Текст книги "Угадай кто папа (СИ)"

Автор книги: Лена Лорен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 31. Крис.

Когда мы вернулись домой, было уже достаточно поздно. Я уложила Тимура спать, а сама же не знала, чем себя занять.

Знала только одно: настал тот час, когда все кошки мира, будто сговорившись, пришли по мою душу и начали скрести по ней, вынуждая меня включить телефон и не быть такой трусихой.

Даже если он позвонит, просто не нужно брать трубку. В чём проблема?

Я включила смартфон и первым делом набрала родителям на домашний.

– Дочка, наконец-то! – тревожно воскликнула мама. – С вами всё хорошо? Где вы?

– Мам, с нами всё в полном порядке. Мы остановились у Кости.

Мама шумно выдохнула в трубку, а затем выдержала напряжённую паузу. Вероятно, собиралась с мыслями, либо искала причину моему необдуманному поступку.

– Мы так волновались за вас! Что стряслось? Почему уехала из дома, ничего никому не сказав?

– Просто так вышло. Не хочу засорять твою голову своими проблемами, – как ни в чём не бывало ответила я, мечтая сменить тему.

– Это всё из-за него? Из-за Тимофея?

Как только услышала его имя, я вдруг впала в оцепенение. Будто бы через всё моё тело прошёл невидимый импульс. Он отдавался в висках сдавленной болью.

– Откуда ты знаешь? Он что, приезжал? – мой язык запинался от волнения.

– Да, дочка. Он заявился к нам сразу же, как только ты уехала. Он был очень подавлен. Вы никак поссорились?

– Ну-у-у… можно и так сказать.

Мама проворчала что-то в трубку, а это означало, что с меня сейчас начнут снимать стружку.

Я сползла по стене и присела на пол, готовясь к проникновенной обвинительной взбучке. Не успела я моргнуть, как её осуждающий тон со свистом добрался до моего сознания:

– Наши отношения когда-нибудь перейдут на тот уровень, когда ты сможешь делиться со мной своими секретами и проблемами? Я же хочу тебе помочь. Почему ты не рассказывала, что вы общаетесь?

Я зажмурила глаза, чтобы не расплакаться. Мне было стыдно признавать тот факт, что мама в который раз оказалась права. Я ведь с ней ничем не делюсь. Со всеми сложностями я привыкла справляться в одиночку. Старалась избавить родителей от этого и не перекладывать свои проблемы с больной головы на здоровую.

– Мам, прости. Я не хотела говорить раньше времени, – сказала я, шмыгнув носом. – Мне нужно было сначала проверить его реакцию, а уж потом я бы вам всё рассказала.

– Но что-то пошло не по плану…

Хоть это и не было вопросом, но тем не менее я поспешила ответить маме, обозначив тем самым, что мои проблемы с Тимой куда более глобальнее, чем кажутся на первый взгляд.

– Всё мама! Всё пошло не так, как я думала.

– Ты рассказала ему о Тимуре и он не поверил тебе?

Этот вопрос выбил меня и без того из разбитой колеи. Почему-то захотелось непременно вступиться за Тиму. Мне казалось, что он не стал бы так реагировать на подобную новость. Максимум я удивила бы его, но, думаю, увидев Тимура, он без лишних объяснений всё понял бы. Тут даже не нужен тест на ДНК. Сходство очевидное.

– Нет, с чего ты решила?

– Он откуда-то узнал. Тимофей спросил меня есть ли у тебя ребёнок.

Какого фига? Как он узнал…?

– Мама, пожалуйста, только не говори, что ты сказала! – предостерегающе выпалила я, скрестив пальцы на руке.

– С какой это такой стати я должна была молчать? Я не хочу лишать внука отца! – сердито начала она высказываться, повысив свой звонкий голос. – Ты просто обязана ему во всём признаться! Неважно, как он воспримет эту новость! Главное, чтобы у вас не было друг от друга тайн. А уж быть вам дальше вместе или нет – это уже ваше дело. Но твой сын имеет право знать своего отца! Так же, как и Тимофей имеет полное право узнать, что у него есть сын.

– Да мам, но он не сможет стать хорошим отцом для Тимура. Он же в постоянных разъездах, ему будет не до него. Мало того, рано или поздно Тима обзаведётся настоящей семьёй. Не думаю, что Тимуру понравится то, что его папаша и думать забудет о нём, когда у того появятся свои дети.

– Дочка, ты не можешь думать за него! Это моему внуку решать станет Тимофей хорошим отцом или же нет! Встань на место Тимура, хотела бы ты знать кто твои родители? Или ты предпочла бы прожить жизнь в неведении, имея только половину того, что по праву предназначено тебе, – мама осыпала меня упрёками, вот-вот я утону в собственных угрызениях совести. – Это несправедливо, дочка. Не поступай так с ними. Дай Тимофею шанс узнать всю правду.

Я боюсь! Боюсь, что он откажется от него! Я же не вынесу этого!

– Может ты и права. Но что мне говорить сыну, ведь когда-нибудь он спросит почему его родители не живут вместе как дедушка с бабушкой.

– Скажешь правду. Что в этом такого? Научись быть откровенной с ним. Тимуру не нужны твои выдуманные сказки и вечные игры в «Угадай, кто?» – с твёрдой уверенностью заверяла она. – Какая ни была бы эта правда, с ней можно смириться. Она не так больно ранит в сравнении с тем, какую боль ты причинишь сыну, если твоя ложь в результате вскроется.

По сути, всё, что говорила мама, было чистой правдой.

Если подумать, то мой обман рано или поздно выльется наружу. Сын возненавидит меня, и я потеряю не только Тиму, но и подорву доверие Тимура. Я не могу этого допустить.

– Хорошо, мам – прогнусавила я, мысленно уже выстраивая примерные наброски плана их предстоящего знакомства. – Обещаю, я что-нибудь придумаю.

– Не медли с этим! Объяснись с ними! – сурово пригрозила она для закрепляющего эффекта.

– Доброй ночи, мама. Я люблю тебя! – чмокнула я воздух. – Поцелуй папу за меня!

– Конечно, дорогая. Люблю вас обоих. Сладких снов!

Стоило только сбросить вызов, как телефон взревел, сигнализируя о новом входящем звонке.

А я ведь даже не придумала что сказать ему в своё оправдание. Некоторое время я не решалась брать трубку…. Чего-то боялась…

Рисковала в который раз оказаться обманутой им, но, в конце концов, буквально вынудила себя принять вызов, зарекаясь не верить ни единому его слову.

– Крис, ты слышишь меня? Не молчи только… – дошли до меня его слова, произнесённые сиплым голосом.

– Я слышу тебя, – нехотя прошептала я в ответ.

Точь-в-точь как и мама Тима с облегчением выдохнул.

– Слава Богу! Где ты? Я тебя везде обыскался!

– Я дома, – старалась говорить ровно и спокойно, но не могла совладать с дрожью в голосе.

Табун мелких мурашек пробежался по всему моему телу от одного только его голоса и от осознания того, что он меня искал всё это время.

– Зачем ты обманываешь меня? Ты не появлялась в Новосибирске, – уже сердито он мне предъявлял. – Я проверил все места, о которых только мог знать. Тебя и на работе не было. Алина сказала мне, что ты ушла на больничный. В чём дело, Крис?

Он беспокоился обо мне…

Нет, не может этого быть! Он, небось, снова что-то задумал!

– Чего ты хочешь? – с растущим раздражением спросила я, следуя своему правилу – не верить Тиме.

– Вы там в порядке? С вами всё хорошо?

Вы? Он беспокоится не только обо мне… Бо-о-о-же!

– Да, нормально, – тягостно вздохнула я.

– Хорошо! Крис, прости меня, что я так резко начал давить на тебя. Нужно было подойти к этому издалека. Просто я никогда и не подумал бы, что ты можешь скрывать от меня ребёнка. Для меня это было неожиданностью, мягко выражаясь.

Всё, что с нами происходит – одна большая неожиданность! Пора бы к этому уже привыкнуть! Хотя, кого я обманываю? Я и сама с каждым разом всё больше и больше удивляюсь его выходкам!

– Как ты узнал?

– Совершенно случайно. Кирилл вчера рассказал мне. Оказывается, полгода назад он видел тебя с Тимуром, прогуливающимися в парке.

Значит всё-таки Кирилл обмолвился мне именно об этом секрете. Но зачем ему понадобилось это дурацкое перемирие, раз он был уверен, что я подло обхожусь с его другом. И почему он не рассказал ему сразу же, если видел меня целых полгода назад.

– Не молчи, прошу тебя. Признаюсь, я болван. Мне следовало бы потерпеть ещё один день, – сдавленно проговорил Тима и испустил стон отчаяния. – Ответь мне честно, он от него? Тимур от Матвея?

Так вот, значит, что его волнует больше всего? А я-то уж подумала… Наивная.

– Честно? А что было бы, будь он от него? – в язвительном тоне спросила. – Ты бы ещё и плюнул в меня?

– Что за бред? Конечно же нет! Как тебе в голову могло такое прийти? Не знаю, как бы я отреагировал поначалу, но уж точно не стал бы отнекиваться от тебя! В итоге я смирился бы! – мне казалось, что ещё немного, и он начнёт орать на меня, осыпая очередной порцией упрёков. – Так всё-таки он его?

Давай же! Скажи ему!

– Нет, Тим. Он твой. Тимур твой сын, – я зажмурилась и втянула голову в плечи, ожидая последующей реакции, которая не заставила себя долго ждать.

Сначала я услышала глухой звук, напоминающий кашель, а затем вдруг раздался грохот. Ничего более, кроме того, что Тима свалился в обморок, мне не приходило в голову.

– Ух… Пф… Сын! Нифига себе! – растерянно он начал бормотать набор несвязных между собой слов, сопровождающимися невнятными междометиями. – Вот это да! Эм… Мой? Мой всё-таки! Да ладно?

– Не ожидал? Ещё вопросы будут?

Тима всё никак не мог прийти в себя, продолжая трепетать языком. Я уже подумывала отключить телефон и оставить его со своими эмоциями наедине, как он наконец соизволил заговорить.

– Могу ли я увидеться с ним? Он же знает обо мне? – вдохновенно начал было он, но с каждым последующим словом его тон становился всё более напряжённым, как будто он уже заранее знал мой ответ. – Крис, скажи, что Тимур знает обо мне!?!

– Мой ответ: нет! Нет! И нет!

– П-почему? – он был в полном недоумении от моего категоричного ответа. – Что, блин, произошло? Ты можешь мне объяснить?

– Произошло то, что ты подлец!

– Я не понимаю тебя.

– Включи мозги! Может тогда до тебя наконец дойдёт, что у людей есть чувства, знаешь ли, с которыми нельзя играться! – процедила я сквозь зубы, стараясь говорить как можно тише, чтобы не разбудить сына. – Ты моё бесконечное разочарование, а я так верила в наше будущее! Так верила, Тим!

– Ты меня пугаешь… Объясни прямо, пожалуйста, – встревоженно проговорил он. Почти уверена, что застала его врасплох. Поделом. – Почему ты разочаровалась во мне? Что я сделал, не пойму?

– Спор! Всё из-за спора! – воспылав гневом, выпалила я. – Ты поспорил на меня! Да как тебе в голову пришло спорить на живых людей?

Я снова услышала грохот, доносящийся из трубки, и понадеялась на то, что мой собеседник просто выбросил телефон, избавив меня тем самым от дальнейших никчёмных оправданий.

– Чёрт! Чёрт! Я убью этого Уварова! Я надеру ему зад! – взвыл он, зажав динамик телефона, но до меня по-прежнему отчётливо доходило каждое его слово. – Ты всё неправильно поняла.

– Начни с себя, Тима. Потому что Серёжа здесь ни при чём, – я желала, чтобы именно в эту самую минуту он своими глазами разглядел во мне осуждение, разочарование, и осознал, наконец, свою вину. – Это не он подкатывал ко мне, поддавшись азарту. Это не он вешал мне лапшу на уши ради выигрыша, и уж точно не Серёжа был со мной в твоём номере, чтобы поставить галочку напротив моего имени.

– Куколка, я придурок! На самом деле изначально всё так и было. Я ввязался в спор с ним, хотел лишь безобидно поиграть, но всё пошло не по плану! Я не был готов к тому, что всё в одночасье перевернётся с ног на голову. Мы не довели наш спор до конца. Я был вынужден спустить на тормозах сразу же, как только понял, что снова начал испытывать к тебе что-то…

И что, я должна сейчас растаять в лужицу?

– Я не верю тебе!

– Тебе придётся! – довольно хмыкнул он. – Потому что я планирую забрать тебя с Тимуром к себе. Вы будете жить со мной. Я хоть и нахожусь сейчас в лёгком недоумении, но, уверен, это скоро пройдёт, – он вобрал в лёгкие воздуха и на выдохе уже продолжил: – Крис, вы теперь моя семья. Это немного странно, особенно учитывая, что всего час назад я и представить не мог, что у меня есть сын-четырёхлетка, но знала бы ты как я счастлив слышать, что имею к нему отношение. Я сейчас же кое-кому позвоню и прикажу, чтобы нам оборудовали детскую.

Кажется, я начинаю таять. Так и до лужи недалеко…

Стоило услышать из уст Тимы заветные слова, как я вмиг позабыла о пари, о нарушенном обещании быть честным со мной и о том, что это была совсем не первая его подлость в отношении меня.

– Не утруждай себя, – старалась говорить сурово, подавляя растущую улыбку. – Я всё равно никуда не поеду с тобой.

– Поедешь, ещё как! – я слышала, что он говорил это с улыбкой. – Я же не отстану от тебя пока ты меня не простишь. Я стану твоей тенью, если потребуется!

Тебе не нужно быть моей тенью. Ох, и пожалею же я об этом…

– Ладно-ладно! Только имей в виду, я познакомлю тебя с Тимуром, но мы никуда не поедем с тобой.

Он неожиданно выкрикнул громкое: «Да», чем заставил меня улыбнуться впервые за прошедшие сутки.

– Пока мне и этого достаточно, но учти, только пока! Где вы сейчас? Откуда мне вас забрать?

– Мы ещё в Новокузнецке.

– Ужасно, что вы сейчас так далеко от меня, но, блин, это прекрасно, что вы стали ко мне намного ближе. Оставайся у родителей. Под утро уже буду в Новокузнецке, – решительно произнёс он, но затем вдруг замешкался. – И да, Крис, я безумно скучаю по вам.

– Ага. Доброй ночи, Тим, – быстро отчеканила я и сразу же отключилась.

Я побоялась сболтнуть лишнего. Например, сказать, что влюблена в него по уши.

Моему сердечку плевать на то сколько трещин на нём из-за него. Неважно, что ещё хотя бы одна малейшая оплошность и Тима разобъёт его вдребезги.

Глупая, глупая Крис! Как бы я не пожалела об этом в будущем.

Но я пожалела… Пожалела уже на следующий день.

Глава 32. Крис

Ранним утром мы уже были в родительском доме. Тимур игрался с дедушкой во дворе, пока я беспричинно тревожилась и терпеливо ожидала его новоиспечённого папочку. Правда, терпеливо – слишком громко сказано. Я вся издёргалась, восседая за кухонным столом и гипнотизируя окно, выходящее на центральную улицу, чтобы издалека заприметить его машину.

Каким-то образом я чувствовала, что Тима ещё далеко. Но я старалась отвлечься от тягостных ожиданий за разговорами с мамой.

Мы болтали о предстоящей поездке в Новосибирск, о долгожданном знакомстве. В красках представляли себе, как пройдёт их встреча, и даже сошлись во мнении: Тима будет в восторге от Тимура. Этот ребёнок не может не влюбить в себя с первого взгляда.

Сама же я не удосужилась предупредить сына о долгожданной встрече с отцом. Я даже подумывала о том, чтобы подойти к этой новости постепенно: через пару дней знакомства, или недель, или лет.

Я не хотела раньше времени его обнадёживать. Мало ли, может его папочка придёт к выводу, что погорячился с поспешным решением обзавестись семьёй.

Как выяснилось не зря я держала язык за зубами и не рассказывала сыну о его настоящем папаше.

Ближе к вечеру я места не могла себе найти. В голову лезли разнообразные мысли вплоть до того, что по дороге с ним могло приключиться что-то страшное.

Я судорожно сжимала телефон в руке, но гордость не позволяла мне и пальцем шевельнуть, чтобы отыскать его номер в списках контактов. В итоге я выбрала меньшее из двух зол: заняла себя за просмотром социальных сетей. Там-то я случайно и обнаружила снимок.

На фотографии, которая была обнародована глубокой ночью, красовался Тима. Весь из себя такой беззаботный, с обнажённым торсом, отпечатками красной губной помады на груди и взъерошенными волосами. Но самое отвратительное, что было на этом снимке – Тима страстно зажимал мою горячо любимую подругу. Они душили друг друга объятиями, лёжа на той самой кровати, на которой тремя днями ранее я провела с ним ночь.

Внутри меня зарождалась настоящая паника. К горлу вмиг поступила тошнота. Поджилки затряслись, окутывая тело неприятной дрожью.

Я не могла в это поверить. Боль и обида со скоростью света заполнили собой все потаённые уголки моей израненой души. Чувствовала, как дыхание спёрло. Я всё пыталась хватать ртом воздух, но лёгкие ни в какую не слушались. Они будто бы работали в полсилы, поскольку их так же предали, как и меня.

Нет! Тима не поступил бы так со мной!

– Дочка, знаю, совсем скоро приедет Тимофей, но раз ты ещё не сообщила Тимурчику, то, может быть, он съездит с дедушкой на тренировку перед отъездом? Пусть погоняет шайбу напоследок, а позже вы за ним заедете. Неизвестно ведь когда вы теперь приедете к нам. Боюсь, у вас появятся другие заботы, – громко сказала мама, чем вывела меня из оцепенения. Вздрогнув, я смахнула слёзы, крупными горошинами скатывающиеся по щекам. Мама обошла кухонный островок и в ужасе глянула на меня. – Что случилось? Почему ты плачешь?

– Ничего, мам, – пискнула, задыхаясь от собственных слёз. Я отвернулась от неё в надежде, что поймёт и оставит меня одну. – Давай потом.

– Что я тебе говорила? – метнула она на меня свой фирменный сердитый взор, нависая над моей сгорбившейся фигурой как скала. – Ты не должна держать всё в себе. От этого будет только хуже. Что произошло? Выкладывай сейчас же!

Тяжёлая голова безвольно упала на поверхность стола. Я накрыла её руками и всерьёз задумалась о лоботомии.

Я сделаю этой гадине лоботомию, если ещё хоть раз увижу перед собой её лживую физиономию.

– Мам, Тима обманул меня. Он не приедет.

– С чего ты взяла? Он тебе позвонил?

– Нет! Вот это говорит за него куда красноречивей, – продемонстрировала ей телефон, на экране которого всё ещё отображался ненавистный снимок. – Гляди! Это Тима и моя подруга… Теперь уже бывшая подруга. Судя по всему, они провели вместе ночь.

Мама озадаченно хмыкнула, с презрением глянув на фото. Она отложила телефон в сторонку и начала суетливо копошиться в шкафчиках.

– Вы разве договаривались о чём-то большем, чем о знакомстве с Тимуром?

– Он мне столько всего наобещал, – прогнусавила, корчась от горечи. – Он говорил о том, что заберёт нас к себе в Казань, назвал нас своей семьёй и при первой же возможности обо всём этом забыл, кувыркаясь с Алиной. А она? Как она могла пойти на такое, зная, что он для меня значит? Что он значит для Тимура… Это же какой-то дурдом.

– Выглядит всё довольно странно. Позвони ему и потребуй объяснений. Ты имеешь на это полное право, раз до этого вы вели такой многозначительный разговор.

Мама поставила передо мной кружку с тёмной жидкостью внутри, но, судя по запаху, на чай было мало похоже. Решив, что это алкоголь, я залпом выпила всё содержимое.

Облом.

Успокоительное, да и только. Алкоголя в этом доме точно не найти.

– Не хочу даже слышать его мерзкий голос. Если повезёт, то ничего, кроме оправданий я не услышу.

– Ты не думаешь, что между ними не было ничего? Это же просто фотография.

– Мне хотелось бы верить, но это уже не имеет значения. Я всё решила для себя, – с необычайной лёгкостью заявила я, пребывая под действием успокоительного.

Надо бы спросить у мамы что за чудодейственную жижу она мне подсунула и обзавестись такой же. А лучше сразу ящиком.

– Я бы на твоём месте всё разузнала прежде, чем делать поспешные выводы.

– Да, мам, но, к счастью, ты не на моём месте.

Спустя время мы отправились на стадион, где отец тренирует малышню, оттачивая базовые навыки за игрой в хоккей.

Тимур был счастлив в очередной раз посетить ледовую арену. Хоккей у него в крови, который передался ему от непутёвого папаши.

Я наблюдала за сыном с трибуны, за тем, с каким вдохновением он смотрел на детишек, что были постарше его. В этот момент по моим щекам непроизвольно покатились слёзы. Меня изводила одна-единственная мысль: а что если его родная мать не сможет переступить через свою гордость? Тогда Тимур никогда не будет гордиться тем, каким выдающимся хоккеистом стал его отец. Он никогда не сыграет на пару с ним, и Тима никогда не обучит его своим высококлассным хоккейным приёмам.

Никогда. Никогда. Никогда.

Если он не объявится сегодня, то у него больше не появится возможности увидеть своего сына.

Мне плевать.

Я тоже могу быть эгоистичной дрянью. Не одному ему топтать чужие души, смешивая их с грязью. Я так же уже разминаю свои конечности. Правило бумеранга ещё никто не отменял.

Пока я размышляла о скором будущем, телефон в сумке просигналил. Это было сообщение от моей коллеги: Кристин, ты это уже видела?

А следом за ним пришла ссылка на свежую статью в нашем онлайн-журнале. В ней говорилось о каком-то разоблачении.

Не успев толком ничего прочесть, я прокрутила статью вниз, где на снимке, сделанном специально для интервью, лицезрела нас с Тимой в обнимку.

В полнейшем замешательстве я начала вчитываться к текст статьи, борясь при этом с неконтролируемым потоком слёз.

«Шок! Известный хоккеист Тимофей Димуров хотел одурачить публику! У него почти получилось подсунуть фанатам фейковую новость о том, что он, якобы, встречается с никому неизвестной журналисткой Кристиной Феоктистовой.

Об этом нам поведала фотограф студии, где совсем недавно Димуров проводил сьёмку.

*** Рита, что вы можете сказать об этой парочке? Как понимаю, именно вы взаимодействовали с ними во время фотосессии.

– Да всё верно. Пожалуй, начну я с того, что на самом деле они не пара вовсе. Тимофей при мне выдумал этот сценарий для того, чтобы «подогреть» фанаток.

Всем нам известно, что любому мужчине нравится внимание к своей персоне. Они в восторге, когда вокруг них столько шумихи. Димуров оказался не исключением.

Я с полной уверенностью могу заявить, что во время съёмки между ними ничего не было. Никакой химии. Даже малейшей искры не вспыхнуло. Уж я-то точно знаю. Мне ежедневно приходится сталкиваться с подобного рода около любовными парочками. Я уже научилась с одного взгляда в видоискатель определять настоящие чувства передо мной или же хорошо сыгранные на камеру.

Взгляд, тактильный контакт с партнёром, элементарные прикосновения, всё это выглядит несколько иначе, когда между мужчиной и женщиной бурлит страсть и желание. Камеру ведь не обманешь, а меня и подавно.

Во время съёмки на свою партнёршу он не смотрел так, как обычно мужчина смотрит на женщину, если она ему хоть каплю интересна.

Также Димуров по секрету обмолвился мне, что Кристина Феоктистова не в его вкусе. Именно поэтому я должна была потрудиться на славу, чтобы в итоге фанаты уверовали и на десерт «съели» новость о его новом увлечении.

Но, видимо, не судьба.

Кстати, студию они покидали по отдельности. Это подтверждает мои догадки о том, что Феоктистова безразлична Димурову. Может, у неё что-то и есть к нашему красавчику, но, увы, это невзаимно.

*** Очень интересно! Да так, что мы всю ночь искали этому доказательства. И мы нашли. Нас заинтересовала свежая фотография ещё одной журналистки Алины Андрейченко, которую она опубликовала в своём инстаграм. На этом снимке видны куда большие чувства, нежели отснятые для нашего журнала.

Похоже, молодой холостяк всерьёз решил запутать своих многочисленных фанаток.

Сама же Андрейченко пока отказывается комментировать происходящее».

Что за развод? Это же клевета! Здесь каждое слово насквозь пропитано ложью.

Ещё никогда я не чувствовала себя такой униженной. С головокружительной быстротой меня закручивало в предательскую воронку, унося в зияющую бездну самообмана. Крошечная надежда, что теплилась внутри, разбилась на осколки о гнетущую реальность.

Тут мой список на лоботомию пополнился. Рита!

Я не выдержала и в первую очередь отыскала контакт Тимы своими дрожащими пальцами. Сердце колотилось, словно порывалось выпрыгнуть из груди и убежать от меня на его поиски. Но Тима не отвечал.

Тогда я засунула поглубже свою гордость и позвонила Алине. Она, к моему сожалению, взяла трубку сразу же, как будто ждала именно моего звонка.

– О, подруга, только хотела тебе звонить, – отозвалась она в трубку своим скрипучим голосом, отчего я непроизвольно сморщилась.

– Называй меня как хочешь, хоть полнейшей идиоткой, хоть набитой дурой, но только не подругой! – прошипела я, напрочь позабыв о том, с какой целью позвонила ей, но та, к великой досаде, напомнила мне.

– Ты уже знаешь, да? – сменила она тон, голос стал чуть слабее, даже жалостливее. Но это лишь фальшь, я убеждена.

– Да ты особо и не старалась это скрывать. Тебе совсем наплевать на мои чувства к нему, ведь так?

– Извини, тогда я об этом как-то не подумала. Я была пьяна, когда выставляла эту фотку, но, клянусь, я сейчас же удалю её.

– Не утруждай себя. Уже вся страна видела вас вместе! – злобно выдала я.

– Слушай, Кристи, всё вышло случайно, – начала она оправдываться, из-за выдержанных пауз между словами было заметно, как она старательно подбирала слова. – Он предложил подбросить меня до дома, я сразу же отказалась, но Тимофей просто настаивал. Ну, в итоге я согласилась. Но его планы изменились и он привез меня в отель. Мы поднялись к нему в номер…

– И ты, конечно же, пошла с ним!

– А что мне оставалось делать? Я хотела узнать его получше. Там слово за слово, и он полез ко мне целоваться, ну а дальше, он просто не смог…

– Остановиться… – на выдохе закончила я за неё фразу, мысленно проваливаясь в пропасть лжи и предательства. – Да, что-то похожее я уже слышала от него.

– Прости меня, пожалуйста. Мне ужасно стыдно перед тобой, – громко всхлипывала она и шмыгала носом. Она плачет. Плачь, дрянь. Так давись же собственными слезами. – Я сидела и думала, как тебе во всём признаться, но я тебе клянусь, что это было порывом и ничем большим. Правда, он зачем-то взял у меня номер телефона.

– Поздравляю! Это на тот случай, если захочет повторить! – выпалила я, громко смеясь. – Неприятно было пообщаться. И да, лучше не попадайся мне на глаза.

– Как, Крис? Мы же работаем вместе. Ну не будешь же ты из-за какого-то там мужика ставить крест на нашей многолетней дружбе?!

Такое чувство, будто ей тормозной колодкой по голове съездили. Откуда у неё могли возникнуть такие мысли?

– Мы уже не работаем вместе! И это не из-за какого-то там мужика, а исключительно по моей прихоти! Сделай одолжение, запишись на стерилизацию!

Поздним вечером я позвонила своей начальнице и, сославшись на срочный переезд, попросила об увольнении без отработки. Та сначала не хотела и слышать меня, но после моих откровений всё же пошла на попятную.

Мы были вынуждены вернуться в квартиру брата. Оплатив интернет, я занялась поиском новой работы. Обшарила кучу вакансий, пока не наткнулась на одно ничем не примечательное издательство, в которое требовался редактор текста. Я откликнулась на вакансию, отправив им своё небогатое опытом резюме.

Но на следующий день никто так и не позвонил.

Никто.

Целый день я провела в режиме автопилота, пялясь в стену и играя в ненавистное «Угадай, кто?»