Текст книги "Забытая сторона перемен. Как творческий подход изменяет реальность"

Автор книги: Люк Брабандер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Парадигмы

Парадигмы – которые обычно не несут такой же негативной нагрузки, как стереотипы, к сожалению, еще более опасная ловушка. Стереотип ловит нас с помощью небольшого и конкретного обмана, парадигма чревата куда большими неприятностями. Парадигма (παραδειγμα) по-гречески означает «модель, образец, пример». Это слово зазвучало с новой силой в 1962 году, когда австрийский ученый Томас Кун опубликовал «The Structure of Scientific Revolutions» («Структура научных революций»), книгу, значение которой продолжает возрастать.

Согласно Куну, история знаний нелинейна: обучение не происходит непрерывно. И хотя исследователи и ученые в основном работают в заданной системе координат, время от времени они не в состоянии объяснить некоторые явления. Они наталкиваются на парадоксы и не могут сдвинуться с места. Именно тогда и наступает время определить новый контекст мышления. Иными словами – в формулировке, впервые предложенной Куном, – это момент «парадигмального сдвига».

Зачастую новая парадигма катализируется работой выдающегося человека. Гении: от Ньютона, Лавуазье и Дарвина до Фрейда и Эйнштейна – все вместе и каждый по-своему, помогли человечеству выбраться из проторенной колеи.

Другие, столь же важные, парадигмальные сдвиги не обязаны своим возникновением некоей личности. Распространение всеобщего избирательного права или представление об ограниченных возможностях нашей экосистемы, к примеру, тоже парадигмы.

Поэтому стремление рассмотреть экономическую систему с точки зрения парадигм не просто искушение. Оно напрашивается само, если, слегка отступив, обозреть огромные перемены, происходящие на переломе тысячелетий, и увидеть паузы и переломы в эволюции мира.

Распространение телекоммуникационных сетей, глобализация рыночной экономики, новые экологические ограничения, вновь возникающие политические и финансовые структуры, только недавно осознанная важность некоммерческого сектора и растущее значение средств массовой информации – все указывает на глубокую трансформацию рабочего контекста, которая вынуждает каждого определить свою личную стратегию перемен.

Парадигмы, следовательно, мешают нам разглядеть перемены, происходящие во внешнем мире.

Видение мира

Глядя на мир, мы постоянно создаем формы. Однако здесь нужно проявлять осторожность, потому что само это меняет наше восприятие мира!

Видение против восприятия

Глаз – не совершенная камера. Более того, в процесс вмешивается сама личность оператора. Все, что человек представляет собой, – все усвоенное, увиденное и испытанное, – увеличивает число искажающих зеркал. Все мы не раз замечали: стоит только услышать о некоем товаре, как он вдруг бросается в глаза в магазине, где давно лежит на полке.

Достаточно собраться купить машину «Рено», как мы внезапно начнем все чаще замечать такие же на дорогах. Узнав, что скоро стану отцом близнецов, я вдруг осознал, что на улицах полно двойных колясок! Если у вас болит спина, вы будете поражены тем, как много людей страдает от этого. Те, кто говорит вам, что у вас усталый вид, часто сами изнемогают от переутомления.

Оттого что мы видим неясно – даже если у нас отличное зрение, – наше восприятие деформирует вещи, искажает и туманит картину и приводит нас к ошибкам. Полная луна выглядит непомерно большой возле горизонта и следует за нашей машиной, миражи появляются в пустыне, соседний поезд трогается, а нам кажется, что наш поехал назад. Мы любим не то, что прекрасно, а называем прекрасным то, что мы любим.

Видение против веры

Наши убеждения тоже играют немалую роль. Отношения между глаголами «верить» и «видеть» двусторонни. Мы верим тому, что видим – безусловно, но иногда мы видим то, во что верим. Если вы верите, что кто-то – хороший человек, вы будете воспринимать его как хорошего человека.

Этот механизм настолько силен, что он часто искажает сам объект. Маленькая девочка изо всех сил заталкивает в паз кусочек головоломки. Фрагмент не подходит, но ее уверенность несокрушима.

Эдгар Морин приводит хороший пример в одной из своих последних книг. Ему неожиданно понадобилось справить нужду в самом центре Парижа, и он несказанно обрадовался, увидев на другой стороне бульвара вывеску «urinoirs» (писсуары). То, что он увидел, перейдя на другую сторону улицы, грубо напомнило ему о законах восприятия; на вывеске говорилось «luminaires» (лампы). Я вспомнил о нем однажды, когда ехал на велосипеде вдоль дороги, по которой с громыханием проносились грузовики. Я был счастлив, увидев в конце концов знак, указывающий на велосипедную дорожку. Но когда я до него доехал, то оказалось, что это была не пиктограмма велосипеда, а цифра 100, показывающая проделанное расстояние.

Видение против знания

Отношения между глаголами «видеть» и «знать» тоже очень интересны.

Инженер никогда не подойдет к проблеме так же, как юрист, бухгалтер не будет решать задачу так, как сделал бы это пианист, независимо от того, что это за задача. То, что мы испытали в прошлом, формирует «оси» нашей системы будущего! И пусть мы уже 500 лет знаем, что Земля вращается вокруг Солнца, мы по-прежнему видим, что солнце заходит за горизонт. Все это подтверждает тезис нейробиолога Фодора, который утверждает, что различные мозговые способности не сообщаются между собой.

Чтобы доказать это, он часто обращается к оптическим иллюзиям вроде иллюзии Мюллера-Лайера на рис. 3.14. Даже зная, что линии одной длины, вы все равно видите, что одна из них короче. Исследования показали, что эта иллюзия работает даже на рыбах и на птицах!

Видение против надежды

Давайте продолжим, потому что глаголы «видеть» и «надеяться» тоже связаны чрезвычайно странным образом. Нам намного легче увидеть то, что мы решили считать правдой, и проще в это поверить.

Еще в XVI веке Фрэнсис Бэкон (да, снова он!) заявил, что люди предпочитают верить в то, что они хотят считать истинным.

Прогноз, обещающий, что вот-вот потеплеет, вызовет гораздо больше доверия, чем прогноз, предвещающий непогоду. Продажи экономических газет увеличиваются при повышении стоимости акций на рынке. Читатель тратит намного больше времени на газетные статьи, с которыми он согласен.

Давным-давно, в Дельфах, оракул работал точно по такому же принципу. Путешественник, утомленный длительной дорогой, задавал свой вопрос, уклончивость ответа позволяла интерпретировать его по собственному желанию, и прорицатель всегда оказывался прав!

Энтузиазм по поводу Интернета можно легко объяснить таким же образом. Какова бы ни была ваша точка зрения (будь вы предприниматель, учитель, террорист, борец с колониализмом или пенсионер), Интернет дает много поводов для надежды.

Рис. 3.14. Иллюзия Мюллера-Лайера

Какие же выводы должны мы из всего этого сделать? Вы видите мир не таким, каков он есть, а так, как вы сами способны его видеть. Это утверждение, которое можно найти во многих трудах, включая Талмуд, хорошо выражает существо проблемы: то, как человек (субъект) смотрит на мир вокруг себя (объект).

Perseverare humanum est. Человеку свойственно упорствовать

Возможно, теперь вы согласитесь, что человеческий разум, пытаясь создать порядок из хаоса, нас окружающего, часто уводит нас по неправильному пути. Мы не только делаем неверные выводы, мы также часто оказываемся в тисках неверных стереотипов и парадигм. В этом состоит парадокс человеческого «радара» – умения глубоко понимать и обманываться в то же время. Позвольте мне объяснить.

Вероятно, время от времени вы совершаете ошибки. Задним умом вы понимаете, что приняли неверное решение, сделали поспешные выводы, переоценили один фактор или недооценили другой. Вы чувствуете, что попались в ловушку, позволили ввести себя в заблуждение, и даете себе клятву (несколько запоздалую), что никогда больше не попадетесь на эту удочку.

Что ж, иногда вам изменяет здравый смысл или вы просто что-то неверно оценили. Что из того? Если человеку свойственно ошибаться, то вы можете только пожалеть, что вы человек, как и все мы. Возьмите, к примеру, Томаса Эдисона. Один из самых блестящих умов XIX столетия, генератор идей, так и сыпавший патентами, изобретатель электрической лампочки и граммофона, отказался поверить в преимущества переменного тока перед постоянным.

Даже великий Альберт Эйнштейн совершал ошибки, хотя именно он заявил, что знания менее важны, чем воображение. Хорошо информированный интеллект ценен вдвойне, и в его случае цена была немалой. Тем не менее он отказался отойти от созданной им формы физики. Он всегда отрицал существование вероятностного измерения, ясно и недвусмысленно утверждая, что Бог не играет в кости.

В качестве третьего примера можно привести физика Генриха Герца, первооткрывателя электромагнитных волн. Однажды кто-то сказал ему, что он должен использовать свое изобретение для передачи сообщений из одного конца Земли в другой. Он вежливо ответил, что идея неплоха, но что волны распространяются по прямой, тогда как Земля круглая. «Мечтатель» Александр Попов, однако, решился попробовать и пришел к выводу, что это возможно. Герцу не пришло в голову, что электромагнитные волны могут отражаться от озонового слоя.

Так что, если вам иногда случается ошибаться, то вы не одиноки. Более того, вы находитесь в очень хорошей компании.

Люди склонны предсказывать катастрофы, но часто оказывается, что – хм! – катастрофическими были сами предсказания.

Errare humanum est (человеку свойственно ошибаться). Но также и perseverare (упорствовать). С другой стороны, diabolicum est – это от лукавого – не задавать вопросов. Почему же мы совершаем ошибки? Почему гении, большого и малого порядка, сворачивают с пути разумных рассуждений, оставляют заданную логикой траекторию и в конце концов увязают в трясине фатального упрямства?

Ответ, похоже, один и тот же для всех нас. Мы можем сказать, без какого бы то ни было риска совершить ошибку (!), что дело здесь не в интеллекте, но скорее в нашем восприятии окружающего мира. Самые безобидные размышления, самые простые рассуждения питают нас информацией, которая поглощается всеми чувствами, и именно они, похоже, иногда нас подводят.

Мы видим и слышим по-разному и, безусловно, отлично от других, потому что у нас общее только базисное оборудование. Мы даже можем оглохнуть или ослепнуть, сталкиваясь с ситуациями, которые будут совершенно и абсолютно очевидны и приемлемы для других.

Поэтому совсем неудивительно, что время от времени мы начинаем буксовать. Нам застилает глаза, и мы наталкиваемся на вещи, которые стоят на самом видном месте; мы плохо слышим и упускаем предоставляющиеся возможности. Поэтому, когда, сделав ошибку, мы клянемся, что этого никогда больше не произойдет, нам попросту снова изменяет здравый смысл. Такова человеческая природа. Perseverare humanum est.

Парадокс стратегического видения

Давайте взглянем на все это поближе и прислушаемся чуть более внимательно. Наша ежедневная жизнь – это огромный театр с множеством зрительных и слуховых иллюзий.

Мы должны признать, что зрение и слух не функционируют нейтрально, постоянно, и на все 360°, как радар на мачте яхты. Скорее, наши чувства привлекаются к чему-то, что включено в наш личный контекст. То, как быстро мы находим свое имя в списке, узнаем знакомое лицо или голос в толпе, доказывает, что наши чувства совершенно необъективны. Наши глаза видят то, что хотят видеть; уши слышат то, что им приятно слышать; и безнадежно глух тот, кто хочет слышать только то, что ему нравится.

Похоже, что все сводится к одному очевидному выводу: мы воспринимаем мир определенным, индивидуальным образом. Любая предвзятая идея, любой стереотип, любое предубеждение похожи на очки с искажающими линзами или на пару направленных усилителей. Они делают нас близорукими или тугими на ухо.

Если кто-то нам не нравится, что бы он ни говорил, нам это будет казаться неинтересным. С другой стороны, банк с хорошо организованным головным офисом скорее, чем другие, привлечет наши сбережения. Подобным образом, хорошо представленные диаграммы кажутся лучше выполненными. Все это оптические и слуховые иллюзии.

Еще больше настораживает тот факт, что любая долговременная стратегия, любое успешное достижение, каждый прорыв, который вызывает признание, меняет то, как мы видим окружающее.

Последствия наступают немедленно, они непосредственны и необратимы сейчас, сегодня для вашей компании. У этой опасности есть имя; она называется «парадоксом стратегического видения».

Мы должны немедленно обратить на это внимание, так как это касается нас всех. Видение необходимо любому проекту и любой стратегии, индивидуальной или коллективной. Но это видение также мешает нам заметить то, что может пригодиться в будущем.

Небольшое пояснение: те же самые механизмы могут быть обнаружены в любой области, потому что даже стратег – всего лишь человек с похвальными амбициями и стремлением к успеху и совершенно понятной надеждой на благополучное существование. Поэтому он пытается привнести комфорт в свое видение окружающего, «дорисовать» фигуру, которую создал для себя a priori (помните букву Н?), особенно если она однажды пригодилась, вместо того, чтобы подвергать сомнению сумму идей и правил, которые стандартизируют его мышление. Иногда это видение будет вести себя как фильтр, иногда – как призма.

Вы можете сами в этом убедиться. Когда ежедневная газета пишет на такую злободневную тему, как ограничение скорости на дорогах, и, в интересах объективности, приглашает людей, придерживающихся противоположных точек зрения, – не привлекает ли вас подсознательно та часть текста, с которой вы a priori согласны? Будьте откровенны: дочитываете ли вы до конца мнение другой стороны?

Похожий феномен можно наблюдать в руководителе компании или организации. В 1977 году Кен Ольсен, в то время глава Digital Equipment, заявил что «людям не понадобятся домашние компьютеры». Это заявление, сделанное на конгрессе World Future Organization, является прекрасным примером опасности, которая подстерегает лидера. Кен Ольсен слышал в новостях, что какие-то студенты пытаются собрать персональный компьютер, но не придал этому значения, просто потому, что это не укладывалось в его личную концепцию информационных технологий. Эти концепции обеспечивали ему успех более двадцати лет. Люди вроде Кена Ольсена предпочитают игнорировать то, что не вписывается в привычную картинку. К примеру, читая журналы, они либо вырывают страницы, чтобы прочесть позже, либо выбрасывают их. Этот упрощенный подход основан на их собственном представлении о том, что важно, а не на действительной ценности информации.

Мы все знаем о законе сохранения энергии. Возможно, нам нужно обращать больше внимания на закон сохранения законов (инерция – безусловно, великая сила!).

Абрахам Маслоу однажды сказал: «Когда у вас нет ничего, кроме молотка, то очень соблазнительно обращаться со всем, как с гвоздями». Если мы задумаемся о возможностях инструментов, которыми располагают иные лидеры, мы сможем понять, как трудно им освободиться из тисков парадокса стратегического видения. Спастись, не предложив решения. Потому что парадокс разрешить невозможно – его можно только перефразировать.

Действительно, все работает так, как будто идеи обладают собственной силой тяжести, как будто причины имеют вес и как будто информация может менять полярность с положительной на отрицательную в зависимости от того, насколько это подходит нам лично, и тому, чего мы хотим или не хотим.

Если опрос мнений дает политику негативные результаты, он усомнится в надежности организации, которая провела опрос. Если, с другой стороны, результаты хороши, то политик и не подумает оспаривать серьезность исследований, но будет упоминать свой рейтинг, выявленный исследованием, при любой возможности.

То же справедливо и для компаний. Негативные результаты, опубликованные бухгалтерским отделом, бросят тень сомнения на компетентность тех, кто установил систему учета, в то время как результаты, превосходящие ожидания, уничтожат все оставшиеся сомнения в полезности или качестве этой системы.

Невозможно жить, не имея видения мира, представления о вещах и образа окружающей среды. Мы попросту не можем без них обойтись, если хотим чего-либо добиться. Но будьте осторожны. У каждой медали есть оборотная сторона, есть она и у хорошо продуманной стратегии.

Реклама прекрасно использует феномен интерпретации. Создатели рекламы часто играют на различных вариантах толкования изображений и девизов, чтобы привлечь более широкую аудиторию. Этот фильтр работал всегда, на всех уровнях. Чем более успешным оказывается подход, тем большую роль играет фильтр.

Руководитель компании договорилась встретиться с главой финансового департамента, чтобы вместе посетить сложного клиента. Назначенное время пришло и ушло, а руководитель департамента финансов так и не появился (несмотря на то, что обычно был столь же пунктуален, сколь аккуратен в делах). Отчасти с целью убить время, отчасти чтобы успокоиться, руководитель компании включает радио.

«Пробки в городе…», – слышит она. Это обстоятельство заставило ее более философски взглянуть на события, поэтому она достала рабочие документы и принялась читать. На самом же деле, руководитель компании просто назначила встречу в другом месте, где глава финансов и дожидался ее, пунктуальный, как всегда. Что произошло?

Снова этот проклятый фильтр. Информация, услышанная руководителем компании по радио, оказалась непропорционально значимой, потому что она не противоречила тому, как ей виделась ситуация. В любой другой день та же самая информация скорее всего влетела бы в одно ухо и вылетела из другого.

И последний пример. Когда автор практически закончил книгу, как я сейчас, и потратил уйму времени, составляя индекс, вы думаете он способен услышать новые данные, которые могут вынудить его перестроить свою книгу? Нет!

У всех этих примеров есть свое место в диаграмме, составленной как дерево решений (плохих или хороших).

Мы обращаемся с нашими убеждениями так, как будто они материальны. Мы наследуем их, принимаем, защищаем и поддерживаем в хорошем рабочем состоянии. Наши мыслительные схемы и, в частности, причинно-следственные отношения похожи на поддерживающие балки. Они усиливают и, самое главное, увеличивают сопротивление всего этого бетона, замешанного из стереотипов, a priori, запретов, ритуалов и обычаев. Наши системы ценностей подвергаются опасному влиянию догмы, рутины, маний и запретов, которых мы практически не понимаем.

Ах восприятие! Один из руководителей мультинациональной фирмы подал в отставку по очень простой причине: насытившись по горло жизнью в ритме кварталов и цифр, неразрывно с ней связанных, он решил жить в ритме времен года. Разница та же, что между руководителем, говорящим «я решил» и руководителем, говорящим «я предпочел». Это одно и то же, но не то же самое.

Рис. 3.15. Парадокс стратегического видения

Часто неверными решениями мы обязаны не отсутствию информации, а тому, как мыслим!

Назвав рабочий стол «аппаратным обеспечением», можно иногда поменять бюджетную статью и перейти от расходов на мебель к расходам на информационные технологии, что в результате позволит нам купить новый стол.

И наконец, подумайте, как мы узнаем себя в своих горос копах (на самом деле, неважно даже, на какой знак зодиака мы смотрим!) и представьте, как автор может совершенно искренне чувствовать, что стал жертвой плагиата.

Ключевые идеи этой главы

✓ Существуют сотни законов восприятия.

✓ Некоторые связаны с «оборудованием», но большинство являются «программами».

✓ Вы видите мир не таким, каков он есть, а таким, каковы сами.

✓ Мы думаем только с помощью форм: стереотипов, образцов и парадигм.

✓ Часто неверными решениями мы обязаны не отсутствию информации, а тому, как мыслим.

Из-за того, что стереотипы порой несколько (или сильно) не соответствуют реальности, они часто попадают в анекдоты. Один звучит так. Европеец просит коллегу описать рай в его понимании. Тот задумывается ненадолго и отвечает: «Рай – это место, где британцы – полицейские, французы – повара, немцы – механики, итальянцы – любовники, и все это организовано швейцарцами!»

Довольный ответом, европеец затем спрашивает своего коллегу, как ему представляется европейский ад. Тот задумывается на минуту и отвечает: «Ад – это место, где британцы – повара, французы – механики, немцы – полицейские, швейцарцы – любовники, и все это организовано итальянцами!»

Это особенно несправедливо по отношению к итальянцам, потому что, когда что-то для них действительно важно, лучше организаторов не найти.

Courtesy of Larry Gonick