Текст книги "Свадьба на Рождество"
Автор книги: Лори Браун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Глава 20
– Не думай, что ружье развалилось от старости, мой мальчик. Оно в полной исправности.
Престон взглянул на длинный ствол кремниевого ружья. Норбундшир продолжал целиться в него. Старик сказал:
– Оно заряжено. Как мне представляется, я могу проделать в тебе дырку достаточного размера, чтобы просунуть сквозь тебя ногу.
– Не сомневаюсь, сэр.
– Может быть, моя рука не так тверда, как в былые дни. Однако я не промахнусь.
– Мне кажется, у вас и сейчас достаточно твердая рука. Уверен, вы не промахнетесь. – Престон улыбнулся.
– Вы не испугались. Может, вы и впрямь сумасшедший?
– Как мне представляется, вы хотите знать то, что знаю я. Поэтому вы меня не застрелите. По крайней мере пока я не расскажу вам, что знаю.
Норбундшир уронил ружье на колени.
– Кроме того, там нет фитиля. Так что ружье не выстрелит. – Старик рассмеялся и отложил ружье в сторону. – Вы, кажется, разбираетесь в оружии.
– Я видел похожее ружье в коллекции моего отца. Когда мне было восемь лет, я попробовал из него выстрелить. Снес спинку одного из стульев в столовой. Вот тогда отец и решил, что мне пора брать уроки стрельбы.
– Он учил вас охотиться?
– Нет, но он нанял одного из лучших стрелков Англии.
– Я всегда считал, что именно отец должен учить сына стрелять.
– Согласен.
Норбундшир откашлялся.
– Ну что ж. Расскажите мне о моей внучке. Вы ее знали?
Престон немного поколебался, прежде чем ответить. Норби как-то странно задал вопрос.
– Да.
– Черт возьми, приятель. Так знали или нет?
– Я только что вернулся из Америки и привез Мэтти…
Норбундшир схватился за горло.
– Кто надоумил вас так зло пошутить? Моя внучка мертва.
– Нет, она…
– Нет, нет и нет. Не мучьте меня.
Видимо, лучше начать с самого начала.
– Королева… – Старик застонал:
– Члены моей семьи словно сговорились мучить меня! Он откинулся назад и повернулся на бок, отвернувшись от Престона.
– Уходите. Мне нужно несколько минут, чтобы прийти в себя.
Престон встал. Распахнув дверь в гардеробную, он сделал знак сидящим мужчинам оставаться на своих местах. Закрыл дверь и бесшумно скользнул в темный угол комнаты. Заметить его присутствие в комнате было невозможно.
Через пару минут герцог встал. Глаза его были совершенно сухими. Он вытащил толстую сигару, срезал кончик, зажег ее с помощью спички и с видимым удовольствием закурил.
Престон шагнул вперед:
– Вижу, вы очень расстроены.
Норбундшир подскочил. Сигара упала, рассыпая пепел по постели. Кое-где тонкий лен задымился. Старик бросился тушить разгорающиеся огоньки, прихлопывая их голыми руками.
– Ради Бога, помогите же мне, а то кровать загорится.
Престон бросился к умывальнику возле двери в гардеробную и схватил кувшин.
– А может, не стоит? Вы заслуживаете своей участи. – Он окатил постель водой.
– Зачем вы это делаете? Теперь я умру от холода, если засну в мокрой постели.
Престон сардонически улыбнулся и сел в кресло. Норбундшир подобрал промокшую сигару, поморщился и бросил ее в угол. Затем герцог выбрался из постели, закутался в халат из красной парчи. Вместо ночного колпака он надел черную шапочку из овечьей шерсти. Поворошил угли в камине.
– Проклятый Уомсли. Грязное отродье. Пожалел угля, чтобы согреть комнату умирающего.
Он вытащил еще одну сигару из ящичка, стоящего на ночном столике.
– Как вы узнали?
– Вы имеете в виду вашу склонность к представлениям или что-то еще?
Норбундшир отвесил Престону глубокий поклон и сел в кресло у камина.
– Когда вы размахивали ружьем, я вспомнил ваше прозвище – Шейки. Что бы это могло значить? Потрясай копьем. Шекспир!
– Когда-то я даже думал, что мое призвание – театр. Тогда отец урезал мне содержание и пригрозил, что оставит без наследства.
– И поэтому вы…
Норбундшир прошептал:
– Сначала проверьте дверь.
– Дверь?
– Осторожно.
Он сделал знак Престону.
Престон осторожно приоткрыл дверь. На глубоком ворсе ковра ясно виднелись две круглые вмятины. Норбундшир сказал:
– Удивляюсь, как это Уомсли не протер колени на всех брюках.
– Так вот почему вы говорили так громко и все время уводили разговор в сторону?
Старик извлек из кармана бутылку и плеснул жидкости в горло.
– Я сорвал голос, но зато он не пропустил ни слова из моего великолепного представления.
– Вы ведь не умираете, правда?
– Эй, парень! Мы все умираем с того самого дня, как появляемся на свет. «Над смертью властвуй в жизни быстротечной, и смерть умрет, а ты пребудешь вечно». Сонет сто сорок шестой.
– Я бы и сам догадался, что это Шекспир. Правда, я не читал его сонеты.
– А вот это? «Лучше иметь вам скверную надпись на гробнице, чем дурной отзыв при жизни».
– Мы могли бы…
– «Гамлет». Как насчет…
– Ваша светлость, давайте пока оставим игру в цитаты. Мы должны обсудить кое-что очень важное.
– Готов спорить, вы хорошо веселитесь на вечеринках.
– Нечасто.
– Я пошутил.
Престон улыбнулся:
– Я тоже.
Ему решительно нравился этот старый грубиян.
– Зачем вы притворялись, что умираете?
– Сначала я не притворялся. Думаю, Уомсли подмешивал мне отраву. Он и этот его доктор. Чем больше лекарств я принимал, тем хуже мне становилось. Тогда я стал их тайком выплевывать.
– Почему бы просто не уехать?
– Вам легко говорить, мой мальчик. Как по-вашему, далеко ли я уеду без посторонней помощи? Даже если я чудом заберусь на лошадь, долго в седле мне не продержаться. Лотарио и Уигги – такие же узники, что и я. Уомсли боится их отпускать.
– Ваши слуги…
– Ба! Конечно, он и об этом подумал. Когда я слег, он рассчитал всех слуг и нанял новых. Да и тех немного. Чем меньше глаз, тем лучше. Этот жуткий дворецкий, неряшливая кухарка. От ее стряпни тошнит. То ли потому, что она так отвратительно готовит, то ли Уомсли опять подмешивает в еду яд. – Норбундшир похлопал себя по округлому животу. – Порции такие маленькие – и воробью бы не хватило. Я превратился в собственную тень.
– Довольно упитанная тень… – Норбундшир захихикал.
– Должен, однако, заметить, что чувствую себя лет на десять моложе. – Он посмотрел в окно, а потом взглянул на часы и нахмурился: – Кстати, Стэнфорд давным-давно должен был подать ужин. Пунктуальность – его единственное хорошее качество.
Престон встал.
– Вы не думаете, что он решил уморить нас голодом?
– Нет. – Норбундшир снова сел. – Более страшного конца я и представить себе не могу.
Престон вызвал из гардеробной Коллинза.
– Мы идем вниз разведать обстановку. Возьмите.
Он протянул Коллинзу кремниевое ружье. Тот нерешительно взял оружие, уронив при этом сумку. Перебрасывая ружье из одной руки в другую, сказал:
– Боюсь, я не умею стрелять.
– И не надо. Просто так вы будете меньше нервничать. Не наводите его ни на себя, ни на меня.
Крадучись, они двинулись вниз по лестнице. Дом выглядел безлюдным и заброшенным. Мало того, что ему не хватало тепла и уюта. Царящая в доме тишина действовала угнетающе. В комнатах не было ни души. Становилось все холоднее – во всех каминах огонь давно угас. Они пошли по черной лестнице, предназначенной для слуг.
В кухне жарился кусок мяса. Снизу он подгорел до черной корки, зато сверху оставался сырым. На столе стоял пустой котел. Возле него были навалены овощи. Наружная дверь с грохотом распахнулась и сразу же захлопнулась. По кухне пронесся порыв ледяного ветра. Как будто кто-то убегал в спешке.
Престон уловил какое-то движение слева и бросил нож. К счастью, в последнюю секунду он успел изменить направление броска. Из-за стола вылез мальчик. Нож Престона просвистел в каких-нибудь шести дюймах над его головой.
– Ты кто? И что здесь делаешь?
– Фенвик, сэр. – Мальчик стоял, вжавшись в стену. – Я из деревни, прихожу за отбросами.
Престон сказал:
– Ты храбрый мальчик.
На его месте многие взрослые мужчины перепугались бы до смерти. Фенвик сказал:
– И по счастью, ростом не вышел.
Престон выдернул нож из стены и вложил его в чехол, висящий у него на шее.
– Можно посмотреть ваш нож?
– Нет.
Престон повернулся к Коллинзу. Поверенный валялся в обмороке под столом. Престону пришлось тащить его за ноги. Фенвик рассматривал его шею.
– Что у вас в этом мешке? Дайте посмотреть! Можно, я возьму?
– Нет.
Оглядев кухню, Престон нашел кувшин с водой и намочил свой носовой платок. Фенвик шел за ним по пятам.
– А я могу научиться кидать нож, как вы?
– Нет.
Престон положил мокрый платок Коллинзу на лоб.
– Я умер?
Коллинз растерянно хлопал глазами. Престон помог ему сесть, опираясь на ножку стола.
– Ничего страшного.
Платок свалился на пол. Престон поднял его и вложил в руку Коллинза.
– Подержите это на лбу несколько минут. – Потом он повернулся к Фенвику: – Говоришь, ты из деревни? Там есть кто-нибудь, кто раньше работал у герцога?
– Да, многие. Им больше некуда пойти. Никому нет житья, как появился этот Уомсли.
Фенвик сплюнул.
Престон сунул мальчишке монету.
– Иди и скажи – пусть возвращаются на работу. Пусть приступают немедленно. Скажи им – они нужны герцогу прямо сейчас. Нужно привести дом в порядок.
– Да, сэр.
– Да скажи им, нам нужны всякие припасы. – Престон оглядел пустые полки. – Здесь нет никакой еды. Скажи пекарю, что нам нужен хлеб. Мясник пусть несет мясо. И еще уголь.
Он вспомнил о своей бедной лошади. С ней наверняка обошлись еще хуже, чем с ним.
– Еще сено и овес. Живо! – Мальчик бросился к двери.
– Потом вернешься сюда и получишь еще монетку.
– Слушаюсь, сэр. – Фенвик отвесил поклон и исчез. Коллинз с трудом поднялся и рухнул в кресло.
– Как вы думаете, куда подевались Уомсли и все остальные?
– Наверное, в ад. Туда им и дорога.
– Но…
– Посидите здесь несколько минут, хорошо? Я доложу обо всем герцогу и проведаю лошадь.
Коллинз встал:
– Лучше уж я пойду с вами. С докладом к герцогу. Не хочу оставаться здесь один. Что, если они вернутся?
– Сомневаюсь. Во всяком случае, не сегодня.
Набравшись терпения, Престон помог бедняге Коллинзу подняться по лестнице в большой зал.
Мэтти взбила подушку. Ей не спалось. Шум города, хоть и приглушенный, не давал ей заснуть. Как тихо было на ферме! Потрескивание ароматных кедровых поленьев в камине вместо шипения углей в печи. Мягкие шлепки снежных хлопьев вместо порывов ледяного ветра, сотрясающих окна.
Куда исчез Престон? Он был где-то в городе, но где? Никакой весточки. Келсо сказал, что Престон будет жить в своем клубе. Что бы это значило?
Ей представлялось, что Престон в карточном салоне «Мэйбелл». Крупные ставки, веселая музыка, запах виски. Женщины. Целые толпы крикливо одетых женщин. Раскрашенные лица. Они закидывают голые руки ему на плечи, шепчут на ухо непристойности. Он курит. Игра продолжается.
Мэтти била кулаком по подушке.
Престон курил. Карточная игра продолжалась. Трое стариков с успехом вытрясли из него почти все деньги, что он брал с собой в дорогу. Он взмахнул рукой и отодвинул стул.
– Хватит, ребята.
Норбундшир запротестовал:
– Еще одну партию! Вечер еще не закончен.
– Уже третий час ночи!
Норбундшир покачал головой:
– Как я говорил, Лотарио, молодежь пошла не та, что в наши дни. У них нет нашей выносливости, нашей жизненной силы. Все эти современные удобства! Они их развратили.
Старики как следует поели и отогрелись. Похоже, не угомонятся до утра. Не то что Коллинз – тот прикорнул в кресле у камина в гостиной пять часов назад.
Престон демонстративно зевнул и потянулся.
– Готов признать поражение.
Прежде чем отправиться спать, он хотел еще раз обойти дом и проверить охрану, которую он выставил. Норбундшир встал и разбудил Коллинза. Поверенный отправился наверх в компании Лотарио. Герцог попросил Престона задержаться на минуту. Плеснув в два бокала вина, Норбундшир устроился в кресле, которое освободил Коллинз. Престон сел напротив.
– Теперь мы одни. Расскажите мне о внучке. Как там ее маленькая ферма? Дети, Натан и Бесс? Думаю, они растут, как сорная трава. – Он захихикал. – А с Джозефом, индейцем, вы встречались? Хотел бы я однажды увидеть настоящего живого индейца.
– Откуда вы знаете… – Норбундшир приложил палец к губам:
– У меня есть человек, который посылает мне отчеты о ней. Моя маленькая тайна!
– Но вы сказали, вы думали, что она умерла.
– Это для Уомсли. У него есть свидетельство о ее смерти. Фальшивое, конечно. У Коллинза находится все, что ему нужно. Когда я в самом деле умру, Матильда унаследует все, в том числе и статуи в саду! Кроме чертова титула! С этим ничего не поделаешь. Следующим герцогом Норбундширом станет Уомсли. Очень ему это пригодится – без гроша за душой. Я об этом позаботился.
Престон был ошеломлен. Он не знал, что сказать. Он целый день кружил вокруг Норбундшира, боясь травмировать старика с больным сердцем – не важно, в самом деле тот болен или притворяется. Престон планировал поговорить с ним завтра, после того как герцог как следует выспится. И вдруг выясняется, что старик давным-давно все знает!
– Вот так-то, сэр. – Довольный произведенным эффектом, Норбундшир развалился в кресле. – Я всех перехитрил… – Он посмотрел на Престона оценивающе. – В один прекрасный день моя внучка получит богатство. И она не замужем. Вы женаты?
– Нет. Но я совершенно неподходящая партия для Мэтти. Конечно, Уомсли и преподобный Хеншо еще хуже, но…
Вдруг Норбундшир вскочил и с неожиданной силой схватил Престона за воротник.
– Что вам известно о Хеншо? И почему вы ставите его на одну доску с этим пронырой Уомсли?
Престон осторожно высвободился из цепких рук герцога. Пришлось рассказать о том, как Хеншо решил непременно жениться на Мэтти вопреки ее желанию, и о том, как по его милости она оказалась в отчаянном положении…
– Проклятие! Я думал, что могу доверять этому человеку, ведь он священник. – Норбундшир хлопнул в ладоши. – Вы поедете назад в Америку. Матильду нужно спасти.
– В этом нет необходимости, сэр. Я как раз и хотел сказать вам, что я привез ее в Лондон.
– Так она здесь?
– В Лондоне. Живет в моем городском доме. – Престон с довольным видом откинулся на спинку кресла. Сейчас старик начнет его благодарить.
– Чертов дурак! Именно там он и будет ее искать. – Норбундшир вскочил.
– Кто?
– Уомсли. Неужели непонятно? Вот почему он исчез. Наверное, подслушивал у двери и понял, что она жива. Если я сейчас умру, он пропал. Сначала нужно убить ее.
Престон уже бежал к двери. Норбундшир двинулся следом.
– Подождите. Сейчас середина ночи. Нельзя отправляться в путь в такое время.
– Еще как можно.
Мэтти в опасности. Только это имеет значение. Престон разбудил лакея и велел оседлать лошадь. Не дожидаясь возвращения слуги, он разыскал плащ, накидку и перчатки.
– Там снег и чертовски холодно. Дождитесь хотя бы рассвета.
– К рассвету я успею проехать добрую четверть пути.
– Дороги скользкие…
– Не беспокойтесь, сэр. – Престон ободряюще похлопал старика по плечу. – Она будет в безопасности.
Привели лошадь. Престон вскочил в седло и пришпорил скакуна.
– Осторожно, как бы лошадь не поскользнулась и не сбросила вас! Потом найдут ваш окоченелый труп. Толку тогда от вас будет!
Уложив Бесси поспать после обеда, Мэтти сошла вниз. Малышка так боялась пропустить что-нибудь интересное! Из-за предпраздничной суеты было сложно соблюдать привычный распорядок дня. Девочка стала капризной и раздражительной. Мэтти отпустила Эдит и сама укачивала Бесс, пока остальные сидели за ленчем.
В детской было так тихо, так мирно. Давно уже ей не доводилось проводить с детьми тихий час. Девочка заснула, а она продолжала качать кроватку, забыв обо всем на свете. Мэтти почти не спала прошлой ночью. Вот и задремала на часок в детской.
В дверях Джайлз спорил с каким-то джентльменом.
– Говорю вам, леди Матильды нет дома.
Мэтти просто не понимала. Как можно не быть дома, если очевидно, что она все-таки дома? У Престона оказалось так много приятных друзей. Почему бы не познакомиться еще с одним?
– Все в порядке, Джайлз. Прошу вас, проходите. – Она провела джентльмена в гостиную. – Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Может, чаю?
– Нет, спасибо.
Мэтти отпустила Джайлза и присела на диванчик.
– Вы друг Престона?
– На самом деле я ваш друг.
– Правда?
Что-то было не так. Слишком льстиво разговаривал незнакомец.
– Я не знала, что у меня есть друзья в Лондоне.
– Меня зовут Эдгар Уомсли. Если быть точным, я друг вашего дедушки.
Решительно он начинал действовать ей на нервы! Жаль, что она поспешила отпустить Джайлза.
– Он очень хочет вас видеть. Меня послали за вами.
– Может быть, в другой раз? Никуда она с ним не поедет.
– Но дело не терпит отлагательств! Вы же знаете, он умирает.
Мэтти встала.
– Я никуда не поеду, пока не напьюсь чаю.
Она потянулась за колокольчиком. Пусть придет хоть кто-нибудь из слуг.
– Не торопитесь.
Он выхватил пистолет.
Ее рука замерла в нескольких дюймах от колокольчика. Он скомандовал:
– Шаг назад!
Мэтти повиновалась. Нужно потянуть время. Может, представится возможность позвать на помощь? Пришелец сказал с мерзкой ухмылкой:
– Так-то лучше.
В дверь легонько постучали.
– Быстро отделайтесь, кто бы там ни был.
Продолжая в нее целиться, Уомсли закрыл пистолет полой пальто.
В комнату вошел Натан. Жестами показал: пора к столу, все готово. Она ответила:
– Попозже, дорогой. Передай кухарке, я пообедаю позже, когда улажу дело с нашим гостем.
Мэтти надеялась, что мальчик поймет и позовет на помощь. Не зря она научилась у индейца языку жестов! Натан и Джозеф предпочитали использовать этот язык, общаясь друг с другом. Она сделала жест, который, как ей казалось, означает – враг. Ничего больше – вдруг Уомсли что-то заподозрит.
Мальчик кивнул и вышел. Понял ли он? Заметил знак? Или она показала неправильно?
– Карета ждет. Мы немного прокатимся – только вы и я.
Мэтти скрестила руки на груди и состроила недовольную гримасу.
– Никуда я с вами не поеду.
– Поедете. Или вы думаете, я не сумею воспользоваться вот этим?
– Если вы меня застрелите, сюда сбежится весь дом. Даже у вас хватит ума, чтобы это понять.
– Вы правы, леди Матильда. Но если вы откажетесь мне помогать, мы просто сядем здесь и подождем. Сюда придет кто-нибудь еще. Я убью вас и его. Может быть, мальчик вернется?
Вдруг Натан не понял? Он вернется, чтобы посмотреть, что ее так долго задерживает. А если понял и ведет людей на помощь? И войдет первым? Неужели Уомсли будет стрелять в ребенка? Внутренний голос сказал – да, будет.
Она встала.
– Возьму вещи.
Он сунул пистолет под пальто.
– Никаких резких движений. Каждый, кто встанет на моем пути, отправится на тот свет. Вы поняли?
Мэтти кивнула. Она разыскала пальто и шляпу, и они вышли из дома, никем не замеченные. Мэтти забралась в карету.
Натан вне опасности. Мэтти откинулась на подушки. Должна же представиться возможность сбежать!
Глава 21
Престон соскочил с лошади и бегом кинулся к дверям собственного дома. Он запнулся о порог. Ноги плохо держали. Слишком много времени он провел в седле. Вот наконец холл.
– Какая встреча!
Он увидел Марсфилда, сидящего в кресле в гостиной.
– Похоже, наш друг Престон…
– Где Мэтти?
Престон без сил прислонился к косяку двери. Берк покачал головой:
– Мы пришли несколько минут назад. Привезли наших жен. Что случилось?
Престон не ответил. Появился Натан и дернул его за полу плаща. Он взъерошил мальчику волосы и сказал:
– Не сейчас, малыш. Мне нужно разыскать Мэтти.
Престон бросился вверх по лестнице. Навстречу шел лакей. Он схватил его за плечи и встряхнул:
– Где леди Матильда?
Джайлз вытаращил глаза:
– Не знаю… Может, наверху?
Лакей явно был не уверен.
– Ты только что оттуда. Мэтти была наверху?
– Я не видел. Я ее не искал. Я…
Престон отшвырнул его в сторону. Чтобы не упасть, Джайлзу пришлось ухватиться за перила. Престон пролетел мимо. Почти все комнаты наверху были пусты. В бывшей кладовой собралась целая толпа. Теперь там, видимо, устроили место для игр. Анна и ее дети сидели спиной к нему. Стол был завален цветной бумагой, уставлен горшочками с красками и клеем. Рядом с Бесс сидела Корделия. Она пыталась забрать у девочки полоску розовой бумаги, которую та решила прилепить себе на лоб. Его заметила Эдит. Престон знаком попросил ее выйти, не желая расстраивать детей.
– Добро пожаловать домой, сэр. Мы…
– Где Мэтти?
– Не знаю, а что?
– Когда вы видели ее в последний раз?
– Надо подумать… – Эдит поправила узел волос на затылке. – Она укладывала Бесс поспать после обеда…
– Когда это было?
– Да часа два назад. – Престон застонал.
– С этим праздником столько хлопот. Вероятно, она внизу, на кухне.
– У Генри? Он никого не впускает на кухню.
– Кто такой Генри? У нас готовит миссис Донафри.
Престон покачал головой. Чепуха какая-то. Однако сейчас это не важно. Нужно найти Мэтти.
Натан опять дернул его за плащ. Эдит сказала:
– Вот ты где! Ты пропускаешь самое интересное. Идем. Мы делаем рождественские украшения.
Натан затряс головой. Он смотрел только на Престона.
– М-м-мэтти у-у-ушла. У-у-ушла.
– Что? – Престон упал на колени и схватил мальчика за узенькие плечи. – Ты знаешь, где она?
– Я п-п-пытался с-ск-казать. Н-никто м-м-еня н-не с-слушал.
Его как будто окатили ледяной водой. Уж он-то мог догадаться выслушать мальчишку! Он обнял Натана и посмотрел ему в лицо.
– Мэтти в опасности?
Натан кивнул. Жестами, гримасами, словами, как мог, мальчик рассказал о том, что видел. Он спрятался на верхней площадке и наблюдал, как незнакомец вывел Мэтти из дому, угрожая пистолетом. Он бежал за каретой до конца квартала. Потом ему удалось забраться на запятки и проследить путь. В дом он попасть не сумел и побежал домой за подмогой.
– В таком случае вряд ли ее увезли далеко.
Натан кивнул. Он объяснил направление жестами: четыре квартала к востоку, семь к северу, потом еще пять кварталов на восток. Марсфилд сказал:
– Это, должно быть, на Харди-стрит.
Престон оглянулся. Рядом стояли друзья. Слава Богу, Марсфилд знает город как свои пять пальцев. Берк сказал:
– Кажется, у Норбундшира там огромный особняк. Я бывал у них на приеме в честь турецкого посла. Впрочем, Норбундшир в нем давно не живет. У него есть дом поменьше, рядом со зданием палаты лордов.
Престон встал.
– А номер дома ты помнишь? Расположение комнат?
Берк с сомнением покачал головой:
– Очень приблизительно.
Марсфилд сказал:
– Мы разработаем план по дороге. Мой экипаж у подъезда. Я ведь не собирался прохлаждаться в гостиной.
Престон повернулся:
– Тогда идем.
Натан дернул его за рукав.
– Не беспокойся, малыш. Мы привезем ее домой целой и невредимой.
– Я с-с т-тобой. – Мальчик расправил плечи. – Я з-знаю, где дом.
Приказать ему сидеть дома? Он все равно побежит за ними. Пусть уж едет. Будет на глазах.
– Тогда идем.
Келсо принес целую коллекцию оружия. Вытащил из витрины даже мачете.
– Не думаю, что нам это понадобится.
Четверо мужчин и мальчик сели в экипаж. Хорошо, что карета оказалась достаточно вместительной. Иначе Келсо ранил бы кого-нибудь своим мачете.
– Никогда не знаешь заранее, что тебе пригодится. Я хочу быть во всеоружии.
Марсфилд согласился:
– И я тоже.
Он извлек из-под сиденья несколько ящичков с пистолетами. Престон покачал головой:
– Мне пистолет не понадобится.
Марсфилд кивнул. Они принялись разрабатывать план. Провести бы сначала рекогносцировку!
Мэтти сидела на стуле в гостиной огромного дома, сложив руки на коленях. Вся мебель, кроме стула, на котором она сидела, а также картины были завешаны чехлами от пыли.
Уомсли не оставлял ее одну ни на минуту. Она объявила, что хочет в уборную. Уомсли заставил своего приспешника Стэнфорда принести горшок и поставить в углу зала. Даже ширмы не было! Стэнфорд, этот обтянутый кожей скелет, смотрел на нее со злобной радостью. Конечно, она с презрением отказалась. И вот она опять неподвижно сидит перед ними.
Стэнфорд подал голос:
– Давай, и покончим с этим!
Усевшись на зачехленный валик дивана, Уомсли возразил:
– Нет. Будем действовать по плану.
– Сделаем так, что будет похоже на несчастный случай. Как раньше.
– Два несчастных случая подряд – в это никто не поверит. После третьего они начнут расследование. Проклятый Батерс, например. Какого черта он везде сует нос? Первым делом надо сбить его со следа.
– Мы могли бы…
– Нет. У меня отличный план.
Мэтти услышала, как открылась входная дверь, а затем раздались шаги. На пороге появились двое. Высокий, заметно нервничающий мужчина и толстая, крикливо одетая женщина. Они принесли какие-то свертки.
– Надо было достать вам светлый парик, да? Тяжеловато было разыскать такой, денег-то вы пожалели.
Она разорвала бумагу и нацепила парик на свои сальные волосы.
– Как я выгляжу?
Уомсли сказал с явным отвращением:
– Потрясающе.
Стэнфорд и спутник красотки, напротив, рассыпались в комплиментах.
– Начнем.
Уомсли повернулся к Мэтти:
– Быстро снимайте одежду и отдайте Доре. – Мэтти сняла пальто и шляпу.
Злобно оскалясь, Уомсли приказал:
– Платье тоже.
Мэтти стояла, скрестив руки на груди. Уомсли захихикал.
– Леди Матильда, позвольте представить вам доктора Эмиля Дюбоша. Возможно, вы о нем слышали. Нет? У нас с Эмилем много общего. Его специализация – боль. Он проводит поразительное исследование способности человеческого тела переносить боль. Страшную боль, причем побудительным мотивом является страх. Не хотите ли познакомиться с ним поближе?
– Нет, спасибо.
Мэтти с трудом сдерживала дрожь. У нее подкашивались ноги.
Уомсли продолжал:
– А меня интересуют практические выводы. Как их можно применить на женщинах.
Уомсли подошел к ней поближе.
– Эмиль предпочитает молоденьких мальчиков. Примерно того возраста, как тот паренек из вашего дома. Как его зовут?
У Мэтти потемнело в глазах.
– Не хотите сказать? И не надо. Стэнфорд! Не съездите ли вы за…
Мэтти расстегнула пуговицу на воротнике.
– Что мне надеть?
– Дора, отдай ей свое платье.
Женщина быстро разделась и подала Мэтти свой наряд из красного атласа и черных кружев. Мэтти стало дурно от запаха, исходившего от грязных тряпок. Она бросила платье Доре. Та уронила свою одежду на пол, из нее посыпались вши. Мэтти поспешно отступила назад.
– Я лучше надену это.
Она схватила чехол от стула и набросила его на плечи. Уомсли повернулся к Доре:
– Тебе идет.
Издали переодетую Дору можно было принять за Мэтти.
– Не забудь, твоя походка должна быть медленной и плавной. Леди вышла прогуляться с любовником, славным доктором. Пусть все любопытные соседи видят, как вы уходите. – Уомсли повернулся к Эмилю: – Не бери кеб, пока не дойдете до конца квартала. Потом отправляйтесь прямо в порт. Ты должен назвать ее «леди Матильда» несколько раз так, чтобы кучер услышал и запомнил. Капитан «Скитальца» ждет тебя. Корабль отплывет, как только вы подниметесь на борт. Счастливого плавания! Я пришлю весточку, когда можно будет вернуться.
Дора заныла:
– Не понимаю, зачем нам отправляться в Испанию. Ненавижу всех этих иностранцев. Ни слова не поймешь, что они там болтают! От их еды меня пучит.
– Эмилю необходимо на некоторое время покинуть Лондон. Мы хотим убить одним выстрелом двух зайцев.
Стэнфорд повторил со смешком:
– Убить двух зайцев!
– Заткнись.
Уомсли улыбнулся Доре и вручил ей объемистый кошелек.
– Купишь себе в Испании что-нибудь красивое.
– Непременно. Благодарю!
Она засунула кошелек за пазуху и взяла доктора под руку:
– Пойдем, утеночек.
Мэтти поняла: женщина будет наживкой. Обман раскроется не раньше чем корабль прибудет к берегам Испании. Она попыталась что-то сказать, но Уомсли перебил:
– Если вы откажетесь в точности выполнять мои указания, я отправлю Стэнфорда домой к Батерсу. Я предпочитаю женщин, но могу, если надо, обойтись и мальчиком.
Мэтти отвернулась и уставилась на черное пятно поверх его плеча. Должна же быть возможность убежать! Господи, помоги!
Престон высунул голову из окна экипажа. Что там на дороге, почему они стоят? Опрокинулась телега, рассыпав свой груз. Вокруг суетились рабочие. Престон открыл дверцу и спрыгнул на мостовую. Наверное, будет быстрее пешком. Повернувшись к спутникам, он хотел было сказать, что пойдет вперед. Вдруг Натан, наполовину высунувшись в окно, начал тыкать пальцем в дальний конец улицы.
Мэтти и какой-то человек садились в карету. Он крикнул кучеру:
– Двадцать гиней, если их догонишь!
Кучер рванул с места так, что Престону пришлось прыгать внутрь на ходу.
Выглядывая в другое окно, Марсфилд спросил:
– Это был Уомсли?
Престон вскарабкался на свое место. Внезапный толчок опрокинул его на пол. Очевидно, кучер задел что-то большое. Только бы не человека. Экипаж летел по улице. Кучер орал. Люди, лошади, собаки в ужасе шарахались в стороны. Престон сказал:
– Непохоже. Мужчина был слишком высокий. В Уомсли росту немногим больше, чем в Мэтти.
– Тогда кто же это?
– Понятия не имею. Кто-нибудь еще был в доме? – Натан покачал головой. Престон обратился к Марсфилду:
– Я почти не разглядел его лицо. А вы? Он вам никого не напомнил?
Марсфилд прикрыл глаза, пытаясь вспомнить. Они ехали молча, стараясь удержаться на местах и не попадать друг на друга. Вдруг Берк сказал, указывая в окно со своей стороны:
– Мы скоро узнаем.
Престон прильнул к окну. Кеб остановился. Мэтти и ее спутник бросились к трапу корабля. Кучер дернул ручной тормоз, колеса заскрежетали по мостовой. На борту корабля мужчина наклонился и поцеловал свою даму. Затем оба отправились вниз, к каютам.
Мужчины выбежали на причал. Поздно. Трап уже убрали. Попытки докричаться до капитана или команды ни к чему не привели. Матросы только хохотали и делали непристойные жесты.
Престон сидел в экипаже, уронив голову на руки. Что-то здесь было не так. Появился Марсфилд:
– Идем, надо нанять какое-нибудь судно. Рыбачью шхуну. Что угодно.
Догадка осенила Престона. Как он мог свалять такого дурака? Он крикнул:
– Берк, Марсфилд! Все назад! Натан! Келсо! Едем скорей!
– Прости, друг. Понимаю твои чувства, но мы не можем оставить ее в лапах мерзавца. Это ведь доктор Эмиль Дюбош. Лучше тебе не знать, что он делает с женщинами.
Престон повторил:
– Все по местам, быстро!
– Ты не можешь…
– Мне жаль эту женщину, кто бы она ни была. Но это не Мэтти.
Берк удивился:
– Как не Мэтти?
Никто ничего не понимал. Марсфилд осторожно произнес:
– Может, это не та женщина, которую, как тебе казалось, ты знал. Но…
– Это была не Мэтти! – Он был почти уверен.
– Она никогда не бросила бы детей вот так.
Берк заметил:
– По-моему, она довольно близка с этим человеком. Впервые за много лет Престону захотелось как следует треснуть друга. Стиснув зубы, он повторил:
– Это была не Мэтти! А я, как дурак, попался на удочку! Все из-за того, что я недооценил Уомсли. И неверно судил о Мэтти. Больше я не ошибусь.
Натан сел рядом с Престоном. Знаками показал: «Я с тобой».
Берк сел напротив и скомандовал:
– Назад, на Харди-стрит! – Он посмотрел другу в лицо: – Мы с тобой…
Келсо закрыл дверь. Экипаж тронулся. Марсфилд спросил:
