Текст книги "Офицер. Сопротивление бесполезно (СИ)"
Автор книги: Мари Дион
Соавторы: Вильда Кранц
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)
Глава 50
Тишину нарушает только наше дыхание. Рома нежно целует, так что в области сердца щемить начинает.
Делает резкий толчок бедрами.
Замираю в ожидании дикой боли. А чувствую только чуть неприятные неясные отголоски, которые исчезают так же стремительно, как и появились.
– Это первый и последний раз, когда было больно, – успокаивающе говорит он.
Закусываю губу. Стесняюсь сказать, что было почти не больно. Даже комары больнее кусаются.
Я читала, что если женщина сильно возбуждена и ей повезло с половым партнёром, то и боли практически не бывает.
Из-за этого потом бывают проблемы. Потому что мужчины не верят, что вообще была эта девственная плева.
Вместо того чтобы что-то говорить, просто притягиваю его обратно за шею. В полной темноте это оказывается не так и страшно.
И сразу получаю страстный поцелуй.
Плавный толчок его бедер и из глаз сыплются искры. От жгучего удовольствия.
Стон сам вырывается из горла. Царапаю его кожу на затылке, от переизбытка чувственности.
Рома тут же рычит. Мой стон, его рычание смешиваются в будоражащий коктейль.
А он начинает двигаться быстрее, наполняя меня до отказа. Заставляя извиваться под ним. Хвататься за его плечи. И улетать в небеса.
Что-то большое пугающее начинает скручиваться внизу живота. Как будто большой ком, который вот-вот взорвётся.
Мечусь ещё сильнее. Свободные губы издают гортанные стоны.
– Кричи моя девочка, – с рычанием говорит он. – Кончай!
И я взрываюсь. Как будто разрываюсь на тысячи мелких песчинок. Мощные судороги удовольствия сводят тело.
А он всё не останавливается. Не даёт выдохнуть, искупаться в мягких волнах удовольствия.
Только продлевает мою агонию. Продлевает острое удовольствие, заставляющее всё содрогаться и содрогаться всё тело.
И когда уже мои стоны переходят на ультразвук, Рома делает несколько мощных толчков и сам начинает содрогаться с утробным рычанием. И меня снова скручивают сладкие судороги. Ещё мощнее чем первые.
Он вжимается в меня до основания. Подминает меня всю под себя. Как будто хочет впечатать моё тело в своё навсегда.
И снова требовательные губы на моих. Жадные, присваивающие.
Я и сама себя чувствую присвоенной. И на данный момент, я не имею ничего против. Мне до безумия хорошо. Сладко и остро одновременно.
Не разрывая поцелуй, он падает на бок, не выпуская меня из крепких объятий.
С трудом отрываю его от себя.
– Дай хоть подышать нормально, – жадно хватая ртом воздух, выдавливаю слова.
Прячу своё лицо у него на груди. Хоть и темно, но всё равно, начинает становиться стыдно.
– Даже не думай! – взяв меня за подбородок, возвращает он лицо там где и было. – Ты ничего предосудительно не сделала. А если решишь искать виноватых, вали всё на меня.
А я знаю что сделала. Я сама этого хотела. давно хотела.
Только это ведь так неправильно! И так сладко, что сердце в пятки убегает.
– И чем это поможет? – хмыкаю я.
– Да вы вечно головы свои греете. Не так себя повела, не тому дала, юбка слишком короткая. У вас загонов, хер на всех пальцах пересчитаешь.
– Ты сейчас вот это вот серьёзно?
– Лиз, ты охеренная. Но сейчас, я не готов, чтобы мне мозги ебали. Не порти момент.
Как игрушку, разворачивает меня к себе спиной, и крепко прижимает. Не давая даже шанса вырваться
– Спать. Все разговоры завтра.
Глава 51
– Спать? – возмущенно уточняю я. – Сделал своё грязное дело и всё, мужика не трогать?! Так и знала, что…
Большая ладонь ложится на моё лицо, затыкая при этом рот.
– Какое в пизду грязное? – рявкает он так, что уши закладывает. – Какую ты хуйню опять придумала у себя в голове?
Ответить не могу, потому что рука никуда не делась.
– Я блядь тебя спать призываю, чтобы не затрахать тебя же до смерти. Потому что блядь мне мало. А ты девочка была полчаса назад. Тебе время восстановится нужно. Поняла?! Кивни! – требует он.
Сглатываю и киваю.
На душе словно заново расцветают начавшие стремительно вянуть цветы. Так мне спокойно становится, что сам от себя в шоке.
И в который раз, опять себя чувствую полной дурой.
– Вот и замечательно, – рычит он. – Спокойной, тебе, ночи, – убирая руку обратно на мою талию, с расстановкой добавляет.
– А тебе? – шёпотом спрашиваю я.
– А мне, – он толкается бедрами, впечатывая в в мою попу стоящий член, – скрипеть зубами, за то что блядь благородство решил проявить.
Прислушиваюсь к себе. Стараясь понять, что мне там восстанавливать надо, по его словам.
И вроде и не надо ничего.
Мне нигде не больно. А вот от его толчка, наоборот всё внутри призывно сжимается.
– А что должно восстановится? – уточняю для себя.
Я правда не понимаю.
– Лиз, – рычит он мне в шею, – не доводи до греха. Я блядь не железный.
– Да я узнать… понять хочу. У меня вообще-то всё это впервые и ты явно в этой теме гораздо больше понимаешь. Мне пойти у кого-то другого спросить?
– Я тебе блядь спрошу! – ревностно продолжает рычать. – У тебя ничего не болит? – уже спокойное спрашивает он.
– Не болит, – мотаю головой ещё, для убедительности.
– Не тянет, не ноет, не жжёт?
– Тянуть начало, после того как ты, в меня им упёрся. Как будто резко чего-то там стало не хватать, – стесняясь, всё же говорю как есть.
– Чего-то там? – соблазняющим голосом переспрашивает он. – Неизвестное что-то, да?
Щёки огнем гореть начинают.
Конечно известное. Только я не могу такое говорить. Мне и думать стыдно, что мне снова хочется всё это испытать. Вот всё-всё заново.
– Угу, – выдавливаю из себя.
– Лиз, ты откуда такая взялась, а? – сжимая меня крепче, обжигает дыханием кожу на шее и туда же целует.
– Из мамы, – пожимаю плечами. – Тебе ли не знать, откуда дети берутся.
Он рычит. Но уже не пугающе. А наоборот, как будто доволен моими словами.
– Тогда держись Лиса. Спать я тебе уже не дам сегодня…
И не дал. Только когда солнце высоко поднялось над горизонтом, бы оба обессиленные отрубились. в объятиях друг друга.
Сейчас, проснувшись, лежу на его груди и слушаю размеренное дыхание спящего мужчины. невероятного мужчины.
До сих пор не могу поверить, что так бывает.
Как будто недостающая часть наконец присоединилась к моей жизни. И хочется дышать полной грудью. И хочется радоваться всему.
Страшно только немножечко. Потому что я так и не спросила его, он это всё всерьёз или нет.
Хотя, если рассуждать по его логике, всё серьёзно. Он прекрасно же знал, что я не девушка на одну ночь. И я изо всех сил стараюсь себя останавливать, чтобы не накрутить себя снова.
Природа у нас женская такая что ли, что мы всё усложняем. Стесняемся спросить прямо, и сами за мужчин додумываем. И как показала моя практика, совсем не то я додумываю.
Прижимаюсь к нему покрепче, чтобы отогнать пугающие мысли.
Вот он, лежит, обнимает меня даже во сне. И выпускать не собирается. Потому что стоит шевельнуться, у его рук сразу же срабатывает хватательный эффект.
И вот это ли не доказательство, что отпускать он меня не собирается, даже во сне.
Глажу его рельефные кубики на животе. И в области паха, тут же чего-то там поднимается. Как раз чего мне не хватало.
Усмехаюсь, вспоминая как он провокационно меня спрашивал. Надо привыкать к тому, что он вещи называет своими именами. Тарахаться, член, вагина, смазка, клитор.
Вспоминаю как он проводил экскурсию по моему же телу. И как я краснела и изнывала от желания, чтобы он уже приступил к более активным действиям.
Он пошлый до невозможности!
Потому что перед глазами встаёт картинка, как он трахал меня своим языком, прямо туда. И смотрел, как я извиваюсь от этой, чересчур откровенной ласки.
Прячу лицо на его груди.
Кажется мне на всю жизнь хватит, перебирать в памяти прошедшую ночь. Страстную, развратную и переполненную сладким удовольствием.
– Я тебе новые обеспечу, воспоминания, – не открывая глаз, сонно-рычащим голосом говорит Рома.
Ой мамочки, я что, это вслух сказала?!
Глава 52
К бабуле мы приезжаем только к обеду. И я не знаю куда глаза девать.
Я на все миллион процентов уверена, она обо всём догадывается. Не в деталях конечно. Но что всё было, она уж точно знает.
– Голодны пади? – с порога начинает она суетится. – Лиза, тебя это жук окаянный ночью не заморозил? – строго говорит она мне, а смотрит на Рому.
– Бабуль, я изверга похож? – возмущается он.
Она прищуривается, как будто глубоко задумывается.
– Ба, – строжится Рома.
– Что ба? – невозмутимо спрашивает она в ответ. – Так, руки мыть и за стол!
Тут же она уносится на кухню. А я чуть ли не по стеночке сползаю.
– Бабуле передай, к вечеру вернусь, – прижимая меня к стене, подмигивает он.
– Т-ты… меня что? Одну бросаешь? – не веря своим ушам, еле говорю я.
Это же мне не спрятаться будет от каверзных вопросов. Ладно когда и скрывать нечего. А сейчас. да я сгорю там на стуле за столом. От стыда и того что приходиться юлить.
– Оставляю в надёжных руках, – поправляет он меня.
Тут же ворует у меня быстрый поцелуй и быстро выходит за дверь. Тут же хлопает машина его машины. Начинает урчать двигатель.
– Это ты его так напугала что ли? – выглядывая из кухни, шутит бабуля.
Если бы я. Это он меня вечно пугает. А теперь ещё и оставил одну отчитываться.
– Сказал вечером вернётся, – отрываясь от стены, хромаю к ванной.
– Надо тогда нам ужин праздничный готовить, – заявляет сразу же она.
– Эм. А зачем праздничный?
– Увидишь, – хитро улыбнувшись, бабуля скрывается на кухне.
Вот сразу видно родственники. Оба загадками разговаривают.
Помыв руки, захожу на кухню. На столе накрыто только на одного.
– Бабуль, а ты?
– А я уже поела. Я пока в магазин, а ты ешь, – снимая фартук, быстро говорит она.
Ничего не понимая, наблюдаю как она собирается. И через три минуты входная дверь хлопает ещё раз.
Вроде и хорошо. И в то же время странно.
Никто мне вопросов задавать не будет.
Хотя когда готовить будем, точно спросит. Но я тогда хоть подготовлюсь. Наверное.
Бабуля возвращается через час. С двумя пакетами.
– Ну зачем же вы такие тяжести таскаете? – вздыхаю я, забирая один пакет и тянусь за вторым.
– Тебе хватит. На одну здоровую ногу как раз, – отталкивая мою руку, подкалывает. – Тем более меня подвезли, – гордо добавляет она.
– Тогда не ворчу, – улыбаюсь в ответ.
– Ворчать, это моя прерогатива. А ты ещё маленькая, – летит мне в спину.
Вот же бабуля, палец в рот не клади. Всегда найдет чем ответить.
Мы готовим, а бабуля рассказывает мне про соседа, который к ней уже пятый месяц "свои яйца подкатывает".
– И что, так и будете его мурыжить дальше?
– Буду, пока не поймёт, что и за пенсионерками нормально ухаживать надо. У него вон цветник какой красивый. А он мне за всё время ни одного цветочка не подарил. И нахрена мне такой мужик спрашивается? – взмахивает она руками.
И мне рома цветы не дарил. Но за то шкатулку и набор цветов. Практично как ни как. А цветы всё равно хочется…
– Ну так он, вон, вас подвозит, с пакетами. Да по хозяйству помогает, – встаю на защиту соседа.
– Знаешь, практичность это хорошо. Но коли мужик не понимает, что ещё и душу женскую баловать надо. Цветы, конфеты и романтику никто не отменял. И для нас, она как эликсир молодости работает, – наставительно говорит бабуля.
И я с ней в этом абсолютно согласна.
Вчерашний вечер тут же всплывает в памяти. Я же его портила как могла. Своими обидками.
А Рома же наверное продумал всё. И еда вкусная и шампанское вкусное. Без цветов правда. Но за них я приму красивое место, куда он меня привез.
Настоящий маленький райский уголок уединенный.
К вечеру, как и обещал, приезжает Рома. С Ариной.
Выходя из машины, они заговорщицки переглядываются. А как только замечают меня на крыльце, делают вид что ничего подобного и не было.
Встречам их с бабулей. Рассаживаемся за столом. Все делятся последними новостями.
Но за столом так и витает ожидание что вот-вот что-то начнётся. И я понять не могу, чего все так ждут. И я блин, вместе с ними.
И оно начинается.
– Я на минутку, – Рома выходит из-за стола.
А затем и вообще из дома. Бабуля и Арина с улыбками смотрят на меня.
Ну нет! Да быть этого не может!
Не успеваю я свою мысль додумать, как в дверях появляется Роман. С огромным букетом.
Кладёт его мне на колени. Отходит на пару шагов. Встает на одно колено и протягивает мне открытую коробочку.
– Лиза, не вздумай соглашаться! – восклицает бабуля.
Глава 53
Все мы, трое, ошарашенно смотрим на бабулю. А она сидит с невинным видом и делает глоток вина из бокала.
– Ба, ты чего? – первой отмирает Арина.
– Что ба? Ты видела, чтобы чтобы он Лизе цветы дарил? Чтобы на свидания её приглашал? – возмущенно спрашивает она. – Я вот не видела.
Мне сразу же все становится понятно. И разговор про соседа тут же вспоминается. И про душу, о которой мужчина редко когда заботится.
– Ну вчера же, на берег, ужин там романтический. Да и Лизе он шкатулку и крема дарил. И сейчас цветы, – защищает Арина брата.
– Ой как замечательно, – бабуля хлопает в ладошки. – Из больницы вёз девушку, а заодно и на свидание завез. Вообще красота. И шкатулка эта с кремами. Очень практичные подарки, да? – строжится она. – А что потом, сковородки, пылесосы да утюги? Охренеть романтика!
Повисает молчание. Я растерянно смотрю на каждого по очереди.
– Внук, я тебя не так воспитывала. Ты ни на одно нормальное свидание Лизу не пригласил. Ни одного цветочка не подарил! – хмуро посмотрев на рому, переводит взгляд на Арину. – Внучка, вот к тебе, сейчас парень подойдет, скажет на кольцо, вари мне щи да борщи, да трусы с носками стирай. Ты согласишься?
Арина, поджав губы, мотает головой.
– Так с какого рожна Лиза должна соглашаться?! Она здесь одна. Бабушка у неё далеко. И ей даже за советом окромя меня пойти не к кому. Так вот, я её защищать буду! – отрезает бабуля. – А ты, Рома, – тычет в него пальцем, – хочешь в жёны такую умницу и красавицу, для начала пошевели своими булками. И докажи, что ты ей достойная пара! – кулак бабули с грохотом опускается на стол.
В шоке всё. Кроме бабули естественно.
И я разрываюсь. Я бы ведь и так согласилась. Но и слова бабули, тоже цепляют душу.
– Справедливо, – поднимаясь, откашливается Рома. – Лиза, прими кольцо. Просто подарок.
Скованно улыбаюсь и киваю. Я расплакаться готова от счастья и горя одновременно.
Первое моё предложение руки и сердца. И всё кот под хвост.
А так всё красиво начиналось…
Остаток ужина, мы все делаем вид, что ничего такого не произошло. А напряжение так и витает над столом.
И ещё букет, стоящий теперь в вазе на тумбе, напоминает мне, что всё сейчас могло быть совсем по другому.
Вскоре Арина и Рома уезжают.
Я помогу прибраться после застолья.
– А ты чего это нос повесила?
Я пожимаю плечами.
– А вдруг он передумает, – говорю о своих страхах.
– Рома? – удивленно переспрашивает бабуля.
Я киваю в ответ. Говорить не могу. В горле ком встал и глаза щипать начинает.
– Девочка моя, у тебя сейчас начинается самый интересный период в жизни. Поверь мне, я своего внука знаю. Он привык, что девахи к нему сами в объятия запрыгивают. А сейчас, для него как раз будет переобучение, – важно кивает она.
– Переобучение? – удивлённо переспрашиваю.
– Конечно. Он сейчас вкладываться начет. А люди так устроены, во что не вкладывалась, то и не ценят.
– Так он вкладывался, – озадаченно говорю я. – Помогал мне, и едой, и деньгами, и к врачам возил. И то что Арина перечисляла.
– Нет, пусть видит как твои глаза загораются, от его поступков. И не волнуйся за зря.
Ох, бабуля конечно своего внука знает. Но все мы знаем, как мы ведем себя с родителями и бабушками с дедушками.
Они ведь по большей части и не знают, в каких передрягах их дети побывали.
Да и мысли свои, мы тоже мало кому озвучиваем. Так что, вот здесь я вообще не могу быть уверена.
Вдруг он сейчас хорошенько подумает, да и решит, нахрена ему такая бесперспективна невеста? У которой за душой, в финансовом плане, нет ничегошеньки.
Спать я ложусь в очень растрёпанных чувствах.
Утром просыпаюсь такая же расстроенная. Ковыляю к ванной комнате. А открыв дверь, натыкаюсь на небольшую корзинку с цветами.
Сердце радостно подпрыгивает.
Поднимаю и утыкаюсь носом в небольшие нежные розовые бутоны. Натыкаюсь на что-то острое. От радости, я оказывается открытку маленькую не заметила.
Подрагивающими пальцами достаю её. Открываю, читаю и пищу от радости в прямом смысле.
Ещё раз перечитываю:
"Официальное приглашение на свидание!
Жду тебя в гостинной. Собирайся спокойно. Форма одежды, празднично-удобная.
Роман".
И где я такую возьму? У меня только летний костюм под это описание подходит. Легкий и свободный.
Прошлым летом, бабушка моя повела меня силком в магазин. Сама выбрала, и сама купила. Сказала что хоть будет мне во что на свидание нарядиться.
Ни на какое свидание я так в итоге и не ходила. И костюм этот ни разу так и не надела.
Заношу корзинку в комнату. Ставлю на прикроватную тумбочку и с улыбкой до ушей, бегу в душ. Дальше прическа, легкий макияж.
И вот я, с уже бьющимся, как отбойный молоток сердцем, иду в гостинную.
Глава 54
– Давай рассказывай уже! – требует Арина.
Мы прогуливаемся по парку. Я свечусь наверное как солнышко.
– Лиз, ну не томи. Ромка сам же ничего не рассказывает. А я за вас порадоваться хочу! – взмахивает она руками.
– Говори уже правду, что любопытство тебя жуть как мучает, – чуть толкаю её плечом по дружески.
– Ну и это тоже. Но радость за вас на первом месте. честно-честно! – строит невинные глазки, заглядывая в мои.
Мы обе начинаем смеяться.
Арина стала моей подругой. Вот прям настоящей. И вещи мне давала, на свидания с ходить. И поддерживает. И за советом сама приходит.
Мы как-то так постепенно сдружились, что сейчас нам двоим кажется, что с малых лет дружим.
– Хорош, Арин. Дай нам хоть что-то лично для себя оставить.
Арина вздыхает, как будто на неё вся тяжесть мина свалилась.
Однако тут же начинает улыбаться.
– Значит, там так всё интимно, да?
Закатываю глаза. Вот же неугомонная.
– Да, – краснея как спелый помидор, говорю я.
– Уиии! – сжимает руки в кулачки и трясет ими перед собой. – У меня скоро появятся племянники!
– Какие племянники. Мне второго предложения ещё никто не делал.
– Ой, сделает. Он сейчас очки себе зарабатывает, чтоб ты отказаться вообще никак не смогла.
– Ага, второй месяц уже зарабатывает.
Ведь правда, уже второй месяц. Я же блин дни считаю. Как дура наверное.
И если по правде, это самые невероятные дни за всю мою жизнь. Бабуля правду говорила.
А вот моя всё ждёт меня. А я жду, когда первую получку получу. И сразу к ней рвану.
Я теперь с Ромой работаю. В бухгалтерии. Он посодействовал. И часто ко мне заглядывает и в краску меня при всех вгоняет.
И что ещё я заметила, всем стоящим ем глазки девушкам, говорит что он уже без пяти минут женатый мужчина. Так что нехер ему глаза эти самые стоить.
Это я случайно услышала. В коридоре на работе. Он об этом даже и не знает. А я потом три дня улыбалась. Да и сейчас как вспомню, на душе теплее становится.
– Что, сегодня рванём все к бабуле? – оставив волнующую меня тему, спрашивает она.
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Рома ещё ничего про планы на выходные не говорил. Он вообще сказал на задание поедет, и целый день его нет, – хмурюсь я.
И не звонит и не пишет ещё. Хотя до этого всегда минутку находил, чтобы какую-нибудь возмутительную пошлось написать, чтобы я потом полдня с горящими щеками ходила.
– Ну тогда поехали сами. А ему смску напишем, где нас искать, – заговорщицки предлагает Аринка.
– А давай, – соглашаюсь я.
В следующий раз вспомнить, что своей девушке хоть раз за день надо сообщать, что с ним всё хорошо.
– А бабулю будем красивым видом баловать?
– Зачем?
– Ну просто. Ей нравится, когда мы нарядные.
Смотрю скептически на Арину.
– Ну что! Просто у меня давно повода нарядится не было. Меня каждый день на свидания не приглашают, – куксится она. – Я вообще домашний затворник на удалёнке. Могла бы и поддержать мой романтический порыв. Вдруг по дороге я свою судьбу встречу. И выйду такая в обычных джинсах. Он на меня и внимания не обратит.
– Арин, кажется ты переигрываешь.
– Чуть-чуть, – показывает пару миллиметров между пальцами.
– Ладно, – сдаюсь я. – Только чур не вечерние платья.
– А какие? Нет-нет. Только тяжёлый люкс! – отрезает она и тащит к нашему подъезду.
Если что, я пока у неё живу. А Рома, хитрый жук, ночью к нам пробирается.
Через два часа, мы прямо настоящие красотки. Садимся в машину, и едем к бабуле.
Болтаем по дороге. Арина всё меня спрашивает, как я себе представляю предложение Ромы.
– Да ни как не представляю. Меня и точно такое же бы устроило. Только чтобы моя бабушка ещё была.
– Ждешь не дождёшься получки?
– Ага, – активно киваю.
– А чего Рому не попросишь?
– Да нет. Он и так меня с этими ухаживаниями тратится. Я уже себя неудобно чувствую. Как будто деньги из него тяну, – хмурюсь я.
– Ну знаешь, если бы он не хотел, то ни копейки бы и не потратил. Хочешь расскажу прайс, который он выделял на прошлых своих куриц?
– Ой, давай бы про это не будем, – корчу недовольную моську.
Правда, мне про это слушать не хочется. Это в прошлом. Я это сама вижу и он мне частенько про это говорит.
– А вот и зря. Он на одно свидание с тобой, тратит раз… – она задумывается. – В общем в разы больше точно.
– Арина, – стону я её имя.
– Бутылка недорогого шампуня и такси. И всё! Ни цветов, ни подарков, – быстро тараторит она, понимая что я её сейчас ущипну. – И водителя нельзя обижать! – ещё быстрее добавляет она.
– Только это тебя и спасает, – строжусь на неё.
Когда подъезжаем, видим машину Ромы около ворот.
Обе переглядываемся.
– Ты с бабулей списывалась? – встревоженно спрашивает Арина.
– Ага. В обед, – киваю.
– И я в обед. Может случилось что? Пошли скорее!
Мы почти выпрыгиваем из машины. И спешим в дом.
Вваливаемся в калитку и замираем. В беседке горит вечернее освещение и стол накрыт праздничный.
Навстречу нам идут бабуля и Рома. А следом ещё кто-то. Они как будто специально не дают увидеть кто.
Оборачиваюсь на Арину, застранку. Стоит и улыбается во все тридцать два.
Вот же актриса!
– Не ругайся на неё. Это я попросил.
Рома берёт меня за подбородок и поворачивает моё лицо к себе.
– Мы все для тебя сюрприз готовили, – он быстро целует меня в губы и тут же отступает в сторону.
А там моя бабушка! Кидаемся друг другу в объятия. Обнимаемся, у меня уже слёзы во всю по щекам текут. У бабушки тоже.
Теперь я понимаю, почему Арина на водостойкой косметике настаивала.
– Маленькая моя, какая ты у меня красивая, – причитает бабушка. – И жених у тебя очень хороший парень, – она вытирает слёзы с моих щёк.
А я в ответ с её.
– Бабуль, я так тебя люблю. И так соскучилась!
– И я, моя девочка, и я.
Нам дают немного времени побыть вдвоём. Делимся последними новостями.
– Ну всё, ждут нас, – кивает бабушка на беседку.
На входе останавливаюсь как вкопанная.
– Людмила Николаевна, – кивает Рома бабушке, а мне вручает огромный букет белоснежных роз. – Бабуль, сестрёнка, хочу при вас попросить руки у самой невероятной, доброй и прекрасной женщины на свете.
Они отступают в сторону, оставляя нас с Ромой друг напротив друга.
– Лиза, родная, выходи за меня замуж. Мне без тебя пиздец как фигово, – встаёт он на одно колено.
– Так мы же каждый день видимся, – удивляюсь я, а сама уже не могу сдержать улыбки.
Он сделал то, за что я его готова расцеловать прямо сейчас, при всех.
– Малышка моя, мне этого мало. Я хочу засыпать с тобой, просыпаться с тобой. Ездить на работу с тобой. Ходить по магазинам, смеяться, гулять, дурачиться, рожать детей. Навещать наших бабушек,спорить с Ариной. Я всё хочу делать с тобой. Всю оставшуюся жизнь хочу быть с тобой. Мы как инь и янь. Подходим идеальнее некуда. Выходи за меня роднуль. Люблю тебя сил нет. Душа моя с тобой всегда.
Я снова реву. Вытираю слёзы.
– А моя душа с тобой, родной. Люблю тебя!
Сунув букет не знаю уж кому, бросаюсь к нему в объятия и заваливаю его на спину.
Сама целую. Жадно. Люблю этого наглеца!
– Так замуж то согласна выйти, – уточняет бабуля Ромы.
Хотя, они теперь все наши бабули. И моя и Ромина. И наоборот.
– Да-да. Хотелось бы узнать ответ, – не выпуская меня из объятий, хитро поддакивает Рома.
– Я согласна! – громко и уверенно отвечаю я.
– Ну кабзда тебе родная. Больше от меня ты никогда не отделаешься! – рычит он и теперь сам меня целует.
Жадно, как будто стоит клеймо на мне, что теперь я только его женщина.
А я… А я счастлива до жути. Все кто мне дорог рядом. А большего мне и не надо. А если надо, уверена, мой любимый будущий муж всё сделает, чтобы это у нас было.




























