Текст книги "Сводные враги (СИ)"

Автор книги: Мари Адель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 6

Меня не сломить тобою!

Я предана давно судьбою…

Не жди от меня слабости

Только справедливой совести!

В огне твоей ненависти…

Я станцую босыми ногами!

Ева

Весь вечер я провела в своей комнате, отказываясь видеть этого бугая. Не могу забыть эту картину, где он в классе с моей новой учительницей. Как я теперь вообще буду учиться в этом классе? А как мне смотреть ей в глаза? Девушка она красивая, молодая, неудивительно, что у мальчиков от неё дыхание перехватывает. Видимо и бугай не удержался. Но почему-то внутри кошки скребут и до жути обидно.

«От тебя воняет так, что придется провести целый вечер в ванной»

Не получается из памяти стереть его слова, даже несколько раз принюхивалась к себе. Я всегда следила за гигиеной и была чистоплотной, от меня не воняет. А почему он тогда так брезгливо отстранился? С таким отвращением, что словно грязь потрогал. Мне должно быть всё равно, но нет!

– Да пошёл ты! От других то не воняет! Все для тебя хорошие и красивые, кроме меня! Только меня ты ненавидишь! – кричу в пустоту, сдерживая слёзы.

Чтобы хоть немного отвлечься, я взяла одну из своих книг. Их я привезла вместе с собой. Так увлеклась чтением, что не заметила, как к кровати подошли, пока мою книгу не вырвали из моих рук.

– Я уже думал, что игнорировать меня решила, – нагло улыбается бугай.

– Что ты здесь делаешь?! Отдай книгу, – вскочила я и попыталась схватить книгу, он был выше меня, и все попытки оказались безуспешными.

– Я зашёл, чтобы убедиться в том, что ты ничего не рассказала, – напоминает мне про сегодняшнее.

– Ты ворвался ко мне ночью, чтобы узнать об этом? – прищурилась и взглянула на него.

– Да, – отвечает спокойно.

Я уже привыкла к его странному поведению, которое порой выходило за рамки логики. Я перестала понимать его поступки еще со времени нашего первого знакомства.

– Я никому ничего не рассказала и не собираюсь, а теперь, пожалуйста, выходи и отдай книгу, – протянула я руку, надеясь, что он сделает, как я просила.

– Что за книга то такая? Интересно узнать, что читает моя сестрица, чтобы стать умнее, – начинает её читать.

– Не надо! Это просто современная литература, – нервно промямлила я.

– Литература? Да тут целая порнография. А ты ещё меня называла извращенцем, маленькая развратница. Как не стыдно? – наигранно качая головой, сказал он.

– Это просто про любовь, – оправдываюсь я.

– Майкл схватил меня за шею, пока Кай проводит языком по моим складочкам, – вслух читает, заставляя меня гореть от стыда. – Складочкам? Там что шарпей?

Я закрываю лицо ладонями, издав звук, который больше похож на писк.

– Не надо трогать мои вещи и заходить без спроса ко мне, – мой голос стал грубее.

Артём сразу бросил книгу на пол, и начал надвигаться на меня, пока я не споткнулась и не упала на кровать.

– В этом доме нет ничего твоего. Я буду заходить, когда пожелаю. В любой момент ты отсюда вылетишь, – склонился он надо мной, его дыхание ошпарило мою голую кожу и запах ударил в нос.

Он замер, разглядывая меня, заторможенно, пристально, будто зомбированный.

– Проклятье! – выругавшись, он быстрыми шагами вышел из комнаты.

– Псих ненормальный…, – сказала ему вслед, но он уже закрыл дверь.

Пол ночи крутилась на кровати, пытаясь заснуть, но куда уж там. Все мысли были оккупированы сводным братом, который не давал мне покоя. Мне так хотелось встать, идти в его комнату и выкрикнуть:

Отстань от меня! Прочь из моих мыслей!

Утром проснулась сонная и злая, как тысячи чертей, но твёрдо решила, что буду игнорировать сводного. За завтраком мы молчали, он тоже не смотрел на меня. Даже в школу поехали в полной тишине, в какой-то момент стало это напрягать. А не задумал ли он что-то гадкое? Поэтому притих? В любом случае надо держать руку на пульсе.

Как подъехали я сразу пошла внутрь. Расписание я изучила уже, так что первый урок физкультура.

– Тебя проводить? – подошла ко мне моя одноклассница с рыжими волосами.

– Спасибо…

– Лиза, не успела познакомиться тогда, ты сразу ушла из класса, – протягивает мне руку и я пожала её.

Она многое рассказала мне о школе, о наших одноклассниках. Теперь я знала, что мой брат "король", а "королевой" является Оля Смирнова. Вспомнила эту девушку, она сидела на задней парте и шептала что-то бугаю обо мне. А сама Лиза была очень дружелюбной и милой. Обменялись номерами, хоть с кем-то будет общение в этом месте. Так и дошли до спортзала, где проходил урок.

– А где твоя сменка, спортивная форма? – спросила Лиза.

– У меня её нет.

Все ребята из моего класса уже переодетые в спортивную форму стояли в спортзале. В моей прежней школе не было раздевалки, если у нас был урок физкультуры, то мы просто надевали джинсы и кроссовки сразу дома. Меня никто не предупредил о том, что здесь переодеваются в раздевалке.

На меня косились одноклассники и начали насмехаться.

– Новенькая, ты потом в этой одежде будешь на уроках сидеть? Как хорошо, что я сижу далеко, но запах пота будет на весь класс, – морщит нос та самая "королева", а остальные повторяют за ней как попугаи. Мой сводный брат просто сидел в телефоне и не обращал на все это внимания.

Их смех стих и шутки прервались, когда в спортзал вошел учитель.

Они что учителей выбирают в модельном агентстве?

Подумала я, увидев высокого брюнета с зелеными глазами, который был в обтягивающей футболке, подчеркивающей его сильные и крепкие мышцы. Он двигался уверенно и плавно, словно хищник. Засмотрелась на него, забыв о том, что я не одна.

– Увидев нашего физрука водопадом полилась, сестричка? – жужжит над ухом, как назойливая муха, сводный.

Так увлеклась физруком, что даже не заметила, когда он подошёл ко мне сзади.

– Мы теперь одна семья, братец. А любовь к учителям, похоже, у нас с тобой семейное, – насмешливо протянула я. – Ах да! Ты говорил, чтобы не подходила к тебе и не разговаривала с тобой, так будь добр, не говори со мной.

Его глаза сверкнули яростью, а на скулах играли желваки.

– Новенькая, ты почему без формы? – обратился ко мне мужчина, который выглядел, как с обложки журнала.

– Простите, я только второй день тут, не знала….

– Вот деревенщина, не знает, что нужно носить сменку, – сказал кто-то и спортзал наполнился смехом.

– Прекратите! У вас походу полно сил и энергии, вот как раз это продемонстрируете, – сурово вскрикнул на них физрук.

– На первый раз прощаю, поэтому можешь просто посидеть и посмотреть, – обратился он ко мне уже помягче. – Виктор Владимирович, – представился.

– Ева Василькова, – засмущалась я, а он одарил меня улыбкой. В этот момент будто всё вокруг испарилось и остались только мы с ним.

А тут не так уж и плохо.

Стоило только об этом подумать, как столкнулась с бугаем, который прожигал меня глазами. Вот что теперь не так?

Глава 7

Ты смотришь и мило улыбаешься.

Как ангел невинный смущаешься!

Ну, прошу, просмотри так на меня…

Почему я так отчаянно ищу тебя?

Почему звери внутри так рычат?

Когда смотришь так не на меня…

Артём

Меня пригвоздили к полу и сверху накрыли бетонной плитой, потому что не могу даже пошевелиться. Смотрю на свою сводную, которая лужицей растеклась при виде физрука. Никого не замечает, весь фокус лишь на нём. Хочется бросить в нее мячом, чтобы на мгновение отвлечь от ее мокрых фантазий. А я уверен, что она в мыслях сейчас с ним не чаёк попивает. Ева стала краснеть, улыбаясь ему и прикусывая нижнюю губу, то отводит взгляд, то снова разглядывает его. А что я ожидал от дочери Ани? Ведь гены не обманешь.

– Тебе нужно особое приглашение, Волков? – вырывает меня из кокона навязчивых мыслей и непонятной ярости, громкий голос Виктора.

– Ага, желательно в конверте и с мелким почерком, – огрызнулся я.

– У кого-то плохое настроение сегодня, но ничего, сейчас пару отжиманий и мигом станет лучше, – подтолкнул меня физрук к остальным парням.

Было бы ещё лучше, если бы ты в школу ходил в спортивках, а не в футболках, которые с мылом натягиваешь. Рисуется ещё мышцами, будто не физрук, а фитнес-тренер. Позёр перекаченный.

Владимирович – нормальный мужик, пару раз даже прикрыл нас перед директором. Все ребята с ним в хороших отношениях, включая меня. Но сегодня он раздражает меня до скрежета зубов, почему-то.

Никогда в жизни не ждал звонка, как сегодня. Я буквально считал секунды. Мышцы горели огнём, но внутри сильнее, будто по венам не кровь текла, а кипяток.

Так будь добр, не говори со мной.

Врезаются слова этой мышки в голову. Да кто она такая, чтобы так себя вести со мной? Я тоже хорош, какого чёрта подошёл к ней? Да если она прямо в этом спортзале под него ляжет, то мне какое дело? Плевать!

Прозвенел звонок и он бальзамом прошёлся по моему телу. Физрук направился к выходу, но по пути бросил странный взгляд на Еву, а её лицо снова озарилась улыбкой. С непонятным чувством внутри, я пошёл вместе с ребятами в раздевалку. Потом на урок литературы.

– Может обратно в деревню? Не скучаешь по своим коровкам? – доносится голос Смирновой, когда захожу в класс. Стервятники уже окружили её.

– Я думала, что буду скучать, но… Тут тоже самое, – улыбается мышка. – В деревне был курятник, так вот у кур есть главная курица и петух, за которыми следуют остальные. А чужаков они не любят, сразу начинают носиться по курятнику, кудахтать, – ещё шире расплывается в наглой улыбке.

Она сейчас реально договорится.

– Не понял. Она наш класс назвала курятником? – вмешался Тихонов.

– Я так не говорила, просто вы так себя ведете. Что за желание у вас унизить человека? Если не нравлюсь, то просто можете меня игнорировать, – хмыкнула Ева и села за свою парту. Она явно не намерена отступать и давать себя в обиду.

Не стал влезать, потому что с ней я буду разбираться лично, без лишних глаз. Чтобы чувствовала страх, панику, только при виде меня. Хочу, чтобы всё её внимание было направлено в мою сторону, остальные должны быть для неё тенями. Надо будет написать в наш общий чат, чтобы не трогали.

Их словесную перепалку прервала Елена Николаевна, которая грозным видом вошла в класс.

– Дети, садитесь на свои места, ‐ сурово потребовала она.

– Какие мы дети? Я, между прочим, настоящий мужчина, – обиженно заявил Тихонов.

– В каком месте? – посмотрела на него Елена Николаевна, поправляя свои очки.

– Не могу показать, вот были бы вы на несколько лет моложе, хотя, вы и сейчас шикарная чикуля, – подмигивает одноклассник, вызвав смех в классе.

– Чикуля? Тихонов, вы режете мой слух, лучше молчите, – махнула рукой и села на своё место. Она снисходительно относится ко всем ученикам, и часто бывает с нами на одной волне.

Она рассказывала новую тему урока, а я невольно смотрю на Еву. В отличие от меня, мышка полностью сосредоточена на уроке. Конечно, тут же нет накаченных физруков. Только сорокалетняя женщина в очках.

– Основная мысль – искренняя любовь существует, нужно только уметь ее замечать и принимать, – отвечает на вопрос учительницы, которую я не слушал.

– Умничка, Василькова, – смотрит в журнал и добавляет. – Что ещё можешь нам рассказать?

– Любовь, по мнению Куприна – это крайне опасное чувство, которое может привести человека к самому печальному финалу. Но в то же время писатель показывает величие любви, её преображающую силу, которая превратила не выдающегося чиновника Желткова в самоотверженного, сильного и искреннего человека, которому нельзя не сопереживать, – смущённо рассказывает Ева.

– Всё правильно. Вижу, что тебе нравится читать, похвально, – довольно кивает Елена Николаевна.

– Да, я очень люблю читать. Особенно про любовь.

Я не мог сдержать смех, вспомнив, какую литературу она любит читать. От такой литературы у нашей учительницы очки бы вспотели, да не только очки.

– Что-то хочешь сказать нам, Артём? – обратилась ко мне учительница, услышав мой тихий смех.

– Мне тоже нравится про любовь. Только я предпочитаю смотреть то, что читает Василькова, – бросаю на неё лукавый взгляд.

У нее ноздри раздуваются и челюсть сжимается, она поняла мои слова. Остальные нет.

– Не знала, что ты такой романтик, – с долей восхищения сказала учительница.

В итоге оказалось, что Ева не глупая девушка из деревни и на всех уроках получала похвалу от учителей. Надо потом заставить ее делать за меня домашнюю работу Пока она держится колючим ёжиком, садясь в машину.

– Ты сегодня глаз не сводила с нашего физрука, – прерываю наше молчание.

– Тебе какое дело? – огрызается.

– Все знают, что ты моя сводная сестра, не хватало мне ещё такого позора. Что ты крутишься вокруг взрослого мужика.

– А ты значит не позоришь никого?

– Нет, – отвечаю коротко.

– А то что учительница истории у тебя…кхм…, – краснеет и пытается подобрать слова.

– Что у меня? Договаривай.

– Ртом доила, вот что! – рявкает.

– Доила? Это называется не так, – не смог сдержаться и рассмеялся, искренне, по настоящему.

Мы взглянули друг на друга всего на секунду, у меня на лице уже исчезает улыбка, и я снова поворачиваю голову, пристально смотря на дорогу.

– Я ей нравлюсь, сама ко мне полезла. А он взрослый мужчина, который на тебя не посмотрит, – произношу так, будто сам себя утешаю.

– Сегодня он смотрел только на меня, поэтому ты сильно ошибаешься, – уверенно сообщила, скрестив руки.

Волна снова накатывает меня и сильнее сжимаю руль.

– Вот дура. Зачем ему смотреть на тебя?! У него возможность подцепить любую красотку. А ты даже на девушку не похожа…бабуля. А издалека вообще…бомжара. Убогие не вызывают интерес у мужчин, – выделяю каждое слово, чтобы задеть по больнее.

Как только машина останавливается, она выскакивает из машины, сильно хлопает дверью и громко произносит, дрожащим голосом:

– Ты просто урод! Ненавижу! – и сразу убегает прочь.

Глава 8

Считалось сильным сердце у меня

Его словами попробуй одолеть!

Но стало вдруг беспомощным оно….

Бессильным перед жестокостью твоей!

Казалось, грудь моя была щитом…

Преградою от ветра и огня…

Но щит испепелил взглядом ты!

И нет теперь защиты у меня…

Ева

Я бросила рюкзак на пол и стала скользить вниз по стене. Длинный вздох разрывал тишину в комнате. Обиды и злость стесняли мою душу, окутывая её как густой туман. Я хотела закричать, хотела бросить все и уйти. Но я оставалась сидеть тихо, зажав в груди яд гнева. Слёзы плача смешивались с невыразимой яростью, и я почувствовала, что сердце растрескивается от этой борьбы. Тихо, но решительно, я встала и подошла к зеркалу на стене. Ее отражение улавливало все хрупкие частицы меня.

– Чего ревёшь? Будто первый раз слышишь оскорбления в свой адрес, – ругала я собственное отражение в зеркале. – Почему так реагируешь на него?! Что ты хотела услышать?! Посмотри на себя?!

Я много лет подвергалась травле и насмешкам, поэтому научилась не реагировать. Отрастила броню и была уверена, что никто больше не сможет задеть меня словами. Но он смог. Почему-то именно он смог. Он смотрит на меня, как на нечто грязное, отвратительное и противное. Сильнее я злюсь на себя, что я реагирую на этого негодяя. Пропускаю через себя каждое его слово, каждый его пропитанный ненавистью взгляд.

– Он всегда будет тебя считать такой! – разглядываю себя с неким разочарованием. – Нет! Я этого так не оставлю!

Вытирая слёзы рукавом вязаной кофты, я отошла от зеркала. Уродство души не скроет никакая одежда, но в этой школе, кажется, придается значение только внешности. Мне надо сменить свой стиль одежды. Чувство ярости отодвинули на второй план все мои комплексы. Не хочу давать ему больше возможности оскорблять меня из-за внешного вида.

Этот мажор задел меня, считает меня бомжом, что никто даже не посмотрит на такую убогую. Я тебе ещё покажу!

Мама была дома и я пошла к ней с просьбой. Никогда не просила ничего у неё, но всё бывает впервые.

– Я учусь в новой школе, и там все одеваются по-другому. Мне хотелось бы…

– Давно пора, – не даёт договорить мама. – Ты теперь живёшь с нами, что подумают о нас люди, если увидят тебя в таком виде? Я сама хотела предложить, но не хотела резко менять всё в твоей жизни. Сейчас я рада, что ты сама это предложила. Сегодня же едем по магазинам, – радостно обняла меня за плечи.

– Сегодня?

– Конечно. Потом в салон красоты, – мама решительно настроилась.

В душе загорелся маленький огонек тепла от мысли о том, что мы проведем время вместе с мамой. Её так не хватало в моей жизни. Без родителей чувствуешь себя птицей, но без крыльев, хочется летать, но не можешь.

Через полчаса мы уже ходили по магазинам. У мамы был безупречный вкус в одежде, поэтому полностью доверилась ей.

– Мам?

– Что?

– Ты любишь Григория? – решилась спросить её об этом.

– Конечно. Он у меня самый лучший, – с гордостью говорит о нём мама, снимая с вешалки следующее платье.

– Я рада, что ты счастлива, мама, – обнимаю её крепко, пытаясь через эти объятия восполнить все годы разлуки.

– Спасибо, – обнимает в ответ, но более сдержанно.

– А что с мамой Артёма? – задала вопрос, который меня волновал.

– Не знаю. Что отец, что сын не хотят об этом говорить. И ты не спрашивай их об этом, – предупреждает мама. – Григорий тогда сильно разозлился на меня, когда один раз спросила и велел закрыть эту тему навсегда.

Почему нельзя спрашивать? Вполне безобидный вопрос.

– Мы тут всё выбрали. Теперь пошли в салон, – направились на выход с несколькими пакетами дорогой одежды.

В салоне я решила сделать длинный каскад, не меняя при этом цвет волос, ведь мне нравится их естественный оттенок. Пока мастера занимались моей мамой, я наслаждалась видом своего отражения в зеркале.

Мы вернулись домой только вечером. Там нас уже ждали Григорий и домашний персонал. Бугай снова куда-то укатил, я рада, что не увижу его. Или же? Нет! Точно рада!

– Какие красивые девочки сегодня посетили меня, – сделал нам комплимент Григорий.

– Дорогой, всё для тебя, – поцеловала его в щёчку мама.

– Тебе очень идёт, Ева, – добавил он.

– Спасибо, – слегка улыбнулась ему и поднялась к себе с пакетами. Оставила всё на кровати, чтобы позже выбрать, что надеть в школу.

На столе была накрыта трапеза, на которой ожидали меня. За ужином Григорий спрашивал меня про мою учёбу, про одноклассников. Я решила не рассказывать ему всей правды, особенно о его сыне. Не верится, что у такого хорошего человека мог родиться такой монстр.

– Мне твой директор уже сообщил, что все учителя тобой довольны. Умница, – искренне похвалил Григорий.

Я лишь смущаюсь, потому что не умею правильно реагировать на похвалу или комплимент в свою сторону. За эти дни я постоянно слышу только оскорбления от сводного. И каждый раз вспыхивает жгучая обида, когда думаю о нём, и я начинаю есть быстрее, чтобы успокоиться.

– Вот это аппетит. Может добавки? Растущему организму нужно много, – улыбается мамин муж.

Я не заметила, что съела огромную порцию мясной запеканки и два больших куска пирога. Снова чувство ненависти к себе.

– Простите, мне надо сделать домашнюю работу, – встаю из-за стола.

– Иди, Ева. Пока ты учишься, Артем где-то шляется, вот бы ты его тоже подтянула по учёбе.

– А она поможет ему, мы же теперь одна семья, – отвечает мама.

Его интересуют только похабные авантюры с учительницами. Не стала этого говорить ему и просто поднялась к себе. Сразу направилась в уборную.

После села за уроки, пока не получила сообщение от Лизы:

"Как ты там? Чем занята?"

« Делала уроки, а ты?»

Она сразу присылает ответ:

"Читала общий чат, там обсуждали тебя бурно. Оле не понравилось, что ты дерзко отвечала ей, а также, что физрук на тебя смотрел весь урок"

Вот это уже интересно. Он действительно на меня смотрел.

«А ей какое дело?»

Я и сама догадалась, что Оле тоже нравится он. Красивый и молодой мужчина. Ему нет даже тридцати. Но хотела точно убедиться и Лиза подтверждает мои мысли:

"Он ей нравится. Но он не обращает внимания, для него мы не достаточно взрослые."

Читаю её сообщение и понимаю, что так и есть, но разница в возрасте совсем не большая. Лучше пусть будет парень постарше, чем избалованный маленький мальчик. Ладно, внешность у сводного не как у мальчика, особенно крепкое телосложение. Но вот поведение точно!

Ещё немного переписываемся с Лизой. Обсуждаем всех, кого только можно. От неё узнала, что есть общий чат класса, где меня нет, но там хорошенько перемывают мне косточки одноклассники. А Лизу удалили оттуда, когда заступилась за меня. Почувствовала себя виноватой, но она сразу написала:

«Мне там всё равно не интересно было. А вот с тобой да. Ты мне нравишься.»

Улыбаюсь её сообщению и отправляю тоже милое в ответ.

Я с трудом засыпала на новом месте, долго крутилась, прислушиваясь к каждому звуку. Кто-то открыл дверь и я знала, что это Артём вернулся домой. Где он пропадает ночами? Просто любопытно. Завтра я ему покажу, что я тоже девушка. Но в глубине души понимаю, что он всё равно будет оскорблять меня. Пытаться унизить. Только я не буду молчать.