Текст книги "Турецкий променад по набережной забытых обид (СИ)"

Автор книги: Люси Фер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава 10

Телефон, выдернутый их бессетевой пропасти начинает нещадно пиликать, жалуясь на безбожное количество сообщений и звонков от Наташи, расстроенной моим исчезновением.

– Блин… – ругаюсь я, набирая трясущимися пальцами номер новоиспеченной приятельницы.

– Неужели… – раздаётся недовольное в трубке, и я спешу быстрее оправдать столь некрасивый жест с моей стороны.

– Прости, Наташ! – тараторю я, объясняясь. – Ты не поверишь, но со мной случилась настоящая катастрофа! Я застряла в лифте… И это растянулось на целые два с половиной часа. Просто ужас…

– Не в каменном же веке живём… – недовольно тянет Наталья, – могла бы и предупредить. Час тебя возле бара как дура прождала…

– В том-то и дело, что, видимо, в каменном… Сеть вообще не ловила… Я пыталась тебя предупредить, всё время гипнотизировала несчастный телефон, но заветные палочки там так и не появились…

– Вот тебе и пять звёзд… – причмокивает приятельница. – Даже мои три звезды себе такого не позволяют…

– И не говори… – киваю я головой, будто Наташа может меня сейчас увидеть. – Такие деньги дерут, а сервиса кот наплакал…

– Требуй с них моральный ущерб! – смеётся она в трубку. – Скажи, что испытала сильный стресс на фоне длительного нахождения в замкнутом пространстве и упущенной по их вине возможности очаровать новым платьем местных мужиков.

– Ты действительно меня извини… – игнорируя её предложение бормочу я, – ненавижу подводить людей…

– Да, ладно, всякое в жизни бывает…

– Может перенесем наш поход в бар на завтра? – неожиданно предлагаю я.

– Это вряд ли… – грустно произносит моя турецкая подружка. – На завтра у нас большая экскурсия запланирована, боюсь приедем только вечером. Там уж точно не до развлечений будет… Может послезавтра? Хотя нет… – вдруг вспоминает она, – там тоже какой-то выездной шабаш, еще в России втюхали… А отказаться, денег жалко…

– Времени полно… – бодро отвечаю я, – как-нибудь точно выберемся.

– Конечно… – соглашается со мной Наташа, – но насчёт морального ущерба ты всё же подумай!

– Обязательно, – хмыкаю я, – хорошей экскурсии, пока!

– Чао-чао… – чмокает в трубку девушка и мы отключаемся.

– За все мои моральные терзания Орлов точно вовек не расплатится… – шепчу я в пустоту и иду в душ, хочется смыть с себя все события сегодняшнего вечера.

***

Утро следующего дня начинается для меня довольно поздно. Полночи я вертелась с боку на бок, то и дело прокручивая в голове наш с Орловым душевный разговор.

– Умеет же очаровывать, гад! – недовольно ворчала я в тишину тёмной комнаты.

Решив, наконец, выкинуть его из головы я убедила себя не обращать на важного птица никакого внимания.

– Хватит портить мой отпуск! – красные буквы внутреннего лозунга стояли перед моим мысленным взором, едва я раскрыла глаза, и я, бросив взгляд на часы, бодро вскочила с кровати.

– Еще успеваю на завтрак…

Наскоро приведя себя в мало-мальски божеский вид, я вышла из комнаты и, бросив обиженный взгляд на блестящие двери лифта, повернула к лестнице.

– Устроил же ты нам вчера приключения… – еле слышно прогундела я, скосив взгляд на соседнюю комнату.

Ресторан отеля был немноголюден, видимо основная масса уже давно подкрепилась и отправилась жариться на пляж.

Наложив на тарелку горы аппетитно-выглядящей еды, я уселась за неприметный столик в углу и обвела взглядом просторное помещение.

Во вкусе Орлову не откажешь… Внутреннее убранство отеля действительно на высоте.

– Всё как и у хозяина… – недовольно думаю я, уплетая вкусный завтрак. – Внешне конфетка, внутри табуретка…

За мыслями о том, как провести сегодняшний день пропускаю момент, когда его птичье величество, подхватив со стойки чашку кофе медленно бредёт по проходу, не сводя с меня своего тяжёлого взгляда.

– Твою мать! – мысленно чертыхаюсь я, внутренне готовясь дать отпор этому лгуну.

К счастью, неожиданно дорогу ему преграждает миловидная девушка в униформе работницы отеля, и что-то отчаянно пытается объяснить. Расценив это как свой шанс, я быстро вливаю в себя остатки терпкой кофейной жидкости и стараюсь незаметно прошмыгнуть прочь из объятого аппетитными запахами помещения. Несусь всю дорогу оборачиваясь назад, но смазливая птичья голова там так и не появляется.

– Это не дело… – бормочу я самой себе, затворяя дверь своей комнаты. – Веду себя словно пятилетняя трусиха!

Собравшись с внутренними силами, я принимаю решение больше никогда не бегать от Орлова, все его нападки принимать лишь с гордо поднятой головой и холодностью, которой бы позавидовала сама снежная королева.

– Получится ли?! – недовольно тянет мерзкий внутренний голосок, но выкинутый прочь из сознания, замолкает.

Экран телефона весело пиликает, вырывая меня из задумчивости, и я замечаю на экране сообщение от Майки.

«Привет, ты как? Надеюсь, Орлов тебя там не заклевал?!!»

«Вот еще, клюв не дорос! Привет, как Митюша?» – стараюсь я увести тему разговора от ненавистного мне пернатого.

«Зубы пережили… Снова начались сопли (((Я скоро сойду с ума! Как море?»

«Отличное…» – нагло вру я, осознав, что так ни разу еще и не искупалась в нём. «Но отель, конечно, не ахти. Вчера застряла в лифте на целых два часа…»

«Кошмар! Ты была одна? Я бы умерла от ужаса…» – добавляет она драматизма своим словам, закончив сообщение испуганным смайликом.

«Не одна. Угадай с кем?»

«ОРЛОВ?!!»

«Именно…»

«Судьба – сука. Иииииии??? Он жив??? Или мне пора вылетать в Турцию, чтобы помогать тебе с ликвидацией тела???»

«Ни один пернатый не пострадал. Ничего особенного… Просто более двух часов тихого соседства в темноте…»

«Мммм… Звучит как начало фильма из раздела для взрослых…»

«Дурочка… Точно нет!»

«От любви до ненависти, как говорится… Я шучу, конечно же))) Ты и Орлов, будто алюминиевый советский чайник и хрустальная сахарница – не пара😉!)))»

«Надеюсь, я не чайник)»

Несколько минут жду ответного сообщения от подруги, но телефон молчит. Видимо, Митюша решил заявить на мать свои права.

– Ну что ж… – перевожу я взгляд с часов на своё отражение в зеркале, – пора исправляться… Море зовёт…

– Только бы там не было Орлова… – проносится в голове писклявая мысль, но я упорно гоню её прочь, смело покидая свою крепость…

– Орлова для меня больше не существует… – словно мантру бормочу я про себя, направляясь на пляж. – Птица упорхнула из моих мыслей…

Глава 11

Время для посещения пляжа я выбираю неудачное. Все шезлонги, коих было достаточно много, заняты блестящими от солнцезащитных кремов и пота телами. Пустует лишь один шезлонг, но на него я даже не смотрю, опасаясь вновь столкнуться с яростным охранником…

Медленно ступая вдоль растекшихся по лежакам отдыхающих, я уже хочу было расстелить своё полотенце на песке у самой кромки моря, где, по правде сказать, тоже достаточно плотно, как сзади раздаётся смутно-знакомый мужской голос:

– Ханымэфенди! Ханымэфенди!

В недоумении я оборачиваюсь назад, уверенная что обращаются явно не ко мне, но меня ожидает сюрприз.

Пытаясь не потревожить отдыхающих, между рядами шезлонгов на меня несётся охранник Орловского лежака. Увидев, что я заметила его, он начинает весело мне махать и поравнявшись, наконец, со мной, выпаливает:

– Ханымэфенди, может занять тот лежак! – указывает он пальцем на своего подопечного, отчаянно стараясь перевести сбившееся от быстрого бега дыхание. – Миша бей позволять, ложись!

– Не понимаю, – в недоумении хмурюсь я, пытаясь осознать в чем подвох.

– Лежак! – словно дурочке по слогам растолковывает мне турок, подведя к одинокому служителю местного пляжа. – Тебе он можно, остальным нельзя! Миша бей сказать…

– Орлов разрешил мне валяться на его личном шезлонге?! – наконец, доходит до меня, и я кривлюсь от отвращения.

"Что за барские замашки?! Лживый недоделанный дворянин…"

– Я лучше на песке… – презрительно ухмыляюсь я, окидывая задумчивым взглядом забитое побережье.

А оно было действительно крайне переполненным…

– Хотя… – неожиданно даже для самой себя выпаливаю я. – С паршивой овцы хоть шерсти клок… Спасибо! – мило улыбаюсь я, кажется Аязу, и кидаю свои вещи на белый пластик.

– Гуд релакс! – счастливо скалясь, щебечет мужчина и, показав на прощение большой палец, уходит прочь.

– Релакс… – тяжело вздыхаю я и скинув с себя тунику, бодро шагаю в ласковые объятия лазурного моря.

– И ведь не обманула Майку… – довольно улыбаюсь я, выйдя на берег спустя полчаса. – Море действительно отличное…

Расслабленные нежными волнами ноги, вяло несут меня к Орловскому подарку, и я счастливо плюхаюсь на неожиданно доставшееся мне царское место. Спать хочется неимоверно, но понимая, что делать это под палящим солнцем не лучшая идея, я вновь наношу на себя спф-крем и достаю из сумки многострадальную «Джейн Эйр».

– Самое время… – бормочу я, раскрывая книгу и погружаясь в мир любовных волнений Шарлотты Бронте.

– И снова обманщик Эдвард… – раздаётся над моей головой спустя некоторое время, когда я почти погрузилась в лёгкую дрёму, наблюдая за треволнениями обманутой Джейн.

– Что? – испуганно дёргаюсь я, хмуро уставившись на довольное лицо Орлова. – Уже ухожу… – осознав, кто передо мной, начинаю я подниматься, спеша освободить королевское ложе пернатого.

– Куда? – недоуменно мрачнеет важный птиц и плюхается прямо на песок рядом со мной. – Надо поговорить…

– О чём… – начинаю собирать я свои вещи в сумку, закипая от гнева, – нам с тобой разговаривать?

– О многом… – уверенно отвечает Орлов.

– Кажется мы уже на той ступени отношений, когда разговорами можно лишь усугубить ситуацию, нежели что-то исправить… – пытаясь подняться с шезлонга восклицаю я, но сильная руку Орлова не даёт мне этого сделать. – Пусти!

– Эмма! – цедит важный птиц, смотря мне прямо в глаза. – Я уверен, что нам НУЖНО, – с нажимом выделяет он последнее слово, – поговорить. Я же вижу, как ты бегаешь от меня с самого приезда, делая вид, что сильная и независимая, а по факту, просто боясь вновь столкнуться с неприятным прошлым…

– Неправда… – кривлюсь я, в глубине души осознавая его правоту. – Мне тебе сказать нечего…

– Зато мне есть что сказать! – глубоко вздыхая, повинно качает головой пернатый. – Говорить могу лишь я, а ты просто молчи… Только не убегай, как привыкла это делать… Мне это нужно… Правда… Если хочешь, считай это моей эгоистичной прихотью, ведь именно так ты обо мне и думаешь…

– Как точно подмечено… – ухмыляюсь я в ответ на его самокритичность.

– Обещаю, что после этого разговора перестану к тебе лезть… Если ты, конечно, сама этого не захочешь…

– Еще чего… – перебиваю я его раздражённо.

– Даже сделаю вид, что отродясь тебя не знал…

– Заманчиво… – демонстративно смакуя, тяну я, – так уж и быть, дерзай!

– Когда я тебя увидел на ресепшене в день заселения, я обалдел… – неожиданно издалека начал Орлов, заставив меня нахмуриться. – Совру если скажу, что мысли о том, как я поступал с тобой в прошлом, волновали меня ежеминутно, но всё же нет-нет да и проскальзывало отвращение к себе и чувство вины… Я творил глупости и откровенно подлые вещи… Думал, что это весело и круто… Хотел отомстить…

– За что? – недоуменно качаю я головой, забыв о своём намерении молча выслушать словесный водопад пернатого.

– Сам не знаю… – пожимает он плечами. – Когда я увидел тебя тогда на вокзале, сразу узнал… Слишком приметные глаза… – ухмыляется он, едва заметно улыбнувшись. – И вновь мне показалось, что в них столько высокомерия и презрения, что ярость дико меня скрутила. Снова вспомнился тот день, когда вы пришли к нам домой, и как ты смотрела на меня свысока… Будто на грязь из-под ногтей…

– Неправда… – ошеломленно бормочу я.

– Я был уверен, что это так… Та наша встреча меня сильно выбила из колеи… Я был слишком мал, чтобы понять всю ситуацию, но слова, которыми твоя бабушка награждала мою мать были мне понятны… Они меня еще долго будоражили… Мать всегда вбивала мне в голову мысль, что единственный мужчина в семье, я должен быть её защитником… Но картина, как две высокомерные… – останавливается он, пытаясь подобрать подходящее слово, – гостьи поливают грязью мать на пороге нашего же с ней дома, еще долго стояла перед моими глазами и приводила в неимоверную ярость… Став старше я, конечно же, всё понял, но…

– Это не оправдание… – виновато пожимаю я плечами, – мне жаль, тогда я ничего не понимала… А бабушка… Порой она была слишком резкой и прямолинейной…

– Сейчас не об этом… – перебивает он меня, делая глубокий вдох. – В общем, я хотел извиниться перед тобой. Искренне… Я знаю, что ты не поверишь в это, ведь в твоих глазах я монстр… И отчасти ты права, но я должен это сделать… Прости! За все те пакости и откровенные мерзости, что произошли с тобой по моей вине… Вернуть бы всё назад, но, увы…

– Спасибо! – неожиданно произносит он, когда моё молчание затягивается.

– За что? – ошеломлённо отмираю я, вперив взгляд в счастливое лицо своего давнего недруга.

– Будто камень с души свалился… – искренне улыбается он мне и поднявшись подмигивает, – а теперь, как и обещал, я оставляю тебя в покое… Знать вас, девушка, не знаю, не знал… Но могу узнать, коль пожелаете… – ухмыляется он и, весело насвистывая песенку про жареного цыплёнка, отчаливает.

Буравя спину удаляющегося Орлова недоуменным взглядом, я неожиданно для себя осознаю одну важную истину.

– И у меня, Орлов! И у меня… – задумчиво бормочу я, ощущая блаженную лёгкость на душе.

Глава 12

С нашего разговора, а точнее Орловской исповеди, время неумолимо катится вперёд. Пернатый держит своё обещание, не попадаясь мне на глаза, а когда это всё-таки происходит, делает вид, что действительно меня не знает.

– Ты же этого и хотела! – цежу я своему отражению, когда в очередной раз волна недовольства его холодностью пожирает мои внутренности. – Чёртов Орлов, ненавидеть тебя было куда проще, а теперь поди разберись, что я к тебе чувствую… Быть может, Майка права, и от ненависти до любви дорожка короткая…

– Чушь… – трясу я головой недовольно, выбрасывая дурацкие мысли. – Я просто не знаю, как себя теперь с ним вести… Всего-то…

– Да-да… – шепчет мерзкий внутренний голосок, – потому-то и высматриваешь его каждый день по углам да к звукам за стеной прислушиваешься…

– Заткнись! – гневно топаю я ногой, но осознав всё безумие своего поведения, устало опускаюсь на кровать. – Я схожу с ума…

Телефон неожиданно оживает, и я хватаюсь за него как утопающий за спасительный круг.

– Привет, Наташ! – весело произношу я в трубку, прочитав имя звонящего.

– Эмма… – также счастливо тянет она. – Не забыла ещё?

– Как можно?!

– Прости с этими экскурсиями ни продыху… Все дни в разъездах… Чтоб я еще когда-нибудь повелась на сладкие речи турагента… Лучше лежания у моря, может быть только купание в нём… Ну и посещение местного бара… Ты как?

– Я только за… – с энтузиазмом произношу я, расценивая это как лучший шанс выкинуть из головы надоедливого Орлова.

– Тогда в семь возле твоего отеля!

– Отлично… – соглашаюсь я, прикидывая, сколько времени на сборы у меня есть.

– И это… – перед самым отключением тянет приятельница, – давай по лестнице!

– Конечно! – смеюсь я, – по граблям не топчусь…До встречи… – нажимаю я на отбой и замираю от странной мысли, проплывшей в моём мозгу.

«А что, если бы я застряла с Орловым в лифте сегодня?!»

Фривольные сцены в темноте тесного пространства заставляют меня брезгливо поморщиться и строго приказать себе выкинуть все бредни из головы.

– Сколько можно?! – кривлюсь я своему отражению в зеркале ванной комнаты, куда зашла в поисках успокоения. – Идиотка! Думай только о вечере! Думай только о вечере!.. – стараюсь запрограммировать я себя, но получается это из рук вон плохо.

Включив на телефоне незамысловатый альбом любимой группы, я начинаю наводить марафет перед долгожданным походом в бар. Орлов, наконец-то, покидает мои измученные мысли, и я довольная подпеваю голосистому солисту, абсолютно не попадая ни в одну ноту:

«Я свобоооооден… Словно птица в небесах…»

– Тьфу ты… – ругаюсь я, переключая некогда нравившуся песню, – опять этот птиц в мозги залетел… Чтоб его…

Спустя два часа попеременного успеха с выкидыванием пернатого из своих мыслей, я осматриваю своё отражение и, довольно подмигнув себе, выхожу из комнаты, направляясь в сторону лестницы. Бросив быстрый взгляд на блестящие створы лифта, я окидываю взглядом пустой коридор и ловлю себя на мысли, что хотела бы покрасоваться перед Орловым своим наведенным образом.

– Дура! – вновь и вновь отчитываю я себя, медленно спускаясь по лестнице.

Важный птиц так и не пролетает мимо.

– Ну и слава Богу! – выдыхаю, наконец, приветственно махая рукой нетерпеливо ожидающей меня Наташе, которая неотразимо выглядит в длинном платье цвета морской волны, зазывно открывающем объёмную грудь.

– Куда путь держим? – после радостных объятий спрашиваю я приятельницу, и та хитро подмигивает мне, подхватывая под локоть.

– Место закачаешься! Оторвёмся… – мечтательно тянет она, ведя меня прочь от отеля.

– А название у этого места есть?

– Нирвана… – кивает Наташа, и под мой смех мы направляемся в место неземного наслаждения.

Бар надо отдать должное действительно оправдывает своё название и положительные отзывы, которые тщательно изучила Наташа накануне. "Нирвана" производит приятное впечатление и заставляет расслабиться в окружении стильной обстановки современного лофта.

– С чего начнём? – задумчиво шарит взглядом по меню подруга, едва мы усаживаемся за небольшой столик практически в центре. – Может с коктейлей?!

– Каких? – улыбаюсь я ей, – выбор доверяю тебе, я в этом совсем не сильна…

– Официант… – лихо подзывает она к себе вышколенного парня в униформе работника данного заведения, – нам, пожалуйста, это… – указывает она уверенно пальцем на манящую картинку в меню, – это, это и это…

– Немного ли? – кидаю я вопросительный взгляд на приятельницу, когда любезный официант молниеносно срывается с места, чтобы исполнить наше поручение.

– Для разогрева в самый раз… – пожимает она плечами, обведя взглядом пока еще немноголюдный зал. – Пожалуй сегодня я отойду от своих принципов и познакомлюсь с каким-нибудь горячим турком… Одиноко… – ухмыляется подруга, в упор рассматривая симпатичного мужчину за соседним столиком.

– Если ты этого хочешь… – недоумённо пожимаю я плечами.

– А ты? – перебивает она меня.

– Вряд ли… – отрицательно качаю я головой, но мысли об Орлове вновь выедают мой мозг, и я решаю поменять своё мнение. – Хотя ни к чему не обязывающий флирт, еще никому не мешал…

– Верно! – довольно хлопает ладонью по столу Наташа, и завидев спешащего к нам официанта, счастливо выпаливает. – Наконец-то! За нас!

Звон бокалов, наполненных пузырящейся яркой жидкостью, звучит подобно раскату грома, но я не обращаю на это ни малейшего внимания, смакуя приятную сладость заказанного Наташей напитка.

– Вкусно… – бормочу я, не отрываясь от трубочки.

– А то! – не смотрит она на меня, салютую своим бокалом примеченному раннее красавцу. – Сейчас повторим! – уверенно шепчет она, и официант действительно вновь приносит нам напитки с посланием от симпатичного господина.

– Желает к нам присоединиться… – объясняет мне кокетка, не переставая строить глазки горячему брюнету. – Что скажешь?

– Если ты хочешь… – пожимаю я плечами, хотя, по правде сказать, не особо радуюсь незнакомой компании.

– Омер! – представляется, подошедший через несколько минут турок, обволакивая нас обаятельной улыбкой. – Не против? – кивает он на стул рядом с Натальей.

– Конечно… – отвечаю почему-то я и подруга радостно сияет. – Эмма!

– Наталья… – приосанившись, улыбается нашему новому знакомому девушка. – Один здесь?

– Жду друга… – на неплохом русском говорит Омер, – сейчас прийти.

– Откуда русский знаете? – с неподдельным интересом окидываю я его взглядом.

– Кто его тут не знает… – уходит он от ответа и неожиданно машет рукой. – Керем!

Оборачиваюсь, чтобы увидеть долгожданного друга Наташиного поклонника, и в ступоре замираю.

Позади симпатичного черноглазого брюнета, что уверенно направляется к нашему столику, маячит внушительная фигура пернатого в сопровождении миловидной девушки и высокого блондина.

– Прилетели… – недовольный шёпот самовольно срывается с губ, и тёмный взгляд Орлова неожиданно натыкается на меня. – Птичка в клетке…

Глава 13

– Что? – недоуменно хмурится подошедший Керем.

– Показалось… – наигранно отмахиваюсь я, стараясь не смотреть туда, где мгновение назад видела важного птица. – Эмма… – протягиваю я ему руку, которую он ласково целует.

– Манеры… – подняв важно бровь, подмигивает мне Наташа. – Наталья…

– Приятно… – обаятельно улыбается нам мужчина, проделывая тот же жест с её рукой, и присаживается на стул возле меня.

Разговор начавшийся с чего-то незамысловатого перерастает в живую полемику, и я не замечаю, как один бокал сменяет другой, а веселые градусы начинают живо растекаться по моему телу, окуная его в тягучую вялость.

– Может потанцуем? – слегка заплетающимся языком обращаюсь к Керему спустя некоторое время.

Орлов с компанией сидит за дальним столиком и не обращает на меня никакого внимания, что неимоверно злит моё перебравшее коктейлей эго.

То и дело я буравлю его спину недовольным взглядом, каждый раз одёргивая себя и заставляя возвращать внимание своему турецкому спутнику.

– Конечно… – поднимается Керем, лучезарно улыбаясь, и подаёт мне смуглую жилистую руку.

– Оххх… – хохочу я, когда ноги отказываются меня держать, и крепкие объятия моего нежданного ухажёра не дают мне позорно встретиться с полом турецкого бара.

– Всё хорошо… – подбадривает меня Керем, крепко прижимая к себе пошатывающееся тело.

– Пойдём туда… – указываю я ему пальцем на свободную танцевальную площадку неподалёку от столика пернатого.

«Почему-то ужасно хочется, чтобы этот зазнавшийся птиц увидел меня в объятиях другого и … и что?» – недоуменно одёргивая я саму себя, резко останавливаясь, – «Зачем я всё это творю?!».

Ответы так и не рождаются в моём утопающем в алкоголе сознании, либо же я просто не хочу их знать…

– Давай здесь… – улыбаюсь я озадаченному Керему, который в замешательстве от резкой остановки на середине пути, буравит меня ничего не понимающим взглядом.

«Танцевать возле Орлова, какая глупость…» – рассуждаю я мысленно, медленно покачиваясь под нежную мелодию.

«Взбредёт же в голову… Слава Богу одумалась», – кидаю я быстрый взгляд на Орловскую спину, что находится от нас на достаточном отдалении.

«Веду себя как малолетняя влюблённая дурочка…» – веду я мысленный диалог с самой собой, вспоминая, сколько таких же нелогичных, демонстративных проявлений влюбленности видела у своих юных учениц.

«Влюблённости???!!!» – цепляюсь я за колючее слово, споткнувшись о свою же ногу.

– Чёрт! – выпаливаю я, тяжело вздыхая. – Не может быть!

– О чем ты? – заинтересованно улыбается Керем, не сводя с меня чёрного взгляда.

– Не важно… – отмахиваюсь я, – задумалась…

– Надеюсь обо мне? – горячий взор турецкого донжуана, заставляет толпы мурашек кочевать по моему телу.

– Конечно… – смущённо откашливаюсь я, – о ком же еще думать во время танца, как не о своём партнёре?!

– Ты права! Танец как секс, когда каждый думает о партнёре, получается феерия…

– Эмм… – не нахожусь я с ответом, отчаянно краснея, – откуда вы с Омером так хорошо знаете русский? – стараюсь я увести разговор с щекотливой темы, которая, честно сказать, меня слегка нервирует.

– Рабочая необходимость… – шепчет он мне на ухо, и я ужасно хочу отстраниться от очень притягательного, но отчего-то начинающего меня раздражать турка.

– Я устала… – стараясь скрыть своё недовольство, бормочу я. – Вернёмся к ребятам…

– Желание дамы… – галантно возвращает он меня за стол, бросая странный взгляд на мило воркующую парочку.

Танец слегка разгоняет моё алкогольное помешательство, возвращая нотки природной серьёзности. Опускаю взгляд на часы и с ужасом осознаю, что время неумолимо катиться к рассвету.

– Ничего себе… – бормочу я ошеломленно, – мне уже пора…

– Да ладно… – отмахивается Наташа, оторвавшись от своего кавалера. – Один раз живём…

– Да нет, правда… Поздно уже, то есть рано… – путаюсь я, – пойду, а вы оставайтесь, дорогу я помню… – отчаянно стараюсь припомнить наш с Натальей недолгий маршрут от отеля.

– Прекрати… – одёргивает меня Керем, – настоящий мужчина никогда не отпустит девушка одну ночью… Я провожу тебя…

– Не стоит… – стараюсь отмахнуться я от него.

Мысль о возращении в отель в компании нового знакомого отчего-то мне совсем не нравится.

– Не обсуждается! – уверенно отрезает он, сжав мою руку. – Это воспитание!

– Пропустим по стаканчику на дорожку… – неожиданно выпаливает Наташа. – На ход ноги так сказать…

– Мне уже хватит… – морщусь я, отрицательно качая головой, которая начинает противно ныть.

– Да, прекрати… – хитро тянет подруга, подзывая к себе официанта и называя ему какие-то замысловатые наименования. – За приятное знакомство нужно выпить! – строго смотрит она на меня, убеждая в своей правоте. – Мы с Омером, пожалуй, с Вами пойдём. От громкой музыки уже голова трещит…

– Как скажешь, моя королева… – целует ей руку ухажёр, и я стараюсь скрыть своё веселье от подобного обращения к приятельнице.

– Ну если только немного… – наконец, соглашаюсь я, буравя взглядом небольшие стопки с белой жидкостью, живо принесённые официантом.

– А много тебе никто и не предлагает! – смеётся приятельница, разом опрокидывая в себя содержимое рюмки.

– Если не хочешь… – неожиданно притягивает меня к себе Керем, – не пей. Не каждый способен столько в себя вливать…

– За знакомство… – пожимаю я плечами, отстраняясь от мужчины и повторяю то, что минутой назад проделала подруга.

Легкая кокосовая сладость оседает на языке, и я стараюсь ощутить полный вкус напитка, но ядовитая горечь не даёт мне этого сделать.

– А что это было? – недоуменно спрашиваю я у Натальи.

– Не важно… – отмахивается она от меня, копаясь в своей сумке.

Понимая, что перед выходом следует расплатиться, я тянусь к своей сумочке, но та упорно не желает оказаться в моих руках.

Едва ли не падая со стула, пытаясь дотянуться до своего маленького клатча, я отчаянно моргаю, пытаясь сфокусировать расплывающийся взгляд на поймавшем меня Кереме.

Сделать это не выходит, окружающее пространство размывается и кружится вокруг меня с бешенной скоростью, неоновые полосы то и дело вспыхивают перед глазами, заставляя меня щуриться и пытаться прикрыть их руками.

– Что-то мне… – деревянный язык не слушается, а слова тонут в глубине погружающегося в кисельный мрак сознания.

– Пойдём… – будто сквозь толщу воды слышу я любезный голос Керема. – Перебрала слегка, провожу до отеля…

С задержкой доплывают до меня фразы мужчины, видимо, из разговора с кем-то неизвестным.

Постепенно показная нежность сходит на нет, делая его объятия всё грубее и требовательнее. Таща моё вяло сопротивляющееся тело в неизвестном направлении, Керем что-то недовольно выговаривает кому-то на турецком языке, ответа, однако, я не слышу.

Лёгкий щелчок открывшейся двери подсказывает мне, что мы поравнялись с машиной, в которую Керем не церемонясь меня впихивает. Красная лампочка тревоги, что едва заметно мерцала в одурманенном сознании, начинает отчаянно вибрировать, заставляя меня неуклюже сопротивляться. Все мои попытки выбраться не приносят ни малейшего результата, ощущаю себя подобно мухе, застрявшей в липкой медовой сладости, которая как бы ни старалась, обречена на провал.

– Пусти! – хочу закричать я во всю силу лёгких, но лишь сиплый шёпот вырывается из саднящего горла.

– Заткнись! – зло выплёвывает турок и отвешивает мне звонкую пощёчину.

Боли не чувствую, но голова с силой откидывается назад, заставляя меня испуганно охнуть.

– Не хочу… – едва слышно хнычу я, приподнимаясь и стараясь выбраться из машины, но жесткие руки вновь и вновь возвращают мои ноги в салон авто.

– Ты глухой?! – неожиданно раздаётся откуда-то сверху, и я ощущаю свободу от грубо запихивающих меня в салон автомобиля рук.

В непонимании стараюсь подняться, но сильнейшее головокружение опрокидывает меня на кожаную обивку сидения…

Стараясь побороть накатывающую волну тошноты, пропускаю момент, когда свежий воздух наполняет лёгкие, а удушающий сладостью запах салона оказывается позади.

Дикая ярость в тёмных глазах – последнее, что я вижу перед тем, как окунуться в пучину безмолвия…