Текст книги "Развод. Гори в аду любимый! (СИ)"
Автор книги: Марика Мур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
Через примерно час в дверь позвонили.
Я направилась открывать.
Саша стоял на пороге с широкой улыбкой, держа в одной руке красивый букет роз, а в другой – бутылку хорошего виски.
– Для вас, Наталья Михайловна, – он протянул цветы. – А это для Егора Марковича, к ужину.
Я усмехнулась, принимая цветы.
– О, Саша, если бы ты только знал, как ты сегодня угадал. Думаю, Егор с огромным удовольствием бы выпил.
Он приподнял брови, явно не понимая намёка.
Мы прошли в гостиную, расселись за столом.
– А где Егор Маркович? – спросил Саша, наполняя бокалы.
Я улыбнулась и ответила, ни капли не дрогнув:
– О, у него срочные дела.
И ровно в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился он. Чёрт из табакерки.
– Какие бы ни были дела, но встречу с дочерью я не пропущу. Тем более если у вас что-то важное.
Я замерла, бокал в руке застыл на полпути к губам.
Алина перевела на него удивленный взгляд.
– Ты не перепутал двери случаем, Егорушка? – голос у меня был колким, как осколки льда.
– Не перепутал, – спокойно ответил Егор, входя в комнату. – Это моя дочь и нас с тобой ждали обоих.
Я взяла бокал, медленно отпила, задержав на нем взгляд. Он, конечно, ловко делает вид, что ничего не произошло. Прямо мастер иллюзий, чертов кудесник семейных ценностей.
– Что ж, садись, раз уж пришел, – я кивнула на свободный стул. – Твой виски уже на столе. Как раз к ужину.
Он бросил взгляд на бутылку, потом перевел его на Сашу.
– Спасибо, хороший выбор, – сказал ровно.
Саша кивнул и разлил напиток по бокалам.
Алина пыталась держаться естественно, но я видела, как она внутренне напряжена. Егор, в свою очередь, включил режим заботливого отца.
– Доча, как у тебя дела? Как учеба?
– Пап, ты же знаешь, я уже не учусь. Работаю полноценно, стажировку прошла успешно. Учеба теперь на фоне и заочно.
– Ну, мало ли, вдруг решила еще на второе пойти? – он улыбнулся, будто всё у нас прекрасно.
Я откинулась на спинку стула, покачивая бокал в руках.
– А что, Егор, ты в последнее время стал сильно интересоваться образованием? Может, и сам решил поучиться? Освоить что-то новое? Ну, например… как правильно вести двойную жизнь?
Егор замер буквально на долю секунды, но тут же взял себя в руки. Бросил на меня быстрый взгляд, но голос остался ровным.
– Что за намеки, Наташ?
– О, никаких. Просто рассуждаю, так сказать, вслух.
Алина быстро вмешалась:
– Мамуль, хватит. Давайте без подколов.
– Да, пожалуй, ты права, Алиночка, – я сложила руки на столе. – Просто я человек прямолинейный, и если вижу странное поведение, всегда задаюсь вопросом: что его вызывает?
– Давай не будем портить вечер, – Егор поджал губы. – Мы здесь все-таки ради нашей дочери.
– Тогда и не порть, – бросила я ему в ответ.
Остаток ужина прошел под маской нормальности. Мы говорили о каких-то нейтральных темах – о кино, работе, даже о политике. Егор играл роль заботливого мужа и отца, но я видела его напряжение. Он понимал, что земля под ним горит, но пока ещё пытался сделать вид, что всё в порядке.
Когда Алина и Саша собрались уходить, он поднялся со стула.
– Я вас провожу.
Я скрестила руки на груди, наблюдая за ним.
– Только не заблудись по дороге, милый. Вдруг не туда свернешь.
Он не ответил, лишь сжал зубы. Но я видела – удар попал точно в цель.
Мы все стояли у входной двери.
Саша вдруг взял Алинку за руку, немного нервничая, но было видно – он на что-то решился.
– Можно буквально пару слов? – он посмотрел на меня и Егора.
– Конечно, Саш, говори, – сказала, скрестив руки на груди.
Егор кивнул, даже улыбнулся чуть-чуть, будто бы всё шло именно так, как он хотел.
Саша глубоко вдохнул и повернулся к Алине.
– Я знаю, что мы ещё молоды и у нас вся жизнь впереди, но… – он посмотрел ей прямо в глаза, – я люблю тебя, Алина. И не хочу тратить время впустую, если рядом со мной уже есть человек, без которого я не вижу своего будущего.
Алина от удивления прикрыла рот рукой.
– Ты серьёзно? Я думала мы просто официально познакомимся и скажем что решили уже окончательно жить вместе...
– Абсолютно, – он кивнул. – Я не говорю, что нам срочно надо бежать в загс. Просто хочу, чтобы ты знала – я хочу быть с тобой. Официально. Навсегда.
Я невольно улыбнулась. Хороший мальчишка. Правильный.
Егор втянул воздух, но ничего не сказал. Видно было, что его передёрнуло – дочку замуж просят, а он в этот момент теряет свой собственный брак.
Алина всё ещё была в шоке, но в глазах моей крошки загорелся свет. Она улыбнулась и обняла Сашу.
– Ты сумасшедший. Но я тебя люблю.
Он выдохнул с облегчением и крепко прижал её к себе.
Я смотрела на них и чувствовала гордость. Гордость за дочь, за её выбор, за то, что она не повторит моих ошибок.
– Ну что ж, Саша, – я посмотрела на него серьёзно. – Если ты делаешь предложение, значит, отвечаешь за свои слова.
– Да, Наталья Сергеевна, полностью.
– Хорошо. Тогда не обижай её. А то будешь иметь дело со мной.
Он улыбнулся.
– Обещаю.
Егор промолчал, но я видела, как он сжал кулаки. То ли от волнения, то ли от осознания, что мир вокруг него рушится.
Алина повернулась ко мне.
– Мам, ты правда не против? Ты говорила, что брак в двадцать – это утопия.
– Солнышко, ты уже взрослая. Главное, чтобы ты была счастлива.
Она расплылась в улыбке, обняла меня и быстро поцеловав, снова посмотрела на Сашу.
– Ну что, жених, поехали домой?
Он кивнул, и они вышли за дверь.
Я закрыла её за ними, медленно развернулась и встретилась взглядом с Егором.
– Ну что, Егор Маркович, жизнь идёт вперёд, как видишь.
Он хмыкнул, сунул руки в карманы и посмотрел на меня изучающе.
– А ты всё так же остра на язык.
– А ты всё так же не умеешь быть честным.
Он отвёл взгляд, но не ушёл.
– Знаешь, я всё равно рад за Алину. Хоть кто-то у нас в семье счастлив.
Я смотрела на него с лёгкой усмешкой.
– Не переживай, милый. Скоро и я буду.
Тишина, полная смысла.
Он не ответил. Только посмотрел на меня, будто пытался прочитать, насколько далеко я готова зайти.
Но я уже всё решила.
ГЛАВА 11
Наташа
Я пошла на кухню. Нужно было убрать со стола, проветрить комнату, занять руки чем-то, что поможет мне окончательно не сорваться.
Но, конечно же, он пришел следом.
Я услышала его шаги, но не обернулась.
Пусть. Пусть думает, что ещё может здесь находиться, что у него всё ещё есть хоть какое-то право.
Он молча взял тарелки со стола и понес их в раковину.
Я замерла на секунду, а потом резко обернулась.
– Ты что, ударился головой пока шёл сюда?
Егор хмыкнул.
– Просто решил помочь.
– Ты? Помочь? Мне? – я изогнула бровь. – Ты уверен, что не рехнулся?
– Прекрати, Ната. Давай просто спокойно…
– Нет, давай не будем! – я шагнула ближе, сверля его взглядом. – Ты здесь больше никто.
Он помолчал, стиснул челюсть, будто подавляя злость.
– Мы семья, Наташа.
– Какая семья? – я засмеялась, но в этом смехе не было ни капли веселья. – Семья – это когда рядом человек, которому ты можешь доверять. Который тебя не предаст, не соврёт, не подставит. А ты? Ты – это просто набор разочарований, ошибок и пустых обещаний.
Он перевёл взгляд на раковину, сжал пальцы в кулак, но потом быстро расслабился.
– Ты истеришь.
– Нет, милый. Я наконец пришла в себя.
Я обошла стол и встала напротив него.
– Ты ещё здесь, потому что у тебя нет выбора. Но у меня он есть.
Он отступил на шаг.
– Ты же понимаешь, что я так просто не уйду.
– О, понимаю. Ты же вцепился в меня, в эту квартиру, в этот статус, как утопающий.
Я медленно сложила руки на груди.
– Но знаешь, в чём проблема? Квартира – моя. Ты это знаешь.
Он молчал.
– Дача за городом – на Алине.
Егор напрягся, но продолжал молчать.
– Бизнес – мой. Только мой. Ты не имеешь к нему никакого отношения.
– Но строительная фирма…
– Твоя. И только твоя, спорить не стану и даже не хочу претендовать на нее. Я никогда не претендовала на неё, как и на всё остальное, что связано с тобой. Хотя если подумать этого всего не так много.
Я наклонила голову, внимательно наблюдая за ним.
– Так что, по сути, делить нам с тобой нечего. Понимаешь?
Он глубоко вдохнул, посмотрел на меня с раздражением и вдруг усмехнулся.
– Прекрати уже ломать комедию.
– Какую ещё комедию?
– Мы семья, Наташа. Мы были ей двадцать лет. Хватит истерить.
– Семья? – я усмехнулась.
– Да. И ты прекрасно это знаешь.
– Я знаю только одно – ты давно мне не семья.
Егор замолчал, стиснув зубы.
– Так вот что я тебе скажу, милый. Если у тебя ещё остались мозги и хоть капля достоинства, просто уйди. Оставь меня в покое.
Он напрягся.
Я наклонилась чуть ближе и прошептала:
– Ты проиграл, Егор. Прими это. А еще разговор с мамочкой тебе думаю предстоит весьма сложный…
– Ты… что ты сказала?
Я прищурилась, сложив руки на груди.
– О, да, ты всё правильно услышал.
Я сделала пару шагов вперёд, наслаждаясь тем, как у него дёрнулся уголок губ.
– Представляешь, Егорушка, не только твоя малолетняя маромойка решила, что квартира твоя и всё у нас тут на тебе держится. Оказывается, и твоя мамочка драгоценная жила в этой иллюзии.
Я изогнула бровь, наблюдая, как его лицо резко меняется.
– Вот сюрприз для неё, верно?
Егор резко нахмурился.
– Ты сказала это маме?
Я театрально всплеснула руками.
– Ну конечно! Как я могла не поделиться с Ольгой Ефимовной такой новостью?
Егор резко выругался, сжал кулаки, прошёлся по кухне.
– Ну и идиотка ты, Наташа. Черт!
Я рассмеялась, чуть наклонив голову.
– А что не так?
Я обошла его по дуге, не сводя с него взгляда.
– Неужели мамочка твоя что-то там думала иначе? Да, милый?
Он резко поднял на меня глаза.
– Ты просто хочешь сделать всё хуже, да?
– Нет, я просто рассказываю людям правду. Это так тебя пугает?
Егор тяжело вздохнул, явно пытаясь взять себя в руки.
– Ты думаешь, если выкинула меня из квартиры, то поставила точку?
Я встала напротив него, склонив голову к плечу.
– Нет, милый. Это не точка. Это даже не запятая. Это восклицательный знак.
Он молчал, смотрел на меня долго, потом тихо сказал:
– Ты не так сильна, как пытаешься казаться, Наташа.
Я улыбнулась одними губами.
– Ошибаешься.
Я взяла тарелку и спокойно начала вытирать её полотенцем, как будто ничего не произошло.
– А теперь убирайся, Егор. У меня есть свои планы на остаток вечера.
Егор выдохнул, стиснул челюсть и молча развернулся.
Через секунду дверь хлопнула.
Я опустила тарелку на стол и глубоко вдохнула.
Покой. Наконец.
А теперь нужно сменить замки, пока этот идиот не решил вернутся или его мамашка больная на всю голову.
Телефон зазвонил резко, разрывая тишину, которая только-только воцарилась в доме после ухода Егора.
Я посмотрела на экран – Лиза.
– Ну что, как ты? – её голос звучал взволнованно.
Я устало уселась на диван, поджав ноги.
– Ох, Лиза… Ужин был… скажем так, насыщенный.
– В смысле?
– Саша сделал Алине предложение.
На том конце повисла тишина на пару секунд, а потом взрыв эмоций.
– ЧТО?! Серьёзно? Наташка! Это же потрясающе! Как она? Согласилась?!
Я улыбнулась, вспоминая, как сияли глаза Алины, когда Саша заговорил о будущем.
– Да, согласилась. Но они без спешки, просто не хотят терять время.
– Правильно, умный парень, – Лиза одобряюще хмыкнула. – Так, это офигенная новость, но ты звучишь так, будто после этого кто-то плюнул тебе в душу. Что случилось?
Я прикрыла глаза и медленно выдохнула.
– Егор явился.
– ЧТО?! – её голос стал на октаву выше. – Да он совсем охренел?! Мы же с тобой переписывались днём, ты писала, что ждёшь только Алину и Сашу! Какого чёрта он приперся после всего? Хватило же наглости, урод хренов.
Я усмехнулась, но в этом смехе не было радости.
– А вот и сюрприз от моего горе-идиотского мужа.
Лиза явно была в бешенстве.
– И что, он просто заявился, как ни в чём не бывало?!
– Ровно так, милая моя. Вошёл, улыбнулся и сел за стол, будто у нас тут семейный вечер.
– Наташа… Да я бы ему тарелку в голову запустила!
Я улыбнулась, хотя внутри снова закипало от воспоминаний.
– Ты меня знаешь. Я тарелки не бросаю. Я била словами.
– О, ну это ты умеешь. Он хоть понял, что его там не ждали?
Я пожала плечами, хотя Лиза этого не видела.
– Не знаю, могла не хватить извилин. Он играл в эту свою комедию до самого конца. А под конец, Лиз, знаешь, что сказал? "Прекрати ломать комедию, мы семья".
На том конце провода повисла мёртвая тишина.
– Лиза?
– Натик, прости, я просто ору молча. "Мы семья"?! После всего, что он сделал?
– Вот именно.
– Так, подруга, держись. Всё идёт так, как надо. Лучше сейчас, чем еще через лет пять или десять. К чёрту его и его бабу. Пусть веселится, только праздник закончится и он поймет, что королева давно покинула зал.
Я кивнула, хотя снова почувствовала этот мерзкий осадок внутри.
– Знаешь, Лиз, я думала, после того как выкину его, станет легче.
– А не стало?
Я медленно провела пальцами по волосам.
– Пока не совсем. Но станет. Обязательно станет. Думаю, сейчас медленно приходит осознание в каком болоте я жила.
ГЛАВА 12
ГЛАВА 12
Наташа
Утро началось с ожидания мастера по замкам, точнее в ожидании завершения его работы.
Я сидела на кухне, листала новости, но в голове шумело одно: теперь он точно не придёт. Ни он, ни его маман.
– Готово, – голос мастера вывел меня из мыслей.
Я подошла, проверила. Новый, надёжный.
– Спасибо.
– Вот ключи, – он протянул мне связку. – Оплата по карте или наличными?
Я перевела деньги, взяла ключи и наконец выдохнула. Всё. Теперь этот дом снова только мой.
В офисе меня ждала рутина.
Проверка сделок, анализ новых предложений. Оценка квартир, сверка документов. Утром мой агент сбросила варианты для клиента, которому нужна квартира для сдачи в аренду.
Я просмотрела.
– Нет, – пробормотала, – первый вариант плохой. Дом старый, в квартире сырость. Второй лучше, но цена завышена. А вот третий...
Набрала Анну.
– Третий вариант. Посмотри, как там с собственниками, какие документы, не висит ли на квартире обременение. Странная цена просто, Ань.
– Поняла, Наталья Михайловна, займусь.
Я проверила отчёт отдела продаж, позвонила бухгалтеру – выяснить, когда по одному из клиентов зайдёт оплата.
Работа спасала.
Отвлекала от мыслей.
Зазвонил телефон.
Лиза.
– Ты где?
– На работе. А что?
– Не хочешь приехать ко мне?
Я удивилась.
– Что случилось?
– Да ничего. Просто годовщина у нас с Ильясом была пару недель назад, сами мы её уже отмечали. Теперь решили устроить вечер в загородном доме.
– Лиза, а ты уверена, что я там уместна?
– Не говори ерунды. Будем только мы, ты и пара друзей.
– Лиз...
– Подруга, ну прошу тебя, – в голосе появилась мягкая настойчивость. – Я не хочу сидеть одна и слушать политику, нефтяные сводки Ильяса и его прочую лабуду.
Я усмехнулась.
– То есть ты меня зовёшь в качестве щита?
– Ну не только. Ты же знаешь, мне с тобой весело. Да и тебе просто немного сменить обстановку стоит Натик.
Я подумала.
А почему нет?
– Ладно. Адрес не изменился надеюсь? А то такие непостоянные в плане жилья.
– Конечно нет. Этот дом прелесть так что не в этот раз.
– Тогда жди.
Лиза взвизгнула от радости.
– Вот и умница! Только давай, без чёрных костюмов и взглядов, как у генерального прокурора. Надень что-нибудь красивое, простое и легкое.
Я фыркнула.
– Посмотрим.
Повесила трубку.
Наверное, это действительно неплохая идея.
Домой я вернулась позже, чем планировала. Рабочий день выдался насыщенным, а после – еще этот заезд в магазин. Но раздражение после офиса постепенно утихало.
Сегодня я отдыхаю. Просто беру паузу.
Я бросила сумку на диван и направилась в спальню. Открыла шкаф и задумчиво провела пальцами по ряду вешалок.
Что выбрать?
Обычные джинсы и футболка? Нет, слишком буднично. Что-то вычурное? Тем более не хочется.
Наконец, взгляд зацепился за лёгкое молочное платье. Оно было не броским, но элегантным – струящаяся ткань подчёркивала фигуру, но не выглядела вычурно.
К нему я подобрала обувь на невысоком каблуке.
Открыла ящик с косметикой.
Минимум макияжа – чуть подчеркнула глаза, капля румян на скулы, натуральный оттенок помады.
Провела щёткой по волосам, распустив их.
Готово.
По дороге я заехала в супермаркет.
Взяла бутылку хорошего виски для Ильяса – он вроде такое любит. Для Лизы – вино и большую корзину с фруктами.
Рассчиталась, сложила всё в багажник и отправилась в сторону загородного дома.
Чем дальше я уезжала от города, тем спокойнее становилось на душе.
Гул машин сменился тишиной, наполненной живыми звуками природы: пение птиц, шорох листвы, едва слышное потрескивание деревьев от лёгкого ветерка.
Спустя час я свернула на узкую асфальтовую дорогу, ведущую в элитный эко-посёлок.
Просторные участки, шикарные дома, идеально подстриженные газоны. Но главное – воздух.
Свежий, пропитанный ароматами хвои, травы и земли. Глубокий вдох – и внутри словно расправились крылья.
Подъехав к кованым воротам, я увидела знакомую фигуру на крыльце.
Лиза.
Как только она меня заметила, вскрикнула от восторга и чуть не подпрыгнула на месте.
– Наташка! – завопила она, размахивая руками. – Ты всё-таки приехала! Боже, я уже думала ты передумала и я тут сама помирать буду.
Я улыбнулась и, закрыв машину, взяла пакеты с подарками.
Лиза тем временем буквально слетела с крыльца, подбежала ко мне и вцепилась в мою руку:
– Солнышко, давай сюда всё, я помогу!
Она заглянула в пакеты и тут же радостно верещала:
– Ах, ты моя заботливая! Виски для Ильяса! А это что? Фрукты и вино?
– Для тебя, подруга, – усмехнулась я.
– Обожаю тебя! – Лиза хлопнула меня по плечу.
Она продолжала щебетать, пока тащила пакеты в дом:
– Боже, как ты прекрасно выглядишь! Просто огонь! Платье шикарное! Макияж этот кстати идет тебе, простой, но такой... ух! Ты что, хочешь кого-то очаровать сегодня?
Я хмыкнула:
– Просто захотелось выглядеть иначе.
Лиза закатила глаза:
– Не будь такой загадочной, Натка! Сегодня ты отдыхаешь! Всё, пошли в дом! Остальное оставляй за порогом.
И я шагнула внутрь, с головой окунаясь в уют их загородного дома.
В доме было тепло, уютно, и в воздухе витал лёгкий аромат дерева и дорогого табака.
Интерьер – чистая классика: массивные дубовые столы, кожаные кресла, камин в гостиной, где потрескивали поленья.
Большие панорамные окна открывали вид на лес.
Из глубины дома раздавался мужской голос.
– Лиз, ну ты где там?
Я узнала этот голос сразу.
Ильяс.
Лиза ещё на крыльце сказала, что он тоже дома уже, но встретить меня не смог – был занят с гостями.
Когда мы вошли в гостиную, он стоял, облокотившись на барную стойку.
Высокий, спортивный, подтянутый.
Седина делала его образ ещё более харизматичным. Он не пытался её закрашивать – ему это даже шло.
Глаза – глубокие, карие, почти чёрные.
Те самые глаза, которые мало что говорили сами за себя, но видели абсолютно всё.
Ильяс всегда был таким.
Хищником, который не теряет бдительности.
И при этом человеком, который в жизни хотел только двух вещей – стабильности и власти.
С Лизой они вместе уже много и много лет.
Но детей завести не удалось. Было много попыток, много потерь.
В какой-то момент они просто закрыли эту тему раз и навсегда.
Я никогда не поднимала этот вопрос, потому что знала – эта боль не уходит.
– Наташа, дорогая, – Ильяс посмотрел на меня с лёгкой улыбкой, подходя ближе. – Рад тебя видеть. Выглядишь прекрасно.
– Спасибо большое, взаимно, – я кивнула, отвечая той же сдержанной улыбкой.
Он окинул меня оценивающим взглядом, затем кивнул в сторону сидящих за столом людей.
– Познакомься, это Женя и Катя. Мы с Женей работали вместе много лет, а с женой его работаем сейчас.
Я перевела взгляд на мужчину.
Женя был широкоплечим, явно уверенным в себе, с проницательным взглядом. Рядом с ним сидела Катя – изящная, ухоженная, но с очень внимательными глазами и какой-то лукавой улыбкой лисы.
– Наталья, приятно познакомиться, – Женя протянул руку.
– Взаимно.
– Мы тут в основном о работе трём языками, – усмехнулся он. – Простите заранее.
Я уже хотела что-то ответить, но тут взгляд зацепился за ещё одного мужчину в комнате.
Я его знала.
Друг детства Ильяса – Роман Пахомов.
Мы не раз пересекались в компании.
О таких, как он, говорят: «Стоит обходить стороной.»
Мужчина не должен быть таким внешне привлекательным.
Высокий, подтянутый, всегда в идеальном костюме, с холодной полуулыбкой на губах. А глаза словно в самую душу смотрят.
А если он ещё и умен, как Пахомов…
Это уже трагедия для женского пола.
Он посмотрел на меня, чуть прищурившись.
– Наталья, – произнёс он медленно. – Давно не виделись.
Я усмехнулась:
– Добрый вечер. Кажется, с прошлой осени?
– Возможно, – кивнул он. – Как жизнь?
– Интересно всё очень, я бы сказала и грядут перемены.
Он чуть приподнял бровь.
– Звучит так, будто там есть что-то занимательное.
Я только улыбнулась, но ничего не сказала.
А внутри уже чувствовала – этот вечер будет далеко не скучным.
ГЛАВА 13
ГЛАВА 13
Наташа
Лиза, смеясь, быстро рассказывала нам как они отметили годовщину с Ильясом, жестикулируя руками, а потом хлопнула себя по лбу.
– Чёрт, я же совсем забыла! Надо нарезать фрукты и открыть вино.
Она подмигнула мне и направилась на кухню.
И тут я поняла – она оставила меня одну с Пахомовым специально.
Он, кажется, понял это одновременно со мной, потому что на его лице появилась лёгкая усмешка.
– О, кажется, меня подставили, – медленно проговорила я, скрестив руки на груди.
– Я бы сказал, что меня, – заметил он. – Ты же, насколько я помню, не особо радуешься нашим встречам.
Я усмехнулась.
– С чего ты взял? Может, я просто не падаю в обморок от твоего присутствия.
– Вот именно, – он лениво потянулся за бокалом, сделал глоток виски и посмотрел на меня с прищуром. – Большинство женщин как раз реагируют иначе.
– Бедные женщины, – вздохнула я. – Им явно не повезло с интеллектом.
Роман рассмеялся.
– Я помню, как ты умеешь ставить людей на место.
– Очень рада что помнишь, особенно когда решаешь лишний раз со мной поговорить, – парировала я.
Он посмотрел на меня, и взгляд его стал чуть глубже, чуть внимательнее.
– Слушай, а ведь ты правда изменилась.
Я вздёрнула бровь.
– Да неужели?
– Ты всегда была резкой, но сейчас… Ты острее. Холоднее. Как ледяное лезвие. Заточенное как-то иначе, Наташа.
– И это комплимент или предостережение?
– Скорее наблюдение, – усмехнулся он. – Но меня интересует другое – что же сделало тебя такой?
Я улыбнулась, но в этой улыбке не было тепла.
– Жизнь, Пахомов. Жизнь делает нас теми, кем мы становимся.
Он кивнул, будто соглашаясь.
– Справедливо.
Мы оба замолчали на мгновение.
Где-то в другой части дома послышался смех Лизы.
– Кстати, а твой муж-то где? – вдруг спросил он.
Я усмехнулась.
– Если повезёт, то в другой вселенной.
Роман посмотрел на меня с интересом.
– Развелись?
– Почти.
– Это звучит так, будто он пока ещё сопротивляется.
– О да, ещё как.
Пахомов покачал головой, сделав ещё один глоток.
– Как же глупы мужчины порой.
– Вот уж не думала, что услышу это от тебя.
Он усмехнулся.
– Я тоже умею быть самокритичным.
Я посмотрела на него с лёгким прищуром.
– Сомневаюсь.
– Ах, Наталья, ты всё такая же, – он наклонился чуть ближе, его голос стал ниже. – Или даже лучше.
– Пахомов, я надеюсь, ты не решил попробовать свои силы в комплиментах?
– А если решил?
– Тогда мне жаль твою самоуверенность. Она явно переоценивает свои возможности.
Он снова рассмеялся.
– Ты мне нравишься.
– Я это знаю, – я взяла свой бокал и сделала глоток. – Но я не собираюсь облегчать тебе жизнь.
Он качнул головой, с улыбкой наблюдая за мной.
– Ты никогда её не облегчала, Наташа. В этом вся ты.
Я чуть приподняла бокал.
– За сложных женщин, Пахомов. Они делают мир интереснее.
Он тоже поднял свой бокал и чуть коснулся моего.
– За них.
И в этот момент в комнату вернулась Лиза, неся поднос с фруктами и бутылку открытого вина.
– Ну что, не передрались? – подмигнула она.
– Нет подруга, мы тут вели светскую беседу, – ответила я, улыбаясь.
Пахомов кивнул:
– Конечно. Просто милый разговор двух хищников.
И мне показалось, что в его взгляде мелькнуло нечто большее, чем просто интерес.
Вечер шёл своим чередом – лёгкие разговоры, смех, тёплый свет фонарей на террасе. Лиза, разливая вино по бокалам, рассказывала какую-то забавную историю о том, как они с Ильясом однажды застряли на яхте из-за сломавшегося двигателя и провели там ночь, питаясь только шампанским.
– Романтика! – вздохнула Катя, её глаза загорелись.
– Романтика? – Лиза фыркнула. – Да я чуть с ума не сошла! А Ильяс как ни в чём не бывало сидел, слушал новости и пил, пока я металась, пытаясь поймать связь.
– Всё-таки твой муж удивительный человек, – усмехнулся Женя.
– Это да, – Лиза пожала плечами. – Но иногда мне хочется его придушить. Впрочем, как и всем женам.
Все засмеялись, а я в этот момент почувствовала, как в кармане зазвонил телефон.
Я достала его и увидела на экране имя дочери.
– Алина, – пробормотала я и тут же подняла трубку, после чего вышла на улицу.
– Мамуль, ты дома? Я заскочить хотела.
– Нет, родная, я у тёти Лизы в гостях.
– Ладно, веселись тогда. И ей привет передай.
– Обязательно, – улыбнулась я.
Алина помолчала секунду, а потом добавила:
– И, мам… Ты у меня красотка. Помни об этом. Папа не оценил, так другой оценит.
Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.
– Люблю тебя, – прошептала я.
– Я тебя тоже. Завтра наберу тогда, – ответила дочь и сбросила звонок.
Я медленно убрала телефон в карман и, подняв глаза, столкнулась взглядом с Пахомовым.
Он смотрел на меня с интересом, бокал с виски в руке, лёгкая полуулыбка на губах.
– Ты следишь за мной? – я прищурилась.
– Конечно, – невозмутимо ответил он. – А то мало ли, вдруг ты впадёшь в депрессию от будущего развода… или от того, что осталась без мужа.
Я усмехнулась, сделала шаг ближе и, глядя ему в глаза, колко ответила:
– Пахомов, ты правда думаешь, что я способна впасть в депрессию из-за того, что потеряла такое сокровище, как Егор?
– Ну… – он наклонил голову, будто задумавшись. – Ты права. Не тянет он на такую роскошь.
Я лишь усмехнулась и, не сказав ни слова, направилась в сторону навеса.
Тёплый воздух ночи приятно коснулся кожи. Я опустилась в плетёное кресло и вытянула ноги, наслаждаясь моментом. Через несколько минут рядом оказался Рома. Он протянул мне бокал с вином, сам устроился в соседнем кресле и, приподняв бокал в воздухе, сказал:
– Егор точно не был тем, кто тебя достоин.
Я сжала пальцы на бокале, посмотрела на него и с лёгкой улыбкой произнесла:
– Ну надо же, Пахомов. Это ты мне сейчас комплимент сделал?
Он слегка усмехнулся, но в его взгляде скользнула искорка чего-то более сложного, чем просто лёгкий флирт.
– Это констатация факта, Наташа.
Я сделала глоток вина и почувствовала, как по венам разлилось приятное тепло.
– Ну и какие у тебя ещё факты есть?
Он внимательно посмотрел на меня.
– Один очень интересный.
– Ну-ка, удиви меня.
– Ты невероятная женщина. И это чертовски притягивает.
Я улыбнулась, но ничего не ответила.
Мы просто сидели, наслаждаясь этим странным, напряжённым, но удивительно приятным моментом.
ГЛАВА 14
ГЛАВА 14
Наташа
Развод. Это слово теперь звучало в моей голове не как трагедия, а как долгожданная свобода.
Лиза не отставала от меня все выходные. То звонила, то писала, а на утро в понедельник прямо с семи утра скинула мне номер Максима Игоревича Колесникова, одного из самых известных адвокатов города.
– Позвони ему, Нат. Он профи.
– Мне не нужен топовый адвокат, Лиз. У нас вообще делить нечего.
– А ты уверена, что Егор не будет выёживаться?
Я задумалась. Учитывая, как он уцепился за этот фарс семейной жизни, возможно, он попытается усложнить мне процесс.
– Ладно, дам ему шанс, – ответила я, записав номер.
И как бы мне ни было странно это признавать, но не только Лиза настаивала на этом. Тем вечером, когда я уже собиралась уезжать от них, Роман тоже выдал:
– Если не хочешь проблем, возьми хорошего адвоката. Серьёзно, Наташа, ты слишком умная женщина, чтобы пускать всё на самотёк.
Этот чертов Пахомов умел давить на слабые места.
Поэтому утром я всё-таки позвонила.
Офис Колесникова находился в центре города – просторный, с панорамными окнами и интерьером в стиле минимализма. Ассистентка проводила меня в переговорную, и через пару минут вошёл он.
Максим Игоревич – высокий, подтянутый, около пятидесяти, но держался так, что не дашь больше сорока. Уверенный взгляд, спокойное выражение лица. Он явно был из тех людей, которые никогда не суетятся и не теряют контроль.
– Наталья Михайловна, рад знакомству. Роман Тимофеевич много о вас рассказывал.
Я удивлённо вскинула бровь.
– Роман?
– Да, он звонил утром.
Я только мысленно закатила глаза. Ну конечно. Пахомов явно решил курировать мой развод.
Мы присели за стол, и я вкратце изложила ситуацию.
Максим выслушал, помолчал, затем сложил пальцы домиком и спокойно произнёс:
– Случай не сложный. Так что не стоит впадать в панику и думать, что всё потеряно.
Я усмехнулась.
– А я, как раз, так и не думаю. Просто развод, и всё. Нам даже, по сути, делить нечего.
– Тогда в чём вопрос?
Я наклонилась вперёд, оперев локти на стол.
– Вопрос в том, что Егор – человек, который не умеет проигрывать. А он проиграл.
Максим внимательно посмотрел на меня.
– То есть, вы предполагаете, что он может начать вставлять палки в колёса?
– Я не предполагаю. Я это знаю.
Адвокат кивнул, что-то записал в планшете.
– Что с имуществом?
– Квартира моя, дача записана на дочь, бизнес – тоже мой. И приобретено все задолго до брака и к мужу отношения не имеет. Единственное, что принадлежит Егору – его строительная фирма. Но она едва держится на плаву.
Максим хмыкнул.
– И вы не претендуете на долю?
– Нет. Зачем мне бизнес, который в скором времени и так утонет? Егор не умеет обращаться с деньгами. У него слишком много понтов, уж простите за такую речь, и слишком мало реальных решений.
Максим одобрительно кивнул.
– Значит, дело можно решить быстро и безболезненно.
Я слабо усмехнулась.
– Безболезненно? Не уверена, что Егор позволит.
– Ну, если он решит осложнить процесс, мы можем осложнить его жизнь.
Мне понравился этот человек. Всё четко и ясно, всё по делу и без лишней воды.
Я вышла из офиса с чувством странного облегчения. Всё начинало двигаться. Всё, что нужно было сделать, это поставить точку в этом фарсе.
И больше никто – ни Егор, ни его мать, ни его очередная малолетка – не посмеет решать за меня, как мне жить.
Как только я направилась к машине, ощущение чьего-то пристального взгляда буквально прожгло спину. Я даже не сразу подняла голову – сначала открыла сумку, чтобы достать ключи, но что-то меня заставило замереть.
Чувство дежавю.
Я подняла глаза и, конечно же, он.
Пахомов.
Стоял у тёмного, неприлично дорогого внедорожника, небрежно прислонившись к капоту, и курил. Выглядел расслабленным, но в его лице читалось хорошо спрятанное любопытство.
