Текст книги "Талисман Бога Эроса (СИ)"

Автор книги: Максим Шторм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 2

История четвёртая. Массажный салон.

– Ты уверен, что этот Охренительно Крутой магазинчик, торгующий лазерными мечами и ожерельями из клыков орков, находился именно здесь?

Сашкин взгляд был полон упрёков и нескрываемой обиды. Ещё бы, так обломаться, после всего, что я ему наплёл. Сам я лишь разводил руками и мычал нечто нечленораздельное. Ибо внятных слов для объяснений у меня не находилось. Как и не нашлось лавочки, где я прикупил Талисман, в том месте, где она ещё пару дней назад располагалась. И куда я заманил в воскресенье с утра Санька, пообещав ему целый короб чудес и праздничный мешок подарков. Херов тачку!

– Да я тебе говорю, что эта нора была именно тут, – выдавил я, растерянно озираясь. – Вон засратая чебуречная, вон магазин одежды, дома, клумбы. Всё это здесь было и в пятницу. Мы сюда пришли тем же путём, что и я тогда! Единственное, чего теперь нет в этом тупичке, это той самой лавчонки!

И это было правдой. Там, где совсем недавно я упёрся рогом в выкрашенную облупившейся краской дверь с заманчивой вывеской над входом, к моему полному изумлению оказалась кирпичная стена, соединяющая соседствующие жилой дом и парикмахерскую. А втиснутого меж ними магазина древних артефактов и след простыл. Такая вот петрушка… Можно было подумать, что стену возвели впопыхах, стремясь скрыть нахождение столько удивительного места, если бы не одно но. Даже для такого профана в строительстве как я было понятно, что стену сложили ещё при советской власти.

– Какая-то грандиозная подстава выходит, – негодующе заявил Сашка, на его простом круглом лице, усыпанном в районе носа редкими веснушками, отразилась целая палитра эмоций. – Вот только я не пойму одного, с чьей стороны? Вдупляешь?

– Да иди ты, – нервно огрызнулся я, проводя пальцами по растрескавшемуся, выгоревшему на солнце старому кирпичу. – Делать мне больше нечего, как сочинять для тебя побасенки, а потом тащиться сюда, чтобы показать хер на палочке.

Я был разочарован не меньше друга. Навернулась с грохотом моя гениальная идея разжиться на полках магазина старинными книгами, проясняющими суть моего Талисмана, и желанной инструкцией для глупых новичков по его рациональному использованию.

– ..лять! – в сердцах выругался я. И где-то в отдалении, в районе левого уха, но словно из головы раздался мерзкий такой, но уже знакомый смешок. Я дёрнулся и даже успел бросить обвинительный взгляд на Санька. Но тот, следуя моему примеру, увлечённо колупал выросшую перед нами стену.

– Во-во, я бы добавил чего покрепче, но не люблю ругаться, ты же знаешь, – Сашка постучал мыском кроссовка по кирпичной кладке и развёл руками. – Ну, на нет и суда нет. Верю, дружище, что ты хотел как лучше. У меня остался единственный вопрос – так какого хрена происходит и как ты так обрезался? Я к тому, что ты, может, перепутал улицы или чего подзабыл. Помню, ты тогда заболел вроде…

– Это уже не один вопрос, – проворчал я, делая шаг назад. Предобеденное солнце ёще не достаточно высоко взмыло над городом и его жаркие июньские лучи не попадали в тупичок, даря нам приятную прохладу и тень. – Не знаю, не знаю… Я тебе присягнуть готов, что был в этом магазине в пятницу вечером. И видел внутри кучи не просто интересных, а невероятных вещей.

– Угу, угу, к которым в комплекте прилагалась сексапильная продавщица латиноамериканской наружности с выпадающими из-за пазухи сиськами. Ты говорил.

Мне хватило совести не встречаться с другом взглядами. Ну конечно, я не сказал ему, что вынес изнутри исчезнувшей лавочки самое весомое доказательство – Талисман бога любви. Который, кстати, я снял с шеи и упрятал в боковой карман джинсов, завернув в носовой платочек. Оставлять свою драгоценную игрушку дома я не стал бы ни при каких обстоятельствах. Сейфа у меня нет, а дверному замку я не слишком доверял.</p>

– Говорил. И ещё говорил, что до того момента я уже бывал здесь, на этой улице, но тоже, представь, не замечал этого магазина. Он словно возник из ниоткуда. И теперь опять ушел туда же.

– Переиграл в Ведьмака, – с завистью констатировал Санька. – Эдак скоро перестанешь отличать явь от выдумки.

Я невольно дернулся. До того его слова мне показались пророческими. От Сашки моё движение не ускользнуло. Он успокаивающе поднял руки:

– Да всё, всё, Лёха, ты чего? Я прикалываюсь. Да и верю я тебе, повторяю. Просто нужно найти какое-то объяснение всей этой шняге. Ну не мог же реально этот фигов магазин раствориться в воздухе!

Я был готов поверить во что угодно. Знал бы ты, приятель, что мне уже довелось испытать!

– Так может навернём по шаурме, раз уж притащились сюда? – Саня приглашающее кивнул в сторону маленькой кафешки, работающей на вынос – А то стоим тут как два идиота, и умиляемся на пустую стену. Я угощаю.

Моему закадычному другу было известно о моих скудных финансовых возможностях. Не скажу, что он прям таки навязчиво подкармливал меня, но угощал частенько. На деньги Сашок жадным не был.

Под полотняным тентом стояло с пяток пластиковых столиков со стульями. И мы были единственными клиентами. Я уселся на скрипнувший под моим задом стул и всё так же задумчиво уставился на отлично видную отсюда стену, выросшую на месте фасада пропавшей лавочки. Сашка меж тем направился к окошку заказывать шаурму. Может, мы пришли не в то время? Кто знает, вдруг этот магазинчик появлялся только по определенным дням и часам? Что, если наведаться сюда в следующую пятницу? Чёрт, да я уже начинаю всерьёз воспринимать самые фантастические теории! Для меня стали размываться границы между вымыслом и правдой, не только между пластами реальности.

– Держи, – передо мной бухнулась пластиковая тарелочка с ароматной горячей шаурмой, рядом примостилась запотевшая бутылочка грушовки. У меня невольно потекли слюни. Сашка уселся напротив меня и впился зубами в снедь. – Ум… Неплохо-неплохо...

Некоторое время мы молчали, отдавая дань вкусной еде и напиткам. Умяв половину шаурмы, Санька сделал глоток газировки, сытно рыгнул и как бы между прочим заявил:

– Я тут с одной девчулей познакомился.

Я чуть не поперхнулся грушовкой. Кто? Сашка? Неспешный увалень в на размер большей футболке и тщательно скрываемой близорукостью? Видя мою реакцию, он не оскорбился, а отсалютовал куском шаурмы.

– Да, да, мой юный падаван, ты не ослышался.

– И кто она?

– Ну, зовут даму моего сердца Марианной, а о роде её занятий я не справлялся. Но сразу скажу, что по фоткам она оставила очень положительные впечатления. По фоткам? У меня от сердца отлегло, всё встало на свои места. Сашок забурился на какой-то очередной сайт знакомств.

– У неё и подружка есть. Тоже одинокая.

Ах, Санька, Санька, старый ты сводник… Чтобы ты сказал, узнав о моих новых подружках? Которые точно такие же виртуальные, как и твои. Но словно по мановению волшебной палочки я могу перенестись к ним и как следует отжарить. Пусть тоже виртуально. Но так ли неосязаемы мои фантазии, пробуждаемые к жизни Талисманом? Вот тут уже меня начинали грызть вопросики…

– Нет, спасибо. Я пас. Ты же знаешь, я не особо жалую соцсети и всякие сайты знакомств.

– Вот и зря. Так и просидишь всю дорогу на голодном пайке.

– Тоже мне, Казанова выискался. Я на красивых девок хоть в институте смотрю, на живых, замечу. А ты на фотки в компьютере таращишься.

Доев шаурму, Сашка вытер жирные губы салфеткой и скорбно возвестил:

– Ты неисправим, волк-одиночка. _______________________________________

Расстались мы на автобусной остановке. Сашка жил на другом конце города, в одном районе с моими родителями. Я же вернулся в свою квартирку. Перевалило за полдень. Возможно, я опять себя безосновательно накрутил, но заходя в подъезд, не мог отделаться от стойкого ощущения слежки за своей скромной персоной. Я с трудом сдерживался, чтобы не обернуться. И только войдя в тёмный зев подъезда, смог облегченно выдохнуть. Твою мать, да что я горожу? Кому я сдался на хрен?.. Ну а если не я, а, к примеру, кое-что принадлежащее мне? Талисман. У меня пересохли губы. Переступив порог прихожей, я окончательно избавился от чувства слежки, но меня ожидал некий сюрприз. Как я там намедни заявлял, помните?

Заперев за собой двери и разувшись, я окончательно и бесповоротно понял, что в моей квартирке кто-то шарился. Вот бывает у вас такое чувство, что что-то не так? Что вокруг тебя происходит нечто, чему не можешь дать логического обоснования, чертовщина одним словом. Или ты понимаешь, что в твоих личных вещах кто-то рылся, а доказательств этому нет. Ну, в тот момент я испытал всё это разом.

Самое интересное – на первый взгляд ничего подозрительного я не увидел. Но отчего-то, войдя в свое жилище, я уже твёрдо знал, что в моё отсутствие тут кто-то побывал. Так что же всё-таки заставило меня так думать? Что было неправильным, не таким, как должно быть в моём временном пристанище?

Я прошёл из прихожей на кухню, попутно заглянул в ванную с туалетом, отправился в спальню. Вроде ничего необычного. Никаких разодранных подушек, летающих по воздуху перьев, перевёрнутой мебели, ну ничего криминального! Однако ж уверенность в чьём-то постороннем вмешательстве лишь крепла.

Я стоял посреди комнаты, судорожно сжимая в кармане штанов амулет, и исподлобья осматривал все углы. Нет уж, да я уснуть не смогу, пока не пойму, что тут произошло! Уж больно много незначительных, казалось бы, мелочей стало накапливаться в моей тихой мирной жизни за последние два дня. То ощущения присутствия постороннего, то какие-то голоса, то непонятный смех на грани восприятия, теперь вот слежка и вероятный шмон моей берлоги. И все эти безобразия совпали с покупкой синего камушка. Ясен пень, что это не просто совпадение. Кто-то или что-то стал (стало?) активно вмешиваться в мою жизнь. И это не на шутку пугало. Возможно ли, что я стал владельцем Талисмана, мягко скажем, незаконно? Вдруг некий прежний владелец, у которого ушлые цыгане его увели, вычислил меня и хочет вернуть своё имущество?

Выбившее меня из колеи несоответствие я обнаружил случайно. Это действительно была незначительная мелочь. Но она была. И к её появлению я не имел никакого отношения. На компьютерном столе, рядом с клавиатурой, на коврике у меня дремала беспроводная мышка. Ещё утром она находилась на своём привычном месте. Но сейчас она была сдвинута в сторону и лежала рядом с ковриком. Почему я так уверен в своих словах? Да потому что с утра, когда одевался, случайно уронил её на пол. Поднял и аккуратно положил точно по центру коврика. Теперь же мышенция была сдвинута почти на десять сантиметров. Я уставился на неё, будто мышь была живой. Кто-то пытался влезть в мой компьютер или случайно сдвинул мышь, пока рылся в столе?

Конечно, ещё был вариант, что в моё отсутствие забегала Светка или её мать. Но они всегда меня предупреждали. А выходя из квартиры, я захватил смартфон с собой и даже проверил, включен ли он. Так вот, мне они не звонили. Значит, тут побывал кто-то другой.

Я присел на краешек кровати и поскреб зарастающий редкой щетиной подбородок. Во что я вляпался? Может, ну его на хрен, взять да и выбросить амулет в ближайшую мусорку, да ещё громко заорать об этом на всю улицу? Но подобная мысль тут же отозвалось внутри протестующим воплем. Да это же кощунство! Талисман мой. Честно куплен. И я никому ничего не должен. Такая корова нужна самому.

Да уж, есть о чём поразмышлять на досуге. Расслабиться, мне нужно расслабиться. А то даже голова начала болеть от разных крамольных дум. Я уже на автомате избавился от одежды, лёг голый на кровать и сжал талисман в кулаке. А что может быть лучше для расслабона хорошего массажа?

_______________________________________

Я лежал обнажённый на животе, укрытый в районе бёдер тонкой простынею. Подо мной мягкий удобный топчан, вокруг интимный полумрак и запах ароматизированных свечей. Температура воздуха самая комфортная. Скрипнула невидимая мне дверь и в комнату салона вошла массажистка.

– Добрый день, рада, что вы посетили нас.

– Хочется отдохнуть, всё болит, – пожаловался я, поворачивая голову на бок.

– Значит, вы пришли по адресу. Не волнуйтесь. Мой массаж вы не забудете.

Массажиста была невысокой стройной барышней лет тридцати в коротком, до середины бёдер халатике без рукавов. Коротко стриженная, очень симпатичная шатенка с пухлыми губками и изящными сильными кистями рук.

– Меня зовут Катя, и я сделаю всё, чтобы доставить вам удовольствие.

Она сноровисто намазала ладони специальным кремом и провела пальчиком по моему позвоночнику, вдоль спины, от затылка до копчика. Меня пронзила волна электричества. Вроде и ничего особого не сделала, а уже нравится.

– Расслабьтесь, так… Разомнем для начала наши мышцы, спинку, поясничку…

Все мягкие обваливающие слова, произнесённые ласковым грудным голосом, она сопровождала уверенными, сильными и вместе с тем чертовски приятными движениями. Настоящий мастер. Она усердно массировала мою спину, обхватывая каждый квадратный сантиметр, опускалась ниже, останавливалась на уровне прикрытой простынею задницы. Мне стало до того хорошо, что я заурчал, как спящий кот. – Ну вот… Уже лучше. Наша спинка расслабилась, мышцы налились энергией. Перейдем к нашей попе. Ей тоже нужно расслабиться.

Да бога ради. Катя убрала простынь и прикоснулась своими чудесными ручками к моему заду. Кожа на ягодицах тот час пошла мурашками, а прижатый к топчану член закаменел. Катя начала усердно мять мои ягодицы, периодически раздвигая их и ныряя внутрь бедер. Каждый раз, когда её влажные от крема горячие пальчики задевали мою подтянувшуюся мошонку, я сладко вздрагивал. Кончик прижатого к животу члена намок в предвкушении.

– Так, наша попочка расслабляется, вот она уже стала мягкой, упругой. Она такая довольная, видно, что ей нравится. Вот так, так…

Конечно нравится! А кому не понравилось бы? Катя ловко и всё настойчивей массировала мои ягодицы. Её пальцы всё чаще смещались к моему анусу.

– Секундочку… Добавим немножко крема… Вот… Теперь помассируем промежность. Это тоже нужно, поверьте.

Верю, Катенька, верю. Вот лично тебе я сейчас верил больше всех. Массажистка начала надавливать большими пальцами на анус, тщательно его смазывая. При этом она всё интенсивней касалась мошонки, слегка натирая её ладошкой.

– Про яички тоже не забудем. Вот… Побольше крема. Отлично.

Она начала крепко сжимать и разжимать мошонку одной рукой и смазывать анус другой. Я застонал он наслаждения. Затем я почувствовал, как её пальчик легко скользнул мне в задницу. Разработанная и тщательно смазанная дырочка не сопротивлялась. Это было невероятно. Её пальчик полностью проник в мой зад, замер, давая с собой свыкнуться, а затем начал сокращаться в поступательно-возвратных движениях.

– Помассируем внутри. Это очень, очень полезно для простаты, да-а-а…

С этим трудно поспорить. Я возбуждённо сопел, разведя ноги пошире и чувствуя, что мой член сейчас прожжет в топчане дыру.

– Прекрасно. Сзади мы полностью расслаблены и восстановлены в тонусе. Переворачивайтесь на спинку.

Я живо с облегчением выполнил её указания. Мой освободившийся от давления член радостно торчал, загибаясь к животу. С головки свисала капелька смазки. Катя тут же схватилась обеим руками за мой пенис и легонько сжала.

– Вот… Теперь помассируем нашего красавчика. Крема нам достаточно. Да и естественной смазки тоже. Все наши действия исключительно для здоровья, для пользы организма.

Катя, глядя на меня как на любимого племянника, нежно скользила сжатой ладошкой по стволу члена, опускаясь до самого лобка и поднимаясь вверх, приглаживая большим пальцем скользкую головку. Второй ладошкой она вновь ласкала мне мошонку, то и дело ныряя указательным пальцем в мой анус. Я даже чуть приподнял бёдра, облегчая нам обоим жизнь, и негромко стонал. У массажистки весело блестели глазки. Видно, что она получает от своей работы не меньшее удовольствие, чем я. Её тонкий халатик прилипал к разгоряченному телу, обрисовывая полушария грудей с затвердевшими сосками. Но в салоне главное правило для клиента гласило – получай, но не трогай. Конечно, я мог бы легко его изменить. Но мне стало настолько классно, что ничего менять я уже не хотел…

– Ой как нам хорошо… Наша попа расслабилась, писюнчик расслабляется…

Не то слово, подруга! И в момент, когда её пальчик особенно глубоко проник в мою дырочку, а ладошка снова коснулась головки, я ещё сильнее приподнял таз, выгибаясь, и, гортанно застонав, начал кончать, выплёскивая струйки спермы прямо на ручку моей массажистки. Катя, расплывшись в счастливой улыбке, не останавливала движений, еще сильней теребя извергающийся член, выдавливая из кончика последние капли.

– Ой, какие мы молодцы…

Я открыл глаза и выдохнул. Боже. Неужели в реальной жизни наслаждение от секса может быть больше, чем в моих фантазиях? Я взял с прикроватного столика салфетку и вытер забрызганный живот и лобок. Побриться что ли, а то постоянно волосы слипаются. Не, на фиг, потом неделю чесаться будешь. Как-то ради прикола я уже проворачивал подобную штуку и мне не особо понравилось.

И только сейчас я заметил, что, не смотря ни на что, я умудрился не выпустить зажатый в кулаке амулет, который забыл положить на грудь. Начинаю привыкать к работе камушка? Я встал с кровати, повесил Талисман на шею и голышом почапал в ванную. После такой разрядки мне на какое-то время стало наплевать, подглядывает сейчас за мной кто-нибудь или нет.

Глава 3

История пятая. Кошмар.

Воскресный день необратимо катился к завершению. Из квартиры я больше и носа не высовывал. После освежающего душа так и просидел в кресле за компьютером до самого вечера. Не мог оторваться от Фоллаута. Мне, как человеку, игравшему в эти доисторические игры, новое творение телевизионщиков очень даже зашло. Да и главная героиня мне понравилась, симпатяшка. Захватывающий сериал меня здорово отвлек. Неплохое дополнение после шикарного эротического массажа.

Не отрываясь от экрана, я то и дело мимоходом косился по сторонам. И пару раз мне казалось, что я вот-вот и всё же успею уловить некие смазанные движения. Что ещё немного и мои глаза смогут зацепиться за что-то, что ускользало из поля зрения. А может, ближе к вечеру уже сказывалась накопившаяся за день усталость? Эй, скажете вы, друг, тебе всего девятнадцать и ты на выходных не бетонные плиты ворочал, когда ты перетрудился-то? Всё верно, но усталость одолевала не физическая, а моральная. Всё-таки то, что произошло в моей жизни и так или иначе начало её менять, трудно назвать ординарной повседневностью.

Из мира постапокалиптической Америки меня вырвало обострившееся чувство голода. Так, незаметно я досиделся до позднего ужина. Проглотить что-нибудь более питательное, чем слюни, совсем не помешало бы. Я поставил проигрыватель на паузу и пошёл на кухню. Заварил последнюю пачку биг-ланча, искрошил в него же ещё вполне приличные на вид две сосиски и налил большую кружку чаю. Кофе стараюсь пить только утром, в крайнем случае не позже обеда. И если не планировал заседать полночи, бодрствуя, вечером никогда не пил. А сегодня я собирался лечь спать пораньше. Завтра опять опостылевшие занятия. Ну ничего, ещё две недели и полноценный отдых.

Ах да, поморщился я, ещё не забыть поговорить с преподом по электромеханике. У него как раз и были последние пары. Мне ещё предстояла сомнительная честь встречать сантехника завтра в три пополудни! И ведь не отвертишься, после того позора, что я пережил в присутствии Светки.

Пока заваривалась лапша, я вразвалочку прошелся по квартирке, как бы невзначай оглядывая все закутки. Залез в шкаф, поочередно пооткрывал кухонные шкафчики, заглянул под кровать… И не переставал громко ворчать, что, дескать, не помешало бы навести на следующих выходных уборку. Пылищи развёл, мама не горюй. Таким нехитрым способом я создавал впечатление, что никого и ничего постороннего не ищу, и что все мои действия связаны исключительно с желанием привести жилище в благопристойный вид.

А у самого аж камень с души свалился, когда я убедился, что никто нигде не прячется. В тот момент я сам себе напоминал маленького ребенка, который нипочём не ляжет спать, пока не убедиться, что под кроватью никто не затаился. И что, кого мне стесняться? Зато спать буду спокойней. Я прогладил спрятанный под футболкой кулон. Да и на Талисман никто не наложит загребущую лапу, пока я буду в объятиях Морфея.

Я вернулся на кухню и с аппетитом уничтожил приготовленный харч. Запил чаем с завалящимися сухариками и решил, что теперь полностью готов к труду и обороне. И тут, как в детском стишке, зазвонил телефон.

Я вернулся в спальню и взял дребезжащий на прикроватной тумбочке смартфон в руки. Неизвестный номер. Не определяется Яндекс-защитником как потенциально нежелательный. Вот такие вызовы я больше всего не люблю. И обычно не отвечаю. Кому надо перезвонят ещё раз. В крайнем случае на ватсап напишут, если это действительно настоящие безобидные люди. Но тут… Тут что-то дернуло меня поднести телефон к уху.

– Алло, – хрипло выдохнул я. В динамике что-то отдалённо, не менее чем за тысячу световых лет от меня, шумело. По крайней мере звуки были совсем не такие, какие обычно слышишь, когда твой невидимый собеседник молчит, упорно не желая начать разговор первым. Я терпеливо повторил: – Алло, я слушаю.

И снова шум. В таких-то случаях я железно отключаюсь. Моя ладонь вспотела.

– Ещё раз позвонишь, и жди проблем, – сорвался я, рыкнув в трубку. – Прокуратура тебя быстро вычислит, шутник!

– Будь осторожен в своих желаниях, – едва слышно донеслось из динамика. Даже непонятно, чей это был голос, мужской или женский. Тихий, тоскливый, будто бы и не живой вовсе. – Не приводи сны в св…

И связь оборвалась. Я, дыша как бегун-марафонец в конце дистанции, затравленно уставился на замолчавший гаджет. Что за нах?! Это уже не смешно, вашу мать, совсем не смешно! Я так пожалел, что ответил на этот звонок, что чуть самым постыдным образом не разревелся. Еще немного и начну мамочку звать!

Так, так, успокойся. Это мошенники. Всего-навсего старые добрые мошенники, обожающие такого рода розыгрыши. По канону жанра через минутку позвонят опять, и если ответишь, попросят немножко денежек. Я до рези в глазах всматривался в мерцающий на экране номер. А номерочек то не сотовый. Стационарный. Но код не нашего города. И вообще какой-то странный. Больше похоже на произвольную мешанину цифр. Облизнув пересохшие губы, я нажал на кнопку вызова и с бухающим, словно отбойный молот сердцем поднёс трубку к уху.

– Набранный вами номер не существует, – раздался бесстрастный голос робота-оператора.

От облегчения я упал на кровать. Я до усрачки боялся, что опять услышу этот пустой неживой голос. Нет, не надо себя обманывать, никакие это не мошенники. Признать подобное равносильно запудриванию себе мозгов. Этот звонок так или иначе связан со всей потихоньку обволакивающей меня бодягой. Ну вот на какой хрен я взял трубу? И почему просто не выключил телефон и не закинул его куда подальше?! Съеденная лапша с сосисками камнем встала у меня в желудке. Я бросился на кухню и жадно выдул полбутылки минералки из холодильника. Отдуваясь, я вытер вспотевший лоб и сжал свисающий с шеи кулон.

– …лядство какое-то, – выругался я.

Вернулся в спальню и растянулся на кровати. Так напугавший меня телефонный звонок напрочь отбил желание досматривать сериал. Я лежал, заложив руки за голову, и усердно размышлял. Рассказать всё Саньку? Про слежку, звонок, про непонятные тени и голоса, про всё… Но тогда придётся выложить правду и о Талисмане бога Эроса. А этого мне не хотелось ни за какие коврижки. Да и втягивать друга в мои начавшие попахивать дерьмом делишки тоже не выглядело стоящей идеей. Зачем Сашке мои проблемы? Да и вряд ли он сможет мне в чём-то помочь. Рассказать отцу? Старик у меня нормальный мужик и в моём таком уж недалёком детстве был мне верным другом во всех моих играх. Но сейчас-то я вырос. Если папка мне и поверит, то начнёт решать задачу с позиции взрослого мужчины. Обращение в полицию и так далее. Этот вариант меня устраивал ещё меньше. Или же я дую на воду? Может, действительно меня просто кто-то пытается разыграть? Сейчас, размышляя над этим, мне подумалось, что голос из телефона мне показался смутно знакомым. Я не мог сказать, где и когда, но я уже слышал этот голос. Наверно. Твою мать!

Хорош, хорош себя накручивать. Не хотелось поехать крышей и загреметь на дурочку. Скорее всего, моим страхам есть толковые объяснения. Надо только дойти до них, додуматься. И походу придётся этим заниматься самому. Никого втягивать в свои разборки с чертовщиной я не собирался, ни родителей, ни Санька. Всё, надо ложиться спать. Раздеваемся и на боковую. Никаких свиданий, никаких погружений в Талисман. Обычный крепкий и здоровый ночной сон. Как всегда было до того в моей жизни. Сейчас это самое то, что мне нужно.

Растянувшись на постели, я снял кулон и положил под подушку. Пусть лучше будет под рукой, от греха подальше. Мои веки становились всё тяжелее. Эмоционально вымотавшись, я начал засыпать, стоило устроиться поудобней и расслабленно потянуться. Сон, мне нужно выспаться… И пусть мне ничего не снится. Увы, моему нехитрому желанию сбыться в ту ночь было не суждено. _______________________________________

Я слышал, что самые яркие и запоминающиеся сны в детстве. Чем старше ты становишься, тем невзрачней и бледней выглядят сновидения. Эмоции притупляются и тебе становятся всё тяжелее запоминать пришедшие со снами истории. Возможно. Когда-то я обязательно это испытаю лично на себе. Но пока я не сильно далеко отодвинулся от детского возраста и сны мне продолжали сниться сочными и достоверными. Часто мокрыми. Это уж как неотделимая от моей рутинной жизни данность. Я всегда хорошо запоминал сновидения и мог в мельчайших подробностях на утро рассказать всё, что видел, спящим, ночью.

Иногда мне снились кошмары. Такие же яркие, как и эротические сны. И если после снов о трахе ты отделывался влажными после поллюции трусами, то мои кошмары заставляли зачастую просыпаться в холодном поту. А потом ещё долго трястись под одеялом, прислушиваясь к каждому шороху в тёмной спальне. Но кошмары в основном снились в детстве, когда психика было совсем не окрепшая, а я был излишне впечатлительным. Нынче они всё реже посещали меня, можно сказать, я и забыл, когда последний раз во сне видел что-то действительно пугающее, что заставляло с приглушенным вскриком, вздрагивая, просыпаться.

В эту ночь кошмары вернулись.

Вырубился, повторюсь, я быстро. Сон пришёл внезапно, словно из ниоткуда. Ты только плавал в безмятежной беспробудной темноте и тут раз – в твоём расслабленном мозгу включили цветное кино. Поначалу я даже подумал, что опять нырнул в оживлённую амулетом Эроса фантазию. До того реалистичным и чётким на восприятие выглядел этот сон.

Я обнаружил себя в странном доме. Я сидел за длинным столом в большой комнате. Окружавшее меня убранство поражало детализацией и цветами. И благодаря такой яркой картинке я сразу понял, что нахожусь в старинной русской избе. Ошибка была исключена. Рубленые стены, прочный дубовый стол, такие же лавки по обе стороны от стола, нарядная скатерть, на стенах приятная глазу вышивка, в углу икона. Возле входных дверей низкая скамеечка. Ещё одна дверь, занавешенная отрезом холста, вела вглубь дома. Я не удивлюсь, если там обнаружится настоящая русская печь.

Вместе со мной в комнате находилось ещё несколько весьма колоритных персонажей. На моей стороне сидела молоденькая девушка в вышитом цветами длинном платье и под стать ей паренек в косоворотке. Они были похожи как брат с сестрой. Я сидел на краю, рядом с входной дверью, запертой, как только сейчас рассмотрел, на массивный железный засов с проушинами. Напротив нас троих чинно и смирно сидело ещё три человека. Женщина средних лет с длинной русой косой, в старинном русском сарафане и блуждающей на тонких губах улыбкой. Компанию ей составлял мужик звероватого вида, заросший черной бородой с усами, и совсем древний дедок, дремавший в обнимку с клюкой. Казалось, ткни его пальцем и он рассыплется.

М-да, компания до того чудная, что я даже не знал, что и думать. Нет, на мою сексуальную фантазию это никак не катило. И пусть тихо сидевшая рядом со мной милашка была вполне ничего, но вот видеть всех остальных участниками вероятной оргии совершенно не хотелось. Любопытно.

На пустом столе внезапно появилась столовая утварь. Деревянные миски, расписные ложки, чугунки. Но самой снеди видно не было. Я внезапно ощутил нарастающее беспокойство. Уж очень мне не нравилась царящая в этой безобидной на первый взгляд нарядной избе гнетущая тишина. Все молчали.

– У нас сегодня на обед наваристая мясная похлёбка, мои сладкие, – заставив меня дернуться, внезапно произнесла молодая женщина. Не переставая улыбаться, она обвела стол приглашающим жестом. – Ну что же вы, наполняйте миски.

В комнате запахло вкусно и ароматно. Вот это уже и впрямь любопытно. Вы можете с уверенностью сказать, что в обычных снах ощущаете какие-то запахи вообще?

Посреди стола вырос большущий горшок, до краёв наполненный пряной наваристой похлёбкой. Все, за исключением меня, налупасили полные миски, и с завидным аппетитом принялись наворачивать за обе щёки. Даже древний дедок оживился. Один я не притронулся к еде. Отчего-то мне стало ясно, что есть это варево нельзя. Я сидел, словно кол проглотивши, и изо всех сил старался делать вид, что меня тут вообще нет. – А что же наш дорогой гость не ест? – облизнув ложку, обратила на меня внимание хозяйка избы. Все домочадцы тут же повернули головы в мою сторону. Под осуждающим взглядом их глаз я невольно растерялся.

– Не ем мясо, – нашелся я с ответом.

Заплесневелого вида старик неодобрительно прошамкал:

– Он мне не нравится.

Заросший косматый мужик до хруста сжал в кулаке ложку, больше похожую на половник, и прорычал:

– Не уважает наш дом.

– И лезет не в свои дела, – пропела ангельским голоском женщина, с пониманием глядя на меня. О чём это она?

Что-то мне окончательно перестало тут нравиться. Я заёрзал по лавке и сказал, глядя на выход:

– Не хочу больше вас стеснять. Пойду пожалуй.

– Так быстро? – удивилась хозяйка. Странно, что до сих пор не подали голоса похожие на брата с сестрой юнцы. Они просто молча буравили меня лишённых всяких эмоций взглядами. – Я так старалась, готовила обед, чтобы угодить нашему разлюбезному гостю… Ты только посмотри, всё самое вкусное ещё в горшке!

Она перегнулась через стол и ловко подцепила деревянным половником что-то с самого дна. Когда я увидел, что она выловила, то чуть не сблеванул. Я так отшатнулся, что едва не слетел с лавки. С половника свисала маленькая детская кисть, уваренная до белесого цвета и только каким-то чудом не разваливающаяся. От запаха похлёбки меня затошнило, к горлу подступил ком, а тело обдало жаром. Что за дьявольщина?