Текст книги "Драконова Академия. Гексалогия (СИ)"

Глава 28

– Ма-ам, мам, а мы завтра поедем на ярмарку?

Залитая солнцем улица раскрашивает город яркими красками: точно так же, как и деревья за оградой – в золото, багрянец и охру. От радости поет сердце, особенно когда мама наклоняется ко мне и улыбается.

Она хочет ответить, но меня словно чья-то рука выдергивает из памяти, на ту же самую улицу, только сейчас я стою перед домом с Люцианом Драгоном, пытаясь унять бешено бьющееся сердце и понять, что это только что было.

Воспоминания Ленор?!

– Ну и лицо у тебя, Ларо, – хмыкает Драгон, а потом касается панели, чем-то напоминающей управление браслета-артефакта. Он расположен на кованой металлической решетке, справа от ворот, и стоит принцу до него дотронуться, возникает похожая на Эвиль голограмма. Только в отличие от Эвиль, он строго смотрит на нас, после чего произносит:

– Тэрн-ар Люциан. Тэри Ларо. Добро пожаловать.

Щелкает размыкаемый контур, и ворота медленно, как автоматические ворота в фильмах про английских аристократов, открываются. Мы идем по дорожке, вымощенной камнем, справа и слева – ухоженный, только-только начинающий желтеть газон. В зеленых травинках едва ли есть два-три песочных островка, но все холеное, чистое, ухоженное. Живая изгородь, повторяющая металлическую, подстрижена в форме морды дракона справа, в форме туловища и хвоста – слева.

Стоит нам приблизиться к двери, подняться по отшлифованным каменным ступенькам, как снова раздается щелчок размыкаемого контура. Навстречу нам уже спешит мужчина, одетый как в том же кино про английских аристократов. Правда, в фильмах обычно черный фрак и белая рубашка, здесь все наоборот. Видимо, тоже как-то связано с темной историей Эрда и Лозантиром: чем меньше черного, тем лучше.

– Тэрн-ар, – почтительно склоняется мужчина, глядя на Люциана. Потом, снисходительно и как-то мельком смотрит на меня: – Тэри Ларо, ваш дядя отправился за вами лично.

Только этого мне еще не хватало.

– Что ж, в таком случае мы с удовольствием его подождем, – произносит Люциан, проталкивая меня в холл.

Огромный, как в загородных домах популярных инстаблогеров. Проблема в том, что я хорошо помню этот холл: здесь Ленор прощалась с родителями. Здесь она видела их в последний раз. Это настолько оглушает, что я на миг замираю. Замираю от странного тянущего чувства в груди, будто из меня выкачали весь воздух. Будто это мне, а не ей, больно здесь находиться. Но ведь такого не может быть!

В реальность я возвращаюсь под пристальным взглядом Драгона, он смотрит на меня изучающе, а я понимаю, что совершенно неподобающе залипла на пороге собственного дома. Больше того, даже не пригласила его войти, вообще никак не отреагировала на дворецкого и в целом веду себя так, как если бы оказалась здесь в первый раз. Что, впрочем, недалеко от истины.

Вот только откуда тогда эти странные чувства?!

– Проходите в гостиную, тэрн-ар, – положение спас дворецкий. – Я распоряжусь подать вам джмерг. Или, может быть, хотите ранха?

– Благодарю, но лучше Ленор покажет мне дом. Правда, Ленор?

– Правда, – я ответила раньше, чем успела подумать.

Вот что я ему покажу, а? Впрочем, стоять истуканом перед дворецким мне тоже не особо хотелось. Особенно когда он снова мазнул по мне взглядом и поджал и без того тонкие губы, превратившие его лицо в маску надменности. Которая мгновенно сошла, стоило ему снова взглянуть на Люциана.

– Разумеется. Как пожелаете, тэрн-ар. Я доложу архимагу Равену, когда он вернется, что вы наш гость.

Люциан кивнул, и дворецкий испарился, а я глубоко вздохнула. Очень-очень глубоко.

– Знаешь, я не думаю, что…

– Пойдем к тебе, Ларо.

Это прозвучало так откровенно провокационно, что все мысли из моей и без того переполненной драконьей информацией и общими правилами поведения в новом мире головы вылетели. Что касается Люциана, у него все звучало провокационно, но сейчас – особенно. Потому что с пристального его взгляд сменился на очень знакомый, от которого бросало в жар. Может, у меня просто в присутствии драконов температура поднимается? Надо будет уточнить этот момент.

– Ты же хотел экскурсию по дому, – напомнила я.

– Не думаю, что у тебя найдется чем меня удивить, – выдал драконопринц. Очень в своем стиле. – В смысле, тем, что есть в этом доме. А вот кое-чем другим…

Я бы покраснела, но в случае с Люцианом краснеть замучаешься.

– Да, у меня отличный иммунитет против озабоченных драконов. Это тебя удивляет?

– Ты главное магией не дерись больше.

Что? А когда я дралась?

«В туалете», – подсказало сознание. Как-то разом выхватило эпизод, когда меня отшвырнуло от Люциана. Я почему-то думала, что это у него что-то пошло не так, когда он пытался меня удержать, а выходит, не так пошло у меня. Причем насколько я поняла, это было что-то спонтанное, как перед балом. Два раза спонтанной светлой магии против одного раза темной, получаем очень странную загадку Ленор Ларо.

А ведь в меня еще кто-то огненным шаром запустил. Или не в меня?

Цепочка непрекращающихся мыслей дала Драгону стратегическое преимущество:

– Ты сегодня на удивление задумчивая, Лен, – произнес он, и я вздрогнула.

Когда он называл меня этим именем, во мне что-то переворачивалось, но главное, чтобы ничего не перевернулось в нем, и он ничего не понял. Поэтому вместо попыток спровадить Люциана куда подальше, я схватила его за руку и потащила к лестнице. Огромная, из темного дерева, она раздваивалась и уводила вправо и влево. Оставалось понять, куда идти мне. Вправо или влево. На второй или на третий этаж.

Где может находиться спальня Ленор?

Наверняка, не на третьем этаже, на третьем обычно спальни не делают. Или делают? А-а-а-а! Понятия не имею! Я никогда не жила в таких домах. Здесь одна ваза в нише между этажами наверняка стоит, как вся квартира тети Оли в пересчете на местную валюту, то есть на магию, а покрытые лаком перила…

Меня остановили так резко, что я чуть не споткнулась, собираясь шагнуть на ступеньку. Развернули, крутанули – и вот я уже прижимаюсь спиной к задрапированному дереву, рядом с вышеобозначенной пузатой вазой на постаменте. Что касается Люциана, он упирается ладонями по обе стороны от меня и находится непростительно близко.

– Ты действительно собираешься показать мне свою комнату? – спрашивает одними губами.

– Ты же этого хотел? – приподнимаю брови.

– Если я скажу, чего я хотел… – он касается пальцами моих губ, проводит по ним с нажимом, – тебе это не понравится. А может быть, очень понравится. Ты сегодня странная.

Да, я сегодня странная, потому что у меня первый вечер дома, который не мой дом! Как же все сложно! Как же мне хочется хоть кому-нибудь об этом рассказать, чтобы не сходить с ума в одиночку, но…

Валентайну я уже рассказала.

При мысли о Валентайне меня подбрасывает изнутри, а чувственные ощущения – ощущения его бесстыдных ласк заставляют сжать кулаки. Ну уж нет! Я не буду о нем думать. Особенно – в таком ключе.

У меня теперь вроде как парень есть.

По-настоящему.

Осознание этого сначала оглушает, а потом накрывает меня с головой, как падение с края – когда несколько коротких секунд я парила в воздухе, а потом оказалась у него на руках. В его руках. Оно ворвалось в меня, как тот поцелуй – спонтанный, неистовый и совершенно искренний. Не знаю, что я там думала про то, что Люциан Драгон не может запасть на Ленор Ларо, но тот поцелуй точно был настоящим. Я помню.

– А ты проверь, – говорю я, глядя ему в глаза. – Расскажи.

– Ты не просто странная, – отвечает он уже хрипло. – Ты сегодня совершенно. Аномально-ненормальная.

– Вот как? – Я кладу ладонь прямо ему на грудь. Чувствую, как удары отдаются в мои пальцы и ускоряются. Совершенно необъяснимым образом это меня заводит: это пьяняще-сладкое чувство, осознавать, что я завожу его. По-настоящему.

Драгон перехватывает мою руку, сжимает кольцо пальцев на запястье.

– Доиграешься, Ларо, – говорит совершенно низким, рычащим голосом. Золото в его глазах сгущается, сначала темнея, а потом раскаляясь. Раскаляясь, как его взгляд, обжигая мои губы за мгновение до того, как он впивается в них своими.

Это не первый наш поцелуй, но он для меня первый по-настоящему. Я просто впиваюсь пальцами в сильные плечи, касаясь напряженного рта кончиком языка. Легко, дразняще, игриво. Для меня это так остро, как и для него: глухое рычание, идущее из груди, отдается во мне дикой, животной вибрацией. Его ладонь накрывает мою грудь, второй он впечатывает меня в себя с такой силой, что через ткань брюк я чувствую, насколько действительно его завожу.

– Сосаться валите в комнату. А то я на вас насмотрюсь, и что мне прикажете делать?

Мы отрываемся друг от друга резко и в то же время медленно. Я просто теряю этот поцелуй и, хотя Люциан по-прежнему удерживает меня за талию, могу запрокинуть голову. Перегнувшись через перила на площадке второго этажа, ухмыляясь, на нас смотрит темноволосый темноглазый парень.

Мой брат.

Вот же…

– Дожил до стольки лет и до сих пор не знаешь, как пользоваться руками? – это выдал мой «жених».

– Вероятно, стоит взять пару уроков у тебя, – ухмыльнулся братец.

Я подавила желание закатить глаза и кашлянула.

– Простите, что я здесь. Вас оставить на несколько минут для обмена бесценной информацией?

– Не-ет, – совершенно не смущаясь, Люциан притянул меня к себе, собственнически устраивая ладонь у меня на бедре.

Парень хмыкнул, оттолкнулся от лестницы и исчез в недрах второго этажа, а я вздохнула и осторожно убрала ладонь, тепло которой ощущала даже сквозь платье. У светлых драконов основная магия – магия жизни, исцеляющая, поэтому после полета в туалете я не ходила с сотрясением мозга. Именно об этом тепле я подумала, когда убирала драконопринцеву ладонь от себя.

Да-да. Именно об этом.

– Стесняешься братика? – понимающе усмехнулся он.

– Не стесняюсь. Но, знаешь ли, для меня это слишком.

– Знаю, я бы тоже не смог при Сезаре.

На этот раз я поперхнулась воздухом: кажется, запас шуточек Люциана на эту тему безграничен.

– Тогда показывай свою комнату, – судя по его взгляду, в моей комнате собирались продолжить начатое.

– Дядя меня убьет, – предупредила я.

– За убийство невесты принца полагается смертная казнь, – отмахнулся Люциан. А я смотрела на него и понимала, что, наверное, все-таки слегка тронулась умом, потому что действительно не против продолжить. Не против снова почувствовать его губы на своих и повторить эти новые для меня ощущения.

Внизу раздались шаги, и ощущения мгновенно испарились. Хлопнула дверь, являя миру архимага Равена, который вовсе не выглядел довольным. Правда, уже в следующий момент произошла стыковка архимаг-дворецкий, а спустя мгновение дядя поднял взгляд и наткнулся на нас. Честно говоря, под таким взглядом я не была уверена, что его остановит смертная казнь.

Что касается Люциана, он, очевидно, уверен был. Как и всегда: всегда и во всем уверен, потому что сейчас сжал мою руку и с явной неохотой развернулся к лестнице, ведущей вниз.

– Пойдем.

Мы пошли.

Дворецкий снова исчез, а вот Хитар стягивал перчатки с таким видом, будто собирался швырнуть их в меня.

– Благодарю, что предупредила о смене своих планов, Ленор, – это прозвучало резко и холодно. – Меня развернули на полпути к точке твоего выхода, потому что портал из Академии закрылся.

– Это все моя вина, архимаг, – с глубочайшим чувством сожаления произнес Люциан. Так, что я рот открыла: помимо яркой внешности и раздутого до размеров разжиревшего дракона самомнения, принц, оказывается, обладал еще и выдающимися актерскими талантами. – Я посчитал, что Ленор не стоит идти общим порталом – преимущественно, ради ее удобства, и забыл предупредить вас. Приношу свои извинения.

Что?!

ЧТО-О-О?!

Я на всякий случай посмотрела на потолок: не разверзнется ли, являя миру одраконевшую от такого поворота событий Тамею. Что касается меня, я уже одраконела, и дальше было просто некуда.

– Извинения принимаются, тэрн-ар, – уже чуть менее прохладно произнес дядя, – но на будущее учтите, пожалуйста, что пока Ленор находится под моей опекой, я обеспечиваю ей тот уровень комфорта, который считаю нужным. Что привело вас в мой дом?

– В первую очередь, хотел чуть дольше побыть со своей невестой. Ну а вторая причина – хотел лично пригласить вас на встречу с моим отцом. Он планирует познакомиться с Ленор послезавтра, и я полагаю, поддержка родственников ей не повредит. Ваша и ее брата.

Вот теперь дядин взгляд уперся в меня.

– Ты приглашена на встречу с Его наисветлейшеством, Ленор? И я узнаю об этом только сейчас?

– Тяжелая неделя, – за меня снова ответил Люциан раньше, чем я раскрыла рот. Судя по тому, что дядя абсолютно не удивился, здесь было в порядке вещей общаться при мне за меня. – Очень насыщенная. Первые занятия, плюс наша помолвка… думаю, Ленор просто было не до этого. Не так ли?

Я подавила желание наступить ему на ногу, вспомнила, что я – Ленор, и мило улыбнулась.

– Так.

– Что ж, полагаю, это вполне уместно, – хмыкнул архимаг. – И вне всяких сомнений, я благодарен за ваше приглашение. Разумеется, мы будем. Все вместе.

– Вот и чудесно. Мы ждем вас к шести. Для вас будет открыт прямой портал с нашей стороны, чтобы вы не тратили время на дорогу.

– Превосходно. Вы останетесь поужинать с нами, тэрн-ар?

– С удовольствием, – Люциан посмотрел на меня ну очень многообещающе.

– Отлично. В таком случае я распоряжусь подать джмерг ко мне в кабинет, пока накрывают на стол, а Ленор переодевается к ужину.

Ленор оставалось только хлопать глазами и кивать. Ленор. Не мне! Которая в курсе, что по всем законам, в том числе и межмировым, женщины имеют право голоса и могут сами разобраться, когда им переодеваться к ужину, равно как и отвечать за себя! Поэтому, когда Люциан не без сожаления выпустил мою руку, по лестнице я взлетела в считаные секунды. Даже не задержавшись ни на мгновение, подхватила оставленную у постамента с вазой сумку с вещами, поднялась на второй этаж. Судя по наличию Макса, той наглой ехидны мужского пола, его комната здесь. Насчет комнаты Ленор могут быть вопросы, но, чем быстрее я ее найду, тем лучше.

Конечно, в таком доме найти свою комнату гораздо сложнее, зато есть одно неоспоримое преимущество: здесь пустынно. Можно ходить и заглядывать везде, и никто тебе ничего не скажет. А если кто-нибудь случайно увидит, скажу, что я просто… что-то выронила, и оно у меня под дверь закатилось. Вот, например, кольцо!

Стянула помолвочное кольцо, посмотрела направо, налево – и пошла налево. Открыла первую дверь и увидела абсолютно пустую комнату. Здесь даже мебели никакой не было, просто обои с виньетками. Во второй мебель была сдвинута в центр и накрыта тканью. В третьей обнаружились музыкальные инструменты, судя по состоянию, в полном расстройстве. Я как раз взялась за следующую ручку, когда услышала:

– Я нашел твою Соню, не-Ленор.