Текст книги "Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная (СИ)"

Автор книги: Любовь Песцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

Я провела в этом «гостеприимном» доме чуть больше недели. И не могла понять, как Вивьен выдержала четыре года.

Казалось, ко мне присосался голодный упырь и пьёт кровь по капле. Точнее, упырей было сразу три.

Махнуть бы рукой, собрать невеликие пожитки и пойти куда глаза глядят. Авось там лучше будет. Но меня останавливало то, что денег не было. Вот совсем. Ноль.

Ни денег, ни украшений, которые можно в ломбард загнать, ни даже платьев нормальных, которые старьёвщики хотя бы за пару медяков купят. Вот уйду я, и что со мной будет? Под забором где-то спать?

Нет уж, нужно было сначала подумать. А для этого стоило затаиться. Немного поиграть в прислугу. Накрывать на стол, слушать отвратительные разговоры, пропитанные ядом, и даже не кривиться.

Получалось не всегда…

– Милана, ты слышала, что наше графство унаследует молодой Кассиан ЛеГранд?

– Тот самый? Который был в изгнании?

– Да. Так странно. Драконы обычно гнёздами живут, а здесь такая мутная история…

О нет! Сейчас начнётся!

Эти две леди были теми ещё расистками. А при огромном количестве разных магических народов, что населяли этот мир, им всегда было кого обсудить.

Орков они называли грязными животными, сильваров, которые были хранителями леса – брёвнами без мозга.

Собственно, на пьедестал они возводили только людей как самых лучших и замечательных.

Впрочем, как скоро выяснилось, драконов тоже. В основном потому что власть в стране именно им принадлежала.

– Теперь точно всё здесь к рукам приберёт, – сказала свекровь. – После смерти Франциска он первый в списке на титул из клана. Кстати, говорят, он молод и хорош собой. Эх, будь у меня дочь, она бы могла составить ему блестящую партию.

– Вы всегда можете попытаться подложить под графа своего сыночку, – сказала я елейным голосом. – Вдруг там вкусы специфические. Зато какая выгода будет!

После этого замечания меня заперли в комнате на два дня. Без еды. Снова! Но я всё равно считала, что оно того стоило.

Сдерживаться действительно не получалось. И чем чаще я показывала характер, тем призрачнее становились мирный уход из этой семьи. Но помог случай.

Моя ненаглядная свекровь собралась навестить свою подругу в столице. У той как раз супруг в лучший мир отправился, и она собиралась «поддержать бедняжку».

Если у подруги такой же характер, как у Ирмы, то мне было искренне жаль почившего супруга. Хотя… Тут с какой стороны посмотреть. Зато отмучился.

В общем, свекровь была слишком занята сборами и многое упустила из своих загребущих лапок, в том числе и почту.

Чужие письма читать нельзя? Скажите это кому-нибудь другому! Я же отчаянно искала компромат.

Пообщавшись с нашим главбухом Еленой Ивановной, я доподлинно знала, что если кажется, что с человека нельзя стрясти деньги, то нужно присмотреться получше. И перекреститься заодно. Ибо «когда кажется – креститься надо!».

Моя тактика окупилась почти сразу. Я наткнулась на письмо некого мистера Годфри Финча. И оно было очень интересным.

«Ваша Милость, леди Кальдер, довожу до вашего сведения, что ежемесячная выплата на содержание госпожи Вивьен Кальдер (в девичестве Гринвальд) может быть отправлена в другой регион только по её запросу с личной подписью.

С уважением и глубоким почтением, мистер Финч, поверенный семьи Гринвальд».

Прочитав эту записку, я едва удержалась от того, чтобы разорвать бумагу на клочки… а потом разорвать на такие же клочки свекровище.

Нет, ну вы посмотрите! Они ещё и выплаты регулярные получают! Хорошо устроились, нечего сказать. И деньги регулярные, и прислуга бесплатная в моём лице. Ещё и девочка для битья, на которую можно весь накопившийся негатив сливать.

В общем, я взбесилась и уже хотела идти выяснять отношения, но вспомнив про вынужденные голодовки, сдержалась. И затаилась.

Лучше дождаться, когда свекровь благополучно отбудет к подруге. А за это время подготовиться к скандалу с битьём посуды…

***

Утро первого дня без свекровища началось весело и с огоньком.

Проснулась я рано, как и было заведено в этом доме для такой «прислуги» как я. Вот только отправилась не на кухню, а прямиком в хозяйскую спальню. Благо остановить меня было некому. Не королевский дворец, чтобы здесь на входе в покои охрана была выставлена.

Или свекровь решила и обязанности стражи на меня взвалить? Интересно было бы на это посмотреть. Но что-то мне подсказывало, что свекровь понимает: давать мне в руки оружие небезопасно. В первую очередь для неё.

– Ну что, Анастасия Эдуардовна, пора идти устраивать скандал, – с предвкушением улыбнулась я

Хотя стоило бы привыкать к новому имени. Я здесь, похоже, надолго.

Улыбка превратилась в оскал и поняла, что пора.

– Нет, ну вы посмотрите, что творится, люди добрые!!!

Я орала во всю мощь слабых лёгких Вивьен. Сразу голосить начала, как только дверь открыла. И нужно признать, верную тактику выбрала.

Супруг с Миланой подскочили, начав глупо озираться по сторонам. Оно и понятно, когда тебя будит полоумная барышня такими криками, это неприятно. Удовольствие ниже среднего я бы сказала.

– При живой жене изменять с какой-то девкой! Где ваша совесть, господа? Где уважение к институту брака? Где богобоязненность? Создатель завещал нам беречь целомудрие и не смотреть на жену ближнего своего! На мужа, кстати, тоже.

Вообще, я понятия не имела, что именно завещал местный создатель. Но орала от души.

– Что происходит? – Спросила Милана сонным, но уже очень испуганным голосом.

Правильно! Бойся. Я тебя так доведу, будешь оглядываться и мелко креститься от каждого шороха.

– Происходит блуд и мракобесие! – заявила я, а потом встала в позу с того самого советского плаката и обратилась к любовнице супруга. – А ты не боишься кары божьей? Уверуйте, несчастные, спаситель придёт и низвергнет на ваши головы десять казней египетских.

Ой, кажется, это из другой религии. Или нет… Я в этом совершенно не разбиралась.

Но распалялась всё сильнее, начав думать о том, что неплохо было бы ещё и от кришнаитов что-то перенять. Эх, бубна нет! Танцевать начать, что ли?

Пока я пребывала в образе, «корзиночка» поднялся. Я запнулась на секунду, поскольку спал он в чём маменька родила. Вот бы она обрадовалась, что сыночка помнит и чтит эту связь.

А хорошо сложен, зараза! Вообще парень вполне красивый. Есть во что влюбиться. Высокий, статный, черты лица приятные. Если бы не мерзкий характер, миллион любовниц и маман в комплекте, было бы даже неплохо.

Но надолго меня обнажённым мужчиной было не заткнуть. Чего я там не видела?

Через секунду я продолжила:

– Узрите, несчастные. Только покаяние избавит вас от кары! Внемлите мне и падите ниц!

Ну всё, сейчас как заделаюсь местным пророком… Ох, сожгут ведь!

– Ты что здесь устроила?

Сирил быстро натянул штаны, а потом выволок меня из спальни, чтобы Милане настроение не портила.

– Пытаюсь уличить тебя в супружеской неверности, – ответила я с улыбкой.

«Корзиночка» опешил.

– С ума сошла?

– Вроде того. Но не переживай, я не заставлю тебя мучиться с безумной женой. Давай по-тихому разведёмся, и ты будешь свободен, как ветер.

«Корзиночка» смерил меня недоверчивым взглядом.

– С каких пор ты такой стала? Неужели решила перестать за мной бегать?

– Угу. Когда постоянно бьёшься головой о стену, рано или поздно доходит, что это контрпродуктивно. И больно.

– А как же «Сирил, я не смогу без тебя жить»?

– Я тут прикинула… Смогу.

– Одна? Без денег, без связей, без титула? Ты ведь понимаешь, что после развода снова станешь купчихой?

– А сейчас я кем являюсь? – Спросила я, приподняв бровь.

– Плевать. Куда пойдёшь, подумала? Тебя разве что в борделе примут, – сказал он, а потом оглядел с ног до головы и, приподняв бровь, добавил. – И то, весьма специфическом.

– А минусы будут? – Уточнила я. – Может быть, «госпожа» – моё призвание. Об этом не подумал? Что ты за муж такой? За годы брака не подарил ни стек, ни хлыст, ни наручники. Мне как тебя воспитывать?

«Корзиночка» раздумывал. Кажется, всерьёз решил, что у меня крыша уехала далеко и надолго.

– Знаю, тебя заставили жениться на мне родители, – сказала я, решив пожалеть ментальное здоровье несчастного. – Так почему бы не избавиться от навязанной женщины? Такая возможность может потом и не выпасть.

– То есть сначала преследовала меня, доставала при любом удобном случае, мешала мне жить, а теперь хочешь уйти?

– Хочу. Есть возражения?

– Ты всё же повредилась рассудком, – решил он. – Сначала придумай, куда идти собираешься.

– Может тебе ещё бизнес-план составить? – Возмутилась я. – Какая тебе разница, куда я пойду?

– Я всё сказал, – отрезал Сирил. – И не попадайся мне на глаза.

После этих слов он быстро зашёл в спальню и захлопнул дверь перед моим носом.

Не на ту напал! Я развод получу, даже если придётся «корзиночку» на составляющие разобрать.

Глава 5

Я прекрасно понимала, кто в этой семейке головной мозг, а кто спинной. Если и был у меня шанс развестись, то только пока свекровь в объезде. За это время нужно было довести «корзиночку» до такого состояния, чтобы я ему в ночных кошмарах сниться начала.

Забегая вперёд, могу сказать, что развод я получила. Хотя для этого пришлось не только несколько раз повторять представление под дверью супруга-изменника, но и привлечь на свою сторону любовницу мужа.

Когда я первый раз назвала её продажной девкой, «корзиночка» взбеленился.

– Что ты себе позволяешь?! – Прошипел благоверный.

– То есть тебе можно открыто мне изменять и ни во что не ставить, а мне даже огрызнуться нельзя?

– Именно. Стоило бы помнить своё место, раз уж выторговала этот брак. Теперь довольна? Получила желаемое? Так живи и радуйся.

– Что ж, свадьба была что надо, – кивнула я. – Теперь нужен развод.

Выглянув из-за плеча благоверного, я уставилась на его любовницу, которая глотала крокодиловы слёзы.

Актриса из неё замечательная. Так и не скажешь, что при каждом удобном случае гадости мне шепчет и пытается подгадить.

– Зато на своей девке сможешь жениться. Ты подумай, подумай. Предложение очень выгодное. Я бы сказала – только у нас и только сегодня.

Один раз «корзиночка» стерпел. Как и его ненаглядная. И второй раз. И даже третий. Но когда я начала ежедневно и многократно напоминать дамочке про её положение, атака пошла с двух сторон.

Хоть и понимала Милана, что на таких бесприданницах как она не женятся, а всё же хотелось быть хозяйкой. Это раньше, когда Вивьен смиренно молчала, ей тут хорошо было. Вольготно.

Сейчас куда как хуже стало.

Фантазия у меня была замечательная, совесть не мучила, поэтому издевалась я над благоверным и его любовницей в своё удовольствие. Так, что пришлось «корзиночке» приходящую прислугу нанимать. А что ещё делать?

Ни одно блюдо, побывавшее в моих руках, не дошло до адресата в съедобном состоянии. А после того как я убиралась в какой-нибудь комнате, та начинала выглядеть как будто здесь ураган прошёл.

Ну заперли меня в комнате раз. Ну два. А толку, если потом всё по новой идёт?

Ему бы отослать меня в дальнее поместье, да нет его. Род Кальдер такими богатствами не обладал. Прибить меня и закопать под ближайшим кустом у «корзиночки» тестикул не хватало. Так что положение у него было невыгодное.

А ещё я делала ставку на то, что передо мной не взрослый человек, а большой ребёнок. От маменьки не сепарировался вовремя, вот и выросло непонятно что. Женился по необходимости, нехотя, а потом всю дорогу ныл и плакался, что заставили. Если поднажать, может на эмоциях возжелать долгожданной свободы.

В общем, мне понадобилось две недели, чтобы довести благоверного и его ненаглядную до такого состояния, что у тех глаз начинал дёргаться при звуке шагов. Причём синхронно.

И о чудо, развод оказался не такой уж и плохой идеей! Оформили быстро, практически одним днём. Хотя вообще-то не должны были, но Сирил постарался. Наверное, кому-то взятку дал.

Что ж, ни разу мне подарков не дарил, пусть хоть так потратится.

Вещи свои я собрала заранее, а ещё выгребла деньги из ящика на кухне, в котором хранились финансы на текущие расходы. Ничего, не обеднеют. Сколько лет за мой счёт жили! Жаль было только кухарку, на которую могут повестить недостачу.

Но, во-первых, денег было не так уж и много – меньше её месячного жалования. А во-вторых, не слишком-то и жаль её было. Она ни разу на защиту девочки не попыталась встать. И даже словом ласковым не утешила.

В общем, через две с половиной недели после того, как свекровь уехала в свой неожиданный отпуск, я вышла в реальный мир с небольшим чемоданом, минимальным количеством денег, свидетельством о разводе и широкой улыбкой.

– Ты ещё приползёшь назад, – пренебрежительно бросил теперь уже бывший супруг.

– Умирать буду – не вернусь, – пообещала я немного пафосно, но от души.

– Посмотрим, – усмехнулся Сирил. – Как ты будешь выживать одна? Мамы с папой больше нет. Защитить тебя некому.

– А, так ты из себя защитника решил строить? Не поздно ли?

– Раньше просто ныла, а сейчас ещё и огрызаешься? Знаешь, я тут подумал, что даже если приползёшь ко мне на коленях и станешь умолять, всё равно не приму. Правильно мама о тебе говорит: «купчиха». Даже брак с аристократом не смог исправить твоих мерзких манер.

– Да и слава мирозданию! От вас манер нахвататься – страшнее, чем вшей подцепить.

«Корзиночка» скривился. Видимо, упоминание насекомых тоже считается неприличным. А вот менять любовниц как перчатки – очень прилично.

Фыркнув напоследок, я вышла из здания суда.

Но в чём-то Сирил был прав. Я понимала, почему Вивьен даже подумать не могла о том, чтобы уйти из этой адской семейки. Она была совершенно не приспособлена к реальной жизни. К тому же не знала, что на её содержание продолжают выделяться деньги.

Но я – не она.

И пока развод планировала, я не только «корзиночку» доставала. Я ещё активно изучала мир, в котором очутилась. В основном через записи, что оставила мне Вивьен. Но ещё и через другие книги, которые я нашла в библиотеке.

Хоть у Кальдеров и было достаточно скромное собрание литературы, что-то всё же подчерпнула. В частности, поняла, что пытаться уехать в другой город мне пока не светит, причём по нескольким причинам.

Первая – сейчас мы располагались на самой границе страны. И за ней скрывалось не идентичное этому государство. О нет… В том направлении лежали орочьи степи.

Память Вивьен подсказывала, что туда лучше не соваться. Собственно, земли, в которых я находилась, были небольшим островком между лесами сильваров, территорией орков и безжизненной пустыней.

Хорошо хоть эльфов в этом мире не было. Окружающие бы не выдержали столько шуток про Леголаса, сколько я могла бы придумать!

В общем, за границу нельзя. Королевство Игнирис, в котором я теперь жила, формально принадлежало драконам, но вполне подходило и для людей. Всё же крылатых мало, а нас много. Так что ящерицы-переростки хоть и были здесь вроде как элитой, сильно глаза не мозолили.

Да и вообще, учитывая, как некоторые расистки возмущались, что «грязные полукровки расплодились» и «зря им столько воли дают», государство достаточно терпимо относилось к разным расам. Хороший признак.

Остаться здесь пока я сочла лучшим вариантом. Ехать дальше по стране… Можно, но сложно. Вокруг леса, а в них разбойники.

Я могла отчётливо представить, как почтовую карету останавливают «работники ножа и топора». И дальнейшие перспективы виделись мне не слишком радужными.

К тому же нужно ещё с наследством своим разобраться. Осталось ли от него хоть что-то? Может, на операцию хотя бы хватит. Что-то подсказывало: стоит уехать, как бывшая свекровь наложит руку на всё, что можно. Так что стоит остаться, по крайней мере, до тех пор, пока с наследством не разберусь.

Здание суда за спиной подталкивало начать новую жизнь.

Я ещё раз улыбнулась и вдохнула почти полной грудью. Ну, насколько позволяли лёгкие с рубцами.

– Вот он, запах свободы! – Просияла я, спугнув прохожих.

Мужчина, что стоял в паре шагов, попятился, глянув на меня исподлобья.

– Каторжница, что ли? – Пробурчал он.

Казалось, ещё немного и он начнёт креститься. Ну и пусть. Я не гордая. И так совершила почти невозможно – выторговала развод и сбежала из этой семейки с минимальными потерями. Так что нечего на прохожих обращать внимание.

– Слабоумие и отвага! – Кивнула я своим мыслям и сдвинулась, наконец, с места.

Этот девиз был со мной по жизни. И сейчас я ему не изменяла.

Только я могла отправиться в неизвестность с горстью монет в кармане, которых не хватит даже на то, чтобы снять жильё на месяц.

Супруг наверняка именно поэтому мне развод так легко дал. Думал, что не выдержу и уже через пару дней приползу назад. Ещё и умолять буду.

Жаль человека. Обломается он жёстко. Потому что я готова была сделать всё, лечь костьми, но не возвращаться к своему уже бывшему свекровищу и её «корзиночке».

– Где наша не пропадала? – Спросила я, снова спугнув ни в чём не повинных прохожих. – Прорвёмся.

Глава 6

Свою самостоятельную жизнь я решила начать с того, что сняла номер в гостинице. Денег было немного, но я решила не экономить на проживании и выбрала относительно приличный вариант.

Очень не хотелось, чтобы по пути в свой номер меня скрутили обитатели городского дна и продали в ближайший бордель, поэтому я решила переплатить.

Впрочем, в очередной раз заглянув в зеркало, я поняла, что не продадут. Спроса не будет.

Хотя я видела потенциал. Вивьен была милой, но очень неухоженной.

– Три серебрушки в неделю, – сказала девушка за стойкой.

– Сколько?! – Возмутилась я.

Моих скромных, честно украденных сбережений едва хватило бы на полмесяца жизни здесь.

– Это с завтраками, – поспешила уверить меня сотрудница.

Я прикинула, что на одних завтраках и ноги можно протянуть. Тем более с тщедушным телом Вивьен. А с другой стороны, этому телу не привыкать к постоянным голодовкам.

– Хорошо. Оформите номер на одного на неделю.

***

– Ну и безбашенная ты особа, Анастасия, – сказала я, сидя на кровати.

Номер был неплох. Удобная кровать, письменный стол, платяной шкаф, даже удобства личные. Но при этом у меня осталось чуть больше двух серебряных монет.

Вопрос дальнейшего существования и заработка встал очень остро.

Нет, я могла бы попытаться найти работу. Но, во-первых, новое тело у меня было с дефектом. Запущенная астма с пневмосклерозом ограничивала подвижность и уровень нагрузки. Я то и дело начинала кашлять и задыхаться.

Спусковым крючком могло послужить что угодно. Стресс от разговора с благоверным, кошка, проходящая мимо, букет цветов за стойкой регистрации, слишком долгая пешая прогулка.

Кому нужны такие работники? Гувернанткой меня не возьмут, да и каким-нибудь клерком тоже. Там здоровые нужны.

Но у меня был план. Безумный, непродуманный, отчаянный. Впрочем, как и я.

Увы, выжить то, что я стащила, было невозможно. Пять серебряных монет и восемь медяков. На данный момент осталось меньше половины от этого богатства. А я ведь хотела гардероб обновить, внешностью заняться, с очками этими что-то придумать, зубы поправить.

– Выгляжу как потерянная в детстве сестра Гарри Поттера, – буркнула я, глядя в зеркало.

Ну и ладно. Это всё решаемо. Как говорится, живы будем – не помрём. А вот то, что мне за год нужно где-то сотню золотых раздобыть, уже удручало.

С этими мыслями я села за стол. И начала продумывать дальнейший план действий. Хотела сочинить письмо, но потом решила, что предупреждать потенциального врага – не самая лучшая идея.

Пролистала страницы моей замечательной книги с записями Вивьен. А ещё кое-как, но изучила местное законодательство. Оно оказалось достаточно лояльным.

Положение женщин было значительно лучше, чем в моём родном мире на том же уровне развития. Здесь, по крайней мере, девушки могли наследовать, могли самостоятельно вести дела, могли открыть своё дело.

В общем, мне нравился этот мир. Было бы неприятно зависеть от какого-то мужчины. Тем более в моём положении. А так можно было смело начинать качать права. Благо они у меня были…

– Вивьен Гринвальд к мистеру Годфри Финчу, – важно сказала я пареньку, который подлетел ко мне, стоило переступить порог юридической фирмы.

Разместился поверенный моей семьи в красивом и даже слегка помпезном здании. Создавалось впечатление, словно этот господин обслуживает только сливки общества.

– Эм… Вам назначено?

– Нет. Но вы не переживайте, молодой человек, мистер Финч наверняка будет очень рад меня видеть, – улыбнулась я.

Наверное, улыбка вышла слегка людоедской, потому что парнишка испугался и побежал докладывать.

Очень скоро я сидела в удобном кресле с кружкой ароматного чая в руках и слушала оправдания Финча, попутно листая завещание моих родителей.

– Понимаете, леди Кальдер является вашей свекровью и хозяйкой дома. Разумеется, я не заподозрил ничего плохого в том, чтобы отправлять деньги на ваше содержание непосредственно ей.

– Хозяйка дома? – Уточнила я, приподняв бровь. – А я кто? Так, не пришей кобыле хвост?

– А?

– Ну и ладно. Всё равно уже развелась, так что смысл спорить о моих правах в том доме?

– Ра-развелись?

Ой, как плохо человеку стало. Как будто я ему не о разводе сообщила, а смерти любимой тётушки… которая наследство на кого-то другого отписала.

– Именно. А что?

– Но это ведь… такой позор. Клеймо на всю жизнь. Леди Кальдер, вы уверены?

– Во-первых, уже не Кальдер, а во-вторых, не леди. Я теперь снова «купчиха», мне такое обращение не положено.

– А… эм… мисс Гринвальд…

– Знаете, «мисс» тоже как-то неправильно звучит для разведённой женщины. И прежде чем вы назовёте меня «мадам» и окончательно выведете из себя, хочу попросить вас называть меня госпожой.

Не жирно ли девочке из купеческого сословия госпожой называться? Не жирно. Кто платит тот и музыку заказывает. А платили мои родители много.

– Д-да, конечно, госпожа Гринвальд.

– Итак. Что мы имеем, – подытожила я, плотоядно улыбнувшись. – Мы имеем разбазаривание вверенных вам средств. Все выплаты на моё содержание до меня не доходили, на меня не тратились.

– Но я не знал…

– А вы поверенный или кто? Нужно было узнать. Ладно, – махнула я рукой, решив, что Годфри уже достаточно запуган. – Об этом потом посокрушаемся. Перейдём к делам насущным. За этот месяц вы ей уже отправили сумму?

– Как раз собирался. Но нужно было оформить таможенные документы, поскольку перевод должен был прийти в другую провинцию.

– Замечательно! Как вы понимаете, отправлять ничего не нужно. Моя дорогая Ирма больше не имеет права на подобные выплаты, так как с её «корзиночкой» я благополучно развелась.

– Н-наверное.

Ой, кажется, мужик теперь постоянно заикаться будет.

– Так что вы, голубчик, выплатите эту сумму мне лично. А ещё всё содержание за год вперёд.

– Госпожа Гринвальд, ваш батюшка особенно указал, что выплаты на содержание должны быть ежемесячными. Заранее сумму забирать не положено.

Я даже понимала, почему отец Вивьен так сделал. Наверняка видел, в какую семейку дочь отдаёт. Но не мог отказать любимому дитя, которому приболел именно Сирил Кальдер. Решил для счастья доченьки этого кабеля купить. Приручить только не вышло. Но кто ж знал, что родители так рано умрут.

– Разбазаривать вверенные вам деньги тоже не положено! Если не хотите, чтобы я пошла в суд, то сделаете так, как я сказала!

Поверенный приуныл. И начал размышлять.

Ничего, пусть думает. Особой вины за ним, может, и нет. Но надавить не помешает. Другого выбора у меня всё равно не было.

Наследство в полном объёме мне пока недоступно. Внушительные земли, на которых раскинулся очень прибыльный лес с неисчерпаемыми запасами дорогой древесины и пушнины, а также приличную сумму на счетах я смогу получить не раньше, чем через три года.

Здесь тоже папенька подстраховался. Решил, что основное наследство раньше тридцати доченьке отдавать не нужно. Авось когда четвёртый десяток разменяет, лобная доля сформируется и глаза откроются.

В целом, он был прав. Городской особняк, ничем не уступающий домам аристократов, а также доходный дом в престижном районе были проданы моей ненаглядной свекровью уже через месяц после смерти родителей.

Вивьен тогда в таком состоянии пребывала, что ничего не заметила. Ей было глубоко фиолетово, что ей там на подпись дают.

Так что не поставь отец такое условие, и наследства бы у меня сейчас не было.

Но была и обратная сторона медали – ещё три года я тоже не смогу прикоснуться к счетам. Тыла не было, и я собиралась сражаться с поверенным до последнего вздоха. До последнего вырванного волоса на затылке.

Хорошо, что он оказался достаточно сговорчивым. Всего каких-то два часа угроз, слёз и стенаний понадобились для неполной, но победы. Пусть не за год, но за полгода он мне выплаты отдал.

Из его конторы я вышла счастливая, с двумя золотыми в кармане и векселем ещё на десять.

А теперь пора переходить к операции «преображение»!