Текст книги "Восход Паргелия. Аделина (СИ)"

Автор книги: Лия Готверд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 23

Сквозь прекрасные сновидения о семье и доме, меня снова разбудил голод. Хотелось съесть целую тушу мяса и ведро овощей. Хлод таскал различные блюда уже с периодичностью в пару часов. Совсем не хотелось думать зачем я здесь и почему, вспоминать о том, что произошло со мной. К боли на спине можно было привыкнуть, только бы то чудовище больше не появлялось в моем сознании. Невыносимо было делить свое тело с чужаком. В моей голове будто шипели тысячи змей, обвиваясь кольцами, как удавки. А тело саднило словно после сотни переломов.

Жуткие воспоминания должны раз и навсегда исчезнуть из моей головы. Эраис обязательно спасет меня. Снова.

Моя тюрьма не выглядела как темница, скорее наоборот, это было райское место, где, закрыв глаза, я могла придумать себе все, что угодно: тихое озеро в чаще леса или бирюзовый залив и тихую гавань... Но сейчас мне больше всего хотелось увидеть Эраиса.

Я не могла назвать его просто мужчиной. Нет. Да и выглядел он не как человек. Странный и крупный, но божественно красивый, он был для меня кем-то очень большим и важным, словно Божество. Я привыкла к его резким движениям, даже в моем теле. Наоборот, его порывы зарыться глубже в мою любовь отдавали пламенем в душе. Для меня он стал всем, целой Вселенной. Я жаждала прикосновений, вспоминала как он сжимал тело в экстазе, как проникал все глубже, изливаясь страстью, которую я с удовольствием принимала и желала еще. Хотеть его тело стало наваждением. Как я жила без него раньше?

Он изменился. Его глаза прояснились, теперь я могла видеть эмоции на его некогда каменном лице. И он уже не был равнодушно холодным, проявлял заботу и дико желал меня. Теперь я поняла, почему мама родила нас так рано. Если бы я забеременела после ночи с Эраисом, я бы никогда об этом не пожалела. Но у него…у нас не будет детей. Плохо это или хорошо, никто из нас не мог сейчас сказать. Нам нужны были лишь объятия, взаимные и крепкие.

Я покрылась испариной и в лицо ударила краска, когда воспоминания о нас двоих на этой постели вдруг всплыли наверх. Поднеся подушку к носу, я сделала глубокий вдох. Она пахла его ароматом стылых костров. Ох, как же он сводил меня с ума. Обезумевшая от вожделения, я сняла с себя сорочку. Вдыхая аромат, оставленный Эраисом, я как кошка, потерлась о простынь. Сначала спиной, а потом и животом, мурлыкая и вспоминая о нем.

–Аделина, что ты делаешь? – послышалось позади моей выставленной напоказ пятой точки. – Без меня.

Эраис явился через портал. Не представляю, сколько времени он наблюдал за мной, но вид у него был весьма возбужденный. Первым был сброшен сюртук прямо на пол, затем развязались завязки на рубашке. Не думаю, что ему нужны были мои ответы, но я все же промурлыкала:

–Тебя жду.

Он сначала поставил одно колено на кровать, жадно рассматривая мое тело, а через мгновение уже полностью навис надо мной.

–Моя, только моя, – произнес он, кладя ладонь на мою грудь и зажимая маленькую розовую горошину меж пальцев. Ох…А потом его губы коснулись второй. Сначала нежно, а потом так, что вырвался стон.

Он начал спускаться вниз, целуя живот, и все ниже и ниже, пока нежно и бережно не дошел до места, которое познал только он. Не меняя скорость изучения моего тела, он нежно провел языком по женскому телу.

–О,боги! – вздохнула я и закопалась руками в его волосах. – Сейчас, Эраис, возьми меня сейчас.

Он наконец снял кожаные брюки и теперь я могла лицезреть его тело в ярком свете. Он привлекал и пугал меня всякий раз. «Как это всё в меня помещается?» только подумала я, как Эраис подмял мои бедра под себя и я почувствовала его в своем теле. Каждый толчок был слаже и глубже предыдущего. Каждый раз он заставлял сердце трепетать, а тело биться в экстазе. Ловил губами мои и целовал так неистово, что перехватывало дух.

–Расскажи мне, где ты был? Как успехи в поиске лекарства для меня? – тихо спросила я, обводя кончиком пальца ребристые пентаграммы на его груди.

– Я ищу, Аделина. Но пока что безуспешно.

–Новости не очень, – хмыкнула я, любуясь его широким подбородком с небольшой ямкой, а затем нежно чмокнула ее. Он как обычно не реагировал, даже глазом не повел. Иногда он напоминал изваяние или только что распакованную мумию. Но стоило мне завестись, как он тут же становился жарким любовником, таким, как я хотела.

Я сделала абсолютно точный вывод – этот властный темный шестьсот летний маг был полностью в моей власти. Ох, это заводило меня еще сильнее. Он мог читать мои мысли, как и где я хочу его, и бесконечно целовать.

–Ты ненасытная женщина, Ад, – улыбнулся он в ответ на мои мысли.

– Я люблю тебя, Эраис. Очень сильно.

– Наверное, мне стоит сказать то же самое? – повел бровью Рай и слегка потянул уголок рта.

– Не говори ничего, просто будь собой. Моей любви хватает на нас двоих, ты ведь сам сказал…– я забралась сверху и легла на его грудь. – Твое сердце бьется очень медленно, – прислушалась я.

– А ты думаешь, почему я так долго живу?

Я чуть сползла, обхватив его бедра своими, целуя его мужское тело своим, нежно касаясь девичьей мягкой кожей его снова отвердевшего тела.

–Сегодня я долго думала, что будет дальше, если ты найдешь лекарство?

–Я не отпущу тебя, можешь много не думать.

Он положил ладони на мои бедра и придавил к себе. Вздох вырвался из груди, Эраис уже был на пороге снова посетить мое тело.

–О, Боги, почему я так хочу тебя? Снова! -вырвалось у меня. Я расслабилась и осторожно протолкнула его в себя, давая возможность занять собой больше, чем было возможно в теории. Наши разговоры сошли на нет и мы полностью отдались животным инстинктам и нашей взаимной любви.

-Я должен сказать тебе кое-что, Ад.

Серьезной тон Эраиса застал меня врасплох и насторожил. Он надел сорочку и поднял с пола сюртук.

–Скажи, – тихо проговорила я.

–Я продал душу твоей сестры, – констатировал он и замер, как обычно это делал.

Когда истинный смысл сказанного наконец дошел до меня, вместе с выбросом адреналина, онемели и руки, и ноги.

–Что? Ты что сделал? Эраис, о чем ты? Как это? – бессвязно тараторила я.

–Не я спас тебя от Хранителей, а, считай, твоя сестра.

Мысли разбежались, как мыши по углам. Сосредоточиться было весьма сложно.

–Она об этом знает?

–Нет, – равнодушно ответил тот.

–И как это случилось? Кому ты продал ее? И как ты смеешь распоряжаться ее жизнью?!

Голос дрогнул, но тон я не сбавила. Досадная правда еще никогда так не сбивала меня с ног. Только что я любила всей душой и телом этого человека, а сейчас ненавижу его темную сущность до мозга костей!

–Один бы я не справился. Я привлек армию демонов ночи, пообещав их королю твою сестру взамен на его помощь. Только так я мог спасти тебя.

– Демоны?! Эраис? Ты спятил? Ты отдал сестру демону? Лучше бы я умерла!

– Твоей сестре ничего не угрожает, ее никто не будет пить.

– Что значит пить?

– Они пьют живую кровь, это позволяет им быть бессмертными.

– О, Боги! И кто он, этот ночной король? Я хочу его видеть!

– Он лично поставил клеймо на твоей спине и помог запечатать Хташа. Его армия сильна, а власть могущественна, он достойный лидер и хранитель ночного мира. И ему тоже нужен наследник.

– А что, кроме Авроры, никто не может его осчастливить?

– Проклятие ночных в том, что никто из них не может родить дитя или взрастить урожай. Вы обе дочери Теренеи, и лишь вы во всей Вселенной можете это сделать даже на ледяной земле. Сосуд магии Земли может дать жизнь там, где мертво, если на то будет его воля – так написано в древних писаниях.

– Эта сделка дорого тебе обойдется, Эраис! – со злостью зашипела я.

– Я знаю, Аделина. Не было иного пути.

– То есть, ты решил исповедаться? Почему сейчас? Ждешь прощения?! – в нетерпении я задавала тысячу вопросов, сжимая кулаки до хруста. – Игру судьбой моей сестры я тебе никогда не прощу! – я сделала паузу, ибо горло горело жгучей тоской, нагоняя слезы несчастья.

– Я не сожалею, Аделина. Хотел, чтобы ты об этом узнала до того, как я уйду.

– Пошел прочь, Эраис и будь ты проклят! За всё, что ты сделал мне и моей семье! Будь проклят...

Голос задрожал от нахлынувших воспоминаний и сегодняшней боли, которую я терпела из-за него.

–Я уже проклят, Аделина, – спокойно ответил тот, отворяя тяжелую дверь покоев.

А затем он развернулся и просто направил взгляд на меня, рассматривая долго и томно, будто хотел запечатлеть в памяти мой образ. Подозрение на то, что он еще что-то скрывает, медленно оправдывалось. Я видела это по глазам. Толика печали читалась в этих пронзительных радужках лунного света.

Слова “Останься, побудь еще немного” вертелись на языке. Мне не хватило каких-то нескольких мгновений до прощения. Но он ушел. Окутанный тьмой и тишиной.

Глава 24

Оставив Аделину, я направился к Лайго – искать ответы. Чувства боли, ненависти и опустошённости шли за мной по пятам, но слабели с каждым шагом прочь от источника. Подавленная правдой, она пыталась найти в душе оправдание для меня, и не нашла.

Сегодняшние объятия могли стать для нас последними. Делиться с ней планами было нецелесообразно. Я знал, что уже ничего не будет так, как прежде. После того как я услышал правду о будущем от Сиена, я и сам начал видеть то, что вещала провидица. В видениях о недалёком будущем я видел множество вариантов своей смерти , безумной и неминуемой, и ни одного рядом с ней. Теперь я точно знал: наши с Аделиной пути вот-вот разойдутся.

Портал в Туманность по пути к Лайго я открыл молниеносно. Гравий с хрустом скрипел под тяжёлыми шагами во мгле. Пальцевидные ветви Кориги шуршали листьями по земле и расступались передо мной, пропуская вглубь. Стая крегисов живой подушкой помогла мне выбраться из густого колодца. Весь путь меня не покидало чувство, что я званый гость, а священный оракул ждёт меня.

– Приветствую тебя, Великий Лайго, хранитель памяти, – поклонился я спине мужчины в большом кресле. Он лишь на мгновение поднял руку, отмечая мой приход. В кресле сидел тот самый седовласый старик и медленно покуривал трубку.

– Я ждал муравья, а нагрянул лев, – улыбнулся Лайго, выпуская дым в форме нападающего льва.

– Моя значимость для мира столь высока? – поинтересовался я, озадаченный его словами.

– Кто не падал вниз, не ведает, что он наверху.

– Ты знаешь, зачем я здесь, верно? – перешёл я прямо к делу.

– Говори устами то, что велит сердце.

– Я хочу узнать, есть ли способ изгнать Хташа из тела моей женщины? Меня предали Хранители, организовав не обряд изгнания, а перехода меж телами. Теперь моя женщина одержима. Я должен спасти её.

Лайго взял долгую паузу, сделав несколько малых затяжек и выпуская едкий дым.

– Дева всё так же любит?

– Любит, но не думаю, что простит, – с печалью в голосе вымолвил я, вспоминая её последние слова на прощание.

Лайго впервые перевёл на меня многозначительный взгляд.

– Да умрёт покорённый устами сосуда стихий, и да возродится он в фонтане вечном.

– Это слова из древнего писания? – я задумался, а затем твёрдо добавил: – И да, мне уже нечего терять. Она никогда не простит меня, Лайго. Если я должен умереть, чтобы спасти её, я готов!

– И встретят его четверо на пути из осколков стекла. И будут резать его и кромсать…

Лицо старика вдруг изменилось – ужас и боль появились из ниоткуда, будто сейчас, глядя на меня, он переживал моё будущее. Из его глаз вместо слёз потекла кровь.

– Куда я должен идти? К её богам? Четверо – это они?

– Ты верно толкуешь, сын Тьмы, – уже расслабленным тоном, снова отворачиваясь к морю, произнёс Лайго.

– Но как я могу попасть туда? Я ведь принадлежу Нижнему Чертогу. Никому из наших ещё не удавалось даже приблизиться к вратам.

– Были такие… но никто не вернулся.

– Я пойду. Я должен попытаться спасти её.

Лайго снова глубоко затянул дым и молчал несколько минут, задумчиво глядя в пустоту.

– Когда прыгнешь в пучину морскую, плыви не наверх, а вниз, ко дну. И попадёшь ты к вратам божественным.

– Эта дорога ведёт к смерти, Лайго.

– Нет другого пути для тебя.

Ни секунды не сомневаясь в своём выборе, я быстро подошёл к обрыву.

– Хорошо. Я готов.

На этот раз море бушевало штормом, разбиваясь пеной о скалы. Чёрная вода закипала бурлящими водоворотами далеко внизу.

Её милое лицо всегда было перед моими глазами. Она улыбалась мне и говорила, что любит. В груди больно кололо при мысли о том, что я больше никогда не найду её в постели, не коснусь шёлковых прядей, не согрею мёрзнущее тело своим пламенем. Но я должен был идти по предначертанному пути – и стоять здесь, перед обрывом, с надеждой и верой в лучшее будущее для неё.

Ещё несколько месяцев назад, если бы мне сказали о самопожертвовании, я бы только рассмеялся. Но не сейчас. Я словно переродился специально для неё – маленькой женщины из другого мира, которую теперь боготворю.

Я шагнул в пропасть и очутился в бурлящей воде. Волна подхватила меня и понесла водоворотом вниз. Вода захлестнула меня целиком, наполняя мой сосуд до отказа. Понемногу выпуская воздух из лёгких, я сдался и начал медленно опускаться вниз, будто преступник, привязанный к камню в момент своей казни.

***

Светлый туман, подобно моей Тьме, расстелился подушкой под обездвиженным телом. Светлая пустота простиралась в поле моей видимости. Я ждал, будто целую вечность, не чувствуя тела, говоря лишь устами разума.

Раздвоенный голос женщины, мужчины и ребёнка вдруг заговорил со мной.

– Мы ждали тебя намного раньше, сын Князя Тьмы, – разлилось волной в пространстве и эхом отозвалось глубоко внутри меня. Туман становился тисками. – Озвучь свои намерения.

– Помогите спасти мою женщину. Освободите её тело от Хташа, – прошептал я не губами, а мыслями.

– Ты – торговец душами, распорядитель Тьмы. Руки твои в крови, а душа во мраке. Сколь много греховных дел совершено – не перечесть. Как думаешь, почему ты добрался сюда?

Туман сковал меня, будто я застыл в камне, не давая возможности дышать.

– Мне повезло, – хрипло произнёс я.

Звонкий смех сотен голосов до боли резанул слух.

– Ты здесь потому, что наше провидение непоколебимо в пространстве и постоянно во времени. Твоя судьба была предрешена задолго до появления семени в чреве матери твоей. Ты знаешь, кто ты на самом деле?

– Я сын Князя Тьмы.

– Кто твоя мать?

– Я не знал её. Она скончалась при родах. Я ничего о ней не знаю.

– Так знай, Эраис, сын Князя Тьмы: ты также сын Светлой девы Раисены из Монастыря Одинокой Горы, дочери Света, что снизошла из Верхнего Чертога на землю, дабы донести слово и дело истинное, подкреплённое справедливостью выбора, оправданное светлыми и тёмными деяниями. И даже сам Князь Тьмы поднимался, чтобы слушать её звонкие и тревожные речи. Никто не мог видеть его и замечать, кроме Раисены.

И полюбил её Князь, оставляя тьму и забирая её свет. Изгнали её из монастыря за непослушание, отвернулись от неё все боги Света, и скиталась она у дорог с плодом во чреве. И поклялась, что ни она, ни потомки её не ступят к вратам Верхнего Чертога. Умерла Раисена в тяжких муках, но дала жизнь тебе – полукровке, в душе которого смешались Свет и Тьма. Навсегда забрал тебя Князь в Нижний Чертог, и забыл ты, что половина души твоей светится лунным сиянием.

Слова, произносимые божеством, проникали в самое сердце и до крови ранили душу. Напрасно я годами искал в древних письменах упоминания об одержимости тёмных, ведь их никогда не существовало. Я всегда задавался вопросом: как Хташ мог завладеть моим телом и сознанием, если тёмные пусты? Там, где пусто, паразиту нечем питаться.

Но теперь глаза мои открылись, и истина стала яснее ясного. Теперь я знал, почему именно я стал жертвой.

– Это мы указали Хташу путь в твоё тело. Это мы растили деву и отдали её тебе. Это мы позволили Хташу завладеть ею. И это мы сделали так, чтобы ты наконец пришёл домой. Дочь наша – и есть темница для Хташа, в которой мы и казним его.

– Благодаря своей одержимости ты разоблачил Ковен и предотвратил появление великого зла, что могло разрушить мир, который мы так усердно возводили. Женщина, что легла с тобой по нашему благословению, забрала все твои грехи и теперь платит за них мучениями. Ты навсегда связал её с собой клятвами. Она причастила тебя ценой собственной жизни, потому что смогла полюбить. А ты так и не понял, почему мы позволили ей страдать. Ибо её страдания равны грехам твоим.

– Я сам заплачу за свои грехи! Она не должна этого делать!

– Тогда искупи всё, что совершил. Всё зло, что тянется за тобой шлейфом до самого Ада. Ты умрёшь и воскреснешь в мучениях столько раз, сколько душ ты погубил. Ты проведёшь сто лет в изгнании, запечатанный в пустоте.

– Сто лет…

– Боишься, что не встретишься с ней?

Будто дыханием, меня опалило нечто близкое, невидимое.

– Время для тебя потечёт сквозь века, а для неё пройдёт лишь три дня.

– Спасибо… Тогда я готов.

– А после, по праву рождения, ты станешь проводником сил светлых и тёмных, дабы избавить дочь Света от скверны внутри. Освободишь и отпустишь её душу – туда, куда она пожелает. Дашь ей право выбора.

– Я сделаю это.

Туман подо мной становился мягче и мягче, а потом и вовсе растаял. Я провалился во тьму.

Несколько мгновений вокруг стояла пустота. А затем сверху начали падать осколки стекла, невыносимо больно врезаясь в тело. Вдруг во рту и ушах появилась вода. Сквозь боль от резаных ран и спазмы захлёбывающихся лёгких, изрешечённый лезвиями, я начал тонуть…

А это означало лишь одно: начался путь искупления.

Глава 25

Я сидела на кровати, роняя слёзы печали – о сестре, о себе самой, о том, что всё так вышло. Нужно было расстаться с отчаянием и забыться где-то на краю земли. Туда я и перенеслась, сидя в этой волшебной комнате.

Эраис не вернулся ни ночью, ни следующим днём. Одиночество и пустота отворили дверь в мой дом и тихо пили чай где-то на задворках подсознания. Я корила и ругала себя за столь циничное отношение к нему, за те слова проклятия, что сказала напоследок. Я не должна была... Но всё же взяла и сказала.

Прощение и сожаление уже давно были написаны мною чёрным по белому, но Эраис не спешил возвращаться. Я ждала. Сидела посреди комнаты – на полу, на кровати, на подоконнике, – но его присутствия не ощущалось, даже намёка на него не было.

Он затаил обиду. Решил оставить меня, чтобы я подумала над нашими отношениями, клятвами, что давала, обещаниями, что не сдержала... Но он должен вернуться. Обязательно.

– Хлод, где Эраис? – спросила я первым делом у вошедшего лорда.

– Я не знаю. Наверное, в поисках лекарства для тебя.

– Это глупо – уйти и ничего не сказать! – с силой стукнула я кулаком по столу.

– У нас гость, хозяйка. Ты примешь его вместо хозяина?

– А я могу, Хлод? Ведь, хотя паразит и запечатан, он всё равно во мне. Я не могу рисковать.

– Не думаю, что этот гость боится твоего Хташа. Он никого не боится.

– А кто он, Хлод?

– Король демонов ночи. Демерис – его имя.

Глаза от неожиданности чуть не выпали из глазниц.

– Тот, что кровь пьёт? – уточнила я, опасаясь, не путаю ли что-то.

– Да, он.

– Хлод! Ты знаешь, что Эраис продал ему мою сестру?! – вспылила я, уже возненавидев вечернего гостя ещё до знакомства.

– Знаю. Так надо было, – равнодушно бросил тот через плечо.

– И ты туда же! Ты на стороне Эраиса и его... этого Риса пропаренного, или как там его! – топнула я ногой. – Его-то я приму обязательно! Хлод, неси одежду! – скомандовала я и принялась расчёсывать волосы.

Седая прядь нисколько не портила внешность, а лишь добавляла изюминку. Теперь мой вид обрёл уникальность для опознания в морге.

Хлод принёс зелёное бархатное платье с декольте.

– Хлод, другого нет? Это платье слишком вульгарное для замужней женщины. Эраис будет недоволен... Хотя нет! Наоборот, пускай злится и ревнует, раз уж оставил меня так надолго!

Длинные волосы я собрала в пучок, заколов шпилькой, и оделась, как подобает хозяйке этого дома, за исключением выпяченной наружу груди.

– Я готова. Зови!

Гора плоти в чёрном кожаном плаще с красными волосами, похожими на извержение вулкана, едва протиснулась в двери Острова. Длинные волнистые пряди свисали, как потёки магмы.

Я приоткрыла рот от неожиданности. Этот зверь ещё больше Эраиса. Такой огромный... Красные волосы... Как будто брюнета выкрасили в алый. А губы у него такие, словно перед входом он стёр красную помаду.

Когда Эраис сказал мне, что отдал сестру демону, я представляла его иначе. Ну, там, рога, хвост, копыта... А этот на вид как человек. Хотя и высокий, но идёт легко.

– Ваше величество... или как? – поинтересовалась я, поймав взгляд его красных радужек, и никак не могла вспомнить его имя. Помнила, что-то с "Рис"...

– Можно просто Демерис, – ответил он, слегка кивнув в знак приветствия.

– Итак, Рис... Демерис. Что тебя привело сюда?

– Хорошо выглядишь. Последний раз я видел тебя голой и с когтями, – усмехнулся он.

Я покраснела до кончиков ушей. Эраис говорил, что это Демерис тогда, в императорском дворце, выжёг мне клеймо на спине. Мне стало неловко даже думать об этом позоре.

– У меня здесь только кровать и одно кресло. Присаживайся на кресло, а я сяду здесь. Я бы приняла тебя в приёмном зале, но не могу, сам знаешь.

– Знаю. Я здесь по просьбе Эраиса.

– Он был у тебя?! Где он? Почему не возвращается?! – пыталась я сделать безучастный вид, но моё волнение выдали участившееся сердцебиение и вздымающаяся грудь.

Демерис, сидевший напротив, внимательно разглядывал мою шею, скользя взглядом то вверх, то вниз до самой ложбинки.

– Он просил присматривать за тобой, если не вернётся, – спокойно произнёс тот, слегка просвистывая букву "с".

Дефект речи? Шепелявит,– подумала я.

– Куда он уехал? Ты знаешь?

– К Лайго. Но должен был вернуться в тот же день.

Волнение вовсе перекрыло мне возможность дышать, и я слегка распустила завязки корсета.

– Ты так беспокоишься, что стук твоего сердца барабанит мне прямо в уши. Успокойся и смирись. Он выбрал свой путь, и от тебя мало что зависит.

– Какое тебе дело до меня?

– Мы почти родственники, забыла? – улыбнулся Демерис, и я увидела белые клыки под его растянутой ухмылкой.

О, Боги! Я представила эту клыкастую гору рядом с моей сестрой, и у меня потемнело в глазах. Если не раздавит, то порвёт...Хоть бы уже Адриану посчастливилось встретить обычную нормальную человеческую женщину.

–Пообещай, что не сделаешь ей больно? Аврора очень добрая и доверчивая, она не такая как я…Мне жаль, что все так обернулось. Эраис хотел меня спасти, но ему не нужно было торговать душами!

– Ты ошибаешься. Он сделал это ради тебя. И неизвестно, на что согласился сейчас. Ты помудреешь позже, лет через десять к тебе придёт прозрение. А сейчас ты слишком молода, чтобы судить или осуждать.

– Ты не пообещал...

Демерис ухмыльнулся.

– Сейчас я не могу ничего обещать. Если Эраис не появится, я не смогу забрать девушку из твоего мира. Кроме него, никто не открывает порталы. Но для твоей сестры это будет хорошей новостью, не так ли?

Я сглотнула ком в горле.

– А какая плохая?

– Я заберу тебя вместо неё.

– Что?!

– Эраис велел передать тебе это, если не вернётся.

– Эраис не мог...

– Мог. У меня есть способ изгнать твоего паразита – обратить тебя. Но только после одной маленькой живой услуги.

– Я никогда не предам его! Никогда! Он – моё всё! Даже если у тебя будет сотня тысяч предложений, я буду ждать его. Не рассчитывай даже на малое! – вспылила я и подошла к нему, сжимая кулаки.

Роскошные пряди рубиновых волос переливались в свете горящих свечей. Мужчина с тёмно-красными бровями, длинными чёрными ресницами, алыми губами и фарфорово-бледной кожей выглядел словно сувенирным.

– Я тебе пока ничего не предлагаю, – стал он напротив, нависая надо мной. – Я, как и ты, жду Эраиса. Твоя добрая и покладистая сестра меня больше устраивает, знаешь ли.

– И мы дождёмся его! Я уверена, он вернётся!

– Посмотрим. И ещё кое-что… – Демерис отвернулся, отыскивая металлический клеймовик, который мирно покоился на полке над камином. – Давай-ка обновим клеймо.

– О нет! Серьёзно? Сейчас?

– Да. Твои глаза слегка поменяли цвет. Думаю, пора. Оцени свою боль по шкале от одного до десяти, где один – совсем не болит.

– Три.

– А надо не ниже пяти.

– Хлод сделает это! Я не желаю раздеваться перед тобой!

– Я видел абсолютно всё, о чём ты переживаешь. Просто доверься мне. Мы же почти родственники, – усмехнулся Демерис и уже поднёс рукоять к пылающему камину.

– Ладно… Ненавижу боль, ненавижу…

Демерис был прав. Боль я почти не чувствовала, но Хташ давил изнутри всё сильнее. Мой мозг словно зажали в тиски с шипами, а некоторые участки тела временами парализовывало.

Я расшнуровала корсет и, придерживая лиф, оголила спину. Только оглянулась посмотреть, нагрел ли он клеймовик, как уже через мгновение почувствовала жгучую, адскую боль и плюхнулась носом в подушку, чтобы как следует прокричаться.

Надеть платье уже не получится. Еле живая, я снова села на кровать, придерживая трясущейся рукой бюстье. Картинка перед глазами поплыла от наворачивающихся слёз.

– Всё хорошо? Как ты себя чувствуешь? – прогремел голос где-то сбоку.

– Как смертная, – едко ответила я, отчасти завидуя этим непобедимым живучим мужчинам с жизнью длиною в вечность.

– Мне искренне жаль тебя. Ты слишком молода, чтобы легко пережить такое…

– Я переживу, не волнуйся.

Демерис начал собираться, и уже через мгновение стоял в дверях.

– Мне нужно спешить… Навещу тебя послезавтра, если Эраис не объявится.

– Объявится, – твёрдо сказала я. – Но… спасибо.

Слова догнали лишь сквозняк, оставшийся после резкого взмаха плаща и отбытия гостя.

***

С каждым новым часом одиночества по капле растворялась надежда увидеть Эраиса вновь. Я много думала о нашем прощании, о вчерашнем госте и о том, что будет дальше.

Демерис принес лишь одну единственную хорошую новость – он мог избавить меня от бремени. Только какой ценой! В нашем мире подобных ему называют вампирами. Множество легенд слагали об их происхождении, но доказательств их существования нет ни у кого. Вернее, не было… Пока я вчера не познакомилась с Демерисом.

Однако воины Демериса не умирали, чтобы стать Ночными, в отличие от рассказов про гробы. Нет, их обращение занимало куда больше времени. Могли понадобиться десятки лет принятия живой крови, чтобы не стареть и оставаться бессмертным. Поэтому, особых надежд на помощь Демериса я не питала, ибо выздоровление мне необходимо здесь и сейчас.

Когда вернется Эраис, Дем доберется до Авроры… В груди больно кололо лишь от одной мысли, что я не оставила ей выбора. Аврора… Моя любимая сестра… Она никогда не простит меня.

На вид Демерис не внушал страх. Напротив, он был весьма привлекательным, даже слишком. Уверенные движения, приятный голос и волосы неземной красоты. Ведь правду говорят: у тьмы красивое лицо.

Но! Было слишком много «но». Начиная от его сущности и заканчивая едва заметными клыками. Бессмертный. Мрачный. Но мечтающий о наследнике. Невероятно!

Эраис… Мысли о нем не покидали меня ни на минуту.

В конце концов я должна была себе признаться: тогда, на севере, когда родители прятали нас от него, я почти без колебаний последовала за ним. Не потому, что должна была расплачиваться за родительский долг, а потому, что он мне понравился с первой встречи. Потому, что я не могла заснуть, вспоминая его голос. Потому, что я влюбилась тогда… и люблю сейчас.

И трудно было даже представить другого мужчину в своих объятиях. Или жизнь без него вовсе.

Когда-то давно, когда я была еще маленькой девочкой, мне много раз снился один и тот же сон. В этом радужном сне черный единорог с белоснежной развевающейся гривой всегда превращался в прекрасного седовласого принца. Принц протягивал мне руку, а я без колебаний клала сверху ладонь – и тут же моя рука вспыхивала магическим пламенем. Этот сон я запомнила на всю жизнь. И когда впервые увидела мага на вечеринке, не поверила глазам. В глубине души я всегда знала – это он. Тот самый суженый, предначертанный судьбой.

А если Эраис не вернется?.. Нет. Об этом я думать не хотела.

Я извелась сама и потихоньку изводила Хлода.

– Хлод, скажи, сколько еще ждать?

– Не знаю, – буркнул он.

– Я больше не могу!

– Можешь.

– Я хочу выйти!

– Нет.

Хлод недовольно хмыкал и заходил все реже. Обстановка в поместье без хозяина была подобна натянутой струне, которая вот-вот порвется.

Я потеряла счет времени, когда сквозь неглубокий сон комнату вдруг озарило до невозможности ярким белым светом. Глаза ослепли на мгновение. Придя в себя и морщась от боли, я поочередно открыла один глаз, потом другой – и увидела на полу знакомое, нагое, обездвиженное тело.

Он лежал на боку, его растрепанные, невероятно длинные волосы, словно сети, путались вдоль всего тела.

– Эраис! – окликнула я и подбежала к нему.

Он не двигался. И не дышал.

– Эраис… – убрав волосы с его лица, я встряхнула его за плечи. Но он по-прежнему был без чувств.

– Эраис, – прошептала я, но паника и жгучие слезы уже полностью овладели мной.

– Очнись! Я люблю тебя, только очнись. Прости меня… Я сожалею и беру слова назад!

Бережно обнимая его голову, я прижала ее к своей груди, уткнувшись подбородком в его макушку.

– Только не оставляй меня. Только не это… Пусть я буду проклята вместо тебя… Только очнись и не оставляй меня больше!

Слезы ручьем катились по щекам. Сколько бы я ни терла его ладони, его холодная, мертвецки бледная кожа не теплела. Сев рядом на колени, я обняла его за живот, прислонилась к нему щекой, вспомнила всех своих и чужих богов, поливая слезами до боли знакомые упругие изгибы.

И вдруг он резко очнулся. Словно заговоренный, сел и с силой сжал мои плечи, впиваясь ногтями в кожу. Глаза засветились ослепительно-белым светом, а руки будто начали врастать в мое тело.

Сначала – испуг, потом – невыносимо адская боль пронзили тело.

Гонимый магией, что принес с собой Эраис, Хташ вырывался из меня, круша каждый орган, ломая каждую кость. Голова запрокинулась назад, и вместе со столбом света из меня вышло то, что сделало меня свободной…И мёртвой.