Текст книги "Развод. Гори в аду любимый! (СИ)"

Автор книги: Марика Мур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

Утро выдалось непривычно тихим. Без звонков, без писем, без бега по коридорам. Только кофе с ванилью и запах свежей бумаги от новой книги, которую я даже не начала читать. Я смотрела на обложку и думала: «Вот бы и в жизни было так – закрыл последнюю страницу, и всё. Конец. Спасибо за внимание.»

В дверь позвонили.

Я уже знала, кто это.

Он всегда приходит без предупреждения, но именно тогда, когда нужно.

Рома стоял в проходе, облокотившись на косяк, в классическом пальто и с тем самым выражением лица, которое я уже научилась читать: важные новости, но говорить буду спокойно.

– Привет, – сказал он и протянул мне чашку кофе.

Мой. Кофе. Из моей любимой кофейни. Чёрт, ну что за человек.

– Привет… Что-то случилось?

Он кивнул, зашёл внутрь, поставил сумку на пол и сел на подлокотник дивана.

– Всё. Бумаги поданы. Суд принял заявление. Слушание назначено. Официально: ты теперь ничем не связана с Егором. Больше никто и ничто не имеет права заставить тебя переживать на его счёт. Ни юридически, ни морально.

Я молчала. Просто смотрела на него. На этот спокойный голос. На то, как он смотрел на меня, не торопя, не требуя реакции.

Он знал, что это важно. Не громко. Не слезливо. Просто – точка. И это было лучше любых фейерверков.

– Спасибо, – только и смогла я выдохнуть.

– Не мне, Наташа. Себе. Ты дошла до сюда сама. Я просто стою рядом.

Я подошла ближе. Уперлась лбом ему в плечо. Просто так.

Он не обнял, нет.

Он лишь положил ладонь мне на затылок, чуть сжал.

– Ты свободна, Наташа. По-настоящему. И это чертовски красиво.

Мы молчали.

Но в этом молчании было всё: конец, освобождение, уважение.

И – начало чего-то другого. Необязательного. Но возможного.

Я подняла глаза и улыбнулась:

– Ну что, может, теперь у меня есть время научить тебя готовить что-то, кроме картошки?

Он рассмеялся:

– Не вздумай. Я, может, ради этого вообще в твою жизнь и влез.

ГЛАВА 28

ГЛАВА 28

Наташа

После новостей от Ромы казалось, будто воздух стал чище. Даже дышать было легче. Я могла просто жить, не оглядываясь. Но такие, как Егор, не уходят тихо. Вся грязь исчезла из сети. Исчезли заказные статьи. Исчезли намёки. А через пару часов Егор позвонил мне сам.

Я смотрела на экран телефона и не брала трубку. Потом ещё раз. И ещё. И ещё.

В итоге пришло сообщение: «Нам нужно поговорить. Я всё объясню.»

И я не ответила. Потому что мне больше нечего было слушать. Внесла его номер в чс и больше не хотела знать и слушать его совершенно.

Рома встретил меня вечером. Уверенный, спокойный, такой свой, родной.

– Он попробует ещё раз? – спросила я, когда мы шли по набережной.

– Нет, – ответил Рома без тени сомнения. – Я объяснил ему, что следующим его шагом будет суд за клевету. И не административный – уголовный. Серьёзные адвокаты. Публикация извинений. Потеря последних деловых связей.

Я смотрела на него и не могла поверить: Не крик. Не истерика. Не скандалы. Просто хладнокровная, абсолютная защита. Рома – тот человек, рядом с которым не страшно.

– Спасибо, – выдохнула я.

Он остановился, обернулся ко мне, взял за подбородок двумя пальцами, чтобы я посмотрела ему в глаза.

– Наташа, запомни. Теперь тебя никто не обидит. Никогда.

С ним я была женщиной, той которая важна и нужна, той на которую смотрят с восхищением.

***

Мы сидели на веранде его загородного дома. Тот самый, куда он привёз меня в ту ночь с шампанским и искрами в воздухе. Только теперь было утро. Лёгкий туман стелился над лесом. Кофе дымился в чашках. Всё вокруг было до боли красиво и до странного спокойно.

Я закуталась в его серый кардиган – огромный, тёплый, пахнущий чем-то, что стало для меня почти наркотиком: Ромой.

Он смотрел на меня так, как не смотрел никто. Не оценивал. Не изучал. Не ждал чего-то. Просто смотрел, как будто я – его дом. Его земля под ногами.

– Странное чувство, – тихо сказала я, обхватив кружку двумя руками.

– Какое? – он усмехнулся, лениво потягивая кофе.

– Чувство, что я больше никому ничего не должна.

Он молча протянул руку, запустил пальцы в мои волосы, медленно погладил затылок.

И в этом движении было больше любви, чем в тысячах слов.

А потом он вдруг отставил чашку и сказал серьёзно:

– Наташа, я не хочу больше, чтобы ты возвращалась туда... в квартиру, где тебя тянет назад. Я хочу, чтобы ты была здесь. Со мной. Каждый день. Каждую ночь. Я хочу строить с тобой наше завтра.

Я подняла глаза. Слова будто застряли в горле.

Всё это было так реально...

Так невозможно...

Так страшно...

И в то же время так правильно.

– Рома... – я выдохнула. – Это… это быстро.

– Быстро? – он усмехнулся и склонился ближе. – Знаешь, сколько я ждал, чтобы встретить именно тебя?

Он коснулся моего лба своим.

Тёплым. Надёжным. Настоящим.

– Я не тороплю тебя, – продолжил он мягко. – Хочешь – медленно. Хочешь – завтра. Хочешь – через месяц. Но знай: дверь всегда открыта. Для тебя. И место рядом со мной всегда твоё.

Я смотрела на него, и внутри всё постепенно растворялось: страхи, обиды, злость на прошлое.

Оставалась только одна уверенность:

Это мой человек.

Моя жизнь.

Моё завтра.

Я молча поднялась, подошла к нему, села к нему на колени, прижалась к его груди и прошептала:

– Я хочу попробовать. С тобой.

Он не ответил словами.

Он просто крепче обнял меня и спрятал своё лицо в моих волосах.

И в этом молчании было больше истины, чем в любых клятвах.

Я нашла его или он меня… Разве это важно? Точно не это.

Мы с Ромой договорились: через пару дней я начну постепенно переезжать к нему. Без драм, без истерик, без чужого мнения. Только я. И он. И наше новое завтра.

Я возвращалась домой поздно вечером. Квартира казалась мне уже чужой: как будто это не моё место, а просто промежуточная станция между прошлым и будущим.

Я только вытащила ключи, как вдруг из темноты появился Егор. Всё такой же: усталый, потрёпанный, в помятой куртке, с глазами, полными отчаянья.

– Наташ, – выдохнул он, делая шаг ко мне. – Нам надо поговорить.

Я молча сунула ключ обратно в карман. Разговор с ним был последним, чего мне хотелось.

– Не сейчас, Егор, – отрезала я.

Но он словно взбесился:

– Ты меня вообще слышишь?! Я твой муж, хоть и бывший уже, мать твою! Ты не можешь просто вот так вычеркнуть всё! Нас! Семью!

Какую, к чёрту, семью?! Ту, где я каждый день просыпалась и засыпала в одиночестве?

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут появился Рома. Спокойный, сильный, как скала за моей спиной.

Он молча встал рядом со мной, сложив руки на груди, смотрел на Егора так, что воздух вокруг будто сгустился.

– Ты тут зачем? – спросил Рома ледяным голосом.

– Это не твоё дело! – огрызнулся Егор.

– Ошибаешься. Рома сделал шаг вперёд, его голос был низким и спокойным, но за этой спокойной поверхностью кипела угроза, от которой по спине пробегал холодок:

– Здесь тебе места нет. Ни в её жизни, ни даже рядом с её дверью. Так что разворачивайся и уходи. Или я передам дело людям, которые не будут видеть в тебе человека. И поверь, тебе это точно не понравится.

На несколько секунд наступила тишина. Глухая, вязкая, тревожная.

Егор сжал кулаки, хотел что-то крикнуть, но в последний момент осёкся. Он бросил на меня взгляд – смесь боли, злобы и унижения – и, не сказав ни слова, развернулся и ушёл прочь в темноту.

Рома посмотрел мне в глаза.

– Всё хорошо, – сказал он, тихо, как будто закрепляя этот момент в вечности. – Теперь его не будет. Никогда. В этот раз я его жалеть не стану.

Я кивнула. Где-то внутри меня лопнула тугая пружина страха, которую я носила в себе столько лет. Свобода. Настоящая.

Рома взял меня за руку, переплёл наши пальцы.

– Пошли домой, – сказал он просто. – Куда? – спросила я, всё ещё не веря.

– К себе, Наташа, – улыбнулся он. – К себе домой.

И я пошла.

Не оглядываясь.

Не сомневаясь.

Эпилог

(спустя полтора года)

Я всегда думала, что счастье – это что-то большое и громкое. Что оно обязательно должно оглушать, ослеплять, заставлять сердце вырываться из груди.

Но, как оказалось, настоящее счастье – оно тихое. Тёплое. Такое, которое ты ощущаешь в каждом своём вдохе.

Я сижу на веранде нашего дома. Да-да, нашего с Ромой дома. За окнами шумит лес, пахнет смолой и свежескошенной травой, где-то вдалеке щебечут птицы.

На столе передо мной остывает чашка кофе, а рядом лежит ноутбук – работа подождёт. Сегодня я просто хочу жить.

– Ты опять зависла, мечтательница, – раздаётся за спиной любимый голос.

Я оборачиваюсь. Рома выходит на веранду босиком, в домашней футболке и с растрёпанными волосами. У него в руках две тарелки с блинами. И этот его взгляд... тот самый – когда он смотрит так, будто я единственная женщина на всём свете.

– Я думаю, что мне очень повезло, – говорю я, улыбаясь ему. – И что вкуснее блинов всё равно ничего нет.

Он смеётся и ставит тарелки на стол.

– Вкуснее есть только ты, Наташка, – подмигивает он нагло.

Я прыскаю со смеху и шлёпаю его полотенцем по животу. Он хватает меня за талию, прижимает к себе, и я буквально тонy в его тепле, в его силе, в его запахе. Дома. Рядом. Любимая.

За этот год многое изменилось. Прошлое осталось где-то очень далеко, как плохая книга, которую я наконец-то дочитала и с облегчением захлопнула.

Егор? Он пытался вернуться в нашу жизнь ещё несколько раз. Через общие знакомых, через адвокатов, даже через прессу. Но у него ничего не вышло. Рома умел ставить людей на место так, что им больше не хотелось даже пытаться.

Ольга Ефимовна? Она довольно быстро смирилась, увидев, что с новым положением не поспорить. Да и, кажется, нашла себе нового "поклонника", так что интерес к моим делам угас сам собой.

А я... Я училась быть счастливой. Училась доверять, верить, смеяться без оглядки.

Работа шла в гору. Проекты приносили радость. Жизнь цвела всеми красками.

И, самое главное – мы с Ромой строили наше «завтра» вместе.

– Наташа, – говорит он вдруг, зарывшись носом в мои волосы. – Ты же знаешь, что я тебя люблю, правда?

Я поднимаю голову и смотрю ему в глаза. И там всё, что мне когда-либо было нужно: дом, опора, нежность, вечность.

– Знаю, – шепчу я.

И где-то внутри меня рождается ощущение... Нет, не вспышка и не буря. Просто ровное, светлое пламя. Моё счастье. Моя любовь.

И знаете что? Это только начало.

Бонус-сцена

Бонус-сцена

(через несколько дней после того утра на веранде)

Все началось с того, что Рома повел себя подозрительно.

Он куда-то исчез с утра, шептался с нашими помощниками, периодически присылал мне странные сообщения: «Готовься к лучшему вечеру в твоей жизни.» «Не одевай ничего неудобного. Тебе должно быть легко.» «И не смей опаздывать. В шесть вечера. Будь у дома.»

Я недоверчиво покачала головой, но, конечно, подчинилась. Как устоять, когда твой мужчина умеет делать из обычного дня волшебство?

Шесть вечера. Я вышла на крыльцо... И застыла.

Вдоль тропинки, ведущей к лесу, горели маленькие фонарики. На ветках деревьев висели стеклянные шарики с огоньками внутри. А в самом сердце лесной поляны стояла белая палатка, увитая живыми цветами.

Музыка звучала едва слышно, лёгкая, будто шёпот.

– Пошли, – услышала я голос за спиной.

Рома подошёл и, взяв меня за руку, повёл по освещённой дорожке.

Когда мы зашли внутрь палатки, я ахнула: там был накрыт стол для двоих – лёгкие блюда, шампанское в ведёрке со льдом, и всё вокруг заливал мягкий золотой свет. На столе стояла маленькая коробочка, перевязанная красной лентой.

Я обернулась к нему. Рома стоял напротив, смотрел серьёзно и немного взволнованно.

– Ната, – сказал он негромко. – Я долго искал в жизни смысл. Деньги, власть, успех – всё это есть. Но настоящую полноту... я нашёл только с тобой.

Я не дышала.

Он взял коробочку, раскрыл её... Там было кольцо. Тонкое, элегантное, с единственным камнем – без показной роскоши, но очень красивое.

– Выходи за меня. Не потому что нужно. Не потому что так принято. А потому что я хочу строить каждый день с тобой. Смеяться, ссориться, мириться, расти вместе. Любить тебя каждую секунду жизни. Просто потому что ты – моё всё.

У меня предательски дрогнули пальцы. Я смеялась и плакала одновременно. И не выдержала – кинулась ему на шею.

– Да! – шептала я ему в ухо. – Конечно, да!

Он закружил меня в объятиях, и где-то вверху радостно мигали огоньки. А лес шептал нам свою вечную песню о новом начале.

Нашем.

Прошло ещё несколько месяцев и наша свадьба была именно такой, о какой я мечтала – тёплой, искренней и без лишнего пафоса. Никаких вычурных замков и лимузинов. Только самые родные люди, уютный загородный дом с цветущим садом и... огромное чувство счастья, которое невозможно было ни скрыть, ни сдержать.

Я стояла перед зеркалом. Белое платье было лёгким, воздушным, как облако. Волосы собраны в небрежную, романтичную прическу. На запястье – тонкий браслет, подарок от Алины. Она сама подошла ко мне, держа на руках маленькую крошку– мою внучку, крошку Ирину.

– Мам, – улыбнулась Алина. – Ты сегодня прекрасна. Ириша тоже говорит, что ты самая красивая бабушка на свете.

Я рассмеялась, обняла их обеих, бережно поцеловав внучку в макушку.

Саша подошёл, взяв Алину за плечи, – он стал по-настоящему заботливым отцом и мужем. Смотрел на них так, как должен смотреть мужчина – с гордостью, теплом и любовью.

– Всё будет хорошо, мама, – шепнула мне Алина. – Ты заслужила это счастье.

Когда я вышла в сад, где собрались гости, Рома уже ждал меня. Строгий тёмный костюм, чуть растрёпанные волосы, глаза – горящие только для меня.

Когда он увидел меня, едва заметно замер.

– Невеста всей моей жизни, – прошептал он, когда я приблизилась.

Обряд был коротким, но каким-то волшебным. Мы обменялись кольцами, и я едва сдержала слёзы, когда Рома сказал:

– Клянусь, Наташа, любить тебя так, как ты заслуживаешь. И даже больше.

После официальной части начался настоящий праздник. Смех детей, бокалы шампанского, лёгкая музыка, гирлянды в саду. Маленькая Ириша мирно посапывала в коляске, а Саша и Алина светились счастьем.

В какой-то момент я поймала себя на мысли: Боже, как же всё правильно. Как же всё именно так, как должно быть.

Поздно вечером, когда гости уже разошлись, а над садом висела огромная золотая луна, Рома обнял меня сзади, прижал к себе.

– Спасибо, что поверила мне тогда, Наташка, – прошептал он, касаясь губами моего уха. – За то, что дала нам шанс. За то, что любишь меня.

Я повернулась к нему и просто улыбнулась.

– Нам обоим это было нужно. Найти друг друга. Прожить прошлое и построить будущее.

Он наклонился и поцеловал меня – так, как в первый раз, так, будто весь мир вокруг замер.

И я знала, чувствовала каждой клеточкой:

Наша история только начинается.