Текст книги "Талисман Бога Эроса (СИ)"

Автор книги: Максим Шторм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Через минуту-другую Светка, извиваясь всем телом, излилась. Я, тяжело пыхтя, спросил:

– Куда кончать?

– В попу хочу, – поскулила она, корчась от экстаза. И повторно кончила, вместе со мной, когда мой член начал содрогаться в ее попочке, выплескивая струйки спермы.

Кажется, мы закричали вместе и я, вконец обессиленный, упал на неё сверху, прижав к постели. Некоторое время мы так и лежали, сопя и отдуваясь, мокрые и разгоряченные. Затем вместе приняли душ, попили на кухне кофе, и Светка снова покинула меня. Задержавшись в прихожей, она, поцеловав меня на прощанье, задержала на мне ставший крайне задумчивым взгляд, и тихо сказала:

– Я буду скучать, Леша. Не по сексу. Хотя и по нему тоже, не думай! По тебе. Постарайся не теряться. И не вляпайся в какое-нибудь дерьмо.

– И не собирался, – покривил душой я, держа ее за руку не желая отпускать.

– Не думай, что я тебя поучаю, ты и сам мальчик большой и самостоятельный... Зараза, и почему этот полтергейст не завелся в нашей квартире пораньше?..

– Всему свое время, – тихо сказал я.

– Блин, сама не знаю, что это на меня нашло! – встряхнулась Светка. – Накатило что-то. Будь на связи, хорошо?

– Обещаю.

Закрыв за упорхнувшей Светкой дверь, я с ненавистью сорвал с шеи Талисман и что было сил швырнул в дальний угол. На хрен! Не обращая внимание на то, что он вновь оказался на мне, я прошел в спальню.

Филька так и не появился. Я уже перестал обращать внимание, что он постоянно подглядывает за мной, и совершенно его не стеснялся. Он же не человек в конце-то концов. Ну видит, как мы занимаемся сексом, ну и фиг с ним.

Я отчего-то ощутил прилив сил у уверенности. Этот неожиданный визит Светки укрепил меня во мнении, что я все делаю правильно. Пусть и был риск, пусть я много пока не умею и не понимаю... Но я шел верным путем. Я обязан разбить эти оковы. Просто обязан. Теперь я хотел вернуться к своей прежней жизни ещё и потому, что в ней появилась Светка.

Глава 20

История двадцать первая. Раб Талисмана. Часть вторая.

Я сверился с наручными часами. Ровно четырнадцать ноль-ноль. Если я таки убаюкаю себя загранными колыбельными на сутки, то должен очухаться на следующий день, за два часа до прихода моего друга Саньки. Филька, невзирая ни на что, должен был меня разбудить в это время, если я сам не проснусь. Как я уже говорил, младенчик был настроен пессимистически и уверял, что самое позднее с началом ночи он, затарившись "бесподобными яствами" (острыми сухариками) засядет за "волшебную машину компьютер" глазеть на жопастых дев, а я поплетусь в ванную отмывать сперму с пуза. Возможно, он и прав. Вот и проверим!

Все еще находясь под сильнейшим впечатлением от наших отношений со Светкой, вышедших на нежданный для меня уровень, я был деятелен и заряжен позитивом. Все у меня получится. Как солдат, отправляющийся на войну, которого дома ждет возлюбленная, был готов горы свернуть, но во что бы то не стало вернуться живым и невредимым.

Я опять посетил сортир, избавился от всего лишнего, расстелил на всякий случай на постели пеленку, одетый улегся и стиснул в кулаке Талисман. Ну что, как говорится, поехали! Мое желание, мой мир. Когда Филька в очередной раз спросил, что я хочу выдумать, я сказал, что начну с маленького. С простой истории, которая будет длиться хотя бы сутки. Научусь создавать фантазии на такой промежуток времени, значит сподоблюсь и на большее. Главное уловить принцип. А по факту особой разницы и нет, сколько во сне пройдет времени. При любом раскладе иллюзорная история должна научиться жить самостоятельно.

Я закрыл глаза, расслабился и загадал желание. Я хочу...

–

Я остановился в очень приличной гостинице и снял самый лучший номер "люкс". Командировка предстояла весьма продолжительная и проводить свободное от работы время хотелось с комфортом. В средствах я стиснен не был, поэтому и решил в удобствах себя не ограничивать. Номер, расположенный на третьем этаже, состоящий из спальни, гостиной и санузла приятно впечатлил дрогой обстановкой и идеальной чистотой. Быстро обжившись, я спустился вниз, отужинал в гостиничном ресторане и, довольный вкусной едой, приятно осевшей в желудке, поднялся к себе. К моим услугам был очень недурственный минибар, огромный телевизор с кабельным телевидением и бесплатный вай-фай. Словом, более чем достаточно, чтобы убить оставшиеся часы до сна.

Приняв душ и переодевшись в мягкий, приятно облегающий кожу халат, я выбрал в баре запотевшую бутылочку " Кроненбурга" и с чувством выполненного долга развалился в кожанном кресле. Включил для шумового фона телевизор, и, отхлебывая прямо из горлышка, стал неспеша пролистывать в смартфоне объявления из области сексуального досуга. Как вы понимаете, я абсолютно никуда не спешил. По моим часам, с того момента, как я очутился в этой реальности, прошло почти сто двадцать минут. Сочиненная мной фантазия прекрасно держалась. Я все контролировал и сон не расползался на лоскуты. Пока все шло именно так, как я и задумывал. Согласно моему пожеланию я стал предприимчивым сотрудником очень солидной конторы, отправленный по делам фирмы в другой город. Я не нуждался в деньгах, был пригож собою и вполне мог себе позволить маленькие житейские радости. В мою задачу входило спокойно прожить в этом номере хотя бы сутки и умудриться досрочно не проснуться в реальном мире.

Из великого множества анкет я, наконец, выбрал понравившуюся мне куколку. Миловидная брюнеточка лет двадцати с упругими сисечками третьего размера, круглой подтянутой попочкой и желанием отдаться во все дырочки за определённое вознаграждение. Красивая, в общем, девочка, отзывающаяся если верить анкете на имя Марина. Я оформил заказ, дождался согласия и уверения, что к десяти часам вечера она будет у меня. Отлично, у меня еще оставалась куча времени, чтобы посмотреть футбол по спортивному каналу. Пиво здесь как раз было очень кстати.

Матч закончился без пятнадцати десять. Я был расслаблен и доволен, весь в предвкушении. Мариночку я заказал на всю ночь, так что скучать до окончания сна точно не придется. А почти в десять часов в двери легонько постучали. Удивительная пунктуальность!

Она с порога соблазнительно улыбнулась и сказала:

– Привет! Я Маринка.

– Рад нашей встрече, Мариш, – растянулся в улыбке я, широким жестом приглашая ее войти. – Я Алексей. Заходи, будь как дома.

Она вошла в номер, я запер за ней дверь и придержал ее за локоток. Она с понимающей улыбкой обернулась. Я приобнял ее за талию и притянул к себе. Она запрокинула голову, отважно глядя мне в глаза. Судя по ее ненаигранно довольному виду, она оказалась вполне устроена увиденным. Я наклонил голову и поцеловал ее в губы. Она прижалась ко мне и нежно ответила, проведя ищущим язычком по моим губам. Негромко рассмеялась:

– Ты такой нетерпеливый! У нас вся ночь впереди.

Я виновато пожал плечами и запустил ладонь ей за поясок штанишек, опуская руку вниз. Мои пальцы оказались меж упругих горячих ягодиц, сдвинули тоненькую полоску стрингов и мой указательный палец, ловко найдя ее анальную дырочку, быстро проник ей в попку. Марина непроизвольно ойкнула и закусила губу. Я свободно погрузил палец в ее дырочку на три фаланги. Да уж, к анальному сексу эта лапочка вполне готова.

– О-о-о... Прямо с порога и такие ласки, милый...

Я вытащил ладонь и облизал побывавший в ее попе палец. Она губками попыталась его перехватить, клацнув в опасной близости белоснежными зубками. Я со смехом отстранился и проведя свою позднюю гостью в гостинную, сказал:

– Располагайся, Мариш. Ванная там. В нашем распоряжении бар и вон та замечательная кровать.

Я, указал через раскрытую дверь в тускло освещенную приглушенным светом спальню. Марина положила сумочку на журнальный столик и сложила губки бантиком.

– Пока ограничусь ванной. Жди меня в спальне, котик.

Я, откупорив еще одну бутылочку пива, послушно отправился в спальню, скинул халат, оставшись голышом, водрузился на шикарную кровать и пригубил холодненького. Мой член послушно встал дыбом, в ожидании грядущих наслаждений. Пиво было вкусным, настроение радостным. Пока все шло согласно моему сценарию. Отлично. Время идёт, а я все ещё во сне, успешно всем заправляю и жду красивую и сексуальную Мариночку.

Минут через десять она вышла из ванной. Голенькая и готовая показать мне все, что умеет. Среднего роста, черные мокрые волосы струятся по плечам, падая крученными завитками на большие синие глаза. Пухлые розовые губы, обольстительная улыбка, дерзкая, в форме идеальных полушарий грудь, подмигивающая мне темнорозовыми сосочками, округлый милый животик, гладко выбритая писечка и стройные ножки. Я с невольным стоном передёрнул взмокревший член и отставил наполовину опустошенную бутылку на прикроватный столик.

– Ты просто чудо, – сказал я, раскидывая руки в приветственном обьятии. – Иди ко мне.

Она не заставила себя долго упрашивать. Как гибкая и красивая кошка она опустилась на кровать и на четвереньках поползла ко мне, низко наклонив голову и не спуская жадного взора с моего торчащего члена. Оказавшись между моих ног, она лизнула влажную головку моего пениса и сказала:

– А ты очень вкусный, котик. Но и я не хуже. Хочешь попробовать мою киску?

– Это даже не обсуждается, – я плотоядно облизнулся.

Марина подползла чуть повыше, развернулась ко мне круглой накачанной попочкой и, схватив ладошкой член, страстно поцеловала его головку. Я шлепнул ее по дрогнувшим упругим ягодицам и уверенно подтянул ее бёдра к своему лицу, так, чтобы ее приоткрывшееся влагалище оказалось напротив моего рта. Марина взяла мой член в горячий и влажный ротик, а я проник языком в ее мокрую щелочку.

Мариночка сосала мой член со смешными причмокиваниями, пробегала язычком по стволу, захватывала в рот мошонку целиком и жадно урчала. И даже, чертовка, умудрялась доставать до моего ануса. Я старался не отставать, с наслаждением вылизывая ее сладкую писю и по очереди засовывая палец то во влагалище, то в попочку. И туда и туда вход был свободен и очень приятен. Мы изнеможденно постанывали, одаривая друг друга ласками. И я никуда не торопился.

Чуть потянув бедра Марины на себя, я с удовольствием прижался лицом к ее прелестям, ввинтив язык в анальную дырочку и наслаждаясь гладкостью и ароматом бархотистых ягодиц. Она выпрямилась и чуть откинулась назад, прижимая ладошки к грудям и лаская напряжённые соски. Мой член судорожно подёргиваться, ожидая новых прикосновений. Я с сожалением оторвался от ее попы и шлепнул по ягодицам.

– Хочешь сзади, милый?

– Да, очень хочу, – я встал на коленки и постучал стволом члена по оттопыренной Марининой попочке. Она прогнулась, открывая доступ к своим заветным дырочкам и с полузакрытыми глазами простонала:

– Давай, котик, засади мне как следует...

Я одним махом вставил член ей в писю и начал стремительную атаку, засаживая ей по самые не балуйся и сильно хлопая по раскрасневшимся ягодицам. Марина исступлённо стонала, мастерски покачивая в такт моим движениям упругой попой. Вскоре в ее влагалище стало до того горячо и влажно, что оказавшийся в таком уюте член начал пульсировать и я с криком прижавшись бёдрами к ее попке, начал кончать, заливая ее писечку спермой. Марина закричала в унисон со мной.

– О-о-о, да, дааааа!... Так меня, так, котиииик...

Я, весь взмокший, вытащил обмякший член и рухнул на кровать. Извернувшись, Маринка упала рядом со мной и прислонила голову к моему плечу. Шаловливой ручкой она легонько поглаживала мой подрагивающий член и улыбалась. Я же был доволен и сексом, и тем, что, продолжая контроль над своей фантазией, не проснулся, остался в вымышленном мною мире.

Вместе мы приняли душ, насухо вытерлись и вернулись в гостиную, как и были голышом, охладиться вкусным пивком. Ничего крепче пить не хотелось. И тут во входную дверь негромко и аккуратно постучали. Мы несколько удивлённо переглянулись. Типа я никого не ждал... Похоже, она поверила.

Изображая недоумение, я, как и был, с голым задом пошел смотреть кого принесла нелёгкая в столь поздний час. Маринка забралась с ногами в кресло и стиснув их, прижала к голым грудям холодную пивную бутылку. Нормально так прикрылась, одобрил я. Прильнув к дверному глазку, я увидел вполне ожидаемую картину и широко распахнул дверь.

За порогом стояла миленькая горничная в самом классическом смысле этого слова. Сияющая как солнышко. В коротеньком платье, белом накрахмаленном передничке и чепце. Увилев меня голым, ее глазки ошарашенно округлились, а ротик приоткрылся до неприличного. Она судорожно сглотнула и, с трудом отведя взгляд от моего члена, прощебетала:

– Прошу прощения, вечерняя уборка номеров. По желанию постояльцев. Не желаете?

– Проходите, – я посторонился. Наверняка за время работы в гостинице эта девочка видела всякое. Потому и не запаниковала, с воплями убежав по коридору. Впрочем, на это и был сделан мой расчет. И пока все работало.

Она вошла в гостиную и увидела обнажённую Марину, обхватившую пухлыми губками горлышко пивной бутылки. Капельки хмельного напитка стекали по ее шее и скользили меж приподнятых грудей, скатываясь к впадинке пупка. Завораживающее зрелище. По крайней мере, горничная опять впала в ступор, но быстро пришла с себя и приветливо произнесла:

– Добрый вечер.

– Привет, родная, – помахала ладошкой Марина и откинулась на спинку кресла. Раздвинула ноги и ловко поставила бутылку между бедер, прикрывая нижние губки. "Основной инстинкт" отдыхает!

– Меня Надеждой зовут. – потупила смущенно глазки горничная. Она стояла, теребя передник, ни дать ни взять скромница оказавшаяся в кампании крайне развратных личностей. У меня начал, зримо увеличиваясь в размерах, напрягаться слен. Марина, облизнув горлышко бутылки игриво наклонила ее к своей промежности и нацелила на влагалище. Надя разрывалась между зрелищем моего торчащего члена и распутной позы девушки по вызову. Марина подмигнула ей и задвинула горлышко бутылки во влагалище, охнула и задвигала бутылочкой, как фалоимитатором, громко застонав. Я подошел к Надежде и поцеловал в щечку:

– Надюша, не покажешь, что у тебя под Е ?

– Все по вашему желанию, – улыбнулась она, решительным шагом направляясь к удовлетворяющей себя бутылочным горлышком Марине. Марина вытащила из писи пивной инструмент и поцеловала склонившуюся над ней горничную в губки. Надя опустилась на коленки, ухватила Марину за бедра, пошире развела и стала с придыханием лизать ее киску. Я, не отставая подошел сзади и задрал ее короткое платье. Моему взгляду предстала крепкая, аппетитная попа, перечеркнутая ниточкой ажурных стрингов. Я стащил с нее трусики и начал целовать ягодицы, уделяя особое внимание коричневой дырочке между ними, и влажным, намокшим нижним губкам. Надя радостно застонала, с интузиазмом работая языком и доставляя охающей Маринке наслаждение.

Я, так же опустившись на колени, устроился поудобнее. Мой член подрагивал между сочных полушарий Надиной попочки. Я счел своим долгом спросить:

– Наденька, ты как относишься к сексу в попу?

– Очень положительно, моя девочка всегда готова, – на миг оторвавшись от своего занятия, с придыханием отозвалась горничная. Марина одобрительно подняла вверх большой палец и с благодарностью поцелова Надю в мокрые губы. Горничная хихикнула и вернулась к Марининой писе. Я, раздвинув выставленную передо мной попу, с удовольствием пошуровал языком во влажной от выступивших соков анальной дырочке и без промедления вставил туда член. Надавил и, убедившись, что головка и впрямь без проблем проскользнула внутрь попы, начал усиленно двигаться, засаживая член поглубже. Надя, томно стеная, зарылась лицом меж ног Маринки. А та, надавив ей на затылок, с силой прижала к себе, запрокинув исказившееся от наслаждения личико.

Несколько минут мы только и делали, что наслаждались друг дружкой все втроем. А потом, по очереди, начали кончать. Первой не выдержала Надя, она содрогнулась несколько раз, а ее влагалище, которое я периодически пошупывал, стало мокрым как после потопа. Затем закричала от экстаза Марина, вцепившись в волосы горничной и срывая с них чепчик. Я же, с разгону вбив в попу Наденьки пенис, прижался к ней и начал кончать, хрипло постанывая.

Отвалившись от горничной, я упал на спину прямо на ковер. Марина с придыханиями потягивалась в кресле, суча ножками. Надя, выпрямившись, одергивала платьице. Личико у нее было покрасневшее, мокрое в районе рта и очень довольное.

– Надеюсь, вам понравилось, – кокетливо сказала она.

Я, поднявшись, достал из бумажника крупную купюру, засунул ее в вырез платья горничной, и смачно поцеловав в мокрые, пахнущие Марининой писечкой губы, сказал:

– Лучшее обслуживание номеров на моей памяти.

Проводив горничную до двери, я вернулся в гостиную. Марина уже плескалась в душе и я присоединился к ней. Затем мы прошли в спальню и устало растянулись на мягкой и просторной кровати. Марина практичекски сразу засопела, напоследок успев сонным голосом шепнуть, чтобы я ее сразу будил, если что. Я же уронив голову на подушку, посмотрел на часы. Больше восьми часов в иллюзии. Зевнул, отчего-то потянуло на сон. Сон во сне. Ну, как уже говорилось, я абсолютно никуда не спешу. И до завтрашнего обеда как минимум я могу балдеть в этой прекрасной фантазии. Я и не заметил, как заснул...

И проснулся в своей кровати, когда за окнами была еще ночь, а в моей конуре стояла густая тьма. Чертыхнувшись, я не сразу понял, что произошло. А потом... Включив экран смартфона я увидел, что только два часа ночи, а я уже вынырнул из уютного мирка, созданного себе на потеху, а Эросу на загляденье. Твою мать! Получается, заснув там, я через некоторое время спокойненько, произвольно проснулся здесь, дома. Так то это неплохо, еще один способ вырваться оттуда. Но я то пока не хотел возвращаться! Выходит, что во сне фантазии я ничего не контролирую, и поэтому практически сразу очнулся в настоящем мире!

Филька невидимым в темноте призраком замогильно вздохнул где-то у меня над головой и торжественно изрек:

– А я тебе говорил, что надолго там не задержишься.

Я с отвращением через штаны пощупал слипшиеся в паху трусы. Да уж, спермы я спустил немало. Хорошо, хоть не обоссался за восемь часов отсутствия души в своем теле. Зашелестев подстеленной пеленкой, я встал с кровати и уныло поплёлся в душ. Теоретически, я, конечно, мог вернуться обратно, возжелав того же, но все равно миссию можно было считать проваленной. Никами сутками прибытия в фантазии Талисмана и не пахло.

Вымывшись и переодевшись, я загрузил шмотки в стиралку и включил машину. Не повезу же я домой обкончанные трусы на постирушки маме! А в том, что придётся бесславно возвращаться, я не капельки не сомневался. Ладно, тогда ложимся и спокойно спим, и набираемся сил для новых свершений. Одно радует, завтра хоть напоследок с Саньком посидим, пообщаемся. Да и Светке можно позвонить. Все-таки я молодец, как не крути, вопреки ее опасениям никуда не вляпался. Пусть она и не подозревала, о чем меня предупреждала. Но это все мелочи.

Вернувшись впотьмах в спальню, так и не включая свет, я упал на кровать и спросил у пыхтяшего где-то поблизости Фильки:

– А все таки неплохо вышло для начала, как думаешь?

– Позабавиться с такими крошками сразу это очень неплохо для начала, – по-своему истолковал мой вопрос пошлый купидончик. – Не скрипи зубами, раб божий, шучу я, хе-хе! Да недурно ты все провернул, недурно. Но мало и коротко. О том, что Эросу подобное будет уже не сильно интересно, я молчу. Нам же сейчас важен сам процесс, а не творческая ценность! Но на будущее надо стараться. Задрыхнув в мире фантазии, ты просто выпустил из рук бразды правления собственным сном-явью. Потому и очухался раньше срока. Но находясь там, ты тоже вынужден подчиняться неким физиологическим правилам. Ежели, конечно, не научишься заранее продумывать все наперед. Так что тебе предстоит ещё долго и нудно учиться, мой друг. Проще стать евнухом в гареме султана, чем научиться повелевать бесчисленными мирами Талисмана Бога.

– Да ну тебя в баню с твоими евнухами, – беззлобно ругнулся я, засыпая уже в нашем мире.

Глава 21

История двадцать первая. Раб талисмана. Часть третья.

Наутро я проснулся отдохнувшим и хорошо выспавшимся. Остаток ночи мне ничего не снилось и меня больше никуда не занесло. Продрав глаза в десятом часу позднего утра, я широко зевнул и задумчиво потеребил серебряную цепочку, удерживающую злополучный Талисман на моей бедной несчастной шее. Сказать по правде, я уже начал скучать по тем временам, когда моей самой большой проблемой было продержаться на бичпакетах и сухарях до очередной стипендии. Милая размеренная заурядная жизнь. Так дорогая сердцу рутина среднего обывателя. Ау, где ты?

Фильки не было ни видно ни слышно. Иногда его ядовитый снисходительно-поучительный треп начинал раздражать. Наверняка сейчас отсыпается в каком-то закутке, наигравшись в своё удовольствие со своим же писюном. Скрипнув кроватью, я перевернулся на бок и взял с тумбочки смартфон. Отключил режим полета и принялся лениво листать новостные ленты. Вставать и что-то делать почему-то не хотелось. Навалилась очередная апатия. От былого приподнятого настроения и следа не осталось.

Я снова столкнулся с пока непреодолимыми для меня трудностями. Выяснил, что далеко не все просто будет. Впрочем, это я прекрасно понимал и раньше. Но одно дело догадываться и совсем другое получать подтверждения своего бессилия себе по морде. Пока что архитектор вымышленных реалий из меня выходил неважный.

Завтра домой. Вечером соберу сумку, быстренько пробегу по квартире, сметая последние крупинки пыли, а с утра занесу ключи соседке по лестничной клетке, и рвану на автобусную остановку. Я внезапно почувствовал, что истосковался по дому. По своему настоящему дому, по своей старой комнате, по родителям. Даже странно. Обычно подобным необоснованным проявлениям сыновьих чувств я совсем не подвержен. Как только обустроюсь дома, обязательно позвоню Светке. Ну а потом буду решать, как жить-поживать дальше.

Не забыть ещё о наших вечерних посиделках с Саньком. Пожалуй, единственное стоящее событие на предстоящий день.

Филька возник как всегда не пойми откуда и, умостив зал на компьютерном столе, весело заявил:

– Чего такой кислый, о Великий повелитель снов? Живи и радуйся оставшейся жизни, дурья башка.

В руках купидончика оказались вилы, с нанизанной на один из зубцов очищенной сосиской. Дух камня уже озаботился о завтраке, на правах хозяина заглянув в холодильник. Филька смачно откусил кусок сосиски и, жуя, подмигнул мне. Я скорчил гримасу.

– Издеваешься?

– Никак нет, о магистр! Скорее подвожу итоги. Ты пока сущий младенец в мирах Талисмана. И это тебе еще повезло не встретиться с обрывками чужих фантазий.

Тут я против воли заинтересовался и с любопытством спросил:

– Чужие фантазии? Ты о них уже упоминал. А если поподробнее?

Филька прилег на столешницу на локоток и, пуча глаза, угрожающе затянул:

– Ты еще спрашиваешь, что это! Молись всем древним богам, чтобы тебе не пришлось с ними столкнуться. Это эхо, остатки жизни вымышленных миров, иллюзий, придуманных прежними владельцами камня. Я тебе уже говорил, что Талисман хранит в себе память всех, кто когда-либо прикасался к нему. И мечтания этих людей, уже умерших, по– прежнему живут в его глубинах. Они не способны на самостоятельную полноценную жизнь. Никто до тебя не смог создать такой фантазии, что жила бы веками. О нет. Все скоротечно и быстро проходит. И мечтания всех остальных так же исчезали, растворялись, а им на смену приходили новые. Так что это всего лишь эхо.

– Так почему я должен бояться?

– Ха, спрашиваешь! Не все твои предшественники были такими милягами как ты. Помнишь историю о последнем владельце Талисмана? Так этот по сравнению с другими был еще паинькой. Что только не рождалось в головах некоторых безумцев! Даже такое, что в конце концов выходило за пределы способностей Камня Эроса. То, что начиналось как незатейливая любовная фантазия, превращалось в жуткий кошмар, следуя сумасшедшим желаниям своего создателя. Обычно в таких случаях фантазия сразу выходила из-под контроля и ее порождения убивали того, кто их сотворил. А Талисман впитывал в себя память об этом, как хранилище человеческого безумия.

Я невольно поёжился. Даже и не хотелось узнавать, что там насочиняли себе извращенцы, по которым психушка явно плакала. Да уж, и впрямь не больно-то хотелось столкнуться за Гранью с чем-нибудь таким.

– Я так понимаю, что эти давние отзвуки чужих фантазий могут принести мне немало проблем, если вдруг они проникнут в мой сон?

Филька покровительственно посмотрел на меня, как на самого отсталого индивидуума в мире.

– А ты сам то как думаешь, глупый ты человечек? Что ты сможешь противопоставить воплотившемуся в твоей мечте безумию? Каких чудовищ рождают глубины разума, так, кажется, у вас говорят?

Я содрогнулся. В моих мечтах чудовища не нужны. Если это не заранее спроектированные участники массовки. Чудовища хороши в книжках и играх. Для меня хороши голенькие девочки с классными попками и сладкими письками.

Да и прав Филька в очередной раз. Если что такое проникнет в мой безмятежный сон-мечту и начнет качать права, я с ходу и не соображу, что делать. Одна надежда будет исключительно на моего компаньона. Поэтому я взял за правило – любое погружение в иллюзии камня только под неусыпным окном Филиппа, духа камня.

Ладно, будем подниматься с кровати и потихоньку собирать вещички. Чтоб вечером уж точно не напрягаться, а с утра не бегать, как заполошенному, вспоминая, не забыл ли что. К четырем еще подтянется Санька, так что мы точно найдем чем заняться и точно будет не до собирушек.

– Кстати, друг мой. – я в очередной раз поднял эту тему. – Хочу еще раз напомнить о недопустимости некоторых моментов в твоем поведении будучи живя в доме моих родителей.

Филька с отвращением скривился и догрыз остывшую сосиску.

– Да запомнил я все. Запомнил. На глаза твоим старшим не показываться, шума не поднимать, в ванной не рукоблудить, в чайнике жопу не мыть и по ночам не бродить. Может мне проще лечь и заснуть мертвым сном?

– В моей комнате делай что хочешь, – смилостивился я и поспешно добавил, увидев озарившуюся чрезмерно физиономию Фильки. – В разумных пределах конечно! Но в остальном вели себя тихо. Как-нибудь два месяца протянешь.

–

В четыре часа вечера прибыл Санька. Ввалившись в квартирку, он обшарил все придирчивым взглядом и заявил:

– На стенах подозрительных белых пятен нет, ноги по полу не скользят, значит, улики ты уничтожил вполне профессионально и к сдаче хаты хозяйке готов!

Я показал посмеивающемуся другу средний палец и пошел на кухню.

– Я за пивом.

Санька водрузил принесенный раздутый пакет с закуской на заранее приготовленный мной журнальный столик, и бухнулся в кресло. Я протянул ему откупоренную бутылочку, и сел на краешек кровати.

– Ну, для затравки первая пошла, – я протянул бутылку и мы чокнулись. Пиво приятно освежило и смотреть на некоторые вещи стало чуть веселей.

Санька зашуршал пакетом, вытаскивая сушенную рыбку, арахис, сухарики и чипсы. Я одобрительно кивал, прихлёбывая пиво. Нормально так должны посидеть, не на пустой желудок.

– Дома чем будешь заниматься? – прошамкал Санька, отправляя в рот горсть соленых орешков.

Я пожал плечами, расправляясь с полосатиком.

– Сном да голодом. Не знаю. Наверно, буду отсыпаться.

Тут я, конечно, лукавил. За последние дни я и так отоспался на полжизни вперед за счет больничного листа.

– Родаки не будут напрягать искать какую временную работенку на лето?

– Не должны, – я с наслаждением впился зубами в рыбу. – Я им не создаю особых проблем. А отец прямо сказал, что я ещё успею в полной мере хлебнуть все прелести взрослой рабочей жизни, когда надо самому на дядю горбатиться.

Санька, жуя, понимающе кивал. Еще бы, его то родители до сих пор уверены, что он ещё не вырос из коротких штанишек! Мы повторно чокнулись. Так незаметно ушли две бутылочки. Жить стало совсем хорошо. Довольный и расслабленный я поплёлся на кухню за добавкой, где застал обвинительно смотрящего на меня Фильку. Не с силах вынести немой укор в его детских глазенках, я протянул ему запотевшую бутылочку и сунул пакетик с сухариками. Филька тут же расцвел и испарился в воздухе, утащив гостинцы. Везет ему. Хотел бы и я так уметь!

Вернувшись в спальню, я поставил на стол бутылки и спросил у радостного, как свин в грязи, Санька:

– Как там дела на любовном фронте?

– Весьма недурственно, – Сашок с жадностью припал к пиву и назидательно указал на меня. – Бывает, когда совсем одолевает скука и нечем заняться, это остаётся неплохим выходом из ситуации. По крайней мере время летит быстрее, да и просто поболтать о том о сем бывает интересно. Ты бы задумался.

Я усмехнулся. Похоже, Санька окончательно помешался на своей подружке из интернета. Интересно, а где она живёт то? Вдруг за Полярным кругом? Или их пока устраивает общение через сеть? Мне бы непременно захотелось увидеть человека вживую. Почему-то о своих завязавшихся отношениях со Светкой я рассказывать не решился. Всему свое время. Лучше и дальше буду терпеть Санькины насмешки.

– А это... Таинственно исчезнувшую лавочку не пытался опять отыскать?

Я с как можно более беспечным видом замотал головой:

– Нет, на фиг. Чертовщина какая-то вышла да и хрен с ней.

– Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снились нашим мудрецам, – понимающе изрек Санька чуть заплетающимся языком. – Молодец. Правильно сделал. Иногда надо просто махнуть рукой, послать все к черту и жить, как жил дальше.

Я отпил пива. Золотые слова. Мне бы так. Но пока не очень хорошо получается. Знал бы мой друг, что я оказался по факту в сексуальном рабстве у древнегреческого Бога любви! Резко захотелось, не иначе под влиянием выпитого, ему все рассказать. Открыть душу, хоть с кем-то поделиться накипевшим за эти недели. Сдержался с большим трудом и судорожно хлебнул пива. Нет, я и так, грубо говоря, заманил к себе Санька с тайным умыслом, для подстраховки. Не нужно его втравливать во все остальное.

– А хорошо сидим то, – констатировал он. – Почаще нужно собираться. А там глядишь, не за горами то время, когда нас будет четверо!

– Шутник, – поперхнулся я. – Рассуждаешь так, словно мы собрались завести шведскую семью!

Санька громко заржал. Я тоже засмеялся. Действительно, сидели мы очень даже неплохо...

–

С Саньком мы зацепились почти до девяти часов. Сидели бы и дальше, травя нехитрые байки и вспоминая пережитые деньки, но пиво закончилось, а моему другу ещё нужно было успеть на последнюю маршрутку. Тепло распрощавшись, я закрыл за слегка поддатым Саньком двери. Почему-то в груди словно стиснуло невидимым кулаком. Как будто встретились с ним в последний раз! Да ну на фиг, я помотал пока приятно гудящей головой. Что за глупые мысли начали лезть... Не хотелось ими портить столь славный вечерок.