Текст книги "Его несносная училка (СИ)"
Автор книги: Марина Дианова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)
– Дай мне водки, – услышала я из-за двери голос Артема, который не вовремя пришел в себя. И вновь отборный мат, правда уже в два голоса.
– Аль, – услышала я голос Димы, – неси иголку.
Сорвавшись с места я достала швейный набор и как великую ценность понесла шелковую нить. Дима смотрел на меня с непонятным восхищение, а Артем осоловелым взглядом.
– Ты вытащила шелковую нить? – уточнил Дмитрий, глядя на вдетую нить в иголку.
– Да. Я хотела помочь, – почему-то стало стыдно за свой порыв.
– Давай обычную нитку, – попросил Дима, а я почувствовала себя настоящей дурой. – Эта, боюсь, не выдержит массу нашего потерпевшего.
Я вдела обычную нитку в иголку, с интересом наблюдая за тем, как Дима погружает иглу в спирт, а затем, рвано выдохнув, начинает скреплять края раны.
Маша нервно расхаживала по комнате, стараясь не смотреть на происходящее, а я напротив внимательно следила за движениями мужчины. Было что-то завораживающее наблюдать за тем, как иголка переставала ходить ходуном, а волнение отходило на второй план. Дима был максимально сосредоточен на действии.
– Вроде все, – сказал Дима, обрезая конец нитки, но врачу все равно стоит показаться и курс антибиотиков прокапать, потому что водка не убивает все бактерии.
– Все равно спасибо, – слабо простонал Артем, устало прикрывая глаза. Маша бросилась к нему, начиная хаотично покрывать лицо поцелуями.
Дима поднялся со стула, оттопыривая руки в стороны, чтобы не запачкать все вокруг.
– А я? Я заслужил поцелуй? – лукаво поинтересовался он, как хищник приближаясь ко мне.
– Поцелуй? – вроде как с сомнением протянула я, делая шаг на встречу. – Думаю здесь можно не ограничиваться одними поцелуями.
Я с удовольствием обвила шею мужчины и приподнимаясь на носочках с удовольствием поцеловала.
– Все-таки тогда, у универа, я был прав, – неожиданно произнес Артем. Видимо адреналин схлынул и алкоголь взял верх. – ну тогда, когда выбивал из тебя дурь. Ты и правда имел на нее виды, а теперь, смотри-ка, воспользовался моментом.
– Ты о чем? – я отстранилась от мужчины, выглядывая из-за мощной спины.
– А ты не знаешь? – пьяно засмеялся Артем, а Дима напрягся всем телом. Я чувствовала под руками напряженные мышцы, словно кто-то натянул пружину до предела. – Десять лет назад мы с ребятами накостыляли вот этому типчику, потому что он ходил и облизывался на тебя. Я думал ты в курсе была?
– Облизывался? Дим, я чего-то не знаю?
– Вы учились вместе. Он был аспирантом, а ты – студенткой. И я как-то раз увидел вас вместе, вы куда-то шли, а он смотрел на тебя… ну как на кусок мяса, с таким вожделением. А потом мы с парнями устроили ему темную. Вроде он после этого уволился из универа.
– Вы сделали что…? – переспросила я, начиная вспомнить свой второй курс и молодого аспиранта, который часто замещал у нас Давида Муравича, учителя мировой истории.
– Аль, но ведь смотри как все сложилось, – ответил Артем.
– Мне пора, – сказал Дима, высвобождаясь из моих объятий. – До встречи, Альбина Львовна. – Он поцеловал меня в лоб, оставляя с пьяным бывшим и его новой девушкой, которая смотрела на меня с сочувствием.
Дима ушел, а я не успела его остановить. Вещи испачканные в крови остались лежать в моей комнате, а я почувствовала глухое разочарование: от слов Артема, от того, что Дима сбежал и от Маруси, которая в принципе бесила меня своим присутствием в моем доме.
– Завтра с утра вас не должно здесь быть, – я вышла из спальни, натыкаясь на внимательный взгляд голубых глаз. – Можешь воспользоваться ванной и найти в холодильнике ужин, но утром вы должны покинуть мой дом.
– Спасибо, Альбина Львовна, – прошептала девушка, прежде чем я скрылась в комнате.
Скинув одежду, я по-новой перестелила постель, а едва голова коснулась подушки начала крутиться в кровати. Неожиданно показалось, что эта постель слишком велика для меня одной.
Я стала прокручивать в голове воспоминаний о своей учебе в университете. На втором году обучения нам стал преподавать молодой аспирант – Дмитрий, или просто Дима. Он только недавно закончил магистратуру и ему доверили вести историю у нашей группы.
Я тогда только начала встречаться с Артемом, поэтому никого вокруг не замечала: ни парня одногруппника, ни мальчишку из кафе, ни Диму. Я была влюблена и парила от этой любви. Дима был худым и нескладным, казалось, переходный возраст несколько запоздал потому что на его лице появлялись прыщи, а руки были непропорционально длинными – как у подростка. Он занимался со мной дополнительно, но об этих уроках я просила сама, потому что история была моим слабым местом.
Почему я не узнала его? Почему он не напомнил, а сделал вид, что мы не знакомы? Сотни вопросов роились в голове и не на один не было ответа. Одно сплошное зачем, да почему.
Уснула я с изнеможённая своими внутренними метаниями, а проснулась я еще более разбитая чем засыпала. Из кухни был слышан звук льющейся воды и тихие голоса.
Решив, что пора выставлять непрошенных гостей, я решительно поднялась с кровати и направилась в сторону кухню.
– Артем, давай помогу, – вздыхала Мария, помогая своему ненаглядному справиться с трясущейся в руке чашкой.
– Спасибо, – он покорно принял помощь, начиная пить из рук девушки. Умиленная картиной, я остановилась на пороге, не решаясь идти дальше.
Мария замерла, словно кролик увидевший удава.
– Доброе утро, – поздоровалась я, проходя в кухню и включая чайник. – Как вы себя чувствуете?
– Спасибо за помощь, Аль, – сказал Артем, утирая рот полотенцем. – Мы помним твое наставление и уже покидаем твой дом.
– Не торопись, приведи себя в порядок. – неожиданно даже для самой себя сказала я. – Что с вами случилось?
– Попали в передрягу, – отмахнулся Артем.
Дождавшись пока закипит чайник, я заварила чай и поставила две кружки – одну для себя, другую для Марии.
– Не заставляй меня выбивать из тебя правду, – добавив суровости в голосе, попросила я.
– Хорошо, – Артем оперся спиной на стену и устало прикрыл глаза. Он был все так же бледен, но выглядел все-таки лучше чем вчера. – Мама Маши попала в сложную ситуацию, вложила деньги от своего имени в фирму двоюродного брата, а он, как оказалось, был тем еще аферистом. Получив чуть более полутора миллиардов от разных инвесторов, он скрылся с денежками на Каймановых островах.
– Но за такое не стреляют, – логично предположила я, делая первый глоток чая.
– Да, но оказалось, что все не так просто. Парень пусть не аферист, но не дурак, чтобы проворачивать такие махинации в одиночестве. Половина полученных средств были переданы Мише Черному, а тот уже организовал подпольную лабораторию по изготовлению синтетического наркотика который сейчас стал заполонять рынок. Поверь, по побочкам он сильнее чем героин, но торкает от него не по детски.
– А причем здесь ты? Причем здесь моя фирма?
– А твоя фирма, – он выделил слово «твоя» – имеет выход на Мишу Черного, потому что по многим проектом мы являемся пантерами.
– С наркодиллером? – с сомнением протянула я.
– Поверь, Черный крайне многогранная личность. Мне нужен был доступ к нему, однако, – Артем не весело усмехнулся, – он нашел меня раньше. Ты можешь возвращаться. Больше «ИндасЛогистик» мне помочь ничем не сможет. Мы с Машей завтра же соберем вещи.
– Не торопись, – сказала я. – Закончи то, что начал.
– Черный уже вычислил нас, поэтому нам пора уходить в подполье и вести партизанскую войну. Я не просто так приехал вчера к тебе. У меня больше нет людей, которым бы я мог доверять. Каждый полицейский в этом городе куплен, потому что такой поток товара пропустить нереально, каждый врач куплен, потому что последствия от приема этого наркотика колоссальные, а они закрывают на все глаза. Мне правда некому больше доверять.
– Хорошо, – я кивнула, принимая его слова. – Поступай как знаешь, но до конца года я не вернусь. У меня работа.
– Если честно, до нашей вчерашней встречи, я был уверен что ты где-нибудь на Бали.
– Ох поверь, сколько раз я собиралась отправиться к морю, но моя новая работа не подразумевая командировок.
– И где ты работаешь? Переметнулась к конкурентам на зло мне? – усмехнулся Артем, но как-то по доброму.
– Брось, – отмахнулась я. – Моя работа тебя вряд ли впечатлит.
– Поверь, после того, как я узнал где ты живешь, я ничему не удивлюсь, – демонстративно Артем обвел взглядом маленькую кухню с невысокими потолками.
– Я работаю в школе. Учителем, – усмехнувшись глядя на вытянутое лицо, сказала я.
– Ого… А ты полна сюрпризов. Ты работаешь с ним? – даже не называя имен было понятно о ком говорит мужчина. Разговаривать о Диме с Артемом не хотелось, поэтому я просто кивнула. – Мне жаль, что вчера так получилось.
– Тебе не жаль, – я отставила пустую чашку, бросая взгляд на примолкшую Марию. – Ты говорил это целенаправленно, стараясь задеть побольней, но я рада, что ты это сказал.
– Ты его правда не помнила?
– Нет, – я собрала посуду со стала и составила в раковину. – Откуда? Он очень сильно изменился.
– Да, – протянул бывший. – Я тоже не сразу признал в этом бугае того доходягу.
Отвечать я не стала, лишь молча стала смотреть в окно. Солнышко лениво выглядывало из-за туч. Утренняя серость и убогость раздражала, но я все равно продолжала любоваться видом на соседнюю многоэтажку.
– Спасибо тебе, Аль, – неожиданно сказал Артем, поднимаясь со стула. – Ты спасла мою жизнь.
Я прикрыла глаза принимая его благодарность и извинения, что не были произнесены, но читались между строчек.
Маша тоже поблагодарила за гостеприимство и он вместе с Артемом покинули мой дом.
Казалось бы, дом пуст, посторонние ушли, но от чего так тяжко.
Стараясь привести голову в порядок я с энтузиазмом принялась за уборку, однако мысли раз за разом возвращались к Диме. Пару раз я даже пробовала ему позвонить, но злая тетя на том конце провода говорила, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.
Кровь убиралась откровенно плохо; либо я не привыкла к такому труду, либо я что-то делала не правильно, но диван оказался окончательно испорчен и годился только на помойку, а на паркете остались капли, которые въелись в дерево, даже не смотря на лак. Плюнув на уборку, я упала в ближайшее кресло, с сожалением осматривая разруху, оставленную после незваных гостей.
Звонок в дверь был неожиданностью. Надеясь, что Дима вернулся и можем с ним поговорить, я бросилась к двери сразу открывая. На пороге стояла женщина в униформе клининговой фирмы, услугами которой мы часто пользовались пока жили с Артемом, и два бугая.
– Хозяйка, держать тяжеловато, – простонал один, с трудом удерживая огромный диван известной дорогущей фирмы – Пропустишь.
– Да, – я посторонилась, освобождая проход. Мужчины ловко маневрируя занесли диван, а старый забрали с собой, лишь уточнив, что все: и подъем и вынос уже оплачен.
А вот женщина из клининговой фирмы качала головой и посматривала на меня с опаской – еще бы, весь пол залит кровью, а диван, как место преступления, только что вытащили два здоровенных мужика.
Решив не переубеждать, я вернулась в спальню и стала готовиться к завтрашнему учебному. Что-что, а работу никто не отменял.
Лишь спустя три часа ко мне заглянула уборщица, прощаясь и отчитываясь о результатах проделанной работы. Удостоверившись, что квартира сверкает, я отпустила и ее, разглядывая мужской костюм висящий у меня на сушилке.
8.
Этого понедельника я ждала. Вчерашние попытки связаться с Димой не увенчались успехами: он все так же оставался вне зоны действия сети, поэтому утро понедельника я встречала во все оружия. Для начала надо было просто поговорить, объясниться. Хотя что объяснять? «Ты прости, что я не признала в успешном красивом мужчине того доходягу, который давал мне уроки истории.» Или как это должно звучать?
Перебрав десяток платьев и костюмов, я остановила свой выбор на юбке-солнышке чуть ниже колен и светлой блузке, которую удачно скрывал пиджак. Оставшись довольна своим внешним видом, я направилась на работу, в ставшую любимой школу.
Первым делом я поинтересовалась у охранника, не появился ли директор, но тот лишь отрицательно покачал головой. Решив, что ничего страшного не произошло, я направилась в учительскую, где было слишком пустынно. Тратить время на ерунду не стала, решив заняться тем, что не успела сделать в пятницу – заняться журналами, однако я все время отвлекалась на посторонние звуки, надеясь что Дима придет и предложит кофе.
Не пришел. Не предложил.
Отложив последний журнал, я почувствовала разочарование.
День не задался.
Первый урок был у одиннадцатого класса, поэтому, подхватив классный журнал, я направилась на урок.
Дети, привыкшие ко мне за этот месяц, уже перестали испытывать на прочность, покорно соглашаясь с моей манерой ведения урока. Да что там говорить, у меня получалось их заинтересовать, однако, зачастую, этого было не достаточно и приходило подтверждать свой авторитет.
Войдя в класс я сразу почувствовала негативную атмосферу, направленную против меня. Удивленно изогнув бровь, я прошла к своему столу, не сразу замечая глянцевый журнал.
– Альбина Львовна, – сказала Полина Домасева, одна из задир класса, – Я многое слышала про нынешнюю систему образования, но попасть в школу через постель – это нонсенс.
– Что? – я удивленно приподняла брови, собираясь разразиться гневной речью, но тут мне на глаза попался глянцевый журнал, с аккуратненькой закладочкой. Полина, как и остальные, внимательно следили за моей реакцией, но ее не последовало. Я просто отодвинула журнал и стала вытаскивать из сумки учебник и проверочные работы.
– Прошу вас, садитесь, – сказала я, стараясь говорить твердо и уверено. Как я могла забыть со всеми этими переживаниями о журналистах. Наверняка написали какую-нибудь ерунду в которую поверят только такие необременённые лишним умом личности, как Полина. Конечно, отзываться так о собственной ученице нельзя, но, буду откровенна, она и правда не отличалась умом и сообразительностью и до одиннадцатого класса протянула только потому, что знала с кем правильно сесть и у кого списать. – Проверка домашнего задания и проверочная работа. Староста, раздай пожалуйста, – попросила я смешливую Розу, старосту класса.
– Альбина Львовна, – вновь встряла Полина. – Так это правда про ваш роман с директором?
– Домасева, тебе больше заняться нечем, кроме того, как собирать сплетни? – недовольно протянула я.
– Не, ну нормально? – воскликнула он. – Тут вся школа изнывает от любопытства, а она мне рот закрывает!
– И правильно делает, Домасева, – дверь в мой кабинет открылась и на пороге стоял взбешенный директор, который смотрел на одиннадцатиклассницу как на врага народа. – Альбина Львовна, можно вас на минуту?
– Да, – я строгим взглядом обвела класс, намекая, чтобы сидели ниже травы.
– Я не стал тебя просить при классе, но ты не могла бы зайти ко мне после урока, надо поговорить, – попросил он, вновь становясь тем мужчиной, который за один вечер свел меня с ума.
– Конечно, Дмитрий Анатольевич, – согласилась я, глядя на недовольно поджатые губы. – Домасева, я все слышу, – крикнула в я приоткрытую дверь.
Кивком попрощавшись, директор стремительно скрылся за поворотом, а я, тяжело вздохнув, вернулась в кабинет. Сегодня я была плохой училкой – никаких послаблений одиннадцатому классу у меня не было, лишь сухая констатация фактов, и в связи с этим многие из моих любимчиков завалили проверочную работу, ляпая ошибки даже в самых простых заданиях. А с каким удовольствием я выводила двойку на работе Домасевой… мелочно, но что поделать – такова наша женская суть.
После звонка, я подхватила классный журнал, прикрывая им глянцевый, и поторопилась в учительскую.
За прикрытыми дверями, пока никто не видит, я открыла журнал и стала с интересом рассматривать снимки с бала. Нам с Димой был отведен лишь маленький, сантиметра два, уголок, в самом низу страницы, зато фотография Марии и Артема красовалась по-центру, и это, если честно, меня несколько задело, потому что мы смотрелись не менее гармонично.
– О, смотрю ты уже видела? – в учительскую вошла Лена, заглядывая ко мне через плечо. – Как все прошло?
– Замечательно, – призналась я, захлопывая журнал и стремительно направляясь на первый этаж в кабинет директора.
Дима расхаживал по кабинету, недовольно хмурясь, но увидев меня устало улыбнулся.
– Я думал ты не придешь, – признался он, подходя ближе. – Боялся, что ты сочтешь меня за маньяка, который десять лет преследовал свою жертву и вот наконец добился.
– А ты маньяк? – уточнила я, облокачиваясь на стол и скрещивая руки.
– Нет, – усмехнулся он.
– Тогда в чем проблема?
– Я хотел объясниться?
– В чем? – я старалась сдержать улыбку, потому что это было чем-то крайне сюрреалистичным. Вроде как это я хотела просить прощения и объясняться, а сейчас это делает он?
– Мы и правда были знакомы десять лет назад, я преподавал, а ты была одной из студенток, и да, я как и многие в нашем универе, сходил по тебе с ума. Влюбился без памяти. Только вот ты не обращала внимания ни на кого, бежала к своему Артему. А потом… потом я решил действовать, пригласил тебя на свидание, может помнишь…
– Мы ходили в кафейню и пили какао, – вспомнила я единственный раз, когда мы занимались ни в кабинете.
– Да, – подтвердил Дима. – Пили какао. А после этого меня поймал твой парень и объяснил, что не хорошо это, заигрывать с чужой девушкой. Я посыл понял и ушел из универа, перевелся и закончил аспирантуру в другом месте, стараясь выкинуть тебя из головы. Поэтому у меня был ступор, когда я увидел тебя на пороге своего кабинета и видят Боги, я не хотел тебя нанимать, но что-то противное зудело у меня в подкорке и я не мог так просто тебе отказать.
– Ты нанял меня, чтобы доказать что-то себе? Или мне? – спросила я то, что тревожило меня сильней всего.
– Доказать? Ты думаешь я все это сделал только для того, чтобы забраться тебе под юбку?
– Ну не знаю, – его слова успокоили, но я все равно не стремилась расслабляться.
– Альбин, я не хотел в принципе с тобой пересекаться, однако… Вчерашний вечер доказал, что я все еще сопливый мальчишка, пускающий слюни на красивую девочку.
– Значит это не было уловкой, чтобы завлечь меня в свои сети? – чуть отодвинувшись от стола, поинтересовалась я.
– Почему же? – усмехнулся он, сокращая между нами расстояние. – Именно на это и был расчёт.
– Ну вот, я в твоих сетях. Что будешь делать? – с улыбкой спросила я, глядя на расширяющиеся зрачки.
– Поверь, за те года, что я сходил по тебе с ума, я представлял себе тысячу и один вариант, чего бы мне хотелось с тобой сделать. – И в противовес своему тону, он наклонился ко мне и нежно поцеловал.
Целовал долго и со вкусом, стараясь наверстать все то, что упущено за эти годы, а я была рада, потому что так целовать мог только тот, кто по-настоящему этого ждал.
Эпилог
Папа сегодня был не в духе. Он расхаживал из угла в угол своего кабинета и смотрел на меня чуть прищурившись.
– В смысле ты не вернешься в «ИндасЛогистик»? Я для кого столько времени выстраивал огромный холдинг? – ревел отец, стараясь не смотреть на меня. – Я убью твоего Диму, – неожиданно взбесился папочка, начиная размахивать руками. – Я… Тут… для нее… Иш что задумала. В школе она останется! НЕТ! – отрезал отец, глядя поверх меня, на дверь.
– Папа, – приподняла я очередную попытку к примирению. – Мне нравится работать в школе, – начала гундеть я, стараясь надавить на жалость.
– Нет! Ты вернешься в «ИндасЛогистик» и займешь место генерального директора, а то эти дармоеды совсем расслабились без руководства. Вот год у тебя закончится и ты вернешься туда, где тебе место.
– В «ИндасЛогистик»? Папа, – решилась я раскрыть карты. – Ты знаешь, я слышала, постоянные нервотрепки могут плохо сказаться на ребенке.
– Каком еще ребенке? – вспылил отец, – Тебе тридцать лет, ты уже давно не ребенок, – сказал он, но поняв, что речь идет совсем не обо мне, обескураженно опустился в широкое директорское кресло. Ни так уж он и стар, сможет еще десяток лет порулить огромным холдингом. – Ребенок? – уточнил он, глядя на меня слезящимися глазами.
– Да, – я чуть пожала плечами, словно говоря, что я не виновата. – Даже Дима еще не знает, – открыла самую страшную тайну. – Срок еще очень маленький.
– Маленький… – эхом сказал отец, с блаженной улыбкой глядя на меня. – Маленький! У нас будет ребенок?
– Ну не у нас, а у НАС, с Димой. – Поправила я отца, но было приятно наблюдать за его сумасшедшей радостью на лице. Казалось, про все разногласия из-за которых на меня орали битый час забыты и теперь самое главное – это маленькое чудо поселившееся моем животе.
– Маленький, – блаженно протянул он, наверняка надеясь на мальчика, который больше будет интересоваться хоккеем, карате и конным спортом, чем непутевая дочь.
Ну что сказать, наше с Димой «наверстывание упущенного» принесло свои плоды. Целый месяц мы вели себя как подростки, целовались и зажимались по всем углам, сходили с ума от прикосновений и занимались любовью как кролики, часто забывая о мерах предосторожности, хотя какие меры предосторожности могут быть, если Дима не редко руководствовался принципом: где поймал, там и взял?
Да и я была не лучше. Видимо влюбленности и правда отупляет, однако увидев на тесте две полоски я была рада. Искренне рада.
И вот, после посещения женской консультации, я была срочно вызвана на ковер к отцу, который отчитывал ни в чем не повинную меня. А я, если честно, особо не слушала того, что он мне говорил, потому что в маленьком кармашке в сумке лежало первое фото моего ребенка.
В частой консультации я встретилась с Марией. Она, уже довольно с большим животом, ждала своего приема. Кивнув друг другу головами, мы разошлись по разным сторонам. Что поделать, бесить меня она никогда не перестанет.
Я знала, что они засадили за решетку ни только Мишу Черного, но и двоюродного брата матери, с которого, собственно, и началась вся авантюра. Поженились и, судя по всему, ожидают прибавления в семействе.
Зато впереди меня ожидало самое страшное: сообщить новость Диме. Я не знала, как он отнесется к незапланированной беременности, однако хотела сделать все красиво.
С Димой мы стали жить вместе, едва признались друг другу в чувствах. Ему очень пришлась по душе моя квартира из-за близости к школе, поэтому именно туда мы и переехали. Я молчала про еще одну квартиру, загородный дом и недвижимости за рубежом, потому что чувствовала, что Дима явно с трудом принимает тот факт, что его девушка состоятельнее него, а он не абы кто – директор. Мне запрещалось платить, а все расходы Дима пытался взять на себя, но все равно, нет-нет, я замечала его взгляд, когда возвращалась после шопинга домой.
Вообще, за эти пару месяцев нашего сожительства, пару раз возникали трудности, которые плохо сказывались на наших отношениях.
Однажды, после трудового дня, мы лежали в кровати; я готовилась к предстоящим урокам, а Дима копался в ноутбуке, при этом вид у него был самый что ни на есть недовольный.
– Все в порядке? – поинтересовалась я, откладывая свои заметки. Дима снял очки и раздраженно потер переносицу.
– Не знаю. Финансирования не хватает. Тех, кто после бала оказал нам поддержку оказалось слишком мало. Дотаций не хватает.
– Тебе не хватает денег? – с улыбкой уточнила я, но спохватившись вновь сделала серьезное лицо.
– Да. Мы не можем обеспечить всю школу компьютерами и закупить новые интерактивные доски в классы. Придется чем-то жертвовать.
– Ну хочешь, я дам тебе денег? Ты сможешь закупить и компьютеры и доски? – поинтересовалась я, но предложение не было встречено энтузиазмом, напротив, Дима разозлился и сказал, чтобы я выкинула эти мысли из своей головы.
Уже позже, после обстоятельного разговора с подругой я поняла, что мое предложение подчеркивало социальную разницу между нами.
Пришлось вымаливать прощение… в том числе и на коленях.
Дима был доволен.
Но такие трудности только закаляют и мы оба вынесли из этой ситуации для себя что-то новое.
Дома я накрыла стол, поставила свечи, одела красивое платье и белье и стала ждать своего мужчину. Дима пришел как по расписанию, ровно через десять минут после окончания рабочего дня.
– Ммм, – протянул он вдыхая запах, а потом подавился воздухом стоило мне выйти из кухни при полном параде. – У нас праздник, а я об этом забил?
– Проходи, – я не стала отвечать, лишь лучезарно улыбнулась.
Чуть встревожившись Дима сел за накрытый стол и стал прожигать меня взглядом.
Я сидела напротив и неспешно выкладывала в тарелку салат и запечённую рыбу.
– Дим, – я передала мужчине тарелку, но он даже не притронулся к еде. – Я люблю тебя, – сказала я гладя в глаза мужчине.
– Я тебя тоже, но, если честно, ты немного пугаешь меня. Все в порядке?
Я опустила руку под стол и достала пакет, в котором лежал мой подарок.
Дима все так же недоверчиво засунул в него руку и вытащил футболку.
– Что это? – поинтересовался он, не торопясь разворачивать.
– Посмотри сам, – улыбнулась я.
Развернув футболку, Дима долго вглядывался в надпись, а после подскочил, подхватывая меня на руки.
– Завтра же в ЗАГС, уже столько времени мечтаю назвать тебя своей женой, но отговаривал, считая, что слишком рано… что я тороплюсь, но теперь… теперь ты не отвертишься.
Он стал хаотично покрывать мое лицо поцелуями, а футболка с надписью «Я скоро стану папой» выпала из рук.
Дорогие друзья.
Вот и подошла к концу эта история. Спасибо всем кто поддерживал ее комментариями и лайками.
Я отдыхала душой с этими героями.
Спасибо всем.
Всегда ваша,
Марина
