355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Линн Грэхем » Неудержимая страсть » Текст книги (страница 6)
Неудержимая страсть
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 00:39

Текст книги "Неудержимая страсть "


Автор книги: Линн Грэхем



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Энджи взяла протянутый Лео бокал, сделала большой глоток и неловко пробормотала:

– Розы просто прекрасные, правдапрекрасные… но, боюсь, ты не совсем правильно понял, почему…

– Я все отлично понял. – Лео мягко убрал букет, который она нервно теребила, расстегнул дорогой пиджак и одним движением освободился от него. – Ты сделала правильный выбор. – Он отпил немного шампанского, развязал узел галстука и отбросил его прочь. Энджи как завороженная следила за ним. – Теперь в жизни Дрю для тебя не осталось места. В худшем случае ты станешь позором для него, в лучшем – болезненным соблазном, перед которым он не сможет устоять. Телли Ричардсон – дочь его босса, и он очень сильно…

– Я не это имела в виду, Лео, – перебила его Энджи, не в силах сдержать дрожь.

Он осторожно взял у нее бокал, который она судорожно сжимала, и отставил его на стол.

– Не надо стыдиться, Энджи. Нам больше не понадобится касаться этой темы, потому что я не буду приводить тебя в Деверо-Корт, когда Дрю будет здесь гостить.

Энджи невольно высунула кончик языка, чтобы облизать пересохшие губы. Все в ней сжималось от внутреннего напряжения.

– Но ты все не так понял… Ведь я позвонила совсем не…

– Ты слишком много говоришь… – Его взгляд, казалось, был прикован к ее мягким розовым губам. Лео наклонился вперед и властно притянул ее к себе. – А я не в том настроении, чтобы разговаривать… Сейчас мне хочется положить тебя в свою постель и заняться с тобой любовью. Тогда я буду точно знать, что возврата назад не будет, – с яростным ударением закончил он.

Последовал страстный поцелуй, настойчивый язык проник внутрь ее рта, и Энджи почувствовала, как мужская затвердевшая плоть прижимается к ее животу. Она ощутила острое желание позволить Лео делать с ее трепещущим от страсти телом все, что он захочет. Из груди вырвался стон.

Лео подхватил Энджи на руки и уверенным шагом направился в сторону спальни. В распахнувшейся двери ей почудились сверкающие огни грядущего рая. Ее пальцы с нежностью вплелись в его густые черные волосы. Прижавшись горячими губами к его груди в вырезе сорочки, она с наслаждением вдохнула мужской запах и с болезненной дрожью сожаления выдохнула:

– Лео… поставь меня на пол… пожалуйста!

Он положил Энджи на широкую дубовую кровать. Молодая женщина тут же приподнялась, встала на колени и оперлась о резной столбик кровати. Затем подняла на мужчину виноватые голубые глаза, дрожащей рукой отбросила со лба спутанные волосы.

– Ты не так меня понял по телефону…

Лео замер. Эбеново-черные брови сурово сдвинулись, он впился взглядом в ее побледневшее лицо.

– Что я мог не понять? Ты говорила о чем-то очень личном, касающемся тебя и меня, о чем же еще, как не об этом?

– Я сама виновата. Откуда ты мог знать, чтоя имела в виду?

– Черт возьми, о чем ты говоришь?

– Ты очень разозлишься…

– Я уже разозлился, – секунду поколебавшись, сказал Лео. – С тобой трудно договориться…

– Это гораздо важнее, чем секс…

– В данный момент нет ничеговажнее!

– Лео… О черт, я не знаю, как начать! – с отчаянием воскликнула Энджи и встретилась с его пылающим взглядом. – Джейк – не сын Дрю… Джейк – твой сын.

Повисла напряженная тишина… Она глубоко вздохнула, Лео застыл, а потом его смуглое лицо исказилось от гнева.

– Что за дурацкая шутка?

Энджи заморгала. На глазах вот-вот готовы были показаться слезы.

– Если не веришь, можешь спросить Дрю, – глухо сказала она. – Прощаясь, я рассказала Дрю, что жду ребенка от тебя. Он подтвердит, что я не лгу!

– Это невероятно… – Лео, словно не веря своим ушам, смотрел на нее. – Дрю сказал мне…

– Я не обязана отвечать за то, что тебе наболтал Дрю! – вскричала она. – Я не обязана объяснять глупое вранье твоего кузена, потому что не желаю больше иметь дело с этим…

Сквозь смуглый цвет кожи Лео проступила смертельная бледность.

– Ты лжешь… Ты должнабыла…

– Чего ради я должна лгать? – перебила его Энджи. – Потому что тебе не нравится то, что ты слышишь? Что ж, отлично, Лео… можешь твердить себе, что я лгу, и забыть про наш разговор…

– Заткнись! – заорал на нее Лео. Энджи вздрогнула, ресницы обиженно задрожали. – Как ты думаешь, какой мужчина может спокойно проглотить свалившуюся на него новость, подобную этой? Я переспал с тобой два с половиной года назад. Если ты забеременела, у тебя была масса возможностей сказать мне об этом.

– Я не хотела говорить.

– И какой в этом был смысл? – Его потемневшие глаза впились в нее недоверчивым взглядом.

Энджи опустила голову.

– Мне жаль, что он твой сын, очень жаль, Лео, но здесь я ничего не в силах изменить, – пробормотала она дрожащим голосом. – Скажи, разве ты ничего не заметил при взгляде на Джейка? Его темно-карие глаза, черные волосы, смуглая кожа…

– Ты ведь сказала, что это он унаследовал от твоей матери.

– Я солгала. Моя мать была такой же светлой, как и я, – еле слышно ответила Энджи.

– Ты таскалась с Дрю и его далеко не безупречной компанией очень долго, и большую часть времени он был пьян и не соображал, что творит! – заорал Лео. – Ты считаешь меня дураком, которого можно обмануть карими глазами и черными волосами? Кто знает, с кем еще ты спала в то время!

Внутри у Энджи все оборвалось.

– Думаю, ты сказал достаточно. – Она сползла с кровати, чувствуя, что ноги едва держат ее. – Я не намерена терпеть подобные оскорбления!

Сильные пальцы Лео сжали ее предплечье, прежде чем Энджи успела отойти на безопасное расстояние.

– Я не стану извиняться, что высказал вслух то, о чем подумал бы любой мужчина. Так уж я устроен.

Энджи дрожала как осиновый лист, но голубые глаза горели.

– Ты был первым мужчиной, с которым я спала… как же ты можешь утверждать, что за такое короткое время я успела превратиться в шлюху?

Глаза Лео потемнели.

– Джейк родился ровно через восемь месяцев и три недели после того уик-энда. У меня есть свидетельство о рождении, подтверждающее это. Он просто не может быть больше ничьим ребенком.

– Но, по-моему, все было безопасно.

– Откуда тебе знать? – с вызовом бросила Энджи, ее снова охватила нервная дрожь.

Лео смотрел на нее сверху вниз, длинные черные ресницы бросали тень на глаза.

– Ты сказала, что приняла противозачаточную таблетку. Намекаешь, что она не сработала?

Энджи глубоко вздохнула.

– Нет…

– Тогда что? – настаивал Лео.

– Я не принимала таблеток, – пробормотала Энджи: – Я сказала неправду.

– Неправду?… – не очень уверенно повторил Лео, его рука ослабла и выпустила ее.

Энджи со стыдом отвела глаза, ее лицо зарделось, а сердце колотилось где-то в горле, причиняя тупую боль. Она кивнула.

–  Зачем? – недоуменно спросил Лео.

– Я хотела забеременеть.

– Ты хотелазабеременеть? – с еще большим недоумением переспросил Лео. Он отошел от нее, словно пантера, которой слишком мало места для разбега перед прыжком. – И ты открыто мне в этом признаешься?

– Теперь нет смысла лгать. Как видишь, у тебя есть все причины, чтобы ненавидеть меня, – с трудом проговорила Энджи.

Но Лео уже не смотрел на нее. В нем взыграл южный темперамент. Прежде чем она успела перевести дыхание, он со скоростью света вылетел из спальни, пронесся через гостиную и с грохотом распахнул дверь в длинную галерею.

– Лео! – закричала Энджи, бросаясь вслед за ним. – Куда ты?

Черты Лео были искажены гневом, когда он обернулся к ней.

– А ты как думаешь? – прошипел он сквозь стиснутые зубы. – Я собираюсь уничтожить Дрю за то, что лгал мне!…

В ужасе Энджи повисла на его руке.

– Лео, нет!

Лео оторвал ее от своего рукава и широкими шагами направился по галерее.

– Меня не волнует, что у вас с ним было… Меня не волнует, как он тебя соблазнил… Меня даже не волнует то, что ты могла выдать моего сына за его, чтобы привязать к себе Дрю! – все более возвышая голос, отчеканил он и сделал яростный жест рукой. – Это уже не имеет значения. Черт побери, мне нет до этого дела, – с яростью повторил он. – Но ничто не может оправдать его лжи, потому что из-за этого мой ребенок был в опасности… Он позволил тебе уехать отсюда одной, без денег и знал… этот хилый, эгоистичный ублюдок знал, что ты носишь моего ребенка, и не только не сказал мне об этом, но и сделал все возможное, чтобы убедиться, что я не поеду разыскивать тебя!

– Лео… Я не пыталась выдать моего ребенка за ребенка Дрю, когда обнаружила, что беременна, – с болью в голосе возразила Энджи. – Если бы я и хотела этого, у меня ничего не вышло бы, потому что я и Дрю никогда…

–  Cristas… если бы ты не спала с двумя мужчинами из одной семьи, этого никогда бы не случилось! – воскликнул Лео. Его слова хлестнули Энджи, словно плеть. – Ты столкнула нас с ним, и вот результат!

– Это нечестно, – воскликнула Энджи. – Я никогда в жизни не спала с Дрю!

– Я уже сказал тебе, что на самом деле нечестно, – сурово ответил Лео, словно не замечая ее слов, и его черные глаза продолжали изучать ее бледное несчастное лицо. – Нечестно то, что тысделала с моим сыном… единственным невинным созданием, втянутым в эту игру!

Энджи побелела как мел. Невольно она отступила на несколько шагов. Лео же, словно запрограммированный автомат, пошел дальше, к главной лестнице.

Яростный вопль, внезапно раздавшийся невдалеке, вывел Энджи из столбняка. Она бросилась к лестнице, но на полпути замерла как громом пораженная. Ничего не подозревающий Дрю, видно, только что вышел в холл, но теперь пытался поспешно ретироваться под натиском Лео, смуглое лицо которого, казалось, превратилось в грозную маску.

– Мне что, нужно ловить тебя, чтобы заставить драться? – с хриплым присвистом прорычал Лео.

– Значит, Энджи наконец рассказала тебе… Да что с тобой? – изворачивался Дрю. – Если бы ты не торопился и немного подождал, она никогда и носа бы сюда не показала!

Удар Лео был таким сильным и молниеносным, что Энджи увидела только, как Дрю с трудом пытается подняться с пола. Побледнев как полотно, она вцепилась обеими руками в перила, чтобы не упасть.

– Почему ты пытаешься свалить на меня вину за то, что твою маленькую постыдную ошибку подложили под твои двери? – злобно прошипел Дрю.

Лео гневно ответил ему по-гречески, и в этот момент дверь с шумом распахнулась и в холл на полном ходу влетел Джейк. С довольным и радостным визгом он, подпрыгивая, подбежал к Лео. Дрю воспользовался благоприятным моментом и поспешно удалился.

– Я уезжаю в аэропорт встречать Телли… на пару дней мы займем городскую квартиру, – прогнусавил он через плечо, задержавшись в дверях.

Лео ничего не сказал. Он неотрывно смотрел вниз, на Джейка, его лицо застыло, выражая мучительную душевную борьбу. Не замечая напряженности, малыш продолжал нетерпеливо прыгать вокруг него, тянуть ручонки кверху и кричать:

– На ручки, Лео… хочу на ручки!

Глаза Энджи невольно увлажнились, она отвернулась, стараясь справиться с собой. Лео присел на корточки и о чем-то беседовал с Джейком. Когда она на ватных ногах добралась до последней ступеньки, Лео подался вперед, подхватил своего оживленно болтающего сына на руки и выпрямился.

Он осторожно закружил ребенка в воздухе, потом, подняв его повыше, с напряжением стал всматриваться в его лицо. Глаза его взволнованно заблестели. В этот момент Лео увидел ее. Его лицо стало жестче, и у Энджи все сжалось внутри как от удара.

– Мне жаль… – глухо пробормотала она.

– Раскаяться никогда не поздно, – сказал Лео с горечью.

Он понес Джейка наверх по лестнице. Энджи даже не пыталась последовать за ними. Сладить с Лео сейчас было нельзя, она это знала. В конце концов, он имел полное право побыть с сыном наедине.

– Он поостынет… я думаю, – раздался позади голос Уоллеса. От неожиданности Энджи вздрогнула. – Дадим ему время на это.

Она резко обернулась. Уоллес Невилл уже направлялся в сторону гостиной.

– Здесь холодно. Закрой за собой дверь.

Энджи поняла, что он зовет ее, и пошла в гостиную.

– Так вы все знали!…

– Я подозревал это еще до твоего приезда сюда, – кивнул головой пожилой джентльмен. – У меня не осталось никаких сомнений, стоило только один раз взглянуть на малыша.

– Но вы… вы же сказали Дрю… здесь, всего лишь прошлым вечером, что я – мать его ребенка!

Уоллес осторожно опустился в мягкое кресло.

– Он заслужил хорошую встряску, ибо поступил подло, солгав Лео. – Тускло-серые глаза пристально смотрели Энджи в лицо. – Если бы ты сама не сказала Лео правду, я сделал бы это за тебя. Сейчас он похож на разъяренного медведя, но за это тебе некого благодарить, кроме себя самой. Ты должна была заранее знать, что значит для него сын.

Энджи вспыхнула.

– Но не так давно вы вообще не хотели, чтобы у меня былребенок!

– Да, не хотел, – мрачно согласился Уоллес. – До тех пор пока ошибочно считал Дрю его отцом.

Энджи покраснела.

– Я всегда смотрела на Дрю только как на друга.

– И в то же время я был твердо убежден, что у вас с Лео ничего путного не вышло тогда, в Фолли, – с суровым неодобрением признался Уоллес. – А с Дрю ты общалась довольно долго. Естественно, я был уверен в его ответственности за твое положение, хотя и не ставил перед ним этот вопрос.

Энджи неловко переминалась с ноги на ногу. Предельная откровенность Уоллеса начала ее пугать. Словно смертного приговора, ждала она момента, когда пожилой джентльмен заговорит о кражах. Безусловно, его убеждение, что именно она была виновницей всех тех пропаж, сильно влияло на его к ней отношение.

– А потом Лео узнал от Дрю, что ты собиралась сделать аборт и что он дал тебе на это деньги, – с нескрываемым отвращением продолжал Уоллес. – Этого я взять в толк никак не мог. Дрю был в тебя влюблен и по идее должен был сразу же жениться на тебе. Наиболее подходящим объяснением являлось то, что ребенок не от него… И не надо быть чересчур проницательным, чтобы заметить, что Лео вел себя далеко не как посторонний наблюдатель.

– А какон себя вел? – не выдержала Энджи.

Уоллес понимающе взглянул ей в лицо.

– Значит, ты все еще остаешься самой преданной поклонницей Лео, не так ли? – с удовольствием отметил он. – Что я могу сказать тебе, Энджи? Ты не сдаешься легко, ты готова бороться до конца, и я очень ценю это в женщинах.

Открылась дверь, и вошел отец Энджи с дневной почтой.

Уоллес признательно улыбнулся ему.

– Браун, ты старый ловкач! Вовремя впустить Джейка – это было замечательно. Отдаю должное твоей изобретательности!

– Благодарю вас, сэр.

Энджи с изумлением выслушала этот краткий обмен репликами. Значит, столь своевременное появление в холле ее сына вовсе не было счастливой случайностью, как она думала.

– В любом случае это предотвратило возможные осложнения, – одобрительно сказал Уоллес.

– Именно так, сэр… а через двое суток, проведенных в обществе американской дамы, мистер Дрю успокоится и предпочтет сделать вид, что ничего не случилось.

– Думаешь, к Рождеству он вернется? – Уоллес зевнул, чтобы скрыть свое беспокойство.

– О да, сэр. Я не стал бы волноваться на этот счет.

Энджи заметила на губах отца тонкую усмешку. Он взял мягкий мохеровый плед и осторожно укутал им колени хозяина.

– Мне очень хотелось бы гордиться им, – тяжело вздохнув, признался пожилой джентльмен. – Лео идет по прямой дороге, о нем тревожиться не надо, не правда ли?…

Энджи, чувствуя себя здесь лишней, тихонько пошла к выходу. Она точно знала, что никогда не забудет зрелища того, как Уоллес и ее отец спокойно и доверительно беседуют между собой – так могут разговаривать только люди, знающие друг друга всю жизнь. Впервые она увидела, что за преданностью отца кроется искренняя привязанность.

Боясь идти наверх, чтобы не столкнуться с Лео и не начать выяснять с ним отношения в присутствии Джейка, Энджи направилась к зеленой кухонной двери и лицом к лицу столкнулась с мачехой, худенькой маленькой женщиной лет пятидесяти с небольшим, с седеющими волосами и глазами навыкате.

– Энджи… ох! – выдохнула Эмили. Она выглядела совсем измученной.

– Спасибо, что посидела со мной прошлой ночью…

– Ты не знаешь, где мистер Лео? – дрожащим голосом перебила Эмили.

– Наверху, с Джейком… наверное. Если у тебя для него сообщение, передай его папе… – Энджи изумленно осеклась, потому что Эмили проскользнула мимо нее с каким-то сдавленным всхлипом.

С минуту Энджи сомневалась, стоит ли догонять ее, но после всех утренних потрясений она не чувствовала в себе сил, чтобы успокаивать еще кого-нибудь. Она решила, что разыщет Эмили попозже. Быстро пройдя через кухню, где царила обычная предобеденная суета, она подошла к двери в комнату дворецкого, чтобы позаимствовать пальто отца.

Пальто было новым, из прочной и добротной ткани, с удивлением заметила Энджи. Может быть, это пальто отдал ему Уоллес. Сунув руки в рукава, она быстро поискала глазами в шкафчике нужный ключ. Взяла его и направилась к старому коридору для прислуги. Его выстроили еще в прошлом веке для того, чтобы слуги могли передвигаться по усадьбе, минуя сад и не оскорбляя своим видом хозяев и их гостей.

Энджи сунула руки в карманы. Миновав старый дом, она зашагала по направлению к озеру. Одной из самых неудачных идей Дрю была переделка Фолли в отдельный домик для туристов. Не считаясь с любовью своего деда к уединению, он решил извлечь из помещения пользу для себя.

– Молодые пары с удовольствием будут проводить здесь медовый месяц! – заверял он, устанавливая в домике джакузи с золочеными кранами и кровать величиной с небольшое футбольное поле.

Но никто так и не смог воспользоваться этим прекрасным местом. Кроме Лео. Энджи шагала вдоль озера, уже не замечая пожухлой травы под ногами и голых ветвей деревьев. Ей вспомнилось начало лета, когда все было в густой зелени, а в траве разноцветными огоньками мелькали полевые цветы… стояла невыносимая полуденная жара… и Лео, ожидавший ее…

– Присоединяйся, – небрежно бросил он ей тогда, указывая на расстеленный на траве коврик. – С сегодняшнего дня я начинаю новую жизнь.

Лео не очень-то церемонился с ней, но тогда Энджи не замечала и не желала этого замечать, охваченная невыразимым счастьем, потому что наконец-то он соизволил обратить на нее внимание и выразил желание побыть в ее обществе. Так как отец уехал в Лондон, Энджи чувствовала себя в полной безопасности и каждую минуту наведывалась во владения Лео, трепеща при мысли, что он вот-вот может собраться и уехать в Грецию.

И оказавшись на кашемировом ковре, каждой клеткой ощущая притягательное присутствие Лео и чувствуя себя красавицей, Энджи пребывала наверху такого блаженства, какое может испытывать разве что победитель, проходя под триумфальной аркой. Впоследствии Лео оказался прав только в одном – она не ожидала того, что произошло в тот уик-энд.

– Ты похожа на маленькую кошечку, лакающую сливки, – сказал Лео, причем в его голосе сквозило какое-то необъяснимое веселье. Он потянулся вперед и легонько поцеловал ее.

Лео вызывал в ней совершенно непредсказуемые эмоции, управлять которыми Энджи оказалась просто неспособна. Он был не похож на тех неопытных молодых людей, которых Энджи с легкостью держала на расстоянии. Она не успела опомниться, а Лео уже нес ее на руках к Фолли, где он овладел ею с таким диким и страстным нетерпением, которого она не могла себе даже представить.

Наверное, она показалась ему такой бесстыдной, такой подвластной страсти… В минуты самого тяжелого и мрачного уныния Энджи иногда думала: а может быть, Лео уложил ее к себе в постель, чтобы наконец она оставила его в покое?

Энджи отперла дверь, вошла внутрь и обессиленно замерла. От преобразований Дрю не осталось и следа. Вместе с внешностью домику было возвращено и прежнее предназначение – место, удобное для отдыха даже в холодную погоду. Поднявшись по крутой винтовой лестнице в комнату наверху, Энджи обошла ее кругом, потом бегом спустилась вниз и выбежала на улицу, жадно вдыхая холодный воздух. Воспоминания жгли душу, по лицу катились слезы сожаления и боли…

Она поверила ему и была так счастлива здесь в тот давний уик-энд!

– Мне нравятся женщины, которые знают, чего хотят… до тех пор, пока их желания совпадают с моими… – говорил ей Лео, явно довольный взглядами, полными обожания, которые Энджи бросала на него. – И нравятся мне еще больше, когда смотрят на меня так, словно я центр вселенной.

Святой Боже, как он мог хоть на мгновениезаподозрить, что она использовала его, чтобы заставить Дрю ревновать? Тогда, в тот уик-энд, она была не в силах скрывать свои чувства, словно заблудившийся щенок, наконец-то нашедший дорогу к дому. Сейчас Энджи ненавидела себя и весь окружающий мир и с яростью вытирала мокрые щеки непослушными, дрожащими руками…

Треск сломанной ветки прервал ее воспоминания, и она испуганно обернулась. Лео стоял под деревом, угрюмо и безрадостно глядя на Энджи в упор. Она метнула на него испуганный взгляд и снова отвернулась, чтобы скрыть покрасневшие глаза. Наверное, Лео увидел, как она вышла из дома, и незаметно последовал за ней, чтобы здесь, вдали от посторонних, высказать ей все, что он думает. Энджи приготовилась к самому худшему.

– Джейк уснул прямо за столом, когда обедал. Я его, похоже, утомил, – как ни в чем не бывало сказал Лео.

Энджи удивленно заморгала и сунула руки поглубже в карманы.

– Я был бы бессовестным лицемером, если бы пожаловался на него, – задумчиво, словно разговаривая с самим собой, произнес Лео. – Он – мой сын, и теперь, когда первое потрясение прошло, я должен сознаться, что в восторге от него. Жалко, что я не видел, как он растет!

Ошеломленная тем, что услышала, Энджи невольно вздрогнула.

– Тебе тогда было гораздо проще сделать аборт, – мрачно улыбнулся Лео. – Я должен благодарить тебя за то, что ты этого не сделала.

– Благодарить?… – повторила потрясенная Энджи.

– И за твою откровенность, – продолжал Лео, безжалостно пронзая ее взглядом полуприкрытых длинными ресницами черных глаз. – Не много отыщется женщин, способных признать, что они хладнокровно пытались заманить в сети богатого мужа.

От такого грубого возвращения в реальность Энджи покраснела до корней волос.

– Я… я… – начала было она, но вовремя остановилась: не хотела признаваться, что была влюблена в него без памяти. Да еще вообразила, что сможет своим ребенком заменить ему потерянную дочь и заслужить его нежность и благодарность.

Лео выжидающе смотрел на нее. Черная бровь слегка приподнялась – он ждал ответа.

– Ну да, – неуверенно пробормотала Энджи, нервно пожав плечами. – Теперь ты сам знаешь.

– Тогда почему ты ни разу не попыталась заполучить желаемое?

К такому вопросу Энджи была не готова и замерла в беспомощном молчании.

– Видишь ли, я не совсем понимаю твое поведение, – мягко сказал Лео. – Конечно, Уоллес мог в приступе гнева заключить с тобой тот нелепый договор. Но все, что от тебя требовалось, – это связаться со мной лично. Ни о каком судебном разбирательстве и речи быть не могло. Твоя беременность предоставляла тебе полный набор всяческих благ, и меня удивляет, что ты даже не попыталась ими воспользоваться.

Энджи стало не по себе. Сначала Лео начал оправдывать самые худшие ее опасения, а теперь вдруг заявил, что она не использовала свое положение. У нее не хватило духу, чтобы сейчас же спросить, что же, по его мнению, все-таки подвигло ее на этот шаг.

Молчание затянулось, и Энджи первая прервала его.

– Просто не знала, как сказать тебе о своей беременности… – с внезапным отчаянием выпалила она. – По правде, я собиралась руки на себя наложить…

– Весьма исчерпывающий ответ, – с вполне понятной иронией хмыкнул Лео. Поблескивающие черные глаза холодно смотрели на нее. – Видно, ничто не могло принудить тебя поставить интересы моего сына выше твоей оскорбленной гордости.

Энджи отвернулась.

– Я ждала, как скоро ты так заговоришь.

– Ты совершенно права, – согласился Лео. – В конце концов, момент щекотливый, и разрешить его может одно-единственное и теперь уже неизбежное решение…

Их взгляды встретились.

– Я могу узаконить рождение сына, только женившись на тебе. – Лео был явно доволен собой. – И намерен выполнить эту необходимую процедуру, чтобы больше никто и никогда не посмел назвать моего сына постыдной маленькой ошибкой!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю