Текст книги "Мисс Катастрофа для лорда-инспектора (СИ)"

Автор книги: Марго Арнелл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 11

Веймар вынес меня из пещеры, вход в которую отныне был намертво запечатан, и, только оказавшись в безопасном месте, бережно опустил на землю.

– Все хорошо? – прошептал он.

В ответ я смогла только кивнуть. В голове все еще звенело от вопля из пещеры, а перед глазами стоял искаженный лик Веймара, полный ненависти и злобы.

Несмотря на это, я с сожалением расплела руки и убрала их с его шеи. На какой-то краткий миг наши лица оказались так близко друг к другу… Мое сердце застучало чаще… и, кажется, громче.

Глупое сердце, не выдавай меня!

Веймар отступил на шаг, и дышать стало чуточку легче. И вместе с этим душу кольнуло разочарование.

Там, в пещере, несмотря на изумительную правдоподобность иллюзии, какая-то часть меня отказывалась верить в то, что человек, который грозился уничтожить меня, – мой лорд-инспектор. Та же часть моего естества отчаянно желала сейчас остаться на руках Веймара, в его успокаивающих, надежных объятиях.

К счастью, была и другая – практичная, рациональная. Я понимала, что я – лишь подопечная Адриана Веймара, да и то вынужденная. И когда все это закончится, наши пути разойдутся. Мы слишком разные и наши судьбы – тоже, увы.

Мы уселись на камни в воцарившейся вокруг нас темноте и тишине. Пещера осталась позади, похоронив под собой не только древнюю ловушку, но и часть моего страха. Однако кое-что осталось: необходимость понять, что на самом деле произошло.

Веймар сидел рядом, не касаясь меня, но будто охраняя от невидимых врагов. Я украдкой взглянула на него. В его глазах читалось беспокойство и… что-то еще. Раскаяние? Сожаление о чем-то? Я не могла понять.

Он снова набросил мне на плечи плащ, переживший почти столько же приключений, что и мы двое. Я закуталась в него.

– Спасибо.

– Это я должен благодарить, – возразил Веймар. – Ты спасла меня. Нас.

Я усмехнулась.

– Спасла? Я чуть не убила нас обоих!

– Но не убила же, – слабо улыбнулся он. Помолчал и напряженным голосом спросил: – Каким ты видела меня?

– Жестоким, – неохотно сказала я. – Обвиняющим меня в том, что я бездарность. Жаждущим меня уничтожить.

Веймар помрачнел.

– Прости.

Я нервно хохотнула.

– Вы извиняетесь за собственную иллюзию?

Уголки его губ снова дрогнули.

– Выходит, так. Мне жаль, что я стал причиной твоего страха. И… Айрис, давай на «ты».

– Хорошо… Адриан.

Я даже зажмурилась оттого, как восхитительно звучало его имя. Или мне просто нравилось его произносить?

– Раз ловушка, которую представляла собой пещера, показала мне мой самый худший страх, значит… – Я почему-то не смогла продолжить. Желание жмуриться исчезло тоже.

Лорд-инспектор не спешил помогать мне, так что пришлось все же договорить.

– Ты правда боялся, что я могу оказаться настолько опасной? Что моя неконтролируемая магия может погубить все вокруг?

– Думаю, дело не в этом. Я боялся – и боюсь – любой разрушительной силы. По воле древних чар, сокрытых в пещере, ты просто стала ее воплощением. И я хочу, чтобы ты знала… Даже тогда, во власти иллюзии, я не готов был уничтожить тебя. – Он поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Твердо сказал: – Я никогда не причинил бы тебе вреда. Но я был готов остановить тебя даже ценой своей жизни.

– Ты о чем? – нахмурилась я.

Веймар… То есть Адриан вынул из карманов (судя по всему, бездонных) небольшой шестигранник. Кажется, из кости, с символами, вырезанными на каждой из граней. Четыре из шести символов погасли, два горели ярким огнем. Не призрачно-голубым, что ожидаешь от магической вещицы, а… алым.

Почему-то это насторожило меня. И, как оказалось, не зря.

– Его называют витаэдром или витахедроном.

– Звучит научно, – заметила я.

Адриан тихо рассмеялся.

– И не поспоришь. Его название сложено из двух древнейших языков Паутины Миров. На одном из них звучат заклинания, которые ты обычно используешь.

Увлекательная информация, но меня сейчас интересовала не лингвистика, а… артефакторика?

– Но что это?

– «Создатель чар». Он содержит в себе разные заклинания – от защитных до атакующих. Их шесть, по количеству граней и символов на них. Когда заклинатель призывает чары, соответствующий символ впитывает его жизненную силу и гаснет. Больше эти чары призвать нельзя. Поэтому я не смог создать защитный барьер, как сделал это в Магическом Управлении.

Я во все глаза смотрела на лорда-инспектора. Выходит, он не бросал меня в пекло? Он просто не мог меня защитить? Но…

– Ходят слухи, что последние призванные чары вытянут из заклинателя жизнь и заключат всю его силу в шестигранник, чтобы тот служил новым владельцам. – Адриан нахмурился, вертя вещицу в руках. – Честно говоря, я не очень хочу это проверять.

Я изумленно покачала головой.

– Для чего тебе использовать такую опасную штуку⁈

Наступила такая тишина, что я услышала, как бьется мое сердце. Адриан повернулся ко мне.

– Почти никто не знает об этом, – сказал он медленно, неохотно, словно выдавливая каждое слово из себя. – Но… я утратил свою магию. Я не могу призывать ее самостоятельно. Потому и вынужден обращаться к подобным вещицам.

Небо словно рухнуло на землю. Этого не может быть. Лорд-инспектор, лишенный магии? Это же абсурд!

– Как? – пролепетала я, не веря своим ушам.

– Меня прокляли несколько лет назад. Какой-то безумный культ, поклонники древнего божества. Они хотели использовать меня, чтобы открыть портал в другой мир. Я помешал им, но они успели наложить проклятие. Хотели просто обезоружить меня, а в итоге разрушили всю мою жизнь. – Адриан помолчал, глядя в темноту, но потом все же тихо закончил: – С тех пор я не могу использовать магию. И ни один маг Паутины Миров не смог меня исцелить.

Я молчала, потрясенная. Все это время я считала лорда-инспектора образцом силы и совершенства. Правда о том, что он тоже несет на себе бремя, была неожиданной, даже шокирующей.

Однако теперь все встало на свои места. Его отстраненность и холодность были лишь маской, скрывающей боль и бессилие. Посмотрела бы я, как вели бы себя другие маги, потерявшие самих себя…

– Поэтому ты стал лордом-инспектором?

– А что мне еще остается? Только проверять других. Оценивать их способности. Прокладывать путь в мир истинной магии. Искать магические таланты, в списке которых меня больше не будет никогда.

Я коснулась руки Адриана. Он вздрогнул, словно от ожога, но тут же расслабился.

– Мне жаль, – прошептала я.

Он повернул голову и посмотрел мне в глаза.

– Теперь знаешь, – сказал он. – Я хотел защитить тебя, Айрис. Но… не мог.

Тишина снова нависла между нами, давящая и неловкая. Я не знала, что сказать. А потом…

– Я не планировала уничтожать пещеру.

Признание вырвалось из меня прежде, чем я успела его остановить. Просто Адриан выглядел таким подавленным… Правда далась ему нелегко. А какому чародею будет легко сознаться в том, что он утратил свою суть?

– Нет? – растерялся он.

– Нет. Я пыталась создать чары, которые задержали бы тебя, помогли мне сбежать. Но… Кажется, магия откликнулась на мое истинное намерение. Я так сильно хотела узнать правду! Хотела понять, что с тобой произошло, что заставило тебя измениться.

– И это желание породило чары, обнажающие истину, – медленно проговорил Адриан.

Может, он лишился магии, но точно не остроты ума и умения видеть то, что не лежало на поверхности.

– И оживлять хрустальные деревья я не хотела тоже. – Из груди вырвался тяжелый вздох, плечи понуро опустились. – Я делаю ошибку за ошибкой. Я усердно училась, тренировалась… и ведь у меня получалось! Но мои последние заклинания постоянно дают сбой. Это какое-то проклятие…

– Я знаю толк в проклятиях, – горько усмехнулся Адриан. – Но пока это не доказано… Ты не должна сдаваться.

– А что мне делать? – в отчаянии воскликнула я. – Как мне научиться контролировать свою силу?

– Я не знаю, – честно ответил он. – Но я помогу тебе это понять. Обещаю.

Адриан взял мою руку в свою. Его прикосновение, будто обладая особой магией, вдыхало в меня силы.

А обещание лорда-инспектора дарило надежду.

Глава 12

Утро началось с того, что я проснулась. С одной стороны, это вполне логично. С другой, я понятия не имела, в какой момент я вообще заснула и делать этого, кажется, не собиралась вовсе. Но усталость от всего пережитого взяла свое.

Первым, что я почувствовала еще до того, как открыть глаза – запах плаща, пропахшего дымом и… перцем? Нет, это был запах самого Адриана – терпкий, как старые свитки в библиотеке, и наводящий на мысли о некой опасности, будто он хранил в карманах тайны, которые лучше не трогать.

Впрочем, в отношении витаэдра это вполне справедливо.

Как оказалось, я уснула сидя, уткнувшись носом в плечо Адриана, который приобнимал меня. Наверное, чтобы избежать моего позорного соскальзывания с камня лицом в грязь. Наверное. Но мое сердце все равно забилось так громко, что, наверное, разбудило бы даже мертвого.

Медленно открыв глаза, я встретилась взглядом с Адрианом. Он сидел с прямой спиной, напоминая каменное изваяние… если бы не легкая улыбка, дрогнувшая в уголках губ. Как мне нравилась эта его полуулыбка. Словно тайна, которую он доверял только мне одной.

– Ты вообще спал? – спросила я, поспешно отстраняясь и поправляя растрепавшиеся волосы.

– Я практиковал технику «дремлющей совы». Полезная магия для слежки. Позволяет сохранить бдительность даже во сне. Пару минут тут, пару там – и я готов бодро страдать весь день. Хотя, признаться, твое дыхание на шее немного отвлекало.

Мои щеки загорелись румянцем. Он так это сказал…

– А еще ты разговаривала во сне, – невозмутимо добавил Адриан.

Я вскочила. Очень надеюсь, говорила я не о нем! И без того с самого начала нашего знакомства понаделала столько глупостей, что хватило бы и на десяток непутевых чародеек.

Мы возобновили путь и вскоре – слава всем богам этого мира, если они здесь существовали – наткнулись на ручей. Он был фиолетовым, как закатное небо, и пузырился, будто шампанское в бокале. Я опустила ладонь в воду, от которой отчего-то исходил аромат лесных цветов.

Однако Адриан отвел мою руку.

– Дай мне попробовать первым.

– Боишься, что я стану фиолетовой и начну светиться?

– Не знаю, как твоя магия отреагирует на магию этого мира, – не оценив мой юмор, серьезно ответил он.

Сделал глоток и удивленно вскинул брови.

– Вкусно. Как вино с травами.

Я последовала его примеру… и чуть не поперхнулась. На мой вкус, вода оказалась гораздо страннее: сначала прохладная и терпкая, а потом жгучая, словно попавший на язык молотый перец!

– Ужас какой!

Но жажда, признаться, была утолена.

– Зато ты жива и не светишься, – заметил Адриан, поднимаясь. – Теперь нужно заняться едой.

Сказал он так неспроста – мой желудок громко урчал, напоминая о себе. Я вспомнила слова Калеба, одного из моих наставников. Бывший охотник, а ныне чародей, даже обнаружив в себе магическую силу, остался верен старым привычкам.

«Любая чародейка должна уметь найти еду, – в своей суховато-сдержанной манере говорил он. – Особенно чародейка-мироходица, которую забросило в незнакомый мир. Ты должна научиться выживать, даже когда от твоей магии остались только крохи».

Таким образом, чары, которым Калеб меня научил, были простейшими и почти не требовали магической энергии. Все, что мне нужно было – это свить из воздуха нить, которая привела бы нас с Адрианом к чему-то съедобному. А значит, эти чары вряд ли могли взбунтоваться и привести к чему-то… катастрофическому.

Однако в момент их призыва я увидела выжидающий взгляд Адриана. Заволновалась – не хотела его подвести. Затем так некстати вспомнила о том, как засыпала на его плече… И занервничала еще сильнее.

К моему облегчению, из воздуха и впрямь сплелась тонкая, сияющая нить – и… вместо того, чтобы указать путь, нырнула в ручей.

– Хм. Так и должно быть?

Я смерила Адриана испепеляющим взглядом. Понятно же было, что нет!

Вода в ручье забурлила. Из нее поднялся… элементаль – высокий, с телом из переливающихся капель, с лицом, словно рябь на поверхности пруда. Он указал пальцем-струйкой в сторону холмов неподалеку и направился туда, оставляя за собой лужи.

– Кажется, нас куда-то ведут, – сказал непрошибаемо спокойный Адриан.

Мучительно застонав, я направилась следом за элементалем.

Минут десять спустя мы стояли перед кустом, усыпанным ягодами, похожими на маленькие сапфиры.

– Они что, пульсируют? – изумилась я.

Может, элементаль и был неожиданным созданием даже для меня самой, но я ему доверяла. Потому прежде, чем Адриан потянулся к ягодам, я сорвала одну и надкусила. Она взорвалась во рту волной холода, потом жаром, оставляя послевкусие мяты и… запеченой тыквы.

– Странно, но сытно.

Адриан последовал моему примеру и закинул в рот сразу несколько штук.

– Ну, если мы и умрем, то не от голода.

Однако на этом призванный мной элементаль не успокоился, а повел нас куда-то прочь. Как оказалось, к разрушенному дому и саду, растущему рядом с ним. Там, в переплетении дикой лозы и магии, росли странные деревья. Плод одного из них выглядел как персик, покрытый мягким мехом и светящийся изнутри. Плод другого напоминал яблоко, но с полосами цвета морской волны.

Я сорвала несколько, и Адриан не отставал. В этот момент мои волосы разметал ветер, и сад наполнила дивная мелодия. Незнакомка пела тихим, печальным голосом, будто вспоминая что-то давно ушедшее.

Вскоре из-за деревьев показалась прекрасная женщина в полупрозрачной накидке, будто сотканной из света и золотистой листвы. Она остановилась, увидев нас, но петь не перестала. Пела, пока мы не сорвали еще по фрукту.

Тогда она посмотрела на нас, улыбнулась с грустью, как мать, отпускающая детей в большой мир, и… исчезла. Растворилась в воздухе, оставив после себя дуновение тепла.

Дивные деревья исчезли вместе с ней.

– Она была частью сада, – догадалась я, пробуя один из фруктов.

Его кожура хрустела, словно хрупкий весенний лед, а внутри пряталась сочная мякоть с привкусом ванили и чего-то дымного.

– Это было красиво, – сказал Адриан.

– И немного жутко.

– Кажется, как весь этот мир.

Мы сели под опустевшим холмом, доедая добычу. Я поймала себя на том, что, несмотря на проклятие Адриана, я чувствую себя в безопасности рядом с ним. Но было и еще кое-что… Я ощущала себя так, будто он – не просто мой страж и защитник, а тот, с кем мне действительно хочется быть рядом. Даже в этом очень странном мире.

А он, в свою очередь, принимает меня любой. Даже если я случайно создаю элементалей вместо простейших указателей.

Глава 13

После ночи откровений, словно смывшей часть груза с плеч, и дня, утолившего наши жажду и голод, мы продолжили путь.

Полдень в этом мире был странным. Чем дальше от рассвета, тем больше небо расцвечивалось разными цветами – от сиреневого до лавандового.

Вскоре мы наткнулись на поселение, такое же необычное, как и все, что встречалось нам здесь. Причудливые строения, слепленные из мха и ветвей уже виденных нами хрустальных деревьев, казались живыми, словно дышали в унисон с окружающим миром.

Но главным было не это. Меж зданий брели существа, не похожие ни на что, виденное мною раньше: высокие, худые, с кожей, покрытой чешуей, и огромными черными глазами, напоминающими бездонные колодца. Они двигались плавно, словно скользили по земле, издавая тихие, свистящие звуки.

Существа настороженно поглядывали на нас, но не проявляли открытой враждебности. На наши расспросы они отвечали все тем же посвистыванием. Судя по всему, человеческая речь была им чужда.

Вздохнув, Адриан достал из сумки витаэдр.

– А без него никак? – заволновалась я.

Во-первых, на устройстве горело только две грани, а значит, у Адриана остались только две возможности призвать чары. Во-вторых, мне совсем не нравилась мысль, что витаэдр вытягивает из него жизненную силу.

– Нам нужно понять, куда идти дальше, – спокойно сказал Адриан. – Не можем же мы вечно бродить по этому миру.

Да уж, не хотелось бы.

– И что ты задумал?

Адриан постучал по одной из граней кончиком ногтя.

– Это ментальные чары. По правде говоря, такими я никогда и не обладал.

– Ты хочешь установить с ними контакт, – поняла я.

Он кивнул. Закрыв глаза, сжал витаэдр в руках. Открыл, глядя на существ. Его красивое лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности.

Вероятно, между ним и загадочными созданиями сейчас происходил немой, телепатический диалог.

– Они называются Скитальцами, – наконец сообщил Адриан. – И живут здесь испокон веков. Они называют этот мир «местом для потерянных душ». Вероятно, какими и они были когда-то.

Я поежилась. Надеюсь, мои мысли читать Скитальцы не умеют… Но очень не хотелось бы превратиться в одного из них. Мне очень нравится моя нежная светлая кожа. Пожалуй, я огорчусь, если она вдруг обрастет чешуей.

– И как нам отсюда выбраться? – с надеждой спросила я.

Адриан снова прикрыл глаза, слушая мелодичные свистящие звуки, исходящие от Скитальцев.

– Чтобы выбраться отсюда, нужно найти Сердце Мира и попросить помощи у его Хранителя.

– Тогда вперед! – воодушевилась я.

Скитальцы, несмотря на их жутковатый вид, оказались просто душками. Они не просто подробно расписали нам путь, но и дали странной, слизистой еды, которая оказалась на удивление питательной, и предупредили об опасностях, подстерегающих нас на пути.

Дорога к Сердцу Мира была долгой и изнурительной. Мы шли через леса, где вместо деревьев росли гигантские светящиеся грибы. Перебирались через реки, состоящие из жидкого серебра, наперегонки с мерцающими рыбками с острыми зубками и замашками пираний. Поднимались на вершины гор, сделанных из кораллов (к счастью, невысоких), и спускались в глубокие ущелья, заполненные туманом, в котором мерещились странные тени.

Питались мы тем, что находили по пути: странными фруктами, растущими на костяных деревьях, грибами, на вкус точь в точь как мясо, и иногда (с большой неохотой) – рыбой, пойманной в серебряных реках.

И наконец, после долгих дней пути мы достигли Сердца Мира. Я готовилась к тому, что меня ждет необычное зрелище. Что ж, интуиция меня не подвела.

Передо мной возвышалось огромное, светящееся дерево, уходящее корнями в самую глубь земли. Через трещины в стволе лился ослепительный свет, а ветви, пронизанные призрачно-голубыми венами, простирались во все стороны, будто желая объять весь мир. Листья с резными краями переливались всеми цветами радуги.

Сердце Мира – сгусток виднеющегося в дупле света – пульсировал, словно живое существо с магией вместо крови. Само дерево испускало ту самую вибрацию, которую чувствуешь не пальцами, а кожей. Как будто сама ткань мира подрагивает от его присутствия здесь.

Поляна перед исполинским деревом была пуста и, по сравнению со всем остальным, непривычно обычная. Ни диковинных кустов, ни таинственных существ, лишь трава, шелестящая в безветрии. Но продлилось это недолго.

Сначала я увидела всполох света, рассеявший тень, которую отбрасывало дерево. А затем – движение. Мимолетное, почти незаметное, как скольжение по грани между мирами.

Из-за дерева вышло грациозное создание, лишь отдаленно напоминающее оленя. Высокого, доходящего Адриану почти до плеча. Его шерсть была белее лунного света, а в огромных глазах не было зрачков. Только звезды. Настоящие звезды, будто украденные с ночного небосвода. Рога – разветвленные, хрустальные, искрящиеся, отчего-то напоминали созвездия.

Я забыла, как дышать.

Хранитель.

– Добро пожаловать путники, – произнес он.

Его голос не звучал – он разливался, как роса, как мелодия, услышанная во сне, которую никогда не сможешь повторить.

– Я – Хранитель Сердца Мира. Зачем вы пришли сюда?

– Мы заблудились, Хранитель, – негромко сказал Адриан. – Мы хотим вернуться домой.

– Но что это за мир? – встряла я.

Иметь возможность пообщаться с самим Хранителем и не расспросить его ни о чем казалось мне преступлением. Адриан понимающе улыбнулся. Уверена, его, как и меня, распирало от любопытства. Просто он был достаточно сдержан, чтобы этого не показывать.

Ну а я – нет.

– Мир, в который вы ступили, зреет за гранью привычного восприятия. Имени его в устах людей не сыскать, но древние, коим позволено чувствовать то, что другим лишь снится, именуют его Аеремнаар – что значит «Тот, что помнит». Ибо не рожден он был, как прочие – вспышкой звезды или вздохом божества, но шепотом грез.

– Ты что-нибудь понимаешь? – шепнула я Адриану.

Он улыбнулся уголком губ, не отрывая глаз от Хранителя. Видимо, это означало «нет».

– Аеремнаар был рожден из снов, забытых прежде, чем рассвет коснулся ресниц. Из фантазий, что родились в чьих-то одиноких, обожженных разочарованием душах. Из страхов, которые дети спрятали под подушку, надеясь, что те исчезнут. Из надежд, что никогда не были озвучены… Вот из чего соткана плоть этого мира. И я – страж его, и сам я не был рожден. Но был сотворен, когда чья-то мысль пожелала, чтобы хоть один из снов был сохранен.

От велеречивости речей Хранителя у меня в висках начала зарождаться тупая боль – явная предпосылка мигрени. Он склонил голову, глядя на меня, и звезды в его глазах вспыхнули чуть ярче.

– Ибо мечты и грезы тоже жаждут жизни. Они тоже стремятся существовать. Пусть порой они мимолетны, пусть невесомы – но разве этого достаточно, чтобы им отказать?

Замечательно. Теперь мы заговорили стихами. Или все это было одним белым (и не очень) стихом? Все, что я поняла: этот мир с непроизносимым названием сложен из чужих снов и фантазий, как и сам его Хранитель.

– Но… – начала я.

– Храм, в чьих стенах таит страх, скрывая следы темных ритуалов, и пещера, где древнее эхо лжет и порождает иллюзии – отголоски иных миров, уничтоженные руками чародеев, что возомнили себя судьями бытия. Те осколки реальностей, что не пожелали кануть в забвении, нашли путь сюда. Не через двери – через трещины. Не по воле богов – но по капризу Аеремнаара. Ведь вырезать – не значит уничтожить. Быть отторгнутым – не значит исчезнуть. Все, что было изгнано, нашло приют здесь. И теперь оно сплетается в причудливую ткань, где грезы и остатки былого равны.

Я застыла, некрасиво приоткрыв рот. Хранитель что, прочитал мои мысли? Откуда он знал, о чем я собираюсь спросить?

– Так запомните: каждое место здесь – как сон, что продолжает сниться. И каждый шаг – как строчка в книге, которую никто еще не закончил писать. А потому берегите этот мир, и, быть может, однажды он станет более настоящим, чем тот, откуда вы пришли.

– Не поймите нас неправильно, уважаемый Хранитель, – почтительно заговорил Адриан, – но мы бы хотели вернуться в наш мир. Нас там ждут и дела, и люди.

Хранитель посмотрел на нас долгим, проницательным взглядом.

– Я понимаю, – наконец сказал он. – Я могу помочь вам найти выход. Но прежде вы должны доказать, что достойны этого. Вы должны пройти испытание.

– Испытание? – эхом отозвалась я.

– Прежде чем желать – нужно открыть свою душу. Прежде чем просить – отдать.

Адриан коснулся моей руки – мимолетный жест поддержки, который многое значил для меня.

– Мы согласны, – услышала я свой голос.

Он звучал удивительно ровно, хотя внутри меня что-то дрожало, словно натянутая до предела струна.

Хранитель кивнул. Склонив голову, коснулся нас своими рогами. И мир вокруг нас исчез.