Текст книги "Машина (ЛП)"

Автор книги: Лиззи Биквин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

ЭПИЛОГ 1.

ЗОИ

– Тужься. – Голос Эона звучит мягко, но уверенно прямо у моего уха. – Ты справишься, Зои.

Я кряхчу, когда очередная сильная схватка сжимает мой живот и нутро.

Освещение в корабельном лазарете немного приглушили, чтобы создать более спокойную обстановку. Окно от пола до потолка на одной из стен задернуто шторой, чтобы не пропускать солнечный свет.

Стерильная белизна стен лазарета оживлена десятками, а может, и сотнями растений и цветов всех форм и размеров. Некоторые из них – настоящие виды земной флоры, тогда как другие созданы чистым воображением. Вся комната – это, по сути, сад, утопающий в теплых и ярких красках. Прекрасное место для того, чтобы привести в этот мир новую жизнь.

Схватка отступает, давая мне кратковременную передышку. Но теперь они идут одна за другой, и я знаю, что следующая уже на подходе. Я рожаю уже несколько часов. Я истощена и тяжело дышу, моя кожа стала липкой и покрылась испариной.

Но наконец-то я вижу свет в конце туннеля. Как и моя малышка, причем в еще более буквальном смысле. Она начала опускаться, продвигаясь по родовым путям.

– Ты отлично справляешься, – бормочет Эон в промежутке между схватками. – Я прямо здесь, Зои.

Эон сидит позади меня на кровати, удерживая меня так, чтобы я опиралась на твердые мышцы его груди и пресса. Тем временем его сильные руки непрерывно массируют низ моего живота, помогая снять сильнейшее давление.

Перед нами, в изножье кровати, с потолка свисают бионические щупальца, которыми управляет Эон. Два из них обвивают мои ноги, раздвигая их и удерживая, словно гинекологические стремена. Другие свисают вниз, оснащенные инструментами для помощи при родах. На кончике одного из них установлена крошечная камера, транслирующая изображение моего влагалища на стену рядом с нами.

– О, блядь! – кричу я, когда очередная мощная схватка скручивает мое тело.

Эон дал мне лекарство, чтобы сделать роды безболезненными. Но чувство сильнейшего давления никуда не делось, кажется, будто мой живот и влагалище вот-вот взорвутся.

На звук моего крика дверь лазарета приоткрывается, и внутрь просовывает голову врач.

– Все в порядке? – спрашивает он. – Вам требуется помощь?

За время нашего девятимесячного путешествия в космосе Эон использовал Универсальный Конструктор, чтобы создать несколько десятков искусственных форм жизни – небольшую команду для помощи в управлении кораблем, а также для того, чтобы он не казался таким пугающе пустым. Сначала я думала, что мне никто не нужен, кроме Эона. Однако присутствие других людей, пусть и искусственных, оказалось действительно приятным.

Однако прямо сейчас Эон этого мнения не разделяет.

– Пошел. Вон. Сейчас же, – рычит он.

Врач коротко, нервно кивает и закрывает дверь, снова оставляя нас с Эоном одних.

Оказывается, Эон безумно ревнив и относится ко мне как собственник. Он не желает, чтобы какой-либо другой мужчина смотрел на мое тело. Это касается даже его собственных искусственных творений. Как ни странно, это по-своему мило.

А вот что совсем не мило, так это следующая схватка, разрывающая мое тело. Я кричу снова, пережидая мышечные спазмы и изо всех сил стараясь тужиться, чтобы вытолкнуть ребенка из себя.

– Смотри, – говорит Эон. – Головка прорезывается.

Я поворачиваюсь к голографической проекции и вижу, что он прав. Головка нашей малышки уже несколько раз показывалась до этого, но каждый раз ускользала обратно после окончания схватки. Однако на этот раз она остается – маленькая макушка, слегка покрытая крошечными волосиками и белой восковидной смазкой.

Вот оно. Она наконец-то выходит.

– А-а-а!

На этот раз, когда меня накрывает схватка, кажется, что меня разорвет на части. Боли нет, спасибо лекарствам Эона, но давление настолько сильное, что я и представить себе не могла. Эон берет меня за руку, и я сжимаю ее изо всех сил. Его вторая рука продолжает равномерно массировать низ моего живота.

– Почти всё, – шепчет он. – У тебя получается, Зои. Тужься. Тужься.

– Я, блядь, тужусь! – огрызаюсь я.

Еще одна схватка, самая сильная из всех. Я крепко зажмуриваюсь и тяжело кряхчу от напряжения. Ребенок продвигается по родовым путям. Я чувствую щупальца Эона между своими раздвинутыми ногами, которые мягко помогают поддерживать малышку, когда она выходит из меня.

Внезапно давление исчезает.

Пустота и чувство облегчения обволакивают меня, как прохладный ветерок. Я практически растекаюсь по твердому как статуя телу Эона. Я тяжело дышу и потею, а глаза все еще закрыты. Я чувствую себя слишком слабой, чтобы открыть их, слишком слабой, чтобы даже пошевелиться.

На мгновение в комнате повисает тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием механизмов – это щупальца делают свое дело. А затем тишину разрывает крошечный звук, который постепенно становится все громче.

Это плач ребенка.

Все еще не в силах открыть глаза, я облегченно выдыхаю. Малышка жива и здорова. Мое измученное сердце переполняет абсолютное счастье.

На меня накатывает последняя схватка, когда тело изгоняет плаценту. Я слышу, как медицинские щупальца трудятся над пуповиной. Эон держит меня на руках. Глубокий, ровный гул генератора энергии в его груди становится сильнее.

– Зои, – говорит он, и я готова поклясться, что его голос срывается. – Посмотри на нашу дочь. Она прекрасна, прямо как ты.

***

– Ох! – ахаю я.

Я чувствую легкое, чуть саднящее покалывание, но затем София крепко присасывается к моему набухшему соску. Я чувствую, как в грудь начинает прибывать молоко, и вскоре оно льется. Мой ребенок кормится в первый раз.

Я с любовью смотрю на это личико: глаза все еще крепко зажмурены, нос-кнопка с невероятно крошечными и нежными ноздрями и непреодолимо пухлые щечки.

Но Эон ошибался. София куда красивее меня.

На самом деле, она идеальна.

Она – гибрид. Ее клетки органические, но внутри них находятся нанотехнологичные органеллы, которые делают ее здоровее самого здорового человеческого младенца на Земле. Она никогда не заболеет. Она вырастет энергичной и сильной.

Эон пересекает комнату, неся очередной поднос с едой – бельгийскими вафлями, горой яичницы-болтуньи с сыром, несколькими сочными сосисками и хрустящим беконом. Прямо сейчас у меня аппетит как у медведя гризли.

Матрас прогибается, когда он садится рядом со мной. Он отрезает вилкой кусочек пропитанной маслом и сиропом вафли, накалывает его и кормит меня. Я с жадностью его принимаю.

Эон смотрит вниз на нашу дочь и улыбается.

– Ты такая потрясающая, Зои, – говорит он. – Ты создала эту крошечную жизнь внутри своего тела, а теперь кормишь ее едой, которую произвело твое собственное тело. Невероятно.

– Мы создали этого ребенка, – говорю я. – Ты и я вместе.

– Ты проделала самую сложную часть, – отвечает Эон и кормит меня еще одним кусочком.

Правда в том, что он помог мне больше, чем сам того осознавал. На протяжении всего этого процесса он был таким сильным и так поддерживал меня. Мой верный партнер.

Когда я заканчиваю, есть, Эон ставит пустой поднос на прикроватный столик посреди джунглей из растений в горшках. София тоже перестала есть. Я баюкаю нашу малышку, нежно укачивая ее, пока Эон наблюдает за нами.

Через какое-то время он шепчет:

– Хочешь увидеть наш новый дом?

Я киваю.

Стараясь не потревожить Софию, Эон встает с кровати и подходит к шторе, закрывающей всю стену лазарета. Он тихо отдергивает ее, открывая вид на пологие холмы безымянной, необитаемой планеты, на которой мы приземлились. Сейчас закат, и небо расчерчено самыми невероятными оранжевыми и розовыми мазками. Счастливыми цветами.

Сейчас закат, но кажется, что это рассвет.

Новое начало. Новый мир.

– Ну, что скажешь? – спрашивает Эон приглушенным голосом.

– Мне очень нравится, Эон.

Он гордо улыбается, глядя на меня, затем на нашу малышку, а потом снова на новую планету, которая теперь полностью наша.

– Да. Мне тоже. Теперь мы должны придумать для этого места название.

ЭПИЛОГ 2.

Тысячу лет спустя.

Выдержка из отчета для Межзвездной планетной службы Республики Новая Терра

Подготовлено Зелендрией Кси, флотским планетологом третьего ранга

Четвертый Галактический Кантон

Сектор Алетейя

Девятая планета звезды X7955.PQ11

Совершив посадку на планету на рассвете, мы сразу же столкнулись с небольшой группой местных жителей, отправленных из близлежащего города. Несомненно, они видели приближение нашего корабля, поскольку мы не пытались скрыть нашу посадку. По всей видимости, их выслали в качестве приветственной делегации.

В этих существах нас удивило многое, и не в последнюю очередь то, что они приблизились к нашему посадочному модулю без оружия и, судя по всему, совершенно нас не боялись. Еще более удивительным оказался их отчетливо гуманоидный облик. В самом деле, эти фигуры почти во всем напоминали мой собственный терранский экипаж, за исключением двух деталей: их огромного роста и полного отсутствия одежды.

Однако величайшим потрясением стало то, что предводитель группы обратился к нам на терранском. У него был странный акцент, не похожий ни на один из встречавшихся мне ранее диалектов, но слова, вне всяких сомнений, были терранскими.

Нам сообщили, что жители планеты называют свой родной мир Софией. На вопрос о том, откуда они знают наш язык, они лишь загадочно улыбнулись и пригласили нас проследовать за ними в город.

Пока мы шли пешком, мы беседовали о планете – ее географии, климатических особенностях и тому подобном. Предводитель также заботливо указывал нам на различных представителей местной флоры и фауны, что было весьма интересно.

Город, когда мы в него прибыли, оказался потрясающе красивым, с устремленной ввысь архитектурой биоорганического дизайна. Сами здания казались живыми, порой они сдвигались и извивались. И повсюду, куда бы мы ни пошли, мы замечали огромное количество щупалец. Некоторые из них были встроены в архитектуру для выполнения различных функций. Другие росли прямо из спин гуманоидных инопланетян в качестве дополнительных конечностей.

Улицы были исключительно чистыми, а на шумных площадях висели красочные знамена, словно в рамках подготовки к какому-то празднеству. Все горожане проявляли вежливое любопытство к нашему прибытию и были к нам чрезвычайно дружелюбны. Ни на секунду мы не почувствовали угрозы или опасности.

Тем не менее, наше любопытство относительно происхождения этого вида было огромным.

И мы в какой-то мере получили ответ на свой вопрос, когда прибыли в центр города.

В самом сердце города располагалась огромная открытая площадь почти круглой формы, и прямо посреди этого круга, наполовину зарытое в землю, находилось то, что казалось старотерранским исследовательским судном древней конструкции.

Эти подозрения подтвердились, когда мы обнаружили название корабля, написанное на его темном корпусе выцветшей белой краской.

НИС «Фон Нейман»

С момента отбытия с планеты София мы искали любые упоминания об этом корабле в библиотеках Новой Терры, но все наши изыскания оказались безрезультатными. Я полагаю, что существование этого судна когда-то было засекречено, поскольку подобная практика была в моде у правительств Старой Терры. В те темные времена лидеры наших предков считали необходимым скрывать от своего народа всевозможные секреты. Обычно эти секреты касались разрушительного оружия в той или иной форме. Я бесконечно благодарна за то, что человеческая раса давным-давно оставила подобные вещи в прошлом.

Но даже если народ Софии был создан в качестве оружия, по ним этого не было видно. Безусловно, физически это был грозный народ, вполне способный защитить себя от угроз в случае необходимости. Но по отношению к нам они не проявляли ничего, кроме дружелюбия и добродушия.

Мы провели в городе целый день, а вечером нас ждал прекрасный ужин. Софийцы предоставили нам роскошные покои на ночь, и мы согласились. На следующее утро мы вернулись на наш корабль и отбыли.

Я настоятельно рекомендую больше не посылать исследовательские корабли Терры на Софию. Я убеждена – и члены моего экипажа единогласны в этом вопросе, – что подобное вторжение нарушит райскую чистоту этой цивилизации, которую лучше оставить нетронутой.

Некоторые вещи лучше не тревожить человеческим вмешательством, и планета София подпадает именно под эту категорию.

В каком-то смысле, это, конечно, жаль. Сама планета обладает множеством геологических и метеорологических особенностей, которые было бы интересно изучить подробнее. Не говоря уже, разумеется, о ее очаровательных обитателях.

Но для исследования есть и другие миры. Наша галактика огромна. Мы никогда не исчерпаем ее огромных запасов знаний. Оставить одну планету в покое, не проводя исследований, – не такая уж большая потеря для нас, и, я полагаю, это пойдет лишь на пользу софийцам.

Прежде чем завершить этот отчет, я хочу отметить одну последнюю странность этой планеты, которую мы с коллегами так и не смогли разгадать. Даже сами софийцы, когда мы их спросили, не смогли этого объяснить.

Странность, о которой я говорю, заключалась в присутствии одного конкретного растения, которое, как мы заметили, в изобилии росло по всей планете, как в черте города, так и в дикой природе за его пределами – особого вида плотоядной флоры, Sarracenia alabamensis, известного в древности как растение-кувшинчик.

Как именно этот вид стал частью естественной экологии Софии, мы, по-видимому, никогда не узнаем.

КОНЕЦ