Текст книги "Рождённые во грехе (ЛП)"

Автор книги: Люси Дарлинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

Глава 16

Мона

Я лежу в постели и не могу уснуть. Все, о чем могу думать, это о Маттео и о том, что может происходить прямо сейчас. Ворочаюсь с боку на бок, пока, наконец, не сдаюсь и не решаю пойти заварить чай. Когда открываю дверь спальни, то замираю, увидев фигуру, стоящую в коридоре за дверью Райли.

– Это я. – Николай включает свет в прихожей.

Я замечаю кровь в уголке его рта и на правой брови. Но более того, я вижу, что у него в руках пистолет.

– Что ты делаешь?

– Думаю, лучше спросить, что делает Райли? – Николай без стука дергает ручку ее двери, но она не открывается.

– Что, черт возьми, ты делаешь? – я бросаюсь к нему, когда он поднимает ногу и вышибает дверь. – Стой! – хватаю его за рубашку сзади, но она просто выскальзывает у меня из рук. Плюхаюсь на задницу в коридоре. Райли вскакивает с кровати, пытаясь прогнать сон.

– Николай? – она трет глаза.

– Где он? – он возвышается над ней на кровати. Райли отодвигается, пока не ударяется спиной о спинку кровати.

– Они у тебя? – кричит Сэл из коридора.

Он, спотыкаясь, направляется ко мне. Я вижу, как по его руке стекает кровь. У Сэла тоже в руке пистолет.

– Где он? – Николай наклоняется, заглядывая Райли прямо в лицо. – Скажи мне, и твое наказание будет не таким уж страшным.

– Что с тобой не так? – спрашиваю я, поднимаясь на ноги.

– Прекрати! – Сэл прислоняется к стене, чтобы не упасть.

Я игнорирую его и врываюсь в комнату.

– Не надо. – Николай поворачивается и бросает на меня свирепый взгляд, его глаза темны как ночь. Я замираю на месте. Он снова обращает свое внимание на мою сестру.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – шепчет она.

– Хорошо. – Он хватает ее за запястье и стаскивает с кровати. Николай сыплет проклятиями. – Что на тебе надето? – на Райли только трусики и футболка.

– Я спала, – огрызается Райли в ответ. Николай снимает свою рубашку, прежде чем надеть на нее. – Мои очки, – она хватает их с ночного столика. Без них Райли ни черта не видит. Николай выхватывает их у нее из рук.

– Что еще ты привезла с собой из своей прошлой жизни? – Райли хмурит брови.

– У нее трекер. – Сэл откашливается, давая мне понять, от чего, черт возьми, Николай сходит с ума.

– Сэл! – Райли замечает его в коридоре. Она пытается подбежать к нему, но Николай хватает ее за талию, отрывая от полв, чтобы остановить. Прижимает ее к себе, когда та пытается вырваться. Ее ноги болтаются в нескольких дюймах от пола.

– Я в порядке, Рэд.

– Как, черт возьми, ты ее называешь? – рявкает Николай.

– Боже мой! Сосредоточься. – Вскидываю руки вверх.

– Есть только один способ, которым ваш брат узнает, что вы двое здесь, – говорит Николай. – Итак, что ты принесла с собой?

– Ничего. Вы все похитили меня. Было только то, что на мне, моя одежда.

– Ее здесь нет. Нам пришлось купить Райли новые вещи. Она не лжет. Они забрали ее только в том, что было на ней.

– Очки. – Николай бросил их на пол, а затем растоптал.

– Нет. – Райли всхлипывает.

– Ты злишься, что он не может отследить тебя сейчас? – Николай опускает ее обратно на кровать и наклоняется, чтобы проверить очки.

– Я ничего не вижу, придурок! – Райли швыряет в него подушкой.

Он отбрасывает ее, стоя с крошечным осколком на кончике пальца.

– Вот, – он показывает Райли.

– Я. Не. Вижу! – она подчеркивает каждое слово.

– Должно быть, они надели это на нее, – говорю Николаю.

Все его тело напряжено. Он похож на бомбу, которая вот-вот взорвется, и я действительно не хочу этого видеть. От меня не ускользнули шрамы, которые были похожи на глубокие порезы у него на спине. Такое чувство, что Николай может быть пугающим, когда его провоцируют.

– Ненавижу их. Я бы никогда ничего не сделала, чтобы помочь им, и не стала бы рисковать жизнью своей сестры. – Райли опускается на кровать.

Она права, никто из нас сознательно не стал бы ничего делать, чтобы помочь нашей семье. На самом деле, они не наша семья. Они никогда ею не были.

Николай идет в ванную. Секунду спустя слышу, как в туалете спускают воду.

– Давай, – приказывает он, но не ждет, пока Райли встанет. Он стаскивает ее с кровати.

– Что происходит? – я преграждаю Николаю путь к двери.

– Твой брат в здании.

– Где Маттео?

Прежде чем Николай успевает ответить, слышу выстрелы. Николай выдает еще одну фразу по-русски. Сэл заходит в комнату и проверяет свой пистолет, и я слышу, как он взводится.

– Оставайся с ними, – приказывает Сэл.

– Тебе чертовски больно. Я пойду. – Николай ставит Райли обратно на пол. – Держи свою маленькую задницу в этой комнате, – почти рычит он на нее.

Я отодвигаюсь с его пути. Николай выходит в коридор. В ту же секунду он поднимает пистолет и делает два выстрела. Райли вскрикивает.

– Все в порядке, – говорит Николай небрежно, как будто опрокинул вазу или что-то в этом роде. Опускает руку вдоль тела. – Я его не убил.

– Но это сделаю я, – слышу голос Маттео.

Выбегаю в коридор и вижу, что Маттео стоит над телом. Оно стонет, прежде чем попытаться встать. Мои глаза встречаются с теми, что вижу в зеркале каждый день.

– Ты думаешь, что можешь входить в мой дом? – Маттео поднимает мужчину с пола за волосы. Вижу огнестрельные раны на ноге Эйдана. Я почти не узнаю Маттео. – Прийти за моей женой и ребенком. – Маттео приставляет нож к шее брата. А я стою, не в силах отвести взгляд.

– В комнату. – Николай заталкивает сестру обратно в спальню, откуда она высунула голову.

И тут Маттео замечает меня, стоящую в конце коридора. Мой брат тоже.

– Мона, – окликает он.

– Заговоришь с ней еще раз, и я отрежу твой гребаный язык. – Это тот самый Маттео Каттанео, о котором я слышала истории. – Возвращайся в спальню, amore mio, – его тон смягчается, когда обращается ко мне.

Я склоняю голову набок. Если хочу быть женой этого человека, жить такой жизнью, мне нужно показать ему, что я могу.

– Хорошо, любимый. – Улыбаюсь ему. – Не задерживайся допоздна. Люблю тебя.

Он ухмыляется.

– Я тоже люблю тебя, маленький кролик.

Отворачиваюсь от Эйдана О'Хэйра. Так же, как он всегда делал, когда дело касалось меня и Райли. Имя семьи умрет вместе с ним.

Я была рождена, чтобы стать Каттанео. Такой всегда была моя судьба.

Эпилог

Матео

Годы спустя

– Папочка! – Алисия с визгом бежит ко мне, когда я выхожу из лифта. Ее рыжие косички подпрыгивают во все стороны. Подхватываю ее на руки, ее маленькие ручки касаются моих щек, и она трется своим носиком о мой. Хихикает, когда я делаю то же самое в ответ.

– Как поживает моя зайка?

– Объелась сахара, – кричит Эмма из кухни.

– Нет.

Не уверен, что верю ей. Ее личико все еще покрыто глазурью. Алисия может быть немного помешана на кексах. Мы никогда не сможем уличить ее в краже, но она как-то умудряется это делать.

– Ты разрешаешь своей сестре готовить кексы? – спрашиваю своего сына Данте, который сидит на диване в гостиной с компьютером на коленях. В свои шесть лет малыш справляется с работой лучше, чем я. Это то, что я получаю за то, что однажды позволил Зеро посидеть с ребенком.

– У нас есть кексы? – он подавляет ухмылку, когда говорит это.

Алисия хихикает, зная, что брат никогда ее не бросит. Уверен, что он даже помогает ей. Ставлю Алисию на ноги. Она подбегает к своему брату и плюхается рядом.

До появления Моны я никогда не думал, что у меня может быть семья. Но я каждый чертов день благодарю свою счастливую звезду за то, что она столкнулась со мной в моем клубе той ночью.

– Ты будешь с ней допоздна, когда она будет отскакивать от стен. – Я смотрю на время.

– Сегодня вечер свиданий! – Алисия поет нараспев.

Точно. Кстати, о том, где моя жена?

Направляюсь в спальню. Мы часто остаемся в городе, когда у нас намечаются свидания. Мы меняем дом в зависимости от того, что происходит. Мы с Моной не проводим ни одной ночи порознь. Я не могу уснуть без нее, и знаю, что она будет волноваться, если меня не будет в постели в конце ночи.

Когда нигде ее не нахожу, я возвращаюсь в гостиную и достаю свой телефон.

– Она ушла, – сообщает Данте.

– Ушла в самом красивом блестящем платье на свете! – сообщает мне Алисия.

– Это так? – я стискиваю зубы. Мне требуется всего секунда, чтобы найти свою жену. Я зол, потому что никто не сказал мне, что она покинула квартиру. Когда вижу, где она, не уверен, злиться мне или предвкушать что-то новое.

– Я принесла, – говорит Эмма, выходя из кухни. – Мы с Алисией собираемся испечь печенье.

– Кексы! – возражает Алисия, заставляя Эмму закатить глаза, но мы все знаем, что они будут печь кексы.

Рыжеволосые женщины в доме в конце концов всегда получают то, что хотят. Трудно сказать им «нет».

– Ведите себя прилично, – велю я детям, целуя их в макушки, прежде чем спуститься к своей машине.

Мне не требуется много времени, чтобы добраться до своего клуба. В моей памяти всплывает та ночь, когда я встретил Мону. Никогда не пойму, как я мог поверить, что она меня подставила. Только не мой милый маленький кролик. Эта девушка стала моей в ту же секунду, как я увидел ее. Она тоже это знала. Наша связь была несомненной.

Даже если бы не нашел ее в тот вечер на вечеринке по случаю помолвки, это был бы только вопрос времени. Я искал ее и не остановился бы, пока не обнаружил. Даже если не понимал, что собираюсь делать с ней, когда найду.

Не хочу думать о жизни без нее. Не уверен, как вообще жил без нее. Все, что я делал, это работал. Больше у меня ничего не было. Я ни от чего не получал удовольствия. Неудивительно, что в ту же секунду, как прикоснулся к ней, я стал зависимым. Она была единственным, чего я когда-либо жаждал.

– Я отшлепаю ее по маленькой заднице. – Стискиваю зубы, когда вижу, как она стоит у стойки бара.

Эти рыжие волнистые волосы невозможно не заметить. Какой-то панк стоит рядом с ней и разговаривает. Мона пару раз кивает головой. Все ее изгибы выставлены на всеобщее обозрение. Это платье, которое на ней надето, должно быть объявлено вне закона. По крайней мере, чтобы появляться в нем на публике.

Мона любит прихорашиваться. Мне нравится, когда она устраивает для меня один из своих показов мод. В уединении нашей гребаной спальни.

Она, должно быть, чувствует меня, потому что бросает взгляд в мою сторону, и на ее сочных губах появляется легкая ухмылка. Скоро она обхватит ими мой член. Идиот рядом с ней продолжает что-то бормотать, но теперь наши взгляды прикованы друг к другу. Ее щеки розовеют по мере того, как я приближаюсь к ней.

Мне нравится, как она все еще возбуждена из-за меня, но я ненавижу, когда кто-то еще видит ее такой. Я ревнивый ублюдок, желающий, чтобы все эти моменты были видны только моим глазам.

Хватаю парня сзади за шею. Он издает писк.

– Отвали. – Отпускаю его, толкнув. Он отваливает.

– Маттео. – Мона кладет руки на свои пышные бедра, которые стали еще полнее после того, как она родила наших детей.

Черт, мне нужно к ним прикоснуться. Хватаюсь за них и притягиваю ее к себе, чтобы она почувствовала, какой я чертовски твердый. В конце концов, именно она позаботится об этом.

– Это была твоя вина. Тебе повезло, что я не отвел его в подвал.

– Зачем ты это сделал? – она скользит руками по моей груди и обнимает за шею. – Когда ты сможешь отвести меня к себе в офис? – Мона прижимается ко мне. – И я смогу позаботиться о тебе. – Мои руки скользят по ее заднице.

– На этот раз не убежишь, крольчонок. – Не то, чтобы у нее когда-нибудь снова будет такой шанс.

– Может, тебе стоит связать меня.

– Это доставит мне удовольствие. – Я поднимаю ее на руки.

– Чувствую, что и мне тоже.

Она права. Так и будет, но я всегда получаю удовольствие от того, что даю своей жене то, что она хочет. В конце концов, она дала мне все остальное.