Текст книги "Королевство Изгнанных (ЛП)"
Автор книги: Максим М. Мартино
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Острая колючесть магии вырвалась наружу, пробежав по моей коже и оставив после себя покалывание.
Сколько же тёмных магов было похоронено в этом склепе? Их магия была ядовитым затишьем, которое могло ослабить даже самого сильного из людей. И тот факт, что магия никак не повлияла на Заклинателя, лишь подтверждал его силу.
И его высокомерие. Он позвал нас сюда, желая показать, с чем мы будем иметь дело, если потерпим неудачу.
– Нок, – Кост схватил меня за запястье, и жёсткое давление его пальцев приглушило страстный шёпот тёмной магии. – Нам не следует здесь задерживаться.
Покачав головой, я развернулся на пятках и поприветствовал странное облегчение, которое пришло с вихрем ониксовой лозы и сучковатых деревьев Китского леса. Прежде чем мы позволим теням унести нас домой, нам придётся отойти на приличное расстояние от пещеры.
– Нам нужно работать. Быстро.
Кост подстроился под мой шаг и искоса поглядел на меня.
– Что-то не так.
– Конечно, что-то не так, – ветки хрустели у меня под ногами, и я сосредоточился на звуке, чтобы оставаться спокойным. – Наш клиент наглый. Наша цель слишком храбрая. Мы никогда раньше так много не общались. И это, мягко говоря, тревожно.
– Наша цель храбрая? – Кост поджал губы. – Храбрость ничего не значит в нашей работе. И ты прекрасно это знаешь. Мы убивали достойных людей и за меньшее, – он отодвинул ветку, нагруженную стручками пинеско, и шагнул дальше, придерживая ветки, предоставляя мне проход. – Скажи мне, что действительно тебя беспокоит. Это все из-за проклятия? Я в порядке. Могу тебя заверить, я...
– У меня всё под контролем.
Смешанные эмоции промелькнули на его лице. Облегчение. Обида. Что-то, чего я не мог понять. На мгновение я отбросил свою обычную ледяную отстранённость и положил руку ему на плечо, позволив себе показать самую малость моих истинных чувств.
– Я рад, что ты цел и невредим. Твоя гибель убила бы меня.
И клянусь, я увидел. Первые признаки моего проклятия. Едва заметные тёмные мешки под его глазами. Кожа вокруг его губ была раздражена и слегка потрескалась. Следующим будет кашель с кровью. Потом лихорадка. И следом смерть. Я уже видел все эти симптомы в своём прошлом. Дважды такое случалось с людьми, которых я любил романтически. Ещё бесчисленное количество раз с теми, кого я любил платонически.
Однажды я позволил себе показать Косту истинную глубину моей братской привязанности. Он чуть не умер, спасла его только моя способность загнать свои эмоции в ледяную клетку и отстраниться от чувств. Он оправился лишь спустя несколько недель, и бессердечие, которое я был вынужден излучать, всё ещё лежало тяжким бременем на мне.
Мурашки пробежали по моей шее, и я убрал руку. Кост проследил за моим движением острым взглядом. Только он и Талмейдж знали о проклятии и о том, что оно несло в себе. Всё, что выходило за пределы самых хрупких уз, всегда заканчивалось смертью.
– Давай возвращаться. Нам нужно подготовиться к путешествию.
Тени начали сгущаться под нами, открыв водоворот в Круор. Я могу держаться на таком расстоянии от своих братьев всю свою оставшуюся жизнь, если понадобится. Я готов не всё, что угодно, лишь бы они были в безопасности. Но теперь появился проблеск надежды.
Единственная надежда, которая расцвела из бестиария, принадлежащего любопытной Заклинательнице, ожидающей нас дома.
* * *
В тот момент, когда наши ноги пересекли порог Круора, мой пульс вернулся к приемлемому уровню. Однако дурное настроение не рассеялось. Тихие коридоры шептались о Лине, о её присутствии в моём доме, и убийцы держались особняком, стараясь избежать моих измученных нервов.
Опустившись в кресло, я уставился на портрет Талмейджа. Были ещё вопросы, которые остались без внимания.
– Кто останется за главного, пока меня не будет?
– Как твоя правая рука, я понимаю, что мой долг править вместо тебя. Но мы не знаем, на что она способна, – голос Коста дрогнул.
Он провёл кончиками пальцев по предплечьям, куда вонзились иглы её твари.
– Не говоря уже о наших клиентах, – желчь сквасила мой язык. – Ты идёшь. Как и Калем с Озиасом.
Натянуто кивнув, он вернулся к своей обычной расчётливой манере. Он достал из нагрудного кармана белую тряпку, снял очки и принялся протирать стёкла.
– Как бы мне ни было неприятно это признавать, но в таком случае за главного остаётся Дарриен.
Ущипнув себя за переносицу, я застонал.
– Я боялся, что ты это скажешь.
– Если необходимо, я останусь...
– Нет. Как ты и сказал, мы не знаем, какой у неё арсенал. Я бы предпочёл иметь под боком своего самого сильного убийцу. Дарриен справится. Если нет, я убью его.
Пожав плечами, я встал со стула. Мои ноги гудели от потребности двигаться. Действовать. Сделать что-нибудь, что угодно, чтобы покончить с этой сделкой. Где-то в моих коридорах Лина устраивалась на ночь. В моём собственном проклятом доме.
– Она была на удивление заносчивой.
Кост прочистил горло.
– Ну вот, опять ты заладил. Заносчивая, смелая... Раз уж я не участвовал в торге, может быть, мне нужно знать ещё что-нибудь?
Прошло пятьдесят лет с тех пор, как я вырос. Тридцать с тех пор, как он наблюдал за моей жаждой по кому-то, кого я не мог иметь. Двадцать с тех пор, как проклятие почти поглотило его. Он постоянно был готов к тому, что я снова сдамся, какой бы абсурдной ни казалась эта мысль.
– О чём ты на самом деле спрашиваешь?
Выражение его лица оставалось безразличным.
– Я просто хочу подготовиться. По той причине, что я сейчас займусь организацией поездки. Нам придётся сесть на поезд до Истренда и найти там лошадей.
– Отлично.
Я начал расхаживать.
– Нок, – тон Коста приковал мои ноги к месту. – Будь осторожен. Если что-то случится в наше отсутствие, я не смогу связаться с магом достаточно быстро.
Острым взглядом он нацелился на кольцо на моём пальце. Серебряная чешуя, наложенная на тяжёлый ободок, окружала яркий изумруд в центре. Ключ к моей тайне и той жизни, которая была у меня до смерти.
– Понял.
Перебирая пальцами прядь чёрных волос, которые должны были быть белыми, я тяжело вздохнул. Позволяя ему самому откопать что-то, что лучше оставить похороненным, даже не упоминая об этом.
– Иди. Подготовь всё необходимое, чтобы мы смогли отправиться в путь послезавтра.
Он исчез во мраке раньше, чем я успел закончить фразу.
Огонь, потрескивающий в очаге, казалось, насмехался. Работа в моей обители. Работа, которая уведёт меня из Круора и оставит Дарриена за главного. Работа с клиентами ещё более зловещими, чем сама работа.
Я прислонился к каминной полке, запрокинув голову к потолку. Эта работа может обеспечить безопасность и исцеление. Риск того стоил. Каково это снова позволить себе почувствовать нечто столь простое, как привязанность? Любовь? Даже одна мысль вернула меня в прошлое, заставила рефлекторно напрячься. Подобные мысли были опасны.
Сначала исцелись, а потом принимай желаемое за действительное.
Мгновение моего одиночества было нарушено внезапной волной теней, скользнувших по полу. Они собрались у подножия лестницы и вырвались наружу потоком тёмного тумана. Появился Дарриен и зашагал ко мне, стуча стальными носками ботинок по кафелю. Дымчатые завитки задержались в завитках его каштановых волос до плеч, и улыбка тронула уголки его губ.
– Я не мог не подслушать...
Я подавил рычание.
– Конечно, мог. Да, ты остаешься за главного, пока я буду сопровождать Заклинателя. Это временно. Никакой самодеятельности.
Его улыбка стала ещё шире.
– Конечно. Талмейдж назвал тебя нашим вождём, и поэтому из уважения к нему я повинуюсь.
Янтарные глаза сверкнули, и он скрестил руки на груди. Дарриен был самым старым членом Круора. Все, в том числе и я, предполагали, что он унаследует гильдию после смерти Талмейджа. Он был верен гильдии. Эффективен. Другом того самого Талмейджа. Но когда главным назвали меня, что-то сломалось. Что-то, что я не мог изведать или точно определить, но я знал, что он считал последнее решение нашего покойного гильдмастера предательством. Он ничего не знал о моём прошлом или о том, как я появился, но если бы знал, то использовал бы это против меня, разделив наши ряды. Желая взять то, что он считал своим.
Собственничество, горячее и злое, кипело под слоями железного контроля. Круор был моим. Я не мог отказать Дарриену в месте в гильдии. Он никогда открыто не выходил за рамки дозволенного, но расчётливое безразличие было почти столь же опасно, как и продуманная атака.
Дарриен пошевелился под тяжестью моего взгляда, шурша луком, привязанным к его спине. В отличие от большинства из нас, полагающихся на теневые клинки и убийство в ближнем бою, Дарриен лепил стрелы из темноты и приказывал им исполнять его требование.
Меч? Хорошо. Боевой топор? Отлично. Но в убийстве на расстоянии было что-то такое, от чего у меня пересыхало во рту. Любой, кто не желал хоть как-то замарать руки кровью, не заслуживал доверия. Не в нашей сфере деятельности.
– Есть ли какие-то конкретные задачи, о которых я должен знать?
– Бери любую поступившую работу. Убедись, что ты всё внимательно изучил.
Одна из его бровей изогнулась дугой.
– Мы же не хотим повторения этой неудачи, правда?
– Осторожно. Я не в настроении нарушать субординацию.
Дарриен поднял руки в притворном извинении.
– Верно. Хотя мне интересно, что бы подумал об этом Талмейдж. Работа в его обители. Бьюсь об заклад, что сама мысль об этом заставляет его переворачиваться в гробу.
Я проигнорировал его насмешки.
– На этом всё, Дарриен.
Он пристально посмотрел на меня и усмехнулся.
– Ясно.
Я отвернулся от него и прошествовал на кухню, где налил себе напиток покрепче. Дарриен был не совсем неправ. Работа в моём собственном чёртовом доме. Дарриен у штурвала. Но лекарство... такая возможность существовала. Путь, который мне ещё предстояло проверить. Я просто должен был узнать, есть ли тварь, которая сможет сделать это, а затем я позабочусь о женщине и вернусь, чтобы вести свой народ.
Одна работа, две оплаты, ничего страшного. За такую сделку я готов умереть.
ГЛАВА 4
ЛИНА
Я ещё никогда не чувствовала такой клаустрофобии, стоя в центре своей временной комнаты. Не потому, что она была маленькой, а потому, что фигура Озиаса рассеивала весь свет из коридора, блокируя мне выход. Он прислонился к дверному косяку, и дерево тихо скрипнуло. «Как он вообще выжил, будучи наёмным убийцей», – поражалась я.
– Спасибо.
Вплотную к стене стояла чудовищная кровать, накрытая пуховыми одеялами. Жар распространялся от небольшой свёрнутой спиралью конструкции в углу комнаты. Вокруг неё мерцал слабый оранжевый свет. Рикримовый обогреватель. Ещё одна вещь, о которой я мечтала холодными ночами в "Полуночном Шуте". Я сбросила куртку.
– Завтра мне нужно будет заехать к себе за вещами.
– В этом нет необходимости, – Озиас скрестил руки. – Кост всё предусмотрит.
Я взглянула на натёртый маслом дубовый комод слева от меня.
– А одежда?
– Этим займётся Кост, – весёлые карие глаза метались с моего лица на шкаф и обратно.
– Это кажется излишним.
Озиас пожал плечами.
– Тебе нужно что-то определённое?
Я вытащила серый табурет из-под туалетного столика и села. Я медленно принялась за тяжёлую работу, а именно расшнуровывать ботинки.
– Туалетные принадлежности?
Оттолкнувшись от дверного косяка, Озиас неторопливо подошёл к двери в дальней стене.
– Ты делишь эту ванную комнату с другой женщиной.
Он толкнул дверь, и зажглись свечи, приглушённо-жёлтые блики отражались от зеркал и серебряной мебели. Он кивнул в сторону такой же двери в дальнем конце туалета.
– Только не забудь запереть обе ручки, когда будешь там. Если только ты не в настроении для какой-то неожиданной компании.
– Замётано.
Встав, я придвинула оба ботинка к краю кровати. Тихий стон сорвался с моих губ, когда я согнулась и разжала пальцы ног.
На широком лице Озиаса заплясали смешинки. Его кожа была безупречной, насыщенного бронзового цвета с прохладными оттенками, и у него была ослепительная улыбка.
– Долгий день?
– Просто разнашиваю новые ботинки.
Он выставил вперёд одну ногу, демонстрируя коричневые рабочие ботинки с медными ушками и выцветшими шнурками.
– Я покупаю сразу две пары, чтобы уничтожить их одновременно.
– Не все из нас могут позволить себе роскошь иметь сразу несколько пар обуви, – ровным голосом произнесла я.
Его улыбка исчезла, и у меня голова пошла кругом. Его сожаление было мгновенным и удивительно человеческим. Он снова поставил ногу на пол.
– Прости. Тебе ещё что-нибудь нужно?
Я нахмурилась. Круор был полон знаменитых убийц. Их власть над тенями давала им репутацию легендарных агентов смерти, ни больше, ни меньше. Тот факт, что под этой тьмой были люди...
– Я собираюсь умыться, но потом, может быть, ты покажешь мне, где можно поесть? – недоеденный ягнёнок всплыл в моей памяти, и я положила руку на живот, пытаясь свести урчание к минимуму. – Из-за того, как Кост столь грубо прервал мои вечерние планы, я ещё ничего не ела.
Конечно же, он не предложит мне приличную еду. Он рассмеётся, выйдет и скажет мне самой разбираться, возможно...
– Это никуда не годится. Иди и приведи себя в порядок. Я подожду. А потом покажу тебе кухню.
Я попыталась скрыть шок. Наверное, морить меня голодом не входило в их стратегию. Прислонившись к стене, он молча кивнул в сторону ванной. Я вошла в ванную комнату, плотно закрыла за собой дверь и заперла замок. Без единого окна, через которое можно было бы проскользнуть, не было ни малейшего шанса на спасение. И с убийцей, поджидающим за каждой дверью, ну... я нахмурилась.
Я схватила полотенце и подержала его под горячей водой в раковине, а стала вытирать лицо. Когда моя кожа порозовела, я закрыла кран и посмотрелась в зеркало. Как же я здесь очутилась? Я годами продавала тварей, ожидая появления Миад, которое даровало бы мне шанс вернуться домой. И вот теперь, как только я пронюхала об этой твари, меня поймали. Боги были жестоки.
Я задержалась в ванне дольше, чем следовало бы, надеясь, что Озиас сдастся и оставит меня в покое, предоставив мне возможность сбежать. Эти люди были опасны. Я могла бы найти другого убийцу в Ортега Кей – не нужно испытывать судьбу здесь. Но когда я вышла, Озиас всё ещё ждал меня с терпеливой улыбкой на лице.
– Лучше?
– Немного, – проворчала я.
– Хорошо, идём.
Он вывел меня за дверь и повёл по коридору. Как только мы спустились по лестнице, он кивнул в сторону арки по другую сторону камина.
– Мне нужно уладить кое-какие дела для нашего путешествия, но кухню ты найдёшь вон там. Бери всё, что хочешь.
– Всё что хочу?
Он моргнул.
– Да. Разве ты не говорила, что голодна?
– Да, но... – я склонила голову набок. – Ты не боишься, что я сбегу?
Откуда-то из глубины его живота вырвался добросердечный смешок.
– Можешь попробовать, но я бы не советовал. В Круоре повсюду есть глаза, – указав на стены, где, казалось, в ответ на его слова задержались тени, он поднялся по лестнице. – Иди. Съешь что-нибудь.
Когда он повернулся ко мне спиной, мой взгляд сразу же остановился на двойных дверях, ведущих в Китский лес. Я могла бы убежать. Попытаться сориентироваться в запутанном лабиринте лиан и деревьев, хотя у меня не было ни малейшего представления, как мы сюда попали. Вихрь в мгновение ока затащил нас сюда, но мы могли бы преодолеть много миль от «Полуночного Шута». А может, и больше.
Блуждать в одиночестве по ночному лесу, без еды и с низким уровнем энергии у Айки, было не самым разумным решением. Не с монстрами, прячущимися в проклятом лесу в ожидании такой лёгкой добычи, как я.
Повернувшись к лестнице, я заметила, что Озиас наблюдает за мной с лёгкой улыбкой.
– Спокойной ночи, – я помахала рукой.
Он издал ещё один тихий смешок, а затем скрылся в коридоре. Отказавшись от мысли о побеге, я направилась на кухню. В поместье было тихо. Маслянисто-жёлтые огни мягко светились в конце коридора, и мой желудок напомнил мне, чтобы я ускорила шаг. Когда я на цыпочках подошла к отверстию, до моих ушей донёсся тихий глухой стук.
Спрятавшись в тёмном углу коридора, я заглянула в кухню. Одетый в чёрные облегающие брюки и кремовую тунику с длинными рукавами, Нок стоял над разделочной доской с зазубренным ножом в руке. Закатав рукава до локтей, он нарезал свежеиспечённую буханку хлеба. Лезвие мягко звякало каждый раз, когда задевало доску, а кубики льда в пустом стакане рядом с ним содрогались.
Я повертела на пальце кольцо из розового золота. Нок был не похож ни на одно существо, которое я когда-либо видела. Высокий, с точеным подбородком, достойным заточки лезвия, он возвышался над столом. Даже то, как он нарезал хлеб, так точно и плавно, пахло опасностью. А потом он полностью разрушил эту иллюзию, начав тихо напевать колыбельную. Я не узнала мелодию, но мягкие ноты заставили его губы изогнуться в улыбке, и видимое напряжение в его шее растаяло. Его взгляд смягчился, словно он погрузился в воспоминания. Видел, чувствовал что-то за пределами моего понимания.
А потом у меня заурчало в животе.
Его пение мгновенно стихло, но он не отвел глаз от буханки хлеба. Мускулистые предплечья напряглись, и он отложил нож в сторону.
– Ты же знаешь, что я тебя слышу.
Сердце подскочило к горлу. Я застыла, не смея пошевелиться.
Взгляд острых и пытливых глаз – цвета эбенового дерева, с металлическим блеском, как у драгоценного камня гематита, сверкающего на солнце, – резко обратился в мою сторону, а потом ускользнул в сторону.
– Когда ты ела в последний раз?
Я прижала кулак к своему пупку. Если бы только мой желудок молчал. Было что-то милое в том, как всё его тело смягчилось от этой песни. Но сейчас... он был холоден как лёд.
Может быть, я ошибалась. Озиас был тёплым, когда я не ожидала ничего, кроме резких слов. Возможно, Нок будет таким же. Выйдя на свет, я направилась к свободному барному стулу.
– У меня была возможность съесть ягнёнка, но я решила, что лучше умереть с голоду, чем рисковать заболеть.
Эти обсидиановые глаза снова скользнули по моему лицу.
– Неужели?
Он сменил хлеб на мясо и потянулся за гладким разделочным ножом. Он начал нарезать мясо, не глядя. Его нервирующий взгляд был направлен на меня. Ловкие пальцы двигались с лёгкостью, а мой пульс участился в ответ.
– Да. Разве ты не порежешься таким образом?
Мои мысли вернулись к тому моменту, когда он навис надо мной, его шея была так близко, что я могла видеть вены под его кожей. Если бы только я могла сделать его кровь частью нашей сделки. Но это было бы не добровольным даром. Мне нужен был другой вариант, другой путь.
Пожалуйста, порежься. Порежься и позволь мне притвориться, что я беспокоюсь о тебе. Позволь мне взять салфетку и вытереть кровь, чтобы я могла сохранить её для укрощения. Пожалуйста.
Он выдержал мой взгляд, и на его губах появилась далёкая улыбка.
– Весьма маловероятно. Хочешь бутерброд?
Он начал работать над белым сыром.
Играя с кольцом, я молилась, чтобы он промахнулся.
– Конечно.
– Что это?
Он кивнул в сторону моего кольца, а затем вытащил две тарелки из верхнего шкафа и отложил нож в сторону. Разочарование застряло у меня в горле, и я проглотила раздражённый вздох, прежде чем он смог выдать меня. Нок поставил перед собой посуду и начал формировать бутерброды.
– Просто кольцо.
Я спрятала руку под край столешницы. Розовое золото с опалом, покоящимся над тонким ободом, было подарком, который я лелеяла больше всего на свете. Оставшийся кусочек моего прошлого, который я не могла выбросить.
– Ты часто готовишь?
Нок вскинул бровь.
– Я бы не назвал это готовкой, но в любом случае ответ "нет".
Он поставил передо мной тарелку. На толстых ломтях хлеба лежали кусочки ветчины и сыра. У меня потекли слюнки, и я вонзила зубы в бутерброд раньше, чем он смог бы его отнять.
А потом я остановилась, недоеденная еда застыла у меня во рту. Я почти забыла, где нахожусь. Для какой работы его наняли. Несмотря на то, что я видела, как он готовил еду, всё ещё существовала вероятность, что он её отравил. Может быть, он дважды подумал о нашем соглашении и решил, что ему лучше обойтись без хлопот. Я должна была позвать Тилу из царства тварей и дать ей проверить мою еду.
Нок изучил бутерброд в моих застывших руках, а затем взглянул на моё сморщенное лицо. Он откусил кусочек от своего бутерброда.
– Я не травлю гостей, если они не забывают свои манеры за столом.
Я заставила себя сглотнуть.
– Возьму на заметку.
Слабая улыбка тронула его губы.
– Я так понимаю, тебе уже довольно давно приходится прикрывать свою спину.
– Мхм.
Посчитав еду безопасной, я продолжила есть более цивилизованно.
– С чего так?
Я приподняла одно плечо.
– Никто не совершенен. Я сотворила несколько плохих вещей.
Нок некоторое время смотрел на меня, а потом отложил свой бутерброд.
– Расскажи мне о себе.
В его голосе было какое-то чужеродное напряжение, которое никак не увязывалось с его невозмутимым выражением лица. Он потянулся за хрустальной бутылкой, полной янтарной жидкости, и налил изрядную порцию себе в стакан. В воздухе повисло острое жжение, Нок сделал большой глоток.
– Нет.
Я проглотила ещё кусочек. Что я должна была рассказать? Те самые люди, которым я доверяла больше всего, члены Совета Заклинателей, изгнали меня, не задумываясь. Если доверять им было серьёзной ошибкой, то сообщать что-либо этому убийце, будь то за награду или нет, было, несомненно, смертным приговором.
Он усмехнулся, и в его тёмных глазах вспыхнула искра. Эта награда за мою голову многое изменила. Да, я нарушила закон. Я обменяла тварей на деньги, что было смертным грехом для моего народа. Но только потому, что у меня не было другого способа выжить. Потому что я свято верила своему любовнику, чьи амбиции вытеснили наши отношения.
Если Винн сейчас идёт за мной, прикрываясь мощью Совета, единственное, что я могу сделать ради выживания – это очистить своё имя. Даже если я спасу свою голову от метки Круора, найдётся другой. Но владение Миадом поможет. Одно лишь доверие легендарного и невероятно редкого существа заставило бы их задуматься. Всё, что мне было нужно – это один момент, один шанс рассказать свою версию событий.
Голос Нока вернул меня к действительности.
– О чём ты думаешь?
– Ни о чём, – я стряхнула с губ крупные крошки, и его глаза проследили за моими пальцами. – А какое это имеет значение?
Он упёрся локтями в стойку и наклонился вперёд.
– Потому что ты не вписываешься.
– Прости?
Его неожиданно мальчишеская улыбка увлекла меня.
– Это значит, что ты не просто обычная цель. Ты – кусочек головоломки, который не вписывается, а я люблю правильные головоломки.
Да помогут мне боги, эти убийцы оказались совсем не такими, как я ожидала. Более того, Нок действительно был примером огня и льда. Он был отстраненным буквально несколько минут назад, а сейчас был увлеченным. Активным. Позабыв о еде, он изучал меня так, что я чувствовала себя совершенно беззащитной.
Этот разговор надо срочно переводить на более безопасную почву.
– Почему бы тебе не сказать мне, какую тварь ты хочешь?
Нок нахмурился.
– Я не слишком хорошо разбираюсь в мире тварей, но обязательно изучу их по дороге в Ортега Кей.
Запрокинув голову к потолку, я издала низкое урчание.
– Я покажу тебе свой бестиарий. Он далёк от завершения, поскольку я всего лишь Заклинатель класса В, но это даст тебе хорошее представление о том, к чему у тебя будет доступ.
Опустив взгляд на медальон, висящий у меня под ключицей, он подался чуть ближе.
– Это будет очень занимательное чтение.
Жар последовал за его взглядом, и мой желудок сжался. Этот мужчина был истинной опасностью. Я всё ещё чувствовала жжение от его хватки на своей шее, и всё же адреналин, который я чувствовала, не имел ничего общего с его способностью прикончить меня. Всё было связано с тем, как его напряжённый любопытный взгляд обнажал мои нервы.
Он обогнул угол стола, придвигаясь ближе, как будто его неудержимо притягивала тайна, которую представлял мой бестиарий.
– Как это работает?
Меня окутал его медовый аромат, и внезапно я слишком остро ощутила его присутствие. Его пальцы скользили по ободку бокала, пока он думал, переводя взгляд с моего бестиария на моё лицо. Губы слегка приоткрылись.
Я задела цепочку своего ожерелья и сглотнула.
– Только Заклинатель может снять его или открыть. Чтобы переворачивать страницы, тебе также придётся держать его поблизости.
– Хорошо, что у меня уже есть один поблизости.
Я боролась с желанием прямо здесь и сейчас открыть для него книгу. Я сказала, что поделюсь, но не ожидала такого уровня интриги. Это было волнующе и пугающе, и я не знала, как с этим справиться.
– Я не собираюсь просто так его отдавать. Это не быстрое чтение, и есть много информации, которую нужно переварить.
– Я ничего не имею против того, чтобы не торопиться, – уголки его рта приподнялись. – Если тебе неудобно его снимать, я всегда могу заглянуть тебе через плечо.
Жар окрасил мою кожу, и его внимательный взгляд остановился на моих щеках. А потом он моргнул, и любопытный, почти пылкий мужчина передо мной исчез. Потерялся. Нок решительно шагнул назад и уставился на меня, как на сирену. Он поднёс бокал к губам и осушил его.
– Тебе ещё что-то нужно? – сказал он, и в его голосе не было ничего, кроме льда и стали.
От внезапной перемены я дрогнула.
– Что?
– Мне нужно уладить кое-какие дела, – он посмотрел мимо меня на тёмный вход в зал. – Ты отнимаешь у меня время.
– Это ты задавал вопросы.
Выражение его лица было холодным. Угрожающим.
– Спасибо, что ответила. Всегда хорошо владеть информацией.
Так вот в чём всё дело. Озиас мог быть искренним, но сейчас Нок был омертвелым хитрым убийцей, играющим в человека, чтобы получить то, что ему нужно. Нахмурившись, я представила, как он жарится на вертеле над костром.
– Спасибо за еду.
Я вскочила со своего места за столом и выбежала из кухни. Взбежала по лестнице в свою комнату и, захлопнув за собой дверь, тихо выругалась.
Злые слёзы щипали глаза, угрожая выплеснуться наружу. Если бы только я была дома. Нет. Я покачала головой, опускаясь на пол и крепко прижимаясь спиной к стене. Мой народ давным-давно изгнал меня. Я больше не могла так думать. Я для них – ничто, и они для меня – ничто.
Вытянув правую руку, я направила энергию в свою эмблему и наблюдала, как знаки розового дерева кровоточат, оживая. Я пролистала в уме список доступных тварей и остановилась на Пуфе, существе класса Е размером с детский мяч. Когда свет исчез, Пуф появился у моих ног, круглые розовые глаза заморгали, таращась на меня.
Мне не следовало призывать другую тварь. Я должна была сохранить часть своих силовых резервов на случай, если опасность примет облик убийцы. Действовал закон гостеприимства или нет, но я им не доверяла. Я была одна в логове убийц, каждый из которых оценивал моё тело и способности, как если бы я была оружием, а не человеком. Мне нужно было немного успокоиться.
– Иди сюда.
Пуф был Грубером. Круглый пушистый зверь с белым мехом, мягче кроличьего пуха. С короткими руками и ногами, он не был бойцом, но отлично подходил для объятий, и его пахучие железы испускали мощную смесь лаванды и валерианы, помогая со сном.
Обняв меня, он устроился на моём плече, мурлыча мне в шею. На мои веки навернулись крупные слёзы.
– Ты такой же особенный, как и любой зверь класса А.
Массируя ложбинку между его ушами, я провела пальцами по его шерсти. Воздух был пропитан ароматами масел.
Я никогда не представляла себе жизнь, в которой буду продавать всё, что делает моё существование сносным. И всё же я была здесь, осознанно идя именно на это. И всё потому, что я доверяла Винну. Годы преданности и любви, и ради чего? Стать козлом отпущения? Моё изгнание было его ошибкой, и всё же я была тем, кто потерял всё.
И теперь Нок.
Холодок пробежал по моей коже. Он был совершенно неподходящей компанией. Смертельно опасный, интригующий и чертовски хитрый. Тот тип людей, которые могут вытянуть секреты из уст, которые уже давно были запечатаны.
Но только не из меня. Никогда. Если я смогу пережить Нока, использовать его, чтобы получить то, что мне нужно – кровь от него или одного из его братьев, точно так же, как он использует меня, ради получения тварей, – у меня появится шанс очистить своё имя.
Возможно, у меня ещё есть будущее.
ГЛАВА 5
ЛИНА
Даже с помощью Пуфа, сон был прерывистым. Я снова шла по знакомым тропинкам Хайрата, сновидения пересекали границу между воспоминаниями и реальностью. Мой дом. Заклинатели и твари бродят по открытым лугам. Из-за деревьев доносится дикий смех детей, мчащихся по мостам. Сверкающая тёмно-синяя ночь, усеяна звёздами, и рука, вложенная в мою ладонь.
Винн.
Но его хватка стала болезненной, и внезапно я оказалась изгнана. И я бежала, одна, загнанная в Китский лес с монстрами, гонящимися за мной по пятам.
А потом я бросилась прямо в распростёртые объятия, холодные, как лёд. Запертая в ледяной тюрьме, я должна была бы испугаться. Но этот пугающий холод вырвался наружу в виде снежного покрова, и Китский лес исчез. Страхи оказались уничтожены. Пока я не подняла взгляд и не увидела пронзительные чёрные глаза, такие отстраненные и такие угрожающие. Нок бросил на меня всего один взгляд, и я оказалась поймана в его объятия. Он улыбнулся, зубы удлинились до смертоносных клыков. Тени пожирали нас целиком. Я потеряла его из виду и рухнула в бесконечную яму, размахивая руками, пока не задвигалась во сне так сильно, что скатилась с кровати и рухнула на пол.
Ранний утренний свет прорезал пространство между занавесками, и я застонала. Холод от кафеля проник сквозь мою одежду, и по спине пробежала дрожь. Я приподнялась и, поморщившись, потёрла затылок.
По крайней мере, я была жива. А то я предполагала, что проснусь с ножом у горла. Ну, или с чем-то вроде этого. Как ни крути, я же связалась с гильдией, полной убийц. Но если не считать самопроизвольной шишки на затылке, я была невредима. Может быть, они с честью выполняли свои обещания. Мне оставалось лишь надеяться, что они поступят также, когда дело дойдёт до награды за мою голову.
Я направилась в ванную, надо было облегчиться и принять душ. Но удовольствия не получила, пришлось торопиться, нельзя было оставаться уязвимой слишком долго. Выйдя из ванной комнаты с пушистым полотенцем, плотно обёрнутым вокруг моего тела, я резко остановилась у изножья кровати.
Одежда? Кофейно-коричневый корсет с широкими лямками и пряжкой лежал рядом с коричневыми бриджами. Нервы натянулись как струна. Я была уверена, что пробыла в ванной меньше десяти минут и не слышала ни звука из своей комнаты. Поверх штанов был аккуратно сложен клочок пергамента. Я открыла его и обнаружила одну строчку, написанную закольцованным росчерком:
