Текст книги "Я (не) смогу тебе помочь (СИ)"

Автор книги: Леся Громовая

Соавторы: Татьяна Киселева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15

Пока ехала до посёлка, где жили Женька с Жорой, погода совсем испортилась. Снегопад усилился, и поднялся ветер. На трассе мело так сильно, что пришлось до минимума снизить скорость. И я с облегчением вздохнула, когда увидела нужный поворот. Ещё минут десять, и я буду в безопасности и в тепле. Женька сказала, что она уже включила сауну. Будем с ней в джакузи косточки греть, да винишком баловаться.

Очень хотелось расслабиться. Все эти истории с призраками, кроме удовлетворения, оставляли какой-то неприятный осадок на душе. С одной стороны, я знакомилась с хорошими людьми и была рада им помочь. А с другой стороны – я каждый раз сталкивалась и с довольно неприятными представителями рода человеческого. Взять того же Олега; молодой, красивый и даже где-то неглупый парень. А не нашёл для себя занятия лучше, чем заниматься обманом и шантажом наивных и влюблённых в него девчонок. Хотелось бы верить, что наш урок пойдёт ему на пользу.

Подъезжая к проходной, набрала ещё раз подругу: – Жень, я у шлагбаума.

– О хорошо, сейчас откроют, Вась. Я предупредила...

И действительно, вышедший из проходной охранник посмотрел на номер моей машины и открыл проезд. А у ворот меня ожидал Жора:

– Давай, загоняй под навес свою малышку, – сказал он мне, поздоровавшись и закрывая ворота. Я припарковалась, забрала вещи из машины и отправилась в дом.

– Давай сюда, – Жора догнал меня, отобрал сумки – Молодец, что выбралась к нам. Нормально доехала?

– Нормально. Ветер поднялся, когда я уже рядом была. Но снега на дороге много.

– Ничего, завтра выходной, а к понедельнику вычистят. Ты же не торопишься? Останешься у нас на выходные? – последние слова Жора произносил, открывая передо мной двери в дом. Отряхнув снег, вхожу и сразу же попадаю в объятия подруги.

– Васька, какая же ты молодец!

– О! Я только что где-то это слышала, – смеюсь я и наклоняюсь, чтобы приласкать скачущего возле ног Боню:

– Иди сюда, малыш. Соскучился?

Бонифаций мгновенно переворачивается на спину, давая себя погладить.

– Ох, ты ж, боже мой. Я тоже соскучилась по тебе Бонечка.

Я чешу корги пузико и всерьёз задумываюсь, не завести ли и мне такое же чудо.

– Вась, идём на кухню. Жора, мясо на гриле собрался жарить, скоро будем ужинать. И да, ты взяла переодеться или тебе что-нибудь дать?

– Взяла, сейчас переоденусь, – отвечаю я и иду в комнату. Ту, что занимаю всегда, когда гощу у Женьки. Мои сумки уже стоят здесь, Жора занёс и оставил на стуле. Достаю домашний трикотажный костюм, переодеваюсь. Потом в ванную, она в гостевой комнате своя. Умываюсь и иду на запах и говор.

Женька хохочет: – Не, Жора, даже не уговаривай! Моё дело – салатик порезать. Жарить мясо и шашлыки, это чисто мужская работа!

– Да я разве же против. Безусловно, жарить мясо, – лицо при этом у Жоры хитрое-хитрое, словно он имеет в виду совсем другое, – это дело настоящих мужчин. А вот купить любимому мужу пиво или бутылочку вина. Закупить это самое мясо. Разделать, замариновать, нанизать на шампуры, приготовить гарнир и посматривать, чтобы шашлык не сгорел, пока муж пьёт это пиво – это можно уже и женщине доверить.

– Погоди, погоди, – вступаю в разговор я, – если всё что ты перечислил, сделает женщина, то, что будет делать мужчина?

– Ну, я же сказал, – ржёт Жора, – жарить мясо и пить вино.

Женька шлёпает мужа полотенцем: – Фу, Жора, что за пошлые намёки. Смотри давай, похоже, мясо уже готово?

– Ребят, запах просто божественный! – сглатываю слюну я и сажусь за стол рядом с Женькой. Она наливает вино в бокалы, а Жора выкладывает на блюдо готовые стейки. Румяные, сочные, источающие божественный аромат, они вызывают у меня бурное слюноотделение.

– Боже, благослови того, кто придумал электрогриль, – смеётся Женька и, отправляя в рот ломтик мяса, зажмуривается от удовольствия. Я тоже щурюсь: – Жора, это просто бесподобно...

Мне комфортно сидеть рядом с друзьями, на душе легко и светло. Сижу, улыбаюсь, смеюсь над анекдотами, что травит Жора. И даже почти поддаюсь на уговоры, поехать вместе с ними, после Нового года кататься на горнолыжку.

– Жень, Алина же приезжает. Мы с ней и так редко теперь видимся, – вяло сопротивляюсь я.

– Ну, так и её с нами! Что, думаешь, моя крестница откажется на лыжах или сноуборде покататься? Мы домик забронировали, места всем хватит...

– Я спрошу у неё, если она согласится, то я только за, – сдаюсь, я, – ребят, а что за мясо, я не совсем поняла? Вначале думала – свинина, но жира совсем нет.

– Свинина, Вась, но молодая. Мы тут у фермера одного тушами закупаем. Если тебе надо, завтра съездим.

– Надо, то надо, вот только куда мне тушу?

– Ну, так он и на разруб продаёт. Завтра сгоняем, я у него как раз телятину заберу. Жор, а баранину брать будем? – спрашивает, улыбаясь у мужа, Женька.

– Не в этот раз, Жень. Слушайте анекдот в тему девчонки:

На улице грузин жарит шашлыки и кричит:

– Шашлык из барашек! Шашлык из барашек!

Его спрашивают:

– А из свинины есть?

– Слушай, этот барашек при жизни такой свинья был! Мамой клянусь!

Жора виртуозно обыгрывает акцент, мы с Женькой хохочем.

Покончив с ужином, перебираемся в сауну. Правда, посидеть долго не удаётся: после сытного ужина, да выпитого вина я разомлела в тепле.

– Васён, – вырывает меня из полудрёмы голос подруги, – пойдём-ка отдыхать, дорогая. Завтра после поездки ещё погреемся.

Я тащусь вслед за ней. Захожу в комнату и, сбросив с себя всё, падаю в кровать, отрубаясь на подлёте к подушке.

Утром просыпаюсь в прекрасном настроении, лениво потягиваюсь под одеялом. Но, учуяв запах кофе, залёживаться не стала, быстро привожу себя в порядок и иду на запах. Женька уже крутится возле плиты, а Жора подаёт мне кружку с кофе: – Вась, держи, сливки и сахар на столе.

– Доброе утро. О, спасибо! – добавляю в кофе сливок, залажу с ногами на стул и, щурясь от удовольствия, наслаждаюсь.

После завтрака собираемся с Женькой на улицу. Вроде как, пойти, выгулять Боню. Так-то пёсика с утра уже выпускали. Вот чем замечательно частное домовладение: выпустил собаку погулять во двор и спокойно занимаешься своими делами.

Одевшись, выходим на улицу. Ветер утих, но снег продолжал падать крупными хлопьями, и навалило его за ночь довольно много. Жора вместе с каким-то мужиком очищают дорожки, а мы выходим за ворота.

– Вась, придётся поездку за мясом отложить на завтра. Пока дороги не расчистят, нечего и соваться, ещё застрянем где-нибудь, – произносит Женька. Я согласно киваю и иду рядом с ней, наслаждаясь чистым воздухом и ослепительно-белым нетронутым снегом. И только за нами тянется цепочка следов. А снег всё сыплет и сыплет, превращая окружающий мир в снежную сказку. Всё кругом: заборы, дома и деревья, закутаны в белые шубки и пуховые платки. Особенно шикарно смотрятся ели, укутанные с ног до головы в пушистые и белоснежные одежды.

– Вась, а мы с Жорой решили малыша усыновить, – вдруг произносит Женька, – документы собираем. Школу приёмных родителей, начали посещать.

Я знала, что у Женьки и Егора были попытки забеременеть с помощью ЭКО, но они не увенчались успехом. Понимая, что для Женьки это очень болезненная тема, я старалась не лезть ей в душу, не расспрашивала. Но и не поддержать подругу я тоже не могла.

– Думаю, что это правильное решение, – произнесла задумчиво и добавила, – не знаю, как бы я со всем справилась, не будь у меня Алинки. Но наверное, это не так просто – усыновить младенца? Вы же совсем маленького хотите, я правильно понимаю?

– Да, хотелось бы кроху, но там такая очередь, – Женька вздыхает, – в общем, пока собираем документы. А уже там смотреть будем.

Мы какое-то время шли с ней, молча, думая каждая о своём. А потом зазвонил мой телефон, звонок был от Алинки, и я включила громкую связь.

– Мамулечка, привет, родная. Как ты?

– Хорошо. Вот с крёстной твоей гуляем, я в гостях у тёть Жени.

– Алинка, привет! Ты когда приезжаешь-то? – оживилась Евгения.

– Привет, тёть Жень. Я на двадцать седьмое билет взяла. Ждите, скоро приеду!

Пока разговаривали с Алиной, мы с подругой завершили круг и вернулись к дому. Жоры во дворе уже не было, зашли в дом и мы.

Жора, как оказалось, уже колдовал на кухне. После вкусного обеда расположились в гостиной, решив посмотреть какой-нибудь фильм. Жора настаивал на триллере, но так как нас было двое, то мы победили и включили комедию «Я худею». Сказать, что фильм уж прямо отличный, я не скажу, но посмеяться можно было.

Воскресенье нас порадовало чистым, без единого облачка, небом. Ближе к обеду, дорогу расчистили, и мы съездили к фермеру, как и планировали.

Закупив мясо, я засобиралась домой. Недаром ведь говорят: «Не было у бабы заботы, купила баба порося». Вот также и у меня не было заботы, купила мясо. Теперь же его переработать надо, чем я и занималась уже дома до позднего вечера. А в понедельник, с утра, пользуясь тем, что новой работы у меня пока нет, решила провести генеральную уборку перед праздником.

Глава 16

Включив музыку, я начинаю уборку с дочкиной комнаты, потом перехожу в свою спальню. Меняю постельное бельё, протираю люстру, тру дверки встроенного шкафа.

А потом, подумав, что надо бы достать коробку с ёлочными украшениями, лезу на антресоли. Вытаскиваю коробку, и из-за неё выпадает синяя пластиковая папка.

Странно, что она здесь делает?

Все документы лежат у нас в одном месте. Беру папку и вместе с коробкой тащу в зал.

Опускаюсь на диван, собираясь взять в руки свою неожиданную находку, как вдруг ощущаю на себе тяжёлый взгляд. Краем глаза замечаю, что в углу комнаты кто-то есть. Поворачиваю голову и вижу женщину в светлом пальто, лицо которой мне кажется знакомым. Как ни стараюсь, не могу вспомнить, где я могла её видеть. Может, просто на кого-то похожа, или сталкивались где-то в магазине, или в поликлинике, например.

Жду, что призрак для начала хотя бы поздоровается, но она молчит и только смотрит на меня, так, словно готова убить на месте.

Я не претендую на знание всех этих современных психологических тонкостей. И физиономист из меня не очень хороший, не разбираюсь я в намёках и выражении эмоций через мимику, но в данной ситуации могу с уверенностью утверждать, что чувствую ненависть во взгляде женщины.

От неё так и веет опасностью.

У меня даже сердце забилось сильнее, по телу пробежал озноб, а ладошки, наоборот, вспотели. Мне кажется, или реально в комнате значительно стало холоднее?

Почему от присутствия этой женщины я испытываю какой-то иррациональный страх?

Все мои предыдущие встречи с призраками не несли и сотой доли того ужаса, что испытываю сейчас. Да, довольно часто мне было не по себе. Я всё-таки живой человек, и мне свойственно бояться. Но на подсознательном уровне я чувствовала, что призраки зла мне не желают и вреда не причинят.

А от этой ещё довольно молодой и даже симпатичной женщины, я ощущала мощную волну негатива.

Зло в чистом виде. За что она так меня ненавидит? Где я могла перейти ей дорогу?

Не связано ли это каким-то образом с Максом? Вопросы один за другим возникали в моей голове, но я молчала и продолжала смотреть незваной гостье в глаза. Почему-то чувствовала, что не имею права сдаваться. Молчала и она, скривив в усмешке тонкие губы.

Я сдалась первая, не выдержав игры в молчанку: – Что привело вас в мой дом?

Женщина насмешливо фыркает и исчезает, оставив меня без ответа.

Неприятный осадок от встречи с ней не исчезает и после её ухода. А от чувства опасности противно крутит внизу живота.

Встаю и иду на кухню, ставлю чайник.

«Странная она очень. Ей бы лицо подобрее сделать, может, мне бы и захотелось ей помочь. Хотя не уверена, что этой даме требуется моя помощь. Понять бы ещё, за что она меня ненавидит, и что ей вообще от меня надо? Так, всё забыла, не было тут никого. Ну а, даже если и был кто, то меня это не касается! Это ей от меня что-то надо, а не мне, – мысленно уговаривала себя успокоиться. Не получалось. В голове огромными красными буквами мигала надпись: "Опасность!" Чёрт, чёрт, чёрт! Я не хочу больше видеть эту женщину! Не хочу, чтобы она приходила!»

Вот только кто бы ещё меня спрашивал, чего я хочу. Эти призраки всегда являются без приглашения. Не квартира, а проходной двор какой-то. Я, к своему сожалению, прекрасно понимала, что эта дама теперь от меня не отстанет, ведь ей же что-то понадобилось.

Не в гости же она пришла, просто на меня полюбоваться. Подумаешь, невидаль, человек, который видит таких, как она. Любопытный призрак, это что-то новенькое.

Понимать бы ещё, что от неё ожидать.

Знакомство с Димкой и бабой Глашей мне, показало, что призраки далеко не так беспомощны и безобидны в мире живых.

И если захотят испортить жизнь – могут сделать это на раз-два. Вот только бы вспомнить, где и при каких обстоятельствах я её видела. Лицо-то знакомое. За что она меня ненавидит? Что я ей сделала?

Наливаю большую кружку чая и достаю пачку печенья. Грею заледеневшие пальцы и пью.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Ненавижу такие ситуации, когда сама ничего не решаешь!

Дверной звонок разрывает тишину. Вздрогнула от неожиданности: кто там может быть? Вроде никого сегодня в гости не жду, а призраки, так те в звонок не звонят, так заваливаются.

Снова звонок.

«Какой громкий…» – промелькнула мысль, и я понимаю, что музыки нет. А когда и в какой момент она перестала звучать, я даже не заметила.

Иду в прихожую и открываю двери.

– Здравствуйте, тёть Василиса, а я, как и обещал, в гости пришёл. Держите цветочек, это вам, – Димка протягивает мне розовую герберу.

– Привет и спасибо. Надо же, ты в двери, – удивляюсь, я, – Ну заходи, рада тебя видеть.

«Ну вот, ошиблась. Не перевелись ещё культурные призраки…»

– Так я же обещал вас больше не пугать. Вот, выполняю своё обещание, – улыбается парень и вплывает в квартиру, а я, закрыв двери, иду на кухню. Беру вазочку, набираю в неё воду и ставлю цветок. Я рада появлению Димки, потому что мне было реально не по себе до его появления.

– Тёть Вась, что случилось?

– С чего ты взял, что что-то случилось?

– А у вас вид такой, будто вас из-за угла пыльным мешком по голове шарахнули.

Я хихикнула. Вот ведь, как скажет, хоть стой, хоть падай:

– Гостья тут у меня была до тебя. Из ваших она, ну ты понимаешь, о чём я, вот только странная очень. Мне показалось, что она меня за что-то ненавидит.

– Да, – задумчиво посмотрел на меня парень и как будто сразу стал старше, – и что сказала?

– Так в том-то и дело, что ничего не сказала. Смотрела только нехорошо, у меня даже мурашки от неё пошли, и в комнате как будто холодно стало… А когда я её спросила, что ей надо, то просто исчезла…

– Странно, холодно говорите, стало? – задумчиво проговорил Димка. А потом, спросив, – можно я погляжу, на неё?

Дождавшись согласия, прикоснулся к моей голове.

Через минуту он уже улыбался как ни в чём не бывало.

Ничего не сказал о том, что увидел. Но раз не сказал, значит, ничего страшного. Мне стало легче.

Димка, смеясь, поведал, что навещал Олега. Наш подопечный ходит на собеседования, пытается устроиться на работу. Перед Варварой он извинился, правда, смелости парню не хватило сделать это лично. Написал покаянное письмо в Контакте. Димка, тоже ему на компе сообщение настучал, чтоб не раслаблялся и помнил, что мы за ним следим.

Может, и будет из парня толк. Хотелось бы в это верить.

Кстати, Варвара мне вчера звонила, сказала, что договор с издательством она заключила.

Уходя, Димка сказал мне, что разузнает о моей гостье, и придёт, мне расскажет, что, да как.

Успокоившись, я вернулась в зал и наконец-то открыла загадочную папку.

Глава 17

Обычная, синего цвета пластиковая папка с файлами.

«Что же ты скрываешь, папочка, и почему лежишь ты на антресолях, а не среди документов. Такое впечатление, что тебя прятали от любопытных глаз. М-да, получается, тебя от меня прятали. Так что в тебе такое»?

Сразу под обложкой лежит небольшая записная книжка или даже скорее блокнот, я откладываю его в сторону, посмотрю его чуть позже.

И первый же документ приводит меня в ступор.

Я смотрю на договор купли-продажи жилого дома и ничего не понимаю. Дата покупки – за две недели до гибели мужа.

Максим купил дом.

Купил где-то за городом. Видимо, туда он и ездил в последнее время.

Слёзы наворачиваются на мои глаза, знать бы ещё, что это всё значит.

Мы не раз обсуждали с Максом о том, что неплохо было бы переехать жить за город. Моя работа позволяла это. Муж тоже спокойно мог перейти на удалёнку. Опыт такой уже был, когда организация ушла на карантин во время пандемии.

Я мечтала жить где-нибудь неподалёку от водоёма, чтобы иметь возможность бегать купаться в любое время, когда мне этого захочется. А Максим хотел поселиться рядом с горнолыжкой.

Он любил лыжи, любил скорость. Нам, к сожалению, удавалось выезжать не так часто, как хотелось бы. В последнюю зиму так ни разу и не съездили.

И вот он купил дом.

А я об этой покупке даже не сном и не духом.

Для кого он его купил? Кто там сейчас живёт?

Я переворачиваю файл, и следующие документы вижу уже сквозь пелену слёз.

Отложив папку в сторону, я плачу навзрыд. Вою, как раненая волчица, раскачиваясь из стороны в стороны.

Макс готовил мне подарок ко дню рождения.

Он купил дом, а затем оформил договор дарения на моё имя. В папке я обнаружила фотографии дома и участка. Договор и оплата за оказание услуг по ремонту помещений: чеки, квитанции, спецификации, чертежи.

В записной книжке список материалов и почти на последней странице:

«Не понимаю, что происходит. Откуда эта сосущая тоска, что я ничего не успеваю? До дня рождения Лисы ещё куча времени, и Матвей с братом точно успеют закончить ремонт в доме. Лиса спит, а я не могу. Утром отвезу последние материалы, и оставшийся отпуск проведу вместе со своими девочками. Поедем куда-нибудь, отдохнём.

Устал, с каждым днём мне всё тяжелее уезжать от Лисы. Какая-то тревога сжимает сердце. Может, я просто боюсь, что ей не понравится дом, что я купил для нас? Лиска, я надеюсь, что ты влюбишься в него, так же как и я. Может, не ездить сегодня? Чёрт, что ж так нехорошо на душе-то?»

Ослепшими от слёз глазами я смотрю на эти строки, написанные размашистым почерком, и вою, вою.

Ну, зачем ты поехал? Ты же предчувствовал, Макс!

Наревевшись досыта, я уснула. А когда проснулась, позвонила по номеру на визитке. Мне ответил приятный мужской голос: – Я вас слушаю!

– Добрый вечер. Меня зовут Василиса Леонидовна, я супруга Королёва Максима Владиславовича…

– Добрый вечер, вы что-то хотели, Василиса Леонидовна?

– Матвей Григорьевич, я вам звоню по поводу дома. Я так понимаю, ремонт уже должен быть закончен. Могу я подъехать и посмотреть?

– Да, конечно, ремонт уже давно закончен, я все отчёты, как и договаривались, сбросил на почту вашему мужу. Вот только Максим Владиславович, по какой-то причине не желает выходить на связь…

– Матвей Григорьевич, – у меня перехватывает горло, но я протолкнув комок, продолжаю, – Максим, мой муж, погиб в тот самый день, когда вы встречались с ним в последний раз…

– Простите меня, я не знал… Соболезную, – по голосу говорившего было понятно, что он растерян.

– Так мы можем завтра встретиться?

– Да, конечно. В котором часу вы подъедете?

Я предварительно посмотрела по карте и прикинула расстояние: получается, что мне ехать от дома примерно час.

– Давайте в девять, – говорю я.

– Отлично. Тогда до завтра, – прощается со мной Матвей Григорьевич.

В семь утра я уже на ногах. Принимаю душ, пью кофе, кладу в сумку папку с документами. Забиваю в навигаторе адрес дома и еду.

Доехав до места аварии, остановилась. Вышла из машины, положила на снег у обочины букет красных роз.

Плакала, что-то шептала, просила прошение.

– Родной мой, я буду всегда тебя помнить. Люблю, скучаю… Потом вытерла слёзы и, сев в машину, ещё какое-то время просто сидела. Потом двинулась дальше.

Странно, что в этом посёлке я раньше не бывала. Мне казалось, что мы объездили с Максом всю округу и катались на всех склонах. Но здесь не были ни разу.

Когда до посёлка под названием Нижняя Нёма оставалось километра три, то справа от дороги я увидела оборудованный подъёмником горный склон, с которого лихо скатывались лыжники. Ещё чуть ближе к Нёме тюбинговый спуск, где тоже развлекался народ.

В груди разлилась боль.

«Максим, Максим, ну как же ты так, родной»!

Сморгнула с глаз набежавшие слёзы, несколько раз глубоко вздохнула, и, немного сбавив скорость, продолжила движение. Дорога вывела меня на берег озера, на льду которого сидели любители зимнего лова.

Минут через десять я парковалась возле ворот, рядом со стоящим чёрным внедорожником.

Калитка была приоткрыта, и я вошла во двор. Передо мной раскинулась широкая поляна, окружённая с трёх сторон деревьями, а четвёртая сторона выходила к озеру. Особнячок довольно необычной формы и цвета стоял почти посередине. Дом был тёмно-зелёный, почти чёрный, и словно состоял из двух геометрических фигур: равнобедренного треугольника и прямоугольника. Одна из сторон треугольной части была полностью стеклянной и смотрела на озеро. Чуть поодаль виднелась беседка, от которой к озеру спускалась вычищенная от снега тропинка. Из трубы над крышей из профиля такого же цвета, что и стены, к небу поднимался столбик белёсого дыма.

Было тихо-тихо и очень красиво. Я пошла по дорожке к дому, с интересом осматриваясь вокруг. Решётчатый забор терялся среди деревьев, почти полностью сливаясь с ними. Тропинка подвела меня к крылечку в три ступени, и я, стряхнув с сапожек снег, поднялась на него. Постучав, открыла дверь. Мне навстречу откуда-то сбоку вышел высокий, широкоплечий мужчина с тёмно-русой шевелюрой и аккуратной бородкой.

– Доброе утро, Василиса Леонидовна. Как доехали?

– Доброе утро, Максим Григорьевич. Нормально доехала, дорога чистая. Машин мало. Ну что, покажете мне, что здесь и как?

– С удовольствием…

Максим надеялся, что мне дом понравится.

Его ожидания полностью оправдались. Я влюбилась в этот дом. Домик был двухэтажный, в треугольной его части, на первом этаже гостиная с камином и выходом на большую открытую террасу в сторону озера. В прямоугольной части прекрасно оборудованная кухня и ванная. На втором этаже две спальни с большими двуспальными кроватями, туалет и выход на полуэтаж в треугольной части, где прямо на полу лежал огромный, похоже изготовленный по спецзаказу матрас, застеленный бежевым шёлковым покрывалом, и множество разнокалиберных разноцветных подушек. Я сразу представила, как хорошо здесь будет лежать и читать книгу или смотреть из окна на озеро.

В доме был ещё подвал, где размещалось кладовая и бойлерная.

После осмотра дома сели перед камином на первом этаже.

Матвей Григорьевич ещё раз выразил соболезнование в связи с гибелью Максима. Мы обсудили с ним финансовые вопросы. Поговорили и по поводу охраны. Оказалось, Максим предусмотрел практически всё. У него был заключён договор с охранной фирмой, а сотрудники Матвея следили, чтобы дом отапливался и раз в неделю приходила уборщица.

Ну что же, Женька с Жорой приглашали меня на горнолыжку.

Конечно же, мы с Алинкой поедем. Вот только теперь не туда, куда позвали нас друзья, а сюда. В дом, который купил для нас Максим. И друзей позовём тоже.

Надо только позвонить Женьке, чтобы отменила бронь.