Текст книги "Натюрморт с воронами"

Автор книги: Линкольн Чайлд

Соавторы: Дуглас Престон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Риддер взглянул на Барта, и улыбка мгновенно исчезла с его лица.

– А ты немедленно отправляйся в док. Я разберусь с тобой позже. – Он с недоумением посмотрел на Кори. – А ты что здесь делаешь?

– Я... – Она посмотрела на Пендергаста, ожидая помощи, но тот молчал. – Я с ним, – сказала Кори.

Риддер удивленно посмотрел на Пендергаста, но тот сделал вид, что внимательно изучает устройство разделочных машин.

– Я его ассистент, – продолжала Кори, понимая, что шеф не намерен вмешиваться в их разговор.

Риддер громко хмыкнул и недоверчиво окинул ее взглядом.

Пендергаст направился к толстому мужчине, похожему на Джеймса Брина. С появлением на линии босса тот замолчал и теперь сосредоточенно работал на конвейере. Пендергаст приблизился и стал наблюдать за ним.

– Мистер Пендергаст, – крикнул ему издалека Риддер, – могу я пригласить вас в свой офис? Думаю, там гораздо спокойнее и комфортнее.

– У меня есть несколько вопросов к мистеру Брину.

– Я вызову его в свой офис, и вы поговорите о чем угодно, – настаивал Риддер.

– Нет необходимости прерывать его работу, – возразил Пендергаст.

– Да, но в офисе спокойнее и тише...

Но Пендергаст уже не слушал его. Джимми продолжал работать, засовывая конец шланга внутрь разрезанной индейки и высасывая внутренности.

– Мистер Брин, – обратился к нему Пендергаст, – насколько я знаю, вы были последним, кто видел Уилли Стотта живым. Это так?

– Да, так. Бедняжка, хороший парень. Во всем виновата его машина. Мне не хочется об этом говорить, но лучше бы он потратил все деньги на виски, чем на ремонт своей развалюхи. Столько денег – и все впустую.

Кори бросила взгляд на Арта Риддера, который уже встал за спиной Джимми и улыбался, косясь на своего работника.

– Джимми, – вмешался Риддер, – ты не так делаешь. Шланг надо держать повыше, а не совать его в задницу индейки. Извините, мистер Пендергаст, но он работает на линии первый день и еще не совсем освоился с новыми обязанностями.

– Хорошо, мистер Риддер, – покорно кивнул Джимми.

– Правильно, вот так, повыше и как можно глубже, – поучал Риддер назидательным тоном, а потом, взяв в руки шланг, показал, как надо делать. – Знаете, мистер Пендергаст, я начинал свою карьеру именно с этого места и поднялся на самый верх. Поэтому с давних времен люблю, когда рабочие хорошо делают свое дело. – В его голосе звучала такая гордость, что Кори язвительно ухмыльнулась.

– Я все понял, мистер Риддер, – сказал Джимми.

– Итак, на чем вы остановились? – напомнил ему Пендергаст, пристально наблюдая за ним.

– Да, в прошлом месяце машина Уилли окончательно сломалась, и мне пришлось подвозить его на работу и отвозить домой. Так вот, я думаю, у него снова заглохла машина и он решил дойти до «Колеса фургона» пешком. Вот тогда-то его и прикончили. Боже мой, какой кошмар! И именно в то утро меня перевели на новое место работы, не так ли, мистер Риддер?

– Совершенно верно, – кивнул тот.

– Лучше уж потрошить этих индеек, чем быть выпотрошенным маньяком. – Джимми грустно улыбнулся.

– Не сомневаюсь, – согласился Пендергаст. – Расскажите о своей предыдущей работе.

– Раньше я был ночным сторожем и дежурил на фабрике с полуночи до семи утра, когда обычно приходила подготовительная бригада.

– А в чем состояли обязанности этой бригады?

– Они осматривали оборудование, устраняли неполадки и готовили машины к появлению первого грузовика с индейками. В такую жару индеек нельзя оставлять в машине, так как они просто-напросто подохнут и продукт будет испорчен.

– И часто такое случается?

Джимми бросил нервный взгляд на Риддера.

– Очень редко, – ответил Риддер. – Почти никогда.

– Когда вы ехали на фабрику в ту ночь, – Пендергаст даже не посмотрел в сторону менеджера, – заметили что-нибудь странное на дороге?

– А как по-вашему, почему я попросил перевести меня в дневную смену? В том-то и дело, что я видел какое-то существо, отдаленно напоминающее корову или что-то в этом роде. Что-то большое и темное скрылось в зарослях кукурузы.

– Где это было?

– На полпути между птицефабрикой и городом. Примерно в двух милях от того и другого. Это существо стояло на обочине дороги и вроде чего-то ждало. А когда я свернул на дорогу и осветил его передними фарами, оно бросилось в кукурузу, причем мне показалось, что оно бежало на четвереньках. Конечно, я не могу утверждать с полной уверенностью – возможно, это была всего лишь тень, но очень большая тень.

Пендергаст задумчиво кивнул и взглянул на Кори.

– У вас есть вопросы, мисс Свенсон?

Она опешила от неожиданности, поймав на себе злорадный взгляд Риддера.

– Разумеется, – ответила Кори. – Конечно, есть.

Все молча уставились на нее.

– Если это был убийца, то чего он ждал на обочине дороги? Ведь не мог же он знать, что машина Стотта сломается именно в том месте, не правда ли? Или он просто дежурил неподалеку от птицефабрики?

Этот вопрос поставил всех в тупик, а Кори заметила, что Пендергаст хитро усмехнулся, довольный произведенным впечатлением.

– Черт его знает, – пожал плечами Джимми и с уважением взглянул на Кори. – Хороший вопрос.

– Джимми, черт бы тебя побрал! – воскликнул Риддер. – Ты пропустил индейку! – Он бросился вперед и схватил тушку, которая уже ушла от них. После этого Риддер сунул руку внутрь, с хрустом вырвал внутренности и швырнул их в большую раковину с дырой. Он торжествующе усмехнулся. – Знаете, мистер Пендергаст, в мои дни здесь не было никаких вакуумных машин и все это мы делали вручную. А ты, Джимми, не бойся запачкать руки, когда в этом есть необходимость.

– Да, мистер Риддер.

Тот похлопал Джимми по спине, оставив на белом халате след огромной кровавой пятерни.

– Продолжай.

– Полагаю, этого вполне достаточно. – Пендергаст повернулся к выходу.

Риддер с облегчением вздохнул и протянул ему руку.

– Рад был помочь вам, мистер Пендергаст.

Тот молча кивнул и пошел прочь, не ответив на рукопожатие.

Глава 25

Кори Свенсон стояла на обочине дороги и наблюдала за тем, как Пендергаст вынимает из багажника металлические детали и тщательно собирает из них странную машину. Когда она подобрала его у дома Уинифред Краус, он стоял с каким-то тяжелым ящиком. Пендергаст не объяснил ей тогда, что собирается делать, и, похоже, не склонен был пускаться в разговоры сейчас.

– Вы всегда стараетесь держать людей в неведении, не так ли? – ехидно спросила Кори.

Пендергаст прикрутил винтами последнюю деталь, внимательно осмотрел ее со всех сторон и включил. Послышался шум.

– Простите, не расслышал.

– Вы прекрасно знаете, о чем я говорю, – рассердилась Кори. – Вы никогда не рассказываете о своих планах. Вот, например, сейчас – что вы собираетесь делать с этой машиной?

Пендергаст выключил аппарат и выпрямился.

– Я ни от чего так не устаю, как от многочисленных и совершенно бессмысленных объяснений.

Кори рассмеялась. Это действительно так. Она всегда сталкивалась с подобными объяснениями, начиная с матери и школьных учителей и кончая занудным шерифом. Все они в один голос утверждали, что она должна что-то кому-то объяснять.

Солнце уже поднималось над кукурузным полем, обжигая и без того сухую землю.

– Означает ли ваше любопытство, – лукаво улыбнувшись, спросил Пендергаст, – что вы вполне свыклись с ролью моего ассистента?

– Нет, пока я свыклась только с той суммой денег, которые вы мне платите неизвестно за что. Но если меня поднимают ни свет ни заря, мне все же хотелось бы знать, зачем и с какой целью.

– Очень хорошо, – кивнул Пендергаст. – Сегодня нам предстоит исследовать на территории индейских могил весьма любопытный феномен под названием «воины-призраки». Мне интересно знать, как они могли убить так много людей и бесследно исчезнуть.

– Значит, у вас сейчас что-то вроде металлоискателя, или это все же знаменитая машина по поиску призраков?

Не ответив, Пендергаст водрузил аппарат на плечи и направился по пыльной дороге в сторону ручья.

– Значит, вы все-таки верите в них? – бросил он через плечо.

– Верю во что?

– Ну, в этих призраков.

Кори снисходительно хмыкнула.

– А вы верите? Неужели вы в самом деле считаете, будто вокруг этих курганов ходят изувеченные и скальпированные духи и ищут свои ковбойские сапоги или то, что они там потеряли?

Через несколько минут они подошли к высоким деревьям, в тени которых еще сохранилась ночная прохлада, и вскоре приблизились к индейским курганам, опоясанным по периметру большими камнями и поросшим густой травой на вершине. Пендергаст опустил аппарат и включил. Сначала он громко завизжал, но когда Пендергаст покрутил какую-то ручку, звук стал гораздо тише. Вынув из кармана провод, Пендергаст прикрепил к его концу небольшой оранжевый флажок и воткнул в землю у своих ног. Из другого кармана он извлек нечто напоминающее мобильный телефон и начал ходить вокруг флажка, покачивая рукой из стороны в сторону.

– Что это? – не выдержала Кори.

– Прибор ГПС.

Пендергаст вынул свой блокнот в кожаном переплете, с которым никогда не расставался, и что-то быстро записал. Затем достал металлический детектор с флажком и воткнул чуть пониже. И так, шаг за шагом, он измерил весь склон холма, постоянно фиксируя результаты в блокноте. Кори следовала за ним, с трудом подавляя любопытство. Вдруг металлоискатель резко запищал, и Пендергаст, опустившись на колени, начал разрывать землю острым ножом. Через минуту показался медный наконечник стрелы.

– Ух ты! – восторженно воскликнула Кори и тоже опустилась на землю. – Это настоящая индейская стрела?

– Да.

– А я думала, что они делают их из кремния.

– Нет, к восемьсот шестьдесят пятому году племена шайенов eже полностью перешли на металл, а в восемьсот семидесятом году пользовались винтовками. Таким образом, с помощью этого наконечника можно довольно точно датировать события.

Кори протянула руку, чтобы взять наконечник, но Пендергаст остановил ее.

– Не трогайте, он должен оставаться в земле. – Он снова сделал какую-то запись в блокноте и включил металлоискатель.

Они прошли почти сотню ярдов, тщательно исследуя склоны курганов и прилегающую территорию. И каждый раз по сигналу металлоискателя Пендергаст разрывал землю и осматривал находки. Кори удивляло, как много самого разнообразного мусора накопилось на этих курганах. После этого они вернулись в исходную точку и отправились в противоположном направлении. Метров через пять они обнаружили в земле консервную банку образца 1970 года.

– Вы не хотите обозначить флажком этот исторический предмет? – шутливо спросила Кори.

– Нет, оставим его для будущих археологов.

Дальше последовали ржавые гильзы от винтовок, свинцовые пули, ржавые ножи и несколько уже знакомых наконечников стрел. Кори видела, что Пендергаст насупился, словно был недоволен результатами исследований. Сначала она хотела спросить, чем он так недоволен, но потом передумала, зная, что он все равно не удовлетворит ее любопытства. Все, что делал здесь ее шеф, казалось Кори странным и бессмысленным, так зачем еще ломать голову над его поведением?

– Мистер Пендергаст, – не выдержала она через минуту, – какое отношение все это имеет к убийству? Или вы по-прежнему уверены, что убийца – призрак, один из тех сорока пяти, которые навечно прокляли эту землю?

– Прекрасный вопрос. Конечно, в данный момент я не могу сказать, существует ли между нашим убийством и массовой резней тех давних времен какая-то связь, но чутье подсказывает мне, что эту версию надо проверить. Если помните, Шейлу Свегг убили во время раскопок одного из этих курганов, а Гаспарилло часто охотился здесь на белок. К тому же в городе уже распространяются слухи, что убийца – призрак Гарри Бомонта, который вернулся отомстить за свою гибель. Не забывайте, индейцы закопали здесь его сапоги и сняли кожу со ступней.

– И вы верите во всю эту чушь? – возмутилась Кори.

– В то, что убийца – призрак Бомонта? – уточнил Пендергаст с улыбкой. – Нет, в это я не верю, конечно, однако наличие в курганах наконечников стрел и других индейских вещей наводит на мысль о существовании какой-то связи. Хотя бы в воображении истинного убийцы.

– Ну и в чем же заключается ваша теория?

– Мисс Свенсон, было бы недопустимой ошибкой делать какие-либо предположения, не зная точной датировки событий. Именно поэтому я стараюсь сейчас не ограничивать себя теориями. В данный момент самое главное для меня – собрать как можно больше фактов, чтобы потом тщательно их проанализировать.

Вскоре они приступили к очередному замеру, который привел их к подножию третьего кургана. У каменного основания могильного холма они отыскали большой набор наконечников, а чуть подальше Пендергаст обнаружил довольно свежие дыры от металлического стержня, которым обычно протыкали землю при поисках крупных металлических предметов.

– Это следы деятельности Шейлы Свегг, – предположил Пендергаст.

Они продолжали работать.

– Значит, у вас пока нет идей по поводу того, кто убийца? – поинтересовалась Кори.

Пендергаст долго молчал, словно забыв о ее вопросе.

– Меня сейчас больше занимает не убийца, а тот, кто не при-частен к убийству. Это самая интригующая загадка.

– Не поняла.

– Мы имеем дело с серийным убийцей, – пояснил он. – В этом нет никаких сомнений. Нет сомнений и в том, что убийца будет продолжать свое черное дело. Мне труднее всего понять, почему он изменил манеру поведения. Ведь сейчас он ведет себя не так, как серийный убийца.

– Откуда вам это известно?

– В одной из штаб-квартир ФБР в Квонтико, штат Виргиния, есть особая группа специалистов, которые занимаются исследованием поведения преступников и добились немалых результатов в этом деле. Уже более двадцати лет они сравнивают поведение серийных убийц во всем мире и вносят результаты в компьютерную базу данных.

Пендергаст продолжал работать, внимательно осматривая окрестности холма. Вдруг он остановился и посмотрел на Кори.

– Вы уверены, что хотите выслушать лекцию о мотивах поведения преступников?

– Это гораздо интереснее, чем, например, тригонометрия.

– Так вот, – продолжил Пендергаст, – все серийные убийства, как и другие отклонения человеческого поведения, укладываются в определенные стереотипы и описываются в точных терминах психологии преступности. Специалисты ФБР выделили две группы серийных убийц: организованные и неорганизованные. Организованные серийные убийцы, как правило, очень умные, социально адаптированные и сексуально выдержанные. Они тщательно планируют очередное убийство и выбирают своих потенциальных жертв из числа незнакомых людей. Кроме того, совершая преступление, они сохраняют выдержку, контролируют события и стараются не допускать промахов, надежно заметая следы. Тела жертв они обычно очень тщательно прячут. Поймать таких преступников чрезвычайно трудно.

Неорганизованные преступники ведут себя иначе. Они убивают людей спонтанно, не задумываясь над последствиями и не готовясь к убийству заранее. Как правило, они социально не адаптированы, часто выходят из себя, не уживаются с людьми, подвержены быстрой перемене настроения и обладают низким коэффициентом умственного развития. Место преступления и своих жертв выбирают наугад, случайно и почти всегда оставляют труп на месте преступления, не предпринимая никаких попыток его спрятать. Часто преступник живет рядом с жертвой и хорошо ее знает. Нападение на жертву они осуществляют молниеносно, внезапно и крайне жестоко.

Они продолжали продвигаться вперед.

– По-моему, наш убийца относится к типу организованных преступников, – заключила Кори.

– Нет, не похоже, – возразил Пендергаст. – Сейчас можно сказать только то, что это невероятно сильный физически человек.

– Я и сама это вижу.

Пендергаст долго смотрел на нее, а потом проговорил:

– Очень надеюсь на это.

Тут металлоискатель снова запищал, и Пендергаст стал раскапывать землю. Вскоре он извлек оттуда маленький игрушечный автомобиль.

– "Морис-майнор". – Пендергаст грустно улыбнулся. – У меня тоже был такой автомобиль в детстве.

– И где он сейчас?

На его лицо легла тень, и Кори решила не настаивать на ответе.

– По большей части признаков, – рассуждал Пендергаст, – наш убийца не относится к типу организованных. Но есть особенности, превращающие это дело в уникальное, чуть ли не единственное в своем роде. Здесь нет и в помине сексуального аспекта убийства. Все серийные убийства так или иначе связаны с сексуальными мотивами, и при этом не обязательно извращенными. Одни преступники объявляют охоту на проституток, другие нападают на парочки в автомобилях, третьи предпочитают сексуальные оргии, четвертые практикуют изнасилование, после чего убивают своих жертв. Есть особая категория серийных убийц, помешанных на гомосексуальных связях. Есть даже такие, которые убивают жертву, а потом целуют ее тело и украшают роскошными цветами.

Кори передернулась от ужаса.

– Что же касается наших убийств, то они, похоже, не имеют сексуальной подоплеки; это и делает их необычными.

– А чем еще они отличаются?

– Организованные убийцы придерживаются определенного типа поведения; криминальные психологи называют его ритуальным. Это значит, что все убийства происходят по определенным правилам и в определенной обстановке. Так, к примеру, убийца всегда соответственно одет, неизменно использует один и тот же нож или пистолет, а само убийство осуществляет по давно заведенному образцу. Кроме того, такой убийца и с телом жертвы обходится по строго определенным правилам. Правда, такой ритуал далеко не всегда очевиден, но он обозначен в той или иной форме, поскольку представляет собой важный элемент самого убийства.

– Так это вполне соответствует нашему случаю.

– Напротив. Наш убийца действительно использует определенный ритуал, но при этом сам ритуал меняется применительно к каждой новой жертве. К тому же он не просто убивает людей, а подвергает их таким странным процедурам, будто имеет дело с животными. А недавнее убийство собаки вообще выходит за пределы моего понимания. Здесь вообще нет никакого ритуала, а по большинству признаков это преступление напоминает мне неорганизованное убийство. Он просто убил животное и отрезал ему хвост, вот и все. Почему? Зачем? Какой в этом смысл? К этому же типу можно отнести и вполне спонтанное нападение на Лонни Гаспарилло. Здесь нет не только определенного ритуала, но даже твердого намерения убить жертву. Похоже, убийца просто получил от него все, что хотел – скальп и большой палец, – и ушел восвояси. Короче говоря, эти два убийства содержат в себе признаки обоих типов, и именно это ставит меня в тупик. Такого я еще никогда не видел.

Пендергаста прервал очередной писк металлоискателя. К этому времени они уже приблизились к концу намеченной ранее линии и хотели повернуть обратно. В этом месте склон кургана заканчивался, а высокая трава постепенно переходила в кукурузное поле. Пендергаст наклонился и стал снимать верхний слой земли, но ничего не обнаружил. Он еще раз навел металлоискатель, который, словно протестуя, издавал устойчивый сигнал, свидетельствующий о наличии металлических предметов.

– Здесь не меньше двух футов глубины, – заметил Пендергаст, приступая к раскопкам.

Через несколько минут он выкопал довольно большую яму и продолжал напряженно трудиться, но уже осторожно. Наконец его нож наткнулся на что-то твердое. Пендергаст сменил нож на небольшую щетку и начал аккуратно сметать землю, обнажая находку. Кори, сгорая от нетерпения, заглядывала ему через плечо. В земле показался какой-то странный темный предмет. Еще несколько ловких движений щеткой – и они увидели полуистлевший ковбойский сапог с металлической шпорой. Пендергаст вынул находку из земли и повертел перед глазами. Нижняя часть сапога была аккуратно срезана острым предметом. Он торжествующе посмотрел на Кори.

– Похоже, легендарный Гарри Бомонт носил обувь одиннадцатого размера!

В этот момент они оба вздрогнули от раздавшегося позади них громкого крика. Какой-то человек бежал к ним, размахивая руками, и что-то кричал. К счастью, это оказался помощник шерифа Тед Франклин.

– Мистер Пендергаст! – орал он во всю глотку. – Мистер Пендергаст!

Пендергаст поднялся и посмотрел на раскрасневшегося и изрядно вспотевшего от быстрого бега Теда.

– Мистер Пендергаст, Гаспарилло пришел в сознание и... и... просит вас к себе.

Глава 26

Шериф Хейзен сидел на пластиковом стуле в коридоре перед дверью реанимационной палаты, где лежал Гаспарилло, и ждал приезда Пендергаста. В голову лезли самые неожиданные мысли. Он почему-то вспомнил прохладные вечера ранней осени, подумал о предстоящем этим летом хорошем урожае, представил себе обнаженную Памелу Андерсон, но ничего не помогало. Хейзену никак не удавалось отвлечься от гнетущего предсмертного стона, доносящегося из-за двери. И еще этот удушливый запах, от которого не спасала даже плотно закрытая дверь. Как бы он хотел сейчас уйти отсюда или хотя бы посидеть в приемном покое, но нет, надо торчать здесь и ждать Пендергаста. Господи, когда же это кончится?!

Наконец в дальнем конце коридора показалась высокая фигура агента ФБР. Шериф вскочил и пожал протянутую руку, подумав при этом, что в родных местах Пендергаста, видимо, принято пожимать руки по пять раз на дню. Прекрасный способ распространения инфекционных заболеваний.

– Спасибо, шериф, что дождались меня, – сказал Пендергаст.

Хейзен пробормотал что-то невразумительное. Из-за двери реанимационной палаты снова донесся глухой стон, тут же сменившийся хрипом. Пендергаст постучал в дверь, и она сразу же отворилась. В палате возле койки, на которой лежал забинтованный Гаспарилло, стояли врач и две медсестры. К больному было подведено большое количество трубок и проводов, а с забинтованной головы на Пендергаста смотрели потемневшие от ужаса и боли глаза.

Шериф остался у двери, не решаясь приблизиться к умирающему в муках человеку. Пендергаст подошел к койке и наклонился над больным.

– Он чрезвычайно возбужден, – сообщил доктор. – И все время требует, чтобы вы пришли к нему. Вот мы и подумали, что ваш визит, возможно, хоть как-то успокоит его.

Первые несколько минут Гаспарилло только мычал, но, увидев Пендергаста, напрягся и нервно задергался, будто в предсмертных судорогах.

– Вы!

Доктор положил руку на плечо Пендергаста.

– Должен предупредить вас, что, если его нервное возбуждение усилится, вам придется покинуть палату.

– Нет! – хрипло закричал Гаспарилло, охваченный паническим страхом. – Дайте мне сказать! – Он высунул из-под больничного покрывала костлявую руку и схватил Пендергаста за пиджак, да так сильно, что одна из пуговиц отлетела и покатилась по паркетному полу.

– Похоже, я сделал ошибку, позволив пригласить вас сюда, – встревожился доктор, не спуская глаз с больного.

– Нет! Нет! – еще громче закричал Гаспарилло. – Я должен сказать ему!

Одна из медсестер быстро подошла к двери и плотно прикрыла ее. На огромном аппарате, который контролировал жизнедеятельность больного, быстро замигали лампочки.

– Ну все, мистер Пендергаст, простите, пожалуйста, но вам придется выйти.

– Неееееет! – заорал что есть мочи Гаспарилло и, схватив Пендергаста второй рукой, потянул его вниз.

В аппарате что-то громко запищало, и доктор велел медсестрам немедленно сделать укол.

– Дайте мне сказать!

Пендергаст наклонился над ним.

– Что вы хотите сказать? Что вы видели?

– О Господи! – выдохнул Гаспарилло, ощутив лошадиную дозу успокоительного.

– Что? – тихо, но твердо спросил Пендергаст.

Тот еще сильнее притянул его к себе.

– Я видел лицо! Страшное лицо!

– Какое лицо? – удивился Пендергаст.

– Помните, что я вам сказал? – из последних сил продолжал Гаспарилло. – Насчет дьявола?

– Да.

Гаспарилло напрягся всем телом, словно хотел подняться.

– Так вот, я ошибся.

– Санитар! – крикнул доктор огромному медику в белом халате. – Введите ему еще два миллиграмма аривана и удалите отсюда этого человека! Быстро!

– Неееет! – Гаспарилло удерживал Пендергаста за полы пиджака.

– Я сказал: выдворить его отсюда! – кричал доктор, тщетно пытаясь оторвать руки больного от Пендергаста. – Шериф, этот человек убьет моего пациента, выпроводите его отсюда!

Шериф что-то проворчал, но все же подошел к койке и начал помогать доктору успокаивать и укладывать больного. Но все было тщетно. Гаспарилло крепко держал Пендергаста, а тот не предпринимал никаких попыток освободиться.

– Я был не прав! – хрипел он. – Я был не прав! Я был не прав!

В этот момент санитар ввел больному еще одну дозу успокоительного.

– Никто из вас не спасется! Он здесь! Теперь всем конец!

Доктор повернулся к санитару.

– Немедленно вызовите охрану! – гаркнул он, покраснев от негодования.

Где-то над потолком резко прозвучал сигнал тревоги.

– Что вы видели? – допытывался Пендергаст, не обращая никакого внимания на суету.

Вдруг Гаспарилло собрался с силами и присел на койке, оборвав все трубочки и провода. На белую простыню полилась кровь. Он вскинул вверх руки, схватил Пендергаста за шею и притянул к себе. Увидев это, шериф стал отрывать его от Пендергаста. Он опасался, что тот вот-вот задушит его.

– Это был дьявол! Он уже здесь! Он пришел! – Гаспарилло сделал несколько глубоких вдохов, противясь третьей дозе успокоительного, а потом снова потянул на себя Пендергаста. – Он действительно существует! Я видел его той ночью!

– Да? Что именно?

– Он явился в облике ребенка... ребенка...

У шерифа Хейзена вдруг ослабли руки, а в ушах тревожно зазвенел сигнал опасности, издаваемый аппаратом поддержки жизнедеятельности.

– Остановка сердца! – закричал доктор. – Пропал пульс! Скорее тележку!

В палату ворвались несколько человек одновременно: санитары, медсестры и охранники. Пендергаст встал и поправил полы пиджака. Его обычно бледное лицо стало багрово-красным, хотя внешне он хранил полное спокойствие. В следующее мгновение его и шерифа выпроводили в коридор.

Они ждали в коридоре минут пятнадцать, пока в палате возились врачи, а вокруг сновали люди в белых халатах. Вдруг наступила мертвая тишина. Все аппараты умолкли, врачи стали медленно выходить из палаты, понурив головы. Последним вышел лечащий врач. Он двигался медленно, почти бесшумно, и молча подошел к ним.

– Вы убили его, – тихо сказал он усталым и почти безразличным голосом.

Пендергаст положил руку ему на плечо.

– Мы просто делали свое дело, как и вы. Думаю, все было предрешено, он не имел ни одного шанса. Вы сделали все, что могли, и даже больше. Когда он схватил меня за пиджак, я сразу понял, доктор, что это предсмертные судороги. Он все равно не отпустил бы меня, пока не сказал того, что хотел. Он должен был сказать это и спокойно умереть.

Доктор задумчиво кивнул:

– Да, вероятно, вы правы.

– Я должен задать вам один вопрос, – сказал Пендергаст. -Как он умирал? Как вел себя в последнюю минуту?

– У него был обширный инфаркт миокарда после продолжительного периода мерцательной аритмии. Нам не удалось стабилизировать деятельность сердца. Никогда еще я не видел человека с таким обширным инфарктом. Это был просто какой-то взрыв.

– А как по-вашему, от чего у него началась мерцательная аритмия?

Доктор покачал головой.

– Это началось именно тогда, когда он увидел нечто такое, что потрясло его до основания. Его многочисленные раны были не смертельными, от таких не умирают. У него был острый психологический шок, что-то вроде панического страха.

– Означает ли это, что он умер от разрыва сердца, то есть от страха, попросту говоря?

Доктор посмотрел на санитаров, которые вывозили из палаты тележку с покойным, покрытым простыней.

– Конечно, это звучит несколько мелодраматически, но можно сказать и так.