. – Не вызывающий. – Оценил. – Более чем достойный. Я бы сказал, гораздо более выгодный, чем…

Он опустил взгляд, замолчав: очевидно, вспомнил, что предыдущего в целом состоянии не видел.

– Так чем тебе не угодило это платье, Ленор?

Тем, что его прислал Валентайн Альгор. Я представила, как говорю это вслух, и как архимаг Равен разогревается до температуры эпицентра ядерного взрыва. Поняла что к этому не готова и взяла платье из рук дяди.

– Ничем.

– Вот и ладно. Одевайся, если нужна помощь, я пришлю Тирину.

– Не нужна, – ответила я, и спустя несколько мгновений осталась одна. Один на один с платьем Альгора.

По сути, вариантов у меня действительно не осталось. Да, наряд прислал Валентайн, но я ведь выбрала другой. Я выбрала тот, что прислал Люциан! К тому же, Валентайн все равно не узнает, что я его надела: Люциан говорил, что это семейный ужин, на котором я буду представлена его отцу, значит, посторонние лица исключены. Никаких посторонних и потусторонних архимагов, исключительно свой, родной. С которым уже мало-мальски налажен контакт и даже есть относительное, пусть даже слегка напряженное, взаимопонимание.

Образ получился совершенно другой. Не знаю, как это вообще вышло – ведь макияж и прическа остались прежними! Но в платье Валентайна я выглядела… откровенно чувственно – возможно, за счет открытой спины, а может быть, потому что знала, от кого оно.

Из вредности надела драгоценности Люциана, вот просто из вредности! Но туфли все же пришлось надевать те, которые прислали с платьем, иначе я выглядела как ожившее солнышко, вся в золоте и сверкающая. Конечно, под этот образ больше подходили драгоценности от Валентайна, и я, после долгих раздумий, лишила себя браслета и изящного колье. Серьги картину совершенно не портили, металла в них были тонкие нити, больше того – за счет камней-араилов, будто раскаляющихся на солнце, они вот так необычно, но все же вписались в образ.

Когда я, наконец, разобралась со всем, с чем пришлось разбираться, взгляд снова упал на платье. То, которое я должна была надеть. Осторожно опустившись, я собрала кусочки ткани, сложила их в коробку. Вот что мне мешало сделать так перед тем, как я ушла на обед?! Конечно, коробка Макса вряд ли бы остановила, но рыться в моих вещах – это уже совсем другое дело: времени занимает больше, да и опаснее, может кто-то войти. Например, та же Тирина.

У-у-у, зла на него не хватает!

Как он вообще его разодрал? Если никакое оружие на рэды не действуют.

Магией, Лена, магией. Здесь привычнее орудовать магией. В любой ситуации. Бросил какое-то заклинание – и привет, платье. Точнее, пока.

Когда я начинала об этом думать, злилась еще сильнее, поэтому закрыла коробку, задвинула ее и все мысли о случившемся подальше. После ужина у меня с Максом тоже будет разговор, а пока…

– Тэри Ларо! Вас… тебя ждут внизу, с минуты на минуту откроют портал… – Тирина осеклась. – Тамея, какая же ты красивая!

– Угу, – буркнула я, поднимаясь.

– Тебе что, не нравится? – искренне расстроилась девушка.

Да нравится мне, все нравится. Единственное, что мне не нравится – так это то, что платье нравится Альгору и, видимо, он уже представлял меня в нем. Или без него. Тьфу, Лена!

О чем ты опять думаешь?!

Тряхнув головой, улыбнулась:

– Очень нравится. Просто волнуюсь перед выходом.

– Еще бы! Я бы наверное как в обморок упала, так и лежала, без шевеления. Но какая же ты все-таки счастливица! Люциан Драгон такой красавчик… ой!

Тирина покраснела.

– Простите. Прости… я побежала. Тебя там ждут уже. Спускайся быстрее, – выпалив все это на одном дыхании, смущенная девушка скрылась раньше, чем я успела ее остановить и сказать, что все в порядке. Просто она озвучила мнение большинства в нашей Академии.

Расправив складки на платье, я вышла из комнаты и спустилась вниз. Стоило Максу увидеть меня на лестнице, как он демонстративно отвернулся, а Хитар нахмурился.

– Ты долго. Вот-вот откроется портал.

– Но я же успела, – хмыкнула я.

Мужчины были одеты во фраки, но если опекун выглядел как Джеймс Бонд на пенсии, то Максу такой наряд явно не нравился. Он умудрился подвернуть рукава и теперь вертел в руках запонки. Ослабил галстук и явно не прочь был бы от него избавиться. А заодно и от меня – едва наши взгляды встретились, Макс скривился и резко крутанулся на пятках, только чтобы на меня не смотреть.

Очень нужно!

– Максимилиан! Запонки! – рыкнул дядя. – Немедленно приведи рукава в порядок.

Все как обычно.

Если бы не было так необычно. Я собираюсь на ужин к королю-дракону, будучи невестой принца, его младшего сына, а старшего мне надо отловить, чтобы поговорить с ним о темной магии, которая в Даррании под запретом. Причем так, чтобы об этом никто не узнал. Всего-то.

– Открывается портал! – предупредил Хитар.

Мне не хватало сумочки, смартфона или хотя бы Эвиль, но зачем здесь сумочка и смартфон, если прическа держится как влитая, макияж не течет, а общаться мы будем за королевским столом, куда нас сопроводят. Стоило мне об этом подумать, как в холле перед глазами что-то сверкнуло. Дядя коснулся своего браслета, и на моих глазах искорка стала разрастаться, превращаясь в разрыв пространства. Я уже видела окруженный сиянием великолепный холл, раскрывающийся высоченными стенами, вдалеке переливалось красками витражное окно.

Дядя подал мне руку, и, стоило порталу достичь устойчивого состояния, мы шагнули вперед. Следом за нами – Макс.

Встречали нас несколько парадно одетых слуг, в темно-бордовых ливреях, и Люциан. Люциан: как всегда небрежно-прекрасный, на этот раз в отливающем сталью костюме. Я успела только подумать, что в том платье рядом с ним смотрелась бы на удивление гармонично, как за спиной уже схлопнулся портал. Стоило нам войти, как зрачки принца расширились – скользнув по мне восхищенным взглядом, он шагнул к нам.

– Архимаг. Тэри Ларо. Тэрн, – на Макса он едва взглянул, поднося мои пальцы к губам.

Его ноздри шевельнулись, а потом он развернул мою руку ладонью вверх и коснулся даже не успевшего толком затянуться пореза губами. И кончиком языка – от этого прикосновения сквозь ладонь током ударило во все тело.

Я бы отпрыгнула, но рядом стояли родственники и слуги.

– Люциан, не сейчас, – произнесла еле слышно, глядя ему в глаза.

– Вы восхитительны, тэри Ларо, – негромко произнес он. Я бы сказала, очень низко, настолько «уронив» интонации, после падения которых внутри просыпается уже что-то звериное. Скользнул пальцами по порезу, легко, будто играючи – и золотая магия, согрев кожу, растаяла. Не оставив и следа саднящей ранки.

– Добрый вечер. – Низкие, рычащие интонации, от которых кровь стынет в жилах, а после разгорается до состояния жидкого пламени.

Мне показалось, что я ослышалась, потому что Валентайна Альгора не могло здесь быть. Его здесь не должно было быть! Тем не менее это именно он сейчас вышел из ближайшей арки коридора и медленно направлялся к нам.

Да я бы лучше голой пошла, если бы знала, что он здесь будет!

Хорошо хоть мысли мои читать не может, и то ладно. Или может? Потому что холодный взгляд стекает с моего лица на плечи и грудь, а после отражается в холодной усмешке. Поверить не могу! Просто не могу поверить!

– Что он здесь делает? – шиплю я раньше, чем успеваю себя остановить.

Взгляд Люциана темнеет, а я просто… не представляю, в окно его выкинуть готова! Альгора, разумеется.

Ненавижу его! Как же я его ненавижу!

– Вы сегодня особенно очаровательны, – произносит он, приблизившись, и добавляет: – Тэри Ларо.

Я делаю вид, что его не существует. Да, отличная идея!

– Проводишь меня на ужин? – спрашиваю у Люциана, в глазах которого раскаленный огонь. Кажется, именно мой голос заставляет его опомниться, потому что он предлагает мне руку, и я с радостью ее принимаю. Успеваю поймать недоумевающий взгляд опекуна – судя по всему, он решил, что зря потратился на услуги объясняющего нам с Максом этикет. Как же круто, что Люциану тоже плевать на этикет, и что он меня поддерживает!

Потому что именно по его жесту слуги дружно разворачиваются вслед за нами, и после вот такого немного смазанного приветствия мы все дружно направляемся к лестнице. Первыми идем мы с Люцианом, следом – дядя и Макс, далее – Валентайн, замыкают шествие слуги.

– Что вас связывает? – почти шипит Люциан, в точности так же, как только что шипела я.

– Не сейчас, хорошо?

– Не сейчас? А когда? Я видел, как ты на него смотрела. И как он смотрел на тебя, – я чувствую, как пламя в его глазах темнеет – ну очень нехороший признак, и даже рука под моими пальцами, кажется, раскаляется изнутри: так, что вот-вот начнет тлеть одежда.

– Мне совершенно без разницы, как он на меня смотрит, – здесь я почти не кривлю душой. – Или ты предлагаешь выколоть ему глаза?

Люциан приподнимает брови, а я думаю, не откусить ли себе язык и не выплюнуть ли его в ближайший темный угол. Потому что я действительно нервничаю. Я не просто нервничаю, я на взводе!

– Отличное предложение. Лучше выжечь, – неожиданно произносит Драгон с такими интонациями, что я чуть не поперхиваюсь на ходу.

Вот теперь я не просто на взводе, я почти в панике.

– Пожалуйста, давай не будем портить друг другу вечер, – произношу на удивление спокойно даже для себя. – Я просто хочу провести его с тобой, все остальное подождет.

Рука перестает разогреваться, но мне нужно срочно что-то придумать, чтобы оно и дальше так оставалось. Мне действительно нужно просто не обращать внимание на Валентайна, сделать вид, что его не существует. Да, я надела его платье, но, во-первых, я надела его вынужденно, а во-вторых, платье – это подарок. Что бы он там себе ни писал и ни придумывал, это неважно. Захотел отправить мне подарок – чудесно. На этом все.

Лестница, по которой мы поднимаемся, самая что ни на есть замковая. Здесь ступени в длину только метра четыре, если не больше. Перила тоже каменные, по обе стороны от лестницы – гобелены. На одном сражение драконов, темные и сверкающие золотом тени мечутся в располосованном пламенем и тьмой небе. Внизу полыхает земля.

Честно признаюсь, я бы у себя дома такое вешать не стала, но это и не мой дом. Поэтому просто интересуюсь:

– Сколько зим этому замку?

– Более двух тысяч.

– Сколько?!

– Мой предок построил его в честь победы в войне с темными. Заложил родовое гнездо, так сказать, – голос Люциана смягчается, когда он рассказывает историю своей семьи, – в мирное время на мирной земле. Это – напоминание о том, что было.

Он кивает на гобелен.

– А это – о той, кто нас создала.

На противоположной стене – гобелен с изображением Тамеи. Мы уже достаточно высоко поднялись, поэтому сейчас я вижу ее лицо – красивые, крупные черты. Светлые волосы подхватывает ветер, на губах улыбка. В раскрытых ладонях в золотом пламени рождается дракон. Разгораются золотом крылья, мощное чешуйчатое тело отражает свет магии.

– Удивительно, – говорю я, и Люциан чуть замедляет шаг.

– Почему?

– Потому что драконы были рождены драконами, но принимая такую форму, они отказываются от человеческой.

– Возможно, в этом и суть, – раздается рядом знакомый голос.

– А вы разве не должны идти ниже, архимаг? – резко интересуется Люциан.

– Я никому ничего не должен, тэрн-ар. Особенно вам, – Валентайн усмехается, – а вот удовлетворить любопытство вашей невесты могу вполне. Нам всегда приходится делать выбор. Принимать в себе человеческую или драконью суть.

– Вам как раз не приходится. Темные драконы способны возвращаться в человеческую форму.

– Вы интересовались темными драконами, тэри Ларо? Похвально. На моем предмете наверняка будете получать высшие баллы.

Нет, ну что я там говорила? Отгрызть себе язык и выплюнуть в темный угол. Хотя лучше отгрызть его Валентайну.

А-а-а-а-а-а!

Рука Люциана под моей снова становится каменной, и камень это нагревается, как, наверное, раскаляется изнутри вулкан.

– Но, если уж говорить откровенно, да – мы обладаем такой особенностью. Мы действительно способны совершить оборот и вернуться. Вопрос в том, какими. И кем.

– Напомните, как вы вообще здесь оказались? – Люциан почти рычит.

Я пытаюсь погладить его по руке кончиками пальцев, но сейчас он этого даже не замечает.

– Я назначил вашему брату дополнительную тренировку, – комментирует Альгор. Чтобы смотреть на Люциана, мне нужно смотреть и в его сторону, поэтому я вижу все ту же насмешку, снисходительное высокомерие во взгляде и что-то очень странное в глубине светлых глаз. Темные искры, каждая из которых вспыхивает в такт моему пульсу: удар сердца – вспышка. – И он был настолько любезен, что пригласил меня разделить с вами ужин – от лица вашего отца, разумеется.

Все его слова звучат как издевка. Все эти «любезности», «от лица вашего отца». Он назначил Сезару тренировку – огнем в памяти вспыхивают слова Лики о том, что Валентайн его тренирует, учит обращаться с темной магией. Каким-то образом он узнал о том, что я буду представлена Фергану, и сделал все, чтобы тоже оказаться на этом ужине.

Тут бы впору хвататься за голову, но перед нами уже распахивают двери, ведущие в без преувеличения огромную залу. Через эти двери спокойно может пройти дракон, и именно он бросается мне в глаза в первую очередь.

Дракон.

Отец Люциана.

Или попросту его наисветлейшество Ферган, возвыщающийся над залом на несколько метров с высоты своего драконьего роста.