Текст книги "Угадай кто папа (СИ)"

Автор книги: Лена Лорен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 21. Крис

В его глазах таилось неудержимое желание. Они мерцали ослепляющим блеском. Уверена, так же, как и мои собственные.

– Ты же знаешь, что я не смогу остановиться.

– Знаю, но тебе всё же придётся.

Тима замер. Она едва заметно кивнул и на выдохе прильнул своим лбом к моему.

– Хорошо. Извини, – охрипши сказал он и легонько поцеловал в щёку.

– Знаешь, ты слишком часто извиняешься.

Он ничего не ответил, но было видно, что я его расстроила, хоть он и пытался скрыть это от меня. Тима вернулся в гостиную и завалился на диван.

– Китайскую лапшу или пиццу закажем?

Я последовала его примеру и плюхнулась на диван рядом с ним.

– Гулять, так гулять! Заказывай всё, что захочется, – нацепила весёлую улыбку на лицо.

– Пойдём по-крупному? – поигрывал он бровями. – Если я съем всё, что закажу, то мне придётся остаться у тебя, иначе я не смогу встать.

– Оставайся, но только спать ты будешь здесь! – похлопала по дивану, на котором мы сидели.

– Договорились!

Через полчаса нам принесли ужин, состоящий из парочки больших пицц и двух порций китайской лапши. На кухне у меня не развернуться, поэтому мы разместились в гостиной на полу.

– Так и что обозначают твои татуировки? – спросила я, изучая его белую футболку, ткань её слегка просвечивала и эти тёмные пятна на груди так и не давали мне покоя.

– Да ничего особенного. На плече у меня символ вечной дружбы и четыре облика волков. Здесь размещена фраза на латыни, – он поставил коробочку с едой на стол и продемонстрировал татуировку вдоль локтевой кости, которую я даже не замечала, – Тут написано: «то сердце не научится любить, которое устало ненавидеть». Под сердцем у меня логотип моей хоккейной команды, а снизу фраза: «мне тебя никогда не забыть».

– Когда ты их сделал?

– Все, кроме последней, я набил сразу же, как только смог встать на ноги, – вдумчиво произнёс он, проведя пальцами под грудью, после чего вернул свой взгляд на меня, – последнюю я нанёс за день до того, как увидел тебя. Это было три года назад.

Сердце моё пропустило болезненный удар.

– Ты видел меня три года назад? – соскочила с места, удивляясь его словам. – Когда?

Он покачал головой и усмехнулся, возвращая в свои руки коробочку с китайской лапшой.

– Я приезжал к тебе, и долго стоял у твоего дома. В тот момент я понял, что хочу быть с тобой.

Он говорил правду, иначе в его глазах не отображалось бы столько разочарований.

– Ты передумал? – это был не вопрос, а, скорее, утверждение.

– Нет, ты была с парнем, – снова он усмехнулся, заставив меня покрыться неприятными колючими мурашками. – Он провожал тебя. Я понял, что слишком поздно что-то менять и не стал вмешиваться.

Бог ты мой!

– Почему ты не подошёл ко мне? – выпалив, таращила ошалелые глаза.

– Зачем?

– Как зачем? – мне стало невыносимо трудно дышать, ведь я осознала, что всё могло закончиться ещё три года назад.

– Ты была с парнем! Вы, блин, почти целовались у меня на глазах! – посмотрел он на меня с осуждением и отшвырнул от себя коробку с лапшой. Я будто вывела его из себя. – Мне что, нужно было встать в очередь?

– Что за бред? – недоумевала я, мне хотелось рвать на себе волосы, потому что я мысленно начала проклинать тот день. – Это был Сашка, наш с Костей друг детства. Я позвала его повидаться с братом, чтобы хоть как-то приободрить его. В тот момент ему, как никому нужен был друг, ведь после смерти Вики он напрочь всё забросил. Костя больше не возвращался в дом, где они жили. Он переехал к родителям и заперся в своей комнате. Я переживала за него, поэтому и решила позвать Сашку, чтобы тот вправил Косте мозги.

– Ну не знаю. Вы обнимались и выглядели как самые настоящие голубки, что тошно было смотреть! – состроил он недоверчивую гримасу.

– Слушай, мы всю дорогу домой вспоминали наше безумное детство. Неужели я не могла приобнять своего лучшего друга?

– То есть вы с ним не…? – сморщившись, он не решался договорить фразу.

– Нет! Я ни с кем не встречалась за всё это время! Я даже на свидания не ходила, не говоря уже о чём-то большем.

Он схватился за голову и задрал её кверху, будто взывал к Всевышнему.

– Я же просто уехал! Я думал у него серьёзные намерения, поэтому поджал хвост и свалил.

– Глупо, Тима! – строго выдавила из себя, не до конца соображая, что за чертовщина с нами происходит. – Почему ты не вышел из машины? Ведь всё могло быть по-другому!

– Потому, что был гордым.

– Вот до чего довела нас наша гордость! – дрожащим голосом сказала я.

Я понесла наши коробки с едой в кухню, чтобы Тима не дай бог не увидел моих глаз, в которых стояли непрошеные слёзы. Я хотела вернуть время вспять, всё исправить, но что я могу сделать? Ничего! Только пожинать плоды своих глупых ошибок.

– О чём ты? – выкрикнул он мне вслед.

– Ни о чём. Всё могло быть иначе, – находясь спиной к нему, я вытерла свои слёзы, подумав о сыне. – Если мы были бы честны друг перед другом, или хотя бы были немного умнее…

– Как думаешь, мы сможем исправить все наши ошибки?

Решив, что мне послышалось, я развернулась к нему лицом, но мне не послышалось вовсе. Тима ждал от меня ответа.

– Я не знаю, ты разве этого хочешь? – старалась я придать себе невозмутимый вид и говорить очень сдержанно, но внутри у меня уже образовалась буря из эмоций.

– Я бы попробовал.

Я поспешила вернуться к нему, чтобы присесть напротив. Мне нужно было отчётливо видеть его глаза перед собой.

– Можно как-нибудь поточнее выразиться. Просто, боюсь, я опять неправильно тебя поняла.

– Я мог бы начать всё с начала, – на выходе произнёс он, – с тобой.

– Ты сейчас не шутишь? – выкатила я глаза.

Казалось, реальность смешалась с фантазией, что теперь и не понять, где иллюзия, а где самая настоящая действительность.

– Нет, я серьёзен! Или ты этого не хочешь?

– Это для меня слишком неожиданно, ты многого обо мне не знаешь.

– Так зачем, по-твоему, я здесь? У нас впереди вся ночь, чтобы узнать всё то, что мы упустили.

– Подожди, давай подытожим! Я правильно понимаю, что ты хочешь, чтобы мы начали всё с начала?

Тима кивнул.

– Ты хочешь, чтобы мы начали встречаться?

Он вновь кивнул.

– Ты хочешь, чтобы я стала твоей девушкой?

Только он хотел снова кивнуть, как я пресекла его, выставив руки вперёд.

– Только не кивай, пожалуйста! Скажи это вслух, а то кажется у меня картинка трясётся перед глазами.

Может у меня давление?

Он подавил милую улыбку, вероятно, его забавляло моё взволнованное состояние.

– Да, Кристина. Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой, а дальше посмотрим.

Ох. Не потерять бы сознание от нахлынувших эмоций.

– Помнится, на Новый Год я загадывала себе всего лишь набор нижнего белья, а не мужчину, – заикалась я, в растерянности потирая лоб, мне слабо верилось во всё это. – Дедушка Мороз явно перестарался.

Тима был беззаботным, былое напряжение развеялось, а если оно и оседало у него где-то внутри, то настолько глубоко, что мне было даже незаметно.

Скорее всего, пока мы больше походили на друзей, чем на вновь образовавшуюся пару, но самое главное, что мне и этого было достаточно. Пять лет назад мы начинали с дружбы. Честно, мы пробовали стать друзьями, но никогда и ни при каких обстоятельствах мы не сможем дружить, ведь кому-то из нас, а может быть нам обоим рано или поздно станет этого мало. Как говорится, всё или ничего.

– Мне любопытно, что за благотворительный вечер?

– Всё довольно просто, – сказал он с загадочной улыбкой на лице. – Вот уже три года, как я анонимно устраиваю подобные мероприятия в России. Все собранные средства идут в фонд развития детского хоккея в стране.

– Так это ты инициатор всего этого? – разинула рот от такой приятной неожиданности.

– Да. Инициатор, организатор, – немного смутился он. – Только я нахожусь в тени, не хочу шумихи.

– Ты меня удивляешь. Так в который час будет проходить встреча?

– Начало в пять вечера.

Вот же засада! Как я сразу не уточнила о времени? Вчера ещё я не хотела идти на этот вечер, а сегодня же… Всё изменилось.

– Должна разочаровать тебя, но я не смогу пойти с тобой, так что ты зря купил мне то платье. Завтра мне нужно в Новокузнецк, к родителям, – раздосадованно ответила я, склонив голову.

– В понедельник я тоже планирую ехать в Прокопьевск, я мог бы тебя подбросить.

– Нет, в понедельник в обед я должна быть уже на работе.

– Возьми выходной! – он ласково накрыл мои плечи свои ладонями, чтобы я вернула взгляд на него.

– Я не могу, мне нужно работать над твоим интервью, – шутливо пихнула его в грудь. – Ведь кое-кто не ответил ни на один вопрос. Теперь придётся всё придумывать за тебя. Если кто-нибудь узнает, что я занимаюсь подобными вещами, то меня вышвырнут из журнала.

– Я отвечу на все твои вопросы, если ты возьмёшь выходной, а лучше сразу несколько!

Тима наперёд знал, что от такого предложения я не смогу отказаться.

– Даже и не знаю, меня точно уволят, – поджала губы, боясь, что он увидит на моём лице глупую улыбку.

– Не уволят! Я сам им позвоню. Скажу, что ты решила дополнить интервью парочкой каверзных вопросов, – самодовольно изрёк он, легонько приобняв меня.

– Ну раз ты считаешь, что твоя идея сработает, то я нисколько не против! – смущённо ответила. Я взяла его за руку и начала перебирать шершавые пальцы в своей руке. – Зачем ты поедешь в Прокопьевск?

– Повидаться с мамой, да проверить свою квартиру. Мама в ней жить не может. Нужно хотя бы удостовериться, что её никто не ограбил.

Ни разу не доводилось общаться с его мамой, и мне было ужасно стыдно, ведь я даже не знала, как её зовут.

– Почему же она не может там жить?

– Родители развелись и после развода отец запретил ей появляться на территории владений его собственности, – сказал он как ни в чём не бывало, но я была поражена услышать подобную дикость, поэтому даже ахнула. – Этот дом целиком принадлежит моему отцу.

– Какой ужас! – возмутилась я. – Так ты поэтому туда ни разу не приезжал?

– Лишь отчасти. Как бы банально не прозвучало, но дело в том, что всё внутри напомнило мне о тебе, я и шагу ступить не мог на порог своей квартиры, – сказал он опустив ленивый взгляд в пол. – Я изредка навещал маму. После развода она начала новую жизнь. Сейчас она замужем за хорошим человеком и счастлива, как никогда, в отличии от отца. Тот постоянно меняет женщин, и всё никак не может определиться что ему нужно. Слышал даже, что какая-то девица от него забеременела.

– Ох, – только и смогла выдохнуть.

– Я не видел отца вот уже четыре года. Он ни разу не навестил меня, пока я был в больнице, знаю только, что он оплачивал мои растущие счета за лечение. Видать, он решил, что потерял сына. Мой отец, как и многие, думал, что я не смогу оправиться от травм. Не смогу вернуться в хоккей, – громко фыркнул он, покачивая головой, ему было неприятно это вспоминать. – Он ведь мечтал, чтобы я стал именитым хоккеистом, а когда узнал, что это стало невозможным, решил отказаться от меня. Можно сказать, я поставил себе определённую цель, находясь на реабилитации. Я хотел доказать всем, и отцу в первую очередь, что рано ставить на мне крест, что я смогу не только встать на ноги, но и надеть на них коньки, и выйти на лёд.

Мне также неизвестны были его отношения с родителями. Я лишь знала, что они были далеки от идеала, отчасти из-за того, что отец частенько изменял Тиминой маме. И раньше его папаша плевал на семью, а теперь, выходит, он всё в своей жизни растерял: и жену, и единственного сына.

Хотя почему же всё? У него есть целый дом. Только вот толку от него никакого.

– Уверена, он сейчас кусает локти.

– Да мне всё равно. Как отец, он умер для меня. Я благодарен ему за прошлое и за то, что он оплачивал мои счета. Можно сказать, что это его заслуга, ведь я встал на ноги, но простить его я не смогу, – ему стало тяжело говорить. Тима сжал свои кулаки и стиснул зубы. – Я же его сын, а он даже ни разу не позвонил, не спросил, как я себя чувствую. Что он за отец такой, что даже не побеспокоился о состоянии своего ребёнка? Я же его единственный сын. Будь у меня сын, я бы сделал всё возможное для него, независимо от того какими бы были наши отношения.

У тебя есть сын, Тима! Скажу… скажу… но не при таких обстоятельствах.

– Так, хватит о грустном! – резко подскочила на ноги, лишь бы не продолжать эту тему. – Ты прибираешься, а я иду в душ. Время уже позднее, я привыкла к режиму.

Глава 22. Тима

Я спятил? Совершенно точно сошёл с ума.

Ради дурацкого пари решил пойти на чрезвычайные меры. Да я же со стопроцентной гарантией попаду за это в ад.

Хотя, если быть честным перед самим собой, то кандидатура Крис на роль моей девушки – самая подходящая за прошедшие годы. Я не видел своё будущее с девушками из мира шоу-бизнеса или индустрии моды. Всегда мечтал об обычной девчонке без лишних заморочек, какой раньше была Крис. В своё время я считал её идеальной.

Крис и сейчас подходит мне по всем фронтам, но захочется ли мне и дальше быть с ней? Почему нет?

Пока Кристина принимала душ, я занимался подготовкой спального места, которое любезно мне выделила хозяйка. Она утверждала, что не хочет спешить, впуская меня на свою территорию. Я с ней хоть отчасти и согласен, но держать себя в руках мне бывает крайне сложно. Посмотрим что из этого выйдет. Может быть её броня треснет раньше, чем взойдёт солнце. Я уже намеревался развалиться на диване, но внимание вдруг привлёк слабый звук, напоминающий знаменитую песню: “Ты – моя вселенная”.

Он доносился из-под пледа, лежавшего на журнальном столике.

Подняв плед, я увидел телефон Крис. По идее, мне бы не следовало совать свой нос, но любопытство взяло верх, и я одним глазком глянул на имя звонившего.

Некто по имени Тимочка настойчиво трезвонил Кристине. В такое-то время.

Хм. Странное совпадение. И репертуар у Крис уж больно необычный.

Как только она вышла из ванной, я не стал тянуть кота за хвост. Достаточно и того, что я был весь на нервах, пока ждал, когда же она споёт все свои любимые песни в душе и израсходует всю воду. Мне нужно было срочно выяснить что её связывает с этим чуваком.

Ненавижу, когда меня водят за нос! Чувство собственничества взыграло что ли, не пойму?

Так быстро. Сам от себя не ожидал.

– Тебе там Тимочка какой-то звонил! – сидя на диване, с деланым безразличием бросил.

Я не подавал виду. Изо всех сил старался запрятать свою подозрительность и уязвлённое самолюбие глубоко в себе.

Ещё слишком рано для сцен ревности, а меня уже распирает всего на части.

– Что? Ты… ты ответил на звонок? – чересчур возбуждённо подлетела она к журнальному столику и, схватив телефон, прижала его к груди.

Полный абзац!

– Нет, а разве должен был? – настороженно буравил её взглядом с головы до ног.

– С дуба рухнул? Конечно же, не должен был! Кто вообще отвечает на чужие звонки? – Крис покрылась красными пятнами, стала суетиться и тыкать в меня пальцем. – Это же мой телефон!

Она судорожно поднесла смартфон к уху и последовала в комнату, плотно закрыв за собой дверь. А я остался в одиночку вести нешуточную борьбу с зудом, образовавшимся у меня где-то в области седалищного нерва. Мне до жути хотелось приставить ухо к двери и подслушать, о чём будет вестись их разговор.

Ну надо же! Развелось Тим на одном квадратном метре.

– Так и кто такой Тима дубль два? – сидя на иголках, спросил, когда с извиняющейся улыбкой и мерцающим взглядом, то ли от слёз то ли ещё от чего, Крис вышла из своей комнаты.

– Это не дубль два! Это человек! Человек эм-м… С работы! – она вытаращила на меня свои блестящие глаза, будто и впрямь не предполагала, что последуют вопросы.

А как же иначе?

– Интересно, а с чего это ради на человека с работы у тебя стоит такая развесёленькая песенка? – жестом показывая кавычки в воздухе, с некоторым нажимом спросил я.

– Этот человек… с работы… он просто сам себе её выбрал. Только и всего.

Мне кажется или здесь попахивает ложью… Она врёт мне? Или же не стоит пока в чём-то её подозревать? Нет, я ей верю.

Но всё равно на душе как-то неспокойно.

Мне необходимо было сменить тему, чтобы мыслями не возвращаться к этому Тимочке и к её неоднозначной реакции.

– У меня для тебя есть маленький сюрприз, – растянул губы в задорной улыбке, протягивая ей бумажный пакет.

– Ух ты! Что там? – обрадовалась она словно маленький ребёнок.

– Открой, да посмотри.

С большим интересом и азартным взглядом Крис развернула пакет. Высунув кончик языка, она достала изнутри миленькую пижаму. Ничего особенного, просто я и раньше делал ей подарки с намёком.

Долго же я её выбирал. Всё гадал приглянётся ей или нет.

– Крести? – держала в руках белоснежную пижаму, на которой хаотично вшиты миниатюрные чёрные трефы. – Почему именно крести?

– Ну как почему? – вразвалочку подошёл к ней и заключил её в объятия. – Мы ставим крест на нашем прошлом и совместно двигаемся в сторону будущего.

– Чем тебя мои сегодняшние черви-то не устроили? – картинно надула губы, которые мне пришлось чмокнуть, лишь бы она не куксилась.

– Они устроят меня только тогда, когда мы перейдём определённую черту, к которой ты пока не готова. Да и я сам, – легонько щёлкнул по кончику носа.

– Ага! Прям так и не готов? – не смог не заметить нотки иронии в её звонком голосе.

Через некоторое время мы разбрелись по разным комнатам. Я хоть и жутко устал за весь день, но сна, как назло, не было ни в одном глазу.

Разум атаковали разнообразные мысли, в эпицентре которых была Крис.

Спустя два часа бесплодных ворочаний я услышал звук открывающейся двери напротив, а следом Крис бесцеремонно забралась ко мне под одеяло.

Я слегка прифигел. Аж дыхание перехватило, да волосы на загривке вздыбились от такой приятной неожиданности.

– Не спишь? – её нежный шёпоток обдавал мои губы.

– Нет, не могу уснуть, – ответил я охрипши.

– И я.

Она несмело завела руку за мою шею и аккуратно положила голову мне на плечо.

Какое же всё-таки приятное чувство. Я уже и позабыл каково это – ощущать собственную значимость наряду с душевным комфортом. Как дурачок самодовольно лыбился собственным мыслям, точно зная, что она всё равно этого не увидит.

– Может так нам получится уснуть, – крепче обняла она меня. – Спокойной ночи, Тимош.

– Сладких снов, куколка, – прижав к себе, оставил невесомый поцелуй на её макушке.

Какой же я всё-таки глупец.

Все глупцы, должно быть, сейчас надо мной насмехаются, ведь я опустился на самую низшую ступень в этапах эволюции глупцов.

Самое ужасное, что осознал я это только в двадцать четыре года.

Вечерние откровения Крис выбили меня из колеи.

Она любит меня. Всё ещё любит.

Когда я услышал её признание впервые пять лет назад, для меня это стало приятным шоком. Сейчас же, спустя время это ещё более не ожидаемо.

Люблю ли её я? Не знаю. Вряд ли я уже когда-либо смогу довериться девушке настолько, чтобы добровольно вручить своё сердце на растерзание.

Что касается пари, так оно отошло на второй план.

Хотя, почему на второй?

Завтра же позвоню Серому и преждевременно расторгну наше соглашение. Я признаюсь ему во всём. Как друг, он должен меня понять. Он ещё ответит мне за то, что травил её со своими дружками у меня за спиной.

Я, наверное, до самого утра не сомкнул глаз. Всё это время я прислушивался к едва уловимому дыханию Крис и вновь привыкал к теплу её тела.

Вру. Мне и привыкать-то не пришлось. Уже где-то через полминуты её объятия стали для меня чем-то особенным… чем-то родным.

Предложив ей начать всё с начала, я ничуть не лукавил. Я в самом деле хотел бы поглядеть что из этого выйдет, как далеко мы сможем зайти и в действительности ли нам по силам закрыть глаза на прошлые ошибки и постараться не совершать новых.

Но если она о чём-то не договаривает мне, то так или иначе я всё равно об этом разузнаю.

Я пять лет жил принципом не давать никому вторых шансов, но в данном случае никакой это не второй шанс. Это всего лишь неисчерпанный первый, поэтому я нисколько не противоречу своим принципам.

Вот мама очумеет.

При каждом удобном случае мама расспрашивала меня о Крис, пока я не соврал ей, заявив, что та выскочила замуж, лишь бы больше не напоминала о ней. Теперь мне придётся сознаться, что это была глупая шутка.

Ха-ха… Шутник из меня вышел никудышный.

Так, что-то я зашёл слишком далеко. Никогда не позволял себе заглядывать в будущее настолько вперёд. До встречи с моей матерью нам ещё жить и жить. Но, уверен на все сто, мама обрадуется тому, что я обзавёлся отношениями. Да ещё и с Кристиной.

Я вновь обрёл свою утерянную любовь. Я готов к ошибкам и ко всему прочему, только бы всё это привело к чему-то стоящему.