Текст книги "Офицер. Сопротивление бесполезно (СИ)"
Автор книги: Мари Дион
Соавторы: Вильда Кранц
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
Глава 34
Роман невозмутимо смотрит на меня.
– Не обращай внимания, – усмехается он.
А мне вот как-то не смешно.
– А почему тогда Арина так сказала? – с подозрением спрашиваю.
– У неё потом и спросишь. Ешь, – кивает он на мой недоеденный омлет.
Сам тоже с удовольствием махает вилкой.
– Я не поеду. Мне надо как-то деньги зарабатывать, на жизнь и на аренду, – отодвигая тарелку, говорю я.
Аппетит полностью отбило, от осознания того, что меня ждёт. А я ещё и бабушке обещала, что помогать буду, как только на работу устроюсь.
А как помогать, если мне до работы, как до китая пешком?
– Другую снимешь, – пожимает он плечами.
– Ага. А пока денег нет, бомжуй. Так что ли?
Роман-мерзавец кладёт вилку. Кладет руки по обе стороны от тарелки и смотрит прямо в глаза.
– Не будешь бомжевать, – уверенно говорит он.
– Да! И кто же мои финансовые проблемы будет решать? Ты?
– Я, – кивает он.
– Я не приму помощь от незнакомого человека, – твердо говорю я.
– Мы с тобой в засос целовались. Ты меня ногами обхватывала. И мы до сих пор не знакомы? Можем более тесно познакомиться, – нагло говорит он.
Отшатываюсь. Он успевает схватить меня за руку, предотвратив моё падение со стула.
– Оу. Все по согласию. Я не насильник, – усмехается Роман-мерзавец.
– Ты пошляк!
– Да, – пронзая меня потемневшим взглядом, говорит он.
– Не вижу поводов для гордости, – дёргаю руку.
– Могу показать.
– Другим показывай, – хмурясь, бросаю в ответ.
– Непременно, – кивает он.
Внутри неприятно скрести начинает.
Это же ревность!
Самая что ни на есть настоящая. Которой вот вообще во мне делать нечего. Уж точно не такой спутник жизни мне нужен.
– Вот и иди. А я поем и домой поеду, – снова дёргаю рукой.
– К тем упырям? – уточняет он.
Замираю, вспомнив, почему я вообще здесь оказалась.
– Роман, вы не понимаете. Мне надо как-то жизнь налаживать. А не по чужим бабушкам ездить.
– Это пока чужая, – заявляет он.
– В смысле пока? – нервно спрашиваю.
– Познакомишься и будет знакомая бабушка, – усмехается он.
Раз, два… Глубокий вдох. Три, четыре… Медленный выдох.
Спокойнее надо относиться к словам. Уж он точно не собирается делать того, что моя богатая фантазия уже рисует.
– Заживут твои травмы, решу вопрос с работой и жильём, – став серьёзным говорит он.
– А ты… вы не обманите? – с опаской спрашиваю я.
– А я обманывал? – дёргает бровью. – И уже определись, ты или вы, – тут же подмигивает он.
Вот и что мне делать?
Довериться Роману-мерзавцу? Или в съемную квартиру возвращаться?
– А вещи мои? Их же забрать надо и ключи сдать. И продуктов там, что… ты купил, много, – с запинкой говорю я, определившись к нему на ты обращаться.
А то и правда. То выкаю то тыкаю.
– Сделаем, – кивает он и отправляет последний кусочек омлета себе в рот. – Ешь давай, – приказывает он.
Сам поднимается и начинает наводить на кухне порядок.
Немного успокоившись, что вещи мои при мне останутся. Хоть их и не так много.
Но мне всё равно страшно. Хотя умом понимаю, что сейчас я точно сама ни с чем справится не могу. И доверять ему, у меня тоже не выходит.
Слишком противоречивым вышло наше знакомство. да и все последующие встречи тоже.
Я с ним как будто по острию ножа хожу. И не знаю в какой момент навернусь с него, или порежусь.
Как только моя тарелка пустеет, Роман сам забирает её. Слежу как он уверенно двигается, как будто не раз сам здесь готовил.
Жа и вообще, видимо у него и Арины близкие, и доверительные отношения. Даже не смотря на то, что они разговаривают так, как будто сейчас в драку полезут.
Или у них это привычное общение?
У меня брата никогда не было, поэтому судить мне об этом сложно.
В общем, через час мы выходим из квартиры Арины. А еще через двадцать минут, Роман паркуется напротив подъезда, где я снимаю квартиру.
Ковыляя по квартире, собираю свои вещи, пока Роман собирает продукты, по моей просьбе.
– Гудкова, что за нахуй? – раздаётся возмущенный голос с кухни.
Голова сама в плечи вжимается, хотя его и рядом нет.
– Что такое? – выкрикиваю из комнаты.
Он появляется в дверном проеме и в его руках замороженные упаковки готовой еды.
Чёрт! Совсем о них забыла.
– Это блядь что? – требовательно спрашивает он.
– Еда, – невозмутимо пожимаю плечами, хотя внутри всё сжимается.
– Я вижу. Нахер ты её заморозила? – не отстаёт он.
– В целях экономии. Чтобы на дольше хватило, – как рёбенку, разжевываю очевидное.
Вижу как его лицо вытягивается. И тут же становится недовольным.
– Почему не сказала сразу, что у тебя всё так хуёво? – требует он ответ.
Глава 35
Смотрю на него не понимая, он идиотом прикидывается или издевается?
– Я не говорила? – возмущаюсь я. – Да я тебе не раз про это говорила! И то что на собеседование опоздала. Из-за тебя, между прочим. Потом по твоей милости меня листовки перестали брать раздавать, где заяц этот чёртов был. А это между прочим самая высокооплачиваемая была подработка! И всё из-за тебя! И ты мне говоришь, я тебе не говорила? – истерично вываливаю на него всю накопившуюся злость, на одном дыхании.
Губы дрожат, подступающие слёзы застилают глаза. Обидно, до глубины души.
Он получается вообще не слушал .что я там ему говорила. Плевал он на все мои проблемы с большой колокольни.
Роман-мерзавец оказывается рядом. Сгребает меня в охапку и прижимает к своей мощной груди.
– Не реветь, – приказывает он.
И в этот момент слёзы брызгают из моих глаз. Судорожно всхлипываю и утыкаюсь носом в него.
Роман-мерзавец вздыхает, и прижимает меня ещё крепче к себе. Поглаживает по спине, успокаивающими движениями. Которые ни фига не успокаивают. Только сильнее плакать хочется.
– Разберусь с твоими проблемами, – уверенно говорит он.
– Как? – шмыгаю носом. – Вот вам Стюра Пирогова, вы обязаны взять её на работу? А на что жить я буду, пока первую зарплату получу? И где? – снова всхлипываю и чуть не рыдаю в голос. – Все из-за тебя, – ударяю его по плечу.
– Ща по жопе получишь! – рычит он.
– Только и можете что угрожать, чтоб делали как вам надо. А что потом с человеком, плевать вы хотели! – бубню в его грудную клетку.
– Гудкова, блядь! – рявкает Роман.
– Сами вы блядун. Я вообще-то… – обрываю себя на полуслове.
Вот, не хватало ещё вообще всё о себе ему вывалить.
– Я решу твои проблемы. Сопли подтирай и собирайся, – спокойнее говорит он. – А за блядуна, ответишь, – поднимая мой подбородок, с явным подтекстом говорит он. – И за выканье тоже.
В горле моментально пересыхает. Он неотрывно смотрит на моё лицо. Глаза гуляют по моему лицу. Останавливаются на губах.
Их тут же невыносимо захотелось облизнуть. Даже покалывать начало.
Он ведь как бог целуется, порочный и разратный. И от него вся огнём гореть начинаю.
Стоп! Я вообще про это думать не должна. Он может как полицейский хороший, но вот как человек, нет.
Так что нечего тут стоять и таять от его внимания.
– Сначала свои грехи замоли, прежде чем других наказывать, – хмурясь, говорю в ответ.
– Гудкова, я предупреждал, – с рычащими нотами в голосе говорит Роман.
Внутри меня всё замирает. Даже сердце перестаёт биться как сумасшедшее.
Его запах окутывает меня целиком. А от него ещё сильнее жар идет. Словно кто-то в печь дров подкинул, быстро-воспламеняющихся.
Его тяжёлая ладонь опускается на мою попу. Обжигает огнем кожу, даже сквозь штаны.
И в этот же момент он накрывает мои губы, затыкая все мои возмущения.
А я и сопротивляться не могу. Здоровая рука обездвижена его захватом. Здоровая нога начинает слабеть. И если бы не его руки, я бы уже рухнула на пол.
От нахлынувших на меня ощущений, которые сбивают с ног. Все мысли разлетаются, голова отключается.
Остаются только его губы, жадно пожирающие мои. Его руки, которые крепко держат, не позволяя вырваться.
А он всё целует. Жадно. Заставляя подчиниться его напору.
– Скажи вы, – разорвав поцелуй, рычит он мне в губы.
– И что будет? – с трудом выговариваю я слова.
– Интересно? – дергает бровью. – Тогда скажи, – подначивает он.
– Ты Роман Георгиевиич очень хитрый. Но и я не полная дура, – мотнув головой, отвечаю.
– Ок. Спешить не будем, – пожирая взглядом мои горящие от поцелуя губы, очень низким голосом говорит он.
Меня, от его слов, всю словно кипятком ошпаривает.
Это мы получается не торопимся?
Да мы несёмся на запредельной скорости как мне кажется. Хотя если сравнивать его стиль вождения и нормальных людей… Наверное, так оно и есть для него.
– В-вообще ничего не будем. Хватит лезть целоваться. Я не ваша девушка, – дёргаю плечами.
– Значит будешь, – невозмутимо отвечает он.
– Даже не надейся, – фыркаю я.
– Надеются слабаки. Я добиваюсь. Всегда добиваюсь, – многозначительно заявляет он.
Глава 36
Пока собираю вещи, последние слова Романа-мерзавца всё крутятся в голове. И никак не хотят меня отпускать.
Вот чего он в случае со мной собрался добиваться?
Секса?
Ведь его только это и волнует.
Вот был хотя бы намёк на серьезность. Так нет же. Только пошлые намеки.
Всё!
Ну и пусть бы искал себе девушку, которая на это согласна. Как минимум две при мне ему глазки строили и заигрывали.
Или у него такое соревнование? н
Мол, на кого сам глаз положил, та и обязана оказаться в его постели?
Ну явно же про меня история. Это мне кажется любому понятно будет. Мне кажется именно поэтому парни ко мне особо и не приставали.
Размениваться я не собираюсь. Да и как я потом бабуле своей в глаза смотреть буду.
Не-е-ет.
Явно Романа ждет разочарование. потому что я точно у него на поводу идти не собираюсь.
Такие как он поют красиво, а вот после бывает очень больно. Сама на на такое натыкалась. Больше не хочу.
– Ты вещи собираешь, или в облака витаешь? – доносится со стороны двери, голос Романа.
И тут же его шаги.
Он присаживается напротив. С приподнятой бровью разглядывает моё лицо.
– Перестань волноваться. Решим все твои проблемы, – успокаивающим голосом говорит он.
Ага. А когда решит, награду потребует. Вот это-то меня и пугает.
То что он поможет, у меня как ни странно больше волнений не вызывает. Потому что уже его сестра в курсе. А скоро и его бабушка будет обо мне знать.
– Бабуля нас уже ждёт, – добавляет он.
Я тут же начинаю торопится. Сама ненавижу ждать. И всегда стараюсь, чтобы из-за меня и другие так не мучались.
Дособирываю все свои скудные пожитки. не густо, к двадцати двум годам.
Вообще, я уже привыкла жить как спартанец. Базовый минимум во всём.
Хоть иногда и завидовала, будучи студенткой, как девчонки наряды часто меняют.
Тогда сама себе обещала, что как встану на ноги, накуплю себе вещей, и чтобы на полмесяца хватало в разное каждый день одеваться.
И что-то моя мечта всё дальше и дальше отодвигается. теперь вот перед Романом у меня ещё долг образовался. И неясно, какая полная сумма будет, когда я уже сама себя обеспечивать смогу.
Аж зубы сводит от такой ситуации.
– Гудкова, ещё заплачь, – ворчит Роман, когда я окидываю квартиру прощальным взглядом.
Сколько надежд в ней было. Как бессонными ночами зубрила, готовясь к экзаменам.
Что поделать, я сентиментальная натура. Хоть стараюсь это особо не показывать, чтобы никто этим мне во вред не воспользовался.
Этот так меня бабушка учила.
– Всё, – обхватывая меня за плечи, буквально выносит меня из квартиры Роман.
С хозяйкой я договорилась .что ключи в почтовый ящик кину. А ей видео записала, что её квартира в полном порядке.
Пока мы едем, Роман по телефону рабочие дела решает. А на меня грусть тоска напала. Еду с чужим человеком, к чужой бабушке, непонятно куда. И самое обидное, поделать с этим ничего пока не могу.
Мою бабулю пугать не хочется. Она у меня уже старенькая и я всё чаще говорю ей, что всё у меня хорошо. Чтобы не волновать.
А если скажу, она же полетит меня спасать. Бросит всю свою домашнюю живность. А мне их жалко.
Внезапно, Роман резко сворачивает направо и паркуется напротив ресторана.
В это время из него как раз выходят две стильные бабушки. Одеты все с иголочки. Этакая интеллигенция давних лет.
Забавно на них смотреть и приятно. Молодцы, дома не сидят. Развлекаются и жизнью наслаждаются.
Роман выходит из машины, и идет прямиком к ним. Пристальнее разглядываю бабушек, пытаясь угадать, чья из них Ромина.
Оказывается, то что более активная.
Могла бы и сразу догадаться. Они похоже все проактивные. Что Сам Роман, что его сестра Арина. И бабуля вон, от них не отстаёт.
Вижу как тепло они обнимаются, и мне сразу к своей бабуле захотелось. Обнять, попалакться ей и услышать, что она в меня верит, что всё у меня получится и по итогу всё будет хорошо.
Вторую бабушку забирает мужчина в костюме и усаживает в машину представительского класса.
А Роман ведет свою к машине.
И только сейчас я начинаю задаваться вопросом, как мы все в машине Романа поедем. Я наврядли назад смогу закарабкаться. Да и бабулю неудобно туда заставлять лезть.
Глава 37
– Ой ты боже мой, какая красавица! – стоит Роману открыть дверь с моей стороны, восклицает его бабушка.
Что-то, в её присутствии, даже мысленно мерзавцем его назвать язык не поворачивается.
– Других не спасаем, – улыбается он.
Бабуля стреляет в Романа глазами. Пристально так, как будто мысли его читает. И тут же поворачивается ко мне.
– Я бабушка этого охламона. Дарья Сергеевна. Можно просто бабуля. Я не обижусь, – не дожидаясь пока нас представят, берёт сразу быка за рога.
– Лиза, – скованно улыбаюсь я.
Я даже теряюсь от такого напора.
– И имя тебе очень подходит, – разглядывая мою ногу и руку под футболкой, тепло улыбается она. – Так, дорогой! Давай назад запрыгивай. А я молодость вспомню, – командует она.
– Ба, – хмуро тянет Роман.
– Ну что ба? – вздергивает подбородок, чтобы в глаза внуку посмотреть. – Надо было на нормальной машине приехать. Я назад не полезу. Лизоньку тем более туда пихать не надо. Остался только ты ловкий, – взмахивает руками.
Суровый Роман, угрюмо смотрит на маленькую бабулю. С трудом сдерживаю улыбку.
Ох, как же приятно на это смотреть! Хоть кто-то этого наглеца на место умеет ставить.
И явно он ведь может этого не делать. Но видимо, уважение к бабуле, пересиливает его своенравное нутро.
– Только улыбнись, – стреляя в меня грозным взглядом, рычит он.
– Ты мне девушку не запугивай! И так глазища на пол лица уже от ужаса у неё, – подталкивая его к водительской двери, строжится бабуля.
Роман послушно идёт. Открывает дверь, откидывает сидушку на руль и с трудом протискивается на заднее сиденье.
Я даже улавливаю маты, которые он почти беззвучно произносит.
– И не сквернословь там. А то боженька язык отхуярит! – откидывая сиденье на место, выдает бабуля.
Не в силах больше сдерживаться, прыскаю со смеха. Роман ворчит с заднего сиденья. А бабуля грациозно опускается на водительское сиденье, с видом светской дамы.
– Напокупают фигни всякой, а ты потом отдувайся, – вздыхает она и заводит двигатель. – Нет бы посолиднее что купить. Не мальчик молодой уже, – выруливая на дорогу, ворчит она.
– Это солидная машина, – отрезает Роман.
– Не смеши мои уши, – отмахивается. – Рассказывай лучше, где такую красавицу нашёл, – требует она.
Мне даже интересно, что Роман сейчас говорить будет. Улыбка сама на лице растягивается.
Прилетает чувствительный тычок в плечо. А я ничего поделать не могу. У меня душа поёт. Бабуля сейчас ему за меня по полной выдаст.
В этом я на все триста процентов уверена.
Роман хмыкает.
– Сама меня нашла. Выбежала под колёса, – нагло заявляет он.
Ой Роман Георгиевич! Вот ты же сам напрашиваешься.
– А кто-то летел как угорелый, – добавляю я.
– Это поэтому ты переломанная вся? – ужасается бабуля.
Бабуля строго смотрит в зеркало заднего вида на Романа.
– Рома? – требовательно завет она.
– Давай не в дороге, ба. За дорогой лучше следи, – спокойно отвечает Роман.
– Я то послежу. А ты готовься, – с угрозой в голосе, говорит бабуля.
Рома тяжело вздыхает, что аж до меня долетает, шевеля волосы.
Он наклоняется ко мне, со стороны двери.
– За бабулей тебе не удастся от меня спрятаться, – тихо рычит он мне на ухо будоражащим тоном.
У меня, от его, слов ходок по позвоночнику пробегает. А внутри наоборот, всё вспыхивает жаром.
– Ты надолго ко мне? – бросает бабуля через плечо.
Замечает, как Роман от меня отстраняется.
– И не приставай к Лизе. Знаю я тебя, – строжится она.
– На пару дней точно. Дальше видно будет, – довольно говорит он.
Затылком чувствую, как он меня взглядом сверлит. И мне не по себе становится.
Особенно после его угрозы.
– Это хорошо. Успеешь Лизе наше озеро показать. Да по окрестностям прокатить, чтобы красотой полюбовалась. А то сидите в картонных коробках в городе, ни черта не видите, – ворчит бабуля. – И небо звездное тоже покажешь.
– Все выполню, бабуль, – довольно подает голос Роман.
Кажется, я сама на себя беду накликала…
Глава 38
Домик Дарьи Сергеевны, оказывается настоящим загородным домом. Есть небольшой огород. И много газона с плодовыми деревьями.
Внутри тоже много пространства.
– У вас очень просторно, – с восхищением разглядывая большую гостиную с камином, говорю я.
– Это да. Всю жизнь жила в тесноте, и внуки исполнили мою мечту. Чтобы пространства вокруг было много, – гордо говорит она.
– Единственный минус, убираться замучаешься, – с практической стороны оцениваю я.
– Ой! И эту проблему они решили. Приглашают девочек ко мне, из, – она щёлкает пальцами, вспоминая название.
– Бабуль, клининговая компания, – появившись с моей сумкой, говорит Роман.
– Вот да, это слово. Язык чёрт побери сломать можно! – ворчит дарья сергеевна. – Нет бы по русски назвать. Все англицизмами утыкали.
– Дамы, вынужден вас оставить, – ставя сумку у дивана, объявляет Роман.
– Внук, – с укором смотрит на него бабуля.
– Работа, сама же знаешь, – пожимает плечами.
– Ну и едь, – машет на него. – Сами мясо на огне пожарим и съедим.
– Это не честно, – хмурится Роман.
– А надо было работу поспокойнее выбирать, – парирует бабуля в ответ.
Всунув ему два быстро сделанных бутерброда, бабуля провожает внука. Я стою на крылечке, радуясь, что все угрозы останутся невыполненными.
А потом, может вообще, он на другую своё внимание переключит.
Ближе к вечеру, мы жарим шашлык. Бабуля ничего не позволяет мне делать.
– Ты и так настрадалась. Твоё дело восстанавливаться, хорошо кушать и отдыхать, – пересекая мою очередную попытку помочь, строжится она.
– Да мне не удобно бездельничать, – честно говорю я.
– Неудобно на потолке спать. Одеяло спадывает, – отрезает она. – Шуруй за стол и пей чай, – отгоняя меня от мангала, командует она.
А когда всё готово, мы в беседке на улице ужинаем.
Шашлык такой вкусный и нежный, что язык проглотить можно. Теперь я понимаю, почему Роман насупился, когда бабуля его этим шашлыком и стращала.
– Очень вкусно. Поделитесь рецептом, что делать, чтобы мясо таким нежным сочным получалось? – доедая вторую шпажку, спрашиваю я.
– Научу, когда рука заживёт, – довольно говорит бабуля.
Следующие две недели я можно сказать только и делаю, что наслаждаюсь жизнью.
бабуля окружает меня заботой. даже начала позволять хоть немного ей помогать. Днем мы занимаемся садом, готовкой, а вечерами ведем задушевные беседы.
Она мне рассказывает про свою молодость, а я ей про своё детство.
Роман за это время приезжал два раза. И каждый раз буквально на два-три часа, ссылаясь на дикую занятость.
И я каждый раз выдыхала от облегчения и сожалела одновременно. Ещё и начала себя ловить на том, что скучаю по нему.
А он, зараза, ещё и масла в огонь подливает. Смотрит жадно, словно всю меня сожрать целиком готов.
И подарочки привозит. Шкатулку красивую, хранить всякие мелочи, привёз в первый раз. А во второй – набор кремов, для всего тела.
А когда вручает их, всегда награду требует. В щёку его поцеловать.
И у меня чувство, что я огнедышащего дракона целую. Который вот-вот схватит меня и утащит в свою пещеру.
Арина приезжает чаще. И каждый раз рассказывает нам, что никаких девиц в поле зрения Романа нет. При этом поглядывает на меня, словно я об этом её спрашивала.
Арина же и везёт меня в больницу, на приём к травматологу.
– Знаешь, я не узнаю своего брата, – вдруг говорит она. – Перестал девиц кадрить. Работает как проклятый, как будто куда-то торопится. Есть идеи почему? – хитро прищурившись, спрашивает
От её слов, внутри всё теплеет.
– Понятия не имею, – мотаю головой.
Кто его знает, может он специально скрывается, чтобы Арина мне не рассказала.
– А вот зря. Я думаю, он на тебя глаз положил.
– А через пару недель положит на другую, – отмахиваюсь я.
– Да нет, – качает она головой. – Кажется, Рома понял, что пора остепениться. И про тебя постоянно спрашивает, как я от вас приезжаю.
– Арина, мы обе взрослые девушки. И бабника, ничто и никто исправить не сможет. Это у них в крови, из койки в койку прыгать.
– Я не согласна. Бабник меняется, когда влюбляется. И видит потом только одну женщину.
– А когда страсть и период влюбленности проходит, снова видит всех остальных, – добавляю я.
– Вот что ты такая вредная. Я тебе и так намекаю и так. А ты… – машет она рукой.
– А я привыкла трезво смотреть на вещи, Арин, – с грустью в голосе, отвечаю я.
Напоминаем! У нас вышла новая история.
С нетерпением ждём Вас в гости ☺️
– Так, курицы! Которая из вас Никитина?! – рычит с порога амбал, одетый в костюм с иголочки.
Замираю от страха. Потому что Никитина – это я.
В кабинете не слышно ни звука. Все взгляды моих коллег, как по команде в один момент, устремляются на меня. Я ощущаю кожей, прилипшее ко мне внимание.
Амбал это видит. Идёт прямиком к моему столу. Останавливается напротив. Даже ничего не делая, он пугает до дрожи в коленках.
– Со мной поедешь, – приказывает он по-хозяйски.




























