Текст книги "Дар или проклятье для полубога. Одна душа на двоих (СИ)"

Автор книги: Лина Бестина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 38. Грани выбора

Глава 38. Грани выбора

Макс

Падать на песок было жёстко. Где-то рядом простонала Элли.

Мы добрались до острова, и я не знал – радоваться или нет.

Во мне боролись две противоположности. И обе равные: радость за Элли, ведь она сможет совсем скоро вернуться домой, в свой мир, а также растерянность за себя. Мы прошли долгий путь, и казалось, уже не представляю, что буду делать без неё в этом мире.

– Нельзя так делать! Это больно, Макс! Такими темпами нечего будет отправлять домой и проблема отпадёт сама собой.

– Это был единственный путь попасть на остров.

Ещё в доме Алексы расспрашивал Вейнарум, как найти Даркихарс. Ответ был неоднозначный. Чтобы обнаружить остров, нужно проявить отвагу и смелость, а попасть только с первым лучом солнца.

Хотел ли я, чтобы вот так быстро нашёлся остров? Скорее нет, чем да.

Чего таить, эти мысли не покидали меня с самого Нершеля.

– А что это было? Там воздух был как поломанный.

– Это пространственное искажение. Аномальный портал, созданный самой природой, а не магией. Нам повезло, что он вовремя появился.

А повезло ли? Разве вовремя? Хотелось вернуться в прошлое и потянуть время. Но это было бы нечестно по отношению к Элли.

Поднявшись с белоснежного песка, помог подняться и фее. Вид у неё, конечно, был тот ещё. Помяты крылья, в волосах переливались на свету песчинки, на коленях кровавые ссадины, сдобренные порцией песка. А она держалась стойко, с любопытством осматриваясь вокруг. Будто бы ей не было больно.

Этого мне будет сильно не хватать. Всегда нравилась её тяга к новому и неизведанному. Завораживало то, как она знакомилась с моим миром…

– У меня много вопросов.

– Спрашивай. Еще есть время. Надо бы исследовать остров и найти водопад.

И это всё, что оставалось – наслаждаться напоследок её голосом.

А еще лучше, чтобы аномалия выбросила нас на не тот остров. Пусть магический водопад находится где-нибудь не тут. Я надеялся, но понимал, что мы там, где должны быть. Просто знал, что обречены на скорую разлуку.

– Откуда начнём поиск? – воодушевилась фея.

Боги! Мне бы хоть каплю её настроя.

– Давай прогуляемся по побережью.

– Макс, с тобой всё в порядке? Не понимаю, что не так, но… ты ранен?

– Всё в порядке, просто устал.

Немного лукавил, но только самую малость. Устал от собственных переживаний и тревог, и тянул время. Ведь возможности прогуляться больше не будет.

– Эй, я рядом, – её улыбка согрела.

И в знак поддержки, Элли взяла меня за руку.

Такой простой и невесомый жест, а стало легче. Может обнять? Так не поймёт порыва, с чего бы это вдруг приспичило обниматься. Приходилось сдерживать себя и следовать к выполнению обещания, даже если хотелось совсем иного.

– Надеялась, что ты не придешь в ловушку, – сказала совсем тихо.

– Иначе они бы забрали тебя и перенесли к богам.

– Не пойми меня неправильно, переживала. Их много, а ты один.

Понятно. Боялась, что меня убьют и она не отправится домой. Что ж, имела право волноваться.

– Мне помогла твоя книга, – и гнев. – Я знал, как убрать их с пути.

Не попади я в аномальный портал, расправился бы с ними гораздо раньше. Тогда у меня в запасе была бы целая ночь, чтобы нормально попрощаться. А может даже и этого времени не хватило.

– Ты – мой герой. Никогда не видела, как применяешь магию в бою, птички не в счёт, довольно впечатляюще.

Говоря это, Элли, не отпуская моей руки, вприпрыжку крутанулась чуть вперёд, останавливаясь напротив. Такой бы хотел запомнить её навсегда – довольная, впечатлённая, улыбающаяся.

– Сам не ожидал.

И правда не ожидал. Оно получилось как-то само по себе. Не ведал, что делал, когда услышал её пронзительный крик и ощутил по связи панику и безумный страх. Не заметил, как разрушил шалаш, как бросился в погоню, боясь о том, чтобы они не причинили ей вреда, и как ради неё готов был разрывать всех вся, что попадется на пути. Такого никогда не испытывал раньше, и возможно не испытаю потом.

– Ты говорила, что у тебя много вопросов. Что-то так и не услышал их.

Улыбка спала с её лица, а взгляд скользнул в сторону.

Захотелось либо забрать свои слова назад, либо шлепнуть себя по губам. Элли выглядела такой маленькой и ранимой, словно желала выговориться, лишь бы не молчать. Выглядела так, будто не хотела прощаться.

Нестерпимо захотелось её обнять, прижать к себе и не отпускать, а вместо этого ощутил мелкую едва заметную дрожь. Не свою. Ее.

Ее ладонь мелко дрожала в моей руке, а взгляд зацепился за что-то позади меня.

– Сейчас будут вопросы. Например, почему я вижу водопад, но не слышу шума воды? Иллюзия? Мираж?

Я круто развернулся и чуть не простонал в отчаянии. У нас больше не было времени. Боги! Так скоро.

– Он настоящий. Магическая вода не издает звуков.

Это был точно он. Тот самый водопад, который одним дарит надежду, а других её лишает.

За разговором не заметили, как прошли мимо. А стоило смотреть по сторонам. Возможно, при других обстоятельствах, восхитился бы красотой магического явления, но только не сейчас.

– Хочу посмотреть поближе.

Отпустив мою руку, отчего стало холодно и неуютно, Элли ринулась к источнику. Мне же идти к нему не хотелось, но пришлось.

– Как это работает?

– Что именно? Исполнение желания или как растут цветы на камнях?

Не сдержался от смешка, потому как позабавил вид скрюченной феи, пытавшейся понюхать дикие цветы, расположившиеся вокруг бассейна источника.

– В моем мире эти цветочки растут на коре деревьев, а не на камнях. У мамы на подоконнике целый рассадник, – делилась она, распрямившись. – Только эти соцветия слишком пушистые и большие, а у мамы до семи дохленьких бутона в лучшем случае вырастает. Меня интересуют желания. Что надо делать?

Решил показать в действии. Чего тянуть если это неизбежно? Мог бы сначала спросить, хочет ли она сама, но не хотел услышать, что я не нужен ей.

– Пойду первым. Просто смотри и слушай. Нужно думать о нем. Не головой, а сердцем. Моё желание простое: хочу избавить нас от связи, разорвать священный брак. Нужно войти в воду и окунуться с головой, а вынырнув, оно будет исполнено.

– Макс… – моё имя на её губах было настолько тихим, что сбился с шага, пытаясь понять, действительно ли слышал или показалось.

У самой кромки воды медлил, уговаривая себя думать о загаданном желании и сделать уже наконец этот шаг. Погрузиться в мерцающую глубину и отпустить Элли.

Всего. Один. Шаг. В воду.

А такое ощущение, что нужно шагнуть в пропасть. Позади Элли и это всё, что нужно, а впереди пустота.

Мне нужно сделать выбор.

– Ты готов отпустить меня? – услышал её надломленный шёпот за спиной.

– Не готов! И не хочу! Выбирать тебе.

Повернувшись к ней лицом, встретил глаза, наполненные грустью, и просто ждал её решения. Остаться или уйти?

Глава 39. Дар или проклятье?

Глава 39. Дар или проклятье?

– Не готов! И не хочу! Выбирать тебе.

Выбор сделан!

И как по прихоти любовной магии – стоило только признать нежелание прощаться, готовность бороться, умолять и клясться в вечной любви – связь открылась на полную мощность. Словно там, за стеной собственного отрицания то ли я не подпускал эти чувства к себе, то ли сама связь скрывалась. А теперь же, ощущал настолько сильно эмоции феи, будто мог потрогать их рукой. Такие живые… и самое острое чувство, бьющее по сознанию – боль.

Ошибочно полагал, что нужен ей лишь для достижения собственной цели, но сейчас понял, что НУЖЕН Элли. Именно я сам. Ей тоже больно расставаться.

И тогда осознал, что нужно делать и говорить, чтобы моя дейли осталась со мной.

А она смотрела глазами, полными слёз, буквально затапливая меня всего теплыми и ласковыми волнами чувств нежности, привязанности и, наверное…любви.

Мимолетный взгляд на бесшумную магическую воду и четкое сомнение на краю её растроганной души.

– Почему, Макс? Я ведь думала, что…

– Я люблю тебя, – выпалил, перебив её. – Шел на поиски этого водопада с тяжёлым сердцем, горькими мыслями, но преисполненный чувством долга. Думал, что смогу отпустить, но не могу. Я не хочу тебя отпускать.

– Любишь? – для неё это признание стало неожиданностью. Приятной неожиданностью.

– Люблю! И готов говорить тебе об этом всю оставшуюся жизнь, каждый раз подкрепляя слова действием. Прости, я должен был показать свои чувства раньше. Как-то заявить о них, слишком долго сомневался в себе. А сейчас разум, душа и сердце как никогда открыты и чисты. Раньше думал, что эта странная привязанность исходит от внутреннего зверя, но ошибался. Даже будучи медведем начали зарождаться эти чувства. Позже винил во всём богов и их вмешательство, злился на тесную связь душ. Но оказалось эта связь ни причём. Отец лишь подтолкнул, а влюбился я сам, задумываясь об этом после ухода из рубиновой долины.

Сорвавшуюся с ресниц слезинку, подцепил подушечкой пальца, стирая её, а после заключил личико Элли в ладони. Меньше всего хотелось, чтобы она плакала сейчас, пусть это и были слёзы счастья, вызванные моим откровением.

– Просто знал, что каждой одинокой душе предназначена другая душа, но никогда всерьёз не задумывался об этом. Они отмечены особой связью, отличной от той, что наградил нас Лекс. Эти души находят поразительные сходства меж собой, и что самое удивительное, начинают по-другому ощущать течение своей жизни. Будто бы до роковой встречи её и не существовало вовсе. Для меня этой душой стала именно ты. Ни хочу расставаться ни на минуту, хоть и постоянно сомневаюсь, хорошо ли тебе в моём мире, не создам ли сам для тебя угрозу, желая быть рядом. Тем более зная, какую опасность таит в себе мой мир.

– Макс, твой мир прекрасен. Уж в этом можешь не сомневаться. Оглянись назад, сколько мест мы обошли, сколько загадок решили. Это чудеса и волшебство. Настоящая магия, в которую я никогда не верила, и поверила только сейчас. Мой мир небезопасен, но в нём научилась жить. Научусь и в Архаре. А опасности могут подстерегать нас в обоих мирах.

– Та встреча с Хароном, что забрал тебя в свои лапы… стала пиковым моментом. Окутал гнев такой силы, какой не испытывал никогда. Даже сама природа склонилась для помощи. Но дело не только в гневе, это чувство всего лишь последствие. Я испугался, что они могут навредить тебе. Или ещё хуже… убить. Полагаю, это и есть любовь. Ты в опасности – мне страшно. Ты уходишь – мне плохо, а приходишь – хорошо. Уже не могу обойтись без твоего внимания, а поступки и движения вызывают восхищение. Прости, но не хочу, чтобы ты уходила так… просто. И сойду с ума, если больше никогда не увижу твои глаза или улыбку. Мы провели вместе не так много времени, но стали роднее семьи. Элли, я люблю тебя… очень.

– Я не уйду, – ответила она, улыбнувшись.

– Почему?

Несмотря на то, что от связи веяло любовью, мне хотелось услышать её слова. Чтобы она произнесла их вслух, как подтверждение. Глупо, но так желанно.

– Потому что люблю тебя. Мы мало провели времени вместе, но этого времени хватило полюбить и желать остаться рядом. Я выбираю тебя, Макс.

Выбор сделан. Вот он, этот момент, который дарит безграничное счастье. Её ответ был сладок, и не сдержавшись, улыбнулся, накрывая её губы своими. И этот поцелуй стал, пожалуй, особенным для нас обоих. Мне его было мало, и то же чувствовал и от неё. Наши губы сливались с жадностью, но сохраняли нежность, и останавливаться никто из нас не спешил.

– В самом начале, – прошептал прямо в губы, – думал, что ты моё проклятье, явившееся меня погубить… сейчас же понял, ты мой дар, посланный свыше.

Элли чуть отстранилась, но не для того, чтобы отступить, а чтобы прижаться своим лбом к моему и зарыться пальчиками в мои волосы. Глубоко вздохнула, чтобы наверняка произнести что-нибудь колкое. Это было бы вполне в её духе.

– Какие громкие слова тут произнесены. Я впечатлён.

И этот голос не принадлежал Элли. Голос своего отца узнаю из тысячи других голосов. Холодный и с издевкой.

Как всегда пришёл, и всё испортил.

– Зачем ты здесь? – и собственный голос показался каким-то чужим.

Я обернулся к нему лицом, заслоняя спиной маленькую фигуру феи. Не совсем понимал, почему захотелось защитить её, ведь это именно он привёл фею ко мне. И как раз для того, чтобы она стала моей.

Тогда откуда появилось это чувство опасности при виде собственного отца.

Лекс, однако, был полной моей противоположностью. Я весь напряжен, готовый в любой момент обороняться, а он расслаблен, изображая скуку.

Но не зря же он являлся воплощением хитрости и обмана, его скука не более чем наигранность.

– Как же, сын мой? Ты впервые признался кому-то в любви. Я не мог такое пропустить. Только ты меня не убедил. Точно любишь? Полностью в себе уверен, Макс?

– Тебя мои чувства не касаются!

Наигранность слетела с его лица, будто не нужная маска. Лекс вытянулся тугой струной, выискивая во мне неуверенность своим цепким взглядом.

– Ошибаешься. Это касается меня ничуть не меньше, чем вас двоих.

Его глаза метнулись за мою спину, туда, где находилась фея, и коварная гаденькая улыбка расползлась на его губах.

– А вот и милая дейли, – и в тот же миг ощутил слабый поток воздуха там, где была она.

Не успев повернуться к Элли, как совершенно безобидный ветерок колыхнул её крылья. Не успел схватить фею за руку, как она взметнулась вверх. Успел оттолкнуть Лекса, но моя девочка отлетела к водопаду, вода которой окатила её с головы до ног.

Всё произошло в доли секунды, а она исчезла в толще воды.

– Нет! Нет! Нет! – бросился к водопаду, но ощутил довольно сильный толчок, и меня отшвырнуло от магической воды на добрые пары метров.

Я больше не ощущал её эмоции. Не чувствовал фею вообще, будто она оказалась далеко. Будто остался один.

– Тебе это не поможет.

– Что не поможет? Верни её! Сейчас же!

Боги! Где она? Почему так тихо внутри?

Новая попытка прорваться к водопаду не привела к успеху. Лекс снова отшвырнул меня от него подальше.

– Достань её из воды! – не прекращая попыток сопротивляться невидимому барьеру, крикнул я.

– Прекрати тратить впустую силы, сын. Тебе не достать её. Для тебя вход в её мир закрыт.

– Что ты натворил, Лекс? – эта тишина и отсутствие связи говорили о том, что он не шутил. Кончились силы, бросило в жар, а тело, несмотря на обжигающее солнце, покрылось холодным потом от осознания брошенной фразы.

Вход в её мир.

Элли не тонет, её нет на дне. Её здесь вообще больше нет.

– Я отправил её обратно. В родной мир. Как вы и хотели изначально. Вы же за этим сюда пришли?

Знал, что это уже не поможет, но всё чего хотелось – это убить бога. Выплеснуть всю боль в гнев, а гнев направить на виновника. Едкое чувство утраты было сильнее, чем боль от превращения. Оборот в зверя произошёл также быстро, как Элли исчезла в скрытом портале.

Мышцы наливались силой, требуя немедленного движения.

В мыслях улыбалась фея, а перед глазами стремительно приближалась ухмылка отца, которая впрочем, стерлась с его лица мгновением позже.

Я потерял её. И больше мне было нечего терять.

Глава 40. А есть ли у богов душа?

Глава 40. А есть ли у богов душа?

Макс

Собственный отец изменился в лице, завидев то, что сотворил своими действиями. Я не был больше Максом, не был и защитником природы, а стал лишь силой мщения, способной нести хаос и разрушения. Ибо то тёмное нечто, что родилось во мне с уходом Элли, простого осознания – это конец, ничем иным не назовёшь. У меня было всё, пока она была рядом, и не осталось ничего, когда её не стало.

Верил, что где-то там в своём мире с причудливым названием Земля, с моей милой дейли всё было в порядке. Ведь, если не верить в это, то становилось страшно от одной только мысли, что её нет больше нигде. Тогда всё теряло смысл, также как теряло и надежду.

Нет. Не лелеял надежду увидеть её вновь. Понимание о невозможности встречи кололо все внутренности, проворачивая их невидимыми лапами, доставляя нестерпимую муку.

Те крохи, что успел отметить в Лексе – удивление, вперемешку с непонятным мне чувством, подозрительно смахивающим на гордость. Он не испугался, и не разозлился на ребёнка, посмевшего нападать на родителя. Он смиренно ждал, сложив руки на груди, задирая подбородок так высоко, что одной своей позой выражал: «Ну давай, посмотрю чего ты стоишь».

Осмелюсь ли принять вызов и довести начатое нападение до конца, не понимая, что своим одним действием не просто стёр границу между «отцом и сыном», но и другие.

И вот тот миг, когда уже готовился растерзать Лекса когтями, ощущая во рту горькую сладость победы, бог хитрости и обмана невиданной силой не позволил даже приблизиться. Словно хлёсткой пощёчиной наотмашь сбил с пути и собственных лап. Той же силой прижимал моё ещё движущееся тело к раскалённому солнцем песку. И чем сильнее я сопротивлялся этой силе, тем тяжелее ощущался её гнёт.

Не имея возможности добраться до бога клыками и когтями, взывал к самой природе, которая подчинялась, не смея прекословить. Песок вздымался перед лицом, образуя бурю, от частого содрогания. Подземные толчки звучали ломко, слишком громко для песочных дюн, покрывавших остров. Сам же остров трещал в такт моим сопротивлениям, выражая последствиями разрушений всё то, что творилось внутри меня.

Мне было больно. Природа стала моим отражением.

– Поразительно, – произнёс Лекс с благовением. – Это стоило того.

– Стоило? – взбесился ему в ответ. – Стоило отобрать у меня любовь, чтобы в гневе своём я смёл весь Архар в бездну?

Чтобы говорить в облике медведя необязательно шевелить ртом, достаточно лишь мысли. Но даже так собственные мысли звучали с некой натугой от внешнего сопротивления.

– Довольно, Макс!

И его громкий и властный голос разнёсся на весь остров. Природа затихла, невидимая сила прекратила давить на меня, а я сам принял привычный облик. Зверь оказался смиренным божьей воле.

Неизменными остались только мои чувства. Хоть и не сомневался, пожелай отец избавить меня от них – избавит.

– Ответь хотя бы раз нормально! С меня тоже довольно божественных планов для высшей цели, с глупыми оговорками: «на то воля судьбы, и боги лишь склоняют головы»! Хватит! Поговори со мной как отец, а не как бог.

– А ты посмотри вокруг. Это всё есть ты, сын мой. Хочешь знать, для чего всё это было? Оглянись.

Ощущая облегчение в теле после тяжести, подобно той, что ещё не мертвецы чувствуют на пороге смерти, тот краткий миг, когда становится легче и свободнее, я поднялся на ноги и осмотрелся. Некогда прекрасный остров теперь являлся бесформенными руинами. Песочная пыль всё еще оседала на поверхность, постепенно раскрывая весь погром, устроенный мною. Не было больше не острой горы, покрытой шапкой диких пальм, не было лазурного берега, что мог ласкать часами напролёт изнеженное тело тёплыми волнами. Не было и водопада желаний, с его цветами прятавшими волшебство. Теперь на этом месте сплошь глубокие трещины, разбивающие остров на куски, уже успевшие наполниться морской водой. И непременно грязной от того, что кристально-чистая вода смешалась с белым песком, став мутной хлеще магической. Кривые обрубки деревьев и сорванные листья выглядывали из толщи песков укоризненно: смотри, мол, что ты натворил! А лепестки соцветий орхидей лежали на камнях, превратившись в розовые комья каши.

– Вот твоя истинная сила. Вот твоя природа. Мой сын, рожденный лесной феей, унаследовал безграничную мощь. Не каждому божественному ребёнку такое дано! Ты хотел знать зачем всё это? Так вот зная, на что ты способен, зная какую силу в себе таишь, я долгое время не понимал, почему ты её не используешь. Ребёнок природы, рожденный как и создавать мир, так его и разрушать, занимался абсолютно ничем. Боги вверили тебе природу, а ты лишь контролировал магические потоки! Неслыханно.

– Что? Другие боги засмеяли и никак не получалось гордиться сыном? Ну уж прости, какой есть.

– Плевать я хотел на остальных богов! Равно как и на их издёвки. Познав однажды неудачу в Нершеле, ты, опустив руки, удалился в Ларварду. Ты мог возвыситься над другими полубогами, а стал отшельником, подчиняясь только лени и нерешительности. Жил так, словно ты и природа две отдельные стихии, не понимая, что вы одно целое. Только представь чего ты можешь добиться теперь. Я это только что наблюдал.

Боги! Вот же гад! Отличный решил преподать мне урок.

– Значит, ты прислал её ко мне как наглядность в моих ошибках? Хорош отец, ничего не скажешь. Мы были разными, как я и природа. Ты одарил нас душевной связью, как я связан с природой. Ждал, пока проснутся чувства и отобрал любимую девушку, только для осознания того, чтобы понял – я, природа и магия одно целое? А что дальше? Признаю! И что теперь? Вернёшь мне Элли?

Не знал, возможно ли вывести бога из себя, но вроде у меня получилось. Пусть чувствует хотя бы отголоски моих эмоций.

– Чего заладил? Элли. Элли. Любовь. Моя любовь. Надоело! Что ты знаешь о любви?

– А ты? – Задал ему встречный вопрос. – Ты вообще знаешь о таком чувстве как любовь? Знаешь каково это – любить кого-то? Ах, да! Не знаешь! Такому бездушному монстру не дано познать любовь. У тебя есть жена, подобная тебе гадина. Между вами есть любовь? Хотя бы нежность и уважение? Нет! Вы не более, чем партнёры по веселью и утехам. Помимо неё у тебя было еще как минимум две женщины, раз есть я и Алекса. Хоть одну из них ты любил? Нет! Моя мать мертва, и ты забыл о ней уже на следующий день, а мать Алексы прозябает в одиночестве где-то посреди ядовитых болот близ Нершеля. Тебе плевать на них точно так же как и на нас с сестрой. Породил и бросил. Где ты был, когда мы взрослели и переживали потери? Предавался плотским утехам с Медеей в своей обители, попивая магическую воду с вином и закусывая фруктами? Ты бог, даже не Архарское существо, ведь любое существо способно чувствовать, потому у него есть душа. У всех нас в этом мире есть души, тогда как ты её лишён. Ведь, будь у тебя душа, твои бы дети знали что такое отцовская любовь и забота, а нашим матерям ты был бы мужем, которого все мы бы чаще видели. А до этого ты появлялся настолько часто, чем примерно никогда! Где ты был, когда жестоко убивали маму?

С Лекса слетела вся спесь. Моя тирада чем-то затронула его, отчего излюбленная ухмылка, не покидающая его гримасу надолго, стёрлась без следа, а взгляд стал до того проникновенным, что было неуютно находиться рядом с ним. Словно глазами стыдил за слова, брошенные в пылу обиды. А ещё он казался меньше. Будто предо мною стоял обычный мужчина, а не бог.

Слишком уязвимый.

– Ты знал, что в обителях время течёт совсем иначе? – выдавил он из себя вовсе не ответ, таким тихим голосом, словно сожалел о том самом времени.

Словно сожалел, ощущая горечь. Ведь именно таким казался его голос – горьким и тяжёлым. Будто бы ему не всё равно. Настолько не всё равно, что хотелось обнять отчего-то. Как всегда делала Элли, поддерживая. Подавить дурацкий порыв оказалось сложнее.

На его вопрос я пожал плечами, желая всё-таки услышать ответ. Какое мне дело до времени в его обители?

– Ты всё твердишь мне о любви, а что она такое? Мнишь будто познал это чувство, но так ли это? И насколько оно будет жить в тебе? Твоя мать всегда обвиняла меня в том, что нет во мне души. Что не способен я любить как мужчина, просто потому что бог. Слушая твои слова, я слышу её голос твоими словами, с одной только разницей. Ты обижен, а она любила. Твердила об одном: как я готов доказать ей свою любовь, и на что готов пойти ради неё. Ты прав, сын мой, с моей стороны было ничтожно мало внимания к вам. Действительно являлся богом, эгоистичным и бесстрастным, пока не встретил твою мать. За день до собственной смерти она в очередной раз спрашивала, на что готов ради нее, и наконец-то, понял, о чем она просила. Бездушный бог отправился в обитель справедливости, чтобы молить о снисхождении своих братьев и сестер и даровать мне перерождение, пусть заменят меня любым Архарским обманщиком, чтобы тот служил шутом в обителях, дабы стать настоящим мужем для одной единственной лесной феи. И стоя на коленях в середине зала, бездушного монстра пронзило болью там, где вы говорите нету сердца, способного любить. Я забыл о прошении и молитве, идя на зов в деревню фей. Но явился слишком поздно, когда уже случилось непоправимое. Забрав её в свою обитель, семь ночей провёл рядом, оплакивая. Тогда как в Архаре пролетел целый год, и её имя забыли даже в родной деревне, также как и саму её смерть. Ольгерья. Моя маленькая лесная фея, покоится в моём саду, на взращённых моими слезами дивных цветах.

Всего этого я не знал, и не подтолкнув отца к откровению, возможно так бы никогда и не узнал. А он, взглянув на небо мимолетно, смотрел уже на меня в упор.

– Вот где я был всё это время, и после. Ты взрослел, а я, не замечая времени, стремился узнать: за что твою мать забрали у меня? Нашёл, и причины, и виновников. Они уже наказаны. Пока ты расправлялся с убийцей матери, я карал зачинщиков. Могу лишь попросить прощение у тебя и твоей сестры за своё отсутствие в ваших жизнях. И до сих пор не ведаю, что такое любовь, как отца, так и мужчины. Я ответил на твой вопрос?

– Ответил, – также сдавленно произнёс я.

– Теперь и ты ответь, Макс. На что готов ради Элли? И на что готова она? Ведь лгал, сказав что она недосягаема для тебя, на то я бог обмана. И вернуть вас друг другу может только перерождение. Подумай над моими словами, сын. В её мире нет магии, там нужно усердно работать, чтобы выжить, а здесь у тебя есть всё, включая магию. Там ты станешь никем, простым человеком, мужчиной, и я не смогу уберечь тебя от опасности больше. А здесь ты полубог. Прошу тебя, подумай.

Впервые в жизни отец просил меня выбирать. И вновь я оказался перед выбором: привычный мир, магия, родные лица, Архар, а на другой чаше весов Элли…