Текст книги "Феномен Девы Марии или пари на беременность (СИ)"

Автор книги: Лилия Сурина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

24.

– Не расскажешь, значит? – поинтересовался Филюшик, глядя как я обгладываю тонкие косточки по второму разу и делаю вид, что мне сейчас, ну прямо совсем некогда отвечать на его вопросы. – Ну, хорошо, я и сам могу.

Он полез в карман и потом поднес сжатый кулак к моей тарелке и разжал его. На блюдо со звоном упали останки моего сотика. Нашел, значит, сегодня. Я уставилась на Фила, собираясь выслушать его версию гибели аппарата.

– Из-за меня? – показал он на мою тарелку. – Я не звонил три недели, не писал. Ты обиделась?

Я мотнула головой из стороны в сторону. Не было обиды, ведь сама виновата. Ждала звонков и сообщений, конечно, по тысяче раз в день смотрела в телефон.

– Только не говори, что нечаянно его об скалу размазала. Там же снимки дорогих тебе людей, которые нужны, чтоб не забыть их… – он осекся, сощурил глаза. – Фотки… там и мои были. Ты решила забыть меня?

– Да. Я не хочу об этом…

– Лия…

– Тебя я не смогу забыть, наверное. И не хочу. Закрыли тему. Мне нужен новый телефон и фотки. Ты согласился жить со мной такой, вот и не спрашивай ни о чем. Со вчерашнего дня жизнь с чистого листа.

Посмотрела в сторону кухни, ожидая чай с десертом. Надоело сидеть тут и беседовать на душещипательные темы. Я хочу прогуляться по пляжу за ручку с любимым, целоваться под луной, касаться его. Скинула с ноги туфельку и проехалась ею по ноге сидящего напротив меня Фила, придавая себе равнодушный вид. Залезла пальчиками стопы под брючину парня, глянула на него. Вид весьма довольный, счастливо ухмыляется.

– Кажется, танцев сегодня не будет… Сбежим? – предлагает, а сам играет моей кистью, большим пальцем гладит ладошку.

– Нет дорогой, мы Маше обещали, – категорически не соглашаюсь я на побег.

Мы заканчиваем с ужином, до соревнования еще есть время на прогулку под луной. Мне очень нравится идти рядом с Филом, обнимать его за пояс, прижиматься и чувствовать его аромат, наслаждаться мимолетными ласками. Это впервые в моей жизни, таких романтических прогулок не было еще, чувствую себя студенткой.

– Скажи, как ты оказалась в столице? Ведь тебе тяжело, наверное, одной… среди чужих лиц? А с мамой и отцом было бы легче, – спрашивает он, жалея меня. Луна искажает лицо, нагоняя тень на милые черты, и я не могу понять, какое выражение у него сейчас.

– Нет. Тяжелее было видеть родных каждый день с чужими лицами. А там… там все незнакомые. И в большом городе мало кто хочет заводить знакомства, еще и поэтому легче. В своем городке я постоянно сталкивалась с людьми, которых знала до этого случая. Не объяснять же соседке, с которой столкнулась на лестничной площадке, что я из-за травмы не помню ее. И таких очень много. А в Москве никому ни до кого нет дела.

– Но ведь подруги твои поехали с тобой? Не бросили?

– Да. Но сначала я от них сбежала. От всех. Но скоро они нашли меня, Эрика и Сашуля. Только сдается мне, что Эрика искала. А Пушок за ней прицепилась, – я рассмеялась, вспомнила, какой счастливой была Эрика, когда нашла меня шестнадцать лет назад. Я открыла тогда дверь, она меня чуть с ног не сбила, повисла на мне и стала рыдать.

– С чего такие выводы? Вроде вы не разлей вода, – мы дошли до места, где месяц назад стоял массажный стол под луной. Присели на ствол пальмы, склонившейся к воде.

– Потому что Эрика уже очень много лет не меняет прическу и цвет волос, стиль в одежде. Она болеет за меня душой, как сестра. Нет, не как… она сестра мне, пусть и не по крови. Поэтому я счастлива, что они с Илюшиком скоро поженятся!

– А Сашуля? Не как сестра? – любопытный какой! Я поежилась, ветерок показался прохладным. И сразу горячие руки стиснули в объятиях, давая тепло и уют. – Прости… но мне все интересно знать про тебя.

– Ничего, с тобой делиться приятно. Пушок никогда обо мне не думала. Зная, что я узнаю их по прическе и одежде, она не смотрела на это и постоянно меняла всё. Даже цвет волос… и постоянно таскала в нашу маленькую квартирку посторонних… – вспоминаю всё, будто это не в моей жизни было. – Однажды я пришла с работы, а у нас в кухне девушка незнакомая, коротко стриженная и с белыми волосами. Нагло ведет себя, лезет в холодильник. Я стою у двери кухни и наблюдаю, а она пританцовывает и даже не замечает меня, в ушах наушники. Я разозлилась на такое невежество, подошла, выдернула наушники. Она уставилась на меня, я на нее. И вдруг взвилась, обозвала меня чокнутой. Услышав голос, я поняла, что это Сашуля.

– Она сменила прическу. Да, я видел сегодня, как тяжко тебе было. Когда Машу не узнала.

– Нет, она полностью поменялась. Каштановые волосы остригла и перекрасила, одежду другую надела. А наушники! Да чтоб Сашуля музыку слушала! Не, она слушала, но чтоб на весь дом слышно было, врубит и хоть оборись… И так меняется постоянно. Но вот несколько лет назад влюбилась в стразики, я ее иногда только по ним и узнаю. Если сияет как Новогодняя ёлка, то это точно она!

Мы рассмеялись, я рада, что любимый узнал обо мне чуть больше. Тут у него зазвонил телефон. Маша напомнила, что нам еще подготовиться надо к конкурсу. Снова взявшись за руки, мы отправились в обратный путь. Я шла по кромке воды, босыми ногами прикасаясь к мелким теплым волнам. Фил нес мои босоножки и переживал, что мои ножки замерзнут. За меня мужчины еще не переживали!

Маша утащила меня в своеобразную гримерку, отдала в руки костюмеру. Я думала, что мы будем танцевать в своей одежде, но оказалось, что меренге нужно исполнять в особом костюме, аборигенском. Меня стали наряжать в яркие пышные юбки, сначала красную, потом надели белую и сверху синюю. Нарядили в синюю блузку без рукавов, на голове собрали пучок и украсили его огромными красными цветами. Я потерялась в ворохе шуршащей ткани, казалось и шагу ступить не смогу. Но, покружившись немного перед зеркалом, проверяя свободу движений, почувствовала, как меня наполняет чувство бесконечного восторга.

Это как в детстве, в детском саду перед новогодней ёлкой, ждешь, когда мама принесет твой костюм. Он самый красивый на свете, и ты будешь выглядеть в нем волшебнее всех. И восторг радужным теплом наполняет душу, предвкушая веселый праздник и подарки. Вот и сейчас меня ждёт праздник, а в качестве подарка – шикарный мужчина!

Выхожу в зал, и мои глаза лезут на лоб, прямо вот без спросу. Филипп в черной расстегнутой рубашке, в черных штанах и с банданой на голове. Как в прошлый раз! И его глаза на лбу, от моего своеобразного вида. Я игриво обошла его, легонько толкая плечиком и не отрывая своего взгляда от быстро темнеющих глаз. Скорее бы музыка, а то еще минута, и она нам будет не нужна вовсе. Наши чувства будут играть нам страстную мелодию, а желание и возбуждение сплетутся воедино и закружат нас в вихре вожделения. Я порывисто выдохнула и приникла к широкой груди, шурша многочисленными юбками.

Заиграла быстрая ритмичная мелодия, и я перестала видеть мир вокруг. Филипп кружил меня так, что все слилось в одно сплошное разноцветное пятно. Ох! Живой бы остаться! Но все длилось недолго, минуты три. Музыка смолкла, и я упала в руки тяжело дышавшего мужчины, который так сексуально рассмеялся, с хрипотцой. Мы станцевали еще несколько танцев, менее страстных, более медленных. Дожидаться объявления призеров не стали, Фил под шумок утащил меня в бунгало. Уж больно ему приглянулся шуршащий Доминиканский наряд, ну или желание выпутать меня из него.

В ту ночь мы строили планы на свою совместную жизнь, в перерывах межу любовными раундами. Я напиталась его страстью и нежностью, ощущала себя пьяной и расслабленной, как бабочка морфо, которая налакомилась забродившими перезревшими бананами. Весь следующий день мы нежились на солнце, собираясь увезти его огненную частичку в нашу осеннюю страну, уже насквозь пропитанную дождями и запахом опавших листьев.

Утром, в восемь часов по местному времени мы с Филиппом сдаем ключи на ресепшене. Недалеко от стойки администратора стоит стеллаж с рекламными буклетами и пробниками средств личной гигиены. Я сразу вспоминаю, как в начале отпуска проходила тестирование геля для интимной зоны. Мне так понравился этот мягкий и нежный крем, что я хотела его купить тогда домой. Но потом случилась ссора с Филиппом и я напрочь забыла про этот гель. Сейчас вспомнила.

– Девушка! А можно у Вас купить что-то из этих баночек и бутылочек? – интересуюсь у администратора и киваю в сторону стеллажа.

– Конечно! Вы уже выбрали, что бы хотели приобрести?

– Да. Дайте мне гель для интимной гигиены… два штуки.

– Извините, но таких гелей в продаже нет. Есть для душа, может его нужно? – девушка достает коробку из-под стойки и начинает перебирать разноцветные бутыли.

– Нет! Мне нужен интим-гель с ароматом зеленого чая! Я его тестировала, и мне понравился он, именно он! – я почему-то начинаю нервничать и повышать голос.

Фил рядом со мной пофыркивает от смеха и это меня еще больше раздражает. Потом тянет меня за руку.

– Пойдем, крошка, а то на самолет опоздаем.

– Да погоди, сейчас…

– Девушка, я посмотрела по компьютеру… не было таких тестирований… – растерянно смотрит на меня администратор. Потом снова переводит взгляд на монитор.

– А какие были?

– Шампунь, крем-мыло, гель для душа, обычное мыло туалетное, бальзамы всякие.

– Ну как же так? Мне нужен этот гель, ищите…

– Не ищите, девушка, – перебивает меня Филипп и, обняв за плечи, пытается увести от стойки. – Лия, ну ты чего, в самом деле? Идем, опоздаем. Найду я тебе гель, какой хочешь.

Я сдаюсь, потому что любимый пользуется запрещенным приемом – целует ушко и шепчет такие слова, от которых просыпаются бабочки в животе и начинают активно работать крыльями, нагоняя румянец на мои щеки. Я обнимаю его за пояс, целую в подбородок и успокаиваюсь. Домой! Я так хочу домой!

25.

Столица оглушила шумом и суетой, что неудивительно. Ведь в джунглях не живет столько людей, там никто не спешит, едва передвигают ноги и нежатся у бассейна, или у моря. Я ожидала серость и дождливую погоду, но нет, солнышко сияло, ветерок нежный и теплый. Недоставало зелени, к которой привыкла за месяц. Увидала за окном такси кучку елей и сердечко подпрыгнуло. Люблю зеленый цвет! Поняла, что буду скучать по пальмам, водопаду, по сказочному гроту с синими сонными бабочками морфо и дикими орхидеями. Прижалась к Филиппу, сердечко так сладенько заныло. Макушку мою обдало тепло и прикосновение губ. Люблю его!

Сразу отправились ко мне. Я уже не смогу отпустить Фила, иначе просто умру от тоски по нему. Кинули вещи в прихожей и сразу в магазин, потому как у меня живот сводило от голода. Эти перелёты так выматывают, еще во времени теряешься при смене часовых поясов. Мне хотелось, и спать и есть одновременно. Фил сразу пошел в мясной отдел, а я зависла у полок с консервацией, облизываясь на соленые огурцы в маленьких стеклянных банках. Их оказалось около десятка видов, эти блестящие, набитые доверху пупырчатыми зеленцами маленькие баночки, так и манили, изводили на слюну. И тут я увидела зеленый горошек в стеклянной банке.

Я схватила стеклотару с горохом и прижала её к своей груди. Мне представилось, как горошек переливается в ложке, как я осторожно подношу ее ко рту, чтобы ни капли ароматной сладкой заливки не потерялось… Дыхание мое участилось, я схватила стоявшую неподалеку тележку и стала укладывать в нее банки с огурцами и горошком, маринованные помидоры и даже икру кабачковую прихватила.

– Это что за стратегический запас? – рассмеялся Филипп, увидев, чем набита моя тележка ровно наполовину. Я посмотрела в его тележку. Мясо, фарш, рыба и молоко и много еще чего. Даже салфетки прихватил.

– Да, так… Хочется, давно не покупала…

– А горошка столько куда? Раз, два… пять банок аж! У нас гости намечаются, и мы будем всю ночь стругать оливье?

– Просто я никак выбрать не могу... – не понимаю удивления Фила. Все едят огурцы с горошком, иначе бы их не продавали. Пожала плечами  и покатила тележку к кассе.

Ужин готовил любимый, я помогала. Пока он управлялся с отбивными, я очистила несколько картофелин и поставила их вариться. Хочу обычное картофельное пюре! Надоели рис и бананы за этот месяц. Как и рыба с омарами и кальмарами.

Мы почти не разговариваем во время приготовления ужина. Я, потому что рот занят огурцами, которыми я активно хрустела, смакуя и урча от удовольствия. Фил же о чем-то размышлял, глядя на меня.

– Ли, ты так любишь соленые огурцы? – задал вопрос и откусил овощ, третий по счету, который я только что достала из банки. Хорошо хоть пальцы оставил целыми.

– Нет. Просто бананов объелась за месяц. До сих пор тошнит от них. А огурцы отбивают вкус этого воспоминания. Бр-р. Доминиканцы везде суют этот фрукт, даже куда не надо.

Я запустила ложку в банку с горошком и чуть не запрыгала от счастья. Как же это вкусно! Раздавливая языком мягкие сладковатые комочки, я вдруг подумала, почему я раньше не любила горошек? Это же просто невыносимая вкуснота!

После ужина пошли стелить постель вместе. Одна бы я не справилась. Потом вместе в душ. Фил намыливал меня полусонную и разомлевшую от родной еды, и всё время смеялся.

– Лия, глаза хоть не закрывай, а то совсем заснешь и свалишься.

– Но ты же меня поймаешь и отнесешь в постельку? Потом ты будешь любить меня долго, а потом... о-ох... – я не удержалась и зевнула, кокетливо прикрывая рот ладошкой.

Филипп вылез из-под душа, вытер себя полотенцем, потом меня и, завернув в розовое махровое облако, подхватил на руки. Как я оказалась на кровати, совсем не помню.

Проснулась в квартире совершено одна. Испугавшись поначалу, решила, что зря переживаю, скорее всего, любимый помчался по своим делам, он ведь не мог бросить меня. Я успела выпить чаю, посмотреть новости и убраться в спальне, когда в замочной скважине провернулся ключ. В прихожую вошел Филип с букетом алых роз и бумажным пакетом. Он переобулся в тапочки, которые принес с собой и, улыбаясь, подошел ко мне.

– Как спала моя крошка? –  скользнул губами по щеке в мимолетном поцелуе и вдруг сграбастал меня.

Прижал так, будто не виделись год, по крайней мере. Потом взял за руку и повел в гостиную. Там он усадил меня на диван, вручил букет, а сам плюхнулся на колени и протянул розовую коробочку. В ней переливалось колечко с многочисленными небольшими бриллиантами. Ох и романтик! Даже ничего необычного не придумал. Но я безумно счастлива, протягиваю руку, чтобы он надел кольцо, а самой не терпится обвить руками его сильную шею и зацеловать. И все молча! Нам не нужны слова. Я сползаю к нему на ковер и, взяв лицо Фила в ладони, вглядываюсь в него. Эти эмоции на его лице, они совершенно новые, я хочу запомнить их. Теперь знаю, как выглядит счастье на лице любимого. А еще облегчение и умиление, осознание, что с этого дня жизнь его полностью изменилась. У него появилась я! А вскоре, может, еще кто-нибудь появится...

Это утро было нежным. Спешить некуда, мы, не торопясь, ласкали друг друга, узнавая ближе, открываясь. Сегодня я верховодила в прямом и переносном смысле. Мне нравилось подчинение этого сильного мужчины, который откликался на любое мое движение. Медленно приподнимаясь и опускаясь на его налитый стержень, я не позволяла помогать мне, хоть он и порывался сделать движения резче и быстрее. Мне же нравилось дразнить его, вызывая недовольство в виде взметнувшихся бровей и закушенной губы. Я смеялась и припадала к его губам, наслаждаясь теплотой его дыхания. А он в отместку шлепал меня по голой упругой филейной части своей огромной лапищей.

Вскоре поцелуи полностью захватили меня, и я сдалась, упав на грудь любимому. Он обхватил меня за талию и активизировался, с силой вжимаясь в меня. Новые ощущения, гораздо острее, чем раньше охватили пламенем нижнюю часть моего тела. До сладкой боли, до отчаянных криков... волны удовольствия множились, нагоняя друг друга, становились мощнее и ярче.

– Ох... крошка! Быстрее! – громко стонет Фил, не замечая, что все движения исходят от него. Я лишь подскакиваю на его груди и, хватаясь за сильные плечи любимого, пытаюсь удержаться, и не сверзиться с горячего скакуна. В какой-то момент волна наслаждения достигает своего пика, и я теряю опору, обмякаю на его груди под победный вскрик своего мужчины. Он так сильно прижимает меня к себе, что я чувствую надежность, исходящую от него. Потерлась щекой о его плечо, выражая благодарность и нежность.

Вечером уже собрались к Олегу, чтобы собрать вещи Филиппа. Он созвонился с братом заранее, поэтому мы приехали к накрытому столу. Младшая копия моего будущего мужа обнимает мою управляющую! Вот это новости!

– Это Ольга, она в твоем салоне управляет, – быстро шепчет мне на ухо Фил, но я  и так знаю, что это она. Есть особая примета – родинка в виде капли у левого уха. В благодарность за заботу поцеловала возлюбленного в уголок рта и улыбнулась ему.

Обнимаемся с Ольгой, потом робко подхожу к Олежеку. Настоящему! Сдается мне, что я бы их и без агнозии перепутала, до того одинаковые! Только младший худощав, ему не хватает мышц. Но, думаю, брат его возьмет на поруки. Сели за стол, и понеслось – рассказы о Доминикане, фото о ней же и даже несколько видео, некоторые и я не видела. Например, нашу знаменитую рыбалку в океане. Особенно привлекательна поклевка, когда я плавлюсь от страсти в объятиях «Филиппе».

– Неудивительно, что ты вся дрожишь! – вдруг заявила Оленька, сделав большие глаза. – Я бы тоже так испугалась. Такая рыбина, легко утянуть за борт может.

А мы с Филом только переглянулись, вспомнив мой истинный «страх».

26.

Месяц спустя...

– Лия? Как добралась? Как ты себя чувствуешь? – волновался в трубке голос Фила. Так мило!

– Всё хорошо, любимый, – поспешила я успокоить его, пока не придумал кучу несчастий на мою головёнку. – Сижу, скучаю, жду врача. Она еще не пришла. Как выйду из клиники, так сразу наберу тебя.

– Нет, как от врача выйдешь, так сразу и набери! – вот неугомонный.

– Хорошо. Сразу наберу.

Я отключилась, и улыбка невольно растянула мои губы. Волнуется! Мы вместе уже месяц живём. У нас всё отлично, но Филиппу досталось волнений за последние две недели. Без конца тошнота и вялость, я спала по полсуток, ничего в рот не лезло. На кухню я вообще дорогу забыла, питаясь лишь кефиром и солеными огурцами с горошком. Десять дней назад Фил ушел в магазин и вернулся с тестами на беременность. Вскоре мы увидели заветные две полоски на узких тоненьких бумажках. От нахлынувшего счастья не знали куда себя девать. К врачу собирались идти вместе, записались на сегодняшнее утро. Но вчера вечером Фила вызвали в другой город, что-то произошло на строительстве очередного фитнес-клуба. Поэтому пришла к врачу одна.

Переживаю, даже руки заледенели. Вдруг я просто так сильно хотела забеременеть, что появились ложные симптомы. Я знаю, такое бывает. И тесты могут показать неверный результат. Но вот и врач идет, сейчас все скажет, как есть. У-х-х!

– Поздравляю! Вы беременны! – услышала я через полчаса от улыбающейся синеглазой женщины. – Срок восемь-девять недель. Ну что, на учёт встаём?

Из-за долгожданной новости у меня зашумело в голове, я не сразу обратила внимания на слова доктора. Мне хотелось прыгать и визжать! А еще позвонить Филу, чтобы подтвердить наши догадки. Но вдруг до моего мозга, наконец, дошли цифры, и я застыла, глядя в синие улыбчивые глаза.

– Доктор… Вы, кажется, ошиблись… – пролепетала я и судорожно сглотнула. От нехорошего предчувствия у меня в глазах наступили сумерки. Запустила руки в волосы и подергала их. Немного прояснилось в глазах, обморок решил на время отступить.

– В чём я ошиблась? Вы беременны.

– Да… но срок. Никак не может быть восемь недель. И тем более девять.

– Почему, позвольте узнать? У вас все признаки беременности, которой два месяца. И ваш календарь говорит об этом тоже.

– Да, у меня задержка уже почти два месяца. Но это, наверное, из-за поездки в Доминикану. Сбился мой график… акклиматизация… – попыталась объяснить я ситуацию. – Понимаете, у меня мужчина появился только месяц назад. У меня до него больше года никого не было. Поэтому срок может быть только месяц!

– А вот мы не будем гадать и спорить, лучше пройдём в кабинет узи. Вы же аборт делать не собираетесь? – встала из-за стола врач и жестом показала на дверь.

– Нет! Нет, конечно! Это долгожданная беременность, – бормотала я, следуя за худощавой фигурой.

Мы спустились на первый этаж, и подошли к кабинету с железной дверью. Сердечко мое бедное строчило как пулемет, руки тряслись и ноги подгибались. Что-то было не так. Ведь врачи не ошибаются? Или всё-таки могут? Через десять минут и врач узи подтвердил, что плод соответствует сроку в девять недель.

– Ну что? Убедились?

– Да не может такого быть! – возмутилась я, с раздражением вытирая салфеткой гель со своего живота. – Может просто плод большой, а?

– Здесь рассчитывают не только по размеру плода. Есть несколько параметров, поверьте. Вашему будущему малышу уже два месяца. Вот и Анна Владимировна подтвердила это на своем умном аппарате.

– Да! Подтверждаю! – закивала головой Анна Владимировна. – Мой аппарат еще ни разу не ошибался! Плод один, развивается нормально, соответствует сроку в девять недель.

У меня волосы на голове зашевелились. Вот как, скажите, как я объясню Филу теперь про ребенка?! По срокам получается, что это не он его отец! А кто? Я лихорадочно стала перебирать в голове эти два месяца, день за днём. Ни с кем, кроме Фила, я не занималась сексом. И память не теряла, чтоб вдруг забыть какого-либо мужичонку. И не напивалась до потери сознания! Только Филипп был в моей жизни за последние полтора года. О, боже! Что происходит-то? В носу защипало, на глаза набежали слёзы. Паника неожиданно накрыла меня с головой. Что мне делать? Откуда этот ребёнок?!

– Ну-ну… плакать мы не будем, – ласково проговорила доктор с синими глазами. Сквозь пелену слёз я посмотрела на бейдж, прицепленный к карману на груди женщины. Соловушкина Дарья Игоревна. – А лучше пойдем и сдадим кровь на анализ. Там нам уровень гормона покажет еще, правильно ли мы с Анной Владимировной рассчитали.

Женщина в белом халате обняла меня за плечи, и как мама, ласково продолжая разговаривать со мной, повела в другой кабинет. Я почти ничего не соображала, в голове только билась мысль – что я Филу-то скажу? Сдав анализы, мы вернулись в кабинет гинеколога, врач стала заполнять мою карту, задавая мне нужные вопросы.

– Ну вот, мамочка, на учёт мы вас поставили. Теперь нужно пройти обследование. Результат анализа крови будет готов после обеда, хотите, можете подойти к трём часам дня или позвонить мне, – Дарья Игоревна подвинула мне картонный прямоугольник с номерами телефонов. Я тяжело вздохнула и подобрала визитку, спрятала ее в сумочку. – Лия, ну что за настроение? Вы же говорили, что беременность у вас долгожданная. А у вас глаза на мокром месте.

– У меня только что рухнула жизнь… Как я объясню моему будущему мужу, откуда взялся этот ребёнок? Мы только месяц, как стали жить вместе. У нас свадьба десятого декабря… должна была быть. Уже и ресторан заказали, и платье… – тут у меня защемило сердце, и я разрыдалась, уткнувшись в свои ладони. Всё прахом. Вся жизнь. Всё счастье. Из-за долгожданного ребёнка, отца которого не знаю даже я.

– У вас точно других мужчин не было? – переспросила доктор, я только смогла покачать отрицательно головой. – Ну тогда, у вас получилось непорочное зачатие. Феномен Девы Марии. Это очень редкое явление. Но доказано, что так бывает. Скажите, вы очень сильно хотели ребенка?

– Очень! – я подняла голову, вслушиваясь в слова доктора. Я почти верила ей.

Вдруг мне припомнилась рогатая шаманка у храма Девы Марии. Она говорила что-то, будто мне уже не нужно просить Пресвятую Деву даровать мне беременность, что я иду ее путем. Получается, тогда уже я была беременна, и она каким-то образом увидела это. Ну, или почувствовала.

– Но разве можно забеременеть без участия мужчины? – недоверчиво вскинула я брови.

– Да, и даже способов есть несколько. Если вы сильно желаете стать матерью, то получается стресс и гормональный взрыв, в результате которого яйцеклетка начинает делиться. Или если вы во время овуляции находились в благоприятных условиях, ну например, в сауне. Там, где организм мог получить стресс из-за высоких температур. И еще есть бактерия такая, обитает в жарких странах… Где вы отдыхали недавно?

– В Доминикане… – пролепетала я неуверенно. Будто сказки доктор рассказывает, но приходится верить, потому что больше выхода нет. – И в сауну я ходила два месяца назад.

– Ну вот! Возможно, и сауна повлияла, а может и бактерия, которая там и обитает, в Доминикане. Ведь вы наверняка купались в местных водоёмах, ели экзотические фрукты. Вот и подцепили эту малышку.

– Малышку?

– Да. В таком случае родится только девочка. Ведь в женском организме нет набора мужских хромосом.

Доктор меня долго еще успокаивала, в дверь уже начали стучать и заглядывать другие пациентки, записанные на приём. Пришлось уйти. Вдруг мне сильно захотелось есть, зашла в первое попавшееся кафе. Заказала себе творожную запеканку под сладким соусом, чай с лимоном и бисквитное пирожное. И только ожидая заказ, вспомнила про Фила. Лихорадочно стала рыться в сумочке, отыскивая завалившийся на самое дно мобильник. Точно, с ума сходит. Целых восемь пропущенных и пять смс. Сидела долго уставившись в экран, соображая что сказать. Он сам позвонил, экран осветился в беззвучном режиме.

– Лия? Ну что так долго? Почему молчишь? Ну? Крошка… – бедняжка, извелся.

– Всё нормально… я… э-э-э… это, анализы пока сдала, пока узи.

– Ну! Что сказали-то?

– Да всё хорошо. На узи фотку даже дали. Я беременна! – сумела-таки поднять эмоцию до радостной ноты.

– Ох-х-х! Я чуть не сдох в ожидании, – смеется счастливый будущий «отец». Даже не подозревает, какой сюрприз его ждёт.

Поговорили немного, потом Фила позвали, и он ушел. Я стала открывать смс-ки, прихлёбывая горячий чай с лимонной кислинкой. Одно сообщение от Эрики: «Не забыли? Сегодня ровно два месяца нашему пари! Предлагаю собраться там, где мы его заключили. Я смогу в пять, потому что в десять вечера у меня самолет в Доминикану.»

Глянула на часы в мобилке – час доходит. Еще успею дома порыться в интернете, разузнать про свое странное положение.

К половине четвёртого у меня голова распухла от обилия прочитанной информации. Действительно, бывают такие случаи. Причем мне подходят все три варианта названные доктором. В сауне каждую пятницу зависала – раз, в Доминикану съездила и пожила в ее дикой природе – два, и мечтала постоянно о ребенке – три.

– Я намечтала тебя? – спросила я свой плоский живот.

Мне не хотелось, чтобы бактерия какая-то выступила в роли отца моего ребенка. Пусть лучше будет, будто моё желание сбылось. Надеюсь, Филипп всё-таки женится на мне с приплодом. Каким бы бредом не казалось зачатие, я уже давно полюбила своего малыша.

В сауну я явилась на полчаса раньше. Выставила пар на минимум, и отошла к шкафчикам. Разделась, завернулась в белое полотенце и нырнула в парилку, прихватив из холодильника бутылку «Росато». Зачем? По привычке, наверное, ведь пить не собиралась. Но вот запах его хочу почувствовать. Откупорила бутылку, принюхалась. Легкий пар окутывал меня, смешиваясь с парами вермута. Голова немного закружилась, захотелось прилечь и вздремнуть в теплом облачке. Я поставила бутылку на пол, получилось неуклюже, она опрокинулась, и половина содержимого вытекло. Поставила наполовину пустую бутыль ровнее. Растянулась на полке, блаженно постанывая. Вскоре задремала. Мне приснилось, как мы с Эрикой и Сашулей парились здесь, и пили любимый напиток, я даже будто ощутила его вкус на языке. Так хорошо, все чёрные мысли, будто ветром сдуло…

Расслабуха… просто мозги тают от обилия пара и паров терпкого и сладковатого на вкус вермута. Люблю Мартини, обожаю… градус минимальный, но состояние невесомости прельщает, зовёт меня… будто плывёшь на облаке, а где–то внизу копошатся людишки, кричат и суетятся… глупые…

– Лия! Ну Ли! – доносилось откуда–то сбоку, будто комар жужжит голосом Эрики, одной из двоих моих подруг. – О Боже! Ей совсем худо… Упарилась! Врача! Скорее!

Теперь голоса раздвоились и будто сверлят мой мозг. Какого врача?! Я в порядке… кажется…