Текст книги "Липучка (СИ)"
Автор книги: Мариан Фелис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)
Глава 39
На расстоянии
– Подожди, то есть ты собираешься всё рассказать? – искренне не поняла Алла.
Мы сидели после занятий в общей столовой и ели сырные лепёшки. Женя нервно поглядывала в сторону Васи и странно улыбалась, мы с Шумовой только успевали качать головами и цокать.
– Это правильно, – оторвавшись от переглядываний и подмигиваний, заметила Женька. Она залпом допила остатки сока и привстала, словно собралась сбежать, но в последний момент плюхнулась обратно на стул с кислой миной.
– Ничего правильного, – отмахнулась Алла. – Он же обидится.
– И что? – не поняла Баландина. – Пообижается и перестанет. Ей что, всю жизнь это скрывать, что ли?
– Не обязательно всю жизнь, просто до того момента, пока он не предложит встречаться, – пожала плечами Шумова и закинула в рот ещё одну морковную палочку, притащенную в контейнере из дома.
– Это долго, – заметила я.
– А что ты хочешь? Не надо было тогда вообще врать.
– То есть у меня теперь нет выхода?
Алла сморщила нос и фыркнула.
– Выход есть всегда, просто тебе он не понравится, – она нервно дёрнулась и улыбнулась. – Можешь сказать и сейчас. Ты сама-то что думаешь?
Я глубоко вздохнула и устало прикрыла глаза, уже не обращая внимания на вибрацию телефона в кармане – Юсупов звонил раз десятый за последние полчаса.
– Думаю, что он обидится, – призналась сама себе. – Вообще-то я хотела сказать вчера, но было некогда. Так что надо рассказать в ближайшее время, пока ситуация не обострилась.
– Расскажи по телефону, если боишься, – предложила Женька.
Глупая идея. Дурацкая. Просто отвратительная. Но она так и манила своей простотой. В реальности нужно было смотреть в серые глаза и ловить разочарование, мелькающее на лице. А вот сообщение…
– Это тупо, – отрезала Алла и ткнула в мою сторону морковной палочкой. – Не смей так делать. Это почти как расстаться через смску! Может даже хуже. Я бы на твоём месте как минимум дождалась его возвращения. Вдруг он настолько обидится, что решит не возвращаться?
– Вернётся, – уверенно протянула я, хотя уже и сама сомневалась в собственных словах. – Скажу ему, как только приедет.
– Вот и отлично, – воскликнула довольная Женька, вскочила, схватила со стола баночку питьевого йогурта и неловко помахала нам рукой. – Я побежала, меня просто ждут.
– Да мы видим, – рассмеялась Алла.
Баландина с улыбкой подскочила к Васе, осторожно приобняла и потащила на выход из столовой. Мы с Шумовой переглянулись.
– Где твой парень? – уточнила я.
– Во-первых, он мне не парень, – процедила Алла. – Во-вторых, вообще без понятия. Он хамло, так что пусть идёт в задницу.
– Но вы с ним очень натурально отыгрывали страсть в комнате.
– Я одна отыгрывала, – поправила подруга и криво улыбнулась. – Он просто лежал и пялился на меня. Как маньячина.
Картинно поиграв бровями, я заметила:
– Сначала ты на него как маньячка смотрела и слюной капала, потом он на тебя… Интересно получается.
– Ой, отвали, – отмахнулась Алла, скривив пухлые губы. – Ничего интересного, этот козёл просто решил помочь другу, вот и согласился.
Я задумчиво попыталась вспомнить всё, что происходило на вечеринке, но часть событий уже стёрлись из памяти.
– А Рим? Он вроде бы и к тебе подкатывал.
Алла кивнула.
– Только это ни к чему не привело. Надо признать, я просто не нравлюсь Смолину. Так что забываем об этом козле и живём дальше.
Жаль. Мне они показались отличной парой.
* * *
Я нервно дёрнулась от вновь завибрировавшего в кармане телефона и покачала головой. Он что, совсем с катушек слетел? Зачем звонить так часто? Наверняка понимал, что не стану отвечать. К тому же у нас только закончились занятия, вдруг я вообще ещё не успела дойти до дома?
– Ой, да ответь ты ему, – проворчала Алла. – А то Кирыч нервный, подумает всякого.
– Какого «всякого»? – уточнила я, бросив бумажный стаканчик в мусорку неподалёку и вернувшись на место.
Шумова небрежно пожала плечами, задумчиво глядя на меня. Она подпирала лицо ладонью и улыбалась, словно знала что-то важное, просто не могла рассказать.
– Подумает, что ты обиделась и побежала ставить ему рога, например?
– И это нормально? Ну, бежать к другому после ссоры.
Алла тихо хмыкнула и улыбнулась.
– Для кого-то нормально, для кого-то вообще нет. Зависит от человека, – подруга прищурилась и свела брови, внимательно сканируя меня. – Ты чего задумала? Только не говори, что хочешь натолкнуть Юсупова на мысль, что зажимаешься с другим!
Я коварно улыбнулась, представляя, как всё можно провернуть. Кто из парней теоретически согласился бы подыграть? Лёша вряд ли, он скорее из тех, кто наоборот рассказывает другу всю правду. Тем более они ещё и братья. Вася тоже отпал сразу, к тому же он ушёл с Женькой. Почти все наши разошлись по домам, в столовой сидели только Таран и его дружок Дима со своей девушкой Ирой.
Проблема оставалась в том, что мне совсем не хотелось задействовать Толика. Он в последнее время не обращал на меня внимания, но его отношение к девчонкам на технических факультетах всё ещё оставалось таким же и совсем мне не нравилось.
– Даже не смотри на него! – прошипела Алла и ткнула меня пальцем в рёбра.
– Ауч!
– Не смотри, – повторила Шумова.
– Да почему?
– Потому что это тупая идея, – подруга покачала головой, сморщилась и взяла в руки мобильный. – Отговаривать не стану, конечно, но лучше проворачивать такие делишки с Римом. Кирыч Толику сразу рожу начистит, а Римский не из нашей компании, его сложнее достать.
– Звучит здраво, – кивнула я.
Телефон снова завибрировал в кармане, и Алла со вздохом проворчала:
– Напиши Риму. Только не говори, что я дала номер!
– Спасибо, – я улыбнулась и подмигнула Шумовой, на что она только махнула рукой и засобиралась домой. Она предупредила, что характер у Рима не сахар, что он может легко отказать, и что он козёл похлеще Лёши, но мне слишком уж хотелось выбесить Юсупова. К счастью, Римский сразу ответил, поэтому уже через полчаса я мчалась в автобусе в тату-студию, где он работал.
Как оказалось, парень снимал помещение в самом центре города и весьма успешно делал татуировки. Уж не знаю, чем он привлекал клиентов, но когда я вошла в небольшое светлое помещение со стойкой и парой необычных абстрактных картин на стенах, на диванчике около стены сидели три девчонки примерно моего возраста.
– Тут очередь! – почти хором закричали они.
– Без паники, это моя сестра, – из небольшого коридора выглянул Рим в простой футболке и джинсах. Он обворожительно широко улыбнулся, махнув ладонью. – Она у меня глупенькая, не может сделать домашку. Это не займёт много времени. Погнали, мелкая, пока я добрый.
– Погнали, братик, – кивнула я и пошла следом за парнем, показав девчонкам на диване язык.
* * *
Рим завёл меня в небольшой кабинет с кушеткой, столом, целой кучей светотехники и камер в одном углу. У стены валялся кресло-мешок, а рядом с ним стояла ростовая картонная фигура самого Рима в белой рубашке с подтяжками, чёрных брюках и с тату-машинкой в руках. На стенах видели фотографии с татуировками в рамках абсолютно разных размеров: от гигантских до крохотных.
– Располагайся, – бросил парень и махнул рукой на кресло, куда я незамедлительно упала. Он начал что-то убирать на столе, насвистывая под нос забавную мелодию. – Так что тебя привело ко мне?
– Снова нужна помощь, – тихо призналась я.
Парень коротко оглянулся через плечо и улыбнулся.
– Помощь? В чём?
– В том, чтоб выбесить одного парня и заставить его ревновать, – протараторила я.
– Юсупова? – уточнил Рим.
– Ага.
– И какой план? – поинтересовался парень. – Помни, что в коридоре очередь. Девчонки записывались за две недели. Так что у тебя есть максимум, – он взял со стола телефон и нахмурился, – минут пятнадцать.
– Мне хватит, – уверенно сказала я. – Нужно просто сделать совместную фотку.
– И всё? – удивился Римский.
– А потом ты должен выложить её у себя и как-нибудь намекнуть Лёше. Написать ему, например, или ещё что-то. Короче, нужно, чтоб он увидел фотку и сообщил Юсупову.
Парень отложил инструменты, повернулся и сложил руки на груди, насмешливо глядя на меня сверху вниз.
– Во-первых, с чего ты взяла, что Леший будет рассказывать о такой ерунде Юсупову? Во-вторых, план – говно. Но времени осталось, – он снова глянул на телефон, – всего тринадцать минут, так что иди сюда.
Мысленно я прокляла идею ехать к Римскому, а на деле молча поднялась, натянула широкую улыбку и подошла к парню. Он быстро сделал пару кадров, вальяжно положив руку мне на плечо, покривлялся, прежде чем выкладывать, но в итоге всё же выполнил просьбу.
Правда, позвонить Лёше не успел, потому что буквально через пять минут после этого мой телефон стал разрываться от входящих звонков.
Сработало.
– Оперативно, – хмыкнул парень, заметив, что я задумчиво смотрю на вибрирующий гаджет. – Всё, зомбачка, твоё время закончилось. Сваливай отсюда.
– Спасибо, – прошептала я и выскочила в коридор. Одна из девчонок с дивана счастливо просияла и ринулась в кабинет к Риму.
Мобильный неустанно жужжал, на него прилетали сообщения вперемешку со звонками. Из уведомлений я видела, что Киру очень не нравится тот факт, что в первый же день отъезда он находит в сети мою совместную с Римским фотку. Следом прилетело несколько гневных сообщений, в которых он обещает свернуть шею моему дружку. И только в конце, когда я уже подходила к дому, Кирилл успокоился и попросил прощения за то, что не сказал сразу.
Я: Не бойся, мне просто нужна была консультация у Рима
Юсупов: НАКОНЕЦ-ТО!
Юсупов: Это было жестоко
Юсупов: Я чуть не сошёл с поезда
Юсупов: Меня Рудов к полке привязал по твоей милости
Юсупов: И какая нафиг консультация? Он же бьёт татухи
Юсупов: Только не говори, что ты собираешься набить тату
Я: Что если так?
Конечно, нет, просто нужен был весомый предлог, чтоб Кирилл успокоился.
Юсупов: Реально?
Я: Уже нет, Рим меня отговорил
Юсупов: Ну хоть какая-то от него польза
Юсупов: Вообще я вот что хотел написать: если ты хочешь быть со мной, то это значит только со мной, понимаешь? Фотки с этим дебилом под запретом. Остальное опционально
Открыв рот от неожиданности, я вышла из лифта и задумчиво перечитала сообщение. Он действительно предложил встречаться? Или моё воспалённое сознание дорисовало реальность?
Ответ на незаданный вопрос прилетел почти сразу, стоило лишь подумать об этом.
Юсупов: Со мной это я имею в виду вместе
Юсупов: Как парень и девушка
Юсупов: Официально
На губах расплылась довольная улыбка.
Официально!
Взвизгнув от радости, я ввалилась в квартиру, сбросила обувь с верхней одеждой и упала на диван, десятый раз перечитывая последние сообщения. Любопытный кот прибежал на шум и пару раз мяукнул, привлекая к себе внимание.
– Подожди, Павлито, у меня важный момент!
Сердце колотилось быстро, стучало барабанами в ушах. Тук-тук-тук.
Чёрт возьми, официально!
Пальцы дрожали от волнения.
Я: Что-то не заметила вопроса
Я: Или предложения
Я: Официального
Вместо ответного сообщения телефон начал разрываться от входящего видеозвонка.
Ужаснувшись, я вскочила с дивана и понеслась в ванную, чтоб немного поправить макияж с причёской. Так же моментально переоделась в шелковую пижаму на бретелях и приняла привлекательную позу, выбрав удачный ракурс и свет. К счастью, Юсупов перезвонил через пять минут, так что мне не пришлось этого делать самой.
На экране появилось недовольное лицо Кира. Картинка была размытой и тёмной, но флёр его кислой мины чувствовался даже через мобильный.
– Почему не ответила сразу? – проворчал он и прищурился. – Погоди, ты спишь, что ли? Где ты?
– Во-первых, привет, – фыркнула я, тщательно скрывая улыбку. – Во-вторых, ты ради этого позвонил?
Даже с отстойным качеством звонка можно было уловить, как Юсупов закатывает глаза.
– Я позвонил, потому что хотел тебя услышать. И увидеть.
– Всё?
Кир улыбнулся и покачал головой.
– Ты в комнате? – уточнил парень.
Я показательно сморщилась и повернула камеру телефона сперва на свой рабочий стол, после на шкаф, а в конце вернула в исходное положение. Приподняв брови, спросила:
– Доволен?
– Очень, – широко улыбался Юсупов. – Если только никто не лежит под кроватью.
– Не полезу, даже не проси!
– А может кто-то в шкафу? – издевался парень. – Помнишь, ты когда-то влезла в мой шкаф. Вдруг там кто-то есть?
Мозг моментально ухватился за эту мысль, и неприятное ощущение, будто кто-то действительно следит за мной через щель в шкафу, сжало сердце на пару мгновений. Однако Кирилл этого и добавился, потому что в следующее мгновение огорошил:
– Так ты согласна быть моей девушкой? Учти, что это верх официальности, на который можно рассчитывать.
Я перевела растерянный взгляд со шкафа на экран телефона и застыла.
Юсупов улыбался так широко, что казалось, будто у него вот-вот треснут щёки. Однако ничего не трескалось, он всё так же спокойно лежал на полке поезда и выглядел куда подготовленнее к разговору, чем я.
– Только попробуй сказать «нет»! – пригрозил парень.
– Допустим да, – тихо прохрипела я. – Что теперь?
– Теперь ты не приближаешься к Римскому и остаёшься такой же милашкой, – заржал Кир. – Кстати, я поставил на запись звонок, так что сделаю тысячу кадров твоего лица в этот торжественный момент! Готова к шикарной футболке со своим лицом? Я ещё себя прифотошоплю, напечатаю и привезу из Питера в качестве сувенира.
Надо признать, он умел смешить.
– Дурак.
– Теперь официально твой дурак.
Я прикусила губу, чтоб перестать глупо лыбиться.
– Нет, что теперь будет с нами?
Кир задумчиво нахмурился.
– Будем поддерживать отношения на расстоянии: переписываться, пока пальцы не отсохнуть, звонить друг другу, желательно с видео, фотки присылать. Можешь прислать пару пикантных фоток, я буду не против.
Кажется, Юсупов второй раз за вечер вогнал меня в ступор и одновременно в краску. Кто так вообще делает?
– Шучу, – заржал парень. – Такое лучше никому и никогда не посылай. А на счёт нас… ну, парочку «добрых утр» я заслужил, надеюсь? В остальном учись, Светлячок, я не буду заставлять тебя постоянно висеть на телефоне. Кстати, у нас вот-вот будет остановка, так что я отключаюсь – выйду размяться. А ты спи. Разрешаю даже стащить одну из моих футболок, чтоб не мёрзнуть в этом… – он сделал странный жест пальцами, будто играл на невидимом пианино. – В общем, в этом хрени на лямках. О, поезд останавливается! Я побежал. Доброй ночи, Светлячок!
Он подмигнул, махнул рукой и отключился. Я удивлённо выдохнула и прижала телефон к груди, в которой гулко колотилось сердце.
Глава 40
Не друзья
Если бы я знала, что для перехода на новый уровень общения Юсупов должен уехать в другой город, давно бы отправила его первым же поездом. На расстоянии он определённо осмелел и начал прощупывать грани дозволенного. Сообщения становились всё раскованнее и острее.
Юсупов: Взяла футболку, да? Покажи!
Юсупов: Ты подозрительно долго моешься… Чем ты там занимаешься в душе?
Юсупов: В чём ходила в универ? Хотя не отвечай, лучше скинь фотку
Юсупов: Ремень по тебе плачет…
Он удивительно балансировал на грани между похотью и заботой, ведь некоторые сообщения заставляли скорее умиляться.
Юсупов: Скинь мне свою домашку по пределам, я проверю
Юсупов: А ты работу по Мутко сделала?
Юсупов: Во сколько возвращаешься домой? К восьми приедет доставка продуктов
И я весело раскачивалась на этих качелях, не представляя, в какую сторону Кира шарахнет в следующий раз. Будет он, как маньячина, просить фотки и делать странные намёки или станет узнавать про мои дела на учёбе и заставлять заниматься?
Тем не менее с каждым днём мы становились капельку ближе. Я узнала о Юсупове всё, что только могла: он любит спортивные программы, ходит в зал, тягает железки и слушает электронщину. Он не переносит костюмы и рубашки, искренне ненавидит галстуки и однажды даже спалил дорогие кожаные ботинки в знак протеста, за что получил нагоняй. Раньше Кир носил на запястье браслет с деревянными бусинами, на котором было написано «Валера» – имя младшего брата. Но он случайно порвал его и сложил останки браслета в коробку из-под таблеток. Юсупов рассказал, как впервые влюбился и поцеловал девочку, как страдал, когда она грубо отшила его.
Он поделился, что неплохо умеет печь имбирное печенье и рулеты, раньше даже делал это, чтоб снять стресс. Однако после пары месяцев со мной бок о бок постеснялся блистать кулинарным талантом, так что не стал рассказывать. Кир признался, что был приятно удивлён моим умением готовить и ужасно обрадовался, когда я предложила объединить быт.
Он рассказывал вообще всё, о чём ни спроси.
В каждой бочке мёда обязательно найдётся ложка дёгтя. У Кирилла это была нетерпимость ко лжи.
Как только он написал, что ненавидит людей, которые недоговаривают, утаивают и вообще ведут двойную игру, сердце предательски сжалось. Я представила, насколько сильно он выйдет из себя, когда узнает мою тайну, и ещё сильнее испугалась.
Стоило ли говорить ему? Правда едва ли могла бы принести пользу. К тому же отец Кирилла успокоился и теперь никак не реагировал, что подталкивало к выводу – ему плевать. Может, обошёлся без карты? Или договорился с сыном? В любом случае, он отстал от меня и никак не проявлялся, так что с каждым новым днём я сильнее убеждалась: надо молчать.
Всё шло своим чередом: мы с Юсуповым переписывались и созванивались при каждом удобном случае, изредка гуляли с девчонками или сидели в столовой после пар, я усердно училась, зарываясь в ворох заданий.
Пока однажды мой мирок не начал рушиться.
* * *
Ничего не предвещало беды: я вид ночь делала работу для Виктора Эдуардовича, поэтому утром проспала и прибежала в университет на пять минут позже, чем нужно. Алла уже сидела за первой партой, так что я уверенно подошла к ней и замерла под строгим окриком преподавателя:
– Светлана, вы не слишком расслабились без своего кавалера?
Я нервно дернулась и обернулась. Впрочем, как и все одногруппники – они повернули головы в сторону мужчины в клетчатом костюме. Виктор Эдуардович сидел на стуле, практически в самом углу, за дверью, из-за чего я не заметила его, как только вошла.
– Почему это? – единственное, что пришло на ум.
– Опаздываете на проверочную, – мужчина поднялся и подвигал плечами, будто разминался, – наверняка ещё и домашнюю работу не сделали, да?
– Сделала, – обиженно заметила я, вытащила из рюкзака свёрнутую трубочкой оранжевую папку, подскочила к мужчине и воинственно протянула работу.
Уж не знаю, на что надеялась, ведь делала расчёты глубокой ночью, наспех, потому что вспомнила о домашнем задании слишком поздно. Мы с Юсуповым заболтались, а мне не хватило смелости попросить Кирилла помочь с учебой. Подумала, что разберусь сама.
Надо было проверить решение. Или хотя бы соврать, что ничего не успела сделать. Потому что Виктор Эдуардович сразу же полез проверять работу на ошибки.
Говорят, если хочешь найти в чужом труде недостатки, ты их всегда находишь. Не бывает ничего идеального. Однако преподавателю даже не пришлось стараться – ошибки лежали на поверхности и размахивали красными флагами.
– Мда, – цокнул мужчина, наклонился и посмотрел на меня поверх очков, – и это вы называете качественной работой? Вы издеваетесь? Как вы собираетесь решать проверочную?
– А что не так?
Надо было молчать, потому что старичок странно покраснел и едва сдерживался, чтоб не сорваться на крик. У него даже губа подрагивала, когда он говорил.
– Тут, Липатова, проще сказать, что решено правильно, чем перечислить ошибки. Напомните, сколько примеров нужно было решить?
Вопрос с подвохом? Я подозрительно прищурилась и тихо ответила:
– Десять.
– Уже хорошо, – кивнул мужчина и тряхнул папой, – а теперь угадайте, сколько примеров вы решили верно?
Интересно, он преувеличил, когда маршал, что проще перечислить правильное, чем количество неправильного? Или лукавил? Если это правда, значит, верных ответов точно меньше пяти.
– Четыре? – предположила я.
– Ноль! – рявкнул мужчина, а моё сердце, кажется, перестало биться. – Ни одного! Как можно было в простейших примерах наделать столько ошибок? Вы один из примеров даже переписали неправильно! Что у вас случилось? Не может же расставание с парнем так сильно влиять на успеваемость! Вы ведь хорошо учились! Или это заслуга Юсупова?
Мужчина страшно выпучил глаза и скривился.
– Почему Шумова решила всё верно, а вы – всё полностью неправильно? – не унимался старичок.
«Потому что она не делала работу сонной, прямо посреди ночи,» – хотела ляпнуть я, но вовремя себя остановила и прикусила язык.
– Идите на место, – как-то уж слишком обречённо сказал Виктор Эдуардович и повелительно махнул рукой. – Надеюсь, с проверочной вы справитесь?
Я тоже надеялась. А в итоге завалила и её.
* * *
Алла очень хотела помочь, отодвигала руку и давала посмотреть, как решила примеры. Проблема оставалась в том, что у нас с ней были разные задания, и я в итоге не смогла разобраться. Виктор Эдуардович сидел позади и не позволял мне подглядывать к Шумовой в тетрадь. Может, он думал, что это поможет? Или, наоборот, хотел убедиться, что нет?
В итоге преподаватель проверил мою работу первой и неодобрительно покачал головой.
– Как же так, Светлана? – вздохнул старичок. Он протянул мне обратно лист, на котором почти всё было перечёркнуто красной ручкой. К счастью, никто из одногруппников не видел этого позора – все ушли на следующую пару. – Вы же показывали неплохие результаты! Или это заслуги Юсупова? Предыдущие работы вы делали сами?
– Сама, – уверенно ответила, хотя понимала, что часть из них были лёгкими, а другую проверял и исправлял Кирилл. – Ну, почти сама.
Мужчина сдержанно кивнул.
– Я разочарован, – признался Виктор Эдуардович.
Нужно было спросить про отработку. Но язык присох к нёбу, и из горла вырывался только хрип. Сердце колотилось в ушах, ноги внезапно ослабли, а единственное, чего мне хотелось – присесть и расслабиться. Однако вместо этого я развернулась и побрела на выход.
– Ты что, забыла про проверочную? – Алла поймала меня сразу на выходе из кабинета, подхватила под локоть и потащила в сторону столовой.
– Типа того. А мы куда?
– Погнали пожрать, – улыбнулась подруга. – Следующую пару отменили, все наши в столовой тусят.
Я кивнула, не слушая, о чём именно рассказывает Шумова. Она пыталась втянуть меня в разговор, болтала о нарядах на новый год, намекала, что все будут праздновать, а к тому времени Кир уже вернёться из Питера. Но все мои мысли оставались в проваленной домашней работе и неудачной проверочной.
Уже ближе к обеду Алла убежала на работу, а я так и осталась сидеть в столовой, гипнотизируя телефон и ожидая, что он вот-вот зазвонит. Желание поговорить с Киром, рассказать всё и облегчить душу стало настолько велико, что в какой-то момент я не заметила, как неосознанно потянулась к телефону.
– Щас Кирычу будет жаловаться, – заржал кто-то позади.
Я нервно дёрнулась и обернулась.
Парочка парней из группы, что сидели за соседним столиком, откровенно смеялись, глядя в мою сторону. Рядом с ними сидел и Толик без намёка на улыбку. Он вальяжно откинулся на спинку стула и лениво что-то смотрел в телефоне.
Отдёрнув ладонь от телефона, словно обжегшись, я прошипела:
– Пошли вы!
– Ой, обиделась, – снова заржали парни.
Я вскочила со стула и замерла, не решившись переходить черту. Парни тем временем продолжали смеяться и параллельно собирали вещи.
– Напугала, – язвительно комментировали они. – Уже уходим.
– Вот и проваливайте! – буркнула я. – Ни ума, ни фантазии.
Надо было молчать.
– Слышь, Липатова, ты сильно-то не борзей, – Илья вдруг насупился и стал серьёзным. – Кирыча рядом нет, не защитит. Ничего из себя не представляешь без Юсупова. Даже домашку не смогла сделать.
– Помалкивала бы, – поддержал его Саша.
Заскрипев стульями, они поднялись и пошли на выход, ворча себе под нос что-то про безумие. Лишь Таран сидел на месте, смотрел в телефон и будто бы вообще находился на другой планете.
– Ты тоже считаешь, что я ничего из себя не представляю без Кира? – спросила тихо.
Очень медленно Толик поднял взгляд, по пути отложив телефон и поправив чёрный свитер. Он просканировал меня с макушки до пяток, задумчиво прикусил губу и хмыкнул.
– Не тому задаёшь вопрос.
– Может, я хочу услышать ответ именно от тебя?
Таран закатил глаза и слабо улыбнулся.
– Что ты хочешь узнать? Правда ли ты из себя ничего не представляешь? Нет, это не так.
Говорил Толик весьма убедительно, словно действительно в это верил. Но я нутром ощущала, что за простым ответом скрывается нечто большее.
– Ты реально считаешь, что девчонкам не место на техническом факультете? – выпалила я.
Парень удивлённо поднял брови.
– Слышала, значит, – пробормотал он, ни капли не смутившись. – Нет, Света, я считаю что тебе тут не место. Шумова, например, справляется сама, а у тебя так не получается. Кир свалил на олимпиаду, и сколько ты уже предупреждений от преподов получила?
– Это же ничего не меняет, – голос дрогнул от неуверенности.
– Мы с тобой не друзья, так что скажу, как есть: ты тянешь Юсупова вниз.
Я фыркнула, натянуто улыбнувшись.
– Бред.
– Ты в курсе, что за Киром числится три долга, потому что он постоянно помогает тебе? – выпалил Толик. – А в курсе, что Виктор Эдуардович писал ему на почту и угрожал поставить четыре за экзамен, если он не возьмётся за голову и не начнёт делать свои работы?
Я открыла рот, чтоб возразить и поставить Тарана на место, но испуганно замерла.
– Врёшь, – недоверчиво прошептала я. Толик в ответ покачал головой и снова уткнулся в телефон, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
Он ведь мог легко придумать ерунду и манипулировать этим. Заставить меня поверить в это.
Он мог.
Но я чувствовала: всё, что сказал Таран – правда.
