Текст книги "Факультет бытовой некромантии (СИ)"

Автор книги: Лира Алая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9. Часть 3

Очень интересно. В досье, выданном Ирвином, этой информации не было. Если предположить, что Ирвин не врал, а все-таки утаивал, то Резефа с другими детишками все же забрали из деревни. Тогда как туда отправили отпрыска графа?

– Второй в очереди на наследование? – бросила я первое, что пришло в голову.

Некоторые аристократы предпочитали отсылать всех, кроме первенца, чтобы избежать конкуренции среди детей.

– Нет, я... я не могу наследовать. Я бастард, – тихо сказал Резеф, опустив взгляд.

Еще и щеки порозовели. Он... стыдился? В век магии и прогресса он стыдился того, что натворили в прошлом взрослые? Раздражал. Не Резеф, а его отец. Еще не видела, но граф меня уже безумно раздражал.

– Пока Резеф не был некромантом, он графу не сдался! – зло сказал Элриан. – А как стал, так сразу понадобился. Что стоишь? Еще скажи, что хочешь вернуться к нему!

– Я... я и не думал...

– Конечно, не думал. Ты этих посланцев выгнал только после того, как я начал возмущаться.

– И то – только потому что они нас будили по ночам, не давая выспаться, – фыркнул Айр.

– Простите, – тихо сказал Резеф. – Но он все же мой отец...

– Отец? Который... А, что говорить! Рад, что ты со своим характером хотя бы не согласился туда вернуться.

– Я же не идиот, – возмутился Резеф. – Мне тут нравится.

С вами.

Последнее Резеф прошептал настолько тихо, что, подозреваю, услышала только я.

– Получается, твой отец отправил тебя в деревню, где у тебя пробудился дар некромантии, после чего тебя нашел Ирвин и забрал в свою академию. А когда твой отец узнал, что ты учишься здесь на некроманта, то стал присылать письма с требованиями вернуться?

– П-примерно как-то так, – ответил Резеф.

Он совершенно не умеет врать. Я вздохнула. Буду спрашивать у Ирвина, он и без того много информации задолжал.

– Так, поняла. Этого посланника мы вернем. Живым. Кастиэлла, живым, – повторила я.

– Да жив он, жив. Мертвые не такие болтливые, – донесся голос совы.

– Ладно, вопрос такой. Этого мы отправим. Следующего когда ждать? – спросила я.

– Дня два, наверное, может, три, – сказал Элриан. – После постоянных провалов найти того, кто согласится, довольно сложно. Граф не любит, когда его планы нарушают, даже если это не вина исполнителя.

– Граф Либбер, правильно? – спросила я.

– Да, откуда вы узнали? – ахнул Резеф.

И поморщился Айр. Конечно, это ведь наверняка было чем-то вроде тайны. Чем-то, что детишки хотели от меня скрыть.

– Зная расположение поместий аристократов, их примерные ресурсы и доступ к магическим порталам, а также некоторые привычки, например, наказывать слуг по поводу и без, вычислить вашего графа не так уж сложно.

Да и графов поблизости не так уж много. Либбер, значит. Похоже, придется Кастиэлле писать еще одно письмо моему брату, вот уж обрадуется.

– Я закончила, – Кастиэлла вылетела к нам.

Глава 9. Часть 4

Она что-то нашла. Что-то очень нехорошее, судя по раздражению, которое даже не пыталась от меня скрыть.

«Не при детях».

Даже так. Что же там такое?

– А он тоже… – тихо спросил Резеф.

– Он?

– Шпион. Он тоже закончил?

– Что закончил? – не поняла Кастиэлла.

– Свою жизнь, – пробормотал мальчишка, стараясь не смотреть на сову.

– Живой вроде, – сказала Кастиэлла, взмахнув крыльями. – Мальчик впечатлительный, однако сердечко крепкое, должно выдержать все… невзгоды. Поэтому пусть пока посидит тихонько.

«Полежит без сознания», – добавила уже для меня Кастиэлла.

«Чем он тебя так разозлил?»

«Тем, что тебя доведет до настоящего бешенства. Закончи с детишками, потом расскажу. И покажу».

«Говоришь так, словно я сорвусь на ни в чем не повинных ребят», – я обвела взглядом детей, которые явно напряглись из-за моего молчания.

«На них не сорвешься. Боюсь, как бы ты к этому графу сразу не отправилась и не открутила ему голову. Тебе не понравится, поэтому все после занятий. Заодно и шпион дойдет до нужной кондиции».

Что ж, если Кастиэлла говорит, что мне сейчас об этом не нужно знать, значит, не нужно. Такого рода ситуации она контролировала даже лучше меня. В конце концов, в ядовитых океанах снобизма, интриг и подлостей аристократов она плавала на несколько десятков лет больше, чем я.

– Госпожа Лиферия, а что теперь нам делать? – спросил Резеф.

Ах да, я слишком долго молчала. Что же делать с ними, моими прекрасными нарушителями? И не только моими. Роберт, маг с явно нетипичным для бытовика характером (где вы видели этих адептов чистоты и порядка, вовлеченных в какие-нибудь похищения?), казалось, даже не дышал, ожидая мой ответ.

– Получать наказание, – улыбнулась я.

– Вы нас будете бить? – настороженно спросил Элриан.

Я поморщилась:

– Вы в академии магии, а не в воинской забегаловке. Разве здесь хоть кто-то наказывает физически? Не недооценивайте фантазию преподавателей, – порекомендовала я.

– Тогда что мы будем делать? – спросил Айр.

– Как что? Бегать, – ответила я, хлопнув в ладоши.

Хотела я это занятие отдать на откуп преподавателям по физическим дисциплинам, ведь они обычно более сдержанны и менее требовательны, но, как говорит милая Кастиэлла, сами напросились.

– Простите? – Айр смотрел удивленно.

– Да, ваши извинения по поводу опоздания я принимаю, – сказала я. – Но от пробежек вас это не избавит. Скажем так, будете бегать месяц под моим руководством.

– Мы не очень любим пробежки… – тихо заметил Резеф.

Какой прекрасный наивный ребенок! Словно специально дает мне возможность подразнить всех моих учеников.

– И плохо бегаем, – добавил Элриан. – Лучше обучите некромантии. И наказание, и польза.

Я не стала уточнять, что бег, как и некоторые другие физические упражнения – это необходимая часть подготовки некромантов. Многие недооценивали физическую составляющую, считая, что контролировать магию нужно было исключительно за счет разума. Но после моих экспериментов можно было смело утверждать, что минимум четверть зависит от того, в каком состоянии находится тело. И насколько быстро оно адаптируется к разным внезапностям.

– Научитесь хорошо. А сейчас я добавлю вам немного мотивации… И да, отбиваться разрешается.

– Отбиваться? От кого? – нервно спросил Резеф.

– От того, кто будет мешать вам бегать, – сказала я, доставая из пространственной сумки мешочек с костями.

Глава 9. Часть 5

***

– Ты перестаралась, Ферия, – шепнула Кастиэлла.

– Разве? – спросила я, глядя на лежащих прямо на полу класса учеников. – Ты же сама говорила, что пока дышат – все в порядке. А некоторые из них даже говорить могут.

Почти. Но после такой бодрой пробежки даже несколько членораздельных слов – уже хорошо.

– Я не про это! Они ведь с криками по коридорам академии бегали.

Я пожала плечами:

– Все студенты бегают по коридорам академии.

– Но не от костяных пауков, – шикнула Кастиэлла.

– Я вытащила первый попавшийся шустрый скелет, – ответила я честно. – Думаешь, академия, где основная масса учеников – боевики, увидела нечто поразительное и невероятное?

– Если судить по их крикам – вполне, – заметила сова. – А если тебе как преподавателю за это сделают замечание?

– Кто посмеет? – спросила я, садясь за свой учительский стол. Если детишки думали, что учеба на сегодня закончена, то они глубоко заблуждались.

– Ирвин?

– Пусть приходит и делает. Честное слово, надоело за ним ходить, – пробормотала я. – Еще ни к одному мужчине я так часто не наведывалась.

– Не вижу ничего предосудительного. Он, конечно, раздражает, но со стороны – достойный представитель мужского пола.

– Откуда ты знаешь?

– Чтобы оценить человека со стороны, знать его не надо. Стой, Ферия, ты весь этот переполох устроила ради того, чтобы Ирвин к тебе заглянул сам? Продуманный план?

– Хм, назовем это удачным стечением обстоятельств.

– И ты еще говоришь, что интриги – не твое, – фыркнула Кастиэлла.

– Я не интригую, я хорошо обращаюсь с обстоятельствами, – заметила я, после чего повернулась к ученикам: – Отдохнули.

– Нет, – раздался стон Оливии.

– Это был не вопрос. – сказала я. – Мы приступаем к уроку. Он будет состоять из двух частей. В первой мы начнем подготовку к основному курсу, в честь которого я выбрала название факультета. Мы начнем учиться контролю за некроэнергией.

– А может мы начнем учиться этому, когда будем в лучшей форме? – подал голос Айр.

Он, бедолага, вымотался больше всех. Из некромантов. Так-то больше всего устал жених Оливии, который на протяжении всех догонялок прикрывал моих некромантов и мешал костяному пауку, заметив, что сам его не интересует. Роберт – милый мальчик, его даже проверять как-то неудобно.

– Нет, именно сейчас, – улыбнулась я. – Чем сложнее сейчас, тем легче будет потом.

– Мы умрем, – застонал Элриан.

– Смерть не должна страшить некромантов, – улыбнулась я. – А теперь вставайте. Сейчас я дам краткий теоретический инструктаж, потом покажу, что вам нужно сделать, а после покажу на примере.

–

Спасибо за ожидание! Весенние вирусы не щадят никого, исключением я не стала. Будем нагонять

Глава 9. Часть 6

– Как вы знаете, вместо обычной энергии, как у большинства магов, в наших магических жилах течет так называемая некроэнергия. Почему так называемая? Так, давайте, давайте, вставайте, я верю, что в вас больше сил, чем вы пытаетесь показать.

– Потому что это мертвая энергия? – пробормотал Элриан.

– Разве? – Я подошла к лежащему Элриану и, оплетая его своей силой, усадила за стол. – Тогда при соприкосновении люди сразу бы умирали, разве не так? Да и вы сами могли бы не выжить, тела-то у всех одинаковые. Но вы живы-живехоньки. А это значит, что само название некроэнергия, по сути своей, не очень верное.

– Тогда как нам ее называть? – спросил Резеф, уже сидящий за партой – ему помог Айр, а Оливия справилась сама.

– Энергия некроманта. Так вот вы никогда не задумывались, что она из себя представляет? Вижу, что не думали. Дам несколько подсказок. – Я отошла обратно к учительскому столу и активировала магическую доску, на которой возникло изображение разрыва межмировых врат. – Вот это – открытие врат между мирами. Видите зеленовато-синеватую энергию? Она едва заметна, почти прозрачная, но все же ее видно, верно? Эта энергия, которая находится между мирами с нормальной магией. И, проникая в наш мир, она превращает живое в неживое. И наоборот. Добравшись до кладбища, такая сила поднимет всех мертвых. Немного похоже на то, что делаем мы, не так ли?

– То есть, наша сила сродни этой разрушающей?

– Нет, – я мотнула головой. – Маги-исследователи уже изучали этот момент и пришли к отрицательному выводу – природа разная. И я с ними согласна. Частично. Мы живем в мире противовесов и балансов. Если есть какая-то невероятная сила, значит, на нее найдется противосила. Вот мы, некроманты, и стали ей. Однако откуда такая схожесть?

– Эволюция магии? – предположил Айр.

– Частично. Но я думаю, что наша сила – сила некромантов – это смесь двух магий: этого мира и межмирового пространства. Кто-то из наших магов случайно или специально поглотил инородную силу. И уже магия этого мира внутри его тела научилась контролировать иномирную магию, к тому же, сделав ее немного более безопасной. Но недостаточно, иначе от нас, некромантов, не было бы столько разрушений при попытке сделать какие-то обычные вещи.

– Да, я взорвала плиту, когда пыталась приготовить пирог...

– Потому что твоя энергия, сильно отличающаяся от обычной магии, просачивалась сквозь твое тело, нарушая стандартное магическое функционирование плиты. В этом, кстати, одна из главных проблем. Практически все предметы для быта наполнены небольшим количеством магии, чтобы упрощать уборку, готовку и многое другое. Небольшое вмешательство инородной магии – и изменение функционирования предсказать практически невозможно. В лучшем случае они ломаются и взрываются, в худшем – приобретают очень специфические магические свойства.

– О, а случайно артефакт Лоренции в виде сковороды появился не из-за такого случайного смешения двух магий? – воскликнула Оливия.

– Из-за него, – кивнула я. – Редкий случай удачного стечения обстоятельств.

Для хозяйки удачного. Оживленная сковорода Патрисия, горевшая желанием «поджарить всех врагов» Лоренции, мне не слишком нравилась. А Кастиэлла ее и вовсе терпеть не могла. Кричала, что это ужасно, отвратительно неэлегантно, отворачиваясь в отвращении, чем ужасно злила Патрисию.

– А нам так...

– Нельзя, – отрезала я. – Либо все взорвете, либо еще чего похуже. Так, вернемся к нашему уроку. Теорию я вам объяснила. Теперь по практике. Вам придется прислушаться к себе и попытаться понять, где внутри массы вашей магии лежит одна тонкая направляющая нить. Она может быть тонкой, может – широкой. Если сравнивать... то похоже на то, будто в вашей копне волос вы ищете одну маленькую прядку, выкрашенную в другой цвет. Как только найдете ее, то поймете центровку вашей силы и вам станет значительно легче контролировать вашу силу. Не выпускать ее из своего тела бессознательно. После чего выполните одно бытовое действие, пытаясь сосредоточиться на контроле.

– Какое? Надеюсь, мы не будем печь пироги?

– Пф-ф-ф, не бойтесь. Пироги – не первый этап. Для начала... – Я открыла пространственный карман и бросила на стол несколько небольших ножей и четыре десятка яблок, – научитесь нормально чистить яблоки и резать их на дольки.

Удивлены? Кажется, что очень просто? Ну-ну.

– А мы можем сразу почистить?

– Нет, – ответила я. – Сначала тренировка, потом чистка. И чтобы никакой некроэнергии. Я вернусь через час, надеюсь, вы хорошо потренируетесь.

С этими словами я сделала изящный жест, велев Кастиэлле следовать за мной.

– А не опасно оставлять их одних? – спросила она, как только я закрыла дверь в учебную комнату.

– Нет. При мне они будут только больше нервничать, – ответила я. – А им это не нужно. Пойдем в мой кабинет.

В выделенном мне кабинете было чисто, не слишком светло и по-некромантски уютно.

Я села в кресло, проверила на защиту от прослушки, удовлетворенно кивнув мерам безопасности, и спросила:

– Так что такое ты нашла, Кастиэлла? У того мальчишки, которого мои детишки притащили в лес.

– Письмо с «подарком». Порошок управления, сделанный на крови. Стоило малышу Резефу открыть письмо, как он тут же вдохнул бы порошок и попал под полный контроль старшего кровного родственника.

Глава 10. Часть 1

Этот день закончился совсем не так, как я хотела.

Во-первых, никто из моих дражайших учеников не показал удивительного результата в упражнениях на контроль. Едва терпимым оказался Айр, но это, скорее, результат его возраста и опыта, нежели тренировки. Про остальных и говорить нечего. Только воспитание и аристократические привычки не позволили мне выплюнуть яблоко, почищенное и порезанное Элрианом: привкус просочившейся энергии оказался столь отвратительным, что меня затошнило.

Свое разочарование итогами занятия я выразила вполне сурово: выдала особое домашнее задание. Теоретическо-политическое на логику, как выразился мой брат. Мне тоже такие давали, чтобы я разбиралась в аристократических волнах и течениях. И не потонула где-то случайно по собственной глупости. Изначально я думала, что рановато, по большей части из-за Элриана и Резефа, но, судя по тому, какие у последнего родственнички – в самый раз. Пусть подумают, почему чуть не пострадал журналист, выложивший информацию о пропавшей любимой собачке баронессы, и о других нестандартных вещах. Посидят в библиотеке, покопаются в старых газетах – в этой академии благоразумно собирали все-все вышедшие экземпляры.

Во-вторых. Ректор ко мне так и не зашел, несмотря на весь шум, устроенный с помощью юных некромантов. Да что ректор?! Ни Алистер, ни глава безопасности, ни кто-то там из комитета порядка, созданного в этой академии. Было немного обидно и, по большей части, разочаровывающе.

В-третьих, что вызывало у меня наибольшее сожаление и превращало этот, в принципе, терпимый день, в отвратительный, – это понимание, что граф Либбер все еще дышит спокойно, а не хрипит от боли, умоляя о смерти.

– Ферия, прекрати напевать это под нос, – раздраженно сказала Кастиэлла.

– А что не так с песенкой? – спросила я, заканчивая письмо брату.

Интересовалась, что у него за дела с графом Либбером.

– Все!

– Отличная же мелодия, – улыбнулась я. – И в ноты попадаю.

– О да. Только слова этой песенки тебе напомнить? Ах, какой сегодня вечер! Как ты жалок, как беспечен. Будешь долго умирать, со страданьем воскресать. А потом опять, опять, будем все тебе ломать! Двести шесть твоих костей разом хрустнут... Бр-р-р! Не хочу вспоминать. В этих словах ни капли изящества! Абсолютно тебе не подходит.

– И что тебе не нравится? Знаешь, мне эту песенку в качестве колыбельной брат напевал.

– Ты стала некромантом не в раннем возрасте!

– Считай, что я поздно повзрослела.

– Почему бы тебе не прибить этого графа Либбера? День туда, день обратно, – предложила Кастиэлла.

– Как будто ты сама не знаешь. Убить человека, который не напал на тебя, довольно сложно. Потом от отдачи буду мучиться. Да и ты сама знаешь – смерть иногда благо. А зачем благо дарить врагам, Кастиэлла?

– Верно, конечно. Но я давно тебя не видела такой злой.

– Решила, что я буду потакать своим маленьким прихотям? Мне же уже не шестнадцать. Да и глупостей я наделала на всю жизнь.

– Тогда?..

– Подготовлюсь. К тому же, мне нужно понимать отношения между Резефом и графом, иначе я не смогу грамотно вмешаться.

– К Ирвину?

– Не слишком ли ты фамильярна по отношению к господину ректору?

– В моем почтенном возрасте почти не осталось тех, к кому я могу быть нефамильярна. Старческое.

– Кастиэлла, ты сама говорила, что тебе всегда будет двадцать. И нет, не к нему. Во-первых, я слишком устала для очередного раунда споров и противостояний, во-вторых, если я продолжу так часто наведываться к ректору, то скоро пойдут вполне определенные слухи.

– Тогда спросишь у самого Резефа?

– Думаешь, он мне напрямую что-то скажет? Нет, эффективнее всего спрашивать про Резефа у других. Например, у Элриана.

– Он точно промолчит, – сказала Кастиэлла.

– Не промолчит, если поймет, что я могу избавить его братишку от страданий.

– И как же он это сделает?

– Прочитает свое домашнее задание. И обязательно спросит у меня, что это значит.

Глава 10. Часть 2

К обеду нынешнего дня я могла точно сказать – этот день был лучше предыдущего.

Почти. Мы как-то все совершенно забыли про несчастного привязанного мальчика-слугу графа Либбера, из-за чего его поймал дежурный учитель академии и, особо не разбираясь, наказал, посадив под замок в индивидуальной комнате для наказаний, где были лишь стены, книги и стул со столом. А потом его и вовсе посадил под замок Алистер, судя по тону и виду, неплохо осведомленный, что этот служка делает в академии.

Зато мои милые ученики не только выспались, но и, наконец, неплохо справились с домашним заданием. Признаюсь, что после тренировки на контроль я несколько поумерила ожидания. И зря.

Даже Резеф, казавшийся настолько наивным, насколько может быть ребенок-некромант, показал неплохой результат решения задачки из категории «Как отказать королю соседней страны, когда ты слаб и категорически против выполнять его просьбы», отыскав случай из практики Нивена фон Дреззта, поднявшего дух праведной бабушки этого короля. Разумеется, это дало свои плоды: дух, что импонировал некроманту и придерживался правильных убеждений, хорошенько объяснил великовозрастному королю-внуку, как можно поступать, а как нельзя.

– Хорошо, – кивнула я. – Задание засчитано. Возвращайся в учебный класс и продолжай тренировку на контроль под присмотром Кастиэллы.

Да, пришлось слегка... разделиться. Для моего плана мне нужно было, чтобы Элриан по вполне естественной причине поговорил со мной наедине.

Резеф глянул на меня слегка разочарованно. Мне надо было похвалить его еще сильнее? Давно не работала со столь юными некромантами.

– Ты молодец, – сказала я.

Резеф улыбнулся, но разочарование не исчезло. Более того, он продолжал топтаться на пороге.

– Что такое? – спросила я.

– А что случилось, ну, с тем слугой отца? – спросил он в итоге.

– Отбывает наказание по студенческим правилам, – сказала я.

– А вы... вы у меня ничего не спросите? – в итоге выдавил Резеф.

Ага, вот и причина. Не хвалить надо было, а интересоваться.

– А ты расскажешь мне все честно и без утайки? – усмехнулась я, на что мальчишка тут же отвел взгляд. – Иди на занятие. Поговорить можно будет попозже.

Не с тобой. Хотя, какое попозже? Следующим должен прийти Элриан. Интересно, разгадал ли он мою загадку? Понял намек?

Стоило Элриану появится на пороге, как я довольно улыбнулась: да, этот сообразительный малый обо всем догадался.