Текст книги "Тимереки (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 31 страниц)
Кей и Рагнар держась за руки, подошли к Фанфарасу и по его указанию опустились перед ним на колени. На шеи им повесили ароматные гирлянды из цветов, её голову покрыли белым шелком, а их руки связали красной лентой. Один из пилигримов достал что-то вроде флейты и тихо заиграл незнакомый, но трогательный мотив. Из ладоней Фанфараса ударило два ярких луча, освещая молодую пару. Неизвестно откуда налетел ветерок, и с неба упало несколько капель теплого дождя, освящая их союз благословлением свыше. Теперь Фанфарас обратился именно к ним, громко произнося каждое слово, чтобы его могли услышать притихшие тимереки и гости племени:
– Сейчас в присутствии людей, вы дадите клятву, которую может разрушить только смерть. Ваши слова будут высечены в гранитной книге судеб и в ваших сердцах! Вы клянётесь хранить и оберегать вашу любовь, быть верными своему чувству, отрекаясь от предательства и лжи? Ты, Кей, клянешься дарить любовь своей души и тела только Рагнару, заботиться о нём на протяжении всей жизни в непогоду и в старости, быть рядом в радости и утешать в печали? А ты, Рагнар, клянёшься защищать свою любовь до последнего вздоха, дорожить и дарить счастье своей жене, продолжать свой род и мудро руководить своей семьёй, где главной будет любовь? Вы клянётесь боготворить друг друга, потому как вы сплетенное из душ и тел, единое целое, и есть высшее творение божественной любви?
Кей и Рагнар на его вопросы утвердительно кивали головой.
– Тогда скажи мне, Кей, согласна ли ты стать женой Рагнара? По своей воле ты берёшь его в мужья?
– Да.
– Рагнар, ты согласен взять себе в жёны эту женщину, принимая её как свою единственную любовь? По своей воле ты берёшь Кей?
– Ты мог бы меня об этот даже не спрашивать! – нетерпеливо ответил, улыбающийся Рагнар.
– С этого часа – вы муж и жена! – объявил Фанфарас. – Наденьте эти золотые браслеты, преподнесенные в подарок нашим племенем. А этой раскаленной, в священном огне, печатью, я скреплю ваш союз, оставляя знак на вашей плоти!
Кей слегка вскрикнула, когда он приложил пылающий метал к её плечу, оставляя на нем круглый след от ожога. Но силой своей магии, пилигрим тут же убрал боль, оставляя в их мыслях только радость.
– А теперь вы можете поцеловать друг друга!
Пока Рагнар нежно целовал Кей в губы, крепко прижимая её к себе, Фанфарас добавил:
– Любовь приходит сама, выбирая место и час. Её нельзя украсть, завоевать или навязать – она даётся свыше как награда, порой даже тогда когда ты её не ждешь и не надеешься. Любовь – это божественное состояние души, преисполненной неземным счастьем и тёплыми волнами глубокого океана нежности. Любви не нужно стесняться, бояться её или осуждать. Это чувство, которое, в конце концов, оказывается единственно важным в нашей жизни. Истинно любящий всегда выбирает верный путь! Искренняя и чистая любовь благословляется и оберегается высшей силой добра.
Они не стали дожидаться, пока Фанфарас закончит совершать обряды над всеми парами. Пусть это и было трогательно и красиво, наблюдать со стороны за другими, как соединяется любовь, когда сердце переполняется чувствами, а глаза слезами радости, но Рагнар и Кей больше не могли оставаться под пристальным наблюдением тысячи глаз. Их слишком огромное чувство и переполняющие эмоции, толкали их желанием уединиться, оставив весь шум и чужие взгляды в стороне, прислушиваясь лишь к биению своих взволнованных сердец.
Он поднял её на руки и понёс, удаляясь от площади, в сторону своего вигвама. Задернув полог, Рагнар обнял её за плечи, горячо прошептав:
– Я не могу прийти в себя! Ты, наконец, стала моей женой, Кей! То, что я увидел на твоих ладонях – сбылось, и я самый счастливый человек в этом мире! Я ведь говорил тебе, моя любовь, чтобы ты верила мне.
– И я как сумасшедшая верила тебе, мой герой! Ты моя загадка и мой свет, мой воздух жизни! Я не знаю, почему люди не умирают от любви, моё сердце вот-вот лопнет от счастья!
– Умирать от любви это жестоко, её нужно дарить друг другу, – улыбнулся он, целуя её в глаза. – Я так скучал по тебе, Кей! Ты снилась мне по ночам. Я снова хочу услышать как твои губы, задыхаясь от страсти, шепчут моё имя, я снова буду ласкать твоё тело, сливаясь с тобой уже как со своей женой. И этот рассвет мы встретим вместе, мне больше не нужно тайно под покровом ночи покидать твой вигвам. Я буду жить с тобой под одной крышей, засыпать и просыпаться рядом с тобой, каждый день видеть твои глаза и слышать твой смех! Ты можешь мне сказать, почему я так тебя люблю?!
– У меня даже нет предположений, – засмеялась Кей, – Мне очень хорошо с тобой, Рагнар, так хорошо, что моя душа, наконец, успокоилась и я боюсь спугнуть это счастье! Я люблю! Люблю тебя! Наша мечта сбылась, и теперь нужно мечтать, чтобы мы ощущали эту радость до самой нашей старости, нужно стремиться к этому, нужно постараться сохранить этот трепет, чтобы и через сотню циклов, ты смотрел на меня вот так же! Поцелуй меня!
Её тело начало таять под его жаркими ладонями, отдавая и получая любовь. Он дарил ей свою страсть не спеша, с удовольствием погружаясь в сладкую истому, упиваясь торжеством её благодарного тела. Кей отдавалась ему полностью, она вложила ему свою душу, своё сердце, пуская его в своё сознание, срывая стоны с его волшебных губ. Рагнар чувствовал её, он знал о каждом её потаенном желании, исполняя прихоти любви, заставляя каждую клеточку её тела кричать от искрящегося и бьющего фонтаном чувства.
Они любили друг друга и больше не было преград! Они выстрадали эту награду, доказав всему миру, что достойны такого счастья. Они излучали свет, давая надежду и вселяя веру в поникшие души. Они дорожили даром, который несли друг для друга, они дышали друг другом, молясь небесам с благодарностью.
Эпилог первой части
Кей бегала возле возводящейся каменной стены крепости, останавливая каждого встречного. Акай сидел неподалёку на камне, с невозмутимым видом рассматривая свой новый меч.
– Я с ума сойду! Куда он мог пойти? Это огонь, а не ребёнок! Ялуна, где твой брат? Где Аядар? – Кей обняла свою пятилетнюю дочь.
– Что ты так переживаешь, будто он первый раз сбегает в джунгли! – подал голос спокойный Акай. – Ты мне скажи, он тебе случайно никого не напоминает? – вождь волков хитро улыбнулся.
– Да, напоминает! Но я не понимаю чему ты злорадствуешь, наш ребёнок пропал, а ты спокойно развалился у ворот!
– Мама, Аядар пошёл туда не один, он с Фанфарасом! Вскочил ему на спину, ухватился за гриву и поскакал в джунгли, – важно выговаривая каждое слово, проговорила Ялуна. – Смотри, папа идёт. Они возвращаются вместе с Мирадасом! Вот Мирадас расстроится, когда узнает, что Аядар умчался на единороге без него!
Уже издали Рагнар начал успокаивающе улыбаться, не сводя глаз с любимой жены. Восьмилетний Мирадас вприпрыжку бежал к ней на встречу, раскинув руки.
– Я бросил все дела, как только почувствовал твою тревогу! – проговорил Рагнар, поцеловав нахмурившуюся Кей. – Что здесь у вас произошло?
– Да вот, пока ты был на совете правителей, Кей растеряла всех своих детей, – усмехнулся Акай, потешаясь над тем, как она сердится.
– Почему ты забрал Мирадаса и не сказал мне об этом?! Я обегала всё селение, пока этот изверг, – Кей кивнула на Акая, – Не изволил сказать мне, где мой сын! Ялуна пошла играть с его детьми в прятки и уснула в густых кустах тротро! Мы замучились искать и звать её, ты же знаешь, как крепко спит наша дочь. А теперь Аядар! Без спроса, самовольно покинул нас, умчавшись в джунгли на единороге. Ну, вот как можно здесь оставаться спокойной?!
– Тише, тише, моё солнце! – Рагнар обнял жену и улыбнулся детям. – Всё ведь хорошо! Мирадас и Ялуна нашлись, а Аядар просто взрослеет. Он всё больше становится похожим на Алмира, его отец в таком возрасте был таким же. Не переживай, ему всё равно достанется от Акая, ты же знаешь этого старого хитрого волка! А если с ним Фанфарас то и беспокоится нечего! Ну, улыбнись! Давай лучше спросим у Мирадаса, где сейчас его брат.
Кей взглянула на Рагнара потеплевшим взглядом, в глубине которого, не остывая ни на секунду, светилась пламенная любовь. Она вздохнула и, наконец, улыбнувшись, обратилась к сыну:
– Скажи, мой родной, где Аядар, ведь ты лучше всех чувствуешь его?
Мирадас мигнул сиреневыми глазами, поправил за уши темные кудри и, пожав плечами, ответил:
– Это просто. Он в долине горячих источников, Фанфарас повёл его в тайную священную пещеру. Ну почему, мама, почему они не взяли меня с собой?!! Аядар не намного старше меня и вечно ему везёт больше!
Кей и Рагнар расхохотались, обнимая сына. Рагнар подхватил Ялуну на руки и закружил свою любимую дочь, с такими же красивыми серо-зелёными глазами как у её матери, от него она взяла только его терпение и вьющиеся как смола волосы.
– Мы счастливы! – завизжала Ялуна.
– Я с тобой полностью согласен, радость моя! Мы счастливы, потому что мы вместе и любим друг друга! Правда? – Рагнар с нежностью взглянул на Кей.
– С вами нельзя поспорить! – улыбнулась она в ответ.
– С нами просто нельзя не быть счастливыми, – заметил Мирадас, бросая хитрый взгляд на родителей.
Из-за рощи, во весь опор к ним мчался белый единорог с развевающейся на ветру гривой, неся на себе счастливого всадника.
– Мама! Меня посвятили в рыцари солнца! – радостно прокричал он, проносясь мимо.
– Вот видишь, ты просто придумала себе проблему, беспокойное твоё материнское сердце! Фанфарас отдаст жизнь за него, он оберегает наших детей. Ялуна тоже постоит за себя, ей передалась часть моей силы, а Мирадас защитит даже меня. Я убедил тебя? – Рагнар прижал её к себе. – Лучше скажи мне снова, как ты любишь меня, ночью я не наслушался!
– Меня окружают одни любимые хитрецы! Я вас всех очень люблю! И скажу по секрету, каждый день благодарю бога в храме Аша, за то, что он послал мне вас. Но сейчас не заговаривайте мне зубы, пойдём, поищем, куда пилигрим потащил Аядара, и заодно посмотрим на наш новый дом. Озин одаренный зодчий, этот синеглазый гений уже заканчивает кровлю нашего дома. Я не дождусь, когда мы всей семьей соберёмся под его крышей.
Часть вторая. «Рыцарь солнца»
Глава 18
Ашварум.
Фанфарас проследил за взглядом Рагнара и задумался. Поразмыслив немного, он всё-таки задал ему вопрос:
– Ты видишь в Аядаре Алмира, поэтому ты так сдержан с этим юношей?
– Почему вдруг ты меня об этом спрашиваешь? Разве я когда-нибудь плохо относился к Аядару? – Рагнар перевел взгляд с улыбающейся Кей, которая, шутя, вычитывала своего старшего сына, на пилигрима, который ни капли не изменился за последние двадцать циклов.
– Меня сложно провести, Рагнар, ты же знаешь. Я чувствую тебя, я вижу в уголках твоих глаз еле заметную обиду. Хотя я понимаю, что ты тоже человек и имеешь свои слабости и недостатки, но почему бы тебе не раскрыть своё сердце полностью для него?
– Это не обида, мне не в чем упрекнуть Кей, она любит меня, как и я её, и с каждым днём наша связь всё сильнее, но … где-то в глубине души, я знаю, что, глядя на Аядара, она вспоминает своего Алмира и любовь к нему тоже живёт в ней. Я не ревную, нет, просто чуть слабая горечь сохранилась ещё с тех времён, мне тяжело делить её с кем-то, слишком уж сильно я прирос к ней душой. Иногда я ловлю себя на мысли, что моя жена любит своего старшего сына как-то по-особенному, она слишком рвёт за него сердце что ли. По крайней мере, мне это заметно, хотя Мирадас и Ялуна никогда не видели этой разницы. Теперь Аядар вырос, стал мужчиной и он точная копия своего отца, каждой чёрточкой своего тела. Я тоже люблю его, как и вы. Я всегда старался быть ему хорошим другом, мы давно нашли с ним общий язык. Но я не вмешивался в его воспитание. Вы растили его волком, прививая ему любовь к погибшему отцу и не только к нему, к нашему миру, к народу Ашварума. Вы с Акаем вырастили достойного воина, научили его уважать всё живое и различать добро и зло, он действительно стал лучшим из тимереков.
– Тимереков давно уже нет, теперь мы один народ. Твои дети уже не разделяют в разговорах людей на племена. Ты ошибаешься, говоря, что он копия Алмира. Да он многое унаследовал от отца, но в нём живет неукротимый дух его матери. Аядар такой же смелый, вспыльчивый и упрямый. Посмотри на них, как они спорят – одинаковое выражение лиц и поворот головы. Аядар обожает мать, но в то же время пытается доказать ей, что он уже взрослый, чтобы самостоятельно принимать решения. А Кей считает, что лучше неё никто не знает, что нужно её детям.
– Меня тоже невозможно обвести вокруг пальца, старый хитрец, – усмехнулся Рагнар. – Я видел ладони Аядара и знаю, что вы замышляете. Ты только скажи мне, кто из вас наберётся смелости и скажет об этом моей Кей? Сразу предупреждаю – я брать на себя это бремя не хочу и не могу! Я уже заранее знаю её реакцию и не завидую тому смельчаку.
– А я все же надеялся, что мне удастся уговорить тебя. Только ты знаешь Кей лучше всех, и только ты можешь найти нужные и правильные слова. Рагнар, она послушает тебя!
– Нет! Потом она будет обвинять во всём меня! Будет говорить, что это я поддержал вас в этом сумасшествии! На самом деле я не понимаю, зачем ты хочешь отправить его в этот страшный мир?! – пилигрим почувствовал окончательную непреклонность в голосе жреца.
– Это его путь, – тихо обронил Фанфарас. – Этого не избежать, ты сам знаешь. Всё это время, с тех самых пор как он научился ходить, я обучал его, наделял своей силой и знаниями моих предков. Аядар силён и у него своё предназначение. В своей судьбе он сплетёт два мира, так же как и его мать. Мы победили зло, но не изгнали его насовсем. Зло будет таиться и копить силы, перетекая к нам то из одного, то из другого мира и готовиться к нападению, а мы в свою очередь будем очищать наш разум мудрыми знаниями и раскрывать свои души перед добром. В мире Кей, сосредоточилось очень много зла, там творятся страшные недобрые дела. Дети Кей могут проникать в тот мир, особенно Аядар. Я вложил в него знания его матери, всё, что мне удалось вытащить из её сознания. У божественной справедливости, у всепроникающего Аша везде есть свои глаза и руки. В данном случае Аядар будет этими руками, ему нужно выполнить одно поручение и найти свою судьбу.
– Но с тех пор много воды утекло! Мир Кей изменился! Как Аядар будет ориентироваться среди скопища зла? Почему именно его выбрали пилигримы? Он самый молодой из рыцарей солнца! – во взгляде Рагнара сквозила тревога. Он требовательно приподнял бровь, продолжая краешком глаза следить за женой.
– Мы пилигримы, не можем проникнуть в тот мир, а кое-кому там срочно нужна помощь. Это было предначертано. Аядару нужно пересечь грань миров и отдать дань миру его матери. – Фанфарас тяжело вздохнул. – Что ж, видимо мне самому придётся сказать ей об этом. Но ведь ты же не сомневаешься, что Аядар справится и выдержит это испытание? Он ведь возвратится с победой?
– Ты сам прекрасно знаешь, как тонка грань между жизнью и смертью и насколько непредсказуемо бывает зло! Я видел на ладони Аядара великую судьбу, множество путешествий и опасных приключений, подвиги и смертельные схватки. Что ты хочешь услышать от меня?! Я всем сердцем надеюсь, что мальчик справится, оставаясь таким же великим и благородным до глубоких седин, я буду молить за него Аша. Но, как и любого человека меня охватывает тревога за него! Он ведь будет там совсем один, в чужом незнакомом мире. Ты даже не представляешь себе, что скажет на это Кей! Вы разобьёте ей сердце!
– А ты на что тогда? Не хочешь приносить тяжелую весть, возьми на себя хотя бы роль утешителя. Я буду незримо путешествовать вместе с Аядаром. С ним будет мой рог, он будет под защитой нашей магии. Я ни капли не сомневаюсь в моём мальчике. Нет, уже не в мальчике – в мужчине-воине!
Рагнар улыбнулся, направляющейся к ним Кей и вопросительно взглянул на Фанфараса.
– Что это вы стоите здесь с такими серьёзными лицами заговорщиков? – бодро проговорила она.
Годы мало изменили её, добавив ей разве что немного морщинок в уголках глаз. Правду говорят, что когда человек живет любовью – он не стареет. А Кей была окутана любовью, она получала и отдавала её сполна. Чего только стоил боготворящий её Рагнар и обожающие её дети! Они вдвоём с Рагнаром стали старше, мудрее, выдержанней и спокойней. Хотя лоск молодости и спал с их лиц, а на лбу проявлялись морщины заботы, но до седых волос было ещё далеко, в их взглядах сквозило ещё столько молодого задора и оптимизма, их страсть оставалась всё такой же яркой, как и при первом прикосновении. С годами не только Рагнар, но и Кей научилась чувствовать его с полуслова или на расстоянии. Поэтому, подойдя к мужу, она тут же ощутила его напряжение.
– Вы оглохли или соображаете, как меня обмануть?
– Что ты, любовь моя! – Рагнар прижал её к себе, снова бросив поверх её головы взгляд на пилигрима. – Мы обсуждали дела города, мелкие проблемы. Никто не собирается от тебя ничего скрывать!
– Пожалуй, пойду, поговорю с Аядаром, – как ни в чём не бывало, проговорил Фанфарас, оставляя Рагнара в замешательстве.
– Муж мой, хоть ты и обладаешь страшной силой – я все равно вижу тебя насквозь! – Кей уперлась руками в бока, подозрительно смерив его усмехающимся взглядом. – Мне не положено о чём-то знать?
Рагнар вздохнул, подняв глаза к небу:
– Как раз об этом мы и говорили. Послушай, я оттягивал этот момент как можно дольше, но теперь, видимо, уже всё решено. Я не хотел быть этим несчастным, но этот конь всё равно меня обхитрил! Кей, знай, я не поддерживал этой затеи, но …
– Ближе к делу! – её глаза сузились в две зелёные щели.
Рагнар потер себя по лбу, собираясь духом:
– Речь шла об Аядаре. Его судьба начертана на его ладонях. Я знаю судьбы наших детей, но никогда подробно тебе об этом не рассказывал, и сейчас не очень хочу. В общем, Аядар должен отправиться в твой мир и это неизбежно! – выпалил он.
– Что?!! – Кей кинулась к нему, уцепившись ему в плечи. – Что ты сказал?! Рагнар, милый, ты пугаешь меня! Скажи мне, что это дурацкая шутка!
– Я такими вещами никогда не шучу. Успокойся, посмотри на меня, Кей!
Она отошла от него в сторону, отрицательно тряся головой и беспорядочно размахивая руками.
– Кому это пришло в голову? – выкрикнула она. – Постой, дай догадаюсь. Это, конечно же, Фанфарас! Я … я … не знаю, что я с ним сделаю! Это полный бред, это идиотизм. Зачем посылать моего ребёнка на гибель?!! Держи меня, иначе я за себя не ручаюсь! Сейчас же найду их обоих и вытрясу из них душу. Я настрою против них Акая! Рагнар сделай что-нибудь! – Кей начала метаться из стороны в сторону.
– Я пытался поговорить с пилигримом, но это бесполезно. Такова судьба Аядара – отдать дань твоему миру. Высшая справедливость посылает его протянуть руку помощи. И ты его не удержишь. Ты же знаешь своего сына, если ему вбилось что-то в голову, его трудно остановить, вернее невозможно. Он уже не ребёнок, Кей. Аядар мужчина, он воин – это первое серьезное испытание для него. Куда ты собралась бежать?
– Ты не сможешь меня убедить! Я хочу поговорить с ним!
Кей побежала догонять Фанфараса, а Рагнар пожав плечами и снова вздохнув, пошёл следом за ней.
– Только не надо притворяться, что ты не знаешь, о чём я с тобой хочу поговорить!!! – Кей дернула за рукав пилигрима, которого, наконец, догнала.
– Догадываться и не нужно, этот ужас написан у тебя на лице.
– Объясни мне немедленно! Тебе не отвертеться, Фанфарас, куда ты задумал послать Аядара?!!
– Помоги мне, Аш! – Фанфарас весь съёжился, воздев глаза к небу, и ответил. – Это не я – это судьба избрала ему такой путь! Он должен попасть в твой мир и час уже настал. Аядар отправится туда, хочешь ты того или нет.
– У меня … просто нет слов! – Кей задохнулась от возмущения. – На голову не натянешь! Это же абсурд, Фанфарас! Как ты можешь такое допустить? Ты же любишь его!
– Люблю, поэтому и обучал его все эти годы! Кей, Аядар уже взрослый, ему, по-вашему, двадцать два года, он сможет постоять за себя!
– Какой кошмар! Ты понимаешь, что там ему не пригодится мастерство боя на мечах, метание огненных сфер и скачки на лошадях! Там правят другие законы и другие хищники! Как ты себе это представляешь?!! Он никогда не бывал в моей стране, он не знает языка и устоев того общества. Они сожрут его хотя бы за одну его внешность! Боже, за что ты решил погубить моего сына?!!
– Кей, перестань! – Рагнар поравнялся с ними. – Не смей думать о плохом! Этот хамелеон научил Аядара языку вашего племени, объяснил законы. В своих снах, Аядар получал знания о твоём мире. По твоей памяти, позаимствованной у тебя, он даже сможет найти обратную дорогу к твоему бывшему дому. На самом деле Аядар силён. Он крепок телом, отважен духом, он находчив и хитёр. Он сможет выпутаться из любой ситуации, иначе этого предназначения не было бы на его ладонях. Верь в это, моя любовь! Настало время отпустить его. Высшая справедливость боролась за нас, дала нам силы победить зло, теперь она просит помощи у нас. У твоего сына – он избран ею. Аядар не будет уважать себя, если ты не отпустишь его, если его мать постоянно будет контролировать его действия. Он вырос, Кей! Дай ему возможность доказать тебе, что он достоин памяти своего отца, чтобы ты и все мы могли гордиться им.
Плечи Кей опустились и она, закрыв лицо руками, заплакала, ища утешение на груди у мужа.
– Вот видишь, я же говорил, что ты лучше меня сможешь подобрать нужные слова, – шепнул Фанфарас. Рагнар бросил на него укоряющий взгляд, прижимая к себе, убивающуюся Кей.
– Я не могу принять это, – всхлипывала она. – Куда угодно, но только не в мой мир! Это жестокий и безжалостный свет. И кто знает, что случилось с ним за эти годы! Я не знаю, что со мной будет, когда я расстанусь со своим сыном.
– Ты будешь ждать его! – твердо произнес Фанфарас. – Я вижу, что происходит с тем миром, через людей побывавших тут. Им нужна наша помощь. Я дам все наставления Аядару и с помощью рога, буду охранять его там. Мы будет ждать его возвращения. Утри слёзы, Кей, иначе твой сын подумает, что ты сомневаешься в нём. Твоё мнение очень важно для него, он трепетно любит тебя. Верь в его силы, верь в его любовь и в силу высшей справедливости и тогда Аядар вернётся с победой, наполняя наши сердца радостью и гордостью.
– Вам мужчинам легко говорить об этом, вы всё время доказываете, друг другу свою доблесть и мастерство, бросаетесь смерти прямо в пасть, а нам женам и матерям нужно переживать тревожную разлуку. Вы даже не представляете как это тяжело! Я расстанусь с частицей своей души, потеряю покой. Я …, – Кей покачала головой, утирая слёзы. И не глядя ни на одного из них, развернулась и пошла в сторону дома.
– Пусть побудет одна, – задумчиво проговорил Фанфарас.
– Одна? Кто тебе это сказал! Ты что, плохо её знаешь? Она пойдет убеждать Аядара. Кей трудно остановить, в этом они действительно похожи. Она будет добиваться своего, пока у неё не закончатся аргументы. Просто так она не сдастся! – скептически заметил Рагнар.
Кей миновала главные ворота, охрану и повернула в сторону жилища Акая. Его дом находился недалеко от главной крепости возрожденного города. Акай по-прежнему возглавлял клан самых лучших охотников, они добывали мясо для основного населения.
На её удачу, вождь волков оказался дома. Он как раз о чём-то беседовал с Зои, когда вошла Кей.
– Что с лицом? – Акай смерил её внимательным взглядом.
– Ещё раз, здравствуйте, – Кей присела на край широкой лавки. – Я ужасно расстроена и пришла к тебе за помощью. Это касается Аядара.
Акай опустил глаза, нервно теребя в руках пустой колчан. Зои, как будто умышленно, вдруг выпорхнула из комнаты на голос дочери. Помолчав секунду с открытым ртом, Кей воскликнула:
– Так вы знаете! И давно? – её голос затрепетал натянутыми нотками.
Акай вздохнул и поднял на неё свои лиловые глаза:
– Давно. Ещё когда он был подростком, Фанфарас поведал мне о его судьбе.
– И ты вот так, … спокойно мне об этом говоришь?!! Акай, как ты можешь согласиться отпустить его?!! Он не может, он не должен покидать нас – он все, что осталось от Алмира. Он же ещё так юн!
– И что? Ты привяжешь его к своей юбке, и он будет бегать за тобой, как послушная собачонка? – Акай поднялся со своего места, опершись руками о массивный стол, возвышаясь над ней словно скала. – Нужно было тогда не отлучать его от груди! Мы отдали ему все свои знания, теперь пришёл его черед показать, на что он способен. Я горжусь им, ты это знаешь, даже больше чем своим сыном, но время отпустить Аядара пришло. Перестань шмыгать носом – такова наша родительская судьба и не останавливай его. Я уже дал ему своё благословление.
Не сказав больше ни слова, Кей выскочила на улицу и отправилась на поиски сына. Она долго расспрашивала, не видел ли кто Аядара, пока ей не указали в сторону храма. Аядар сидел на заднем дворе под раскидистым деревом, изучая какую-то деревянную табличку с надписями. Не оборачиваясь, он узнал шаги матери.
– Ты же мне вроде бы уже все сказала?
Кей присела рядышком с ним и тихо проговорила, печально лаская его взглядом:
– А я говорила, что очень люблю тебя?
Аядар поднял свои удивленные сиреневые глаза и уставился на мать:
– Мам, что случилось? Ты чем-то расстроена?
Она погладила его по короткому чёрному ежику на голове и обняла за широкие плечи:
– Я не расстроена – я убита. Сегодня мне, наконец, изволили сообщить то, что долгое время скрывали от меня. Фанфарас сказал, о твоем намерении отправиться в мир, из которого я родом.
Аядар на секунду опустил глаза и снова взглянул на мать:
– Мы знали, что это тебя расстроит, но мама. Мамочка! Посмотри на меня, кого ты видишь перед собой?
– Дерзкого мальчишку!
– А если серьёзно? Отодвинь свои материнские чувства и взгляни на меня со стороны!
– Я вижу перед собой красивого юношу, – Кей улыбнулась.
– Мама! – Аядара нахмурил свои изогнутые брови, опуская пушистые темные ресницы.
– Да, ты уже взрослый. Такой взрослый, что можешь махать мечом, отсекать головы и заводить детей. Но я всё равно не понимаю, почему бы тебе не совершать подвиги в этом мире?! Я согласна, ты крепок, мастерство воина у тебя оттачивали с самого детства, ты умён, потому что Фанфарас фанатично закармливал тебя знаниями, ты благороден и отважен, потому что пилигримы прививали тебе качества рыцаря, ты добрый, честный и весёлый, потому что я вложила в тебя душу. Да, ещё забыла, ты у меня очень правильный, потому что к тебе приложил руку твой дядя Акай. Но скажи, зачем тебе лезть на это острие меча и балансировать там, дразня удачу?! Я боюсь за тебя! Я с ума сойду, ты даже не представляешь, на что ты обрекаешь свою бедную мать!
– Ты перечислила столько моих достоинств и после этого ты ещё можешь сомневаться в моих силах? – засмеялся Аядар. – Мама, я тоже очень люблю тебя, но позволь мне пойти своим путём! Меня зовет туда моя душа. Я хочу приносить пользу той вере, которой служу. Я воин, и я не допущу, чтобы зло насмехалось над нами, над другими ни в чём неповинными людьми. Разве я не могу использовать все свои качества на пользу людям? Если я могу помочь, тогда почему я должен отсиживаться в кустах? Я ведь должен себя уважать, а вы должны гордиться мной!
– Дурачок мой, мне совсем не важно, сколько подвигов ты совершишь, сколько крови своей прольёшь – мне важно, какой ты вырос замечательный человек и чтобы ты был рядом.
– Этот замечательный человек, мама, хочет добиться самоутверждения. Я хочу испробовать свои силы. Верь в меня! Если ты будешь верить и надеяться на лучшее, если твоё сердце будет незримо следовать за мной – то со мной обязательно ничего не случится. Я тебе обещаю!
– О, Господи! Один мне уже однажды пообещал, что с ним никогда ничего не случиться! – в сердцах проговорила Кей по-английски.
– Мой отец пообещал тебе никогда не оставлять тебя одну и он сдержал слово! – тоже по-английски, с легким акцентом, ответил Аядар. – Он оставил меня вместо себя. Такого была его судьба, мама. Меня же ждёт долгая жизнь, я ещё успею порадовать тебя внуками.
– Вот с этим ты можешь не торопиться, сынок! – усмехнулась Кей. – Значит, ты даже вот так хорошо знаешь язык. Долго же Фанфарас скрывал от меня свой замысел! Как моё сердце ничего не почувствовало?
Аядар бросил на неё лукавый взгляд. Кей кивнула головой и добавила:
– Ну да, конечно, с его магией можно любого одурачить! Мой мир, сынок, разительно отличается от этого мира. А за то время, что меня там не было, все могло поменяться ещё в более худшую сторону. Несмотря на тамошние цивилизованные удобства, я никогда не рвалась обратно. Их законы намного жесточе, люди равнодушней и опасней. Наши джунгли по сравнению с их кишащими городами ничто. Это опасный мир, Аядар. Он настолько огромен и в нём столько зла, что ты надеешься там изменить?
– В некоторых точках, там слишком укрепилось зло. Мне нужно выбить у него опору под ногами, пошатнуть его верховенство. Зло блокирует поступление энергии высшей справедливости, оно губит людей. Я должен найти обходной путь, неся спасение из нашего мира. Фанфарас видел в своих видениях мучения людей, жестокость и несправедливость, слёзы и горе, море печали. Если я помогу людям усомниться в силе зла и дать им надежду на высшую справедливость, тогда они уже сами будут бороться со злом в своём сознании. Я должен попробовать, мама. Мы сами будем творить зло, если не придём им на помощь, зная об их бедах!
Кей прижала сына к себе и прошептала:
– Какой же ты у меня всё-таки доблестный рыцарь, несносный альтруист самых честных правил. Я понимаю, что мне не удастся тебя остановить, поэтому я даю тебе своё материнское благословление. Обещай мне беречь себя, не лезть бездумно на рожон и вернуться живым и невредимым. Я знаю, если ты пообещаешь – значит, будешь стараться исполнить клятву, рыцари не бросают слов на ветер.
– Спасибо, мама. Я обещаю тебе не перегибать палку, думать, прежде чем что-то сделать и обязательно вернуться домой живым! – ответил Аядар, целуя её в щеку.
Фанфарас не стал затягивать с отправлением Аядара. В течение всего каких-то пары дней, отдав ему последние наставления, он объявил о предстоящей разлуке близким и друзьям.
– Сегодня вечером, Аядар покинет нас. Я проведу его через тайный коридор, соединяющий миры и сколько он там пробудет, ведомо одному Ашу. Я тоже буду отсутствовать какое-то время. Я удалюсь и присоединюсь к своему племени, оттуда мне будет легче мысленно следовать за Аядаром. На плечи этого юного рыцаря солнца легла большая ответственность исполнить одно из его предназначений. То, как он будет действовать в чужом мире, покажет, чему мы его смогли научить и насколько верим в его силы. Я рад, что он получил благословление от родных. Значит, он со спокойным сердцем отправиться в путь, окрылённый вашей надеждой и вашей любовью. Мы не будем устраивать долгих прощаний, потому что расстаемся не навсегда!
