355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Маргарет Уэйс » Драконы летнего полдня » Текст книги (страница 7)
Драконы летнего полдня
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 23:04

Текст книги "Драконы летнего полдня"


Автор книги: Маргарет Уэйс


Соавторы: Трейси Хикмен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 43 страниц)

5. Чародейка. Госпожа Йенна поражена

Ашу разбудил запах горячего супа. После короткой дремы ей стало гораздо лучше. Затем, сидя у стены, она поглощала куриный суп из обшарпанной глиняной миски и думала о том, что с ней будет дальше. Утешало, что по крайней мере проблема ночлега разрешилась. Наступила ночь. В камере было темно, только у входа в здание, на стене, горели факелы. Новый знакомый быстро покончил с супом, но свой ломоть хлеба предложил Аше:

– Вот возьми; по тебе не скажешь, что ты насытилась. Свою горбушку девушка проглотила столь молниеносно, что едва успела ощутить ее вкус.

– Ты в самом деле не хочешь? – колеблясь, спросила она. Кендер потряс головой:

– Нет. Все в порядке. Если я вдруг проголодаюсь, то найду что-нибудь в своих котомках, – сказал он.

– Как тебе удалось остаться при вещах? – хмурясь, спросила Аша. – Мои забрали.

– О, это обычное дело, – пожал плечами Тас. – Не знаю почему, но у нас, кендеров, они никогда ничего не отбирают. Может, все из-за того, что им негде держать наше барахло. Или, может, потому, что утром трудно будет разобраться – кому какие вещи принадлежат. Нас это особенно не волнует. Мы делим все, – заключил он, показывая рукой на своих собратьев, которые в данный момент перебрасывались хлебными шариками.

– Мы тоже всем делимся:, – неосторожно отозвалась Аша.

– Кто мы?.. Откуда ты?.. Ясно, что не из здешних мест. Говоря эти слова, Тас так энергично мотнул головой, что косичка, описав дугу, хлопнула его по носу.

– А чем я отличаюсь от прочих? – увильнула от прямых ответов девушка.

– Ну-у… – Тас на секунду замолк, собираясь с мыслями. – Во-первых, ты одета иначе. Говоришь ты тоже по-другому, хотя, казалось бы, слова те же самые.

Ты гораздо красивее всех тех, кого я видел. Исключение – супруга Таниса, Лорана… Хотя ты, наверное, не знаешь, о ком я говорю… Не думаю, что знаешь.

Да… и Тика, жена Карамона. Слышала о нем? У него есть брат-близнец, Рейстлин.

Тас пристально посмотрел на Ашу. Но ей ни о чем не говорило это имя. Разве что она слышала его из уст самого кендера перед тем, как уснуть.

– А что касается моей наружности… – не нужно мне лгать. Думаешь, не знаю, какая я на самом деле, – сказала девушка и тяжело вздохнула.

– Я лгу!.. Кендер никогда не лжет! Не веришь мне, спроси тех людей, там, в углу… Что они о тебе думают… Впрочем, лучше тебе с ними ни о чем не говорить. Это скверный народец… Воры! – добавил он, скорчив гримасу.

– А ты разве не вор? – удивилась Аша.

– Нет, клянусь бородой великого Паладайна! – воскликнул с негодованием Тас..

– Тогда почему же ты здесь?

– По ошибке, – со смешком ответил он. – Хочешь – верь, хочешь – не верь, но с нами, кендерами, каждый день случается что-нибудь этакое… Конечно, им известно об ошибке. – Он кивнул в сторону тюремщика. Они всегда поутру нас отпускают. Затем в течение дня они нас отлавливают и сажают на ночь сюда.

Получается, все заняты делом… Понятно? Нет, понятно не было, и Аша думала, как бы разговорить кендера, не вызвав у него на свой счет подозрений.

– Тас, объясни мне кое-что… Там, откуда я родом, люди живут почти так же, как вы. У нас все поровну, мы всем делимся. А здесь все… жадные… Я проголодалась и взяла у одного человека пару яблок, совсем завядших; он бы наверняка их выбросил… Почему же этот человек так взбеленился?.. А женщина…

Ее хлеб к утру покрылся бы плесенью.

– Да-да, понимаю. Это всегда касается вещей… Людей очень привлекают вещи, они любят владеть ими. А когда они им надоедают, их не выбрасывают, но хотят обменять на другие. Хорошо это помни и никогда не попадешь впросак…

Кстати, откуда ты родом, Аша? Вопрос был задан непреднамеренно. Кендер просто любопытствовал. Но девушка не забывала предупреждение Заста: никому не говори, что жила среди эрдов.

– Отовсюду понемногу, – ответила Аша, искоса наблюдая за реакцией кендера.

– Странствую и там и сям, никогда долго не остаюсь на одном месте.

– Ты знаешь, Аша, – восхищенно произнес Тас, – из тебя получился бы отличный кендер… А в Утехе, ты говоришь, не была?

– Может, и была. Разве все места упомнишь?

– А я помню все. Я могу делать карты. Но об Утехе я спрашиваю по другой причине. Просто ты очень похожа.:. В этот момент в двери камеры заклацал ключ.

Вошел тюремщик. На этот раз при нем была палка, чтобы отгонять кендеров.

– Ну, где тут новый арестант? – вглядываясь в сумрак камеры, проворчал он.

Наконец он заметил Ашу.

– Эй, ты. С тобой хотят поговорить.

– Со мной? – недоуменно откликнулась девушка.

– Да, с тобой… Шевелись – у леди Йенны не так много времени. Аша посмотрела на кендера в надежде на его пояснение.

– Леди Йенна – маг из Ложи Красных Мантий. Она – владелица лавки, торгующей магической утварью. О-о, это прелюбопытное местечко в городе!

– А что ей нужно от меня?

– Если у тюремщика возникают сомнения насчет конфискуемой вещи – вдруг она обладает магическими свойствами, – он обращается за ее помощью. Среди твоих есть нечто подобное?

– Возможно, – кусая губу, ответила Аща.

– Эй, воровка яблок, – уже раздраженно позвал толстяк-тюремщик, орудовавший вокруг себя палкой. – Сию минуту выходи!

– Ну, давай, Аша, – предлагая руку, подбодрил Тас. – Не бойся. Леди Йенна

– премилый человек. Мы с ней старые приятели. Сколько раз меня вытуривали из ее лавки… Девушка поднялась, но предложенной руки не приняла. С выражением полной беспечности на лице она прошествовала к двери. Тюремщик пропустил Ашу, но преградил дорогу Тассельхофу, вознамерившемуся проскользнуть за спиной девушки.

– Куда это ты собрался, господин Непоседа?

– Засвидетельствовать свое почтение госпоже Йенне. С моей стороны было бы нелюбезным обратное.

– Ну, еще бы!.. Будь послушным и вежливым и отправляйся назад. Толстяк пихнул Таса за решетку и громыхнул дверью. Кендер прилип к прутьям.

– Здравствуйте, госпожа Йенна, – высоким голосом закричал он, махая маленькими ручками. – Это я – Тассельхоф Непоседа, один из Героев Копья! У стола тюремщика стояла женщина, одетая в красную с капюшоном рясу. Она обернулась на крик, слегка улыбнулась и коротко кивнула. Затем вновь сосредоточила внимание на вещах Аши, аккуратно разложенных на столе.

– Вот, госпожа Йенна, это она интересовалась Хранителем Башни. Женщина сдвинула капюшон назад. Холодное, будто высеченное из белого мрамора, лицо было тем не менее привлекательным. Темные глаза напряженно изучали Ашу. У девушки заныло в животе, ноги подкосились, во рту пересохло. Она поняла, что женщина все о ней знает. Что с ней теперь будет? Заст ей говорил: люди относятся к эрдам не .лучше, а может быть, и хуже, чем к людоедам-великанам. А с людоедами они расправлялись безжалостно.

– Подойди ближе, дитя, – сказала женщина, сопроводив слова взмахом изящной точеной руки. – Встань к свету. Йенна по годам была не намного старше Аши, но от нее веяло такой силой и таинственностью избранницы ложи Красных Мантий, что она выглядела неизмеримо опытнее и умудреннее. Аша храбро шагнула вперед, решив не выказывать своего страха. Девушка вышла на свет. Глаза Йенны расширились, когда она в свою очередь сделала шаг к Аше.

– Да благословит нас Лунитари, – прошептала она. Быстрым движением Йенна надвинула капюшон и повернулась к тюремщику.

– Освободишь арестованную под мою ответственность. Она пойдет со мной. Я заберу и то, что ей принадлежит. Затем Йенна начала осторожно складывать дары эрдов в сумку Аши.

– Значит, я был прав, госпожа, – они магические, – косясь на предметы, проговорил тюремщик.

– Ты правильно сделал, позвав меня. Приятно сознавать, Торг, что моя наука обращения с подобного рода вещами пошла тебе на пользу. Не просто было снять заклятие, что ты однажды навлек на себя. Толстяк вздрогнул.

– Обещаю, госпожа Йенна, повторения не будет… Ты можешь забрать ее, но необходимо оставить расписку. Если она снова ограбит фруктовый лоток…

– Никого и ничего она грабить не будет, – отрезала женщина, беря в руки поклажу Аши. Пойдем, дитя… Кстати, как тебя зовут?

– Аша… Но отдайте мне мои вещи, – резче, чем сама того хотела, сказала девушка. Густые, красиво очерченные брови Йенны приподнялись. Аша вспыхнула и закусила губу.

– Они же мои. Я их не украла, – сердито добавила она.

– Мне это известно, – отвечала Йенна. – Такие ценные, с магическим ореолом предметы не дадут себя так просто украсть. А кто окажется настолько глуп, что попробует это сделать, – не избежит проклятия. Чародейка бросила взгляд на тюремщика. Тот покраснел, съежился и уткнулся в свою замусоленную книгу. Йенна отдала сумки Аше, и они направились к выходу.

– Я благодарна тебе за свое освобождение, госпожа. Может, я могу быть чем-нибудь полезна? Где находится твоя лавка? Возможно, я как-нибудь загляну в нее…

– Конечно, заглянешь, – сказала улыбаясь Йенна, – прямо сейчас… И не нужно волноваться: я веду тебя туда, куда ты сама стремилась.

– И куда же? – с упавшим сердцем спросила девушка.

– На свидание с Даламаром, разумеется. Хранителю Башни будет небезынтересно с тобой познакомиться.

– Это уж точно! – раздался за спиной пронзительный крик. Передайте привет от Тассельхофа… Послушай, госпожа Йенна, тебе не кажется – Аша дьявольски похожа на Рейстлина?! Чародейка внезапно замерла на месте и какое-то время оставалась неподвижной. Затем она медленно повернулась и зашагала обратно к столу. Аша тем временем лихорадочно соображала – не следует ли ей дать деру. Но куда бежать? И как? – у нее не было сил. Йенна подошла к тюремщику:

– Отпусти и кендера.

– Ты этого хочешь, госпожа? – пробормотал насупившийся Торг. Он же само недоразумение…

– Хочу, – со сталью в голосе сказала Йенна. Торг достал ключи, подошел к камере и отпер дверь. Тассельхоф с бодрым видом зашагал к Йенне; хвостик волос болтался из стороны в сторону, о бока терлись котомки.

– Еще раз, здравствуй, госпожа. Кажется, официально я не был тебе представлен: Тассельхоф…

– Ты мне знаком. Думаю, Даламар хотел бы с тобой побеседовать.

– Просто замечательно!.. Я не виделся с ним целую вечность. Верно ли, что он твой любовник?.. Не смотри на меня так. Карамон сказал, что вы оба…

– Перестань болтать и шевели ногами, – мрачно оборвала кендера Йенна. Они вышли на улицу.

– Аша идет рядом со мной, а ты ступай впереди, так, чтобы твои руки были на виду.

– Я буду во главе? – разволновался Тас.

– Можешь считать, что так, – отозвалась Йенна. – Нет, не в эту сторону. Мы идем за городскую стену, к моему обиталищу.

– А я думал, мы собираемся посетить Башню Высшего Волшебства! – захныкал Тас. – Один раз я оказался неподалеку – и это действительно жуткое место…

Карамон едва не расстался с жизнью… Ну пожалуйста, пойдем через Рощу.

– Не мели ерунды, – осадила Йенна. – Кому может прийти в голову мысль о прогулке в Шойкановой Роще, и особенно ночью, – разве что кендеру!.. Даже я никогда не хожу этой дорогой, хотя была в свое время ученицей Даламара. Я проведу вас иначе, но сначала мы зайдем в лавку. Тас ненадолго сник, но затем встрепенулся вновь и засеменил впереди с прежней энергией.

– Ну ладно. По крайней мере мы попадем в Башню. Вот будет весело! – оглядываясь на Ашу, добавил Тас. Хотя он был уже далеко не молод, жизнерадостности в нем было хоть отбавляй. Башня Высшего Волшебства – неописуемые ощущения! Давненько мне не приходилось там бывать. Она прямо-таки нашпигована волшебством. Правда, по преимуществу – это черная магия, и очень большой силы. Даламар – маг из Ложи Черных Мантий, самый могущественный на всем Ансалоне. Темный эльф. Впрочем, ты и сама это должна знать, если хочешь с ним встретиться. Аша внезапно остановилась:

– Черная Мантия? Темный эльф? Но… этого не может быть! Заст ни за что не послал бы меня к такому магу. Я в этом уверена. Может… есть еще один Даламар?

Вместо ответа она увлышала смх, похожий на звон серебряных бубенчиков.

– Идем-идем, – стараясь скрыть удивление, торопила Йенна. – И запомни, дитя: существует только один Даламар.

6. Башня Высшего Волшебства. Трапеза. Сюрприз не из приятных

Если и в дневное время Палантасская Башня являлась местом, которое все избегали и которого панически боялись, то ночью в ее окрестностях можно было испытывать только одно чувство: смертельный страх. Когда-то на Ансалонском континенте насчитывалось пять таких башен, теперь осталось лишь две. Одна находилась в Вайретском Лесу, и добраться до нее не было никакой возможности

– если только местные маги сами того не захотели бы. В этом случае волшебные силы Леса служили проводником. Башня Высшего Волшебства в Палантасе также считалась недоступной. Ее окружала Шойканова Роща – преграда из деревьев, за которыми обитали бессмертные духи-стражи. Большинство людей начинали испытывать страх уже при одном только виде Рощи – столь сильным было ее магическое поле. Поэтому войти в Рощу мог либо сторонник Владычицы, либо тот, у кого имелся амулет, полученный из рук Даламара. Но даже им не представлялось возможным запросто пройти в Башню. Для делового визита или такого посещения, как в случае с Йенной и ее спутниками, визитеры, как правило, пользовались более безопасными путями – волшебными тропами. Йенна и ее арестанты вышли за обводную стену. Палантас был построен гномами в Век Силы и делился на две части: Новый город и Старый. С высоты Старый город напоминал колесо с располагавшейся в центре ступицей; – дворцом правителя, от которого радиально отходило восемь проспектов. Само собой, разраставшемуся Палантасу становилось тесно в границах Старого города, этим объясняется его нынешнее деление на две части. Новый город был стихией торговли и ремесел, являясь одновременно местом обитания для тех, кто ими занимался. Лавка Йенны находилась в одном из лучших кварталов торговой части Палантаса, и нужно сказать – к большому неудовольствию соседствующих дельцов.

Они с нескрываемой неприязнью относились к ней самой и ее таинственной клиентуре. Однако все знали, что Даламар, Хранитель Башни Высшего Волшебства, оказывает Йенне особые знаки внимания. И, учитывая такие исключительные отношения, недовольные соседством с чародейкой лишь глухо роптали. На лавке магической утвари красовалась вывеска с изображением трех лун: серебряной, красной и черной. Первое, что сделала Йенна еще до того, как они переступили порог дома, – связала руки кендера шелковым жгутиком (не лишняя предосторожность). Затем она сняла заклятие, хранящее лавку в ее отсутствие, и пригласила гостей внутрь.

– Неужели это так необходимо? – с негодованием вырвалось у Аши. – Ты ведь знаешь – он не вор. Брови у Йенны чуть дрогнули, и она пристально посмотрела на девушку. Аша покраснела и закусила губу.

– Я, в общем-то, не против, – бодро произнес Тас. – Мне не привыкать.

– Это для его и для нашего блага, вовсе не потому, что я беспокоюсь о пропаже денег, – пояснила Йенна. Затем она что-то прошептала, и в лавке зажглась лампа. Ты не знаешь их повадок? Аша решила притворяться и дальше, хотя эта игра ей казалась пустой тратой времени.

– Что за вопрос! Я все о них знаю, да и найдется ли на Ансалоне хоть кто-то, кто с ними незнаком.

– К сожалению, есть и такие. Именно поэтому я и спросила… Проходите сюда… Поставь это на место! – последовал резкий окрик после того, как Аша поднесла к глазам изящную бутылочку. Если хоть одна капля попадет на твое тело, кожа превратится в лохмотья. Ни к чему не прикасайся ради собственной безопасности!.. Ты не лучше кендера… Идемте за мной. Аша робко поставила бутылочку на полку. Решив ничего больше не трогать, она для верности спрятала руки за спину. Старясь все замечать, она, в итоге, мало что увидела. Основным впечатлением от лавки остался запах – манящий и в то же время отталкивающий.

Баночки и склянки с пряностями и травами соседствовали с чашечками и кувшинчиками с какой-то гнилью. От полок с колдовскими книгами пахло затхлостью и плесенью. На свету в стеклянных вазах оживали драгоценные камни.

– В подвале у меня лаборатория, – сказала Йенна и открыла дверь с начертанными на ней странными символами. – Здесь тоже ни к чему не смейте притрагиваться. Глазам открылась лестница. Йенна и Тассель-хоф спускались первыми, причем леди ухватила косичку кендера (опять же из предосторожности), и, если тот останавливался, следовал резкий бесцеремонный рывок.

Сверхъестественный, словно дымка, свет в лаборатории слабо освещал лестницу, и Аша предельно осторожно шагала со ступеньки на ступеньку.

– Теперь ждите… И не двигайтесь с места! – приказала Йенна, как только они ступили на пол. Затем она растворилась в сумраке, и вскоре до гостей донесся полушепот, полубормотание, как будто хозяйка с кем-то переговаривалась.

Любопытный Тассельхоф уже поднял ногу, чтобы ринуться в направлении звуков, но Аша успела схватиться за воротник его зеленой рубашки.

– Она же сказала не двигаться! – прошипела девушка.

– Извини, я не хотел. Ноги мне не подчиняются, – искренне сокрушаясь, шептал Тас. – Я им приказываю, увещеваю, требую… но все бесполезно – мои приказы и увещевания не доходят до них… Все это так будоражит: взгляни туда!

– у Таса перехватило дыхание. Это человеческий череп?! Мне кажется, Йенна не стала бы возражать, если я…

– Нет. Я уверена, она бы непременно возразила, – сердилась Аша. Стой, где стоишь. В действительности девушка удерживала Таса не потому, что ее беспокоило неповиновение кендера, – ей просто нужен был хоть кто-нибудь рядом.

– Хорошо, что она взяла тебя, – взволнованно добавила Аша. Хотя мне непонятно – зачем? Нельзя сказать, чтобы твое присутствие ей очень уж нравилось.

– Ей не пришлось выбирать, – пожал плечами Тас. – После того как я упомянул о Рейстлине…

– В чем тут дело? Что значит – «похожа на Рейстлина»? Ничего не пойму…

Кто он?

– Кто такой Рейстлин? – воскликнул Тассельхоф, забыв, что говорил шепотом.

– Ты первая на всем Ансалоне, кто ничего не знает о Рейстлине! Аша, видя, что сплоховала, негромко и коротко хохотнула.

– А-а… этот Рейстлин! О нем я слышала, просто запуталась, какого именно ты имеешь в виду. У меня на родине имя «Рейстлин» довольно распространенное.

Только в нашем поселке живет несколько человек, носящих это имя. Он – эльф?

– Не думаю… Нет, Рейстлин не был эльфом. То же самое – и Карамон. Из него может получиться целых три эльфа. Кроме того, они – близнецы, а насколько мне известно у эльфов не бывает близнецов… Прошло уже довольно много времени с моего последнего посещения Квалинести… Они не пустят меня через границу, хотя я и знаю нового Беседующего-с-Солнцами. Это сын Таниса – Гил… Ну, а о Танисе Полуэльфе, надеюсь, ты слышала…

– Кто же о нем не слышал! – вдохновенно соврала Аша. По крайней мере, она теперь наверняка знала, что речь идет о «нем» и что этот «он» имеет какое-то отношение к Карамону. Девушка поздравила себя с тем, как она искусно выведала нужные ей сведения, не проговорившись сама, и уже обдумывала следующий вопрос, когда из сумрака возникла Йенна.

– Она знает, кто такой Рейстлин, кендер, просто морочит тебе голову…

Теперь приготовьтесь. Я обсудила нашу встречу с Даламаром и…

– С Даламаром? Он здесь?.. Даламар! Это я – Тас, – закричал кендер. – Ты помнишь меня? Я…

– Здесь его нет, – холодно оборвала Йенна. – Он в Башне. Но у нас есть способы для связи друг с другом… Видите соляной круг на полу? Какое там! В этом мерцающем свете даже пол не был виден. Но неожиданно лампа ярко вспыхнула, и круг под ногами отчетливо проступил.

– Шагните в круг, – наставляла Йенна, – старайтесь не наступить на соль.

– Я знаю, – взволновался Тас. – Я видел, как Пар-Салиан проделал такое же с Карамоном. Тогда я как-то случайно превратился в мышь. Понимаешь, Аша, я был в Башне Вайрета и нашел там белое с двумя красными камушками кольцо. Я его надел и…

– Во имя Гилеана, перестань болтать! – осадила Йенна. – Или я сама превращу тебя в мышь, а себя в кошку!

– А ты могла бы?.. В какую? – снова затараторил Тас. – Может, лучше – меня? Я еще никогда не был кошкой…

– Держитесь за мои руки, – предупредила Йенна. – Закройте глаза, и вас не будет тошнить… и, что бы ни случилось, не отцепляйтесь от меня. Пол вдруг стал уходить из-под ног. На отсутствие опоры тут же отреагировал живот. У Аши появилось чувство, что в лицо бьет ветер. Предупреждение – не отцепляться – было напрасным: девушка мертвой хваткой вцепилась в руку Йенны. Затем Аша ощутила под ногами твердую почву. Чуть приоткрыв глаза, она вновь зажмурилась от яркого света.

– Открывай, не бойся – мы прибыли… Мы в Башне Высшего Волшебства. раздался голос Йенны. Аша робела. По словам кендера, Башня – отвратительное место, прибежище зла. Однако сам Тассельхоф уже бойко с кем-то разговаривал.

Собеседник вежливо отвечал, но было ясно – думал он о другом.

– Открой глаза, Аша, – повторила Йенна. Все еще щурясь, она повиновалась… Девушка думала, что очутилась в темнице, угрюмом подземелье, с прикованными к стенам узниками, но вместо этого глазам предстала роскошно убранная комната. Стены покрывали прекрасно сработанные, поражавшие многоцветием гобелены с причудливыми животными. Полы были застланы мягкими, с замысловатыми рисунками коврами. Аше никогда не приходилось видеть такого количества мебели в одной комнате.

– Добро пожаловать, Аша… Добро пожаловать ко мне в Башню. Девушка повернулась на голос. Она ожидала увидеть эльфа (Заст неоднократно описывал их), но это был высокий и стройный человек, облаченный в черную шелковую рясу с вышитыми на ней кабалистическими символами. Черты лица – по мягкости и правильности – вполне могли соперничать с чертами эрдов.

– Я – Даламар, – произнес он. Чистый, приятный, мелодичный голос напоминал звук флейты. Даламар приблизился к Аше. Движения были плавны и грациозны.

Волосы мягкого темного цвета доходили до плеч. Все в нем вызывало расположение, и девушка была очарована. Они встретились глазами, и тут Ашу охватил страх: его взгляд завораживал, подчинял, не отпускал. Она попыталась отвести глаза… и не смогла.

– Мне кажется, твоя ноша не слишком легка. Я приму ее, – проговорил Даламар. Девушка беспрекословно повиновалась.

– Ты дрожишь, дитя… Ничего не бойся. Я не причиню тебе вреда и, может быть, даже помогу… Присядь… Не желаешь ли вина? Или ты голодна? Он указал рукой на стол, и с этим жестом исчезло наваждение от его взгляда. Аша повернула голову. Закрытые блюда и горшочки не могли удержать соблазнительных запахов.

Яркий свет от канделябра делал еще более аппетитными разложенные в чашах и вазах фрукты. Тассельхоф уже приподнимал крышки и блаженно принюхивался.

– Это выглядит сногсшибательно… Как я голоден… Кто бы мог подумать!..

А ты не желаешь подкрепиться, Аша?.. Ведь мы только час назад ели. Хотя тюремный суп в животе долго не задерживается… Нет, я не хочу сказать, что там плохо кормят, – добавил Тас, беспокойно глядя на Даламара. – Не нужно передавать им мои слова. Пища вполне съедобная, и не хотелось бы обидеть тюремного повара.

– Я не обмолвлюсь ни словом, – с мрачной улыбкой пообещал Даламар. – Остается надеяться, что мои кушанья не хуже: жаркое, хлеб, фрукты, подслащенные орешки, засахаренные фрукты… Боюсь, это все, что мне по силам в столь поздний час. Аша внезапно ощутила, насколько она проголодалась.

– Все просто великолепно, – сказала она и в следующий момент уже сидела за столом, накладывая на тарелку еду. В жизни не была такой голодной, – призналасьь она кендеру.

– Я тоже, – промычал он, делая невероятные усилия, пытаясь целиком засунуть в рот большое печеное яблоко.

– Думаю, причиной всему – волнение, – после глубокого удовлетворенного вздоха заключил Тас и снова потянулся к тарелке.

– Должно быть, – согласилась Аша, терзая хрустящую, подрумяненную грудь цыпленка. Вкус был изумительный, он дурманил голову. Девушка с Наслаждением разделалась с одной порцией жаркого и с неослабевающим аппетитом принялась уплетать другую. Только тогда она заметила, что Даламара и Йенны в комнате нет.

– Куда они могли деться? – беспечно спросила Аша. Глотнув пряного подогретого сидра, она решила, что не пила ничего более восхитительного, и за первой пробой последовали два полных бокала.

– Не знаю, – сквозь зубы отозвался Тас. – Я не видел, как они вышли. Но дело обычное: вот они есть – и вот их уже нет… Маги!.. Послушай, и твои котомки исчезли.

– И вправду… Аше это показалось забавным, и она покатилась со смеху. Не удержался и Тас. Смех разбудил жажду, и они вновь выпили сидра. Вино разожгло аппетит, и они снова набросились на лакомства. Наконец, пресыщенная, Аша откинулась на стуле, вытерла о салфетку руки и обратилась к Тасу:

– Расскажи мне еще об этом Рейстлине. Тем временем в соседней комнате Йенна разложила перед Даламаром вещи Аши. Внимательно, ни к чему не прикасаясь, маг изучал их.

– Это все, – сказала Йенна.

– А что в другой сумке?

– Шелковое белье, и больше ничего.

– Ты говорила, у нее какое-то послание ко мне…

– Она сказала о нем тюремщику. И либо она лжет, либо держит его в голове, либо послание при ней.

– Сомневаюсь, чтобы лгала, – подумав, сказал Даламар. – С какой целью?..

Не вижу смысла. Ясно, что она представления не имеет о том, кто я такой. Йенна презрительно фыркнула.

– Утверждает – знать ничего не знает о Рейстлине Маджере.

– С учетом всего этого – вполне вероятно. Даламар по-прежнему разглядывал предметы. Держа над ними руку, он чуть слышно забормотал, и одна за другой вещи засветились, причем некоторые довольно ярко. Маг опустил руку и удовлетворенно вздохнул.

– Ты права: они магические, а кое-какие обладают большой силой. Любопытно, что реликвии не имеют отношения ни к одному из существующих магических орденов.

Ты со мной согласна, любовь моя?

– Абсолютно. Йенна положила руку на плечо мага и прикоснулась губами к его щеке. Даламар улыбнулся, но продолжал оставаться сосредоточенным.

– Хотелось бы узнать, какого рода заклятия они на себе несут, – нетерпеливо произнес он. Маг подошел к самой неприметной на вид вещице – кусочку янтаря, вправленному в фигурку оленя. Словно зная, что должно произойти, он состроил на лице гримасу и кончиком пальца коснулся вещи.

Последовала голубая вспышка, сопровождаемая шипением, и Даламар, охнув, отдернул руку. Йенна, сжав губы, потачала головой:

– Это нетрудно было предположить. Реликвиями может пользоваться только один человек.

– Я и сам в этом почти не сомневался… и все же следовало попробовать.

Они обменялись взглядами. Напрашивался только один вывод.

– Работа эрдов?

– Никакого сомнения, – ответил Даламар. – Нельзя не признать качества изготовления и, – он тряхнул пораненной рукой, – эффективности воздействия.

– Для нас они не представляют интереса, но, очевидно, ими может воспользоваться девушка. Хотя по ней не скажешь, чтобы она владела искусством магии.

– Все же эта Аша должна обладать необходимыми задатками, если она та, за кого мы ее принимаем.

– У тебя сомнения? – удивилась Йенна. – Ты не мог не обратить внимания на ее глаза цвета расплавленного золота! На Кринне только у одного человека такие глаза. Даже кендеру стало ясно.

– Тассельхофу?.. Неужели!.. А я все думал, зачем ты взяла его с собой… И что он говорит?

– Слишком много и слишком неосторожно. К его болтовне стали прислушиваться.

– Значит, и она тоже, – задумчиво произнес Даламар и подошел к окну, за которым безмолвно, но абсолютно властвовала ночь. – Неужели легенда не лжет?

– А как иначе это все объяснить?.. Девушка явно выросла вдали от Ансалона.

У нее очень ценные реликвии эрдов… Ее признал кендер, и, помимо всего прочего, – ее глаза… По возрасту она подходит… А тот факт, что ее препроводили сюда… Эта мысль не доставила удовольствия Даламару.

– Я еще раз тебе напоминаю, что Рейстлин Маджере – мертв, – хмуро сказал Даламар. – Его нет в живых уже больше двадцати лет.

– Да, мой дорогой… Не расстраивайся, – Йенна запустила руку в его мягкие волосы и коснулась губами уха. – Но все же был этот случай с Посохом Магиуса.

Ведь он хранился в лаборатории Башни, его стерегли бессмертные духи-стражи, и даже ты не имел права доступа… И где сейчас посох? У кого он?.. У Палина Маджере, племянника Рейстлин а.

– С таким же успехом он мог быть подарен самим Магиусом, – отстраняясь от Йенны, раздраженно произнес Даламар. – Скорее Магиусом, поскольку он был другом рыцаря Хумы. Всем из-вестно, что братья Палина готовились к посвящению в рыцарство… Все это я объяснил Конклаву…

– Да, любовь моя, – сказала Йенна и опустила глаза. Ты по-прежнему единственный, кто отказывается верить в совпадения… Как еще можно назвать то, что эта девушка здесь.

– Возможно, ты права, – подумав, ответил Даламар. Он подошел к стенному, с витиеватой рамой, зеркалу. Йенна встала рядом. Их собственное отражение исчезло после того, как маг провез рукой вдоль поверхности зеркала. Теперь они могли видеть Ашу и Тассельхофа, ублажающих себя кушаньями и сидром, смеющихся по поводу и без повода.

– Как все-таки; странно, – чуть слышно проговорил Даламар. – Я все время думал, что это не более чем легенда. И вот она перед нами.

– Дочь Рейстлина, – тихо добавила Йенна. – Мы нашли дочь Рейстлина.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю