332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » М. К. Айдем » Трейвон (ЛП) » Текст книги (страница 1)
Трейвон (ЛП)
  • Текст добавлен: 6 сентября 2019, 19:00

Текст книги "Трейвон (ЛП)"


Автор книги: М. К. Айдем






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 38 страниц)

М.К. Айдем
«Трейвон»

Серия: Кализианцы (книга 2)

 Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Автор: М.К. Айдем

Название на русском: Трейвон

Серия: Кализианцы_2

Перевод: Светлана Майская, Энфи

Редактор: Eva_Ber

Обложка: Таня Медведева

Оформление:

Eva_Ber


Глоссарий от переводчика

  Трейвон Рейнер – генерал, Верховный главнокомандующий Кализианской Империи.

Нихил Козар – командир отряда Элитных воиск в Кализианской Империи.

Гриф Солаун – командующий отделения (капитан) Элитных воиск в Кализианской Империи.

Лирон Калинин – Император Кализианской Империи.

Рэй Вастери – Император Торнианской Империи.

Грим Вастери – Король Планеты Люды. Кровный брат Императора Торнианской Империи Рэя Вастери.

Ганглианцывраги, вне закона в Торнианской и Кализианской Империи. Будущая Императрица Торнианской Империи была найдена на ганглианском рабовладельческом корабле.

Залудианцывраги, вне закона в Торнианской и Кализианской Империи, похищают рабов для работ в шахтах.

Ратакцывраги, вне закона в Торнианской и Кализианской Империи. Граничат с Кализианской Империей и ведут постоянные войны с ними.

Джербоянцы – раса инопланетян, внешне похожа на торнианцев и кализианцев.

Суджа-бусины – у каждого кализианца в волосах вплетены 2 бусины: у мужчин Эша и истинной пары, у женщин Дашо и истинной пары. Они обмениваются бусинами Эша и Дашо. Бусины истинной пары сами решают к кому перейти.

Глава 1

 Генерал Трейвон Рейнер был Верховным главнокомандующим Кализианской обороны. Он был опытным воином, участвовавшим в сотнях битв, наблюдавшим и, в свою очередь, принесшим больше, чем хотелось бы насилия и смерти. Он был сильным и устрашающим, но сейчас он чувствовал себя как никогда беспомощным.

Прошло две недели с тех пор, как залудианцы атаковали базу на Понте. Во время битвы было обнаружено, что среди выживших людей оказалась ещё одна женщина. Даже с травмами, которые она получила ещё будучи в шахте, женщина сражалась с залудианцами, пытаясь спасти своих друзей… Это, возможно, стоило ей жизни. Она провела более восемнадцати часов в регенераторе, но Луол, один из самых опытных целителей в Империи, до сих пор не был уверен, выживет ли она. Как это было возможно? Ни один воин, даже с самыми серьёзными травмами, никогда не нуждался в таком большом количестве времени исцеления в регенераторе.

Глядя на женщину, которую, как он узнал, звали Дженнифер Нейбаур, генерал Трейвон Рейнер не мог не задаться вопросом: как кто-то настолько крошечный, настолько хрупкий мог так смело атаковать более крупного и сильного залудианца?

Эша и истинная пара командира отряда Нихила, Маккензи рассказала им, что Джен сделала это, чтобы спасти Маккензи от душившего её залудианца. Они даже обнаружили один из двух клинков, подаренных Нихилом Маккензи, глубоко в спине залудианского капитана.

Тем не менее, битва дорого обошлась этой женщине. Луол сообщил ему, что регенератор обнаружил у неё: вывих плеча, множественные переломы рёбер и открытую черепно-мозговую травму. И это были только раны, полученные ею во время последнего нападения залудианцев. Ещё регенератор обнаружил многочисленные застарелые, уже зажившие травмы. Самыми очевидными и шокирующими были глубокие шрамы, пересекавшие левую сторону её лица. Хоть они и зажили, но всё ещё были грубыми, что говорило о тяжести травм. Трейвон был благодарен Богине, узнав, что раны были нанесены не торнианской сталью, и что, в конечном итоге, регенератор сможет их исцелить, как и другие многочисленные шрамы, испещрявшие хрупкое бледное тело Дженнифер. Однако, её худшей травмой оказалась раздробленная лодыжка, не зажившая должным образом. Регенератор уже не мог исцелить её, и это вызвало раздражение Трейвона. Ни одна женщина не должна так страдать. Трейвон знал воинов, которые никогда бы не пережили то, что пережила она. И других, которые не были достаточно храбры, чтобы напасть на залудианца с одним лишь маленьким кинжалом, подобным тому, что был у неё. Шипы в перчатках залудианцев были очень остры и могли серьёзно ранить мужчину, если он не был достаточно осторожен. Маккензи призналась им, что именно эти шипы и были причиной ран на лице Дженнифер.

Трейвон вдруг понял, что сдерживает себя от того, чтобы не потянуться и не коснуться её. Так было с тех пор, как он принёс Дженнифер в медицинский блок.

Трейвон работал не покладая рук с момента нападения залудианцев, в результате которого сильно пострадала часть старой базы. Это нападение было тщательно спланированно и задумывалось ради убийства как можно большего числа выживших пленников, с одновременным вызовом массовой паники.

И оно удалось.

Однако всё было бы намного хуже, если бы не обыденный отчет воина Гульзара, проинформировавшего Трейвона о приближающемся корабле. Если бы не это, потери могли бы быть больше.

Корабль, о котором сообщил Гульзар, не был «Фентоном».

Трейвон это знал, потому что ранее он разговаривал с капитаном «Фентона», Дарзи. Дарзи посетовал на то, что они опоздают с прибытием из-за проблем с инструкциями. Трейвон и большинство его Элитных воинов в то время оказались вдали от базы, обнаружив передатчик в шахте, где ранее они нашли выживших людей. Тогда же генерал понял, что их обманули, чтобы без помех атаковать базу. Но это понимание пришло слишком поздно.

Особенно для женщины, лежащей так тихо и неподвижно перед ним…

Ей пришлось защищать себя и свою подругу, когда их должен был защитить он. Не имело значения, что он не знал о её существовании. Она всё равно была его ответственностью – женщины всегда должны находиться в безопасности.

Им ещё предстояло выяснить, кто передал залудианцам коды, позволившие тем войти в атмосферу Понта под видом «Фентона».

Император требовал ответов, но у Трейвона их не было. Всё, что они смогли выяснить, – передатчик был активирован дистанционно, но они не смогли отследить, откуда его активировали, хотя Гриф неустанно работал над выяснением этого вопроса.

Затем надо было ремонтировать базу и транспортировать выживших обратно на их родные планеты. Выжившие в шахтах джербоянцы погибли во время атаки, и это казалось Трейвону непростительным. Они были под его опекой, под его защитой, а он подвёл их. Так же, как и эту женщину. Так же, как и Маккензи Нихила, тоже получившую ранения во время нападения. Он должен был защитить их всех.

С этими мыслями Трейвон проснулся посреди ночи, испытывая необъяснимую потребность увидеть раненую женщину. Прежде чем он понял, что именно делает, он оказался с ней рядом.

Маккензи проводила с женщиной всё то время, когда не была с Нихилом. Она смыла кровь и грязь с кожи и волос подруги и расчесывала густые светлые локоны до тех пор, пока те не заблестели. Трейвон никогда раньше не видел волос такого цвета. Они, казалось, манили его коснуться их.

Когда рядом с Дженнифер не было Маккензи, тогда с ней оказывался кто-то из мужчин их вида, дежуря по очереди. Чаще всего рядом были Пол или Эрик. Генерал бесился всякий раз, когда видел кого-то из них слишком близко к ней, держащим её за руку или склонившимся, чтобы поговорить с ней, пытаясь заставить женщину реагировать.

Трейвон знал, что не имеет права на подобные чувства. Дженнифер не была его женщиной. Он даже не был с ней знаком. Так почему он так относился к ней?

***

– Генерал.

Трейвон проигнорировал испуганный возглас вздрогнувшего мужчины, спящего в кресле рядом с Дженнифер, и повернулся к вошедшему в комнату целителю Луолу.

– Луол, – кивнул Трейвон.

– Крэйг, как дела? – Луол задал вопрос таким тоном, что человек снова вздрогнул.

Целителю не нравился этот Крэйг Коллинз, оказавшийся лидером людей, хотя Луол и не мог понять, почему. Он был единственным мужчиной, кто позволял себе спать, в то время как должен был заботиться о Дженнифер. Если он не может выполнить свой долг, тогда он должен передать его тому, кто сможет. А если бы Дженнифер пришла в себя, пока он спал?

– Что? – озираясь, спросил Крэйг. – Уже утро?

– Нет, до рассвета ещё несколько часов, – ответил Луол.

– Тогда зачем ты меня разбудил? – спросил Крэйг.

– Приношу свои извинения, – абсолютно не сожалея, произнёс Луол. – Я думал, ты сидишь здесь для того, чтобы Дженнифер, очнувшись, увидела хоть одно знакомое лицо.

– Ну, да, – отозвался Крэйг.

– Я так и понял.

Луол обогнул Крэйга, подойдя с другой стороны ложа, чтобы осмотреть Дженнифер. Через несколько минут он произнёс, обращаясь непосредственно к Трейвону:

– Никаких изменений, генерал.

– Почему? – требовательно спросил Трейвон. – Отчего она не просыпается?

– Я не знаю, генерал. Все её показатели в норме.

– Хочешь сказать, что она в коме? – спросил Крэйг.

– В коме? – нахмурился Луол. – Что такое «кома»?

– Кома – это состояние, в котором, по-видимому, и находится Джен. Она не слышит, не мыслит и не видит. Для большинства людей это означает, что они никогда уже не проснутся. На Земле, когда люди находятся в этом состоянии, они подключены к специальным трубкам, поддерживающим их жизнедеятельность.

– Что ты имеешь в виду под «трубками»? Для чего их используют? – заинтересовался Луол.

– Чтобы убедиться, что человек получает необходимые жидкости и питательные вещества.

– Но зачем нужны трубки?

– В смысле? – Крэйг смущенно взглянул на целителя. – А как ещё можно убедиться, что человек получает всё необходимое?

– Его помещают в регенератор, и он предоставит всё, что необходимо, без всяких трубок.

– Тогда почему же Джен не очнулась? – вызывающе бросил Крэйг.

– Она приходит в сознание. Один раз в день. Видимо, ты не был здесь в тот момент, когда она просыпалась. Или, может быть, ты сам спал в это время! – процедил Луол. – Ясно же, что уровень нашей медицины намного превосходит уровень вашей.

– Если это так, то почему она всё ещё в коме? – самодовольно спросил Крэйг, с превосходством глядя на Луола.

– Она не была бы в коме, если бы вы сообщили нам о её существовании до нападения залудианцев, – с укором произнёс Трейвон, взглянув на Крэйга.

– Это было решение Джен, – отозвался Крэйг, отказываясь брать ответственность на себя.

– Вы их лидер, вы главный, вы обязаны были убедиться, что ваши люди под защитой и в безопасности, хотят они этого или нет! – Трейвон не повышал голоса, но не было никаких сомнений, что мужчина был зол.

– Думаете, я этого не понимаю? – злобно воскликнул Крэйг, поднимаясь, чтобы противостоять Трейвону. – Вы хоть представляете себе, каково это – усомниться в своей ценности для общества? Важны ли вы сами по себе, или важна лишь ваша способность справляться с ситуацией? Я никогда не сомневался в себе. До ганглианцев! – ярость, наполнившая его, испарилась. Мужчина медленно опустился на стул и уставился на Джен.

– Всё, что я думал о себе, всё, кем я себя считал, – всё исчезло. Они забрали всё это. Впервые в жизни я увидел себя как есть, кто я и что я. Мне это не понравилось… Я не герой и не лидер, и если бы ганглианцы не надели на меня свой обучатель, никто бы и не выбрал меня главным. Джен и Мак – они были нашими настоящими лидерами, теми, кто сплотил нас, заботился о нас, исцелял от травм, кормил, даже в том случае, когда мы слишком уставали, чтобы поесть самостоятельно.

– Но ты не сделал для них того же, – прорычал Трейвон.

Крэйг открыл было рот, чтобы начать оправдываться, как прежде, до пленения. Но теперь всё было по-другому, и он стал другим человеком.

– Нет, я этого не сделал, и ничто из того, что я когда-либо сделаю, не сможет искупить моей вины.

– В этом ты прав, – согласился Трейвон.

– Нет, это не так! – все повернулись, когда Маккензи вошла в комнату, Нихил прошёл за ней.

На девушке было зелёное платье с янтарными искрами. Это было одно из платьев, что Майса, Эша Луола, отправила для Мак с «Фентоном». Платье невероятно шло Маккензи, оттеняя её глаза и сочетаясь с бусинами истинной пары и Эша.

– Маккензи, что вы здесь делаете так рано? – спросил Луол. – Что-то случилось?

– Нет, я просто не могла уснуть, – ответила она Луолу, а затем обратила сердитый взгляд карих глаз на Трейвона. – Крэйг не виноват… И никто не виноват. Я приказала парням позволить залудианцам забрать меня. И если вы собираетесь винить ребят за травмы Джен, то вы должны винить и меня, потому что я тоже не сделала ничего, чтобы предотвратить это.

– Маккензи… – прорычал Нихил, зная, насколько виноватой себя чувствует его Эша.

Мак проигнорировала его.

Крэйг встал, отходя в сторону, и Мак заняла его место. Взглянув на Джен, Мак попыталась побороть слёзы. Они всё равно были бесполезны. Придвинув стул, она потянулась, коснувшись щеки Дженнифер.

– Эй, Джен. Тебе не кажется, что пора бы уже проснуться и поговорить со мной? – тихо заговорила Мак по-английски, не желая пугать Джен. Джен ещё не использовала кализианский обучатель, поскольку все не были уверены, что он не повредит ей в таком состоянии. Единственные инопланетные языки, что она понимала, были ганглианский и залудианский – языки их похитителей и поработителей. Мак не хотела напоминать Джен о любом из них, поэтому заговорила с Джен на английском языке. Крэйг так не делал.

– Ты должна проснуться, Джен, потому что мне нужна твоя помощь. Нихил водил меня на то, что они зовут здесь «последним приёмом пищи», и, честно говоря, на вкус он как последнее, что я захотела бы съесть. Я заставляю себя улыбаться, жуя эти серые, жёсткие, безвкусные куски мяса, которые здесь подают. Для кализианцев большая честь, когда подают свежую еду. Они думают, что это вкусно, Джен, но Боже, это просто ужасно. Мне нужно, чтобы ты проснулась и показала им, какой должна быть свежая еда. Если ты приготовишь для них, я уверена, что они станут боготворить тебя, – Мак улыбнулась при этой мысли.

– Неужели, всё настолько плохо? – спросил Крэйг.

– Что плохо? – вскинулся Нихил, и Maк кинула на Крэйга гневный взгляд, поскольку он высказался по-кализиански.

– Я говорила Джен, как плохо, что мы не можем поговорить с ней, – быстро отозвалась Мак, переходя на кализианский, чтобы Нихил смог понять её. – Ведь так, Крэйг? – бросила она.

– Угу, да. Именно это ты и сказала, – отозвался Крэйг, зная, что ему попадёт, если он не поддержит Мак.

– Я разговаривала с Джен по-английски, надеясь, что она ответит, – сказала Мак, отвлекая подозрительный взгляд Нихила от неубедительно прозвучавшего Крэйга.

Она не хотела причинять боль Нихилу, сообщая, что едва может терпеть то, чем он так гордился. Мало кто из кализианцев получал свежие продукты: только те, кто занимал высокие или жизненно важные посты, например, Элитные Воины. Когда настоящий «Фентон», наконец, прибыл, на нём были запасы свежих продуктов.

– Вы верите, что разговор с Дженнифер на вашем языке поможет ей проснуться? – спросил Трейвон.

– Надеюсь, – отозвалась Мак. – Думаю, это успокоит её, подскажет, что она в безопасности, и она проснётся.

Трейвон взглянул на Луола, и тот слегка кивнул.

– Ей надо было услышать родной язык. Об этом я не подумал, хотя и должен был.

– Вы отлично справляетесь, Луол, – быстро проговорила Мак. – Джен просто нужно дать повод вернуться к нам.

– Почему бы ей не хотеть этого? – потребовал Трейвон, не понимая, почему мысль о том, что эта женщина не хочет возвращаться, очень обеспокоила его.

– Джен потеряла больше всех. Её младшая сестра всё ещё на Земле, совсем одна. Когда мы были в плену у залудианцев, было достаточно плохо, но теперь…

– Теперь? – спросил Трейвон, не понимая, почему сейчас стало хуже.

– Теперь мы в безопасности, но всё также не можем вернуться домой… Она вновь была ранена… Я просто не знаю, сколько ещё она может выдержать.

– Её лечили… – начал Трейвон.

– Да, но она этого не знает, – возразила Мак. – И Луол не смог исцелить её лодыжку.

– Нет, не смог, – спокойно согласился Луол.

– Как она получила такие сильные травмы? – спросил Трейвон. Он хотел выяснить это с тех пор, как впервые узнал о травме.

– Это случилось, когда…

– Крэйг! – резкий возглас Мак прервал его.

– Что? – нахмурившись, спросил Крэйг.

– Не тебе об этом рассказывать. Только Джен может рассказать, если захочет, когда проснётся.

– Но нам необходимо узнать об этом! – запротестовал Трейвон, переводя взгляд с Маккензи на мужчину, которого, как он знал, можно легко запугать. – Что ещё вы от нас скрываете?

– Вам не обязательно знать об этом, – отрезала Мак.

– Так же, как не обязательно было знать, что есть ещё одна раненая женщина? – зарычал Трейвон, заставляя Нихила напрячься и шагнуть к своей Эша.

– Это право Джен, рассказывать об этом или нет, генерал, – Мак подняла взгляд на мужчину, способного, как она знала, напугать большинство людей, но у неё за спиной был Нихил, самый большой, самый сильный мужчина в Кализианской империи. – И если она захочет, чтобы вы узнали, что с ней случилось, тогда она вам сама расскажет.

Трейвону не понравилось, что Эша Нихила бросила ему вызов, но он восхитился преданностью маленькой женщины к своей подруге. Кому-то, настолько маленькому, требовалось много сил и мужества, чтобы противостоять генералу. Но мужество не было чем-то, чего не хватало этим людям. По крайней мере, не их женщинам.

– Вы можете пообещать, что это больше не причинит ей вреда? Что всё закончилось?

– Не могу, – тихо произнесла Мак.

– Тогда вы расскажете мне! – зарычал Трейвон, шагнув в сторону Маккензи.

Нихил тут же оказался перед своей Эша и Истинной парой, остановив генерала и зарычав ещё громче.

– Отойди, командир отряда, – приказал Трейвон.

– Нет, – прорычал Нихил, бросая вызов своему генералу.

– Остановитесь. Вы оба, – приказала Мак и прижалась к Нихилу. – Я не могу в этом поклясться, генерал, потому что, несмотря на то, что вы смогли исцелить большую часть её физических травм, эмоциональные – всё еще наносят ей вред. И ни вы, ни я ничего не можем с этим поделать, – Мак оглянулась на подругу. – Только Джен может исцелить себя. Думаю, вы знаете, что есть вещи, которые нельзя просто преодолеть. Вам приходится учиться жить с ними и с болью. Или не жить… Вот где сейчас находится Джен. Мы можем лишь дать ей повод для жизни, но захочет ли она воспользоваться им…

Отойдя от воинов, Мак села в кресло, откинулась на спинку и, взяв подругу за руку, вновь заговорила с ней по-английски.

***

Две недели спустя Трейвон стоял на вновь отремонтированной стене и смотрел на бесплодный пейзаж за её пределами. Возможно ли, что Понт когда-то был главной планетой Кализианской Империи? Он не только поставлял мощные энергетические кристаллы, необходимые в других мирах, но и обеспечивал обильной животной и растительной пищей всю Кализианскую Империю…

Всё изменилось после Великой Инфекции.

Почти пятьсот лет назад одному из предков Трейвона, канцлеру Аади Рейнеру, была оказана большая честь управлять этой планетой. Ввиду этого и из-за расположения планеты на границе Торнианской и Кализинской Империй, он стал близким другом Императора Торниана, Лукана Берто. Когда Аади узнал, что Лукан при содействии ганглианцев изнасиловал двух своих юных женщин, он должен был сообщить об этом. Вместо этого Аади заключил сделку с Луканом – получил дополнительные кредиты за продукты и энергетические кристаллы, которые поставлял с Понта, и утаил их. Эта жадность положила начало цепочке событий, за которые кализианцы расплачивались до сих пор.

Великая Инфекция тем или иным образом поразила каждую расу в известных Вселенных, но сильнее всего она отразилась на ганглианцах, кализианцах и торнианцах. Она изменила всю их жизнь. Ганглианцы первыми заметили последствия Инфекции, потому что Каава был ганглианцем, стоявшим на страже, когда пришёл Лукан. Каава просто наблюдал за изнасилованием. Вскоре он обнаружил, что не может достичь освобождения, если только не причиняет боль. Это наказание быстро поразило всю его расу, заставляя другие виды избегать и опасаться ганглианцев. Следующими, кого поразила Инфекция, были жители Понта. Мощные энергетические кристаллы, которые так ценились, начали терять свою силу, и многие шахты просто опустели. Всего за несколько лет добыча кристаллов на Понте полностью прекратилась. Затем исчезли растения, а за ними последовали животные. И всё это без видимых причин. Дожди шли, как и прежде. И солнце светило так же. Но Понт умирал. Инфекция быстро поразила все планеты Кализианской Империи. По истечению пятидесяти лет они стали расой, неспособной прокормить свой народ. Если бы не торнианцы, их цивилизация умерла бы от голода и осталась лишь в памяти. Многие считали несправедливым, что Богиня так строго наказала ганглианцев и кализианцев, в то время как торнианцы, которые и совершили преступление, не пострадали. Некоторые полагали, что Богиню успокоило то, что торнианцы казнили Императора Лукана, лишив его семью права когда-либо снова занимать трон. Кализианцы всего лишь заключили Аади в тюрьму, а ганглианцы вообще никак не наказали Кааву. Они все ошибались. Наказание Богини в отношении торнианцев хоть и проявило себя гораздо медленней, но было намного хуже. Богиня лишила своего благословения тех, кто нёс жизнь. Женщин. Во-первых, неторнианки не смогли больше давать потомство в союзах с торнианцами, создав ещё один разрыв между расами. Затем медленно, но неуклонно сократилось количество женщин-торнианок. К тому времени, когда истинные масштабы наказания Богини стали очевидны, мужчины-торнианцы численностью превосходили своих женщин в соотношении двести к одному. Это дало их женщинам огромное преимущество. Торнианки больше не оставались с одним мужчиной. Как только женщина дарила потомство мужчине, другие мужчины заманивали её драгоценностями, обменянными у кализианцев на продукты. В Кализианской Империи были те, кто считал, что они должны объявить войну торнианцам, хотя торнианские воины были сильнее и превосходили численностью кализианцев. Но сторонники войны считали, что если бы они захватили торнианскую планету, к примеру, такую, как Веста, то кализианцы смогли бы снова обеспечивать свой народ.

Император Лирон отказался воевать. Для него торнианцы были друзьями. Они пришли на помощь к кализианцам, когда те в ней нуждались, и Император не собирался терять таких союзников, напав на них.

Как только Император Вастери и женщина, которую он обнаружил на ганглианском корабле, были найдены и отправлены домой, Трейвон решил обыскать Понт. Он хотел выяснить, что здесь происходит. Для чего сюда явились ганглианцы? И почему залудианцы помогали им?

У него всё ещё не было ответов.

***

Гриф молча стоял позади генерала, позволяя своему взгляду скользить по бесплодному ландшафту Понта. Ему было трудно представить себе, что всё это когда-то было плодородной почвой, раем во всех Вселенных. Как утверждали старые тексты, Понт был полон такой жизнью и красотой, что люди преодолевали огромные расстояния, чтобы только взглянуть на это. А ещё Гриф не мог поверить, что бесчестье единственного мужчины смогло уничтожить всю эту красоту.

– Генерал.

– Что случилось, Гриф? – спросил Трейвон.

Трейвон сразу заметил, когда подошёл Гриф. А ещё он знал, о чём именно Гриф хотел поговорить, но Трейвон всё ещё не знал, как лучше поступить.

– Необходимо решить, что делать с выжившими, – сказал Гриф.

– Я знаю, – светящиеся голубые глаза Трейвона переместились с пустынного пейзажа на капитана.

– Их нельзя оставлять здесь и дальше, они ничего не делают и, при этом, потребляют ресурсы, предназначенные для кализианцев.

– Разве они не помогли расчистить территорию и устранить ущерб, причинённый залудианцами? – спросил Трейвон. – И разве мы не обязаны поддержать их после того, что они пережили на планете, которая находится в нашем ведении?

– Да, они помогли, – признал Гриф, ссылаясь на работу, выполненную мужчинами, – но больше нет причин для их пребывания здесь.

– И куда им идти, Гриф?

Молчание Грифа подсказало Трейвону, что у его заместителя не было ответа.

– Ещё есть вопрос с другой женщиной, Дженнифер. Что с ней? Мы оставим её здесь, пока она не очнётся? Или отправим её с ними и будем просто молиться Богине, чтобы она помогла ей?

И снова у Грифа не оказалось ответа на вопрос Трейвона.

– Она никогда не проснётся, Трейвон, – пробормотал Гриф.

– Тогда, это будет означать, что мы не смогли сохранить ещё одну женщину, оказавшуюся под нашей защитой. И сколько времени пройдёт до тех пор, как Богиня окончательно отвернётся от нас?

– Она не была под нашей защитой, Трейвон! Ты не можешь верить, что Богиня накажет нас за то, что с ней случилось!

– Молодые самки Императора Берто не были кализианками, – тихонько напомнил Трейвон. – И канцлер Аади, став свидетелем преступления против молодых женщин, решил не защищать их.

Трейвон вспомнил о женщине, обнаруженной Императором Вастери, и что он сам поступил как и его предок. То, что он рассказал лишь Лирону.

– Ты отказываешь в защите женщине лишь потому, что она не кализианка, чем же это отличается от той истории с изнасилованием?

– В этом… ты прав, – согласился Гриф. – Но о ней ведь всё равно позаботятся. Просто не здесь.

– Посмотрим, – уклончиво произнёс Трейвон.

 ***

 Джен перевернулась, лёгкая улыбка коснулась её губ, когда её тело погрузилось в мягкий тёплый песок пляжа. Боже, она обожала это чувство. Казалось, её обнимали две сильных, мощных руки, дарящие чувство безопасности. Она так долго была лишена этого.

Её легкая улыбка медленно истаяла.

Что такое?

Сев, Джен скользнула взглядом по тихим волнам, поджала пальцы ног и нахмурилась. Почему вода фиолетовая?

– Потому что так и должно быть, – подсказал ей мелодичный голос.

Обернувшись, Джен не обнаружила ничего, кроме песка и воды.

Внезапно она поняла, что сидела на пляже в одиночестве.

Где она? Почему она здесь?

– Потому что ты отказываешься уходить отсюда, – снова ответил голос.

– Но где я? – потребовала Джен.

– Там, где ты пожелала быть, вместо того, где должна находиться.

Каким-то образом неодобрение собеседника легко угадывалось сквозь мелодию, льющуюся отовсюду… и ниоткуда.

– А где я должна быть? – удивилась Джен.

– Посмотри на горизонт, – подсказал голос.

Джен посмотрела и увидела тёмные, клубящиеся облака, которые, казалось, бесновались, пытаясь приблизиться к её тихой гавани.

– Что это?

– Место, где ты должна быть, где ты необходима, где в тебе нуждаются.

– Никто во мне не нуждается. Они все ушли.

– Все? – вопрос повис в воздухе. – Почему ты так уверена в этом?

– Потому что я видела, как он умирал! – мучительно вскрикнула Джен, и волны, которые до этого нежно плескались у её ног, взметнулись вверх.

– Твоя пара.

– Да.

– А ты уверена, что он был твоей истинной парой? Или ты просто убедила себя в этом?

– Что?

– Настоящие пары связаны. Если связь сильна, если это действительно родственные души, то редко второй долго проживёт без своей половины.

– Я и не хотела…, – прошептала Джен.

– Но ты жива, – указал голос. – Почему? Ради кого?

– Что ты имеешь в виду?

– Ради кого ты выжила?

Джен нахмурилась, пытаясь вспомнить.

– Я… Меня спасла Мак… И ребята нуждались во мне. Я… Кимми! – память обрушилась на неё.

– Да, но ничто из этого не имело бы значения, будь он твоей истинной парой. Ты не смогла бы выжить без него.

– У него есть имя!

– Да, и какое? – вызывающе бросил голос.

– Его зовут… зовут…, – Джен не могла поверить, что ей с трудом приходилось вспоминать имя. – Тодд! – наконец закричала она.

– Он был твоей истинной парой?

– Он был моим мужем.

– Дашо – не то же самое. Может быть, твоя истинная пара всё ещё там, всё ещё ищет тебя, нуждается в тебе.

– Нет! – Джен не понимала, почему эта мысль причиняла ей боль. Она просто знала, что не хочет испытать такую боль ещё раз.

– Тогда почему ты здесь?

– Я же сказала. Потому, что Мак не позволила мне умереть. Ребята нуждались во мне, и ещё моя сестра.

– Я имею в виду, почему ты именно здесь?

Джен поняла, что этот красивый голос имел в виду крошечный участок земли, где она всё ещё находилась.

– Вместо того чтобы быть с ними?

– Потому что я не знаю, где они!

– Знаешь. Просто ты слишком напугана, слишком слаба, чтобы пойти туда, где тебе надо быть. И чем дольше ты здесь задерживаешься, тем больше вреда получит тот, кто беспокоится о тебе, пока не станет слишком поздно. И ты потеряешь всё, в том числе и его.

Джен хотела возразить на это обвинение, но обнаружила, что не может. Не тогда, когда она сидит, ничего не делая, просто дрожа, а тучи вдали становятся всё темнее и яростней. Джен испугалась. Ей не удалось сберечь столь многое… Родителей, сестру, мужа. Она не хотела ещё кого-нибудь потерять.

– Дженнифер… – ветер донёс слабый голос, и Джен изо всех сил попыталась распознать его.

– Кимми?

Джен встала и сделала нерешительный шаг в бушующую воду, но волна оттолкнула девушку назад. Она упала бы и была бы унесена во взъярившееся теперь море, если бы сильный порыв ветра не обернулся вокруг неё, удерживая Дженнифер на ногах. Страх начал отступать, когда ветер продолжил удерживать её, отгоняя все сомнения. Именно это она искала всю свою жизнь.

Тепло, необходимость и утешение.

Когда ветер начал стихать, пустота вновь наполнила её, как никогда раньше. Нет! Она больше не смирится с потерями! Она и так уже многое потеряла.

Не раздумывая, Дженнифер нырнула в воду. Она может умереть, но, по крайней мере, она умрёт, пытаясь вернуться к тем, кто её любит и нуждается в ней.

***

Трейвон смотрел на бессознательную женщину в регенераторе, всё ещё раздумывая над тем, как ему следует поступить. Не так давно он был вынужден отказать в защите другой нуждающейся женщине. Но сейчас его никто не заставлял. Теперь только он принимал решение. Да, другая женщина теперь стала Императрицей, и это значит, что сейчас она находилась в безопасности. Но это означало, что в то время это было правдой, и не освобождало его от вины. Он поставил продовольствие превыше благополучия женщины, как и его предок.

Когда крышка регенератора начала подниматься, он не смог остановить себя от того, чтобы не коснуться бледной кожи слишком тонкой руки. Это был первый раз, когда он прикоснулся к ней, кожа к коже.

До этого, её скрывала одна из серых накидок, которые выдали всем выжившим. В этой накидке он и нашёл девушку после нападения залудианцев. Он схватил её на руки и побежал с ней в медицинский блок. Потом один из её народа всегда был с ней рядом, но сейчас Маккензи ушла сообщить Луолу, что регенератор почти закончил работу. Трейвон мечтал о том, какой мягкой будет ощущаться бледная кожа Дженнифер, но его мечты даже не приблизились к реальности. Она была гладкой и шелковистой, мягче, чем самый прекрасный Химро, которого жаждали столько женщин.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю