Текст книги "Пособие по выживанию среди опасных личностей (СИ)"

Автор книги: Лиса Зареченская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 34 страниц)

Еще немного позлорадствовав, я пошла дальше, уже перебралась в сельскохозяйственный отдел. От уж, что удивительно, но здесь народа почти не было. И с каких пор у нас земледелие не процветает? Сейчас же самый сезон, да тут всегда полно народу, крестьян, перекупщиков, послов. По крайне мере, даже в нашем маленьком городишке, это были самые востребованные товары. Я даже спустилась и расспросила продавца, но ничего путного не добилась и пошла дальше.

– Ого, покупатель… – раздалось сбоку от меня, ругнулось и начало харкать, к моим ногам упал комочек рыжей шерсти. – Мияу.

Очень чувственное и жалобное. Прямо в душу запало это «мяу», я даже обернулась и увидела десятикилограммовый валенок, из которого торчали четыре коротких лапки и сверху торчали маленькие ушки.

– МИИИяяяуууу, – еще драматичней.

На призыв кота выбежал старичок, увидев меня, он явно обрадовался. Вот интересно, ему хотелось продать это существо или просто он уже прокормить его не мог? Когда продавец смог добежать до своего питомца-товара, я чуть не засмеялась. Дедок на фоне кота был, мягко говоря… лучше даже и не говорить, о чем я подумала. Несмотря на свою старость и состояние высохшей мумии, дедок оказался резвым и харизматичным:

– О, прекрасная прелестница, желает обзавестись верным другом?! Всенепременно, лучшего варианта не найти. Вот оно, мое сокровище, на домашней пище выращенное с любовью и заботой, ласковое и верное, кот ученый Борислав.

Я еще раз оглядела кота, да, похоже, домашняя пища вся шла ему.

– Любезный, а содержать его сложно? Еды много требуется?

– Что вы, что вы! – клятвенно заверял старичок. – Ест он мало, только по необходимости. Я давно выращиваю ученых котов, очень удобный справочник и побеседовать можно. Вот последний остался!

– А что ж он такой… пухленький?

– Так умный же, чем больше знаний, тем…пухлее. Это же ученый кот.

– Ученый кот?

– Да, – дед собой гордился. – Я тот еще селекционер, работал несколько лет в магических землях, так что научился выводить новые породы! Продемонстрировать?

Я вот не знала, что он собрался мне показывать, но кивнула.

– Что желаете, миледи? Может, песню?

Песню… Кот должен был петь песню. Знаю, слышала я у своего дома каждую весну их серенады. Вообще я очень сильно сомневалась, что это мохнатое существо может издать больше одного мяу.

– Давайте песню, – из любопытства согласилась я.

– Борислав, давай балладу! – скомандовал дед.

И тут разнеслось мелодичное:

Девица под окном томно вздыхаааала,

Девица под окном любимого ждааалааа,

Девицааа давнооо по нему скучччааалааа,

Рубааашкууу егоо береглааа…

Надо сказать, что получалось у кота довольно складно, но песня не очень ему подходила… по габаритам.

– Борислав, давай что-нибудь душевное, нашенское!

Кот еще раз харкнул и начал уже прокуренным голосом:

Ах ты, стражник поганый,

ты меня заграбастал в лапы свои…

– Не надо дальше, – выкрикнула я.

– Берете?

И со страха я сказала:

– Беру.

Кота мне водрузили прямо на руки. Кстати, купила я его на личные деньги, комочек шерсти оказался не таким уж и дешевым, но что поделать, не отказываться же. Если что, подарю его Артуру, пусть песни с ним поет своей жрице из храма. Прижав к плечу кота, я решила вернуться назад в магазин. Но котик жалобно замяукал и попросил есть, причем конкретно, на человеческом.

– Да уж, и не отвертишься, – ответила я ему.

– Я животное прямолинейное, – сообщили мне и сплюнули шерстку на землю.

Пришлось заходить в трактир, где животное попросило заказать ему свиные ребрышки, суп из лосося с гарниром и на десерт молочный пудинг. Я предпочла попить чаю с булочкой, но глядя на кота, аппетитно поглощающего большие порции, заказала себе отбивную. Впрочем, я ее так и не съела. Пушистое животное быстро умыкнуло у меня тарелку.

– Мяяяу, кстати, как тебя зовут, благодетельница?

– Айла, с чего это ты так меня называешь?

– Так ты ж меня забрала от этого старика, сил уже нет, кхе, – комочек шерсти полетел на пол. – Понимаешь, я задыхаюсь, сижу вот так у него и смотрю, а ведь знания мои для мира, для пользы! К тому же, ты слышала, он же меня мало кормит!

Моя бровь поднялась вверх.

– Ладно, ладно, – исправился Борислав. – Недостаточно, а ты вон как расщедрилась! Небось, не простая крестьянка! И вона платье какое нарядное!

– Ученый кот, а говоришь, как…

– Как дед мой, привык уже, три года на прилавке, чего только не наслушался! Помню, проездом здесь тюремщики были. Остановились в трактире напротив, так ведь каждый день бегали песни мои слушать! Да я за одну неделю весь репертуар поменял с лирических баллад на суровые тюремные песни. Обмен у меня был с другими расами, понимаешь, культурный обмен со всеми слоями.

Я смотрела на него, как на чудо. Наверное, восхищение в моих глазах было слишком явным, поэтому кот выпросил еще пару сосисок.

– Вроде благородная, а так удивляешься. Понимаю, не знакома с ведущими разработками ученых.

Я помотала головой.

– Не боись, исправим! Я тебе все расскажу, что знаю. Дед мой старый, но умный, когда вышел из Академии поехал по обмену к ведьмакам, а они там над животными усовершенствования проводили. Он и попал в эту группу, научился, работу защитил, а теперь вот здесь занимается котиками. Раньше спрос хороший был, но после обособления, когда расы замкнулись, дело на спад пошло. Все просто боятся брать чужое… А вот сейчас что-то опять намечается, видела, сколько здесь переселенцев?! Сам в шоке, обычно одни люди да делегации.

– Расскажи мне тогда все, котик, – животное дело говорило, это я уже поняла. Вот не зря этот комок шерсти купила, да и веселее будет с ним ехать. Артуру я его все-таки не отдам, нельзя разбрасываться полезными вещами.

– Конечно, хозяйка. Только я животное ласковое, меня за ушком надо чесать. И кормить хорошо. А вот еще, бирку сними с ошейника и повтори написанные слова.

Ошейник среди шерсти было найти сложно, но я смогла. Там оказался небольшой свиточек, который кот заставил меня прочитать. В нем сообщалась информация от производителя. Началось все с поздравления такого ценного приобретения, потом шла инструкция по уходу, затем следовали уверения в гарантии знаний. Внизу мелким шрифтом значились какие-то непонятные слова, набор звуков, но кот заставил меня их произнести, а потом добавить его имя и свое.

– И зачем это? – поинтересовалась я.

– Затем, чтобы я был только твой. Во-первых, сейчас проблемы с законом, я могу резко стать нелегальным в ряде государств, все-таки ведьмаки изобрели. Во-вторых, я ходячий справочник, тебе очень повезло, когда в меня помещали информацию, расы были не замкнуты, поэтому в моей пушистой голове все книги этого мира. Правда, новинок нет, приходится читать. Меня могут захотеть похитить. Для безопасности и нужно это заклинание, только ты будешь слышать мои слова, а другие просто мяуканье.

– То есть со стороны я буду просто разговаривать с котом?

– Ага.

Артур точно подумает, что я свихнулась. Взяв котика на руки, я вернулась в магазин, предварительно рассказав, что я за человек и кого нужно слушать больше, а кого меньше. Про наемницу я пока молчала, но кот не требовал разглашения моих секретов. Еще мы договорились, что я буду звать его Борисом, а он меня Ла, ибо у него были какие-то проблемы с произношением. Когда мы вернулись в магазин, Никель бросился ко мне в ноги с испуганным видом:

– Вернулась, родная! Я уж думал, меня тут казнят!

– Смотрю, тебя тут любят и ждут, – промурлыкал кот на ухо.

– Сколько можно! Продавщица уже тихо меня ненавидит, а выйти я не могу, солдаты задают ненужные вопросы. В лагере уже в курсе, что мы ушли! Артур уже всех отчитал, но ему особо не поверили. Выдуманное свидание вроде не рассекретили, но если мы не поторопимся, Артур точно устроит погром. Говорят, у него плохое настроение.

Плохое настроение? Интересно, жрица не подходящей оказалась или дорого? Я гладила котика по шерстке, понимая, что Артур мне ничего не сделает в любом случае. Постойте-ка:

– А он не ринулся на мои поиски?

Никель покачал головой. Вот ледышка, отдохнуть от меня решил. Купив платье в стиле «принцесса розовых облачков», мы направились обратно в лагерь. Я шла немного поодаль от своих охранников и даже от мальчишки, который обиделся и все время бубнил «миледи заменила меня котом». Что поделать, Бориса надо было предупредить обо всех тонкостях моей жизни в лагере, кот откровенно радовался, что и ему там найдется место.

В лагере меня ждали давно, как не странно, встречать вышел Артур со словами:

– Явились?! Как так можно поступать?! Я же сказал вам не отходить отсюда. Очень безответственно. И вы купили платье. Отправили бы лучше нас за ним. А это что? – он ткнул пальцем в кота.

– Смотри, какой пушистик! – и я радостно побежала к нему и ткнула комок прямо в лицо мужчине, о нет! Это не все! Я еще раза три это повторила и поводила котом по всей физиономии Артура, чтобы он почувствовал, насколько пушистый у меня кот! – Какая милашка!

Он, кажется, долго боролся с собой, но вдруг сдержанно спросил:

– Что с платьем?

– Котик поцарапал, но я новое купила. Хочешь посмотреть?

Я умею подбирать слова.

– НЕТ, – быстро ответил Артур. – Идите лучше отдохните и приходите к костру, у меня объявление. И ваши книги в палатке, все по списку.

Вошла я в палатку, едва сдерживая смех, ледышка остался ледышкой, но с усилием. Он, правда, злится! Только вот я его почему-то не боюсь, а зря. Ведь изначально собиралась присматривать за ним, чтобы выяснить про их «дружбу» с Эриком. Да, надо бы вернуться к этому плану. Пока я переодевалась в очередной розовый шедевр, кот спросил:

– А кто этот воин? Тот командир, о котором ты говорила?

– Ага, он самый.

– Он сильный.

– Я знаю, Борис. Он гроза всего нашего отряда.

– Нет, он сильный.

– Я поняла, – кивнула я еще раз. То ли кот не знал, как все выразить, то ли я не могла понять его должным образом. Борис попросил меня взять его с собой на сбор у костра и почему-то отказался сидеть на коленях и просто приближаться к Артуру. Не думаю, что ледышка так сильно против домашних животных, но раз кот не хочет, не надо. А план был хорошим.

Около костра собрались действительно все, но царило какое-то напряженное молчание. Больше всех не в духе был Артур, рядом с которым я и плюхнулась. Теперь он мог говорить.

– Наконец мы все и собрались, – посмотрел на меня, будто на бессмысленный элемент, а я только похлопала глазами. Да, со мной ничего не поделаешь. – Новости не самые лучшие. Не знаю, что творится в столице и в этом мире, никто не дает точных ответов и даже сплетен не ходит. Ясно одно, расы начали свободное перемещение, все куда-то бегут, переселяются, переезжают, у всех дома какие-то проблемы, поэтому началась такая неразбериха. Пограничные посты не могут справиться с потоком, соблюдая положенные процедуры, поэтому попросту не работают. В связи с тяжелым хозяйственным положением формальности при пересечении границ отменены до тех пор, пока король ДОКа не предложит что-то для нормализации ситуации, он ждет предложений от наместников и королей других государств, но пока что дело стоит. Говорят, что это только начало, но сложно сказать по какому пути будут развиваться события. Наша же проблема состоит в следующем, единственный переход в столицу через Непересекаемые горы здесь. Для обеспечения защиты короля этот переход закрыт для всех, наши бумаги не имеют никакой силы.

Артура прервал Ториэль:

– Еще поговаривают, что в Переходных землях назрела междоусобица, пошли волнения, поэтому на время устранения мятежа, границу этих земель полностью закрыли. Что-то неладное творится во всех землях, не удивлюсь, что это не слух.

Артур продолжил:

– Я тоже так думаю. И вот в этом наша проблема. Теперь мы можем добраться до столицы только одним путем – через морской порт в Летнем море. Больше шансов никаких, Столичное море принимает корабли только из этого порта. Говорят, цены на пассажирские перевозки взлетели вверх. Думаю, так стараются отсеять бедняков, слуг и другие нищие слои от пути в столицу, бояться, что поднимут бунт. Однако пиратских судов полно, наверняка, пробираются потихонечку. Столичные земли всегда были богаче, чем где бы то ни было. Господа, торжественно сообщаю, что нам придется по суше добираться до этого порта, причем достаточно долго, через земли, прежде не очень радушно принимавшие гостей. После на корабле до бухты в Столичном море и только после в столицу, но там уже близко.

– Другого пути нет? – спросил кто-то из солдат.

– Нам действительно туда нужно?

– В связи с таким положением дел, они не отменят визит этой миледи? Это же безумие! Она может пострадать!

Я была просто в шоке, вот уж не думала, что моя поездка так долго будет продолжаться. Артур был мрачнее тучи, впервые за эти дни хмурился он не из-за меня. Напряжение сковало всех, все ждали решения своего командира. А я была уверена, что мы потащимся через все государства, сядем на корабль и поплывем во дворец, ибо это надо нашим заказчикам. Я даже была уверена, что Эрик еще утром оставил деньги нам на поездку, а сам вернулся в Мауре. Ох, не зря меня посылали шпионить за королем, не зря. Что-то реально происходило. Жалко только, что у Артура спросить нельзя было. Хотя вряд ли он располагает фактами, скорее только догадки. Мы пока не знали, с чем столкнулись, зачем и что ожидать дальше.

– Сколько же мы будем в пути? – подала робкий голосок я.

– Около месяца. В лучшем случае, – ответил Артур.

Вскоре все разошлись, наверное, это был первый день, когда никто не болтал и весь лагерь утонул в мрачном молчании. Это путешествие действительно было сродни смерти, с самого детства я слушала страшные сказки про другие государства. Мы все так выросли, с опаской смотрели на соседей, принимали в гости только с разрешениями. Легенды были одна страшнее другой. Путешественники, конечно, говорили, что ничего смертельного или ужасного в других государствах не было, есть свои особенности и места, которые стоит обходить, но все равно все друг друга боялись. Нет, не так. Слабые боялись сильных. Сильные боялись мятежа слабых. Однако все хотели богатства друг друга, единственный способ получить их – выиграть войну, но это было гораздо страшней всех мятежей и неурожайных годов, поэтому все время заключали мирные договоры, договоры о передвижении, о запрете или разрешении тех или иных технических, магических средств и разработок.

Да, в высших кругах расы хоть как-то соприкасались, зато на уровне средних и низших слоев были сплошные границы. Я прекрасно помню, как нас учили: не говори с другими, не бери ничего у них, не ешь их еду, не пользуйся их вещами и так далее. Это были не законы, эти правила придумали сами народы.

Неудивительно, что на разных территориях периодически возникали хозяйственные проблемы, которые нельзя было быстро решить самим. Путешественники же при желании могли объехать хоть весь мир, их бы не тронуло население, не потому что существовал договор, заключенный правителями, а потому что чужака боялись. Неважно, что человек ехал к демонам или гном ходил среди драконов. Всюду неприязнь и недоверие, где-то сильнее, где-то слабее, но оно было.

И вот теперь границы неожиданно открылись, оказалось, что у всех слишком много проблем, все стали искать лучшей доли и теперь большинству уже плевать на эти правила. Похоже, страдают сейчас только правители, теряющие доверие. Впрочем, поволноваться придется всем слоям. Мы жили по-другому.

– Тебе рассказать, как было раньше? – спросил кот, отвлекая меня от размышлений.

Я кивнула, информация лишней не бывает. Послушаю его ночью, а пока мне нужно пройтись. Вот тянет меня нелегкая судьба туда, куда не надо… Невольно я стала свидетельницей разговора между Артуром и Ториэлем.

– Это задание, я не могу отказываться от работы, Ториэль.

– Понимаю, ты все не меняешься. Но стоит ли рисковать так сильно?

– Нет никакого риска, я полностью уверен, что мы доберемся в целости и сохранности. Я смогу обеспечить безопасность девчонки даже без вас. Если она сама не вляпается в неприятности, то все пройдет гладко. Скорее придется присматривать за ней, нежели за опасностью со стороны.

Ториэль усмехнулся:

– Наши ветераны в ней души не чают, так что позаботятся, как следует.

– Кого ты назвал ветераном? Мне и сорока нет! – протянул издалека бородатый мужчина с добрым взглядом, его щеку пересекал шрам.

– Кого ты хочешь взять с собой? Или хочешь оплатить круиз всему отряду? – снова спросил Ториэль.

– Это ни к чему, но в средствах нужды у нас нет. Со мной поедешь ты, Нэдин, Вацлав и Курт. Эта девчонка наверняка потащит за собой Никеля и своего пушистика.

– А она тебе совсем не нравится? – тихонечко спросил Ториэль. Взгляд Артура был очень выразительным, он замотал головой. – Но она же такая милая.

И теперь в осадок выпала я. Пожалуй, этого парня надо забрать в лечебницу и нанять лекаря. И вот этот солдат будет меня защищать? Надеюсь, у него все в порядке с мозгами или он просто смеется над Артуром. Как там дело было на самом деле я так и не разобралась. Ториэль снова начал расспросы, причем говорил очень тихо:

– Ты точно уверен, что это… безопасно?

– Конечно, нет, но нам надо в столицу, и мы туда доедем, – Артур был уверен так, как и я. Эрик ему что-то рассказал, зуб даю.

– Я не про это, – беспокоился солдат. – Ты ведь не изменился… совсем.

– А ты на что мне, – усмехнулся Артур. – Прикроешь спину, если надо.

– Значит, ты не боишься ТУДА ехать?

– Нет, – ухмыльнулся мужчина.

Вот уж не думала, что мимика ледышки настолько яркая. В нем задор, что ли появился какой-то, азарт, у меня иногда возникал такой перед делом. Вернувшись в палатку, я еще раз все обдумала. Ко мне дополз, точнее докатился, котик и начал мяукать на ухо, пока я не разрешила ему рассказать мне правду-матку. Похоже, мой мир скоро рухнет, а разум помутится. Давай, пушистик, шокируй.

– Ты училась где-то? – спросил Борис.

– Да, лет пять посещала гимназию, но до Академии так и не дошла. Мы обанкротились, наш местный ресторанчик быстро прикрыли и запретили его восстановление. В общем, жизнь резко поменялась, пришлось освоить земледелие.

– С какого момента вам начинали рассказывать историю?

– Как и полагается с сотворения мира. Якобы Боги заключили соглашение и создали этот мир, предоставив каждой расу кусочек земли, а Богиня и ее жрицы стали присматривать за нами. Все, кто хочет получить помощь, может принести им жертву в одном из храмов. Еще говорили, что иногда Боги приходят и проверяют, как мы живем, даже разговаривают.

– А дальше?

– А дальше про наши государства, кто, где, почему разделены и зачем это надо.

– И все?

– Если кратко, то да, – я закрыла глаза, но котик начал меня тормошить и пришлось его слушать.

– Очнись, негодница, хватит спать! – орал кот. – Я тебе уже какой раз хочу сказать, что земли никогда не были разъедены! Это чей-то политический замысел, денежки к рукам решили прибрать, получить богатства и рабов. Раньше расы были открытыми и спокойно общались друг с другом, знаешь, сколько полукровок было?! А потом кто-то спровоцировал войну, земли разъединились, в расах воспитали неприязнь. Теперь ими легко управлять и натравить на кого угодно. В каждой земле правит либо король, либо наместник, но большую власть в этом мире имеет король Двух Объединенных Королевств, именно у него находились силы и средства предотвращать конфликты, улаживать хозяйственные проблемы. Так или иначе, но все территории обязаны ему. Ты думаешь, что только ваша страна платит ему налоги? А вот и нет, все обложены с ног до головы.

Мой мир рухнул, я даже вскочила с постели. Неужели подобное можно было скрыть?

– Подожди, но где тогда договоры? Где полукровки, я никогда не видела их.

– Да ты молодая еще. Бумага хорошо горит, рот можно заткнуть деньгами или того, – кот черканул ногтем по горлу. – А полукровок истребили в считанные дни, но поговаривают, что парочку осталось, и они очень сильны. Как результат генетического эксперимента, они обладают качествами нескольких рас.

– Котик, а тебе сколько лет, раз ты это помнишь?

– Мало, лет сто пятьдесят. Для такого вида, как я маленький возраст. Ведьмаки намагичили с возрастным геном хорошо, лет на пятьсот хватит. Все это я не помню, я же не видел все происходящее, сидя в лаборатории. Но если мне дали доступ к этой информации, то, видно, заварушка только началась. Считай, за сто лет из вас вытравили идею единства. Теперь король просто в шоколаде. А если учесть, что сказал Артур, то сейчас он будет расширять свое влияние и буквально сможет сделать из каждой расы рабов… Во всяком случае, кабальные условия навяжет.

Интересно выходит, значит, Высший круг хочет знать, что делает король, но разве не они принимают решения за него? Или он стал самовольничать? А может… не все так просто? Может, они действуют его руками, а потом уберут и займут его место. Странно это все. Я уже даже подумала, что зря согласилась лезть в такое дело, попаду еще под горячую руку. А Эрик-то знает хоть, куда затащил нас? Я жить хочу, но что-то теперь сомневаюсь. Кажется, за этот заказ получить деньги не самое главное, гораздо важнее выжить. Вернуться. Я на миг представила, что будет, если король рассекретит меня. Передернуло.

– Ла, ты в порядке? О чем думаешь?

– О том, что из дворца меня так просто не выпустят.

– Что будешь делать? – спросил Борис.

– Действовать. Пока я крепко связана по рукам и ногам, самое разумное в данный момент – слушаться.

Теперь я не могла уснуть, представляя красочные картины моей казни. Наверное, за несколько часов успела перебрала все возможные варианты наказаний, включая запрещенные законом. Даже всплакнула над своей горькой судьбой, ведь в тюрьму меня кинут в этом розовом платье, еще и истории по миру пойдут о коварстве с виду наивной и нежной миледи. Отчаянье усугубил Эрик, который в моих фантазиях, как ни в чем ни бывало, заключал очередную сделку с королем и получал солидное вознаграждение за выдачу государственного преступника. Эх, надо Борису сказать, чтобы написал потом мою биографию под названием «От простого убийцы до преступника государственной важности». Дрыхнет ведь спокойно, пушистый комок, не пришло ему в голову, что загребут за соучастие. Иронии, конечно, в моих мыслях много, но что остается делать? Я действительно попалась в ловушку. Нужно подумать, как угодить всем и выбраться из этой неразберихи.

Целый месяц в пути через государства, где нас ненавидят, где можно попасть под горячую руку, влезть в мятеж или просто стать проклятым. Сомнений нет, что в интересах Высшего круга помочь нам добраться до столицы. Но сообщит ли Эрик об опасности, если интересы вышестоящих лиц изменятся?

[1] Рубиновая бумага – специальное универсальное разрешение на пересечение границ, выдаваемое с одобрения Короля Двух Объединенных королевств лицам особой важности. Серебряная бумага выдается имеющим титул. Золотая – наместникам, королям и их личным гостям.

[2] В центре каждого крупного города должен располагаться хотя бы один храм, посвященный божеству-покровителю. В данном случае, это был храм Лалэль – храм любви. Левее при входе в город располагался храм Тэбурия – храм торговли. Через четыре ряда у выезда располагался храм Серина – храм путешественников. В каждом из храмов можно было принести небольшую жертву и получить помощь от жриц.