Текст книги "Демоница & Праведник (СИ)"
Автор книги: Марел Ши
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)
Глава 17
Увидев эти огромные полчища тьмы, Сима сама отшатнулась обратно к храму, закрывая собой Матвея. Стали приходить люди, она помогала им разместиться, ни на минуту не отпуская мальчика от себя.
– И куда отправился Аметист? Нашел время… Если он не вернется, нам не выстоять. Хотя… Нам и так не выстоять. Во главе легионов сыновья Люциуса. И это лишь часть… Глупо было надеяться, что владыка это оставит так. – Мария начала плести мощнейшее заклинание, руки загорелись зелёным пламенем, вспыхнули глаза.
Люди, шедшие к храму, тут же, ужаснувшись, шарахнулись, и побежали в рассыпную, где их уничтожали демоны.
– В любом случае, я рад, что встретил тебя, узнал, что такое истинная любовь и счастье. Спасибо, Мария! – Заклинание вышло особенно сильным и ярким, на время отступили легионы тьмы, оглушённые дикой световой волной, но вскоре вновь нахлынули вновь.
Не выстоять. А как же Мария? Как же их ребёнок?! Елисей дрался, отдавая всего себя в каждом заклинании, но толку… И вдруг откуда-то набежали толпы простых деревенских мужиков, с ружьями, обрезами, а то и просто с вилами. И с криком: – Бей нечистых! – Они начали кидаться на легионы тьмы. Это скорее смешило мрак, люди гибли кучами, лилась рекою кровь. Но это, всё же, отвлекало демонов.
Тьма обступала, Мария и Елисей сражались спина к спине, отдавая последние силы, но насколько их хватит?
– Впервые за сотню с лишним лет я узнала, что значит чувствовать, что значит любить. Я люблю тебя! И спасибо, что был в моей жизни. – Она гордо отбивала все нападки, хотя, силы были на исходе.
Одно ранение, другое, и девушка, уже едва держась на ногах, глазами встретилась с яростным взглядом Иртану.
– Я обещал брату, что лично тебя прикончу! – И счастливая улыбка. – За моего младшего брата, и за Умберту тоже. Смотри же, брат! – Крикнул он, зная, что Умберту и так не отводит глаз от этого действа. Иртан занес меч над девушкой.
– Нет!!! – Елисей закрыл собою Марию. Он и сам был ранен и обессилен, броня выдержала демонический удар, но парень покачнулся, потемнело на миг в глазах, и защитный купол вокруг церкви пал… – Пока я жив, никто её не тронет! – Прорычал Елисей.
Он понимал, что жив он не на долго. И тут…
Яркие золотые вспышки озарили небо. Золотые молнии ударили в легионы тьмы, моментально обращая демонов в прах.
– Что это?.. – Шепнул Елисей.
И ответом ему были голоса людей, кричавших со всех сторон: – Ангелы!!!
Мария сама осела на землю, закрываясь от этого света. Слезились глаза, покалывало всё тело, хотелось вскрикнуть от боли. Свет причинял девушке боль, но именно сейчас она почувствовала шевеление внутри себя, впервые ощутила ребёнка. И, обхватив себя руками, Мэри просто ждала, когда всё это закончится.
На смотровой площадке тёмного замка Люциус буквально поседел от ужаса. Отряды ангелов уничтожили все их войска, а кто выживал, бежали как трусы. Умберту опустился прямо на каменный пол, осознав, что власть их пала. Что именно он допустил это, но исправлять что-либо было уже поздно.
– Мы проиграли… – Только и смог шепнуть он.
И тут же на балкон опустился мужчина в белом одеянии, как две капли воды похожий на владыку тьмы, с блаженной улыбкой и снисходительным взглядом. Они были одинаковы, и были разными в одно и то же время.
– Ты проиграл, брат мой. Люди вновь поверили в меня, и отказались от тебя, как тогда ещё, в дни нашей юности, Люциус.
…
Старик посмотрел на небо, и замер, стоя среди поля. И глаза его вдруг посветлели, точно так, как и посветлело само небо.
Уж давно небо закрывал чёрный туман, а сейчас… Небо стало ясным и светлым, и золотые вспышки озарили синеву. Сердце застучало быстро-быстро, не выдержали старческие ноги, подкосились, и он упал в траву, всё продолжая безотрывно смотреть на светло-голубое небо.
– Отец! – Встревоженная женщина подбежала к старику.
– Он дошёл! – Тихо прошептал старик, блаженно улыбаясь. – Он дошёл, он спас мир… Елисей!
Женщина вздрогнула, услышав имя сына.
– Господи, да неужели… – Впервые в жизни женщина перекрестилась, глядя на выплывающее из облаков солнце, по щекам её ручьём бежали слёзы.
А старик уж больше не дышал, и на губах его навек застыла улыбка.
…
Мария сидела посреди боя, не замечая ничего, силы покидали её тело. Она хотела встать, но не смогла… Кругом смешались свет, тьма, кровь… В ушах звенело. Она подняла глаза и увидела замок, проклятый замок владыки преисподней. И в следующую секунду её зеленый взгляд встретился с яростным красным. Умберту. Она словно кошка фыркнула и потеряла сознание. Мэри не чувствовала уже как её подняли и куда-то понесли, и только ненавистные красные глаза стояли перед закрытым взором.
Зелёные глаза Марии. Умберту скрипнул от злости зубами. Как он любил когда-то эти глаза! Как он теперь их ненавидел!.. Та, что собственноручно погубила человечество, теперь погубила их. Он видел, как упала девушка. Холодная ярость. Он мог лишь надеяться, что она умрёт прямо сейчас, что этот светленький отпрыск не родится никогда.
…
– Как Мария? Как наш ребёнок? – Елисей беспокойно топтался рядом с Аметистом, лечившим Марию, не зная, чем помочь.
– Всё будет в порядке! – Улыбнулся Аметист. – Ребёнок не пострадал.
Мария открыла глаза, попыталась сесть, но Аметист остановил её. Елисей опустился на колени возле девушки, осторожно взял её ладонь в свою.
– А теперь послушай, – нахмурился Аметист – ты слаба, и тебе нужен отдых, а потому вы с Симой и Матвеем вернётесь в мой дом, и дождётесь нас там, я дам вам в качестве сопровождающих Аарона и Микаэля. – И он кивнул на двоих белокурых крылатых парней, скромно стоявших чуть поодаль.
Солнце ударило в глаза Марии. Солнце теперь светило как раньше, ушла тьма. Девушке было сложно, и она щурилась от такого яркого света. Потом перед её глазами появился Елисей, и она обняла его, путая в волосах руки, вдыхая аромат.
– Мы выстояли? – Слабым голосом спросила она. Теперь Умберту казался ей страшным сном. Никогда бы больше не видеть этих глаз. А новость, что им нужно разделиться, ей не понравилась. Теперь она дорожила каждой минутой с Елисеем, ощущая, что скоро они навсегда расстанутся. – А разве вместе нельзя?
– Мы выстояли, но вместе нельзя, так будет лучше и правильнее! Я скоро вернусь. – Елисей осторожно обнял девушку, и мягко коснулся её губ.
Ангелы отвернулись, не то в смущении, не то в возмущении. Нет, любви к демонице они не понимали.
– Идём! – Позвал Аметист. Он не любил долгих прощаний, тем более, их ждали, а время пребывания ангелов на земле было ограничено, так что, поспешить стоило.
– Я вернусь, и скоро! Береги себя и нашего малыша! – Улыбнулся Елисей и пошёл вслед за Аметистом.
…
Присутствие ангелов её напрягало. Но теперь Мэри наверняка знала, что свет есть, что ей не место в новом мире. И это напряжение. Она не общалась с прекрасными парнями, а они избегали смотреть на неё. Без Елисея она чувствовала себя неловко, словно и совсем без него не жила. И только Матвей был оживлён, как всегда, и всё время что-то говорил. Мария слушала и улыбалась. Они победили! Это было самым важным.
…
Он оборачивался несколько раз, да, Елисей знал, что Марии больше ничего не угрожает, но, всё же, без неё сердце было не на месте. А что будет дальше, как будет жить она в новом мире? Миллион вопросов и тревог. Вдох-выдох. Не думать. Сейчас его ждало важное и большое. Самое главное.
…
День уже близился к вечеру, впервые за многие годы, был прекрасный ярко-алый закат. Стало, будто, легче дышать и запели птицы, кажется, весь пейзаж оживал потихоньку. Ангелы перенесли их прямо к домику Аместиста, и, не заходя, сразу исчезли. Сима поддерживала Марию под руку и помогла войти в дом.
Вернувшись, девушка легла в постель, ей следовало поспать, но сон не шёл, кровать без Елисея ей казалась невероятно большой и холодной. Сима сделала ей чай, и сама ушла отдыхать, уводя Матвея. Ей тоже было тоскливо и пусто без Аметиста, и в доме, казалось, она совсем чужая. Тихая и одинокая ночь в совсем новом мире.
…
Закат… Никогда ранее Елисей не видел такой красоты! От зрелища захватывало дух, вот бы полюбоваться на это чудо вместе с Марией! Наверное, она тоже смотрит…
– В первый раз видишь? – Аметист улыбнулся.
Елисей едва заметно кивнул.
Они шли по кладбищу среди могил, крестов, памятников, но склепов видно не было. Кладбище было просто огромным, казалось, ему не было конца и края, оно уходило за горизонт, и было вполне соизмеримо с целым городом.
Глава 18
Вся территория вокруг храма была усеяна трупами, раненными и полуживыми демонами, людей же забрали ангелы. Стоны и чёрные потоки демонической крови струились по земле. На землю опускался первый закат нового мира.
А Люциус, стоя посреди балкона, наконец, понял, что действительно проиграл, что его обвели вокруг пальца мальчишка и девчонка, которую он пригрел однажды.
Умберту скрылся, понимая, что отец не просто зол. Закат. Такой красный и такой настоящий, которого не было сотню лет. Казалось, было сложно дышать. Деревья стали потихоньку оживать, зеленеть, а лавовые фонтаны у замка остановились, застыли, и превратились в камни. Раненые демоны пытались поглотить души людей, уже не разбирая, но теперь всё изменилось. Люди поверили в Бога, люди крестились, и демоны не могли коснуться их душ. Вот к Люциусу пришёл еле живой сын, а с поля боя подбирали погибших и раненных.
…
Искать… В этом огромном "городе мёртвых"… Елисей на мгновение закрыл глаза, а когда открыл… Последний луч солнца освещал холм, а там, на холме… Да, сомнений быть не могло. Со всех ног парень бросился к склепу предка.
Вот она – цель и высшая награда. Он будто не бежал, будто летел, упиваясь восторгом и силой, да, сила переполняла его, становясь всё весомее и ощутимее с каждым новым шагом. И вот, он возле склепа. Не могила, нет, словно бы небольшой домик из камня.
Елисей смело шагнул внутрь, ничуть не заботясь о своих спутниках, не думая о том – пошли ли они следом за ним в склеп, или, быть может, вовсе остались у ворот кладбища. Тишина и мрак. Парню не нужен был свет – он сам светился весь, как факел. Тут, под землёй, стояла гробница. Елисей перекрестился, легко сдвинул огромную каменную плиту, словно бы та была невесомой, и достал свиток, огромный, старый, покрытый толстым слоем пыли.
И в этот самый миг мир закружился, замелькал. Елисей зажмурился, а когда открыл глаза, то вновь стоял у храма в окружении ангелов, и рядом с ним стоял Аметист.
Поле было чёрным от крови демонов, это было видно даже сейчас, во тьме, но тёмные успели покинуть место битвы, забрав и раненных и убитых, лишь обломки мечей и копий кое-где всё ещё валялись среди травы.
Елисей вошёл в храм. Свиток… На непонятном языке, неясными витиеватыми буквами, но, неожиданно для самого себя, парень начал читать, уверенно, громко, чётко. Голос отражался от стен, и струился из окон, вместе со светом, разлетаясь, окутывая землю.
Ночью стало светлее, чем днём, и каждый, абсолютно каждый на земле слышал слова молитвы. Люди падали на колени, люди вторили священным письменам на неизвестном языке, неизвестном мозгу, но каждая душа знала этот язык. Сильнее и громче, креп голос, дрожали стены, и вот… Как грохот, как взрыв – последние слова, и свет вырвался из груди парня, земля была окутана плотною пеленою, все замки, все сооружения демонов втягивались назад, уходили вновь в преисподнюю, а земля затягивала дыры без следа, словно залечивая раны.
Поверхность земли дрожала. А Елисей ощутил вдруг, как ослаб. Да, он полностью лишился какой-либо магической силы, и теперь он был обычным светловолосым пареньком, казалось, даже в плечах он стал уже, и вновь совсем почти детским стало лицо, а взгляд наивным и чистым.
…
Мария спала, когда за окнами стало светло, как днём. И без того изможденная девушка вдруг почувствовала тяжесть, боль, и что-то внутри неё вновь шевельнулось. Марии хотелось бежать, и протяжный крик вырвался из её груди. С этого момента ей стало в разы труднее дышать.
Сима услышала крик и опрометью бросилась вниз. Мария лежала почти в бреду. Они обе знали, что Елисей дошел, что они с Аметистом, наконец, закончили это дело. В ту же минуту свет погас. И чуть живая Мария открыла глаза. Сима принесла тазик с водой и стала приводить девушку в себя.
– Вот и всё! – Улыбнулась Мария. – Теперь мне хочется бежать, хочется скрыться, мне тяжело дышать. – Чуть хрипя, шептала девушка.
– Ты всего лишь ранена. – Со страхом в глазах сказала Сима, всё же она понимала, что Мэри тяжело, но даже демоницу ей вдруг стало жаль.
– Нет, Елисей отправил Люциуса в преисподнюю, и мне тоже тут не место…. Но ребенок, он должен быть тут…
И по всей земле, даже ночью видно было, как рассеивалась тьма, как исчезали дворцы, исчезали демоны. Церкви будто оживали, и люди обретали надежду.
…
А с первыми лучами солнца мир возродился окончательно. Распускались цветы, пели птицы, ангелы переместили Елисея и Аметиста к дому колдуна в лесу, и вновь оставили землю, на этот раз их миссия на земле была окончена.
А Елисей первым делом бросился к постели Марии, Аметист последовал за ним, девушка была бледной и слабой.
– Я вернулся!.. – Шепнул Елисей, и нежно коснулся губами щеки Марии. – Как ты?
И тут Елисей заметил, что живот Марии заметно округлился. Свет и та сила, которую освободил Елисей, видимо, позволили ребёнку развиться полностью, и он… Да, он готов был родиться прямо сейчас. Мария морщилась от боли.
– Схватки… – Шепнул, побледнев, вбежавший вслед за Елисеем Аметист.
Мария чувствовала, как дитя внутри неё росло с каждой минутой, причиняя ей нестерпимую боль. Было сложно дышать, да и боли внизу живота были всё ощутимее. Она дрожала. Почти не осознавая, где она, и есть ли кто рядом. Бред. И где-то сквозь бред она услышала голос.
– Елисей… – Чуть дрожащим голосом шепнула Мария. – Кажется, пришел мой конец!.. – И улыбка коснулась её лица. Она судорожно стала искать его руку, что бы понять, что она не спит. Он обещал ей покой, обещал спасти ребёнка…
– Мария… Я рядом, я с тобой! – На глазах Елисея выступили слёзы, где-то внутри вспыхнули последние огоньки угасающей силы. – Нет, не умирай, держись! Ведь мы победили, ведь… – Голос его дрожал.
Аметист и Сима кипятили воду, готовили бинты, пелёнки, инструменты, Аметист постоянно повторял: – Нет, ну я не готов, нет, ну я совсем ещё не готов! – Ему приходилось несколько раз принимать роды у деревенских, и весьма непростые роды, и никогда колдун в себе не сомневался. Но сейчас… Сейчас его по-настоящему трясло от страха.
Девушка чувствовала первые схватки, дикая боль и крик сорвался с её губ. Она вспомнила их знакомство с Елисеем, вспомнила их ночь и на губах вновь появилась улыбка. В сердце было тепло. Она сжала его ладонь, и, кажется, боль отступила.
– Ты смог спасти мир… – прошептала Мария. – Осталось спасти нашего малыша.
Сима успокаивала Аметиста. Она сама тряслась. Роды демоницы. Какой же будет ребёнок?! Впервые ей пришлось принимать роды. Но она собрала силы в кулак и, успокоив Аметиста, пошла к постели девушки. Вновь смочив тряпку, она вытирала её лицо, пытаясь успокоить.
Аметист же говорил, что и как делать Марии. Но она едва слышала его, действуя, как подсказывало ей её тело. Не было страха, она собрала все силы, дышать было невозможно, тяжело, и слова застревали в горле. Был только сдавленный хрип. Двенадцать мучительных часов.
Двенадцать часов ада, и вдруг осознание – не выживет.
"Не выживет" – эта фраза одновременно возникла в голове троих. Не может демоница остаться в живых, дав жизнь ребёнку от света.
И только теперь Аметист понял – нет, Умберту не убил его мать, он просто облегчил ей смерть, причиной которой стал сам Аметист. Так, по сути, это его святой папаша стал убийцей, смертью для своей возлюбленной.
– Она не дышит!.. – Шёпот Аметиста. И первый громкий и надрывный плач младенца.
Елисей отвёл взгляд, не посмотрев на сына. Свиток! И вдруг он вспомнил про тот свиток, что Сима нашла в храме. Там говорилось про упокоение душ! Он поможет Марии упокоиться. Это всё, что он сейчас мог.
– Свиток! – Не своим голосом рявкнул Елисей. Пальцы покалывало от вспышек энергии – последние искры былого света и силы. Сима, как-то сразу поняла парня, и быстро принесла то, что он просил. Елисей, почти совсем не глядя в текст вновь принялся читать. Слёзы текли по его щекам, а губы шептали древнее заклятие света.
С последними словами, Елисей вскочил и выбежал из дома, так и не взглянув на ребёнка. И в голове вспыхнул голос-воспоминание: "А ты сможешь смириться со своим аметистом?"
Открыв глаза, парень вдруг увидел сквозь потоки слёз девушку, такую милую и хрупкую. Она была совсем другой, но не узнать эту улыбку было невозможно. Ей было лет шестнадцать, не более, водопад кудрявых волос и открытый наивный взгляд, изящная фигурка и пышное платье. Талию стягивал корсет, и вниз струились кружева платья. Принцесса из далеких эпох. Такая другая.
Она подошла к Елисею, и кротко, совсем по-детски, улыбнулась глядя ему в глаза. Девушка была полупрозрачной, коснувшись, её нельзя было ощутить, прикосновение только чуть холодило кожу. Кончиками пальчиков она осторожно коснулась щеки парня.
– Ты спас этот мир, Елисей, спас мою душу. Спасибо, что сдержал слово. Только плакать не нужно, не плачь по мне, не стоит! Я люблю тебя, и буду любить даже там… Любить вас обоих. Спасибо, что научил любить. Назови сына, как моего отца – Мишей, Михаилом. Только не бросай, пусть он будет памятью о нашей любви. Пусть в конце моей жизни, но я искренне любила. Прощай, и не оплакивай меня. Помни о своей мечте, воплоти её в жизнь. А я буду всегда рядом, в дуновении ветра или в каплях дождя. Я буду в твоем сердце. – Мария… Этот голос Елисей никогда бы ни с кем не спутал. А за её спиной, стояли сотни и тысячи душ. Они все пришли сказать ему спасибо за упокоение, за помощь и освобождение.
Да… Теперь погубленные некогда души были свободны, они могли обрести покой. Одна за другой эти души мелькали в ночи яркими вспышками, освещая небо и землю.
Елисей взял, наконец, своего сына из рук Аметиста, и посмотрел в его едва открытые, но такие яркие, голубые глаза. Младенец морщился и нетерпеливо чмокал губами, требуя молока.
– Ну и чем мне кормить тебя, Михаил? – Елисей улыбнулся, и на душе его вдруг стало вновь тепло и спокойно.
Эпилог
– Когда я родился, жизнь была тяжёлой, полной горести и лишений. – Молодой светловолосый мужчина вздохнул и крепче сжал ладонь сына. – Не было ни полей, ни лугов, ни листьев, ни травы, и небо было совсем серое.
– Серое? Папа, почему же мир был таким? – Мальчик посмотрел на яркое небо и солнце так, словно бы боялся, что всё это вдруг исчезнет и мир станет снова серым.
– Потому что люди тогда не верили в Бога, забыли добро, и позволили демонам взять над собою власть!
– А это правда, что моя мама была демоницей?
– Твоя мама была самой прекрасной женщиной на всём белом свете! – Елисей стоял у могилы, и смотрел на изображение Марии на камне – он запечатлел её такою, какой увидел в последний миг, такою, какой была её душа – прекрасною и чистой.
Михаил внимательно разглядывал памятник, потом подбежал и обнял камень, прижимаясь к изображению. Елисей смахнул невольную слезу.
– Это твой мир, сынок. – Шепнул мужчина. – Я создал его для тебя, и я верю, что теперь в нём всегда будет солнце!
The end!:)
