Текст книги "Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная (СИ)"

Автор книги: Любовь Песцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

Неделя пролетала почти незаметно. Когда горит то место, которым я обычно думать изволю. По-другому и не бывает.

Я каждый день отправлялась к академии, приманивая новых клиентов. В целом, получалось неплохо.

Цены я не гнула. Себестоимость кофе без сиропов была небольшой, так что я могла себе позволить выставить довольно низкую стоимость.

Очень скоро покупать начали не только на улице, но и в самой кофейне. Потянулись первые клиенты. Я активно раздавала карты лояльности, думая о том, что нужно ещё как-то систему бонусов ввести. Но я пока не понимала, как её сделать без компьютера и общей базы данных.

Студенты в основном забегали только за кофе. Иногда приходили уже парочками и тогда заказывали самые недорогие десерты, вроде шарлотки или тыквенного пирога. Преподаватели уже могли раскошелиться на круассан или бриошь.

Позже я планировала добавить экзотику для здешнего мира – Чизкейк, Сан-Себастьян, Моти. Творожный сыр пока выходил так себе. Чтобы бутерброд намазать пойдёт, а вот для десертов не годится. Так что я пока ещё экспериментировала.

Как было хорошо в родном мире! Покупаешь в супермаркете готовую «филадельфию» или «маскарпоне», и горя не знаешь. А здесь приходится самой вспоминать технологию. Причём ещё половины привычных продуктов нет…

Эта была первая проблема, притом, решаемая. А вот где раздобыть рисовую муку для Моти, я категорически не понимала. Особенно при учёте того, что риса я на местном рынке не видела.

Вспоминая, каким успехом пользовались эти незамысловатые десерты в моём мире, я понимала, что рано или поздно нужно будет «изобрести велосипед». В смысле, Моти. Но пока и без него забот хватало.

Собственно, именно по этой причине меню у меня пока что было достаточно скудным. Но круассаны разлетались очень хорошо.

Я подсчитывала кассу и думала, что по идее через пару месяцев даже смогу выйти в прибыль.

А потом меня решили навестить соседи. И если мужчина из ближайшей кондитерской просто злобно смотрел на меня, изучая витрину с десертами, то мадам Бонд устроила целый спектакль.

– Милочка, что это такое?! – Завизжала дама, стоило ей увидеть меню.

– Это десерты, которые люди могут заказать к своему кофе.

– Десерты?!

– Именно так. Странно, что приходится объяснять настолько простые вещи такой взрослой женщине, но иногда люди хотят чего-то сладкого к кофе, особенно когда общаются за столиками.

– Поговори у меня ещё! Думаешь, здесь без тебя кондитерских не было! Как посмела открыть свою богадельню рядом с такими уважаемыми кондитерскими, как моя и мистера Вилбура? Это недопустимо!

С одной стороны хорошо, что эта особа зашла ко мне в момент, когда посетителей не было. С другой – дверь она оставила открытой. Наверное, не просто так. Проходящие мимо люди уже начинали оборачиваться на её визги.

– Женщина, посмотрите, пожалуйста, в меню, – сказала я.

Каюсь, невежливое обращение было выбрано специально. Очень уж мадам Бонд от этого «женщина» забавно дёргалась. Словно собиралась мне в волосы вцепиться.

Ну а что? Она первая начала хамить! С вежливыми людьми я тоже со всей душой. А если с порога в душу норовят плюнуть, то тут уж не обессудьте.

В общем, окружающие получали от меня своё же зеркальное отражение.

Как говорится, «кто с мечом к нам придёт… у того нагана нет».

– Посмотрели? – Спросила я. – А теперь скажите мне, хоть один из пунктов совпадает с тем, что продаёте вы или мистер Вилбур?

Мадам Бонд поджала свои тщательно подведённые карандашом губы. Крыть было нечем. Я не просто так прошлась по соседям. Я хотела создать нечто принципиально новое, а не повторять одно и то же. Благо рецептов в моей голове хранились сотни, если не тысячи.

– Вот именно! Непонятное что-то продаёшь, людей травишь! Что вот это такое? На вид несъедобно! То-то я смотрю, отсюда какие-то странные все выходят. Колдуешь небось, чтобы народ только к тебе ходил? Несъедобное в съедобное превращаешь. Да только все знают, что волшебство не вечно. Потом раз, и обратно превратиться. Сколько здесь уже потравилось? Да тебя нужно под стражу! А лучше сразу к позорному столбу!

Сказать, что я опешила, ничего не сказать. Логика у неё была, конечно, железной.

А самое гадкое, что нужного эффекта она добилась. Возле входа уже собралась небольшая толпа, внимая этой истерике. А эта особа ещё и голос повышала на словах «отравился», «несъедобно».

– Что здесь происходит?

Хоть я и брюзжала на странного мужчину по имени Кас, но сейчас услышать его голос было почти счастьем.

Он уверенно протиснулся сквозь собрание зевак у входа и, бросив взгляд на открывающееся перед ним представление, очаровательно улыбнулся, сбив мадам Бонд весь настрой.

– А… вы…

Эта особа моментально сдулась и так же моментально заткнулась. Создавалось ощущение, словно кто-то случайно звук на телевизоре выключил.

– А я за кофе пришёл, – ответил Кас и обратился уже ко мне. – Нальёшь мне как обычно?

Интересно, с каких пор он постоянным клиентом стал?

Ладно, в этот раз я, возможно, даже денег с него не возьму. Такой скандал остановить одним своим видом – это уметь нужно.

– А вы друг этой… этой особы? – Не унималась мадам Бонд.

Правда, её тон совершенно изменился. Теперь в нём была разлита такая сладкая патока, что захотелось Касу предоставить личное ведёрко для блевания. На него ведь весь этот сироп выливался.

– Не совсем точно, но можно и так сказать, – кивнул он.

– Ооу. А я здесь по соседству держу кондитерскую, – жеманно улыбнулась она. – Наверняка вы знаете обо мне. Десерты мадам Бонд известны далеко за пределами нашего графства.

– Первый раз слышу, – невозмутимо ответил Кас.

– Эм… Тогда… Может быть, зайдёте? Обещаю угостить вас самым вку-у-усным пирожным.

Так, кажется, ведёрко для блевания понадобится мне, ибо мадам явно применяла какие-то эвфемизмы.

– Возможно, в другой раз, – ответил он. – Сейчас я пришёл выпить кофе. Вивьен готовит лучший кофе в городе.

– Да, лучший. А ещё единственный, – пробурчала я.

Моего бубнения никто не услышал. Мадам Бонд была занята тем, что строила глазки Касу. Кас же старательно не замечал её ужимки.

– Кстати, я ведь не представилась! – Вспомнила соседка. – Меня зовут Гертруда.

– Я запомню, – кивнул он. – Имя явно соответствует… стилю.

Мадам Бонд явно не поняла, что над ней потешаются. Она ещё немного покрутилась рядом, и только когда до неё дошло, что Кас не собирается представляться в ответ, поджала губы и удалилась.

Может быть, задержалась бы ещё, но все те зеваки, что пришли на скандал поглазеть, теперь наблюдали этот неловкий момент. С улицы уже послышались редкие смешки.

В общем, мадам Бонд нахмурилась, злобно зыркнув почему-то на меня, словно это я виновата в том, что Кас представляться не спешит, и ушла к себе.

– Ваш кофе, – протянула я ему чашку.

А потом застыла, не зная, что сказать. Наверное, нужно поблагодарить. Действительно ведь помог.

Но наше знакомство настолько не задалось, что вылилось в какое-то глупое противостояние. В итоге первой поблагодарить означало как будто проиграть в этой странной борьбе.

А нечего меня с порога ненормальной называть!

Пока я раздумывала, Кас взял чашку, и мысли тотчас упорхнули в другую область.

– Откуда перчатки? Осень пока тёплая. Не по погоде как-то.

– Это жокейские. Я сегодня верхом.

– Правда? А конь тогда где?

Ответить он не успел. Зевак на моём пороге стало меньше, но всё равно было достаточно, чтобы какой-то мужчина крикнул:

– Разойтись!

Едва услышав это, Кас выругался сквозь зубы и шмыгнул за стойку так быстро, словно обладал магией телепортации.

– Вивьен Гринвальд? – Спросил меня незнакомый мужчина.

Я скосила глаза на Каса, который очень активно притворялся ветошью за моей стойкой. Но он сделал страшное лицо, пантомимой умоляя не выдавать его.

– Это я, – ответила я незнакомцу, шагнув навстречу.

Надеюсь, за стойкой, которая теперь ещё и моими юбками прикрыта, этого ненормального не будет видно.

– Тогда это вам, – сказал он, протянув мне два конверта.

Надо же, такой грозный мужчина оказался всего лишь посыльным.

Впрочем, посмотрев на почту, я поняла, что это очень непростой посыльный. Одно письмо было с графской печатью, а другое оказалось не чем иным, как повесткой в суд.

Бывшая свекровь и её «корзиночка» активизировались, решив окончательно меня уничтожить!

Глава 18

Повестка в суд настолько выбила меня из колеи, что я на время даже о письме с графской печатью забыла.

– Что там у тебя? – Спросил Кас, вылезая из-за стойки.

Я огляделась, поняв, что посыльный уже ушёл. А вопросов к этому неформалу несчастному у меня заметно прибавилось.

Спрятав повестку в карман передника, я спросила:

– Зачем вы прятались?

– Переводишь тему? Как некрасиво с твоей стороны.

– Некрасиво – это продолжать называть меня на «ты», хотя мы всё ещё не пили на брудершафт.

– Ещё раз скажешь об этом, и я буду считать это намёком. А заодно и приглашением.

– Лучше не надо. От кого вы прятались? Я что, укрываю уголовника?

Кас улыбнулся немного недоумённо.

– Похож?

– Немного. На мошенника очень даже.

– Как занятно. Нет, с тобой всё же определённо что-то не так!

– Может быть, хватит? – Чуть не зарычала я. – Уже и так понятно, что у вас ко мне какие-то претензии. Я не специально ваших друзей телегой сбила. После этого я уже извинилась и перед ними, и перед вами. Вас даже попыталась угостить, и не моя вина, что вы потом деньги за этот несчастный кофе оставили. Если я вам так не нравлюсь, можете просто перестать сюда ходить!

– Как же я это сделаю, если кофе в городе готовишь только ты.

– Да-да. Лучший в городе, – ухмыльнулась я.

– Фактически я не соврал.

Ну вот почему когда на него смотришь, можно залюбоваться, а когда рот открывает, сразу хочется чем-то треснуть?

– Так что в послании?

– А что там с причинами укрываться за моей стойкой?

– Я не преступник, – закатил глаза Кас. – Просто не хотел встретить одного знакомого. Если бы мы столкнулись здесь, было бы много проблем.

Я прожигала его недоверчивым взглядом, хоть и понимала, что это, скорее всего, правда. Несмотря на все ужимки и порой скверное чувство юмора, этот мужчина не тянул на мошенника.

Вздохнув, я развернула второе письмо. То самое, которое из графского дворца прислали.

– Хмм… Странно, – сказала я, пробежав глазами строчки.

– Что странного?

– Кажется, граф требует от меня партию круассанов на какое-то ближайшее мероприятие.

– Почему это странно?

– Я не настолько известна. Это раз. У него что, своих поваров нет? Это два. Откуда граф вообще узнал про круассаны? Это три.

– Слухи быстро разносятся, – пожал плечами Кас. – Не понимаю, чем ты недовольна. Такие заказы обычно очень хорошо оплачиваются.

– Об оплате здесь как раз ни слова.

Опасения были резонные. По опыту прошлого мира я знала, что госзаказы обычно не про заработок, а про создание имени.

– А ещё мне придётся либо работать по ночам, либо на несколько дней закрыть кофейню, чтобы испечь такое количество круассанов. Это не очень хорошо для бизнеса.

– Я помогу, – с энтузиазмом отозвался Кас.

– Обойдусь, – вздохнула я. – И если вы уже допили свой кофе, то не смею задерживать.

– Знаешь, быть такой букой – тоже не очень хорошо для бизнеса.

– С остальными я очень мила и приветлива.

– Ауч. А вот сейчас обидно было, – надул губы Кас.

Я закатила глаза. Казалось, он вообще не умеет быть серьёзным. И постоянно выводит меня на эмоции. А я ведь до сих пор о нём почти ничего не знаю. Только имя.

Для меня оставалась загадкой его фамилия, его сословие, его род деятельности.

Но когда я снова повернулась, чтобы спросить об этом, Каса в кофейне уже не было.

– С ним определённо что-то не так, – сказала я, а потом поняла, что почти дословно повторила его слова.

Тряхнув головой, я отогнала мысли о нём. У меня были проблемы намного серьёзнее.

***

Вечером, уже после закрытия кофейни, я подсчитывала выручку и краем уха слушала щебетания Лесли.

Она часто забегала поболтать. Хоть разница в возрасте у нас была достаточно внушительная – около семи лет, – мы всё же смогли подружиться.

Лесли рассказывала о своих мечтах и планах. Жаловалась на маменьку, которая давит, заставляя пойти по её стопам и отучиться на бытового мага. В своих мечтах та видела дочь модисткой и продолжательницей семейного дела. У дочери же были другие планы.

– А я хочу быть стихийным магом! – Сказала Лесли, скорчив жалобную физиономию.

– Если хочешь – будь, – кивнула я.

Итак, сегодня выручка составила почти четыре серебряных монеты. Это очень даже хорошо. Люди постепенно идут. Уже не только студенты. Как-то внезапно и зажиточные горожане повалили.

Конечно, из этих четырёх серебряных больше половины – себестоимость продуктов. А ведь ещё нужно заложить аренду помещения, отчисления в гильдию и так далее.

В целом, если дела будут идти так же, как сейчас, чистая прибыль в месяц выйдет около трёх золотых. И это я на магические услуги не трачусь! И как остальные на этой площади выживают?

Нужно либо цены поднимать, либо оборот увеличивать. А если увеличивать оборот, одна уже не справлюсь, придётся нанимать кого-то в помощь. То есть минус расходы на зарплату наёмного работника. Замкнутый круг какой-то.

Ужас! Голова раскалывалась, когда я пыталась просчитать все варианты.

Три золотых в месяц – мало. Катастрофически мало!

Нет, для обычного человека как раз вполне неплохо. Я бы сказала – средняя зарплата, на которую можно жить. Но мне ведь операция нужна. Для неё в месяц по десять золотых откладывать придётся. Где их взять? Вот в чём вопрос!

– Вивьен! Ты меня слушаешь?

– А? Да, да, конечно. Ты хочешь быть стихийным магом.

– Вот именно! Что вообще о них думаешь? Ты ведь училась в академии, хоть и на бытовом факультете.

– Ничего не думаю. Люди как люди. Это на боевом факультете что-то совсем интересное происходит. То потомок орков ходит, оливковой кожей светит и удлинённые резцы демонстрирует, то ещё кто-нибудь такой же интересный.

Это было правдой. Но узнала я это не во время учёбы, а когда возле академии ошивалась, зазывая студентов на кофе.

Эти зеленокожие обычно ещё и очень удручёнными выглядели. Не любили их здесь. И хоть откровенно не гнобили, за своих не принимали даже с учётом разбавленной родословной.

– Так что на боевой не советую. Там разные расы бывают.

– На стихийном тоже по-разному. Именно там зачастую драконы учатся.

– Да? И много у нас драконов? – Скептически хмыкнула я.

– Немного, ты права. Но скоро больше станет…

– Откуда бы?

– Драконы обычно гнёздами живут. Поодиночке их редко когда встретишь. Клан для них – главная ценность. Это здесь неприятная история получилась.

– Какая? – Спросила я без особого интереса.

– Лет пятнадцать назад граф и графиня, которые правили добрую сотню лет и на здоровье не жаловались, исчезли. И как-то резко во главе графства оказался брат погибшего графа. Его Сиятельство Франциск ЛеГранд.

– Даже интересно, кто же был заинтересован в исчезновении изначального графа, – хмыкнула я.

– Тшш… Свои мысли лучше при себе держать.

– Да поняла я. Что дальше было?

– А дальше он выгнал своего племянника, который мог претендовать на титул и управление этими землями. Тогда было объявлено, что виконт виновен в исчезновении своих родителей. Его изгнали, что для драконов подобно смерти. Но тот не умер. А вот Франциск ЛеГранд, который его изгонял – наоборот.

– Как интересно. А остальные? Я так поняла, клан не из трёх драконов обычно состоит?

– Да, было больше. Но все постепенно разъехались. Дальние родственники засели в своих имениях, в основном в горах. Дочь Франциска вышла замуж за дракона из другого клана. У него ещё сын есть, но тот такой… вечно из скандалов не вылезает, в академию учиться не пошёл. Поговаривают, что даже граф на него рукой махнул.

– А почему этот Франциск ещё отпрысков не сделал? Понимал ведь, что если дочь в другой клан перешла, а сын чудить изволит, то передать честно отжатое графство некому. Или всё же надеялся на сына?

– Ты что! Драконы могут иметь детей только с истинной парой, а у него она умерла. Говорят, что она была человеком, и он не смог её уберечь.

– Такое возможно? Я думала драконы только с драконами любовь крутят. Тем более если речь идёт об истинных парах.

– Бывает, что и люди истинными становятся. Вроде бы в истории были случаи и с орками, но это совсем уж редкость. Тут, насколько я поняла, главное совместимость. Если человек становится истинной парой дракона, магия подстраивает его организм, делая более выносливым, здоровым, ну и продолжительность жизни возрастает почти до драконьей, то есть сотни три. Но он всё равно остаётся человеком, а не драконом, то есть заведомо слабее.

– Выгодное, наверное, дело – быть истинной дракона, – хмыкнула я.

Скорее саркастично, ведь я, в отличие от Лесли, прекрасно понимала минусы такого положения. Ты навсегда останешься чужой, тебя будут считать кем-то второго сорта.

– Это да. Если случается, это праздник. Считай, вся жизнь устроена. Дракон ради своей истинной что угодно сделает.

– Так мечтательно рассказываешь об этом. Тоже хочешь?

– Ну… Не отказалась бы. Вот увидишь, скоро клан снова соберётся во дворце. Прилетят из дальних поместий, из-за границы. Уверена, в академию тоже многие отправятся.

Я задумалась, вспомнив заказ на две сотни круассан из графского дворца. Возможно, Лесли права и клан соберётся даже раньше, чем она думает.

Что ж, в любом случае придётся выполнять заказ.

Я уже прикидывала в уме, что нужно докупить и сколько бессонных ночей провести, чтобы всё подготовить.

Лучше бы вспомнила про татуировку на своём запястье. Но, закрыв её широким и очень удобным браслетом, который быстро перестала ощущать на руке, я совершенно о ней забыла.

А зря.

Глава 19

Графское воссоединение с кланом, как я называла грядущее мероприятие, уже отчётливо маячило на горизонте. Мне нужно было приготовить около двухсот круассанов.

И кто их графу дал попробовать? Убила бы иродов!

Обычно я делала по классике от тридцати двух до сорока слоёв в тесте. Хотя современные кондитеры из моего мира в попытках превзойти друг друга сильно увеличили это количество. Здесь и сорока слоёв хватало за глаза.

Теперь же передо мной стоял нелёгкий выбор – уменьшить количество слоёв, чтобы осталось время на сон, или же увеличить, чтобы произвести впечатление на графа и его команду.

Граф и его команда… Звучит-то как! Это вам не «тимуровцы». Тут всё серьёзно.

Прикинула и поняла, что даже если буду работать над тестом по ночам, заранее подготовлю всё, что можно, то придётся закрывать кофейню минимум на два дня. Один – на день приёма у графа. Второй – чтобы явиться в суд. Хорошо, что они хотя бы не совпадают, а то вообще можно было с ума сойти.

Было бы с чего сходить, конечно.

Ладно, пожалели себя и хватит. Пора заготовки делать. Как же хорошо с магией! Можно стазис наложить. Полезное заклинение для кулинара, между прочим! Холодильник такими плюшками не обладает.

Я активно использовала его и во время готовки, и в торговле.

Опытным путём я выяснила, что на холодных продуктах стазис может держаться до трёх суток, а на горячих – до шести часов. Так что заманчивые мечты о том, чтобы наготовить заранее, а потом всю неделю продавать свежее, пришлось забыть. Но всё равно было удобно.

Во Франции те же круассаны не подают, если им больше двух-трёх часов. Собственно, и готовят ровно столько, чтобы все утром разошлись.

Я же могла не переживать об этом.

Вот и с графским заказом выйдет не настолько печально. Тесто как раз сегодня можно начать заготавливать. Под стазисом оно до трёх дней храниться может. Если сразу на такую партию тесто делать, то точно всю ночь придётся не спать. А так вроде бы и не слишком намучусь.

За окном уже стемнело и повеяло прохладой. Осень потихоньку вступала в свои права, и я задумалась, что неплохо было бы зимней одеждой обзавестись, а то сейчас из тёплого у меня только шаль и кардиган, и то не самого презентабельного вида. Ещё те, что от Вивьен остались.

Я хотела закрываться, но когда подошла к двери, чтобы перевернуть табличку, прямо передо мной как будто из воздуха появился Кас.

– Привет! – Просиял он, одарив своей очаровательной улыбкой. – Кофе нальёшь?

Очень хотелось всё же перевернуть табличку и захлопнуть дверь перед его носом. Но я не стала.

Хоть и он и был иногда раздражающим, ничего плохого мне не делал. Если бы при первой встрече с порога не заявил, что со мной что-то не так, вообще бы подружились.

Или нет…

Я ещё раз глянула на высокие скулы, мужественную линию челюсти, прямой нос, обаятельную улыбку. И ещё ямочки! Во всём эти клятые ямочки виноваты!

Нет, дружить с ним у меня бы не получилось.

– Эспрессо? Или по случаю вечера что-нибудь не настолько суровое? Тахикардия не замучит?

– Что такое тахикардия?

– Учащённое сердцебиение, – пояснила я. – Если выпить кофе вечером, потом заснуть сложно из-за этого.

– О! Это ведь замечательно. Я как раз сегодня не собирался спать.

– Правда? И что же вы будете делать?

– Тебе помогать, конечно!

Он сказал это так просто, словно мы и правда договаривались о чём-то.

Я повернулась, уставившись на него своим самым убийственным взглядом. Под ним самые стойкие начинали сомневаться в своём психическом здоровье.

Но этот выдержал. Сидел, ногой болтал как будто так и надо.

– А у тебя сейчас кофе убежит, – сказал Кас.

Вздрогнув, я повернулась к горелкам. И правда почти прозевала.

Почему он так сильно меня выводит на эмоции одним своим присутствием?

– Ваш кофе, – улыбнулась я приторной и максимально ненастоящей улыбкой. – Пейте и проваливайте.

– Как невежливо.

– Врываться как раз к закрытию тоже.

– Так я ж не просто так! Помогать буду! – Заявил он уверенно.

– А может, не надо?

– Ещё как надо!

Я застыла. И уже начала понимать, что выгнать его у меня не получится. Но я всё же попыталась.

Когда он допил кофе, я практически вытолкала его из кофейни.

– Эй! Я ведь не заплатил! – крикнул Кас уже через дверь.

– За мой счёт. Это за тот инцидент с телегой.

Всё! Дверь закрыта, теперь можно расслабиться. И приступить, наконец, к заготовке теста.

Я предпочитала делать всё сразу, чтобы не было соблазна отложить на завтра. А то я себя знаю. Сейчас прилягу ненадолго, потом уже не встану.

Так что я быстро убралась в основном зале и отправилась на кухню… Где обнаружился скучающий и ждущий меня Кас.

– Что?!

Я задохнулась от возмущения и не смогла продолжить.

– Я здесь делаю? – Продолжил он за меня.

– Именно.

– Залез в окно. Говорил ведь – помогать буду.

– Я закрывала все окна!

– Ой, да брось, – отмахнулся Кас. – Замки здесь совсем никчёмные. Кстати, тебе бы их сменить.

Это какой-то сюрреализм! И он ещё утверждает, что не мошенник?

– Откуда такие навыки по вскрытию замков? И вообще, мне что, стражу кликнуть?

– Можешь, конечно, – пожал он плечами. – Но я бы на твоём месте не беспокоил служивых людей по пустякам. Лучше скажи, что делать нужно. Быстрее ведь управимся.

Я зарычала. А потом решила, что пусть! Если так хочется помогать, пусть помогает.

– Ладно! – Прошипела я, а потом достала из холодильного шкафа порционный кусок сливочного масла, бросив в него как снаряд. – Растопи на медленном огне.

Кас ловко поймал масло. Ну, я и не сомневалась. Свои навыки Джеки Чана он продемонстрировал ещё когда меня поймал при первой встрече.

Отвернувшись, я решила заняться мукой. Её нужно было просеять два раза. А учитывая количество теста, которое мне нужно, просеивать придётся не полкилограмма, а все пять кило.

Причём уже опытным путём я выяснила, что как раз это лучше делать вручную. Подобрать заклинание пока не получалось, и мука после магических потоков получалась недостаточно воздушной.

Всё же что-то в кулинарии является своей, уникальной магией и её нельзя нарушать.

Но не успела я просеять и половину муки даже в первый раз, как почувствовала странный запах.

– Ты что натворил?!

От возмущения я всё же перешла на «ты», даже не заметив этого.

– А что такого? – не понял Кас.

– Я сказала растопить масло, а не сжечь его! Специально ведь указала, что на медленном огне нужно!

– На медленном огне слишком долго, – пожал он плечами, заглядывая в сотейник.

Там плавало ярко-жёлтое сожжённое масло, на которое было больно смотреть.

Оно не заслужило такой смерти!

– В чём проблема? Оно растопилось.

– Оно не растопилось, а сгорело. Его уже нельзя использовать. Если я на нём тесто замешаю, у него будет отвратительный вкус!

– Правда? – Почесал Кас в затылке. – Тогда я сейчас ещё раз растоплю.

– Нет!!!

– Но я хочу помочь!

Кажется, у меня начал дёргаться глаз.

Я достала бидон молока. Отмеряла примерно два литра и вручила ему.

– Грей.

– Тоже на медленном огне?

– Нет уж. К горелке я тебя больше не подпущу. Просто держи в руках и грей температурой собственного тела.

Кас надулся, заподозрив подвох. Но мне было как-то всё равно. У меня уже закваска почти подошла, а я всё с ним развлекаюсь.

Просеяла муку, растопила новый кусок масла уже как положено, добавила соль, сахар, наконец, пошла закваска.

А потом настал момент, когда понадобилось молоко. Я оглянулась на Каса, который стоял с кувшинов и имел всё такое же обиженное выражение лица.

Вот только молоко в кувшине побулькивало и явно собиралось закипеть.

– Что ты творишь?! – Заорала я, отобрав кувшин. – Признайся, тебя подослали мои конкуренты?

– Обидно, – вздохнул он.

– А сейчас будет ещё и больно! Как ты вообще молоко вскипятил? Я ведь видела, ты не подходил к горелке.

– Вот так, – пожал плечами Кас и зажёг на кончиках пальцев пламя.

Пару раз я хлопнула глазами, а потом обвинительно ткнула в него пальцем.

– Ты маг!

Он зеркально повторил моё движение и интонацию.

– Ты тоже!

– Я и не скрывала.

– Так и я не скрывал.

Нет, мне всё это уже определённо надоело.

– А сейчас ты расскажешь мне, кто ты такой и почему ко мне прицепился. Иначе я за себя не ручаюсь!