Текст книги "Апорт (ЛП)"

Автор книги: М. Вайолет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

– Сказать RageMachine и Skat, почему мы сегодня не играем? Они могут передать Джеку, – она ухмыляется с хитрым блеском в глазах.

– Да плевать. Пусть переживёт одну ночь без того, чтобы меня мучить.

Она смеётся.

– Ты имеешь в виду мучить твою киску.

Я шутливо толкаю её в плечо.

– Хватит. Вот видишь, именно поэтому я не хотела тебе рассказывать.

Когда я иду к машине, снова вспоминаю о Барри. Не верится, что кто-то убил его спустя всего несколько часов после нашего разговора. Холодок пробегает по коже, когда перед тем, как сесть в салон, я проверяю заднее сиденье.

Больше нигде не чувствуешь себя в безопасности.

Глава 7

Я облажался. Увлёкся и по ошибке назвал её Рокси. Чёрт. Теперь она не отвечает ни на одно моё сообщение. Но она меня не заблокировала, так что надежда ещё есть.

Я свирепо смотрю на заголовок в телефоне. Похоже, полиция наконец обнаружила плоды моей «вспышки гнева». В статье пишут, что зацепок нет, свидетелей тоже. Просто очередное неудачное ограбление в неблагополучном районе. То же дерьмо, что и всегда. На меня они никогда не выйдут.

Сердце колотится, пока я меряю шагами свою гостиную. Останавливаюсь, прижавшись лицом к холодному стеклу. Мои панорамные окна открывают беспрепятственный вид на горизонт Лавендер-Хайтс. Видны звёзды, птицы и огромные небоскрёбы. Обычно это приносит мне покой. Но сегодня мне тошно. Внутри всё переворачивается. Я отчаянно хочу снова услышать голос моей девочки. Жажду увидеть её перед собой на коленях.

Я весь день следил за ней. Сначала она была на короткой смене в магазине винила. Потом взяла ещё один латте в «Pick Your Poison». Перед тем как поехать домой, заехала в универмаг и вышла оттуда с несколькими пакетами. Моё терпение на исходе.

Я не смогу вечно просто наблюдать за ней. Близится время, когда мне нужно будет нанести удар. Заявить на неё права. Я уже почти полностью обвёл её вокруг пальца.

Я захожу в «After: 8113» и просматриваю список друзей, ища компанию Рокси, надеясь, что у них уже идёт игра. Уже десять вечера, а Рокси до сих пор не зашла в групповой чат. Я хочу знать почему.

Продолжаю листать список и вижу, что RageMachine и Skat онлайн. Быстро кидаю запрос на вступление.

– Как дела, парни? – говорю я максимально небрежно. – Что интересного?

– Джеки, дружище. Да мы просто чиллим. Хочешь с нами на квест «Испытание»? Нам как раз нужен третий, – спрашивает Skat.

– Да, без проблем, – мои ладони потеют, во рту пересохло.

– Шикарно. Я задолбался проигрывать, – добавляет RageMachine.

– А где девчонки сегодня? – буднично интересуюсь я.

Skat фыркает:

– Наверное, где-нибудь шляются и цепляют мужиков.

RageMachine хихикает.

– Сказали, что у них «девичник». Но мы же знаем, что это кодовое обозначение для «перепихнуться с каким-нибудь случайным типом на заднем сиденье машины».

На моём телефоне всплывает уведомление. Трекер на машине Рокси пришёл в движение. Какого хрена? Она едет в сторону центра. Мой пульс учащается, но я заставляю себя сделать глубокий вдох и посмеяться вместе с парнями:

– Грёбанные женщины, да?

Они смеются и соглашаются со мной, пока мы пробиваемся через огромный лабиринт пещер, стреляя во всё подряд. Но одним глазом я продолжаю следить за трекером. Она в «Push». Блядь. Воспоминания о том, что случилось в прошлый раз, когда она пошла в клуб, заставляют желудок сжаться. Какого хрена она предпочла напиться, а не играть со мной?

Мы проходим квест за рекордное время. Rage и Skat осыпают меня похвалами за то, что я помог им наконец его завершить.

– Обращайтесь, – отвечаю я. – Но я сейчас просто отрублюсь на хрен. Тяжёлый день.

– Ага, конечно, – говорит Rage.

Мы прощаемся и обмениваемся виртуальными «давай пять», после чего я выхожу из сети и вырубаю всё оборудование. Хватаю маску и накидываю капюшон на голову. Пора посмотреть, чем занимается моя девочка. Я засовываю охотничий нож в берц, хватаю ключи от байка со стойки и выхожу.

Я игнорирую взгляды людей, пока пробираюсь через клуб в своей светящейся в темноте маске, спрятанной под капюшоном. Некоторые женщины и мужчины смотрят с любопытством, ухмыляясь мне остекленевшими глазами. Пожирают меня взглядом так, будто имеют на это право. Клинок у моей икры практически умоляет выпустить его «поиграть».

Стробоскопы вспыхивают над танцполом под тяжёлые басы хаус-музыки. Остальная часть бара залита розовыми и фиолетовыми неоновыми огнями. Всё здесь создано для соблазна. Чтобы притупить бдительность. Охотничье угодье для голодных извращенцев. Но Рокси – под запретом. Мне просто нужно сначала найти её.

Я захожу в другую комнату и моргаю, привыкая к ультрафиолету. По стенам плывут узоры и древние символы, это дешёвый трюк с проектором, чтобы добавить месту ещё больше мистики и разврата. Музыка здесь зловещая, тёмные аккорды, звучащие с чем-то первобытным.

Мой член дёргается, когда я вижу её.

В тёмном углу, в коротком чёрном платье и кроссовках на танкетке, Рокси покачивает бёдрами в такт музыке. BratBaby – Джунипер – на танцполе, зажата между двумя качками, размалёванными боди-артом. Я пристраиваюсь к одному из них и притягиваю его к себе.

– Удерживай эту девчонку на танцполе и не подпускай к подруге в ближайший час. И я удвою сумму, когда закончу, – я вкладываю стодолларовую купюру в потную ладонь парня.

Он кивает и возвращается к имитации секса с ногой Джунипер.

Мать твою. Если бы эти стены могли говорить…

Воспоминания о всех тех безумных вещах, которые я творил здесь раньше, ещё до того, как завязал, грозят поглотить меня. Это место просто дикое. Я уже сбился со счёта, сколько раз нюхал кокаин с той гладкой обсидиановой барной стойки. Но сегодня мне нужен только один наркотик. Я глубоко вдыхаю и направляюсь к своей красивой девочке.

Я пристраиваюсь сзади, прижимаясь грудью к её спине, и покачиваюсь вместе с ней в такт музыке. Она начинает оборачиваться, но я хватаю её за бёдра и удерживаю на месте. Слышу, как у неё сбивается дыхание.

– Идут на горку Джек и Джилл, несут в руках ведерки … – тихо напеваю ей на ухо.

Она замирает.

– Блядь, – шепчет она.

Я прижимаю свою маску к её щеке.

– Свалился Джек и лоб разбил, а Джилл слетела с горки, – продолжаю шептать.

Бас долбит из соседнего зала, а в этом из динамиков льётся глубокая мелодия, прошитая какофонией скрипок и фортепиано. Я обвиваю рукой её талию и притягиваю ещё плотнее к своей груди.

С её губ срывается тихий всхлип.

– Джек?

Мой член дёргается.

– Ммм… правильно.

– Чего ты от меня хочешь? – хрипло спрашивает она.

Я обвожу другой рукой её грудь, а затем сжимаю за горло.

– Хочу, чтобы ты поклонялась мне на коленях.

Она резко втягивает воздух.

– О боже…

– Я теперь твой грёбаный бог, – я скольжу рукой вниз к её талии и задираю подол платья, пока не нахожу внутреннюю сторону её мягкого бедра. Хватаю его и сжимаю. – Я хочу, чтобы твои ноги были широко раздвинуты... и прижаты к плечам... руки связаны... соски, опухшие... пока я пожираю твою киску, будто это мой последний, блядь, ужин на этой земле.

Ещё один стон вылетает из её приоткрытого рта. Она плотно сжимает ноги, зажимая мою ладонь между бёдер.

– Как ты нашёл меня, Джек?

Я медленно продвигаю руку выше, заставляя её ослабить мёртвую хватку.

– Куда бы ты ни пошла, я тебя найду, Рокси.

Свет снова гаснет, погружая нас в ещё более глубокую тьму. Музыка меняется; электронные синтезаторы захватывают динамики. Стробоскоп вспыхивает над нами, пульсируя так же сильно, как ноющая боль в моём члене.

Она такая мягкая. Такая, блядь, податливая. Я шагаю вперёд, втискивая её глубже в угол, пока она не оказывается лицом к стене.

– Теперь ты моя.

Я усмехаюсь, когда она прогибает спину, прижимаясь ко мне. Снова поднимаю руку, задирая её платье ещё выше, пока оно едва прикрывает задницу. Я закрываю её от толпы, и здесь так, блядь, темно, что это шоу – только для меня одного.

– Джек… ты не можешь этого делать. Я тебя не знаю. Пожалуйста… – умоляет она.

– Шшш. Руки на стену, – я наваливаюсь на неё всем телом, пока её грудь не впечатывается в бетон.

Она вздрагивает, когда я нахожу край её трусиков и отодвигаю их в сторону.

– Ты дрожишь, красавица.

– Д-да… потому что ты меня пугаешь, – заикается она.

Я провожу большим пальцем по её набухшему клитору, и мой член мгновенно напрягается. Я хочу впиться в её киску губами. Блядь.

Я тяжело дышу ей в ухо.

– Думаю, ты дрожишь, потому что у твоей киски, блядь, течка.

Она качает головой.

– Ты психопат. Как долго ты за мной следишь?

Я ещё сильнее наваливаюсь на неё, проводя пальцами по влажным складкам между её ног. Она может протестовать сколько угодно, но я чувствую, как сильно она меня хочет.

– Стряхни пыль – ты не ранена… Поднимись на холм со мной, Джилл… Пойдём за тем ведром воды…

– Нет. Отпусти меня, Джек. Или как там тебя зовут на самом деле.

То, как она извивается, пробуждает во мне что-то первобытное.

– Расслабься, Рокси. Можешь сопротивляться сколько угодно, но я тебя не отпущу.

Я резко ввожу два пальца в её киску, проталкиваю их до упора и замираю. Убираю вторую руку с её горла и заталкиваю те же два пальца ей в рот. Надавливаю на язык, заставляя её затылок вжаться в моё плечо.

Её бёдра дёргаются назад, а ладони с силой бьют по стене.

– Бля-ааа... – скулит она. Разобрать слова с моими пальцами во рту почти невозможно.

Я добавляю третий палец и начинаю двигать ими внутри неё.

– Ты не ответила ни на одно моё сообщение. Я не люблю, когда меня игнорируют, Рокси.

– Прости… – бормочет она сквозь всхлип.

Но я ей не верю. Она просто злится, что её поймали. Я вынимаю пальцы из её рта, хватаю прядь её шелковистых тёмных волос и дёргаю голову назад, чтобы она смотрела вверх на мою маску.

– Ты моя девочка, Рокси. Моя шлюшка. Никогда, блядь, об этом не забывай. Скажи ещё раз, что тебе жаль, но на этот раз так, чтобы я поверил.

Она снова дрожит. Я продолжаю кругами водить большим пальцем по её клитору, одержимый тем, как сильно он набух для меня. Чувствую, как в нём бьётся её пульс, быстрее, чем музыка в зале.

Она плачет, уткнувшись в стену.

– Мне правда жаль, Джек. Так, блядь, жаль.

Ммм. Уже лучше. Она учится. Её соки стекают по моему запястью.

– Хорошо. Хочешь кончить, красавица?

Ноги Рокси дрожат рядом с моими. Проектор гаснет на мгновение, а затем на стенах начинают плясать блики мерцающих свечей. Свет скользит по её лицу, обнажая хаотичный голод в глазах. Вижу, как она борется сама с собой.

Я прижимаю её голову к стене и рычу ей в ухо:

– Покорись своему богу, Рокси.

Она всхлипывает и судорожно выдыхает.

– Что ты со мной сделал?

Я улыбаюсь под маской, раздвигая пальцами её влажные складки.

– Я только начал.

Её бёдра дёргаются вперёд-назад, и она медленно начинает тереться о мою ладонь. Вот так, девочка.

– Вот она. Моя идеальная маленькая шлюшка, – я сильнее сжимаю её волосы и веду пальцами выше, по ложбинке между ягодиц.

Она пытается покачать головой.

– Нет. Хватит. Я не могу.

Она сопротивляется, даже когда её соки заливают ей бёдра.

Я вздыхаю, выписывая пальцем нежные круги вокруг её анальной дырочки.

– Шшш… – я задираю платье до самой талии. – Кто-нибудь уже бывал здесь раньше? – затем вжимаю кончик пальца в её дырочку.

Она резко втягивает воздух.

– Никто.

Мой стояк становится ещё больше. Блядь.

– О, это очень хорошо. Это избавляет меня от необходимости убивать ещё одного мужчину ради тебя.

– Ты сумасшедший, – шепчет она, срываясь на крик.

Меня забавляет, что в этой комнате, полной людей, ей даже в голову не пришло позвать на помощь. Это говорит мне всё, что нужно знать о моей красавице. Я точно знаю, чего она хочет. В чём нуждается.

Я убираю палец и снова спускаю его к клитору.

– Это мы оставим на другой день, – я снова вхожу в неё, на этот раз грубее. Хочу почувствовать её разрядку на своих пальцах.

Её бёдра снова начинают раскачиваться под музыку стонов, вырывающихся из горла.

– Будь ты проклят, Джек.

Я тихо смеюсь, отпуская её волосы. Провожу рукой по её шее, затем по влажной от пота груди. Она сияет, как ангел. Как святой луч света, который борется с дьяволом за своей спиной, одновременно потягиваясь навстречу тьме.

– Ох, блядь. Дерьмо. Блядь, – она кряхтит и упирается лбом в стену, продолжая тереться о меня.

Я задеваю клитор большим пальцем, входя и выходя из её киски тремя пальцами. Она такая скользкая. Такая жаждущая.

– Обожаю то, как ты мне подчиняешься, – рычу я ей в ухо.

Поток жидкости заливает мне руку, когда она содрогается, прижавшись к стене.

– Блядь... Ох, чёрт. Боже. Блядь.

Я разворачиваю её лицом к себе и прижимаю к стене.

– Никогда больше не игнорируй меня, Рокси. Я знаю, где ты работаешь. Где живёшь. Всё о тебе. Ты не сможешь убежать или спрятаться, потому что я поймаю тебя раньше, чем твои ноги коснутся земли.

Она впивается взглядом в мои глаза, пытаясь рассмотреть их сквозь кресты на маске.

– Скажи своё настоящее имя. Я думаю, это будет честно.

Я склоняю голову набок.

– Не сегодня. Ты подорвала моё доверие, Джилли. Тебе придётся его заслужить.

Она прикусывает губу, и в её глазах вспыхивает ярость.

– Послушай. Держись от меня подальше. Не пиши мне. Перестань за мной следить. Оставь меня в покое. Иначе я пойду в полицию.

Ох, как бы мне хотелось, чтобы она видела мою улыбку под маской.

– И что ты им скажешь? У меня записано абсолютно всё, что мы с тобой делали. Ты реально думаешь, что они тебе поверят? Не-а. Не с твоим-то прошлым.

Её глаза расширяются.

– Откуда ты…

Я прижимаю палец к её губам.

– Да, я знаю всё о твоём прошлом. Чем скорее ты примешь то, что ты моя, тем лучше. Просто представь все те способы, которыми я заставлю тебя кончать, красавица.

Её горло дёргается, когда она пытается проглотить страх.

– Ты… ты убил Барри?

А, значит, его звали Барри. Брайс, Барри – один и тот же тип.

– Похоже, ты начинаешь понимать. А теперь… найди свою подругу и иди домой, Рокси. Уже поздно, а здесь слишком много хищников, которые спят и видят, как бы сотворить с тобой что-нибудь мерзкое. Но твоя киска принадлежит мне. Если только убийства тебя не возбуждают... Я с радостью прирежу для тебя ещё парочку.

Её губа дрожит, но она держит подбородок высоко, хотя её соки всё ещё стекают по ногам.

– Н-нет. Ладно, Джек. Я пойду домой.

Я ласкаю её щеку тыльной стороной ладони.

– Умница. Скоро спишемся, Джилли.

Глава 8

Я вытягиваю мокрые волосы из-под банного халата. И вздрагиваю, когда Джунипер протягивает мне чашку горячего травяного чая.

– Со мной что-то не так, – тихо бормочу я.

Она плюхается на пол рядом со мной и откидывается спиной на диван.

– И в чём же здесь твоя вина?

Воспоминание о руке Джека на моём бедре, о том, как его пальцы уверенно двигались у меня между ног, заставляет клитор пульсировать.

– Мне это понравилось. То, как он меня трогал, те похабные вещи, которые он мне говорил… Я, блядь, была в восторге.

Она вздыхает.

– Расскажи ещё раз, что произошло.

Я закрываю глаза и мысленно возвращаюсь к тому моменту.

– Он подошёл сзади и прижал меня к стене. Сказал, что никогда меня не отпустит. Это меня напугало, но в то же время и дико возбудило. Я больная, да? Грёбаный стокгольмский синдром или типа того.

Она прикусывает губу, пытаясь скрыть усмешку.

– Расслабься. Наверняка это просто очередная игра. С тобой всё в порядке. Может, с ним – не очень. Но точно не с тобой. Ты видела его лицо?

Я качаю головой.

– Нет, – шепчу я. – На нём была маска… та же самая, что и во время нашего видеочата.

– Это, вообще-то, довольно горячо. Извини. Но блядь… – она прикуривает косяк, затягивается и протягивает его мне. – Будто он сошёл прямо со страниц одного из наших любимых тёмных романов.

Мои щёки вспыхивают. Я делаю глубокую затяжку и киваю.

– Да? Только это реальная жизнь, Джунипер. Он сказал, что убил Барри. Сексуально это или нет, но это полный пиздец.

– Ну и что? Кому вообще есть дело до Барри? Просто забей и плыви по течению. У него секси-голос, и, судя по тому, как ты постоянно краснеешь, он заставил тебя кончить просто охренительно сильно.

Я зажмуриваюсь и массирую виски.

– Чёрт. Мне нужно его заблокировать. Он опасен.

Она приподнимает бровь.

– А ты нет?

В животе поднимается волна тошноты. Джунипер – единственный человек на свете, которому я рассказала о своём прошлом.

– Это другое.

– Может, и нет. У Джека могли быть вполне веские причины убить Барри. Может, он узнал, что у Барри были какие-то жуткие намерения по отношению к тебе. Может…

– О боже! – выдыхаю я. – А что, если Джек был в «Джойстике» той ночью? Тот парень прыгнул с крыши после того, как оставил записку с признанием, что собирался на меня напасть. Ты же не видела его. Я ни на секунду не верю, что он сам прыгнул. Может, Джек был там… и это он его столкнул.

Её глаза расширяются.

– Блядь. Вот с чего началась его одержимость тобой. Без вариантов. Но если так, Рокси, то он оказал тебе услугу. Как по мне, тот тип получил по заслугам.

Согласно киваю, и очередная дрожь пробегает по телу.

– Я была рада, когда прочитала, что он мёртв.

– Я тоже. Слушай, я сделаю для тебя настоящий поступок лучшей подруги. Поговорю с Майло и Костом и спрошу, не заметили ли они чего-нибудь странного той ночью. Может, они что-то видели.

Я тихо смеюсь.

– Чёрт. Теперь я точно знаю, что ты меня любишь, если готова добровольно разговаривать с этими двумя.

Она гладит меня по руке.

– Конечно, люблю, сучка. А насчёт Джека… может, просто не заходи в игру пару дней. Если он начнёт сходить с ума, то заблокируй его на хрен.

Почему-то мне кажется, что это только ухудшит ситуацию.

– Он знает, где я работаю. И каким-то образом знал, что я сегодня окажусь в «Push». А ещё утверждает, что знает, где я живу.

Мы одновременно смотрим на входную дверь.

– Хочешь переночевать у меня?

Я морщусь.

– Спасибо, но в прошлый раз я застукала твоего брата за тем, как он нюхал моё нижнее бельё.

Она заливается смехом.

– Он был в хлам пьяный и забыл, где находится. Поверь, он сейчас помешан на какой-то студентке.

– Я лучше рискну остаться здесь. Правда, всё будет нормально. Скорее всего, Джек просто узнал, где мы будем, от Rage и Skat. Наверное, он просто пытается меня напугать ради собственного развлечения.

Джунипер вскакивает.

– Вот именно. И, по крайней мере, ты наконец-то кончила не только со своим вибратором.

Я игриво бью её по ноге.

– Очень смешно. Тебе надо выступать со стендапом.

Мы обнимаемся, и я провожаю её до двери, наблюдая, пока она не сядет в машину. Когда я остаюсь одна, по спине пробегает холодная дрожь, поднимаясь к затылку.

Из любопытства я включаю консоль, но ставлю статус «офлайн».

У меня внутри всё обрывается.

Блядь. У меня семь сообщений от Джека.

Я не решаюсь их открывать, потому что он поймёт, что я их прочитала. Вместо этого я всё вырубаю и забираюсь под одеяло в свою постель с эффектом памяти. Я ещё несколько часов не могу уснуть.

Сердце колотится, адреналин не даёт расслабиться, и от каждого шороха я вздрагиваю.

В голове снова и снова звучит его голос:

Ты не сможешь убежать или спрятаться, потому что я поймаю тебя раньше, чем твои ноги коснутся земли.

Звук будильника заставляет меня резко дёрнуться. Чёрт, не помню, чтобы он был таким громким. Должно быть, я очень крепко спала. Я вырубаю все три будильника на телефоне и переворачиваюсь на другой бок. Сегодня мне не нужно на работу, так что можно ещё немного поспать. Прошлая ночь выжала из меня все соки во всех смыслах.

Но расслабиться не получается. Стоит закрыть глаза, и я чувствую его руки на себе. Слышу его голос у самого уха, его дыхание на шее и щеке. Мои соки пропитывают трусики. Блядь. По коже пробегает жаркая волна, а тянущая боль в киске нарастает. Я никогда в жизни… никогда так сильно не кончала.

Мой бывший, Аарон, обычно делал несколько движений, а потом дёргался и изливался мне на живот. Его никогда не волновало, кончила я или нет. Он даже не спрашивал, полагая, что я удовлетворена так же, как и он. Ну конечно, кому бы не понравилось, когда тебя целых три минуты подряд тыкают членом среднего размера? Я закатываю глаза, глядя в потолок, раздражённая этим воспоминанием.

Я заставляю себя встать с кровати и тащусь на кухню. Только запах свежего кофе заставляет мои сонные глаза раскрыться, но именно первый восхитительный глоток возвращает меня к жизни.

В лучах солнечного света, льющегося из эркера, события прошлой ночи кажутся уже не такими опасными. Я просто перебрала с выпивкой и слишком остро на всё среагировала. Да, странно, что он знал, где я нахожусь. Но, как сказала Джунипер, Rage и Skat, скорее всего, проболтались. Нельзя доверять парням секреты – они сплетничают похлеще книжного клуба моей тёти Миртл после воскресной службы.

Но вот что до сих пор свежо в памяти – так это то, как он меня трогал. Ощущения, которые он из меня вытягивал. Это было похоже на воплощение моих самых диких фантазий. Я никогда не встречала таких мужчин, как Джек. Он требовательный и властный, но при этом он хочет, чтобы я кончала до искр из глаз. К этому новому чувству сексуального удовлетворения легко привыкнуть. Вот только я не совсем уверена, что готова платить за это назначенную цену. Как далеко Джек зайдёт в своих требованиях?

Меня передёргивает, и я тут же ставлю ещё одну порцию кофе, так как первая уже почти закончилась. Я наполняю свою кружку, которая больше похожа на миску с ручкой, и плюхаюсь на диван. Набрасываю на колени розовый пушистый плед и считаю до десяти.

Мне нужно прочитать его сообщения. Я хочу этого. Его прямолинейность немного пугает, но я всё равно хочу вернуться обратно.

Пальцы дрожат на контроллере, когда я открываю первое сообщение.

Ты была такой вкусной на моих пальцах, что мне пришлось их облизать.

Ох, чёрт. У меня перехватывает дыхание. Почему это, чёрт возьми, так возбуждает? Тепло разливается по телу, когда я открываю второе сообщение.

Твоя киска скучает по мне? Поиграй с ней для меня, пока мы снова не встретимся.

Я ерзаю на диване, по коже бегут мурашки. Святые угодники. Этот мужчина одновременно и грешник, и святой. Но в глубине души шевелится тревога. «Пока мы снова не встретимся».

Джек говорит так, будто уверен, что мы ещё увидимся. И это немного пугает.

Следующие три сообщения становятся только горячее… и куда более порочными.

Ты будешь выглядеть так мило, пытаясь заглотить мой член. А я буду слизывать слёзы с твоих щёк.

А потом я свяжу тебя… завяжу глаза… и буду смотреть, как ты извиваешься в темноте. Пока ты не начнёшь выкрикивать моё имя, умоляя о малейшем прикосновении. Ты будешь так истощена жаждой ласки, что кончишь от одного лишь прикосновения моих губ к твоей шее.

Я позабочусь о тебе, красавица. Я смою с тебя грязь всех, кто когда-либо к тебе прикасался. Теперь ты моя, Рокси.

Я задыхаюсь и чуть не роняю контроллер. Блядь. Я натягиваю плед до самого подбородка, дрожа от прочитанного. Если бы это был любовный роман, я бы обзавидовалась главной героине. Но это реальная жизнь. Моя жизнь. И фантазии существуют не просто так – они не подчиняются логике вне наших мыслей.

Я глубоко выдыхаю и открываю предпоследнее сообщение.

У меня есть для тебя подарок, красавица. Кое-что, что поможет тебе расслабиться.

Блядь. Ладони потеют.

Последнее сообщение.

Проверь свою входную дверь.

Я замираю. Волна тошноты поднимается из глубины живота к самому горлу, угрожая моему равновесию. Я зажмуриваюсь и считаю до десяти. Наверняка он просто издевается надо мной, да?

Всё-таки я встаю с дивана и, пошатываясь, иду к двери. С каждым шагом дрожь в теле усиливается. Сначала я смотрю в глазок, чтобы убедиться, что на крыльце не стоит человек в маске. Пальцы трясутся, когда я снимаю цепочку, затем засов, и, наконец, поворачиваю нижний замок и ручку.

Я быстро оглядываю улицу, пытаясь заметить что-нибудь подозрительное. Но район тихий, как обычно по воскресным утрам. Я опускаю взгляд и вижу маленькую розовую коробочку в форме сердца с бантом сверху. Клянусь богом, хоть бы это не был чей-то палец. Но это было бы абсурдно. Мне реально пора завязывать смотреть тру-крайм шоу в одиночку.

Быстро хватаю коробку, вбегаю обратно в квартиру и снова запираю все замки. Тяжело дыша, я прижимаюсь к двери, держа коробку перед собой так, будто это бомба.

Ох, чёрт. А что, если это реально, мать её, бомба? Он сказал, что хочет, чтобы я «расслабилась». Может, он имел в виду, что части моего тела разлетятся по всей квартире? Блядь. Дыши, Рокси. Просто дыши.

И всё же я держу коробку на вытянутой руке, пока иду к кухонному столу. Ставлю её и, сделав очередной глубокий вдох, снимаю крышку. О Боже. Накатывает новая волна тошноты. Это грёбаная анальная пробка. И тюбик лубриканта.

Там также лежит записка:

Хорошенько намокни, прежде чем вставить это, красавица. И не вынимай. Я сам вытащу её, когда мы снова увидимся.

Колени подкашиваются, пока я перечитываю его слова снова и снова. Мозг отказывается это осознавать. Этот человек действительно знает, где я, блядь, живу. Он был прямо за порогом, пока я спала. Чёрт. У меня грёбаный сталкер. Когда я умоляла вселенную послать мне кого-то, кто будет мной одержим, я не имела в виду это буквально!

Выброс адреналина бьёт по венам. Я бросаюсь к дивану и хватаю контроллер. Кликаю на его профиль и замираю курсором над кнопкой «заблокировать». Дыхание становится частым и прерывистым. Сердце колотится. Если я это сделаю, то он может разозлиться. Я не знаю, на что он способен, но нутром чувствую, что он опасен.

И в то же время он тот, о ком я мечтаю. Первый, о ком я думаю, когда просыпаюсь, и последний перед тем, как засыпаю. Я представляю его маску, когда трахаю себя вибратором. Слышу его голос в голове каждый раз, когда кончаю.

Мне стоит заблокировать его и пойти в полицию. Но я им тоже не верю. Они не поверили мне тогда. Вместо этого они упекли меня в колонию для несовершеннолетних, пока мне не исполнилось восемнадцать. Покушение на убийство без достаточных оснований. Грёбаный бред. Это была самооборона. Моя мама знала это. Этот монстр, её муженёк, тоже знал это, когда я вонзила нож ему в живот. Но это не имело значения. Он был сыном шефа полиции. А я – дочерью сидящего за решёткой наркодилера.

Я провела там два года. Два года из-за того, что посмела попытаться убить человека, который издевался надо мной каждый божий день. Эти записи должны быть запечатаны. Но Джек, или как там его, блядь, зовут, знает о них. И это интригует меня больше, чем пугает.

Я думала, что оставила прошлое позади. Переехала сюда, в Лавендер-Хайтс, чтобы поступить в колледж. Начать всё с чистого листа. Это было чудом, что я получила стипендию на танцевальное отделение. И потеряла её десять месяцев спустя после того падения. С тех пор я была замкнутой и апатичной. Но прошло три года. И Джек пробудил во мне что-то, что я считала мёртвым. Он снова зажёг во мне огонь.

Холодок пробегает по позвоночнику. Я сглатываю ком в горле, собирая остатки мужества. Беру контроллер и отвечаю на его последнее сообщение.

Не смей больше приближаться к моему дому. Или я пырну тебя так же, как и его.

Жму «отправить», затем жду, пока он прочитает, а затем блокирую его профиль. Посмотрим, что произойдёт, когда Джек и впрямь «свалится вниз с горки».