Текст книги "Факультет бытовой некромантии (СИ)"

Автор книги: Лира Алая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 1. Часть 6

– Потому что только сильный некромант сможет справиться с учениками моей академии.

– Простите? – Что-то я не поняла.

– Эост Сеттер прекрасный преподаватель, однако он не может обучить некоторых моих подопечных, – терпеливо уточнил Ирвин. – Слишком сложная задача.

– Как это? Вы точно говорите про некромантов? – я продолжала спрашивать, потому что не верила в услышанное.

Обучение некромантов – сложная задача? Мы от природы немного оторваны от реальности, но очень миролюбивы, ответственны и послушны. Есть определенные проблемы, но они никак не связаны с учебой! Если учитель говорит некромантов выучить что-то до завтра, то некроманты ночь не будут спать, чтобы выполнить задание. Тяга к знаниям и любовь к некромантии сделали из нас самых идеальных и тихих учеников.

– Точно.

– Неужели это какие-то агрессивные и злые некроманты? У них есть отклонения в некроэнергии, которые привели к абсолютному искажению их личности? Или же есть какие-то другие проблемы, которые мешают обучению? – Я нахмурилась: такие случаи были чрезвычайно редкими, но все же встречались.

– Нет, вовсе нет. Они прекрасные и добрые дети, которые очень жаждут знаний, вот только… – Ирвин вздохнул.

– Только что?

– Только их слишком много для Эоста. Он легко справлялся с обучением одного ученика, никаких проблем не вызвали бы даже два ученика, пожалуй, даже трех бы потянул, но…

– Сколько у вас учеников по специальности некромантия? – спросила я, нервно сглатывая.

Дар некромантии – редкость. Его мало, катастрофически мало. Один-два ученика на всю академию – обычное дело. Если три, то ректора академии поздравляли с отличной удачей. Но, судя по тому, что сказал Ирвин, их больше трех…

– Дело даже не столько в их количестве, сколько в том, что мы поздно их обнаружили. Поэтому начальный этап обучения был упущен. Никто не учил их даже базовой магии, не говоря уже о других важных для некромантов вещах, поэтому есть небольшие проблемы… с бытовыми вещами, – продолжил Ирвин, пропустив мой вопрос.

Я фыркнула, ничуть не обидевшись на игнорирование. У некромантов с бытом не бывает небольших проблем. Исключительно огромные и ведущие к катастрофическим последствиям! Некроманты – это именно те маги, которые способны разрушить дом, подметая пол. Или отравить своей готовкой алхимика, выработавшего сопротивление ко всем существующим ныне ядам! Я повторила свой вопрос:

– Сколько?

– Раньше у нас на обучалось два человека, но совсем недавно я забрал из одной отдаленной деревни четверых. Итого шесть человек. Два человека, которые уже давно были в нашей академии, останутся обучаться у Эоста, а вот оставшиеся четыре – ваши. И да, Эост ничему не успел их обучить.

– Шестеро в итоге?! – я даже не пыталась скрыть удивление. – В одном месте?

– Причем четверо совершенно не обучены магии, юны и довольно… любопытны.

И все достанутся мне. Может, мало попросила за контракт?

– У меня только один вопрос.

Ирвин едва заметно улыбнулся, не следи я за ним так пристально, не заметила бы.

– И какой же?

– Как укреплена ваша академия, что она до сих пор не разрушена?

О том, почему никто не возмутился концентрации в одном месте такого количества востребованных магов, я понимала. Ирвин, дракон, который получил самую мощную и древнюю силу. Не представляю безумца, который с ним свяжется.

– Я думал, вы спросите, откуда взялось столько некромантов, – качнул головой Ирвин. – А академия не разрушилась до сих пор, потому что я к каждому некроманту приставил куратора из опытных преподавателей. Но, как вы понимаете, мисс Лиферия, решение это временное, ведь некромантам необходимо уединение. Поэтому я и пригласил именно вас, сильнейшего некроманта, чтобы вы возглавили факультет бытовой некромантии и обучили некромантов разбираться с бытовыми проблемами. У вас, насколько я знаю, с этим все отлично. Всю программу для учебного года оставляю на ваше усмотрение, любые методы обучения, которые вам придутся по душе, разумеется, за исключением любой формы насилия – как физического, так и морального с магическим. Если вам понадобится помощь…

– Так, стойте-стойте, – я подняла ладони вверх, призывая Ирвина замолчать. – Как связаны бытовые проблемы четырех необученных некромантов и то, что я сильнейший некромант?

– Я буду спокоен, ведь вы точно не умрете в процессе обучения юных некромантов бытовым вещам.

Глава 2. Часть 1

Ирвин умел вдохновлять как никто. Исключительные способности. Я вздохнула и спросила:

– Все настолько плохо?

– Пока нет. Но будет.

И обнадеживает как-то по-особенному, проникновенно так. Какой талантливый мужчина, словами не описать.

Я помахала рукой: жарковато. Ирвин распахнул окно, впуская легкий ветерок. Вроде должно стать получше, вот только со свежим воздухом появился какой-то странный запах. В академии лазарет рядом с испытательной лабораторией находился или моргом? Кислотно-гнилостный хорошо так потянуло. Что за гадость?

– Лучше закройте, – попросила я, морщась. – Запах странный.

– Запах? Неприятный?

– Вы не чувствуете? – недоуменно посмотрела на мужчину.

Тот качнул головой, но послушно закрыл окно.

– Что за запах? – спросил он.

– Откуда я знаю, какие эксперименты вылились под окном? – усмехнулась я. – Но воняет прилично, даже предположить не могу, что это. Ладно, смерть за углом с ним, с этим запахом. Послушайте, господин Ирвин, вы же хотели со мной что-то обсудить? Мой вопрос мы закрыли, остался ваш.

Ирвин смотрел на меня как-то странно, словно только что решил интересную задачу и думает, что делать с этим самым решением. Загадочные люди с драконьей кровью, могилки их предрассветные стороной обойди! Я ведь неплохо разбиралась в людях, иначе бы не крутилась столько в светских кругах, помогая другим некромантам решать проблемы, но вот Ирвина вообще не понимала.

– Да, хотел поговорить об учебном процессе, но наш с вами разговор затянулся, поэтому все завтра. Познакомитесь с учениками, проведет вводную лекцию, – сказал Ирвин, словно и не было никакой неловкой паузы. – Боюсь, вам придется завтра встать очень рано, чтобы все успеть. Открытие отдельного факультета – значимое и очень затратное по ресурсам и времени дело.

– Я еще не уверена, что соглашусь работать, – пригрозила я, пытаясь переваривать словосочетание «очень рано».

Впрочем, пригрозить я могла какому-нибудь обычному магу, а уж точно не ему.

– Вот и посмотрите, хотите ли вы здесь работать, – сказал мужчина. – Отдыхайте, мисс Лиферия. Оставляю вас здесь, в пять утра придут лекари, проверят состояние вашей лодыжки, принесут завтрак, в шесть я сопровожу вас в аудиторию и дам информацию об учениках. Вводная лекция у них назначена в восемь, вот только…

– … даже если в восемь придут, то будут спать с открытыми глазами, – сказала я, мысленно ругая ректора за ранний подъем.

Ругала, потому что проклинать нельзя. С моей силой можно много всего «интересного» сделать, так что приходилось быть осторожной.

Подумать только, пять утра!

Все некроманты «совы»! «Совы», а не «жаворонки». К чему эта бессмысленная пытка в виде подъема в шесть утра? Это проверка нового преподавателя на выносливость или попытка утвердить свою власть? Я едва не заскрежетала зубами от злости, но взяла себя в руки, посмотрела в холодные глаза Ирвина. И улыбнулась той улыбкой, после которой меня обычно сразу же приглашают на свидание.

– Уважаемый господин ректор, скажите, если дел много, то больше всех должны трудиться подчиненные или руководитель?

– Руководитель, – без капли сомнений ответил Ирвин, а я мысленно потерла руки – попался! – Вот только, мисс Лиферия, при всем моем желании обучить некромантов вместо вас я не смогу. Не волнуйтесь, лишь первые дни будут такими насыщенными, дальше занятия перенесут на более позднее время, и вам не придется себя мучить, – сказал Ирвин, а я буквально на секунду заметила, как дернулся его уголок губ, словно он пытался сдержать усмешку. – Не стоит терять время.

Знал, он прекрасно знал, какой ад для некроманта в пять утра!

– Раз вы так не хотите терять время, то, думаю, вам стоит сразу же ознакомиться с учебным планом, моими задумками касательно факультета бытовой некромантии, – я почти пропела. – В моей комнате прямо на рабочем столе лежат заметки, надеюсь, вы успеете с ними ознакомиться и выскажете свое мнение до начала завтрашних занятий.

Ирвин замер, не торопился соглашаться. Чуял подвох, конечно же чуял.

– Вы же сказали, что руководитель работает больше всех, поэтому я и предложила. Ничего страшного, если вы не справитесь, – подлила я масла в огонь. – В конце концов, я три дня работала над этим планом обучения, а вас прошу просмотреть всего за несколько часов.

Я приврала. В тот момент, когда мне предложили основать собственный факультет, я недели три потратила на запись всех своих идей. Три дня я их структурировала и приводила в надлежащий вид. Но это уже детали, правда ведь?

– Хорошо, я просмотрю все ваши записи, – согласился Ирвин. – Отдыхайте, мисс Лиферия. Пусть духи подарят вам хорошие сны.

– Благодарю. Вам тоже добрых снов, – ответила я.

Самых добрых снов прекрасному Ирвину. Только если у него останется время для сна после прочтения пяти томов моих планов по организации и развитию факультета бытовой некромантии.

Но он сам виноват. И дело даже не в том во времени подъема. Ирвин так и не ответил честно на мой вопрос, почему же именно я. Со стороны его объяснения о большом количестве учеников, возможно, и показались убедительными, но я не столь наивна. Ирвину куда логичнее было нанять двух или трех некромантов чуть выше среднего. Это было бы эффективнее и дешевле. Но он пригласил именно меня. Почему?

Я сбросила второй ботинок и улеглась на постель, немного потягиваясь. На тумбочке рядом с кроватью лежал чистый и пушистый плед, которым я укрылась.

Впрочем, какая разница, почему он так поступил? Рано или поздно я об этом узнаю. Возможно, даже и рано, ведь уже завтра я познакомлюсь со своими будущими учениками, и тогда очень многое станет понятным.

Глава 2. Часть 2

***

Моя детская месть ректору не удалась – проводить меня до учебного класса он пришел вполне себе бодрым, словно и не читал все мои пять томов заметок по новому факультету! А ведь прочел же! Действительно прочел! Иначе бы не задавал столько уточняющих вопросов, на которые я отвечала с огромным трудом. Потому что усилием воли и тремя чашками кофе я смогла привести в движение исключительно свое тело, но никак не голову. Она отказывалась работать в такую рань как следует.

А вот у Ирвина все было прекрасно. Он вообще человек? Я задумалась на секунду и поняла, что вроде как и нет. Пока размышляла, едва не навернулась с лестницы. Многострадальную лодыжку не подвернула исключительно чудом. Чудом являлась сильная рука Ирвина, которая удержала меня в вертикальном положении.

– В моей академии достаточно места, поэтому присмотрите себе подходящее помещение под кабинет и пару классов, о которых вы просили – один для углубленных лекций, а второй для предполевой практики, – Ирвин ни разу не сбился, даже когда второй раз ему пришлось меня ловить. – Время занятий я учел, как только оборудуем классы, перейдем на более комфортное для вас и для юных некромантов расписание. Я попрошу Алистера занести вам чашечку кофе, чтобы вы приободрились.

– Или отравились, – совсем тихо пробормотала я, вспоминая отношение этого секретаря.

Впрочем, Ирвин все расслышал и даже ответил:

– Не волнуйтесь, Алистер, несмотря на свой характер, никого в пределах академии травить не станет.

– Почему вы так уверены? Вдруг он сделает для меня исключение? – хмыкнула я.

– Его семья – профессионалы в создании ядов, их главное правило – не травить там, где живут и работают. А контракт у него на пять лет, – спокойно сказал Ирвин. – Так что не стоит беспокоиться.

Утешать Ирвин, видимо, умеет на том же уровне, что и вдохновлять. Впечатляющий мужчина, ничего не скажешь.

Я послушно следовала за мужчиной, отмечая пустые коридоры. Разве что маленькие элементали сновали всюду, вычищая просторный коридор до блеска: водные мыли, ветряные сушили. Хитро устроено: элементали любят магов и окружающую их магическую энергию, но не любят шумные и большие города. Приграничная академия находилась в отдалении от города, рядышком с природой, а еще тут было много начинающих магов с обилием магической энергии. Идеально придумано.

– А вот и класс некромантии, – Ирвин распахнул передо мной дверь, и я вошла, чувствуя легкий трепет.

Мне нравилось преподавать. Нравилось делиться своими знаниями, наблюдениями, смотреть, как юные некроманты с радостью поглощают новое и становятся сильнее. Возможно, так я заглушала чувство вины, так облегчала тяжесть своего звания – титула сильнейшего некроманта.

Впрочем, главное, что нравилось, а докапывать до причин – последнее дело. Я вошла в класс, посмотрела на учительское место, с одобрением отмечая его оснащенность: и большой стол с полным набором канцелярии, и новейшую магическую доску, позволявшую мысленно выводить не только текст, но и картинки. А потом я повернулась в сторону мест для учеников и обомлела. Это еще что такое?!

Я в своей жизни видела всякое: и некромантов, которые приносили подушку и клали на нее голову, и некромантов, которые ничего не приносили, используя кровать вместо парты, а походный плащ в качестве одеяла, и тех, кто бессовестно дрых под этой самой партой, чтобы не получить нагоняй от преподавателя. Но все они спали в одиночку, стараясь держаться друг от друга (да и от остальных людей тоже) как можно дальше.

А вот некромантов, причем совершенно разного возраста, которые спали прямо на полу фактически в обнимку, я встречала впервые. Магическое покрывало, несколько теплых одеял, какая-то кошка, определенно не очень живая, впрочем, обычный человек этого не поймет – один из моих учеников очень и очень талантлив. Ректора это ничуть не удивило, поэтому можно было с абсолютной уверенностью сказать, что дело обычное.

– Уважаемые студенты, попрошу взбодриться и поприветствовать вашего нового учителя, – сказал Ирвин и, понятное дело, его проигнорировали.

Ага, очень смешно – попробовать разбудить сладко сопящих некромантов в такую рань. Ирвин, по всей видимости, не ожидал нулевой реакции, потому неловко откашлялся. О, неплохо, детишки! Я вас еще не узнала как следует, но уже за то, что заставили каменную глыбу Ирвина Лестера Гроверхейса испытать чувство неловкости, я готова накинуть вам несколько очков симпатии.

– Кхм, уважаемые…

Я похлопала Ирвина по плечу и тихо сказала:

– Занятие еще не началось, в свободное от учебы время они могут делать то, что хотят.

– Даже не приветствовать учителя? – с сомнение спросил Ирвин.

– Даже послать его разыскивать могилку предка в пятом, а то и в седьмом поколении. Это некроманты, им нужен сон. Любой ценой, – отрезала я. – Даже взрослые некроманты трепетно относятся ко сну, не говоря уже об этих детях. И если это трепетное отношение попирать, боюсь, наладить отношения с учениками не выйдет.

– А вы хотите? – спросил ректор. – Вы же еще не решили, будете ли заключать со мной контракт?

– Страхуюсь на тот случай, если придется сказать вам «да», – легко ответила я, подошла к учительскому столу и начала выкладывать из пространственной сумки то, что мне необходимо для занятия.

– Я бы тоже хотел, чтобы вы сказали мне «да», – тихо сказал Ирвин. – Вы даже не представляете, насколько.

Сзади кто-то громко ахнул, я повернулась: почти все мои будущие ученики, в глазах которых сонливость стиралась со скоростью молнии, смотрели на нас со священным ужасом. Так, та-а-ак, а с какого момента они слушали нас с ректором диалог? Кажется, именно с того самого момента, когда весь наш диалог – вполне рабочий! – можно было понять совершенно не так. Я бросила полный надежды взгляд на Ирвина. В конце концов, он ректор, начальник, умница, должен же знать, как развеять это недопонимание?

Ирвин же…

Произнес заклинание и вытащил кипу бумаг, которые тут же передал мне:

– Тут краткие сведения о каждом ученике, информация об силах, которую удалось собрать, список тем, которые прошли, а тоненькая тетрадь в самом низу – мои заметки по вашему плану. Я навещу вас в начале урока.

И бессовестно, абсолютно бессовестно покинул класс, оставляя меня наедине с моими будущими учениками!

Глава 2. Часть 3

– А вы?..

– Вы с ректором?

– Ректор с вами?

– Мы спим, Айр, спим? Или ректор, тот самый ректор действительно нашему будущему учителю некромантии... м-ф-ф!

– Цыц, если сболтнешь серьезную тайну, можешь умереть, – шепотом сказал обычный на вид парень лет восемнадцать-девятнадцати, если правильно поняла, этот самый Айр.

– А разве такие вещи – страшная тайна? – фыркнула девчонка с рыжими волосами, словно была магом огня, а не некромантом, чей дар я сразу же приписала к экстраординарному – некромагией разило нешуточно.

– Все, что связано с ректором – страшная тайна, – заговорщицки сказал вихрастый мальчуган с классической для некроманта внешностью – темными волосами и почти что черными глазами. – Я ведь прав, учитель?

– Прав, конечно, – тут же улыбнулась я, мысленно благодаря этого ребенка за такую шикарную подсказку.

Вот из кого вырастет прекрасный мужчина – помогает даме в беде, пусть и сам этого не осознает. Не то что ректор.

– А вы будете вместо учителя Эоста? – спросил еще один мелкий мальчишка.

А этот уже с абсолютно нетипичной внешностью для некроманта – голубые глаза и светлые волосы. Прям ангелочек. Если смотреть на него и на предыдущего, то как будто две противоположности.

Четверо. Три мальчишки и одна девчонка. Один мальчишка постарше, девчонка лет шестнадцати и двое лет по двенадцать-тринадцать. Разношерстая компания.

И как справляются другие учителя, у которых в классе по несколько десятков человек? Впрочем, ни одна разновидность магов не требует столь тщательного и индивидуального подхода, как некромант.

– Мы будем вместе вас учить. Он обучит вас базовым вещам, а я займусь более сложными. Бытовыми. Вас ждет лучший в мире курс бытовой некромантии на моем факультете, – улыбнулась я, решив не уточнять, что курс бытовой некромантии, в принципе, будет единственным в своем роде, так что детишкам выбирать не из чего, даже если бы захотели.

Впрочем, хватило и этого – любовь к учебе и впрямь в крови.

– А факультет бытовой некромантии будет основным или специализированным? – уточнил Айр.

– А можете про него рассказать больше?

– А вы будете вести практические занятия? – деловито осведомилась рыжая.

– А вы не хотите спать? – вздохнула я. – До вводной лекции осталась пара часиков.

– А вы не вводную проведите, вы расскажите нам про факультет, – предложили ангелочек.

Подростки, только они обладают этой поразительной смесью нахальности и наивности.

– А что мне за это будет? – усмехнулась я, окидывая взглядом все еще лежащих под одеялом учеников.

Завистливым взглядом, разумеется. Я тоже так хотело!

– Как... что? Вы же учитель, вы должны нас учить, – растерялась рыжая.

– В положенное по расписанию время, – улыбнулась я.

– Мы будем очень послушными и не станем доставлять вам проблем, – первым откликнулся темноловосый чертенок.

Вот так, умница. Если ты сам правильный, то не жди, что другие будут такими же. Учись разговаривать на языке выгоды, иначе во взрослой жизни тебя ждет много проблем.

– Хорошо. Все с ним согласны? – спросила я, и, получив неуверенные кивки, продолжила: – Итак, уважаемые ученики. Я Лиферия Ван Найтресс, рада вас видеть.

Ученики, как только услышали мое имя, тут же округлили глаза. Не нужно быть телепатом, чтобы понять их вопрос – та ли я самая Лиферия Ван Найтресс. Ага, та самая. Других таких точно нет.

– Вы представитесь и расскажете мне о себе уже завтра, – сказала я. В конце концов, я должна внимательно изучить досье на каждого. – А пока я проведу самый первый вводный урок. – Начнем. Итак, как вы думаете, почему ваш ректор решил создать факультет бытовой некромантии? И почему я называю основной курс этого факультета сложнейшим для некромантов?

Глава 2. Часть 4

Рыжая тут же подняла руку. Я кивнула, разрешая ответить, параллельно задавила умилительную улыбку – ну кто из преподавателей не любит активных и старательных учеников-то, а? Я вот обожаю, что с огромным трудом скрываю. Ученикам не стоит об этом знать, иначе точно воспользуются моими преподавательскими чувствами себе во благо.

– Потому что статистика – самая суровая вещь, – глубокомысленно сказала девушка, кладя локти на стол и упираясь в подбородок ладонями. – Пять процентов ранений некромантов связаны с полевой практикой в академии, десять – с работой после выпуска, еще пять – это разнообразные несчастные случаи, вроде падения сосулек с крыш или случайных драк в тавернах. Все остальные проценты, а их, позвольте, восемьдесят, приходятся на бытовые дела: готовку, уборку, починку вещей. Итого на каждого некроманта, получившего травму на работе, приходится восемь некромантов, которые пострадали из-за бытовых дел.

– И это только официальная статистика, собранная благодаря алхимикам и аптекарям, фиксировавших каждое обращение некромантов! А сколько случаев, которые так и остались неизвестными миру, – подхватил ангелочек, довольно улыбаясь. – Один из магов-статистов говорил, что около десяти процентов умирают исключительно по глупости.

Ути-пути, кладбищенские раздолья, какой милый ребенок!

– Итак, верно сказано. Кто мне ответит, почему так происходит? Старшие не отвечают, – тут же добавила я, бросая выразительные взгляды в сторону Айра и рыжей.

Для них по возрасту должны были провести общеобразовательный трехдневный курс на эту тему. А мне нужно, чтобы мои ученики не заучивали, а сами доходили до определенных вещей.

– Потому что мы некроманты, – тихо сказал темненький.

– Хорошо, перефразирую. Почему мы такие неловкие в бытовых делах? – спросила я и подошла к магической доске, прикладывая к ней кристалл – пусть включается, скоро буду все наглядно показывать.

Ну и заодно с помощью тонкой нити магии я разложила досье на моих учеников.

Тонкая нить магии – и страницы с информацией об учениках бесшумно разместились на столе в столбик. Все-таки надо мне заранее о них узнать. Как-то неловко их в голове называть темненькими, ангелочками (теми, которые из мифов), рыжими и старшими.

– Вы хотите спросить, почему еда, приготовленная некромантами, выглядит так, будто ее готовили без капли света где-то в подвале, причем используя ноги вместо рук? – спросил ангелочек.

Точнее, Элриан. Двенадцать лет, уровень не определен, предраположенность не выявлена. Я смотрю, с обучением детишек совсем не торопились.

– Именно. Или почему в процессе уборки задумавшийся о своих делах некромант способен разрушить дом, – ласково улыбнулась я. – Есть варианты? Вижу, что знают только старшие. Что ж, позвольте дать вам несколько подсказок.

Активированная магическая доска тут же привлекла внимание всех учеников. Я мысленно выводила таблицу с видами магии, выделяя изумрудным цветом, который обычно символизировал как раз-таки некромантов, основные моменты по ходу рассказа:

– Теория магии, первый раздел. Основной постулат – маги увлечены магией в бОльшей степени, чем чем-либо другим. Выбирая между роскошью и сборником заклинаний, нормальный маг выберет последнее. И пока не дочитает книгу не посмотрит даже на гору бриллиантов или замок из золота. Теория магии, третий раздел. Вам всем рассказывали о существовании обычной магии, переплетенной с этим миром, а также об альтернативных видах магии, которые, соответственно не связаны. Некромагия как раз и относится к последним. Причем, как вы знаете, стандартную магию мы отталкиваем. Итак, кто на основании этих двух утверждений сделает выводы? Поднимите руку и представьтесь.

Мальчуган с внешностью типичного некроманта – Резеф, если верить документам – поднял руку. Я кивнула.

– Резеф, учитель Лиферия, – тихо сказал парень.

Немного нервничал – дергал рукой темные вихрастые волосы, словно пытался вырвать. Ангелочек, сидящий рядом, сделал круглые глаза и что-то шепнул, от чего Резеф тут же немного успокоился и отпустил несчастные волосы.

– Хорошо, Резеф, слушаю тебя, – подтолкнула я ученика к ответу.

– Я думаю, что проблема заключена в том, что некроманты меньше, чем другие магии привязаны к этому миру. Их не держит магия, как у обычных магов, потому они не проявляют достаточно... достаточно... – Резеф запнулся и замолчал.

– Верно. Некроманты не проявляют достаточно интереса к окружающему миру в сравнении с другими магами, – продолжила я за Резефа, которому не хватало то ли смелости, то ли способности правильно подобрать слова.

Впрочем, некромантам хорошо подвешенный язык не особо и нужен. Для меня важнее, что Резеф самостоятельно пришел к нужным выводам. И то, что после моего одобрения, я увидела радость от понимания, что ответил правильно.

– Эту теорию создал один из некромантов-ученых, до сих пор идет много споров, так ли это. Но чем дольше я живу, тем больше подтверждений нахожу. Нам как магам интересна магия, но наши силы не связаны с миром. Контролировать отсутствие интереса практически невозможно, а потому и так много несчастных случаев – нам попросту неинтересно и неважно, как, например, правильно сварить тот же суп. Это происходит на подсознательном уровне. Отсюда и все проблемы.

– Значит, вы нас научите проявлять больше интереса? – спросил Айр.

– Нет, почему ты так решила? Я же сказала, что практически невозможно контролировать интерес. Вы можете не дышать? Лишь какое-то время, не более. Но долго так не продержитесь. То же и с нами. Две-три минуты контроля не спасут.

– Невозможно и практически невозможно – две разные вещи, – заметил Айр.

– Разумеется, – согласилась я. – Но так издеваться над некромантами никто не станет. Давайте порассуждаем. Как некромант может выйти целым и невредимым в противостоянии с бытовыми делами?

Первой руку вскинула рыжая:

– Выйти замуж за мага-бытовика!

– М-м-м, хороший вариант. Но достаточно непростой, ведь предрасположенность к бытовой магии чаще встречается у девушек. Тебе будет сложно найти себе мужа.

– А я уже, – хмыкнула рыжая. – Я уже помолвлена с магом-бытовиком.

– О, – я не удержалась от легкого восклицания: некроманты редко так рано выходили замуж. – Поздравляю.

– Спасибо! Берегу здоровье смолоду, – улыбнулась рыжая.

Я улыбнулась в ответ: кажется, брак у нее удачный, иначе не было бы этой расслабленности и мечтательности в глазах.

– Так, а еще кто-нибудь может предложить другие варианты?