Текст книги "Ведьма. Наследница клана де Костель (СИ)"

Автор книги: Лидия Андрианова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Как мне объяснить, что со мной, если я сама не знаю?!

– Амелия, – тихо позвал меня магистр.

Встретившись с синевой его глаз, я окончательно потерялась и растеряла остатки разума. Иначе как назвать то, что я с затаенной надеждой и желанием наблюдала, как лицо мужчины приближается к моему?

С трепетом и волнением я встретила прикосновение его губ. И тут же легкий стон помимо воли слетел с моих приоткрывшихся губ.

От его умелого и уверенного поцелуя внутри меня разгорался пожар. Вцепившись в его плечи, я прижалась к нему теснее. И поцелуй тут же стал глубже и напористее.

Я задыхалась от страсти и желания принадлежать ему.

Все остальное в этот момент стало неважным. Лишь он, его объятья и поцелуи были нужны мне. Необходимы.

Мой разум немного прояснился, лишь когда мы вдвоем оказались на диване.

Магистр покрывал поцелуями мое лицо и шею. Его руки были под моей кофтой. Одна рука сжимала грудь, а вторая оглаживала живот.

Мысль о том, что сейчас могло произойти, наконец дошла до моего затуманенного сознания, и я испугалась. По-настоящему испугалась переступить грань, после которой для меня обратного пути не будет. Я впущу этого мужчину в свою душу, и вытравить его оттуда будет потом невозможно.

Пытаясь вылезти из-под мужчины, уперлась руками в его плечи, отталкивая.

Магистр не сразу понял, что происходит. Когда же до него дошло, что я его отталкиваю, он, затуманенным взором смотря на меня, спросил:

– Амелия?

– Слезьте с меня! – дрожащим голосом потребовала я. Меня трясло от желания и страха. Я боялась той силы чувств, что накрыла меня. Никогда прежде я не испытывала такого…

Резко встав, мужчина протянул мне руку, желая помочь. Боясь сорваться, я не приняла его помощь.

Самостоятельно встав с дивана и оправив кофту, сразу направилась к выходу, чтобы находиться от него как можно дальше.

Я хотела сбежать больше не от магистра, а от себя самой. И от тех чувств, что я испытывала рядом с ним…

Все мое существо стремилось к нему, в его объятья. И мне приходилось прилагать усилия, чтобы заставить себя идти вперед. Уйти из дома магистра… увеличить расстояние между нами, чтобы ясность снова вернулась ко мне.

Пока он рядом, я не могла думать трезво. Мной управляли эмоции.

– Амелия, постой! – магистр в одно мгновение оказался рядом и преградил путь. – Прости, я не хотел тебя обидеть или напугать. Я не думал, что… – замялся он, пытаясь подобрать подходящее на его взгляд слово.

Не дожидаясь продолжения, я сказала:

– Не думали что, магистр? Что ведьма может быть девственницей в моем возрасте? – переполняемая эмоциями, спросила я. Никогда раньше я не испытывала разом столько чувств. Одна часть меня злилась на мужчину за его отношение. Ведь для него ничего необычного, непривычного не произошло. Сколько у него было женщин? Скольким он разбил сердца? Для него это естественно… но не для меня. И хоть другая часть меня хотела снова оказаться в его объятьях, хотела почувствовать вкус его губ, его крепкие руки на своем теле, допускать этого я не собиралась. Для меня это будет значить куда больше, чем для него. – Или то, что для ведьмы могут быть неприемлемы временные отношения?

– Амалия, прости, я не хотел тебя обидеть, – примирительно проговорил мужчина, делая шаг ко мне.

– Это не имеет значения. Все это было ошибкой. Давайте просто забудем об этом, – закончив говорить, я быстро обошла магистра и покинула его дом.

Прохладный вечерний воздух остудил мое пылающее лицо, а вечерний полумрак скрыл слезы, что непрерывно текли по щекам.

Мне было больно. Слезы душили, не давая сделать полноценный вдох. Мне хотелось, чтобы магистр остановил меня. Обнял, сказал, что я ему небезразлична. Что все то, что между нами сейчас произошло, не было лишь порывом страсти.

Но он не остановил… Не сказал… И сейчас внутри мне было больно и обидно. Я знала, что у меня не будет полноценной и счастливой семьи. Но рядом с ним забылась, допустила мысль, что могу не просто нравиться, а стать дорога ему.

Вины магистра в этом не было. Он мне ничего не обещал и не давал ложных надежд. И все, что сейчас было между нами, было обоюдным. Я хотела его поцелуев. Хотела его объятий.

Но, несмотря на свои желания, я смогла вовремя остановиться, и это самое главное. Со временем моя увлеченность им пройдет, и все станет как раньше. Я ведьма из рода де Костель! Пора перестать мечтать и принять существующее положение.

Ведьмы не созданы для семьи, как и для любви.

Покинув территорию, где стояли дома преподавателей, я отправилась в парк возле женского общежития. Хотелось побыть одной и подумать обо всем.

Сев на скамейку и утерев слезы, запрокинув голову, посмотрела на небо, в наивной надежде, что боги дадут ответы на мои вопросы.

Я с детства слышу, что ведьмы не могут любить. Но что тогда я испытываю к магистру Ориестэру? Что вообще такое любовь?

Я была так погружена в свои мысли и чувства, что слишком поздно услышала шаги позади.

Резкая колющая боль в области шеи, и сознание затянуло темной пеленой, погружая меня в пустоту.

****

На этот раз все удалось. Ведьма, сама того не ведая, облегчила ему работу.

Столько дней он выжидал и наблюдал за ней, в надежде застать одну. Но она всегда была окружена адептами.

Сначала на учебе, потом в библиотеке, после на тренировке с орком.

В этот момент, признаться, ведьма вызывала у него уважение. Сколько раз он думал, что после очередного жесткого падения она не встанет. Но девчонка его всегда удивляла. Она поднималась и, несмотря на боль, продолжала тренировку.

Вечером она постоянно была в своей комнате, куда ему ходу не было. Поэтому приходилось выжидать.

И вот сегодня ему повезло! Она вышла с преподавательского крыла и отправилась одна в парк.

Лучшего момента и желать было нельзя.

Ведьма так была погружена в свои мысли, что слишком поздно заметила его, не успев поставить защиту.

Он ввел ей яд, и как только ведьма потеряла сознание, скрылся в наступающей темноте.

Он мог убить ее быстро, но заказчик настаивал на яде. Поэтому девчонке какое-то время придется помучиться, ну а после яд завершит дело за него. Убьёт наследницу клана де Костель.

Глава 14

Я всегда ценила жизнь. Для меня она бесценна и прекрасна. Пока мы живы, мы можем что-то изменить, узнать, достичь, сделать или исправить.

Пока мы живем – мы являемся частью настоящего. Умирая, мы становимся прошлым, лишь воспоминанием.

Мне всегда казалось, что впереди ждет еще множество событий. Что я смогу стать известным артефактором, чьи изобретения принесут немало пользы. Что, когда придет время и я займу место главы клана, смогу что-то поменять в лучшую сторону.

Но до того как принять груз ответственности, я мечтала посетить эльфийскую столицу, побывать у гномов и узнать секрет обработки драгоценных камней для лучшей работы артефактов. Мечтала отправиться на горный хребет, в заснеженные земли орков, чтобы собрать редкие травы для сложнокомпонентных зелий.

У меня были планы и мечты. И моя жизнь в целом мне нравилась. У меня были близкие, дорогие мне люди, и, кажется, я встретила мужчину, чувства к которому пока не могла объяснить, но знала одно: он для меня важен.

Я училась в лучшей академии, и у меня впереди было еще столько всего неизведанного.

Но, несмотря на все это, сейчас я молила о смерти. Ведь только смерть могла освободить от тех страданий, что терзали меня…

Я безмолвно кричала и умоляла прекратить агонию, в которой находилась, по ощущениям, целую вечность.

По моим венам словно жидкий огонь тёк. Он сжигал меня заживо бессчётное количество раз. И я сходила с ума от боли.

Пару раз я думала, что умерла. Боль утихала, и мне становилось хорошо и спокойно. Но затем боль возвращалась, чтобы снова, с еще большей силой меня мучить.

Если вначале я еще боролась, цеплялась за жизнь в надежде на спасение, то по прошествии времени надежды не осталось. Обжигающая, сводящая с ума боль не оставила места для веры в лучшее.

Порой я слышала голоса. Они звали меня. Умоляли не сдаваться, потерпеть. И я старалась. Правда, старалась. Но силы были на исходе. Я больше не могла и не хотела цепляться за жизнь.

Я хотела прекратить эти муки. И только в смерти я стала видеть конец.

В тот момент, когда я решила сдаться, что-то изменилось. Я словно отделилась от своего тела и оказалась в прекрасном саду, рядом с белой резной беседкой, увитой плющом. Вокруг было спокойно. И как-то умиротворенно, что ли.

Не было слышно птиц, не ощущалось дуновения ветерка. Казалось, здесь время замерло, сохранив природную красоту и покой, которым напитана каждая деталь…

– Здравствуй, Амелия.

Повернувшись на звук голоса, я увидела напротив себя красивого, чуть бледноватого мужчину. Он с непонятной нежностью смотрел на меня.

– Я умерла?

Мне хотелось знать, пришел конец страданиям или меня ждет продолжение агонии.

– Нет. Ты еще жива, – разрушил мои надежды незнакомец. – И я сделаю все, чтобы ты не умерла.

Ответ мужчины не успокоил меня, как он того, возможно, ожидал. Наоборот, напугал.

– Почему? Я хочу прекратить все! Я больше не выдержу этого! – чуть не плача, проговорила я.

– Знаю, ты устала и тебе очень больно. Мне так жаль, Амелия… Но ты должна быть сильной. Тебе придётся еще немного потерпеть. Как только ты пройдешь ритуал пробуждения крови, все закончится, – подойдя ко мне, мужчина невесомым жестом стер с моей щеки слезинку. – Лишь так я смогу тебя спасти.

– Кто вы? – смотря в его добрые и почему-то кажущиеся мне родными глаза, задаю вопрос.

– Мое имя Арес.

Услышав его имя, я в испуге отшатнулась.

Арес? Забытый бог? Но как это возможно?!

– Вижу, тебе известен тот образ, в котором я предстаю в глазах смертных: жестокое чудовище, – с грустной улыбкой без обиды проговорил забытый бог. – Если я скажу, что все, что ты знаешь, ложь, ты мне не поверишь, ведь так?

– У меня нет причин вам доверять, – опасаясь его реакции, осторожно ответила я.

– Я тебе не враг, Амелия. И никогда им не был для рода де Костель! У меня не было причин вредить своим потомкам.

– Ложь! – воскликнула я. – Род де Костель – потомки богини Вилены!

– Именно так и хотела Эсмирель, чтобы смертные считали. Но это неправда. Ты мой потомок, Амелия! – подойдя снова ко мне, он протянул руку. – Возьми меня за руку. Здесь твой дар работает в полную силу. Ты сможешь все сама увидеть. Даже богам не под силу обмануть дар видящей.

Что-то внутри подтолкнуло довериться Аресу. И как только я взяла его за руку, вся тщательно спланированная ложь открылась.

Арес был единственным сыном богини Аванты. Она любила его и всячески баловала. Арес вырос во вседозволенности и безнаказанности. Когда он чего-то желал, всегда получал.

Единственный запрет, который касался и Ареса, был запретом на вмешательство в дела смертных.

И когда Арес надумал нарушить запрет и вмешаться, получил отказ от матери. Его задело, что смертные под защитой богинь. Что ему, богу, недозволенно решать судьбы смертных существ.

Тогда, решив пойти в обход, вопреки запрету матери, заручившись поддержкой Эсмирель, своей нареченной, Арес создал тайный культ и с помощью своих последователей стал вмешиваться в дела смертных.

Узнав об этом, Аванта отправила сына в облике смертного мага, простолюдина, в наш мир. Дабы он смог лучше узнать тех, кого презирал и чьи судьбы разрушал.

Несмотря на вздорный и избалованный характер Ареса, богиня смерти оказалась права. Ее сын смог понять и оценить смертных.

Прожив несколько десятилетий среди смертных, Арес изменился.

Он полюбил. Его возлюбленной оказалась ведьма из рода де Костель.

Арес был счастлив с Еланией. Они прожили несколько лет, по прошествии которых ведьма подарила мужу дочь. Девочку назвали Анарелия Элисса де Костель.

Когда Аванта отменила наказание и разрешила сыну вернуться, Арес отказался. Он решил остаться со своей смертной семьей.

И именно это решение привело к дальнейшим последствиям.

Эсмирель была выбрана Аресу в качестве будущей жены еще с рождения. Она всегда считала, что Арес принадлежит ей! Ей были безразличны его увлечения, так как он всегда возвращался к ней!

Но когда Арес предпочел ей смертную, Эсмирель не смогла этого принять и простить.

Никто из богинь не подозревал, что в тихой, милой и с виду милосердной богине живет безжалостная психопатка.

Эсмирель прибрала к рукам культ Ареса. Пока он был в нашем мире, то не мог следить за тем, что делают его последователи и что творится в его же храме. Этим и воспользовалась безумная богиня. Она требовала жертвы в честь Ареса, и чем кровавее, тем лучше.

Пока Арес растил дочь и наслаждался семейной жизнью, Эсмирэль плела против него козни. Она сделала все, чтобы богини посчитали Ареса жестоким и неконтролируемым.

Поверив ей, Аванта насильно вернула Ареса, забрав его от семьи.

Эсмирель думала, что достигла цели и теперь Арес будет с ней. Но он снова отказал, предпочтя смертную жену. Он стал искать способы вернуться к семье в обход решения богинь.

В порыве гнева Эсмирель приказала своему верному смертному рабу убить дочь Ареса. Но раб ошибся и вместо Анарелии убил ее возлюбленного.

Когда Арес нашел способ и вернулся в наш мир, то застал умирающую дочь. Анарелия не смогла вынести гибели любимого и отравилась. Чтобы спасти дочь, Арес снова нарушил запрет и провел ритуал пробуждения крови.

В тот момент для него не имело значения, что такая сила может нарушить баланс мироздания. Ведь Анарелия стала почти равна богам. Он думал лишь о спасении своего дитя.

Забытый бог не хотел замечать, что его любимая дочь изменилась после пробуждения крови. Утрата любимого свела Анарелию с ума. Его добрая и жизнерадостная девочка стала чудовищем с огромной силой.

С каждым днем ее безумие становилось сильнее, но Арес не мог ей помочь. Ему оставалось лишь надеяться, что его дочь сможет справиться с горем и безумие отступит само.

Когда богини узнали, что сделал Арес, его вновь вернули. И на этот раз наказания он не избежал. Ареса лишили почти всех сил и погрузили на столетия в сон.

Эсмирель же сделала, так, чтобы смертные помнили Ареса как безумного и жестокого бога.

После обращения смертных пять богинь объединились и помогли убить Анарелию де Костель, которая стала воплощением страха и смерти для многих рас, населяющих наш мир.

Они убили ведьму, но оставили жить ее дитя, рожденное после восьми месяцев со дня смерти ее возлюбленного. И как бы Эсмирель ни желала уничтожить всех потомков Ареса, она не могла сделать этого, не вызвав подозрений. Богини усилили контроль над нашим миром, и любой контакт и попытка вмешательства могли отправить Эсмирель, как и Ареса, в вечный сон.

Ей пришлось смириться, что потомки Ареса продолжают жить.

Вернувшись в настоящее, я не знала, как себя вести. Я считала Ареса виновным в смерти мамы и в том, что его последователи творили ужасные вещи.

Но правда оказалась неожиданной.

Богиня, которой я не единожды приносила дары, с которой делилась переживаниями и радостью, оказалась матерью той, кто хочет уничтожить мой род.

И сейчас, стоя напротив Ареса, я не знала, что сказать.

– Мне жаль, что я не смог вас защитить. Что не спас твою маму. Я был самонадеян и не предвидел, что Эсмирель, начнет мстить. Это моя вина.

Я видела страдание и чувство вины на его лице. Арес искренне переживал, что не смог спасти их всех.

– Вы не виноваты в том, что она мстительная гадина! – искренне сказала я. – Вас пробудила смерть мамы? – задала я вопрос, ответ на который и так уже знала.

– Да. Меня могла вывести из сна одна из пяти богинь или ритуал с принесением в жертву моего потомка, – со злостью в голосе ответил Арес.

– Ты знаешь, кто убил мою маму?

– Преданный раб Эсмирель. Он из расы демонов, – с презрением и ненавистью сказал забытый бог.

– Сандер, – вспомнила я имя мужчины из моего сна.

– Да.

– Но зачем Эсмирель пробуждать тебя, если она сама виновата в твоем заточении? – непонимающе спросила я.

Мне была неясна логика богини. Сначала она делает все, чтобы Ареса сочли безумным и жестоким и, как итог, лишили сил и отправили в сон. А затем – пробуждает его. И в чем смысл? Не проще было, имея преданного смертного, истребить мой род, и все?!

– Эсмирель не думала, что меня погрузят в сон. Она рассчитывала, что меня лишат возможности посещать ваш мир, а ваш род сочтут угрозой, уничтожив всех. Но богини решили по-другому.

– Она хочет, чтобы ты был с ней?

– Да. Она считает, что я принадлежу ей. Пробудив меня, она решила, что я одумаюсь и вернусь к ней. Взамен Эсмирель пообещала забыть о моих потомках и не вмешиваться в их жизни.

– И что ты ей ответил? – с долей любопытства поинтересовалась я.

– Я знаю ее лучше, чем она думает. Она не успокоится, пока не уничтожит все, что связывает меня со смертными. И я никогда не прощу ей смерти дочери и разлуки с женой, которая решила, что я бросил ее. И смерти твоей матери. Она ответить за все!

В его глазах я прочитала приговор Эсмирель. Он ненавидел ее и желал ей смерти.

– По ее приказу меня отравили?

– Да.

– Кто? – я должна знать, по чьей вине мне пришлось пройти через сводящую с ума боль, чтобы в будущем отплатить ему. Или ей.

– Это был молодой демон, выпускник Дорхемна, завербованный Сандером. Он уже покинул академию и находится на полпути к землям демонов. Он выполнил свою миссию. Отравил тебя, как было приказано.

– Ясно, – поджав губы, отвечаю.

Ничего, я найду своего отравителя. Ему нигде от меня не спрятаться. Рано или поздно, но моя месть свершится. Пока же у меня другие проблемы, которые предстоит решить в первую очередь.

– Прости меня, Амелия. Из-за моего отказа страдаешь ты. Я всегда хотел защитить ваш род, но не преуспел в этом.

Я не могла злиться на Ареса. Имела на это право, но не могла винить в произошедшем его. Это было бы глупо.

Конечно, проще было бы обвинить его во всех бедах, но разве это честно? Разве он виноват, что полюбил смертную? Что плохого в том, что он выбрал прожить жизнь, пусть и недолгую по меркам богов, с семьей? Он изменился, живя в нашем мире. Стал лучше. Не его вина, что Эсмирель не смогла принять отказа! Задетое самолюбие (как же, ей предпочли смертную) не давало ей спокойно жить. Она сама сделала свой выбор. Это по ее вине многие погибали, из-за нее Анарелия сошла с ума от горя. Из-за нее моя мать была убита, а я отравлена.

Эта гадина во всем виновата! И то, что она богиня, не избавит ее от последствий.

Эта божественная тварь за все ответит. За каждую смерть, что произошла по ее вине.

– Во всем виновата Эсмирель! И она должна ответить за все, что сделала!

– Обещаю, она заплатит! – заверил меня Арес. – Теперь ты знаешь правду и знаешь, кто истинный враг. А сейчас нам нужно пробудить спящие в тебе силы и спасти твою жизнь.

– Что ты будешь делать? – настороженно спрашиваю.

– Проведу ритуал, что однажды провел со своей дочерью.

– А я не сойду с ума, как она? – спросила и тут же пожалела об этом, увидев на лице Ареса боль.

– Нет. Анарелия страдала от потери Денира. Она очень сильно его любила. Его смерть сломала ее. Пробуждение сил стало последней каплей. Моя девочка не смогла выдержать всего свалившегося на нее, – с печалью и тоской ответил забытый бог. – Но ты не Лия. Ты сильнее ее. Ты справишься. Я помогу тебе. Закрой глаза.

Последовав совету бога, я закрыла глаза. Даже когда он взял мою руку и разрезал ладонь, не открыла, полностью доверившись ему.

Соединив наши руки и смешав кровь, он заговорил:

– Тебе будет очень больно, но нужно будет потерпеть. Как только процесс пробуждения закончится, ты придешь в себя.

– Я еще увижу вас? – тихо, не открывая глаз, спрашиваю.

Мне не хотелось, чтобы это была наша единственная встреча. За короткое время он стал мне родным. Я видела в его взгляде, слышала в его голосе любовь и нежность. Он любил нас, своих потомков. И ему наши страдания причиняли боль.

– Не сомневайся. Мы обязательно еще увидимся, – ласково проведя свободной рукой по моей голове, ответил Арес.

После чего начал читать заклинание.

Постепенно от места, где соединялись наши руки, стало распространяться тепло, со временем перерастающее в обжигающий жар.

Говорят, что все познается в сравнении, и вот сейчас я поняла, что боль от отравления была легким разогревом, по сравнению с тем, что происходило сейчас.

Я не знаю, можно ли вообще вынести такую агонию. Меня словно разрывали и на живую сшивали, одновременно жаря на костре. Такую боль невозможно с чем-то сравнить или описать. В тот момент каждая клеточка моего тела испытывала ужасные страдания. Боль, которая вытеснила все мысли и другие чувства. Я сама стала одним сплошным сгустком боли…

Не могу сказать, сколько это длилось. Просто в один миг все прекратилось, и я открыла глаза.

Первым, что я увидела, было взволнованное лицо Валенсии де Костель.

Всегда выглядящая безупречно глава рода сейчас была на себя совсем не похожа. Огромные темные круги под глазами, потухший взгляд, искусанные губы, растрёпанная прическа и мятое платье совсем не вписывались в образ идеальной представительницы рода де Костель.

Увидев, что я пришла в себя, она тут же бросилась ко мне.

– Амелия, девочка моя!.. – со слезами на глазах воскликнула бабушка, чем еще больше меня потрясла.

Валенсия де Костель плачет… Невероятно…

– Я думала, что потеряю тебя, – всхлипывая, продолжила говорить она, а я все так же пребывала в шоке.

Я не помню, чтобы когда-либо видела главу рода в слезах. Это невероятное зрелище так меня поразило, что на время я утратила связь с реальностью.

Обняв меня, бабушка стала сотрясаться в рыданиях.

Я впервые в жизни видела ее такой сломленной и будто постаревшей. Она всегда мне казалась непоколебимой и отрешенной. Я даже представить не могла, что угроза моей смерти так может на нее повлиять.

– Все в порядке. Я выжила. Не надо плакать, – неловко гладя ее по спине, чуть придя в себя, неумело попыталась я ее успокоить.

– Ты умирала, а мы ничего не могли сделать, – подняв глаза, я увидела замершую возле двери Магду. Как и бабушка, выглядела она ужасно. Глаза были заплаканные, бледная и растерянная. – Все мои знания и зелья не смогли тебя спасти. Ты медленно, мучаясь, умирала на наших руках. А мы могли лишь наблюдать и ждать...

Не договорив, Магда всхлипнула и кинулась к нам с бабушкой.

В объятьях самых родных людей я поняла наконец, что, несмотря на все обиды и недопонимания, мы семья. И меня любят, и мною дорожат.

Сейчас, успокаивая двух рыдающих ведьм, я была счастлива. Если раньше я думала, что нужна бабушке лишь как наследница и не более, то сейчас точно знала, что Валенсия де Костель любит меня.

Да, проявляет свою любовь своеобразно, но не мне судить её.

В моих силах отпустить прошлые обиды, что я столько лет хранила в душе. Я могу попытаться понять бабушку, понять мотив её поступков. И я собиралась это сделать. Жизнь слишком коротка, чтобы растрачивать её на ненужные никому обиды.

Когда обе женщины смогли взять себя в руки, я спросила:

– Каким ядом меня отравили? – смотря на специалиста по ядам, затаив дыхание, я ждала ответа. Предположения у меня были, но хотелось знать точно.

– Рапит, – дрожащим от недавних слез голосом ответила Магда.

Одно слово все поставило на свои места.

Рапит – яд, созданный из смеси яда двухголовой водной змеи и растения под названием рапитарис. Сок этого растения вызывает сердечную недостаточность и погружает в сон. В сочетании с ядом водной змеи смерть будет мучительной, но неизбежной. Это один из немногих ядов, противоядия к которому еще не придумали.

И растение, и водная змея очень редки, и найти их можно в основном по счастливой случайности и необыкновенному везению. А делать такой яд сложно, долго и проблематично. Процесс приготовления опасен испарениями и своей токсичностью. Делать его – еще то удовольствие. Граничащее с безумием.

Но эффективность гарантирована. Я должна была умереть. И если бы не Арес, то отравление бы удалось.

Поэтому мои родственницы так убивались. Как только Магда поняла, чем меня отравили, надежды на моё спасение не осталось. Им оставалось только ждать, пока яд завершит свое дело.

Неудивительно, что Магда потребовала ответа. Она хотела знать, как мне удалось выжить.

Целительская палата в академии была не лучшим местом для такого разговора, но выбирать не приходилось. Так что, устроившись поудобнее, я рассказала все, что узнала от Ареса.

– Ты видящая! – обвинительно воскликнула бабушка, как только я закончила говорить. И, повернувшись к Магде, продолжила: – И тебе было об этом известно! Когда вы собирались мне сказать об этом? – поджав губы, спросила уже вернувшая себе самообладание и прежнее хладнокровие глава рода.

– Мы не были до конца уверены. И скажи я тебе, что Амелия видящая, ты бы заперла ее, спрятав от всего мира! – эмоционально ответила Магда.

– Для ее же защиты! Ты хоть понимаешь, что может ей угрожать, если об этом кто-то узнает? Ладно, она еще ребенок, но ты-то о чем думала? – гневно спросила бабушка у Магды.

– О ней я думала! Ты так зациклилась на ее безопасности, что просто помешалась на этом! Она и так росла в отчуждении ото всех. У нее и друзей-то почти нет. Ты не давала ей ни с кем сближаться, боясь, что кто-то воспользуется ее доверием! Да ты даже сюда своего соглядатая отправила следить за ней! – обвинительно ответила Магда.

– Охранять, а не следить! – исправляет бабушка сестру. – И, как видишь, не зря!! Если бы не Фольсенг, она бы могла умереть еще раньше!

– Профессор Фольсенг? – изумленно воскликнула я. – Он следил за мной?

Вот так новость! Не зря у Максимилиана были сомнения на счет вампира и его желания преподавать.

– Он охранял тебя, – поджав недовольно губы, поправила и меня бабушка. – Я знала, что ты поступишь в Дорхемн, поэтому заранее нашла того, кто, не вызывая подозрений, сможет за тобой присмотреть.

– Не очень-то он справился! Ее все же отравили, – не удержалась от шпильки в адрес бабушки Магда.

На высказывание сестры бабушка лишь поджала губы.

Решив сменить тему, пока они не рассорились, я спросила:

– Что мы будем делать с Эсмирель?

– Ничего. Не нам тягаться с богиней! – категорично заявила бабушка, вызвав у меня волну негодования.

– Как это «ничего»?! Это из-за нее убили маму и отравили меня! Эта психованная стерва должна за все ответить!

– Амелия, она богиня! Понимаешь, богиня! Нам с ней не справиться. Пусть Арес сам разбирается с ней, – поддержала бабушку Магда.

– Теперь, после ритуала пробуждения, я смогу дать ей отпор! – самоуверенно сказала я.

После того как очнулась, я чувствовала, как сила во мне бурлит. Мне не было теперь равных по силе среди смертных, как нас называют боги. И я могла почти на равных тягаться с Эсмирель.

Сейчас ей так просто не удастся от меня избавиться!

– Я не допущу этого! Не позволю тебе рисковать! – упрямо стояла на своем бабушка.

– Мы рискуем, ничего не предпринимая! Она не оставит нас в покое, пока всех не уничтожит!

– Пусть Арес с ней разбирается. Он бог, и у него больше шансов с ней справиться, – вновь поддержала Магда бабушку.

Мне больше нравилось, когда они были по разные стороны. Против двух упрямиц было нелегко сражаться.

– Ареса уже однажды обвинили по ее вине. Где гарантии, что и сейчас богини не встанут на ее сторону? – задала я им вопрос.

– И что, ты решила пойти еще и против пятерки богинь? – хмурясь, спросила глава рода. – Ты хоть понимаешь, что они бессмертные создания, наделенные силой, которой нам, даже объединившись всем миром, нечего противопоставить? Это не наша борьба, Амелия! Я уже потеряла дочь и чуть не потеряла тебя. Я больше этого не допущу! Пусть боги сами разбираются в своих интригах!

– И как ты меня убережешь, если Эсмирель решит меня убить лично? – спросила я Валенсию де Костель. – Я понимаю твой страх. Мне тоже страшно. Но бездействие это не выход! Если ей удастся устранить Ареса, то ей никто не помешает прийти за нами.

– И что ты предлагаешь? – напряженно спросила меня Магда.

– Нам нужно подготовиться. Найти всю доступную информацию по богам. У них должны быть слабые места! Арес, например, потерял часть своих сил, став жить во плоти в нашем мире. Возможно, приходя в наш мир, они не могут пользоваться всей своей мощью?!

– И зачем Эсмирель тогда лично пытаться нас убить? Ты говорила, что у нее кто-то на побегушках в нашем мире есть. Отправит их по наши души.

Посмотрев в глаза Магде, задавшей вопрос, ответила.

– Затем, что ее рабы, коими она их считает, не смогут теперь мне противостоять. Ей придется самой явиться, чтобы убить меня. И тогда, если в нашем мире она действительно теряет часть сил, она станет не сильнее меня.

– А если нет? Если ее силы останутся при ней? Что тогда?! Она убьет тебя! – гневно воскликнула глава рода, оказываясь на ногах.

– Она убьет меня в любом случае, как ты это не поймешь?! – вспылила я. – Она не оставит нас в покое! Она не в себе.

– Супер! На нас охотится сумасшедшая богиня. Всегда знала, что наш род ждет славная смерть! – нервно усмехаясь, проговорила Магда.

– Твои шутки, сейчас неуместны! – рявкнула всегда ранее спокойная Валенсия де Костель.

– А я и не шучу. Просто радуюсь, что нас не ведьмы, стервятницы, изведут, а помешанная на нашем прародителе богиня. Такая смерть почетнее будет. От рук богини пасть не так унизительно. Не находишь? – издеваясь, ёрничая, парировала Магда.

– Прекрати ехидничать! Ведешь себя как ребенок! – устало ответила бабушка сестре.

– Так что мы решим? – снова встряла я в их спор.

Переглянувшись между собой, ведьмы нехотя, спустя десять минут, пришли к решению.

Было решено поискать информацию о богах и попробовать связаться с Аресом в его храме. Возможно, с его помощью нам удастся составить действенный план.

Обговорив все детали и решив утаить название яда, которым меня отравили, дабы не вызывать вопросов о моем чудесном исцелении, бабушка сняла защитный полог от прослушки, который незаметно установила как только я начала рассказ, про своё чудесное исцеление, и только потом позвала целителя.

После полного осмотра, наказав больше отдыхать и не перенапрягаться, меня отпустили.

Поспорив с бабушкой пару минут насчет моего немедленного отчисления, дабы избежать нового покушения, я смогла отвоевать право остаться в академии.

Я провалялась в беспамятстве пару дней, так что мне предстояло наверстать упущенное.

Чувствовала я себя прекрасно и была полна сил и планов.

Кое-как распрощавшись с беспокоящимися родственницами, направилась в свою комнату. Мне не мешало принять водные процедуры и смыть трехдневный пот с тела. Ну а после я собиралась связаться с Анетой и все ей рассказать. Она должна быть начеку, ведь Эсмирель может попытаться использовать ее против меня.

По этой же причине я решила обо всем рассказать и Самире.