Текст книги "Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени (СИ)"

Автор книги: Леси Филеберт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Жаль, что я не умею поджаривать взглядом. Иначе сейчас всё вокруг пылало бы от моего праведного гнева.

– Как ты еще желчью своей не захлебнулся?

– А я ее излишки сцеживаю по утрам, – отмахнулся Эрик. – В общем… Не вижу в тебе никаких критичных изменений, легкий дисбаланс ауры… Просто будь пару дней осторожен с превращениями, учитывай, что можешь оборачиваться обратно не сразу.

– Мне стажеров надо гонять.

– Гоняй аккуратно, особо опасные вылазки пока подождут. Со стажерами спешить некуда.

Я тяжело вздохнул.

– Ладно, скажи лучше, с этим мне что делать?

Я закатал рукав рубашки и продемонстрировал золотистую печать на своем запястье.

[*про знакомство Эрика с его женой, и вообще про их историю любви можно узнать из моей отдельной книги "Стоять, бояться! Ревизор в академии". Для понимания контекста достаточно знать, что они действительно познакомились в шкафу]

– Руной-то она меня в самом деле наградила. Я все хотел спросить у тебя, как это свести, да то мне некогда было, то тебя было не выловить, то мы с тобой лишь на переговорах с салахцами пересекались.

У моего отца есть дар предвидения, недаром он теперь сидел всегда в приемной комиссии на отборе новичков в Генеральный Штаб: ему достаточно глянуть на новичка, чтобы понять, стоит ли принимать его в Штаб, и если стоит, то в какой именно отдел направить для максимальной эффективности.

В этом его пророческом даре был большой плюс. Но также был и минус, потому что он мог легко заглянуть и в мое будущее, и черт его знает, что он там мог разглядеть. Вот интересно, он в курсе, что мне тут пришлось в наручниках нервную ночку провести?..

Эрик очень долго и внимательно смотрел на сложный рунический рисунок на моем запястье. Хмурился, водил над рисунком кончикам пальцев. А потом вдруг откинулся на спинку кресла и в голос расхохотался.

– Очень смешно, умереть не встать, – буркнул я, одёргивая манжеты. – Делать-то мне что?

– А с этим надо что-то делать? Тебе не нравится?

– А должно?

– Ну быть прикованным наручниками к собственной кровати тебе не понравилось, что ли? Теперь у тебя есть официальное разрешение, так сказать, продолжать, хм, смелые эксперименты. Или неудобно было так спать, запястья натер? А я тебе говорил, что лучше брать наручники другой фирмы, там ремни помягче. Но ты меня не послушал.

Ага, всё-таки он в курсе. Чертов пророк, чтоб ему провалиться сквозь землю от своих знаний.

Дальше Эрик говорить не мог, так как был очень занят хохотом.

– Все с тобой ясно, – вздохнул я, слезая со стола. – Ты пока развлекайся тут, а я пойду думать, как избавиться от этой случайной брачной руны…

– Это не брачная руна.

Я остановился, не дойдя до двери, обернулся. С недоумением глянул на отца.

– В смысле? Я консультировался с нашим специалистам по рунами, да и Флора сказала, что…

– Ну, дело в том, что в некоторых древних магических традициях такую метку считали брачной, – пожал плечами Эрик.

– А такую – это какую? – спросил осторожно, опасаясь услышать ответ.

– Метку истинной пары.

Я стоял как громом пораженный. Наверное, я сейчас очень нелепо смотрелся с совершенно ошалелым выражением лица. Уставился на отца, как на сумасшедшего. Он шутит?

– Метку… Чего?

– Истинной пары, – с особым наслаждением и садисткой ноткой произнес Эрик. – В древних традициях некоторых потомков разных духов были такие, я видел подобную однажды.

– Но… Как?..

Честно говоря, слов не хватало, чтобы выразить охватывающие меня эмоции.

– Я так полагаю, что Флорианетта, пытаясь спасти твою Тень, старалась изо всех сил, но, так как была уже сильно вымотана ранее и была с довольно опустошенным магическим резервом, то ее желание спасти тебя вылилось в проявление метки истинной пары. То есть она вытянула тебя из бездны не столько своей силой, сколько, хм, невидимой связью между вами. Она невольно сделала ее видимой, – Эрик кивнул на золотистую метку. – А проявление связки истинной пары всегда сопровождается мощным выбросом энергии, которая и помогла Флорианетте вернуть твою Тень на место. Она, кстати, зря переживает, что не смогла поставить на тебя нормальную печать Денгера в качестве защиты от Одиноких Теней. Вот эта, именно эта древняя метка истинной пары защитит тебя не только от этих хищных тварей, но и от многих других напастей. Не знаю пока всего спектра защиты, но уверен, что он намного шире обычной защитной печати. Может, даже поможет проявить тебе какие-то новые для тебя магические способности… Тоже пока не знаю. А уж Флорианетта и подавно не знает, я так понимаю. Эта метка – это не привязка в физическом смысле, Морис. По сути, эта просто татуировка, которая со временем побледнеет и станет невидимой. Но это своеобразный знак, символ, указывающий на того единственного человека, который в теории является твоей идеальной парой по жизни, как в магическом смысле, так и… Эй, Морис, не ломай мне дверь!

Я тупо уставился на отломанную дверную ручку в руке. Даже не понял, когда и как ее выдрал.

Дышал я как-то очень тяжело, в голове был сумбур. Смотрел на отломанную дверную ручку и на свое запястье с переливающимся золотом рисунком метки. Не просто ошибочной брачной метки, как я полагал, а метки истинной пары.

Очуметь не встать.

– Ну и… что мне делать?

– Решай сам, – пожал плечами Эрик. – Это твоя жизнь, а не моя. Ты можешь игнорировать это и просто забить. Пойти развлекаться дальше в свое удовольствие, жить сегодняшним днем, как всегда это делал. А можешь открыться этому и дать шанс развиться чему-то большему… Что накладывает определенную ответственность, но от чего не захочется убегать. Истинная пара часто может показаться поначалу неким кармическим наказанием, о да. Но если копнуть глубже и позволить себе чувствовать…

Он посмотрел на своё обручальное кольцо на безымянном пальце, и его лицо озарила такая особенная светлая улыбка, которая появлялась всякий раз, когда он находился рядом с моей мамой, которую безумно любил.

Я всегда смотрел на родителей с удивлением и, наверное, с легким налетом зависти, потому что мне казалось странным и невероятным быть много лет с одним человеком и проносить теплые чувства к нему сквозь года. Которые не только не ослабевают, но даже приумножаются, вырастают во что-то новое, трудно поддающееся описанию. Но легко ощутимое в таких вот лёгких улыбках и теплых взглядах на обручальное кольцо. В каждом ласковом жесте, объятьях и переплетённых пальцах, пока оба готовят праздничный ужин для очередного семейного торжества и даже в процессе сервировки стола умудряются срывать с уст друг друга хулиганские поцелуи.

А я… Я никогда ничего серьезного по отношению к девушкам не испытывал. Да и не понимал, зачем связывать себя какими-либо обязательствами, если можно и так распрекрасно жить и не забивать себе голову лишними трудностями, проблемами. Я никогда не любил, не ревновал. Это же глупости – ревновать! Всегда так считал.

Однако вчера, на Водном Кордоне, я испытал бурю странных чувств, наблюдая за откровенными ухлестываниями Фьюри за Флорианеттой. И эти чувства, кроме как лютой ревностью, нельзя было идентифицировать как-то иначе.

Стоило себе признать: меня дико бесило, что Фло не была моей. Во всех смыслах.

А еще Флорианетта, кажется, была первой девушкой на моем пути, которую мне не хотелось тупо соблазнить, а хотелось… А чего мне хотелось?..

Такая изящная и невинная девушка… Я, кажется, боялся ее оттолкнуть слишком активными действиями. Привык быть резким, быстрым, прямолинейным. Но с Фло… С ней надо было как-то иначе.

– Ты привык быть легким озорным ветром, Морис, – негромкий голос Эрика застал меня уже на пороге его кабинета. – Но так ли на самом деле ты хочешь им быть?..

Ничего не ответил и захлопнул за собой дверь.

А в коридоре привалился к холодной стене и несколько раз тихонько постучал затылком об эту самую стену. Легче правда не стало.

Взгляд упал на золотую сережку с маленьким цветочком, которая валялась рядом на полу. Хм, кажется, это Флора так торопилась покинуть кабинет, что не заметила потери, я точно видел на ней это украшение.

Поднял сережку с пола, положил к себе в карман. Сам сегодня попозже верну и надену ее на Флору… Будет лишний повод прикоснуться.

Подумал об этом и недовольно поджал губы.

Морис, а с каких таких пор тебе нужен какой-то лишний повод?​​​

Глава 24. В предвкушении

[Фло]

Весь день я работала над списком потенциальных жертв Одиноких Теней. В архиве по распоряжению куратора мне выдали информацию по датам рождения всех инквизиторов Генерального Штаба, и я порядком зависла при взгляде на этот самый список. Он оказался весьма и весьма внушительным. Честно говоря, я не думала, что штат инквизиции настолько огромный. Даже если буду сидеть с утра до вечера и сверять даты рождения с лунным календарем, потрачу на это не один день. А лишних дней у нас, по идее, не было, потому что пока я тут даты сверяю, на инквизиторов могли совершить не одно нападение. Как бы ускориться?..

Размышляла обо всем этом, сидя за длинным столом в зале общей работы.

– Тебе нужна помощь? – услышала чей-то женский голос рядом.

Подняла голову и увидела перед собой миловидную женщину, от которой исходила ровная энергетика верховного мага. У нее были длинные черные волосы и красивая светлая улыбка. Одета она была в длинное платье свободного кроя, которое, однако, не могло скрыть интересное положение женщины.

– Флорианетта, верно?

– Верно. А вы?..

– Твой преподаватель по телепортации между мирами, чью первую же лекцию ты сразу же и прогуляла, – весело усмехнулась женщина.

Ага, значит, эта та самая Элизабет, до занятий которых я вчера не дошла. Подумала об этом своем прогуле и почувствовала себя неловко.

Наверное, мое смущение тут же отразилось на лице, потому что Элизабет добавила, глядя на мое виноватое выражение:

– Я в курсе причины, Морис мне сообщил, почему тебя не было. Также он сказал, что сам научил тебя переходу между мирами, так что, в принципе, мои занятия тебе особо не нужны.

– Да не сказала бы, что прям научил, – смущенно произнесла я, вспомнив процесс "обучения". – Но вернуться с Водного Кордона мне все же удалось.

– Вот именно. К твоему сведению, пока больше ни у кого из твоих одногруппников не получилось создать полноценный портал. Так что ты большая молодец.

Элизабет уселась напротив и придвинула к себе часть бумаг из архива.

– Что надо делать? Давай я помогу как-то ускорить процесс.

Я объяснила стоящую передо мной задачу, и мы начали сверять с лунным календарем штатные списки, разбив их по алфавиту.

Элизабет быстро поняла, что вдвоем мы прокопаемся долго, и лучше подключить как можно больше людей для максимально эффективного исполнения задачи. Поэтому она подозвала к нам других инквизиторов, околачивающихся в зале общей работы и шустро организовала целую толпу помощников, устроившуюся с кучей бумаг на нескольких столах. Чувствовался в ней хороший стержень руководителя. Мне кажется, я бы сейчас на ее месте не смогла так быстро всех этих матерых мужиков организовать.

– Как вы ловко с ними управляетесь, – невольно восхитилась я.

– Ну это же мужчины, милая, – улыбнулась Элизабет. – А их, как известно, надо держать на коротком поводке.

– Всех? – усмехнулась я.

– Конечно. Даже разных бездомных котов, которым так не хватает ласковой хозяйской руки, – подмигнула Элизабет.

Я заметила, что волшебники относились к Элизабет тепло, она тут явно была на хорошем счету. И молодые инквизиторы по-своему пытались проявлять заботу.

– Миссис Кларксон, может вам лучше отдохнуть? – спросил в какой-то момент один юноша из отдела разведки. – Мы тут и сами вполне справимся.

– Я в положении, а не при смерти, Брекстон! Я вполне бодра и полна сил, пока рано списывать меня со счетов! – смеялась Элизабет, не отрываясь от сверки списка с лунным календарем.

А я на мгновенье прервалась и удивлённо посмотрела на Элизабет.

Миссис Кларксон? Еще одна родственница Мориса? У них тут семейный подряд, что ли?

Мне было жутко интересно, но неудобно было спрашивать, правильно ли я поняла, что это мама Мориса.

Впрочем, любопытство мое утолил Эрик, который пару часов спустя пришел в зал и буквально с силой оторвал Элизабет от составления списков со словами "тебе сейчас нужно больше отдыхать", и, судя по его ласковым обращениям, это была его супруга.

С улыбкой поглядывала на эту парочку. Несмотря на их шутливые переругивания, от них так и веяло любовью, это нельзя было не заметить. Не знаю, кто там кого на коротком поводке держал, но у Мориса явно были хорошие родители.

Кстати о кураторе.

Мориса я за весь день нигде не видела, как и ребят из своей группы. А ближе к вечеру они появились в зале, взъерошенные и дико уставшие, но явно очень довольные.

– Ух, загонял нас сегодня куратор, – вздыхал Роджер.

– Где были? – поинтересовалась я, подмечая сильную "помятость" ребят.

– Осматривали дома инквизиторов, погибших от этих Одиноких Теней, – охотно пустился в рассказ Роджер. – Ведь большая часть жертв погибли не в Штабе, они были найдены мертвыми в своих квартирах. Куратор учил нас правильно сканировать помещения, чтобы мы умели опознавать и отделять отпечатки аур на предметах даже несколько недель спустя. У меня мозг чуть не взорвался!

– Это потому что он у тебя взрывается от малейшего перенапряжения, – хохотнула подошедшая Ханна. – Но вообще да, непростое дело оказалось. Но куратор здорово объясняет, под его контролем у нас отлично все получилось.

– Потом мы отправились изгонять нечисть на границе с Клорандом, – зевнул явно уставший Роджер. – Там действовать нужно было осторожно, клорандцы – народ воинственный, на границе с ними тормошить нечисть так себе удовольствие, ещё подумают, что это мы на них натравливаем. Ох и пришлось же повозиться…

– А ты чем занималась? – обратилась ко мне Ханна. – Морис сказал, что ты сегодня была занята по его поручению одним очень важным делом.

– Да я тут… – развела руками, показывая на бумаги, раскиданные по столу.

А я что? С документами весь день просидела, етить.

Нет, бесспорно, сейчас это было действительно важное дело, потому что вопрос надо решить как можно быстрее. Но увлекательным занятием точно нельзя было назвать.

Стало как-то немного грустно и, ну… обидно, что ли. Жаль, что Морис сегодня отправился муштровать группу стажёров без меня. Я бы тоже хотела принять во всем этом участие. А не сидеть тут часами за столом над кипой бумаг, как… как обычный секретарь, да.

Я пыталась улыбаться, но, слушая рассказы ребят, кисла все больше. Поэтому искренне обрадовалась, когда они ускакали утолять свой голод на ужин, а я под предлогом большого количества работы осталась в зале общей работы.

На самом деле я закончила составлять списки и уже даже передала их другим инквизиторам, чтобы они занялись подготовкой волшебников к вынужденной "эвакуации" на Водный Кордон. А сама просто смотрела в одну точку и рисовала бессмысленные узоры на полях блокнота. В зале общей работы уже никого не было – все либо убежали по делам, либо по домам, либо на ужин – я осталась одна, а потому вздрогнула, когда на плечо вдруг легла чья-то рука.

– А почему вы не идете ужинать, мисс Габруа?

Бархатный голос Мориса раздался над самым

ухом и заставил меня поёжиться.

Ох, не знаю, почему, но от одного только его голоса мне становилось не по себе. Сразу же сбивалось дыхание, и сердце начинало биться чаще.

– Вы сегодня какая-то грустная. Что случилось? – спросил Морис, тоже усаживаясь за стол.

Я неопределенно подернула плечом.

– Просто устала.

– Вы не умеете лгать, Флора.

– Нет настроения.

– Почему?

Я хотела отмазаться какой-нибудь ничего не значащей фразой, а потом в памяти всплыли недавние слова Эрика про то, что хорошо бы уметь свои мысли и эмоции выражать словами, через рот.

Подумала: в самом деле, что я, маленькая, что ли? Большинство проблем взрослых людей идет от неумения разговаривать друг с другом и выражать свои эмоции вслух.

Поэтому я все взвесила и сказала честно:

– Мне неприятно, что я сегодня весь день провела, зарывшись с головой в документы, а вы в это время обучали моих одногруппников всяким интересностям и полезностям. Я бы тоже хотела принять во всем этом участие, и сейчас меня переполняет досада и некоторая зависть, что ли. Понимаю, что сейчас нужно в первую очередь с проблемами инквизиции разобраться, убрать всех потенциальных жертв. Понимаю, что вы руководитель, и вам виднее, кого, как и где задействовать. Но также понимаю, что мне теперь, возможно, будет сложнее догнать своих одногруппников по результатам. Которые, возможно, в итоге окажутся такими низкими, что для вас это будет удобным поводом исключить меня из инквизиции. Как вы мне ранее и говорили: помогу вам разобраться с Одинокими Тенями, в потом вы радостно "вышвырнете меня в окно".

Ну вот, высказалась. Даже легче как-то стало. Хотя в горле все равно застрял дурацкий ком сдерживаемой обиды.

– Вот оно что, – негромко произнёс Морис. – Спасибо за честность, Флорианетта. Мне нравится ваша прямолинейность. Но давайте мы знаете что сделаем?

– Что?

– Забудем первый день вашего появления в Штабе, – усмехнулся он. – Сделаем вид, что не было ни сыворотки Фелкуса, ни моих громких слов про вышвыривание вас в окно.

– Ни моих помывок в вашей душевой? – невольно улыбнулась я.

– Ну это мы как раз можем не забывать, – хитро сощурился Морис.

Продолжил он другим тоном:

– Я человек эмоциональный, темпераментный. Мне проще выплеснуть эмоции сразу наружу, а не копить их в себе. На тот момент вы изрядно выбили почву у меня из-под ног. Я, знаете ли, к такому не привык. Обычно, когда мне что-то не нравится, я просто гаркаю на всех, и меня беспрекословно слушаются, а с вами все мои системы дали сбой.

Невольно усмехнулась и подняла, наконец, взгляд на Мориса. Он уселся напротив, навалившись на стол, и наблюдая за мной с теплой улыбкой.

– Вам сегодня было поручено выписать всех потенциально возможных жертв, потому что вы точно знаете, кого и как отбирать, и вам точно можно поручить контроль такого важного задания. Я уверен, что вы не допустили ошибки. У нас сейчас первоочередная задача – остановить все эти похищения Теней раз и навсегда. Всё остальное вторично и легко нагоняемо. А что касается результатов по сравнению с другими вашими одногруппникам… Мне не составит труда провести вам парочку индивидуальных уроков. Вы очень быстро улавливаете суть и обучаетесь быстро, так что…

И посмотрел на меня так двусмысленно, что у меня закралось смутное подозрение, а будем ли мы заниматься освоением магии на этих самых индивидуальных уроках?

– И вообще, по-моему, мне в итоге придётся под вас новый отдел инквизиции открывать, – задумчиво произнес Морис. – Теневой. И ставить вас его главой. Так что в моих же интересах скорее натаскать вас по базовым навыкам, а потом заставить вести лекции по теневому миру всей инквизиции.

– Вы серьёзно? – вскинула я брови.

– Да куда уж серьезнее, – вздохнул Морис. – Буду приходить к вам вместе с остальными, внимательно слушать и строить красивые глазки, чтобы мне поставили зачет автоматом. А вы будете вредничать и заваливать меня отработками. М-м-м, сказка.

Я рассмеялась, представив себе эту картину. Куратор тоже широко улыбнулся, не сводя с меня глаз.

– Кстати, я нашел вашу сережку, – неожиданно произнес Морис.

– Сережку? – я недоуменно посмотрела на украшение в руках Мориса и коснулась мочки уха, на которой в самом деле не оказалось серьги. – Ой… А я и не заметила, когда она упала…

– Вы очень быстро убегали от Эрика Кларксона, – улыбнулся Морис.

Я смутилась и хотела забрать украшение, но Морис неожиданно подался вперед, перегнувшись через стол и оказавшись очень близко.

– Позволите мне?..

Дожидаться одобрения он не стал и сам потянулся вернуть сережку на место. Да только он явно не ставил целью скорее вдеть ее в мочку уха, потому что его пальцы нарочито медленно убирали волосы в сторону особо ласковым жестом. Морис неотрывно смотрел мне в глаза, и этот взгляд гипнотизировал, заставлял мое сердце биться чаще.

– Не могли бы вы не склоняться надо мной так низко, господин инквизитор? – шепнула, когда Морис защелкнул сережку, но отодвигаться и убирать от меня руки не торопился.

– Могу. Но не хочу, – тоже шепотом.

Я судорожно вздохнула, боясь даже пошевелиться. Ощущая бегущие по спине мурашки от нежных прикосновений к уху.

– Ты вкусно пахнешь, – шепнул Морис, не отрывая от меня взгляда.

– Клубникой?

– Собой.

Ата-та, а голову-то как повело!..

Морис сейчас был так близко, а его рука ласково скользила по моей щеке…

– Что ты делаешь?..

– А ты как думаешь?..

Он подался вперед, и мои глаза стали невольно закрываться в предвкушении такого сладкого, и желанного, и…

– Мистер Кларксон! – раздался чей-то голос со стороны входа в зал общей работы. – Мистер Кларксон, отобранные инквизиторы к отбытию на Водный Кордон готовы! Ждем ваших дальнейших распоряжений!

Я вздрогнула всем телом и отпрянула от Мориса как можно дальше, снова уткнулась в свои записи, пытаясь изображать бурную рабочую деятельность. Покосилась на Мориса. У него было такое выражение лица, будто он был готов убивать этого несчастного инквизитора сию же секунду.

– Вас понял, Хлергис. Сейчас мы идем. А теперь скройтесь, пожалуйста, с глаз моих долой, как минимум до послезавтра.

– Опять? – удивился паренек.

– До конца недели, – добавил Морис убийственно холодным голосом.

– Вас понял, господин инквизитор! Будет сделано!

Хлергис умчался прочь, буквально сверкая пятками, и мы с Морисом вновь остались одни в зале. Да только волшебство момента было нарушено, и в воздухе повисла неловкость.

– Прибить его, что ли, – пробормотал Морис, нервно постукивая пальцами по столешнице.

– Чтоб не мучился? – невольно улыбнулась я.

– Чтоб меня не мучил.

Он смерил меня тяжелым взглядом и негромко заметил:

– Ты дышишь так часто, будто пробежала марафон.

– Это… ничего не значит.

Морис скептично хмыкнул.

– Ну разумеется.

Я поправила воротничок блузки и, все также не поднимая глаз на Мориса, быстро произнесла:

– Но надо бы нам уже закончить неоднократно начатое в более подобающей обстановке.

– Определённо.

Не смотрела на Мориса, но чувствовала, что он сейчас прожигает меня очень внимательным взглядом, пытаясь считать каждую эмоцию.

– Вечером? – уточнила как можно более непринуждённым голосом.

– В саду Куанны Рахунны на Водном Кордоне. После распределения инквизиторов на новом месте.

– Договорились, – боже, куда мне сейчас деться от смущения-то? – Постарайтесь выбрать более безлюдное место и подходящее время, господин инквизитор.

– Всенепременно. Если нам и в этот раз кто-нибудь помешает, я за себя не отвечаю.

– Согласна.

Мы разошлись в разные стороны: Морис – к выходу из Штаба, где его уже ожидали инквизиторы для отправки на Водный Кордон, я – в свою спальню, чтобы собрать некоторые вещи с собой и тоже отправиться на Кордон.

Пока шла, никак не могла избавиться от глупой улыбки, расползающейся по лицу.

Кажется, меня ждет свидание с куратором, и я совру, если скажу, что не жду его с томительным предвкушением.